«Дело о похищенных младенцах (Агентство 'Золотая пуля' - Сборник новелл)»

Андрей КОНСТАНТИНОВ и Агентство журналистских расследований

Сергей БАЛУЕВ, Максим МАКСИМОВ (ответственные редакторы проекта),

Александр Горшков, Илона Егорова, Олег Засорин, Александр Пронин,

Сергей Серебренников, Никита Федоров

АГЕНТСТВО "ЗОЛОТАЯ ПУЛЯ" - 4

Дело о похищенных младенцах: Сборник новелл

Агентство журналистских расследований Андрея Обнорского получает информацию о крупномасштабной международной афере, связанной с продажей детей за рубеж. Преступник известен. Но как добыть доказательства его вины и при этом уцелеть?

Эту и другие не менее увлекательные истории из жизни Агентства, рассказанные его сотрудниками, вы прочтете в сборнике "Дело о похищенных младенцах".

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие

Дело о похищенных младенцах.

Дело о ложном мужеложстве.

Дело о тайне исповеди.

Дело об олигархе в постели.

Дело о батарейках для диктофона.

Дело о Красном озере.

Дело о визите к гадалке

ПРЕДИСЛОВИЕ

В этой - уже четвертой книге цикла "Агентство "Золотая пуля"",- как и в предыдущих, все от начала до конца - вымысел.

Герои книги - сотрудники петербургского Агентства журналистских расследований, которое в городе называют "Золотая пуля". Возглавляет "Золотую пулю" Андрей Обнорский, известный читателям по романам Андрея Константинова и телесериалу "Бандитский Петербург".

"Золотая пуля"-4 состоит из новелл, рассказываемых журналистами Агентства, каждый из которых по-разному оценивает происходящие события.

Все совпадения персонажей книги с реальными лицами лежат на совести авторов.

ДЕЛО О ПОХИЩЕННЫХ МЛАДЕНЦАХ

Рассказывает Глеб Спозаранник

"Спозаранник Глеб Егорович, 30 лет, молдаванин. Один из самых квалифицированных сотрудников АЖР, начальник отдела расследований. В прошлом - кандидат физико-математических наук. Прежние навыки - строгое следование логике, педантизм, дисциплинированность - пытается навязать подчиненным. Отношения в коллективе сложные в силу перечисленных выше особенностей характера.

Образцовый муж, отец троих детей. Категорический противник алкоголя. Морально устойчив.

Считает, что очень умен.

Жена - Спозаранник Надежда Борисовна - ранее работала психотерапевтом в районной поликлинике, теперь руководит частным медицинским предприятием "Психотерапия плюс"".

Из служебной характеристики

- О-о... Да вы, кажись, перебрали, Глеб Егорыч!

Голос доносился откуда-то сверху и звучал то ли с укоризной, то ли с сочувствием, то ли с недоумением, а может - со всеми оттенками сразу.

Я поднял голову и увидел над собой малознакомое небритое лицо. Два года назад, когда мы с Надеждой переехали в новый дом, я, еще до ввоза мебели, обошел квартиры и составил картотеку соседей. Жизнь должна быть систематизирована. Несистематизированная жизнь - одно мучение. Если же все разложить по полочкам, станет удобно и спокойно.

Но этого человека я не узнавал.

В картотеке его определенно не было.

- Не узнаете?- угадав мои мысли, рассмеялся мужчина.- Знаете ли, я вас тоже не сразу узнал. Приличный с виду человек, Высоцкого любит, а лежит тут, извиняюсь, как свин, посреди лестницы.

При упоминании о великом барде я наконец опознал зависшего надо мной гражданина. Татарников Е. В., водитель трамвая, сосед с восьмого этажа, архивная карточка № 87. Я проговорил с ним когда-то целых двенадцать минут, поскольку "номер 87" оказался единственным из жителей подъезда, кто разделял мою глубинную страсть к творчеству Владимира Семеновича.

- Здравствуйте, Евгений Валерьянович! Во-первых, я не свин, потому что свины в хлеву, а я - в своем подъезде,- попытка приподняться окончилась неудачно, ноги абсолютно не хотели выпрямляться,- а во-вторых, вы не в курсе, который час?

- Скоро утро.

- Конкретнее.

- Четыре часа пятьдесят три минуты. Может, вам все-таки помочь добраться до квартиры? Тут совсем немного - всего-то два этажа. Только давайте одолеем их по-быстрому, а то у меня - смена...

Татарников довел меня до двери, зачем-то нажал звонок, хотя я уже нащупал в кармане ключи, и предусмотрительно исчез, пригласив на прощание в гости. Очень уместно - в пять-то утра...

Дверь открылась. Я остался наедине с разбуженной женой.

- Наденька, ты извини... Ты же знаешь, как я тебя...

- Когда-нибудь это должно было случиться,- холодно оборвала супруга и, схватившись рукой за галстук, словно за поводок, потащила меня к зеркалу (я едва сохранил равновесие).- Любуйся!

Собственное отражение меня не впечатлило.

- Пьянству бой,- сказал я, сдвинув брови и стараясь не икать.

- И герл тоже. Кстати, чьим парфюмом ты пропах? Какой отвратительный запах!

- Это запах важного информатора, Наденька. Я не просто так... Я информацию добывал.

- Узнаю, что изменил,- убью. А сейчас - в душ. Потом - в койку. Подъем - в восемь тридцать. В восемь тридцать, ты слышал? Всё!

* 1 *

День, когда я впервые в жизни перебрал по части алкоголя, вообще начинался нескладно.

С утра исчезла добрая половина сотрудников агентства.

- Я - за главного,- встретил меня завхоз Скрипка, держа в руке покусанное яблоко.- Обнорский улетел на семинар. В Бишкек. По случаю перевода "Переводчика" на киргизский язык. Говорят, киргизы в восторге. Киргизы только и мечтали, чтоб прочитать живого классика современной русской литературы на своем родном языке.

- Кто остался?

- Я!- Скрипка смачно куснул яблоко.- В строю также Агеева, Каширин, Модестов и Соболин с имеемым репортерским отделом.

На секунду задумавшись, я представил Соболина за этим непристойным занятием. После чего (как всегда, без тени улыбки) произнес:

- Запомните, Алексей Львович: имею здесь всех я. Причем по полной программе. В двенадцать - летучка. Всем быть.

...В отсутствие шефа обязанность вести летучки ложится на меня. Я считал и считаю, что летучки - это мощный инструмент в борьбе за укрепление дисциплины. Обычно я укрепляю дисциплину без повода, но на сей раз причина для сурового разговора имелась. И еще какая причина!

- На имя директора агентства,- начал я, когда все текущие вопросы остались позади,- поступила докладная записка "О пьянстве на рабочем месте". Автором записки являюсь я.

Горностаева из репортерского отдела попыталась хихикнуть, но тотчас же замерла под моим взглядом в испуганной полуусмешке.

- На вашем месте, Валентина Ивановна, я бы сто раз подумал, прежде чем приступить к процессу смехоизвержения, потому что мои ответные и, смею заверить, малоприятные реакции не заставят себя ждать.

Этой тирадой я окончательно добил Горностаеву, щеки ее покраснели, а взгляд пополз вниз, пока не уперся в свежевылизанный редакционной уборщицей бабой Лидой пол. Теперь можно было спокойно приступать к чтению докладной.

- Позвольте,- продолжил я,- огласить содержание записки, поскольку вопрос важен, очень важен. Речь, если хотите, идет о судьбе нашего агентства. Итак...

"Директору агентства "Золотая пуля " Обнорскому А. В. от начальника отдела расследований Спозаранника Г. Е.

Докладная записка №477/15-с.

Как Вам известно, с некоторых пор кабинет отдела расследований, во избежание несанкционированного доступа посторонних лиц к документам особой важности, по окончании каждого рабочего дня опечатывается.

Обычно я произвожу опечатывание кабинета собственноручно, однако 05 марта ... года в связи со служебной необходимостью отбыть из помещения агентства раньше положенного срока поручил выполнить эту процедуру сотруднику отдела расследований Каширину Р. А.

Каширин Р. А., приведя себя в состояние нетрезвости и забыв о моем поручении, спустя два часа обнаружил, что дверь кабинета закрыта на ключ, но не опечатана, и почему-то решил, что я нахожусь внутри кабинета. С криком "Спозаранник, открывай! Я знаю, что ты там, сука!" Каширин Р. А. не менее пяти раз ударил в дверь ногой. В результате дверь, являющаяся собственностью агентства, была выломана и восстановлению не подлежит.

Считаю абсолютно недопустимым употребление дурманящих напитков сотрудниками агентства как в рабочее, так и в досуговое время. Предлагаю депремироватъ Каширина Р. А. за март и апрель, а также высчитать из его зарплаты полную стоимость новой двери и работ по ее установке.

Спозаранник Г. К"

Закончив чтение, я поправил очки и обвел собравшихся взглядом.

Добавить было нечего. Полная деградация.