«Русская жизнь-цитаты-декабрь 2018»

Русская жизнь-цитаты-декабрь 2018 (fb2) - Русская жизнь-цитаты-декабрь 2018 836K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Русская жизнь-цитаты

Русская жизнь-цитаты

«Государство расположилось в России, как оккупационная армия. Мы не ощущаем государство частью себя, частью общества. Государство и общество ведут войну. Государство карательную, а общество партизанскую… Александр Герцен

https://www.facebook.com/russkayazhizn

Скачать электронные книги “Русская жизнь-цитаты” с 11.2016 по 11.2018 https://cloud.mail.ru/public/84zf/PXjUBzHd2

Скачать электронную книгу “Русская жизнь-цитаты-ноябрь 2018” с облака fb2, epub, mobi

ДЕКАБРЬ 2018

Александр Скобов: путинский паханат- главная на сегодняшний день угроза миру, прогрессу, цивилизации.

реакционные силы, считающие избыточными достигнутые западной цивилизацией ограничения насилия правом. Они стремятся сбросить выработанные человечеством ограничения социального эгоизма. На их знамени написано “Каждый сам за себя”. Этот принцип они противопоставляют принципу “Права человека для всех”. Эти силы действуют как внутри западного сообщества, так и вне его.

Ударным боевым отрядом сил мировой реакции стал путинский режим в России. Борьбу с лидерством Запада в мире, с распространением западных принципов и ценностей, западной политической модели в мире он превратил в смысл своего существования. И это вовсе не является случайностью или историческим недоразумением.

В преобладающей своей части, криминальная по способу социального восхождения, психологии и повадкам, новорусская “элита” породила своеобразный политический режим, часто именуемый “паханатом”. Этот режим обеспечивает клептократической элите внеправовые способы обогащения, безнаказанность и несменяемость путем выхолащивания, превращения в имитацию всех общественных институтов, созданных для контроля над господствующей элитой снизу. Паханат — это чисто авторитарный режим, обшитый картонными “демократическими” декорациями. Он основан на обмане, подкрепленном внеправовым насилием. При таком режиме правовые ограничения государственного насилия могут существовать на бумаге, но они не могут “работать”.

Само существование более развитой, успешной и привлекательной общественной системы, в которой доминирующие элиты после долгой борьбы смирились со своей подотчетностью обществу, с правовыми ограничениями на насилие, правящая клептократия путинского паханата воспринимает как угрозу. Угрозу собственному господству и самому способу обеспечения собственного господства. В этом корни ее утробной ненависти к западной цивилизации и ее политическим принципам, нашедшей идеологическое оформление в отрицании либеральных ценностей с позиций радикального консерватизма XIX века — духовного предшественника фашизма. Фактически это отрицание всего наследия 1789 года. А именно это отрицание Гитлер называл сутью национал-социализма.

Все это делает путинскую клептократию “экзистенциальным” врагом западной цивилизации, самого ее образа жизни. Путинский паханат не только стремится всеми силами остановить распространение западной политической модели в мире, поддерживая и защищая авторитарные режимы любой степени одиозности. Он стремится разрушить западную цивилизацию изнутри, коррумпируя ее элиты, поддерживая реакционные, крайне правые силы, задействовав гигантскую машину пропагандистской лжи.

В исторической перспективе авторитарная общественная система может отстоять право власти на произвол внутри государства, не иначе как разрушив весь нынешний международно-правовой порядок, закрепляющий ограничение власти государства над своими гражданами. В этом же направлении путинскую клептократию толкает и ее имперский реваншизм, ставший для нее главным средством легитимизации собственной власти внутри страны. Вернуть себе зону имперского диктата, возможность безнаказанно насиловать и расчленять соседей путинская Россия может, лишь сокрушив сам принцип верховенства международного права. Имперский реваншизм путинской клептократии не следует рассматривать как исключительно прагматический инструмент достижения внутриполитических целей. Мучимая комплексом собственной уголовной неполноценности, она компенсирует его в тупом имперском самоутверждении. Она жаждет величия. Она хочет быть владычицей морскою.

Путинский паханат не только испытывает непреодолимое, маниакальное стремление разрушить существующий миропорядок, но и располагает ресурсами, позволяющими причинить ему непоправимый ущерб. Не только даже очень ограниченное применение ядерного оружия, но и систематические угрозы его применения сами по себе разрушительны для всей действующей системы международных отношений. Для системы сдержек и ограничений международного насилия. Это делает путинский паханат главной на сегодняшний день угрозой миру, прогрессу, цивилизации.

Путинский паханат совершал военные преступления и преступления против человечности на протяжении всего своего существования. Он выполз из кровавой трясины грязных колониальных чеченских войн. Он вскормлен неограниченным насилием государства над человеком. Путин не просто вор-клептократ. Он массовый убийца-изувер. Смерть и война сопровождают всё его правление. Путин — это смерть и война. Путин — агрессор. Никто не угрожает России захватом и порабощением. Путин ведет свои войны за порабощение других.

Ради порабощения других Путин развязал агрессивную войну против Украины. Он разжег и продолжает подпитывать гражданскую войну в Донбассе. Он совершил разбойничью и невероятно подлую аннексию Крыма, чем поставил под удар безопасность и благополучие всего человечества. Ибо односторонняя силовая перекройка в свою пользу международно признанных границ взрывает главную несущую конструкцию системы международной безопасности и грозит погрузить мир в хаос.

Остановить путинскую агрессию невозможно только адресными санкциями против его приближенных. Пока страны Запада уклоняются от применения оружия против агрессора, Путин успешно разрушает международно-правовой порядок средствами “гибридной войны”. А из международной изоляции он будет пытаться вырваться с помощью новых, еще более опасных военных авантюр. Именно так он стремится принудить цивилизованный мир согласиться с навязываемыми им бандитскими правилами. И либо действующие правила международного поведения будут окончательно опрокинуты, либо придется давать вооруженный отпор Путину. Да, иногда за мир надо воевать. Как сказал в недавнем интервью Андрей Илларионов, танки останавливают только другие танки. Или иные танкоостанавливающие средства.

Не верьте Путину. Он не торопится попасть в рай. Он догадывается, что на том свете его ждет отнюдь не рай, а спортзал бесланской школы с падающими горящими перекрытиями.

http://www.kasparov.ru/material.php?id=5C22704D734B3

Катя Петровская:”не то что нет места, а даже нет идеи, в которую можно вернуться.

Катя Петровская после учебы на филологическом факультете Тартуского университета и диссертации о Ходасевиче уехала в Германию, где в 2014 году написала книгу «Кажется, Эстер», переведенную на множество языков и ставшую международным бестселлером. В рамках исследовательской поездки в Германию, осуществленной при поддержке представительства ЕС в России, Михаил Ратгауз поговорил с Петровской об эмиграции, Берлине, политической активности в эпоху турбулентности и о том, какой видится Москва издалека.

Я теперь гораздо лучше понимаю многое в русской эмиграции после Октябрьской революции именно потому, что не то что нет места, а даже нет идеи, в которую можно вернуться.

— Мы все-таки выросли с идеей общего пространства. Я сейчас писала текст про свою поездку в Грузию, и я вдруг поняла, что, если ты живешь в русском языке, ты, в принципе, не можешь избавиться ни от романтизации, ни от экзотизации Грузии, ни от колониального взгляда. Потому что Кавказ для нас, таких, как я, — это территория прекрасных стихов, написанных Лермонтовым и Пушкиным, известных нам с детства. Стихи, романтизм, детство и завоевательные войны сплетены в нашем языке. Слышим мы это или нет — другое дело, но для русскоязычного человека в Украине это понятная вещь. Русский был не только языком дружбы и связей, литературы и науки, но и ужасом для немалого числа людей, многие с этим жили всегда, с этим неразличением двух русскостей. Просто всегда! Мои собратья в Западной Украине — для них в любой прекрасной русской книге могли таиться угроза и обида. Я никогда об этом вообще не думала. Понимаешь?

— Понимаю.

— А я не очень понимаю. Я действительно не понимаю и все время чувствую, когда встречаюсь со своими друзьями… какой-то бессмысленный раздел пространства. Я не знаю, бывает ли осмысленный раздел пространства, но этот раздел абсолютно чудовищный. Я написала книгу о Второй мировой, но из-за российского вторжения, из-за аннексии Крыма это все кажется почти что маньеризмом, ритуальными кругами памяти. Современность перекрыла все, но как об этом говорить?