«Восточная политика Александра Македонского»

Восточная политика Александра Македонского (fb2) - Восточная политика Александра Македонского 2259K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Аркадий Семёнович Шофман

Аркадий Семёнович Шофман

Восточная политика Александра Македонского

Издательство Казанского университета, 1976 г.

ВВЕДЕНИЕ

К. Маркс отмечал, что высочайший внешний расцвет Греции совпадает с эпохой Александра Македонского^[1]. От этой эпохи нас отделяют 23 столетия. За это время много раз менялась картина мира. Возникали и погибали государства, исчезали и возрождались народы, одна общественно-экономическая формация сменялась другой, различные формы эксплуатации уступали место обществу, в котором ликвидирована эксплуатация человека человеком; образовалась мировая социалистическая система.

В этом поступательном движении человеческой цивилизации через далекие перевалы времени не было ни одного исторического периода, ни одной страны в мире, где бы не изучалась эпоха Александра, жизнь и деятельность знаменитого полководца древности. Объяснение тому, очевидно, нужно искать в исторической важности этой эпохи, оказавшей огромное влияние на судьбы многочисленных народов и государств.

Но бросается в глаза такой парадокс. Слава и дела Александра далеко не соответствуют тем данным, которые оставили о нем древние. И это тем более поразительно, что Александр с самого начала своего похода предпринял соответствующие меры, чтобы его деяния не были забыты потомками. Историографы, которые находились в греко-македонской армии, должны были дать подробное описание восточных походов. Два секретаря царя, Эвмен из Кардии и Диодот из Эретрии, отправившись в Азию в 334 г. до н. э., вели дневник ежедневных событий и распоряжений. Записки эти позднее стали известны как дорожный царский журнал, или Эфемериды ^[2].

Сопровождавший Александра племянник его воспитателя Аристотеля - Каллисфен также писал историю восточных походов, основываясь на собственных наблюдениях и на царском журнале^[3].

В 80-е годы III в. до н. э., т. е. примерно 40 лет спустя после смерти Александра, историю похода написали двое из его участников - Аристобул из Кассандрии и Птолемей, сын Лага. Оба создавали свои сочинения б преклонном возрасте, на закате своих дней. Так, Аристобул, проживший около 90 лет, начал писать свою историю, когда ему было 84 года ^[4]. Птолемей составил свои мемуары, основанные на его собственных воспоминаниях, на сведениях Каллисфена и Эфемерид, в последние годы своей жизни, будучи царем Египта. Вероятно, в это же время, а может быть еще раньше, в конце IV в. до н. э. написал свой труд Клитарх Александрийский, который вообще не участвовал в походе. Тем не менее, в те времена еще были живы ветераны восточной кампании, и один из них, Птолемей, был правителем страны, в которой он жил, а это, кроме других обстоятельств, мешало ему объективно излагать события, особенно те, в которых принимал участие Птолемей ^[5]. Поэтому у позднейших авторов Клитарх не пользовался доверием^[6].

Ни один из вышеуказанных источников полностью не сохранился. Они дошли до нас лишь в отдельных фрагментах и пересказах у более поздних авторов ^[7]. Погибли под мусором столетий многочисленные донесения царю о военных экспедициях и походах, деловая и личная переписка.

Последующие сочинения о восточных походах написаны гораздо позднее людьми, которые никогда не знали Александра, но получили информацию о нем от более ранних, затем потерянных источников.

Из пяти источников об Александре наиболее ранним является труд Диодора, датируемый временем Ю. Цезаря. Наиболее поздний источник - произведение Арриана, написанное во время правления римского императора Адриана (117-138 гг.) Между этими крайними хронологическими точками находятся труды Курция, Юстина, Плутарха.

Диодор (I в. до н. э.) в своей "Исторической библиотеке" широко использовал риторические сочинения Клитарха. Всю XVII книгу он посвящает эпохе Александра, история которой здесь впервые получает более или менее связное изложение. Преимущественно автора занимает история военная. Вопросы экономического порядка разрешаются попутно. Интересны указания автора на недовольство, вызванное македонским завоевателем со стороны покоренных им народов Востока. К сожалению, потерянные 15 глав XVII книги (с 19 по 34) не дают возможности уяснить позицию автора по поводу организованного сопротивления, оказанного македонским войскам жителями Средней Азии. Но героическая оборона защитников малоазийских городов, неприступного Тира, борьба храбрых обитателей Индии описана Диодором довольно подробно.

Отдельные разбросанные замечания, в которых имеется интересный и часто уникальный материал, представляет нам географ Страбон (I "в. до н. э.). Страбона нельзя причислить к историографам Александра. Он упоминает о нем случайно по разным поводам. Знаменитый географ мало верил и тем, кто описывал македонского полководца. "Нелегко поверить большинству историков Александра, - говорит он, - потому что они небрежно обращаются с фактами ради славы Александра и в силу того, что поход его достиг крайних пределов Азии, далеко от нас, а сообщения об отдаленных местах трудно опровергнуть"^[8]. Поэтому добытые у различных авторов факты он старался проверить, уточнить, критически осмыслить.

В различных книгах своей "Географии" Страбон разбросал историко-географические сведения о тех местностях, по которым проходили македонские войска.

В I в. появляется более или менее систематическое изложение походов Александра у Квинта Курция Руфа. Его работа содержит большой материал, касающийся особенно пребывания македонских войск в Средней Азии. Однако материал этот не свободен от неправдоподобных описаний, а также от ряда ошибок: хронологических, топографических, технических и исторических. Курций стремился написать не столько историческое, сколько занимательное сочинение, для чего часто жертвовал объективностью. Драматизм повествования, различные прикрасы и сенсационные анекдоты преобладают над критическим осмыслением событий.

Основными источниками Курция Руфа были Клитарх и Мегасфен. Но, вероятно, они были не единственными. Автор использовал также мемуары Птолемея Лага и других сподвижников Александра. Однако порой, когда приводимые факты не подтверждаются данными других источников, не представляется возможным установить их авторов. Это тем более обидно, что Курций использовал сочинение неизвестного нам писателя, оппозиционно настроенного к деятельности Александра на Востоке.

В первой книге Курций сам говорит об источниках, которыми пользовался. Среди них предпочтение он отдает Птолемею и Аристобулу, которых считает достовернейшими из историков. Он объясняет это тем, что они выпустили свои труды после смерти Александра, без всякой необходимости льстить ему. Кроме того, оба они находились при Александре и были соучастниками многих его дел. Поэтому они и могли написать несравненно справедливее других. Исходя из этого, Курций следует за ними там, где эти авторы не противоречат друг другу, а там, где эти противоречия есть, Курций выбирает те версии, которые по многим обстоятельствам казались вероятными.