«Тихая гавань»

Тихая гавань

Тихая гавань

Лейтенант Барт еще раз посмотрел на циферблат вокзальных часов: поезд опаздывал на четыре минуты, что в условиях военного времени было допустимо, но неприятно. Лейтенант не отличался терпением, ждать кого-либо было просто невыносимо. Но именно из-за своей горячности он на третий год войны оставался лейтенантом. Начальство не давало ему возможности строить карьеру.

Макс достал из нагрудного кармана плоскую металлическую фляжку, открутил крышку и сделал глоток холодного, но настоящего кофе, который сварил еще утром. Запасы напитка таяли стремительно, а лейтенантское жалование не позволяло купить настоящее зерно, а не эрзац. У местных же найти кофе было просто невозможно.

Приближался запоздавший поезд, Макс отошел от края платформы. Локомотив начал торможение: лейтенанту нравилось наблюдать за поездами. И самолеты: смотреть на них он мог бесконечно, в детстве мечтал стать летчиком, но не получилось — хромота на правую ногу перекрыла многие пути в работе, даже в армию он попал через письмо Герингу. Его отказывались брать на службу, но он написал маршалу о своем желании послужить рейху и фюреру. И письмо сработало: Макса призвали в Bandenkampfverbände («соединения по борьбе с бандами» ). Воевать с партизанами и бандитами можно было и хромоногому.

Поезд остановился. Это был сборный эшелон — пара десятков грузовых вагонов, а в середине три пассажирских. К ним он и направился. Двери открылись, и прибывшие стали выбираться на платформу.. Макс поправил ремень и убрал фляжку на место.

Ему примерно описали,как выглядит столичный гость, так что он внимательно рассматривал пассажиров — преимущественно мужчины, в основном, военные, а вот высокий пожилой господин в сером шерстяном костюме и шляпе соответствовал описанию.

- Герр Шульц, – он обратился к прибывшему, и тот улыбнулся. Улыбка была приятной, не дежурной, а искренней.

- -Герр Барт? Вы мой проводник?

- Хм, в некотором роде, - Макс протянул руку, чтобы поздороваться. Рукопожатие у гостя было крепким и коротким.

- Как добрались?

- Сносно. Главное, без приключений. Это же ваша заслуга в некотором роде? - столичный гость, как показалось Барту, передразнил его. - Вы перебили всех партизан на моем пути.

- А вы шутник, - лейтенант ожидал, что столичный гость будет более высокомерным.

Барт предложил понести большой кожаный чемодан, но Шульц отказался.

- Спасибо, но справлюсь сам.

- Тогда, следуйте за мной. Мы сейчас поедем в комендатуру...

- Я бы хотел для начала поесть горячего. В поезде пришлось питаться всухомятку, а для моего желудка это не очень полезно. Тут есть приличное кафе?

- При офицерском клубе, но там дорого. А к столовой вас прикрепят только после комендатуры.

- Ничего страшного. Один раз могу себе позволить потратиться. Составите мне компанию?

- Да, - Макс обреченно вздохнул, так как посещение ресторана при клубе проделает брешь в его бюджете, но нельзя отказываться так сразу — ему с этим человеком работать. - Герр Шульц, позвольте мне взглянуть на ваши документы?

- Ах да, конечно, - гость расстегнул пиджак и вытащил из внутреннего кармана паспорт и сопроводительные бумаги. Макс внимательно изучил бумаги. Они соответствовали описанию. По документам Шульцу было шестьдесят два года, но выглядел он максимум на пятьдесят, даже зубы у него были белые и ровные. Макс заметил на внутренней стороне лацкана пиджака Шульца значок НСДАП. Обычно его носили на видном месте.

- Герр Шульц, кафе в полусотне метров от вокзала, но я предлагаю положить ваш чемодан в машину, чтобы он не мешал нам.

- Отличная идея.

Барт пошел к припаркованной машине. Это был "Опель кадет", относительно новый и выглядевший вполне прилично. Шульц шел рядом, вполне вписываясь в быстрый темп лейтенанта, которому хромота мешала бегать, но не быстро ходить.

Возле служебного «опеля» с брезентовым верхом стоял водитель — рядовой Ганс Шмультке, парень среднего роста с огненно-рыжей шевелюрой. Он был водителем от Бога, один раз только мастерство Ганса спасло их от неминуемой смерти. Но опрятностью водитель не отличался, хотя сегодня выглядел относительно прилично: знал, что будут встречать гостя из столицы.

- Мы с нашим гостем пообедаем в клубе, так что подгони машину туда через час — можешь пока заняться своими делами.

- Да, герр лейтенант.

Так как Шульц был в штатском костюме, то водитель ему воинского приветствия не отдал, но помог загрузить чемодан в багажник, за что тот его поблагодарил.

Лейтенант и гость направились к офицерскому клубу.

На входе у них проверили документы: Барт бывал здесь очень редко, его финансы не позволяли просаживать деньги в ресторане и борделе — в Штутгарте его ждала жена и две дочки, так что почти все жалование он отправлял семье, оставляя его на счету в банке, к которому жена имела доступ. Из разговоров с коммивояжерами он знал, что продуктов стало меньше и что они стали дороже. Не голод еще, но и не прежнее изобилие. Супруга же в письмах обычно не писала о трудностях, справедливо полагая, что не стоит отвлекать мужа от несения службы.

В ресторане в это время было очень мало клиентов: обед закончился, а до вечера еще несколько часов. Кроме них в зале на сорок столиков обедали еще трое гражданских одной компанией. Скорее всего торговцы. Или железнодорожники. И тем,и тем доходы позволяли находиться здесь.

Их встретила полноватая официантка средних лет и провела за столик, тут же предложила фирменное блюдо, но Макс попросил меню. Шульц же сразу заказал два кофе.

Едва официантка отошла, Макс открыл меню и с содроганием начал изучать цены. Шульц тоже открыл ресторанную книжку и внезапно заявил:

- Герр Барт, могу я предложить вам обед за мой счет.?

- Не стоит...

- Не хотел вас обидеть, но я прекрасно понимаю, что мое желание пообедать здесь может не совпадать с вашими финансовыми планами, так что я оплачу обед, а вы мне посоветуете, что заказать. Еще раз прошу прощения за прямолинейность, но в вашем возрасте я тоже не мог себе многого позволить.

- Очень любезно с вашей стороны, но я тут не частый гость. Так что уверен только в рыбном супе и гуляше по-венгерски.

- Ну и славно. Значит это и закажем.

Шульц подозвал официантку и добавил в заказ.

- Расскажите немного о себе, герр Барт. Нам предстоит много работать вместе. А я тоже буду отвечать на ваши вопросы о себе.

- Хм. Имя мое вы знаете, должность и звание тоже. Женат, двое детей, дочки, до войны держал мясную лавку, но потом пришлось закрыться. В партии состою давно,а в армию попал благодаря письму маршалу Герингу. Детская травма ноги мешала поступить на военную службу. А у вас есть дети?

- Да. Четверо. Младший ваш ровесник. Пятеро внуков уже. Две старшие дочки замужем, близнецы, средняя все никак не определится с мужем, а сын во Франции. Гауптштурмфюрер.

- Отличная карьера, - Макс не сдержал завистливой нотки. - А вы в отставке давно?

- Да, был. Восемь лет как. Честно, не думал, что придется вернуться на службу. Но личная просьба доктора Олендорфа заставила меня прибыть сюда. Мне даже присвоили звание оберштурмфюрера, плюс куча имперских директив, так что полномочий у нас очень много.

- Мне описали вас как человека с богатым опытом расследования криминальных преступлений.

- Да, я служил в отделе насильственных преступлений в Берлине до самой отставки.

Официантка принесла кофе, и Макс сделал небольшой глоток из маленькой чашки: натуральный, без примеси цикория. И горячий.

- Почему ушли?

- Устал. Я в полиции еще до войны начал служить, потом под Верденом меня контузило, и на фронт я не вернулся, а вышел на прежнюю работу.

- Под Верденом тяжело было?

- Да, но я тогда молодой был, так что страха особо не испытывал. Французы тогда дрались отменно.

- Хорошо, что в этот раз их запал быстро сошел.

- Ну, тут мудрость нашего фюрера и способности генералов, которые не позволили повторить окопную тягомотину.

- Да, наш фюрер гениален.

- Ну, вот вы рассказали, что женаты, что были торговцем, а чем увлекаетесь в свободное время?

Барт немного засмущался:

- Конструирую модели самолетов. Только не смейтесь, детское занятие...

- Зачем смеяться? - удивился Шульц. - Я вот собираю монеты и трамвайные билеты. Сын тоже втянулся в коллекционирование.

- У меня дочки, так что им самолеты не интересны.

- Соглашусь, но у вас еще есть время, чтобы попробовать с женой сделать мальчика.

- А если опять девочка?

- Ну, вот у меня так примерно и получилось. На четвертом ребенке решили остановиться, - Шульц улыбнулся, а Барт подумал, что ему, наверное, повезло с этим столичным консультантом. Никакого снобизма и презрения, разговор проходил абсолютно свободно и естественно.

- Я смотрю тут все спокойно, не скажешь, что идет война.

- Мы же в тылу, герр Шульц, да и территория эта войдет в основной состав Рейха.

- Партизаны?

- Если честно, то нет. Не на нашем участке. За два года только один диверсант.

- Так вы бездельничаете?

- Нет. Бандиты, банальные бандиты, сбившиеся в кучки с оружием. Они доставляют немало проблем. Их много, они хорошо вооружены. Грабят местное население, а иногда и наших граждан.

- Подполье?