«Жодино. Цена молчания»

Денис Нырков

Жодино. Цена молчания

Глава 1. Дом-работа-дом

Какую цену готовы заплатить люди за свое молчание в те моменты, когда стоит кричать о нависшей над ними угрозе? Мы всегда находим оправдания своей трусости: семья, кредит, риск потерять работу. Многое из того, что помогает оправдать наше бездействие приходит на ум, но не вижу смысла перечислять все. Причина лишь в том, что мы боимся действовать и брать на себя ответственность. Всегда ждем, что кто-то сделает все за нас. Но спасательного отряда детдомовцев, не успевших набрать кредитов, все нет и нет.

За подобное мышление город Жодино заплатил очень высокую цену. В своем дневнике я попытаюсь описать то, что пришлось пережить городу и его жителям за свое молчание.

Новости из НПЦ по животноводству

По всем городским средствам массовой информации прогремела новость, что в нашем научно-практическом центре началась работа над разработкой вакцины от ранее неизвестного штамма бешенства.

Смущало в этой ситуации то, что сам вирус был обнаружен в Смоленском районе, но разработку вакцины было решено осуществлять в Жодино, куда и свезли всех зараженных животных. Хотя, как мне кажется, дело скорее в размере гранта, который Москва выделила за данную услугу. А городские чиновники, учуяв размер свалившейся на них котлеты, радостно предложили провести разработку вакцины именно в нашем НПЦ.

Рядовые жители, в свою очередь, высказывали недовольство и обеспокоенность. Но, как это у нас принято, публично это делало не так уж и много людей. Большинство негодовали, не покидая пределов собственной кухни.

Вскоре можно было наблюдать привычную для наших мест картину с задержаниями самых громких активистов. Далее следовало увольнение с места работы, статья в трудовой книжке и прочие блага социально-ориентированного общества. В такие моменты кухонные борцы за правду чаще всего чувствуют непроизвольное внутреннее облегчение, связанное с тем, что их подобная участь не коснулась.

За пару дней, все уличные недовольства удалось подавить. Самые громкие, по закону жанра, отправились в местный следственный изолятор, более трусливые предпочли свою гражданскую позицию дальше курилки не выносить.

Первый звонок

Первый тревожный посыл я получил на третий день после начала вышеописанных событий.