- Если бы все предыдущее не говорило за самоубийство, с этим можно и согласиться. В данном же случае снятый носок - лишнее подтверждение самоубийства.
- Да, но заключение врача...
- Врачи бывают добросовестные и недобросовестные.
- Значит, придется делать эксгумацию?
- Бесспорно. И знаете, я буду чертовски рад, если не ошибся. Как хотите, но Дмитриев славный малый. Вы до сих пор смотрели на него, как на преступника, вот он и вызвал у вас антипатию. А вы посмотрите теперь на него как на хорошего человека. Ей-богу, он вам понравится.
- Вполне возможно.
- Непременно понравится. А насчет информации по инстанциям... Что ж, если повторная экспертиза покажет, что я не прав, делать нечего, пишите. Ну ладно, пока всего доброго. А я зайду к Дмитриеву, надо же его обрадовать. Может, и вы со мной?
- Нет уж, я повременю. Да и вы... Не преждевременно ли?
- По-моему, даже с опозданием.
Через неделю Федор Константинович получил письмо от Расторгуева. Молодой следователь подробно описывал результаты эксгумации, благодарил за "наглядный, незабываемый урок". Кончалось письмо словами:
"Закругляюсь. Тороплюсь к Дмитриеву - хочу извиниться. Опоздал? Ничего, лучше поздно, чем никогда.
Он славный парень, этот Дмитриев..."
Комментарии к книге «Ошибка следователя», Виктор Попов
Всего 0 комментариев