«Знание-сила, 1997 № 04 (838)»

Знание-сила, 1997 № 04 (838) (fb2) - Знание-сила, 1997 № 04 (838) (Знание-сила, 1997 - 4) 6018K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Журнал «Знание-сила»

Знание-сила, 1997 № 04 (838)

Ежемесячный научно-популярный и научно-художественный журнал для молодежи

Издается с 1926 года

Журнал издается под эгидой Международной ассоциации «Знание»

"ЗНАНИЕ-СИЛА” ЖУРНАЛ, КОТОРЫЙ УМНЫЕ ЛЮДИ ЧИТАЮТ УЖЕ 70 ЛЕТ!

Родченковский «Прыжок» через Эйфелеву башню — не только спортивная гипербола, это еще и символ преодоления: преодоление барьера инертности в науке, устаревшей парадигмы, (стр. 16). Коллаж А. Эстрина

ПИСЬМО ЧИТАТЕЛЯ

Достоуважаемая редакция!

Я очень люблю ваш журнал и считаю его важным явлением современной культуры. Большинство его материалов — на самом высоком уровне и по интерес нести, и по качеству. Однако, хотя и редко, попадаются статьи, которые не то что вызывают возражения или сомнения (это как раз нормально), но производят впечатле ние недостаточ но глубоко обоснованных. Сейчас хочу сказать о статье В. И. Комарова «Существует ли мировой разум?» (№ 7 за 1996 год). В ией проявляется, как мне представляется, очень опасная тенденция: путать сферу науки и сферу веры, пытаться как бы научно обосновать то, что может являться только предметом веры.

Для ясности: Мировой Разум автора ничем существенным не отличается от Бога (разумеется, не христианского Бога, но тем не менее все его главные атрибуты божественны). Итак, на самом деле речь идет об обосновании бытия Божьего. Я не верую в Бога, но ясно понимаю, что мое неверие (равно как и вера верующих) не может быть ни доказано, ни опровергнуто логикой или экспериментом. Поэтому я с глубоким уважением отношусь к попыткам верующих как-то обосновать свою веру, лишь бы попытки эти делались с полной мерой серьезности.

В Н. Комаров свою аргументацию базирует на антропном принципе — том действительно удивительном обстоятельстве, что наш мир устроен таким образом, что в нем может существовать человек, причем очень малые изменения в свойствах нашего мира сделали бы существование человека невозможным. В последние годы антропный принцип обсуждают многие философы.

Дальше ход рассуждения В. Н. Комарова приблизительно таков. Если бы параметры Вселенной были немного иными, человек не мог бы появиться. Значит, этот мир создан «под человека», по плану, а автор плана и есть Мировой Разум. Увы, аргументация эта слаба. Во-первых, в «ином» мире не могла бы существовать та жизнь, которая есть в нашем. Но совсем не обязательно есть только одна возможность жизни и не может быть совершенно иной, ничем не похожей на нашу, но тем не менее жизни (и иного разума). Какой могла бы, например, быть жизнь в мире, где нет атомов, а есть одни электромагнитные поля? Я не могу себе этого вообразить. И есть искушение возвести это в философский принцип: того, что мы не можем себе представить, не может быть. Но это ложный принцип. Ни Ньютон, ни Максвелл — гении из гениев — не могли представить себе мира, где скорость света не зависит от скорости движения излучателя, а время и размеры зависят от скорости, где летящие частицы могут дифрагировать. Но именно в таком мире они жили.

Во-вторых. Представляется, что у антропного принципа есть очень естественное объяснение — адаптационное. Мы возникли именно в этом мире и поэтому от рождения приспособлены именно к нему. Именно он сформировал нас и наши взгляды на гармонию, красоту, целесообразность, «само- собой разумейность».

И третье. Объяснить удивительность нашего мира вмешательством Высшего Разума значит только отодвинуть трудность объяснения на одну ступень выше: легче ли объяснить удивительность появления этого Высшего Разума? Не проще ли оставить удивительность нашего появления без ответа? Хотя бы пока.

Есть еще одно искушение. Применить здесь бритву Оккама: «Не создавай лишних сущностей». Можешь объяснить что-то без Высшего Разума — обойдись без него. Но бритва Оккама — тоже не безукоризненный философский принцип. То, что нам кажется лишним, зачастую оказывается истинным. И затронутые автором вопросы, которые обсуждали и обсуждают лучшие умы человечества, начиная по крайней мере с Фомы Аквинского, продолжают сохранять актуальность. Но именно поэтому их надо обсуждать очень аккуратно, сопоставляя все возможные ответы. •

А. ЗАКГЕЙМ, инженер-химик

ЗАМЕТКИ ОБОЗРЕВАТЕЛЯ

Александр Семенов

«Где деньги, Зин?»

«Заметки обозревателя»? Порой мне хочется подправить эту нашу рубрику и написать «Горестные заметки». Безусловно, приметы нынешнего времени отнюдь не всегда печальны, и я искренне был бы рад, если бы читатели нашли аргументы не согласиться с моими опенками. Но прежде — послушайте.

Мне рассказывали, что обычно предельно корректного и спокойного директора Европейского центра ядерных исследований Криса Лювеллина-Смита в сентябре прошлого года было трудно узнать. Он был разгорячен и говорил на непривычно высоких тонах, при этом одно из наиболее частых слов в его возбужденных речах было «деньги». Только-только отпраздновали одобрение Большого Адронного Коллайдера, с энтузиазмом приступили к работам по его созданию и к проектам экспериментов на нем, как вдруг — гром среди ясного неба: Германия сокращает свой финансовый взнос в эту организацию аж на десять процентов.

Европейский центр ядерных исследований — ЦЕРН (это аббревиатура французского названия) — международная организация, в которую входят двенадцать ведущих европейских стран и, кроме того, активное участие принимают США, Канада, Япония, Китай, Россия. Все участники вносят обязательный финансовый взнос, пропорциональный доходу страны. Германия платит четверть всех поступлений, и в связи с этим изъятие из ее доли десяти процентов означает шя ЦЕРНа сокращение на два с половиной процента. Казалось бы, ерунда, невелика сумма.

Проблема в том, что планировался и одобрялся новый ускоритель в сложных условиях, денег на него не хватало, их изыскивали с трудом, отрывая куски от менее перспективных направлений и привлекая средства от стран-«неучастниц». Долго сомневались, даст ли денег Япония, потом радовались — дала. И все равно — не хватало. Пришлось слегка растягивать сроки постройки и продолжать искать и искать. И в этот момент приходит сообщение, что немцы отрезают два с половиной процента. Можно расценивать такое решение как удар под дых, в спину или ниже пояса, но суть дела от этого не меняется — иод угрозу ставится грандиозный десятилетний проект. После закрытия американского Суперколлайдера главная надежда физики элементарных частиц на первое десятилетие следующего века.

Да и два с половиной процента — не самая главная опасность. Деньги-то выделяют политики. Парламентарии во Франции, Италии, Англии могут задать себе правомерный вопрос: «Если могучая Америка не видит у себя ресурсов для постройки нового ускорителя и закрывает его, мощнейшая Германия сокращает финансирование на десять процентов, то что же мы себе позволяем безумную расточительность?..» Я думаю, в предвидении эффекта снежного кома и впал директор ЦЕРНа в столь несвойственное ему раздражение. По слухам, Италия уже почти приняла решение сделать подобные сокращения, а это — еще полтора процента.

Когда вы будете читать эту заметку, будет уже весна 1997 года, многое прояснится, и я постараюсь дать как можно более свежую информацию. Пока же середина зимы — еще ничего не решено.

При этом нельзя сказать, что немецкие политики возненавидели физику элементарных частиц: на два с половиной процента сокращен весь бюджет науки и образования. Оппозиция в бундестаге в лице представителей Социал-демократической партии бурно протестовала против такого сокращения, называя его «признанием собственной несостоятельности». Однако финансовые эксперты оппозиции в приватных беседах с корреспондентами подчеркивали, что будут бороться за поддержку внутренних немецких исследований, а у международных центров надежд очень мало. Сокращения ведь идут не из-за чьего-то плохого характера, а потому что европейские страны объединяют свои финансовые системы — деньги нужны для поддержки этого непростого процесса.