«Французская колонизация островов Индийского океана (XVII—XVIII вв.)»

Французская колонизация островов Индийского океана (XVII—XVIII вв.) (fb2) - Французская колонизация островов Индийского океана (XVII—XVIII вв.) 2415K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Всеволод Львович Керов

Керов Всеволод Львович

Французская колонизация островов Индийского океана (XVII—XVIII вв.)

Утверждено к печати

Институтом востоковедения

Академии наук СССР

Ответственный редактор А.Л. Емельянов

Редактор Г.С. Киселев

Младший редактор Е.Д. Силаева

Художественный редактор Б.Л. Резников

Москва, издательство «Наука»,

Главная редакция восточной литературы,

1990.

ISBN 5-02-016922-6.

Тираж 1100 экз.

[3] – конец страницы.

Введение

Отнюдь не стремление к экзотике двигало первых завоевателей заокеанских земель. Это было стремление к наживе. Пряности и другие ценные товары были их главной целью. Вызванные расширением товарно-денежных отношений, ростом торговых связей европейских государств со странами Востока, так называемые Великие географические открытия, в свою очередь, способствовали дальнейшему развитию торговли и зарождению капиталистического производства, процессу накопления капиталов, который получил наименование первоначального накопления. Но развитие капиталистических отношений требовало постоянных денежных вливаний, среди которых не последнюю роль играли доходы от колониальных захватов и эксплуатации колоний /32, с.97 и сл./.

Предлагаемая читателю работа посвящена подготовительному этапу французской колониальной экспансии, связанному с первоначальным накоплением капитала во Франции (до конца XVIII в.). Речь будет идти лишь о том направлении колонизационной политики французского абсолютизма, которое связано с его проникновением в юго-западные районы Индийского океана. Актуальность данной темы определяется важностью исследования истоков колониализма в его конкретно-исторической форме, на примере определенного региона. Интересно также сравнить оценки колониализма западноевропейской общественной мыслью на различных этапах ее развития. Следует отметить и отсутствие специальных исследований по этому вопросу в советской исторической литературе. Почти не издавались у нас и произведения иностранных авторов, в частности из стран Восточной Европы. В распоряжении советского читателя имеются лишь отдельные главы или разделы различных книг (см. /22; 24; 42; 43; 44; 54 и др./).

* * *

Первоначально колонизация не считалась предосудительным предприятием, и идеологи буржуазии открыто провозглашали ее как одну из важных целей внешней политики своих стран. Так, французский историк Г. Лавердан в своей работе, вышедшей в свет в середине 40-х годов XIX в. и посвященной Мадагаскару, рассматривает колонизацию, в данном случае французскую, [3] как необходимое условие «величия нации» /94/. Франция, которая идет во главе всего мира в области развития идей, утверждает автор, должна играть такую же роль и в расширении своих ресурсов, «Великая нация должна быть колонизатором»; «колонизация — необходимое условие национального богатства»; «колонизация — условие военного могущества»; «без колонизации не может быть и морского могущества» — таковы основные идеи Лавердана. Из этих «теоретических» положений он делает практический вывод: «Одного Алжира (как одной из самых важных составных частей французской колониальной империи. - В.К.) недостаточно». Вместе с тем Лавердан делает любопытное, с точки зрения его характеристики как защитника интересов французской буржуазии, признание: «Необходимость колонизации определяется стремлением к публичному спокойствию» /94, c.1-13/. Французский историк, как представляется, имел в виду отправку в колонии социально беспокойных, недовольных своим положением элементов, значение этого переселения для укрепления стабильности в метрополии.

Сорок лет спустя, в эпоху империализма, апологетика колонизации сохранилась. Историк Л. Дешан полностью солидаризируется с заявлением, сделанным в палате депутатов: «Для старых обществ колонизация является лучшим средством омоложения». Но появились и новые моменты, обусловленные наступившей эпохой. Так, Дешан пишет о необходимости для капиталистических государств иметь новые рынки, удовлетворяющие потребности растущей промышленности /79, с. 370/.

Изложение французскими буржуазными историками перипетий колониальных захватов резко меняется в эпоху, когда появилась необходимость оправдания самого факта существования колоний. Г. Аното и А. Мартино в многотомной «Историй французских колоний и экспансии Франций в мире», опубликованной на рубеже 20-х–30-x годов, предпочитают не называть вещи своими именами. Франция, пишет Аното в весьма осторожных выражениях, всегда стремилась выйти за пределы своих границ. Осуществляя это стремление в течение длительного времени, она исходила не из стремления к завоеваниям, а лишь из потребности изучения окружающего мира и его совершенствования. Тезис о колониализме как основе процветания нации уже не упоминается. Колонизаторы, по утверждению Аното, это люди, которые выполняют цивилизаторскую мисию /88, т.I, с.1/. Автор пишет о [4] «цивилизаторской экспансии» Франции в Европе и во всем мире еще в XVII и XVIII вв. По его мнению, принципом внешней политики Франции было «распространение справедливости среди цивилизованных народов, распространение цивилизации среди остальных народов». При этом проводники такой политики якобы всегда проявляли «мягкость нравов, радушное гостеприимство, уступчивость» и преследовали цели «повышения всеобщего благосостояния» и т.д. Характеристика, далекая от жестокой действительности колонизации.

Таким образом, если в предшествующие эпохи идеологи буржуазии открыто стремились показать выгоду колонизации для метрополии, то на рубеже 20–30-х годов нашего века они тщетно пытаются доказать обратное — благотворность колонизации для эксплуатируемых колониальных народов. В этих рассуждениях мы видим истоки неоколониалистских теорий, распространяемых в наши дни (см., например, /58/).

После второй мировой войны, в связи с подъемом национально-освободительного движения во всем мире, особенно участились попытки представить колонизацию как неизбежный элемент мировой истории, выгодный в итоге для завоеванного народа. Утверждения идеологов неоколониализма о неизбежности колониальных захватов связаны с попытками отождествить эти захваты с неизбежностью промышленного развития. «Колонизация, — заявляют участники одной из дискуссий, проходивших на Западе, — это историческая экспансия индустриальной цивилизации, вышедшей из исторически и географически определенных очагов... Деколонизация, следовательно, — это момент, когда максимум инициативы исходит из стран-преемниц (т.е. колониальных стран. — В.К.) и когда индустриальная цивилизация, а также способы мышления начинают принимать мировой характер» /74, с.27/. Иными словами, это — заявление о благотворности сначала колонизации «стран-преемниц» (скорее стран-жертв), приобщенных усилиями колонизаторов к промышленной цивилизации (что не всегда верно), а затем их деколонизации. Таково специфически классовое видение объективного процесса развития освободительного движения, скромно названного «инициативой». Р. Арон, один из авторов французской работы об Алжире, утверждает: «Колонизация соответствовала необходимой фазе, через которую должны были пройти слаборазвитые во всех [5] отношениях районы… Освобождение Алжира, несмотря на ослепление одних и фанатизм других, не было вызвано ни европейцами, ни мусульманами. Это неизбежное следствие исторического процесса» /58, с.78/; см. также /80/.

Как видим, даже неизбежность полной ликвидации колониальных режимов идеологи неоколониализма пытаются использовать для оправдания грабительской сущности колониальной политики. В этих же целях используется термин «взаимопроникновение цивилизаций». Для его автора, современного французского историка Э. Люти, сущностью колониальной политики империализма является лишь стремление сделать более прибыльными инвестиции, которые и обеспечивают «взаимопроникновение», рост «взаимозависимости метрополии и колоний» /96, с.82-87/. Поскольку для авторов, оправдывающих колониализм, ликвидация колониальных империй является не более чем одним из этапов приобщения слаборазвитых стран к «мировой цивилизации», то, по их мнению, деколонизация, сменяющая колонизацию, — это всего лишь ее завершающий этап /74, с.322/.

Разумеется, существуют и прогрессивные историки, которые критикуют колониализм как форму капиталистической эксплуатации завоеванных территорий.

Ж. Арно, в частности, анализируя действия французского империализма в своих колониях после второй мировой войны, пишет о 90 тыс. погибших жителей Мадагаскара, имея в виду жертвы подавления восстания 1947 г. /57, с.9-20/. (По различным оценкам, было убито от 50 до 100 тыс. человек.)