«Револьвер системы «Наган» № 47816»

Виктор Точинов

Револьвер системы «Наган» № 47816

Когда я восстану из мертвых, мир содрогнется.

Всякий, кто нарушит мой покой в этой жизни или в следующей, будет подвергнут страданиям и погибнет.

Древний револьвер лежал на столе Василия Семеновича в качестве пресс-папье. Тряхнуть стариной наган уже никак не мог: боек старательно сточен напильником, ствол просверлен и заткнут свинцовой заглушкой — эти изменения стали следствием визита участкового, заглянувшего по иному поводу и увидевшего необычное украшение письменного стола. Но выглядело старое оружие по-прежнему внушительно…

Работая над рукописью — над главной своей рукописью, — Василий Семенович любил брать наган в руки, рассматривать вмятинки и выщерблинки, полустертые клейма и едва видимый заводской номер…

Разглядывал — и вспоминал очень живо, как стал владельцем этого памятного сувенира.

Вспомнить было что…

1. Проблема безначалия

Вот уже вторую неделю начальник отдела майор госбезопасности Лунин не появлялся в управлении. Вероятно, он был на фронте.

На чье имя писать рапорт, сержант госбезопасности Вася Дроздов не знал и спросил о том Яновского. Дроздов тоже рвался на фронт.

— Можешь отдать рапорт мне, — равнодушно сказал Яновский. — Можешь кинуть в мусорную корзинку. Все равно, пока дело не закроем, никто и никуда тебя не отпустит.

Волосы у Яновского были странного белого цвета, так что и не понять, седой он или же блондин, вконец выгоревший под жарким солнцем. По щеке змеился сабельный шрам, заполученный где-то в туркестанских песках, стягивал кожу, и оттого поначалу казалось, что капитан постоянно кривит губы в усмешке, насмехается над младшим коллегой. Но Дроздов со временем привык: такое уж у человека лицо, случаются и хуже лица.

— Поехали, — сказал Яновский, вдавив окурок «Казбека» в переполненную пепельницу. — Машина ждет.

Служебная «эмка» и впрямь поджидала их во внутреннем дворе. Сели — Яновский на переднее сиденье, Вася привычно на заднее. Поехали.

Не доезжая Звенигорода, обогнали армейскую мотоколонну, двигавшуюся к станции. Натужно ревели двигатели полуторок. Красноармейцы, сидя на деревянных скамьях рядами, держали направленные дулом к небу винтовки. Лица у всех хмурые, сосредоточенные… И молодые, совсем мальчишеские.

Виктор Точинов

Револьвер системы «Наган» № 47816

Когда я восстану из мертвых, мир содрогнется.

Всякий, кто нарушит мой покой в этой жизни или в следующей, будет подвергнут страданиям и погибнет.

Древний револьвер лежал на столе Василия Семеновича в качестве пресс-папье. Тряхнуть стариной наган уже никак не мог: боек старательно сточен напильником, ствол просверлен и заткнут свинцовой заглушкой — эти изменения стали следствием визита участкового, заглянувшего по иному поводу и увидевшего необычное украшение письменного стола. Но выглядело старое оружие по-прежнему внушительно…

Работая над рукописью — над главной своей рукописью, — Василий Семенович любил брать наган в руки, рассматривать вмятинки и выщерблинки, полустертые клейма и едва видимый заводской номер…

Разглядывал — и вспоминал очень живо, как стал владельцем этого памятного сувенира.

Вспомнить было что…

1. Проблема безначалия

Вот уже вторую неделю начальник отдела майор госбезопасности Лунин не появлялся в управлении. Вероятно, он был на фронте.

На чье имя писать рапорт, сержант госбезопасности Вася Дроздов не знал и спросил о том Яновского. Дроздов тоже рвался на фронт.

— Можешь отдать рапорт мне, — равнодушно сказал Яновский. — Можешь кинуть в мусорную корзинку. Все равно, пока дело не закроем, никто и никуда тебя не отпустит.

Волосы у Яновского были странного белого цвета, так что и не понять, седой он или же блондин, вконец выгоревший под жарким солнцем. По щеке змеился сабельный шрам, заполученный где-то в туркестанских песках, стягивал кожу, и оттого поначалу казалось, что капитан постоянно кривит губы в усмешке, насмехается над младшим коллегой. Но Дроздов со временем привык: такое уж у человека лицо, случаются и хуже лица.

— Поехали, — сказал Яновский, вдавив окурок «Казбека» в переполненную пепельницу. — Машина ждет.

Служебная «эмка» и впрямь поджидала их во внутреннем дворе. Сели — Яновский на переднее сиденье, Вася привычно на заднее. Поехали.

Не доезжая Звенигорода, обогнали армейскую мотоколонну, двигавшуюся к станции. Натужно ревели двигатели полуторок. Красноармейцы, сидя на деревянных скамьях рядами, держали направленные дулом к небу винтовки. Лица у всех хмурые, сосредоточенные… И молодые, совсем мальчишеские.