«Обезьяна и тигр»

Обезьяна и Тигр

Сборник

Утро Обезьяны

Посвящается моему верному другу

гиббону Бубу, умершему и похороненному

в порту Диксон в Малайе 12 июля 1962 г.

Действующие лица

Судья Ди — судья уезда Ханьюань

Дао Гань — один из его помощников

Ван — аптекарь

Лэн — ростовщик

Сэн Цю — бродяга

Сэн — его сестра

Чан — бродяга, приятель Сэн Цю

Судья Ди сидел на открытой галерее своих покоев и наслаждался утренней прохладой. Он только что позавтракал с семьей, после чего вышел на галерею и сел в плетеное кресло возле мраморной балюстрады, чтобы выпить чашку чаю. Вскоре ему предстояло отправиться в канцелярию судебной управы, где его ждали неотложные дела. Судебная управа в Мяньюани, куда входили и служебные покои судьи, находилась на склоне горы и возвышалась над остальной частью города.

В полдень судья любил сидеть на балконе второго этажа, откуда открывался удивительный вид на несметное множество крыш простирающегося внизу города, а еще дальше — на широкую морскую гладь. Но по утрам он предпочитал галерею, которая тянулась с внутренней стороны его жилища. Только мраморная балюстрада отделяла его от густо заросшего склона, круто поднимавшегося и переходившего в горный хребет, у подножия которого и раскинулся город. Там всегда было тихо, а утром дольше всего сохранялась прохлада. За тот год, который он уже провел в должности судьи Мяньюани, утренний чай на тихой галерее вошел у него в привычку.

Откинувшись на спинку кресла, судья взирал на свежую, зеленую листву, умиротворенно прислушиваясь к бодрому щебетанию птиц и к нежному журчанию ручья, протекавшего вдоль балюстрады среди больших замшелых обломков скал.

Вдруг птицы смолкли. Среди качающихся ветвей показались два черных гиббона. С необычайной легкостью перепрыгивали они с ветки на ветку, цепляясь за них своими длинными, тонкими конечностями, и дождь осыпающихся листьев отмечал их путь. Судья с улыбкой наблюдал за ними. Его всегда очаровывала изящность движений, с которой гиббоны передвигались по деревьям. Эти пугливые животные уже настолько привыкли к неподвижной фигуре, которую каждое утро видели на галерее, что иногда кто-нибудь из них даже свешивался с ветки, чтобы ловко схватить банан, брошенный ему судьей.

В листве снова зашелестело, и появился третий гиббон. Он двигался медленнее других, потому что, помимо ног, цеплялся за ветки только одной рукой; правая же у него была прижата к груди. Он присел на ветку прямо над головой судьи Ди и, помахивая свободной левой рукой, чтобы сохранять равновесие, с любопытством посматривал на него. И тут судья увидел, что он что-то сжимает в руке. Это был золотой перстень с большим зеленым камнем, который поблескивал в лучах солнца. Конечно же, обезьяна его где-то похитила. Нужно было как можно скорее отобрать его, потому что гиббоны очень быстро утрачивают интерес к добытым ими предметам, особенно когда обнаруживают, что добыча несъедобна. Если сейчас позволить гиббону исчезнуть, то этот перстень будет выброшен где-нибудь в лесу, и уже никогда не вернется к хозяину.

К сожалению, у судьи не было под рукой ни фруктов, ни сладостей. Он быстро достал из рукава коробку с кресалом и разложил ее содержимое на столе, затем принялся внимательно осматривать и нюхать каждый предмет. Это произвело нужный эффект — судья заметил, что гиббон не спускает с него глаз. Он выронил перстень в ручей и соскользнул на ветку пониже. Потом повис на длинных руках и стал пристально следить за каждым движением судьи большими карими глазами. Теперь судье было отчетливо видно, что это взрослая обезьяна, покрытая длинной, отливающей черным шерстью. Кое-где в шерсти торчали застрявшие соломинки.

— Если придешь сюда завтра, получишь вкусный банан! — пообещал судья Ди, убирая коробку с кресалом обратно в рукав.

Гиббон понял, что представление окончено, дружелюбно прокричал свое «вук-вук», скользнул куда-то вверх и исчез в листве.

Судья поднялся, перешагнул через балюстраду и всмотрелся в песчаное дно прозрачного ручья. Сверкающий перстень заметить было нетрудно. Он перескочил на торчащий из воды камень, сдвинул шапочку на затылок и вытащил из волос длинную шпильку. Вытянул руку, и концом шпильки ему удалось подцепить кольцо. Тогда судья выпрямился, перепрыгнул обратно на берег и вернулся за балюстраду.

За чайным столиком Ди внимательно осмотрел перстень. Судя по размерам, он должен был принадлежать какому-то мужчине. Несомненно, это было старинное украшение: два переплетающихся дракона из чистого золота служили оправой огромному изумруду самого высшего качества. Владелец наверняка будет счастлив вернуть такой ценный перстень и немедленно объявится, как только на утреннем судебном заседании будет официально объявлено о его обнаружении. Судья уже собирался спрятать перстень в рукав, как его внимание привлекли несколько ржаво-коричневых пятнышек на внутренней стороне оправы. Он даже потрогал их кончиком указательного пальца. И тут же нахмурил брови. Эти пятна не смылись водой и очень напоминали капельки засохшей крови.

Судья налил себе еще чашку чаю. Гиббон должен был найти кольцо где-то поблизости, поскольку даже самый интересный и яркий предмет, если только он не съедобен, не мог привлечь к себе его внимание больше, чем на несколько минут. Значит, обезьяна обнаружила это украшение где-то неподалеку в лесу. Не вставая с кресла, судья полуобернулся и хлопнул в ладоши. Как только, шаркая ногами, на галерее появился старый управляющий, судья спросил его:

— Там в лесу, выше на склоне, кто-нибудь живет?

— Насколько мне известно, там нет ни одного дома, ваша честь. Склон этот слишком крутой да вдобавок густо зарос лесом. А вот на самом горном хребте, как вы знаете, находится несколько прекрасных особняков. Их овевает приятный, прохладный ветерок со стороны гор. Там стоит великолепный летний дом ювелира Су, а ростовщик Лэн и аптекарь Ван живут там круглый год.

— Ван? Не он ли хозяин большой аптеки у рынка, что напротив храма Конфуция?

— Он самый, ваша честь. Он богат, но, похоже, в последнее время дела его идут не слишком хорошо. У Вана много забот. Дело в том, что его единственный сын несколько недоразвит. Ему уже двадцать лет, а он до сих пор не умеет читать и писать. Что из него выйдет… — Управляющий сочувственно покачал седой головой.

Последние слова судья Ди пропустил мимо ушей. Гиббон не мог принести перстень из какого-то особняка на вершине горы. Эти пугливые животные никогда не решатся рыскать среди людских строений. И даже если предположить, что обезьяна нашла этот перстень где-нибудь в углу большого сада, прежде чем спуститься сквозь лесные заросли, она бы его уже давно выбросила. Следовательно, она обнаружила кольцо где-то совсем поблизости.

Судья отпустил управляющего. Он еще раз осмотрел кольцо, после чего спрятал его себе в рукав и по боковому коридору направился в большой, мощеный внутренний двор, в центре судебной управы. Там было еще довольно прохладно, поскольку высокие здания защищали двор от лучей утреннего солнца. Одним из них была двухэтажная постройка с воротами, по одну сторону от которых находились караульное помещение и канцелярия, а по другую — зал для судебных заседаний. На первом этаже размещались оружейный зал и архив с широкой террасой, слева — небольшие казармы для стражников и судебных охранников, за ними — тюрьма. Жилые помещения справа предназначались для судебных чиновников, писцов и прочего административного персонала. Посреди двора начальник судебной охраны как раз выстроил своих подчиненных в две шеренги, чтобы проверить их обмундирование. Увидев во дворе судью, все вытянулись по струнке. Ди кивнул начальнику стражи и спросил:

— Есть в лесу на склоне этой горы какой-нибудь дом или что-то в этом роде?

— Нет, ваша честь, никаких домов там нет. Есть только хижина дровосека, но и она уже более года пустует. — Потом начальник стражи с важным видом добавил: — Поскольку в окрестностях часто шатаются банды каких-то бродяг, я регулярно ее проверяю.

— Что значит регулярно?

— Ну, скажем, раз в пять-шесть недель, ваша честь, если…

— Я бы не назвал это регулярными проверками, — резко оборвал его судья. — А где находится хижина?

— Примерно в четверти часа пути отсюда, ваша честь, возле тропы, по которой можно добраться до самого верха. Хижина стоит на поляне, приблизительно на полдороге.

Судья прикинул, что перстень вполне мог быть найден именно там.

— Прикажи позвать Дао Ганя! — велел он начальнику стражи.

Начальник властно кивнул одному из стражников — тот сразу помчался в канцелярию и вернулся вместе с немолодым худощавым человеком в поношенном коричневом платье с черной каймой, на голове у которого была высокая шапка из черного шелка. Вытянутое, меланхоличное лицо украшали свисающие усы, похожие на паклю. Из бородавки на левой щеке торчали три тонких волоска. Когда Дао Гань поздоровался с судьей, тот отвел его подальше ото всех и показал перстень. Он рассказал Дао Ганю, каким образом попала к нему эта драгоценность, и добавил:

— Видишь на кольце капли засохшей крови? А это значит, что его владелец поранил палец о колючку или что-то в этом роде, когда пробирался через лесные заросли, после чего снял кольцо и отложил в сторону, чтобы вымыть руки в ручье. Должно быть, в этот момент обезьяна и схватила перстень. Но, разумеется, могут быть и другие объяснения. Во всяком случае, я хотел бы пойти и осмотреть это место, и хорошо бы управиться до утреннего заседания суда. Возможно, нам удастся даже встретить владельца и вернуть ему кольцо. С утренней почтой поступили какие-нибудь важные сообщения?