«Кулон в виде звезды»

– Стреляй! – скомандовал кто-то.

Она выстрелила. Противник повержен! Она закрыла глаза. «Противник повержен» – снова пронеслось у нее в голове. Вдруг ее локтя что-то коснулось. Она вздрогнула и открыла глаза.

– Пойдем, Лина, – сказал мягкий голос.

Она села в машину и задумалась о своей жизни. У семнадцатилетней Каролины не было родителей, и она их даже не помнила. В десять лет Лина захотела поступить в танцевальное училище. Детдом был только рад избавиться от «постоялицы». И самой Лине здесь было хорошо. Конечно, график очень загруженный, но условия были гораздо лучше и наставники добрее. Кроме этого Лина, хрупкая девчушка, служила в секретном отделении полиции. Не такая уж она и хрупкая оказывалась тогда – бегала, дралась и стреляла как заправский боец.

Приехали. Лина распрощалась со своими и направилась к училищу. Дело было в среду. Лина, как это обычно и бывало, сказала, что у нее болит нога и убежала с уроков. Хотя нога действительно болела из-за долгой погони, Лина чувствовала себя виноватой и обещала выучить все и даже больше к завтрашнему дню.

Лина зашла в свою комнату и бросила сумку на кровать. Комната была шикарна. Это была не узкая каморка со стандартным набором койка – стол – стул. Огромная комната с санузлом, душем, большой кроватью, столом, креслом, шкафом для одежды, стеллажом и даже холодильником. Семь лет назад, когда Лина впервые переступила порог своего будущего жилища, она даже не поверила своим глазам. После восьмиместных комнат детдома, когда все твои скромные пожитки помещались в тумбочку у кровати, такое количество имущества казалось Лине непростительной роскошью.

Лина работала в полиции уже три года. Попала туда она почти случайно – идя по своим делам, девушка оказалась в эпицентре задержания опасного преступника. Тогда её и заметили товарищи по службе. Неожиданно даже для себя Лина проявила удивительную способность к критическому мышлению и спасла не только себя, но и всю операцию.

Сложнее всего приходилось скрывать от директора училища свою работу. Регулярные тренировки, всё учащающиеся задержания увеличивали и увеличивали линины прогулы, обещания сдать и всё новые отговорки. Девушка всерьёз опасалась своего отчисления из училища.

– Каролина!

Громкий оклик заставил девушку вздрогнуть.

– Да? Простите, Георгий Вольфрамович, я задумалась.

– Она задумалась! Посмотрите-ка! Каролина, я очень в тебе разочарован. Когда мы взяли тебя в училище, думали, что наши старания и вложения в тебя окупятся. Но твоё поведение, Каролина, оставляет желать лучшего. Мне ничего больше не остаётся. Ты отчислена.

– Георгий Вольфрамович, я…

– Ты никогда так больше не будешь, обещаешь исправиться… Всё это мы уже слышали. Прости, я не вижу другого выхода. Можешь жить здесь до конца недели, пока подыскиваешь жилье.

У Лины внутри как будто что-то оборвалось. Танцы были её смыслом жизни, её кислородом, причиной, по которой она всё ещё просыпалась по утрам. Они были для неё всем. Вылететь из училища означало для неё остаться без частички души и с разбитым сердцем.

Лина побежала за директором, хотела его догнать, всё объяснить, ещё раз извиниться… Но было уже поздно. Георгий Вольфрамович был неумолим.

– Если тебе некуда идти, я могу дать отсрочку. На твою комнату пока никто не претендует. Но ты здесь больше не обучаешься. Мне очень жаль.

Лина закрыла за собой дверь и ничком упала на кровать. Слёзы нескончаемым потоком текли по её щекам. Девушке казалось, что её жизнь закончилась. Без училища и без танцев она никто. Она ничего не добьётся в жизни. Можно поступать в университет, но какой в этом смысл? Ей уже ничего не хотелось.

Девушка понимала, что деньги на ближайшие несколько лет у неё есть. В полиции ей хорошо платили, да и за эти годы в банке скопилась кругленькая сумма. Лина также знала, что коллеги не дадут ей остаться на улице. Да и руководство очень ценило свою юную звёздочку – Лина показывала успехи и была лучше даже некоторых агентов с большим стажем, на много лет старше её. Но даже если ей удастся построить блестящую карьеру в полиции… Это было совсем не то, чего Лина хотела от жизни.

«Надо искать квартиру»

Эта мысль загорелась как лампочка в линином мозгу. Она ухватилась за неё, чтобы занять себя хоть чем-то и немного отвлечь от грустных мыслей. Девушка открыла ноутбук и вышла в интернет. Пролистав пару десятков объявлений, Лина наконец решилась позвонить по указанному номеру.

– Здравствуйте. Я по поводу квартиры. Сколько мне? Семнадцать. Как не подхожу? Но, подождите…

На другом конце провода послышались гудки. Лина вздохнула и принялась искать следующий вариант. Но и здесь её поджидала неудача.

– Уже нашли? Конечно… Да-да, ничего страшного. Спасибо. До свидания.

«Надо собраться. У меня есть ещё несколько дней. Всё будет хорошо» – Лина повторяла это как мантру. Меньше всего ей сейчас хотелось снова разреветься. Девушка вышла из комнаты, чтобы налить себе кофе. Но на выходе на неё набросились Ира и Марат. Лучшие друзья в училище и неисправимые оптимисты, они часто помогали Лине и были для неё лучиком солнца в этом непроглядно тёмном мире.

– Лина, что случилось? Там говорят, что тебя исключают! Мы так волновались… – затараторила Ира.

– Ребята, всё в порядке, – пробормотала Лина, пытаясь пройти на кухню.

– Лина, так это правда? – спросил Марат, глядя на девушку своими тёмными глазами.

– Вы не думайте об этом, ладно? Я обязательно что-нибудь придумаю. До конца недели я здесь, а потом… – успокаивая ребят, Лина успокаивала и себя саму.

– Тебя исключили? – из-за угла вывернул Андрей. В глубине его бездонных глаз плескалось странное подобие грусти.

– Всё будет в порядке, – повторила Лина, протискиваясь на кухню.

– Да, Андрюша, нашего Линусика отчислили, – с ехидной ухмылкой протянул вновь подошедший парень.

– Марк, уйди, а? Совсем не до тебя сейчас, – заступилась за друзей Ирина.

– Ребят, извините, у меня голова гудит. Я пойду на кухню, ладно? – с этими словами Лине удалось наконец вырваться из плотного кольца сокурсников.

Девушка устало опустилась на стул. Голова действительно раскалывалась от нахлынувшей информации. Всего один день, а столько произошло! Ещё утром казалось, что день будет самым обыкновенным и ничего из ряда вон не случится. Но этим мечтам не удалось сбыться. Ранним утром этого дня раздался телефонный звонок, и Ада сообщила, что Лину вызывают на дело.

«Ада! – вспомнила Лина. – Надо ей позвонить.»

Ада Державина была лучшей подругой Каролины. Они вместе работали в полиции. Ада была на четыре года старше, чем Лина, но поступила на работу в тот же год, что и последняя. Ада всегда твёрдо стояла на ногах и была настоящей реалисткой. Вот и сейчас девушка отнеслась к делу со всей серьёзностью.

– У меня есть знакомые, которые сдают квартиру. В центре города, совсем рядом с нашим офисом. По деньгам потянешь. Лина, если ты ничего не найдёшь, знай, что всегда можешь пожить у меня. Ты столько раз мне помогала. Пришёл мой черёд отплатить тебе.

– Нет-нет, что ты! – запротестовала Лина.

– Решай сама. Номер арендодательницы вышлю тебе эсэмэской. Всё, пока, мне бежать надо. Целую. Что бы не случилось, не паникуй.

Разговор с Адой пошёл на пользу душевному состоянию Лины. Она уверила себя в том, что бояться нечего, и, пообещав позвонить по поводу аренды завтра утром, легла спать.

Утром Лину разбудил телефонный звонок.

– Угадай, кто приехал! – защебетал в трубке приятный голосок.

– Конечно Ева, кто же ещё! Протирай свои заспанные глазки, соня, и беги ко мне. Жду в нашем кафе через час.

Лина взглянула на часы. Восемь утра. Обычно она вставала в семь, чтобы подготовиться к занятиям, но теперь, когда её исключили… На Лину накатила вся усталость вчерашнего дня. Интересно, а на завтрак ей прийти ещё можно? Хотя нет, лучше не рисковать. Позавтракает в кафе. Лина умылась и надела своё любимое платье, чтобы придать себе немного сил и уверенности.

Через час, когда Лина добралась до кафе, Ева уже сидела там. Ева и Каролина дружили с детства – в детдоме у девочек были соседние кровати. Когда Лина поступила в училище, они с Евой продолжали поддерживать связь – переписывались, звонили друг другу и ходили в это кафе. Это было их любимое кафе, где всегда подавали пончики и ароматный капучино. Но через четыре года объявился дядя Евы, который якобы о ней ничего не знал, и девочка уехала к нему в Италию.

Ева рассматривала меню. Белокурые локоны обрамляли её прелестное личико. Ева Раевская всегда была красавицей: белоснежная кожа, голубые глаза и вздёрнутый носик. Она заметила подходящую Каролину и приветственно помахала ей рукой. Лина подбежала к старой подруге и крепко-крепко её обняла.

– Ева! Я так скучала, – Каролина зарылась лицом в белоснежные волосы подруги, вдыхая такой знакомый аромат.

– Я же приезжала полгода назад, – улыбнулась Ева, отстраняясь. Но по ней было видно, что она тоже безумно скучала.

– Целых полгода! За это время столько всего может произойти. Ну, рассказывай, как у тебя дела? Как дядя, как Италия?

– У меня всё отлично. Ещё успею рассказать. Лучше скажи, как ты здесь? Как твоя служба в полиции? – подмигнула Ева.

Девушки делились всем. И служба Лины в секретном отделе не была исключением – она сразу рассказала всё лучшей подруге, зная, что ей можно доверять.

– Ева… Меня отчислили, – Лина решила не тянуть с новостью, терзавшей её.

– Как?! Из полиции?

– Да нет же, из училища.