«Пять зернышек апельсина»

Артур Конан-Дойль

Пять зернышек апельсина

Когда я просматриваю мои заметки о Шерлоке Холмсе за годы от 1882 до 1890, я нахожу так много удивительно интересных дел, что просто не знаю, какие выбрать. Однако одни из них уже известны публике из газет, а другие не дают возможности показать во всем блеске те своеобразные качества, которыми мой друг обладал в такой высокой степени. Все же одно из этих дел было так замечательно по своим подробностям и так неожиданно по результатам, что мне хотелось бы рассказать о нем, хотя с ним связаны такие обстоятельства, которые, по всей вероятности, никогда не будут полностью выяснены.

1887 год принес длинный ряд более или менее интересных дел. Все они записаны мною. Среди них -- рассказ о "Парадол-чэмбер", Обществе Нищих-любителей, которое имело роскошный клуб в подвальном этаже большого мебельного магазина; отчет о фактах, связанных с гибелью британского судна "Софи Эндерсон"; рассказ о странных приключениях Грайса Петерсона на острове Юффа и, наконец, записки, относящиеся к Кемберуэльскому делу об отравлении. В последнем деле Шерлоку Холмсу удалось путем исследования механизма часов, найденных на убитом, доказать, что часы были заведены за два часа до смерти и поэтому покойный лег спать в пределах этого времени, -- вывод, который помог обнаружить преступника.

Все эти дела я, может быть, опишу когда-нибудь позже, но ни одно из них не обладает такими своеобразными чертами, как те необычайные события, которые я намерен сейчас изложить.

Был конец сентября, и осенние бури свирепствовали с неслыханной яростью. Целый день завывал ветер, и дождь барабанил в окна так, что даже здесь, в самом сердце огромного Лондона, мы невольно отрывались на миг от привычного течения жизни и ощущали присутствие грозных сил разбушевавшейся стихии. К вечеру буря разыгралась сильнее; ветер в трубе плакат и всхлипывал, как ребенок.

Шерлок Холмс был мрачен. Он расположился у камина и приводил в порядок свою картотеку преступлений, а я, сидя против него, так углубился в чтение прелестных морских рассказов Кларка Рассела, что завывание бури слилось в моем сознании с текстом, а шум дождя стал казаться мне рокотом морских волн.

Моя жена гостила у тетки, и я на несколько дней устроился в нашей старой квартире на Бейкер-стрит.

-- Послушайте, -- сказал я, взглянув на Холмса, -- это звонок. Кто же может прийти сегодня? Кто-нибудь из ваших друзей?

-- Кроме вас, у меня нет друзей, -- ответил Холмс. -- А гости ко мне не ходят.

-- Может быть, клиент?

-- Если так, то дело должно быть очень серьезное. Что другое заставит человека выйти на улицу в такой день и в такой час? Но скорее всего это какая-нибудь кумушка, приятельница нашей квартирной хозяйки.

Однако Холмс ошибся, потому что послышались шаги в прихожей и стук в нашу дверь.

Холмс протянул свою длинную руку И повернул лампу от себя так, чтобы осветить пустое кресло, предназначенное для посетителя.

-- Войдите! -- сказал он.

Вошел молодой человек лет двадцати двух, изящно одетый, с некоторой изысканностью в манерах. Зонт, с которого бежала вода, и блестевший от дождя длинный непромокаемый плащ свидетельствовали об ужасной погоде. Вошедший тревожно огляделся, и при свете лампы я увидел, что лицо его бледно, а глаза полны беспокойства, как у человека, внезапно охваченного большой тревогой.

-- Я должен перед вами извиниться, -- произнес он, поднося к глазам золотой лорнет.-- Надеюсь, вы не сочтете меня навязчивым... Боюсь, что я принес в вашу уютную комнату некоторые следы бури и дождя.

-- Дайте мне ваш плащ и зонт, -- сказал Холмс. -- Они могут повисеть здесь, на крючке, и быстро высохнут. Я вижу, вы приехали с юго-запада.

-- Да, из Хоршема.

-- Смесь глины и мела на носках ваших ботинок очень характерна для этих мест.

-- Я пришел к вам за советом.

-- Его легко получить.

-- И за помощью.

-- А вот это не всегда так легко.

-- Я слышал о вас, мистер Холмс. Я слышал от майора Прендергаста, как вы спасли его от скандала в клубе Тэнкервилл.

-- А-а, помню. Он был ложно обвинен в нечистой карточной игре.

-- Он сказал мне, что вы можете во всем разобраться.

-- Он чересчур много мне приписывает.

-- По его словам, вы никогда не знали поражений.

-- Я потерпел поражение четыре раза. Три раза меня побеждали мужчины и один раз женщина.

-- Но что это значит в сравнении с числом ваших успехов!

-- Да, обычно у меня бывают удачи.

-- В таком случае, вы добьетесь успеха и в моем деле.

-- Прошу вас придвинуть ваше кресло к камину в сообщить мне подробности дела.

-- Дело мое необыкновенное.

-- Обыкновенные дела ко мне не попадают. Я высшая апелляционная инстанция.

-- И все же, сэр, я сомневаюсь, чтобы вам приходилось за все время вашей деятельности слышать о таких непостижимых и таинственных происшествиях, как те, которые произошли в моей семье.

-- Вы меня очень заинтересовали, -- сказал Холмс. -Пожалуйста, сообщите нам для начала основные факты, а потом я расспрошу вас о тех деталях, которые покажутся мне наиболее существенными.

Молодой человек придвинул кресло и протянул мокрые ноги к пылающему камину.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY