«Пионер»

Брайан Сандерс

Пионер

В зале суда царила тишина. Казалось, что любое насекомое, посмевшее пролететь в этот момент, притянуло внимание всех собравшихся здесь людей. В воздухе витало напряжение. Этими людьми были представители обвинения, в лице прокурора, семьи погибших и самые обычные граждане Российской Федерации, решившие стать присяжными-заседателями.

Всеобщую тишину смог прервать лишь адвокат, который вошел в большое помещение через старую деревянную дверь. Стены были недавно оштукатурены и выкрашены белой краской. Столы и лавки, которыми была заставлена комната, сохранили свою прописку со времен Советского Союза. Клетка, в которой должны были держать подсудимого, заметно проржавела.

Через пару минут в комнату вошел высокий конвоир, быстро устремившийся с большой охапкой ключей к боксу. Как только своеобразная дверь была открыта, так сразу же в пространство вошел кортеж, ведущий высокого, коренастого мужчину к клетке. При виде этого уже изрядно поседевшего человека, у некоторых женщин полились слезы, началась истерика.

Под скрип полов и истошные крики “Убийца!” подсудимый был доставлен в место, где уже сегодня ему вынесут приговор. Плач не прекращался еще несколько минут. Секретарь скомандовала:” Всем встать, суд идет!”. Все поднялись. Через мгновение открылась дверца, из нее показалась светловолосая женщина в черной мантии.

– Присаживайтесь, пожалуйста, слово предоставляется государственному обвинителю Артуру Михайловичу Уткину. – спокойно и уверенно проговорила девушка.

– Уважаемый суд, участники процесса, сегодня нами рассматривается самое страшное из всех преступлений – убийство. Подсудимый решил, что ему под силу самостоятельно выбирать может ли человек жить или нет. Подошло к концу расследование в отношении Анатолия Владиславовича Левина, 1950 года рождения. Согласно третьей главе, статье сто два, части три, подсудимый может получить от восьми до пятнадцати лет колонии строгого режима или быть приговоренным к высшей мере наказания.

– Уважаемый суд, участники процесса, сейчас я остановлюсь на каждом человеке, которые ныне не могу жить и радовать себя и своих близких из-за этого негодяя. Пойдем по кровавому списку в хронологическом порядке. Первой жертвой стал гражданин Советского Союза Улитенко Виктор Степанович. Следствию удалось установить точную картину событий, при которых было совершено данное преступление.

“Третьего марта 1988 года в пять тридцать утра, в подъезде многоквартирного дома по улице Ясеневой, был обнаружен окровавленный труп мужчины, на шее которого был завязан пионерский галстук, а во рту была тряпка. По результатам опроса жильцов дома, им оказался добродушный сосед и примерный семьянин, которого большинство жителей называли никак иначе, как “Витя золотые руки”. В результате проведенных мероприятий, было установлено, что убийство было совершено в районе одиннадцати часов вечера, нападавший зашел в подъезд следом за потерпевшим, повалил на пол и вставил кляп в рот, после чего нанес серию колото-режущих ранений, в следствии чего мужчина скончался от травм, которые были не совместимы с жизнью. Граждане, проживающие на первых этажах многоквартирного дома, слышали отголоски, мычание, но не уделили этому должного внимания, сославшись на то, что это могут быть подростки, решившие побаловаться ночью. Супруга, Анна Николаевна, вместе с детьми находилась в отъезде к родственникам, поэтому пропажу мужа она заметить не могла.”

– Из приведенной мной выдержки из расследования, можно поднять одно. Подсудимый действовал наверняка, у него были личные счеты, о которых он так и не рассказал на допросе. Этот гад оставил двух детей без отца, семью без кормильца, оставил пожилых родителей одних. – проговорил сухо и четко прокурор, после чего сел на место.

Присяжные находились в состоянии шока, жена и мать убитого рыдали на взрыд. Лишь прокурор находился в стоянии покоя, это дело было далеко не первым в его карьере. Только судья смогла нарушить эту паузу, обратившись к стороне ответчика дрожащим голосом. Очевидно, что она пропустила через себя все те эмоции, что испытывали те женщины. Она представила себя на месте убитой горем вдовы, матери, потерявшей сына.

– Подсудимый, вы признаете свою вину по этой части дела?

Мужчина встал, своей большой и грубой рукой он провел по седым волосам, после чего стер с глаз слезы. Его взгляд был направлен в сторону, где сидели присяжные заседатели и родственники погибших.

– Я полностью признаю свою вину, Уважаемый суд. Государственный обвинитель упомянул о том, что я отказался давать показания во время проведения следственных мероприятий, поэтому я сейчас все расскажу… – проговорил мужчина дрожащим голосом.

На его глазах вновь появились слезы.

– Я знал Виктора с детства. Мы учились в одной школе, он был на год старше меня. Все вы знаете, что старшаки, как их называют, любят задирать ребят помладше. Увы, чаще всего он лю…б…и…л задирать меня. Всю начальную и среднюю школу, стоило мне остаться одному на улице или в коридоре школы.... Не пойми откуда появлялся он… Я чувствовал себя оленем, за которым из далека наблюдает тигр… Стоило ему увидеть меня, он тут же бежал за мной, валил меня на пол… В начале я кричал… Сопротивлялся… Звал на помощь, но помощи не было… Он стал носить с собой тряпку, чтобы я не сильно кричал… Потом он специально валял ее в пыли, чтобы мне было еще хуже… – слезы катились по щеке градом – Извините…

– Вы обращались к кому-нибудь? – перебила его судья.

– Да, конечно… Я обращался, к учителям, родителям, завучам… – говорил мужчина, периодически стирая слезы рукавом пиджака… – Моя мама ходила к Валентине Петровне, которая сейчас находится в зале суда… Все в без толку… Она постоянно прикрывала его… Все позволяла… а я ничего не мог поделать… Управы не было…

– Подсудимый, говорите по сути дела. – прервал его прокурор.

– Да, конечно, извините… Я давно готовил план мести, с тех, пор как мне казалось, что он может найти меня и сейчас, даже когда жизнь разбросала нас по стране. Я ходил по улице, постоянно ожидая, что он может напасть на меня в любой момент, что я опять буду униженным… Окровавленным… Меня никто не услышит… Не придет на помощь… И однажды, было решено избавиться от этого раз и навсегда. Я долго следим за ним, поджидал момент, сам стал тем тигром, чтобы кара настигла его. Я сидел в автомобиле, как вдруг увидел, как он шел в сторону подъезда… Предварительно я подготовил нож… И кляп… Как только Витя подошел к двери, так я сразу вышел из машины и пошел за ним. Он услужливо придержал дверь… Видно, с возрастом он все-таки научился манерам… Виктор прошел чуть дальше, а я напал на него. В его глазах был страх, как же я ожидал его увидеть, как я хотел почувствовать его… Как только я засунул кляп в рот, так он сразу узнал меня, но было поздно… Я избавился от первого страха.

Люди оцепенели от страха. Даже бывалый прокурор удивился от того, как быстро нюня и плакса превратился в хладнокровного маньяка.

– Артур Михайлович, продолжайте. – скомандовала судья.

– Уважаемый суд, участники процесса, второй жертвой стал гражданин Советского Союза Кузьменко Антон Герасимович. По материалам следствия установлено:

“Двадцатого августа 1989 года, в шесть вечера, сотрудниками МВД СССР в багажнике автомобиля, находящегося в гаражном кооперативе, было обнаружено полуразложившееся тело мужчины. В останках был обнаружен красный пионерский галстук. Ранее, руководитель завода “Красная стрела” подал заявление в местное отделение Министерства Внутренних Дел Советского Союза о пропаже своего работника товарища Кузьменко. К этому их побудило долгое отсутствие на рабочем месте работника, за которым ранее не замечалось подобного девиантного поведения. Визиты домой успехом не увенчались, недееспособные родители так же ничего не знали. В результате проведенных следственных мероприятий, было установлено, что мужчина скончался от асфиксии, то есть, удушения”

– Уважаемый суд, присяжные-заседатели, перед вами находится настоящий маньяк и психопат. От деяний, совершенных им, становится безумно страшно. – говорил прокурор, постоянно теребя основание галстука.

– Подсудимый, вы признаете вину по данной части уголовного дела?

– Да, признаю, я могу продолжить свой рассказ? – сказал мужчина, вопросительно посмотрев в сторону прокурора.

– Да, пожалуйста. – ответил прокурор, отпив воду из стакана.

– После первой “казни”, мне было очень тяжело. Я постоянно ходил к различным врачам. Психиатры и психологи разводили руки в стороны, как судьи, показывая, что удаления или гола нет. Они не понимали, почему здоровый мужик, вместо того, чтобы работать и завести семью жалуется на какие-то панические атаки и призраки прошлого… Им было проще написать отписку… а максимум, что я выбил их них это путевку в санаторий, располагавшийся в сосновом бору… Все это продолжалось, пока я не встретил психолога, работающую по какой-то заграничной методике, то ли ФРГшной, то ли Американской. Я делился с ней своими страхами, она пыталась докопаться до истины, но ничего не получалось… Ей удалось сделать лишь одно – напомнить о большем… Во время одного из сеансов, я вспомнил, как мой одноклассник Антон, в первом классе, любил запихивать меня в шкафчик, в котором хранилась верхняя одежда… Я кричал, вопил… Когда-то меня спасала учительница, но увы, это ей удавалось не всегда… Однажды, он начал душить меня, пока я не потерял сознание… Почувствовав, что я перестаю сопротивляться, он закрыл меня в шкафчике, а сам убежал домой… Как только я пришел в себя… Я увидел темный коридор, все уже ушли… Я полз в сторону учительской… Моя мать….

– Подсудимый, по сути дела, пожалуйста. – вновь его прервал прокурор.