«Голуби»

Евгений Аллард

Голуби

Я старался ступать осторожно, не привлекать внимания. Послышалось глухое ворчание старого пса, утробное гав-гав. Но тут же смолкло. Я подошёл к окну и постучал костяшками пальцев. Тихо, едва слышно. Где-то рядом всполошились, закурлыкали голуби, зашуршали крыльями.

— Кто тут? — створка распахнулась, высунулся мужчина. — А, это ты. Ладно, заходи, — сверкнул стёклами очков в лунном свете.

Я шагнул в сени, прошёл в дом. Обдало затхлым нежилым запахом плесневелого дерева.

— Чего пришёл? — хозяин, сухощавый небольшого роста мужчина явно не был доволен моим приходом. — Арестовать меня что ли решил? — хитро сощурился, в голосе проскользнуло что-то приблатнённое.

— Семён, я по делу к тебе пришёл. Помоги.

— Не помогу, прокурор. И не проси.

Уселся на стул, жалобно скрипнувший под ним. Сложил руки на груди. Все его маленькое с острыми скулами и подбородком лицо, на котором выделялись очки в круглой оправе, выдавало в нем враждебность и злобу.

— Бедно, смотрю, живёшь.

Я прошёлся по комнатке, где у стены стоял покосившейся шифоньер, узкая кровать, укрытая выцветшим покрывалом, стол с фанерной столешницей.

— А ты, что богато что ли?

— Так ведь я на трудовые живу, на зарплату. А ты у нас парень видный. Хранитель общака.

— Ты зачем пришёл, прокурор? — процедил сквозь зубы хозяин. — Не за общаком ведь?

— Семён, ну зачем ты так? Прокурор, прокурор. Саша я для тебя. Александр, если хочешь. Разве ты забыл, что мы друзья?

— Бывшие друзья. Понял? Бывшие.

— Эх, Сёма, Сёма, — я покачал головой. — А помнишь, как в шестом классе мы с тобой к деду Никифору в сад залезли, яблоки набрали? И такие оказались кислющие. Ужас. И чего лезли? Потом животами маялись.

— Помню, — глухо сказал Семён, вытащил початую пачку папирос из старого, застиранного цвета халата.

— А ещё помнишь, как в футбол играли рядом со школой и я окно директорской запулил мячом? А ты на себя взял?

— Да помню, чёрт тебя дери! — прорычал Семён. — Говори, зачем пришёл.