«Гончаров смертью не торгует»

- А это как оценивать. Можно много, а можно мало. Но это уже вопросы философии, и мы сейчас не будем на них останавливаться. Колись, Колян!

- Ничего я не знаю. И ничего вы не докажете, - приняв какое-то решение, твердо заявил он. - А все эти ваши разговоры в пользу бедных. Отвезите меня домой, дам вам пять тысяч баксов, и на этом мы закроем тему.

- Ягненок ты мой твердоголовый, ты что же, полагаешь, мы взяли тебя просто так, не емши, не подумавши? Нет, старичок, ошибаешься. Ты не профи, и так наследил, что просто удивительно, как ты эти три дня еще прыгаешь на свободе.

- Слова, слова...

- На тебе и улику. - Я с готовностью сунул ему в нос галстук. - К вещам, брат, нужно относиться бережно и трепетно, а то, не ровен час, по запарке оставишь на трупе, потом одно расстройство. Кстати, баба твоя его признала, что и подтверждает магнитофонная запись. Хочешь послушать?

- Не надо. Избавиться от посредников я решил давно...

* * *

Когда мы подъехали к милиции, Худиш-Вагнер окончил свою исповедь, и я выключил диктофон.