«Экспедиция в ад»

Экспедиция в ад (fb2) - Экспедиция в ад [litres] (Экспедиция в ад) 944K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Владимир Сергеевич Василенко

Владимир Василенко

Экспедиция в ад

1

После двух суток абсолютной, всепоглощающей тишины над ухом вдруг раздался чей-то настойчивый и до неприличия бодрый голос, резанув по отвыкшим от звуков перепонкам автоматной очередью. От неожиданности я подскочил и пребольно ударился лбом обо что-то жесткое. Кое-как разодрав слипшиеся веки, огляделся. Тысяча черепогрызов, где я?!

Тускло освещенная ячейка со стенками, обитыми белым ребристым пластиком. Метра два с половиной в длину, полтора — в ширину и около метра в высоту. Над головой, прямо перед лицом, в потолок вмонтирована небольшая панель с несколькими клавишами разных цветов и динамиком, из которого и раздается захлебывающийся от восторга девичий голос:

— …Подходит к концу. Мы прибываем на стыковочную базу астропорта планеты Новая Венера — крупнейшего центра цивилизации в созвездии Близнецов. Колония на Новой Венере была основана в 2417 году и курируется Земной Ассоциацией. Сейчас население планеты насчитывает свыше четырех миллиардов человек. В основном это потомки земных переселенцев. Столица…

Я отыскал на пульте нужную клавишу и оборвал словоохотливую дикторшу на полуслове. Помотал головой, пытаясь стряхнуть с себя остатки сна и вернуть ясность мыслей.

Получалось хреново. Ощущение такое, будто мозг смерзся в маленький комок и теперь при каждом движении бьется изнутри о стенки черепа. Мышцы словно бы превратились в мокрую вату, а во рту остался кислый привкус анабиозной дыхательной смеси, и от него меня едва не выворачивает наизнанку. Терпеть не могу это анабиозное «похмелье»! Сегодня к тому же оно свирепствует особенно сильно.

Еще немного побрыкавшись, я понял наконец, что все решит только время. Мне остается лишь закрыть глаза и постараться немного расслабиться…

Так я и провалялся не меньше четверти часа, чувствуя, как постепенно уходит из тела предательская слабость, голова становится ясной, а мысли — полными надежд и желаний. На самом деле сейчас мало что может испортить мне настроение. Ведь я снова свободен! После трех лет проклятой альдебаранской каторги — с вгрызающимися на километры в глубь планеты шахтами, двойной силой тяжести, отвратительной жратвой и ублюдками-надсмотрщиками — я наконец-то снова смогу жить нормально! Пару месяцев назад я не мог об этом и мечтать: до конца срока оставалось больше двух лет. Но — чего только не бывает — меня освободили досрочно. Мало того, сразу же предложили работу. Собственно, для этой работы меня и вытащили. Уж не знаю, как это им удалось, да и мне на это, честно говоря, наплевать. Главное, что я снова в седле. Вот выполню эту работенку, поднаберу деньжат — и прямиком на Сорору, к моей малышке. Мы, кажется, не виделись уже целую вечность. Надеюсь, она еще помнит меня…

Корпус корабля задрожал, послышалось несколько лязгающих ударов. Магнитные захваты. Стало быть, прибыли уже. Я снова включил корабельное радио.

— …Прошла нормально. Просим пассажиров оставаться в своих купе до окончания проверки корабля органами гражданской безопасности Новой Венеры. Это займет около пятнадцати минут…

Тысяча черепогрызов! Неужели нельзя покончить с этим побыстрее?! Не терпится выбраться наконец из этой скорлупы и вдохнуть свежего воздуха. Но ничего не поделаешь, придется подождать…

Потянувшись, насколько это позволили размеры купе, я зевнул так, что едва не вывихнул себе челюсть. Пошарив по карманам, достал закатанное в прозрачный пластик фото. Лита… Долго глядел в эти бездонные даже на снимке глаза, смотрящие на меня с легкой усмешкой… Черт возьми, малыш, ну почему мы встретились так поздно? Случись это на десяток-другой лет раньше — и, возможно, вся моя никчемная жизнь сложилась бы по-другому. Паскудство… Я спрятал снимок в нагрудный карман, застегнул его на «липучку». Из другого кармана выудил маленький пластиковый прямоугольник — визитную карточку того типа, что меня нанял. На ней лишь фамилия и номер ИСС.

— Бэ Кроуэлл, — медленно, смакуя каждый слог, произнес я. — Ну что ж… Я у тебя в долгу, старина…

Я провалялся в купе, глазея в потолок и размышляя, еще несколько минут, пока, наконец, не объявили, что пассажиры могут покинуть корабль.

Нажав нужную клавишу на панели, я почувствовал, как ложе подо мной пришло в движение. Через несколько секунд оно плавно выехало наружу, выдвинувшись из стены на манер ящика стола. Я приподнялся и окинул взглядом салон. Из стен продолжали выдвигаться пассажирские ложа, и довольно занятно было наблюдать за появляющимися из купе заспанными физиономиями. Хотя наверняка я и сам выглядел не лучше. Еще раз основательно потянувшись, я принял наконец вертикальное положение и направился к выходу.

Пройдя еще пару пассажирских салонов, вышел к трапу, возле которого уже собрались с десяток человек. Все по очереди спускаются по трапу, оказываясь в переходном туннеле, ведущем от стыковочного отсека в глубь базы. У выхода стоят две молоденькие стюардессы, на прощание одаривающие пассажиров белозубыми улыбками и пожеланиями удачи. Увидев меня, они на секунду даже перестали скалиться и слегка попятились в стороны от люка.

Я усмехнулся. Действительно, выгляжу я устрашающе: опухшая после анабиоза физиономия, черная повязка на глазу, из-под которой берет начало кое-как зарубцевавшийся уродливый шрам, который теперь станет вечным напоминанием о моем пребывании на Альдебаране. К тому же, вследствие двойной силы тяжести, я к своей прежней массе набрал еще килограммов сорок и теперь представляю собой просто ходячую гору. Хотя, несмотря на это, двигаюсь легко, почти не ощущая веса гипертрофированных мышц. Все потому, что здесь сила тяжести приближена к земной. Стало быть, вдвое меньше той, что я привык испытывать последние пару лет. Теперь от необычной легкости я даже слегка подпрыгиваю на ходу. Понимаю, конечно, как это выглядит со стороны, но ничего не могу с собой поделать.

Переходной туннель заканчивается полукруглой аркой, пройдя под которой, я вслед за остальными пассажирами оказался в большом зале вытянутой формы. Зал разделен повдоль прозрачной перегородкой, сквозь которую видны люди, идущие в противоположную нам сторону, очевидно, на корабль. Пройдя до середины зала, я остановился у турникета перед пунктом досмотра. Около четверти часа пришлось дожидаться своей очереди, и за это время у меня за спиной успела выстроиться длинная вереница людей, так же, как и я, изнывающих от ожидания.

Наконец настал мой черед. Я прошел через турникет и положил ладони на пластины дактилоскопов. Сидящая за стойкой девица встретила меня дежурной улыбкой на пол-лица и, подождав окончания идентификации, выудила откуда-то снизу мой паспорт.

— Фримен Грегори Нортон? — полувопросительно-полуутвердительно произнесла она, вставляя пластинку паспорта в щель считывающего устройства. Пробежавшись глазами по данным, высветившимся на дисплее, она отложила паспорт в сторону и вывела на экран другой файл. Брови ее недоуменно вздернулись.

— Вы без багажа?

— Ну да.

— Хм… Хорошо. Какова цель вашего визита?

— Я здесь проездом.

— Как долго вы собираетесь пробыть на Новой Венере?

— Понятия не имею, — честно признался я. — Это зависит не от меня.

Девица недовольно вздохнула и склонилась к микрофону, надиктовывая что-то в базу данных. Потом снова натянула улыбку на нижнюю половину лица и протянула мне документы.

— Я вынуждена поставить вас на специальный учет в органы безопасности, фримен Нортон. Мой долг — предупредить вас об этом.

— Благодарю, — равнодушно кивнул я.

— Что ж, добро пожаловать на Новую Венеру! — отрепетированным тоном провозгласила дежурная.

— Надеюсь, мне у вас понравится, — ответил я и, положив паспорт в нагрудный карман, отправился дальше.

До вылета очередного флайера на планету остается больше получаса. Ну а пока не мешало бы подзарядиться. Где-нибудь поблизости должен быть бар…

2

Уже через час я был в здании астропорта на окраине столицы. Сейчас, в самый разгар дня, астропорт напоминает гигантский муравейник из стекла и пластика. Разношерстная толпа бурлит на всех его этажах, завихряясь в закоулках у туалетов, вращаясь вокруг многочисленных баров и киосков и образуя относительно спокойные заводи в залах ожидания и очередях к кассам и пунктам досмотра. Все здание наполнено невообразимой какофонией звуков, голосов, обрывков модных мелодий. На вездесущих рекламных щитах сверкают яркими красками видеоролики, что-то предлагая, к чему-то призывая, что-то расхваливая.