«Труп выгоревших воспоминаний»

Лейлина Лина

Труп выгоревших воспоминаний

Я сидела на стуле. Моя голова покоилась на моей шее, веки трепетали. Похоже, мне снился дурной сон. Мои руки сковывали кандалы, закрепленные на обоих ручках злосчастного кресла. В мои вены вкололи иголки, которые позволяли наркотику попадать в мой организм. Наркотик двигался по кровеносным сосудам в организм, смешиваясь с моей кровью, притупляя мой разум, заставляя меня думать о нескончаемой дреме. Героин издавна считался любимым наркотиком надзирателя.

Я потеряла счет времени, не зная сколько часов или дней нахожусь в таком состоянии. Стадия очищения от гниения. Вот как называл этот процесс надзиратель. Им подвергались строптивые, не послушные девушки –воспитанницы. Я наивно полагала, что меня эта стадия не затронет, но, видимо, ошиблась. Все мы ошибаемся, когда позволяем увести себя незнакомому подошедшему к нам молодому человеку.

Мне с детства твердили: не гуляй в чужих дворах, не общайся с незнакомыми людьми. От этих разговорах никакого толку. Нужно было говорить: не соглашайся уходить со знакомым тебе человеком, которого не одобряют родители. И, по существу, они оказались правы.

Я бежала, мой отец бежал от надзирателя, когда понял, что продал свою единственную дочь в рабство. Теперь я понесу наказание не только за побег отца, но и за свой собственный. Я давно вышла из облюбленного надзирателем возраста. Но бежала, трусливо поджав хвост. Это стало моей ошибкой, за которую я теперь расплачиваюсь.

Я протестующее замычала, когда из моих вен вытащили иголки, а наркотик, к которому я успела привыкнуть, перестал действовать, возвращая меня вновь в живое состояние, позволяя мне открыть глаза.

– Яна, Яна… – Рука надзирателя скользнула к моему затылку, слегка приподнимая голову. – Стоил ли твой побег испытуемых тобою мук?

Я промолчала, невидящим взглядом смотря сквозь надзирателя.

Понедельник, 5 июня