«Отчаянный воин»

Андрей Воронин

Инструктор. Отчаянный воин

Часть первая

Глава 1. Заказ

В частной художественной галерее «На Беговой» открылась выставка работ молодых художников. Здесь можно было увидеть картины и авангардистов, и реалистов, и импрессионистов… Словом, посетителям выставки предлагались полотна на любой вкус.

А посетителей в небольшой по размерам галерее собралось немало, и большинство из них имели непосредственное отношение к изобразительному искусству, российской культуре и международному бизнесу.

Полковника ГРУ в отставке Иллариона Забродова встретил сам владелец художественной галереи «На Беговой» — средних лет высокий худощавый мужчина. Андрей Абрамов был весьма рад приходу старинного приятеля, с которым в последнее время виделся очень редко по причине занятости обоих, но особенно своей, так как организация выставок и на родине, и за границей отнимала много времени.

— Илларион, ну слава богу! — обняв товарища, воскликнул Абрамов. — А то я уж начал думать, что ты не придешь!

Статный седовласый мужчина добродушно улыбнулся, сверкнув ровными и белыми зубами.

— Ну, Андрей, я же обещал, — сказал он. — К тому же я теперь на пенсии, времени у меня вагон, так что охотно повышу свой культурный уровень.

— Ладно, Илларион, — кивнул владелец выставки, — ты пока походи посмотри, а на фуршете мы с тобой более плотно пообщаемся.

— Хорошо, — согласился Забродов и тут же спросил: — А Гуреев, Демакин уже здесь?

— Где-то там… — махнул рукой в дальний конец зала Абрамов.

— Понял, — усмехнулся Забродов.

— Ну, ты не скучай, — сказал приятель, — а мне нужно с министром культуры переговорить, пока он еще в хорошем расположении духа.

— Хозяин — барин! — усмехнулся гость.

— Да ладно тебе подкалывать! — добродушно, но с некоторой долей усталости отмахнулся владелец выставки.

Абрамов направился к лысоголовому министру культуры, а седовласый пенсионер стал с интересом рассматривать выставленные на стенах и стендах картины, среди которых обнаружилась и картина его приятеля художника Гуреева.

— Илларион! — раздался знакомый мужской голос. — Привет!