«Танцующая для дракона (СИ)»

Танцующая для дракона (СИ) (fb2) - Танцующая для дракона (СИ) 1656K (книга удалена из библиотеки) скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Марина Эльденберт

Глава 1. Танни

Зингсприд, Аронгара

Неоновый свет отражался от металлических поверхностей, плавился о кожу диванчиков, втекал в стекло. Элитный клуб «Форсайт», где мы отмечали завершение проекта, располагался на последнем этаже высотки, вонзающейся в черное небо раскаленной иглой. По-хорошему, меня здесь быть не должно, я этот проект застала постольку-поскольку, но нужно как-то вливаться в новый коллектив. Поэтому я задумчиво ковырялась трубочкой в коктейле, а иногда смотрела наверх — туда, где над огромным куполом раскинулась ночь.

— Хочешь на смотровую площадку? — перекрикивая музыку, ко мне наклонился Лэрг.

Заметившая это Ширил Абрамс облизнула губы и заговорщицки мне подмигнула: мол, давай, действуй. Собственно, действовать было несложно — из двадцати человек за столиком нас осталось трое. Кто-то сбежал танцевать, и с тех пор их больше никто не видел, кто-то зависал у барной стойки, так что случись мне уйти с Лэргом, даже слухи будет некому распускать.

Рассеянно улыбнулась:

— Может позже.

— Ладно, — Лэрг кивнул, соглашаясь. — Схожу в бар. Вам взять что-нибудь?

— «Небеса в огне»! — вскинула руку Шири.

— А тебе, Тан?

— У меня еще вот, — показала наполовину полный бокал: изогнутый, как влитая рядом с нашим столиком колонна, внутри которой мерцали фиолетовые искры.

— Танни Ладэ! — фыркнула коллега, когда Лэрг отошел. — Еще чуть-чуть, и я решу, что ты и вправду по девочкам, как трепет Айра.

— Пусть трепет, — отмахнулась я.

— Нет, я серьезно! Лэрг очешуительный, если бы я не собиралась замуж...

— Очешуительный, — сказала я. — В этом все дело.

— Что-то я не улавливаю логики…

— Не хочу с ним мутить, потому что он реально хороший парень, и ему нужны серьезные отношения. Мне — нет. И не уверена, что когда-нибудь это изменится.

— Ой да ла-а…

Договорить Шири не успела: ее голос и даже громкую музыку перекрыл визг какой-то девицы. Визг, который перешел не то в вопль, не то в стон. Я даже обернулась, чтобы посмотреть, кого там убивают, когда визг подхватили еще несколько женских голосов, взрывая зал аплодисментами.

Причина воплей шествовала по проходу к лестнице, ведущей на второй этаж. Причина ростом под метр восемьдесят, одетая в темные джинсы и темную рубашку (что в Зингсприде само по себе парадокс). Причина, обращающая на присутствующих не больше внимания, чем на обстановку. Причина, чья рука покоилась на заднице без преувеличения роскошной блондинки в платье, облегающем ее как вторая кожа. На них оборачивались все: чувство было такое, что сейчас приглушат огни и прожектором выхватят эту парочку из кромешной тьмы.

— Очешуеть, очешуеть, очешуеть! — зашептала Шири, вцепившаяся мне в руку так, что я чуть не взвыла.

Впрочем, может и взвыла, в этих восторгах и музыке тонуло абсолютно все.

Все, кроме моих воспоминаний: длинный школьный коридор, по которому идет первый красавчик школы. Рука лежит на моей талии, притягивая к себе, он отводит волосы, чтобы наклониться к моему уху и шепнуть, обжигая горячим дыханием:

— Сегодня вечером мы с тобой зажжем, Та-а-анюш?

От прикосновения горячих губ, от непристойного ожидания по телу проходит дрожь: на нас смотрят все, я ловлю завистливые взгляды девчонок, которые тут же становятся восхищенными, стоит им задержаться на нем. Все расступаются, когда идем мы. Нет, не так, все расступаются, когда идет он — Микас Лодингер, хозяин жизни, золотой мальчик. Звезда нашей школы, за внимание которого передерутся большинство девчонок, но сегодня он со мной.

Со мной, чтобы завтра вдребезги разбить мое сердце.

 — Танни!

Окрик Шири вернул в реальность, она пощелкала пальцами у меня перед носом.

— Эй, подруга, ты где?

Моргнув, возвращаюсь в зал. Шири опирается ладонями о колени (так, что ее кофточка обтягивает упругие полушария груди почти неприлично), и шепчет мне, возбужденно, прямо в лицо.

— Джерман Гроу! Сам Джерман Гроу, прикинь? Здесь!

Джерман Гроу.

Лицо номер один в современном шоу-бизнесе.

Легенда.

Скандально известный режиссер-постановщик, на счету которого до горки известных своими провокациями постановок, мюзиклов и даже одна рок-опера. Главную партию в ней пела моя сестра, с этого началось ее триумфальное оперное турне, о котором Леона мечтала всю сознательную жизнь. Было это лет десять назад, тогда же я первый и последний раз видела Гроу вживую. Первый и единственный раз, когда он пел в собственной постановке, и когда он пел…

— Я чуть из трусов не выскочила, — призналась моя подруга Имери, когда мы вывалились из зала.

В общем, да.

Что-то знаковое в ее определении было. Его голос — это убийственная смесь рычания и возносящейся над залом глубокой непристойной страсти, от которой трусы по идее должны отстреливаться сами. Впрочем, не уверена, что на той блондинке они вообще есть.

Наверное, эта мысль и становится последней каплей.

Просто однажды «той блондинкой» рядом с Лодингером была я.

— Девушки, я чуть не оглох! Чтоб меня так встречали… — Лэрг возвращается и ставит перед Шири бокал. — Тан, ты куда?

Я вскакиваю, потому что мне нужно либо выпить, либо подышать воздухом, либо потанцевать. Изо всего вышеперечисленного лучше выбрать танцы, именно они всегда возвращают меня к жизни. Я начала танцевать лет десять назад, как раз после того случая. Кажется, я до сих пор слышу шелковый, обволакивающий голос Лодингера, вплетающийся в разум отравой: «С арматурой в постели и то было бы интереснее, Танни Ладэ».

После этого я сказала себе, что никто и никогда больше не назовет меня арматурой.

— На танцпол, — отзываюсь небрежно. — Хочу немного подвигаться.

— Я с тобой, — тут же подрывается Лэрг, отставляя бокал.

Пожимаю плечами, а Шири подмигивает и откидывается на спинку, разглядывая сверкающие золотом ступеньки, по которым поднимался Гроу с блондинкой. Там, наверху, в полумраке ВИП-лож, куда не дотягиваются неоновые лучи и разбросанные по залу узоры — роскошь и вседозволенность. Там рекой льется элитное спиртное, а воздух пропитан сигарами, каждая из которых стоит как моя месячная зарплата. Дизайнерские шмотки Лодингера стоили как месячная зарплата моей сестры.

Отмахнувшись от этой мысли, вместе с Лэргом иду на танцпол. Он не упускает возможности меня поддержать, когда я случайно цепляюсь каблуком за дизайнерскую полоску металла.

— Осторожнее.

— Не люблю каблуки, — признаюсь честно.

Моя сестра Леона — другое дело, она словно родилась на шпильках, я же надеваю их исключительно, когда иначе нельзя.

Дресс-код.

— А что любишь? — наклонившись к самому моему уху, шепчет он.

— Кроссовки, — пожимаю плечами.

Этого хватает ровно настолько, чтобы закрыть тему любви, что меня полностью устраивает. Ему не нужны лишние надежды, а мне — тем более.

В зале, где басы отдаются в сердце, я чувствую себя свободной. Дурацкие мысли мигом выветриваются из головы, стоит мне подхватить ритм. Ритм, который сменяется в танцах под настроение ди-джея, ритм, за которым кто-то пытается угнаться, кто-то просто топчется на месте, кто-то прыгает и трясет головой. Я качаюсь на бьющих по танцполу волнах, позволяя телу разогреться и почувствовать движение. Лэрг только один-единственный раз пытается положить руки мне на плечи, но когда я их сбрасываю, отступает. Мы просто рядом, но не вместе. Я двигаюсь, дожидаясь мгновения, когда почувствую особый отклик на плещущее в зал звучание.

То, что я называю единением с музыкой.

То, из чего рождается настоящий танец, и когда это происходит, это нельзя не почувствовать.

Музыка вливается в меня сквозь кончики пальцев, когда я вскидываю руки над головой. Стрелы неона пронзают тело, отражаясь от расшитого блестками топа. Искры мельтешат и рассыпаются в темноте, собираясь в устремленных на меня взглядах. Музыка льется, и я в ней тону, растворяюсь, становлюсь единым целым с текучим, усиленным клубным ритмом.

Движение вправо — и рука продолжает линию над плечом.