«Стану твоим Безумием»

Екатерина Белая

Стану твоим Безумием

Синие ледяные омуты изучали, проникали в нутро, разбирали на молекулы…

От этого взгляда хотелось убежать. Забиться в угол. Но Николь храбрилась, глядя прямо в тёмную сущность мужчины, стоящего перед ней.

— Помогите моей сестре, — произнесла, собирая в кулак всю свою смелость.

Черты мужественного лица дрогнули. Резко-очерченные губы растянулись в ленивой усмешке. Он открыто забавлялся, а ей казалось, что весь её мир неумолимо рушится. Прямо сейчас. В эту самую секунду.

Сглотнув ком страха, который скопился в горле, медленно втянула воздух в лёгкие, ожидая ответа.

— Ты просишь не о том, — наконец, услышала низкий голос с хрипотцой.

А в следующее мгновение почувствовала лёгкое касание сильных пальцев на своей щеке.

Застыла, превозмогая желание отвернуться.

Рядом с этим огромным мужчиной, она словно маленькая букашка. Беззащитная и никчёмная.

Если он захочет, то без особых усилий свернёт ей шею. Выбьет весь дух.

Судя по тому, что она слышала о нём… Павел Яхонтов вполне способен на это. Он — монстр, живущий по своим собственным законам. И он всегда получает то, что хочет. Любой каприз, любая блажь исполняются немедленно. И сейчас его внимание приковано к ней. К трусливой мышке, которая по воле случая оказалась в лапах пресыщенного кота.

Не разрывая зрительного контакта, чувствовала, как шершавые подушечки пальцев уверенно поглаживают нежную кожу щеки.

— Твой страх возбуждает, — сообщил, криво улыбаясь. — Он тягучий и сладкий. Осязаемый, — его глаза порочно блеснули. — Надеюсь, остальные твои эмоции такие же вкусные.

Большой палец скользнул по её нижней губе, и до Николь, наконец, дошло к чему клонит Яхонтов.

Волна возмущения и шока окатила сознание, и девушка дёрнулась в сторону, отшатываясь от его прикосновений.

Но в это же мгновение оказалась в железных тисках. Одна рука больно стиснула её талию, второй ладонью он жёстко сдавил щеки, лишая возможности двигаться.

— Ты ведь помнишь меня, девочка? — хищно оскалился, и с силой встряхнул её. — Помнишь?!

В голосе появился металл. Глаза вспыхнули тьмой и ненавистью.

— Не понимаю…

Горло сдавил спазм. Хотелось плакать. Нет. Рыдать!

Она его не знает! Никогда не видела. Никогда не…

Екатерина Белая

Стану твоим Безумием

Синие ледяные омуты изучали, проникали в нутро, разбирали на молекулы…

От этого взгляда хотелось убежать. Забиться в угол. Но Николь храбрилась, глядя прямо в тёмную сущность мужчины, стоящего перед ней.

— Помогите моей сестре, — произнесла, собирая в кулак всю свою смелость.

Черты мужественного лица дрогнули. Резко-очерченные губы растянулись в ленивой усмешке. Он открыто забавлялся, а ей казалось, что весь её мир неумолимо рушится. Прямо сейчас. В эту самую секунду.

Сглотнув ком страха, который скопился в горле, медленно втянула воздух в лёгкие, ожидая ответа.

— Ты просишь не о том, — наконец, услышала низкий голос с хрипотцой.

А в следующее мгновение почувствовала лёгкое касание сильных пальцев на своей щеке.

Застыла, превозмогая желание отвернуться.

Рядом с этим огромным мужчиной, она словно маленькая букашка. Беззащитная и никчёмная.

Если он захочет, то без особых усилий свернёт ей шею. Выбьет весь дух.

Судя по тому, что она слышала о нём… Павел Яхонтов вполне способен на это. Он — монстр, живущий по своим собственным законам. И он всегда получает то, что хочет. Любой каприз, любая блажь исполняются немедленно. И сейчас его внимание приковано к ней. К трусливой мышке, которая по воле случая оказалась в лапах пресыщенного кота.

Не разрывая зрительного контакта, чувствовала, как шершавые подушечки пальцев уверенно поглаживают нежную кожу щеки.

— Твой страх возбуждает, — сообщил, криво улыбаясь. — Он тягучий и сладкий. Осязаемый, — его глаза порочно блеснули. — Надеюсь, остальные твои эмоции такие же вкусные.

Большой палец скользнул по её нижней губе, и до Николь, наконец, дошло к чему клонит Яхонтов.

Волна возмущения и шока окатила сознание, и девушка дёрнулась в сторону, отшатываясь от его прикосновений.

Но в это же мгновение оказалась в железных тисках. Одна рука больно стиснула её талию, второй ладонью он жёстко сдавил щеки, лишая возможности двигаться.

— Ты ведь помнишь меня, девочка? — хищно оскалился, и с силой встряхнул её. — Помнишь?!

В голосе появился металл. Глаза вспыхнули тьмой и ненавистью.

— Не понимаю…

Горло сдавил спазм. Хотелось плакать. Нет. Рыдать!

Она его не знает! Никогда не видела. Никогда не…