«Проект «Тревожные Небеса»»

Гордей Егоров

Проект «Тревожные Небеса»

Двух ударов лопатой ему хватило. Ещё бы. Я от души размахнулся. Сползая с жутким протяжным воплем по крылу моего видавшего вида поло, он толкает ведро. Паразит чёртов! Весь бензин, который он успел у меня слить, вытекает из ведра, парит, ударяя в голову, и быстро впитывается в сухую почву. Надо бы добить, кончено, гниду, но слишком мало времени. Время. Именно оно сейчас самое, самое ценное. Именно его он пытался у меня украсть. Только увидев этого гада возле своей машины, я понял, что он давно меня поджидал. Хреновы мародёры! Он, похоже, хотел переждать атаку тут, в каком-нибудь подвале под каменной дачей. Урод! Хрен он теперь переждёт, даст бог очнётся через час. Через час уже будет поздно…

Я тыкаю ключ в зажигание – руки плохо слушаются… проклятье! Попадаю с третьего раза, поворачиваю замок… Вот гавнюк! Сволочь! Почти всю горючку слил! Добраться бы до города…

Через час… Через час тут уже может ничего не быть! Я дрожащими руками выхватываю телефон – таймер, закреплённый на экране отсчитывает миллисекунды… до закрытия всех гермоворот ворот остаётся тридцать восемь минут.

Дался мне этот дробовик! Я бросаю сумки на заднее сиденье, оттаскиваю тело подальше от машины. На крыле остаются кровавые разводы. Тело отплёвывается кровью и что-то мычит. Я вспоминаю, как этот урод, приторно улыбаясь, говорил мне: «Доброе утро, сосед! Как твоя принцесса?» Какими мерзко-притворными были люди ещё два месяца назад… Какими настоящими они стали сейчас – за 36 минут до… Осталось всего тридцать шесть минут! Я бросаю соседа к его забору – думал занести в дом, но… нет. До гермоворот за которыми жена, дочь и родители я уже не доберусь, точно… Туда двадцать восемь минут ходу… И не факт, что ещё открыты все мосты… одна ошибка и я остался на поверхности. А кто остался на поверхности, тот труп с вероятностью 101%. Уж я то знаю, что говорю. Хлопаю дверью. По газу. Развернулся в три движения и вперёд… Ходу. Время. Давай…

Гордей Егоров

Проект «Тревожные Небеса»

Двух ударов лопатой ему хватило. Ещё бы. Я от души размахнулся. Сползая с жутким протяжным воплем по крылу моего видавшего вида поло, он толкает ведро. Паразит чёртов! Весь бензин, который он успел у меня слить, вытекает из ведра, парит, ударяя в голову, и быстро впитывается в сухую почву. Надо бы добить, кончено, гниду, но слишком мало времени. Время. Именно оно сейчас самое, самое ценное. Именно его он пытался у меня украсть. Только увидев этого гада возле своей машины, я понял, что он давно меня поджидал. Хреновы мародёры! Он, похоже, хотел переждать атаку тут, в каком-нибудь подвале под каменной дачей. Урод! Хрен он теперь переждёт, даст бог очнётся через час. Через час уже будет поздно…

Я тыкаю ключ в зажигание – руки плохо слушаются… проклятье! Попадаю с третьего раза, поворачиваю замок… Вот гавнюк! Сволочь! Почти всю горючку слил! Добраться бы до города…

Через час… Через час тут уже может ничего не быть! Я дрожащими руками выхватываю телефон – таймер, закреплённый на экране отсчитывает миллисекунды… до закрытия всех гермоворот ворот остаётся тридцать восемь минут.

Дался мне этот дробовик! Я бросаю сумки на заднее сиденье, оттаскиваю тело подальше от машины. На крыле остаются кровавые разводы. Тело отплёвывается кровью и что-то мычит. Я вспоминаю, как этот урод, приторно улыбаясь, говорил мне: «Доброе утро, сосед! Как твоя принцесса?» Какими мерзко-притворными были люди ещё два месяца назад… Какими настоящими они стали сейчас – за 36 минут до… Осталось всего тридцать шесть минут! Я бросаю соседа к его забору – думал занести в дом, но… нет. До гермоворот за которыми жена, дочь и родители я уже не доберусь, точно… Туда двадцать восемь минут ходу… И не факт, что ещё открыты все мосты… одна ошибка и я остался на поверхности. А кто остался на поверхности, тот труп с вероятностью 101%. Уж я то знаю, что говорю. Хлопаю дверью. По газу. Развернулся в три движения и вперёд… Ходу. Время. Давай…