«Спасительница»

Спасительница (fb2) - Спасительница 14K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Валерий Валентинович Кашпур

Валерий Кашпур

СПАСИТЕЛЬНИЦА

«Я трудиться не желаю, и за мёдом не летаю. Чем вставать мне поутру, в улье лучше отдохну!» — заявил упитанный дяденька-трутень и бухнулся на пышный матрасик. Рабочие пчёлки всплеснули от негодования руками, постарались безуспешно поднять лежебоку. Королёву Пчёл лежачая забастовка разгневала, она взмахнула полиэтиленовыми крыльями и разразилась обличительной речью, клеймящей позором тунеядство.

Внимательным взглядом Олена окинула свою притихшую группу «Маленькие Цветочки». Дети, затаив дыхание, смотрели спектакль — Шиши подался вперёд с неодобрительной гримаской, Рэйчел задумчиво водила «чупа-чупсом» по лбу, Касим забыл про своего извечного врага Кейона и азартно кусал губы. Краткие минуты затишья. Обычно, эта орава из шестнадцати сорванцов находилась а состоянии перманентной войны между собой и всем миром, но волшебная сила искусства властно привлекла их внимание и не отпускала, вот уже на протяжении доброго получаса. За это время перед их глазами прошла целая череда сцен нелёгкой жизни улья — полевые работы по добыче мёда, строительство сложных сот, выращивание потомства, избрание королевы-матки. Фирма «Интермьель» не обманула в своих красочных рекламных проспектах — экскурсия на ферму-пасеку была действительно полна интересными мероприятиями, и спектакль по праву украшал её.

— А что, пчёлы действительно с трутнями борются? — шёпотом спросила она у Эндрю, симпатичного веснушчатого экскурсовода.

— Ещё, как! Осенью вытаскивают их из улика за крылья и выбрасывают. Зимой лишние рты не к чему. — прошептал он в ответ.

— Как это жестоко!

— Скорее рационально, 140 миллионов лет, знаете ли, отрабатывали свою мораль. — губы Эндрю тронула улыбка.

— А что у нас потом будет?

— Знакомство с настоящей пчелиной семьёй. Надо будет выбрать одного ребёнка, поспокойней. Мы его переоденем в специальный комбинезон, и он будет помогать пасечнику.

Кого выбрать? Глаза Олены пробежали по рядам воспитанников. Оскар? Как все китайцы он очень спокоен, но боится любых насекомых. Оливия могла бы, но любит бросать всё на пол, запросто может швырнуть соты с пчёлами. У каждого ребёнка есть своё «но», у одних побольше, у других поменьше.

— Вон та девочка мне кажется очень подходящей — решил прийти на помощь Эндрю, видя её колебание. — у меня глаз намётан.

— Какая? — она проследила за его взглядом.

Похожая на маленькую молящуюся старушку, Иман морщила лобик, наматывала чёрный локон на палец и беззвучно шевелила губами. О да, она очень спокойная! Может даже слишком. Часами способна сидеть, глядя перед собой и если кто-то случайно её зацепит, просто глянет огромными карими глазами и возмутитель спокойствия мгновенно уносится на другой конец комнаты. Вот только у ней тоже есть своё «но», и не маленькое — не получаются с ней запланированные действия. Взять хотя бы проверенный опыт по природоведению — все дети трут расчёску об мех и тоненькая струйка воды послушно тянется к пластмассе. А у Иман она отталкивается! На музыке у детей из пластинок ксилофона вылетают подряд чистые ноты, а у Иман какие-то тоненькие пискляво-дребезжащие звуки. На теме «Цвета» — из мешочка с шариками всех цветов радуги, не глядя, она достаёт исключительно зелёный шарик, потому что это её любимый цвет.

— Хорошо, я не против. — в конце концов она пожала плечами, всё-таки пчёлы не шарики и не ксилофон.

Когда, в конце концов, пчёлы расстались с ленивым трутнем, улеглись спать и спектакль закончился, Олена подозвала к себе Иман.

— Понравился тебе спектакль?

— Ага, а трутень такая вредина!

— Настоящих трутней не испугаешься? Эндрю, дядя экскурсовод, хочет познакомить тебя с дядей пасечником. Вы с ним пойдёте на настоящую пасеку. Там будет много пчёлок. Мы все будем на тебя смотреть.

— А я смогу пчёлкам помочь выгнать трутней?

В поисках поддержки Олена оглянулась на Эндрю. Тот рассмеялся и тряхнул копной рыжих волос.

— Ты будешь помогать дяде пасечнику доставать из улика вкусный мёд. Трутней он потом сам вместе с пчёлками выгонит.

Иман согласно кивнула головой, и губы её опять зашевелились в безмолвной речи. Эндрю смешно зажужжал, привлекая внимание детей и объявил: «Всем, всем, всем! Сейчас играем в „Королёву Пчёл“! Ваша воспитательница Олена — королева, а вы — пчелиный рой. Все пчёлки должны тихо жужжать и лететь за своей королёвой!».

Группа шумно встала, двигая стульями. Дети стряхивали театральное оцепенение, с готовностью начали подыматься и усиленно махать руками, изображая крылья.

К пасеке они пришли по закрытой стеклянной галерее, которая закончилась большим залом. За стеклом рядами стояли ульи. В воздухе было полно пчёл. Возле каждого входа в деревянный кубик улья, вилось небольшое облачко, отдельные точки отрывались от него, вливались в вытянутые шнуры пчелиных трасс. Пасека казалась огромной трансформаторной будкой, от которой тонкими тёмными кабелями, пчёлы разлетались к цветникам вдалеке.

— Королева Олена и пчёлки! Все сюда!

Эндрю позвал их к месту стеклянной стены, к которому был пристроен огромный улей. Внутренности улья были видны как на ладони через стекло, по желтоватым рамкам сот ползают сотни насекомых. Детские мордашки прилипли к нему, всматриваясь в чужую жизнь.

Объяснения Эндрю полились рекой — он отчаянно махал руками, возбуждённо указывая на то или иное место улья. Его голос, то опускался до таинственного полушёпота, когда рассказ шёл об очередном секрете, то звонко разливался колокольчиками, исполняя шутливую пчелиную песню.

Дети, раскрыв рты, следили за этим артистическим гением.

— Давай Иман, осторожней, сначала одну ногу, затем, вторую. — Воспользовавшись педагогической передышкой, Олена с колоритным старичком-пасечником, одевала девочку в просторный комбинезон из лёгкой, но очень плотной ткани. Чем-то он напоминал скафандр космонавта, только шлем был выполнен в виде сетчатого цилиндра и не походил на шарообразные шлемы покорителей космоса.

— А можно, я возьму маленькую коробочку? — Иман послушно переставляла ноги, не отрывая взгляда от улья с пчёлами.

— Зачем тебе она?

— Там очень плохая, преплохая пчела, её надо поймать, а то все пчёлы умрут!

— Да ну! — Олена недоверчиво всмотрелась в шевелящуюся пчелиную массу.

— Плохих пчёл, Иман, не бывает, даже от трутней есть польза — пасечник с пышной, седой бородой, благообразный, как библейский пророк, уверенно затянул ей «молнию» на спине.

— А эта плохая! Ну что вам, коробочки жалко?

— Ладно, держи — старик понял, что переспорить Иман не получиться и протянул ей прозрачный пластмассовый коробок — только, чур, вначале помогаешь мне с мёдом.

— Иман, слушайся дедушку!

Крикнула Олена вдогонку, всё еще терзаясь правильностью выбора путешественницы в пчелиный космос.

Это и впрямь походило на выход из космической станции. Две фигурки в балахончатых комбинезонах зашли в подобие шлюзовой камеры. Как только дверь с галереи закрылась, в ней включились мощные вентиляторы. При открытии двери к уликам, воздушный поток не дал ни единой пчеле проникнуть во внутрь. Пасека почти не отреагировала на появление пришельцев. Над их головами завилось несколько пчёл, но воздушные трассы пчелиных потоков не дрогнули.

Пасечник ободряющее похлопал Иман по плечу и они пошли к улику, за которым наблюдали дети из галереи. Рядом с ульем Иман получила какой-то предмет, похожий на пузатый кофейник с маленькими мехами.

— А это дети, «дымарь»! Сейчас Иман пустит дымок, и пчёлки станут тихие-тихие! — объявил Эндрю.

— Ух-ты, пчёлки-наркоманки! Я знаю, как это называется! «Курить траву»! Вот! — немедленно поделился своим знанием жизни Касим.

— Ну, ведь они не сами курят, Касим это их просто успокоит — Олена решила сразу пресечь опасную параллель. — Пасечник хочет, чтобы пчёлки не поранились, когда он откроет их домик.

Тем временем, пасечник снял крышку улика и достал, облепленную пчелами, рамочку с сотами. Иман потихоньку начала нажимать ручку мехов, выпуская тонкую струйку сизоватого дымка, из носика «дымаря». Пчёлы, вылетевшие из открытого улья, начали тяжело опускаться обратно. Поначалу встревоженные, попав в дым, они заметно замедлялись и начинали ползать как сонные осенние мухи. Метёлочка пасечника ловко запорхала над рамкой, сметая пчёл. Из-под коричневой массы насекомых показалась золотистая поверхность сот. Когда последняя пчела вернулась в улей, пасечник начал прятать рамку с мёдом в транспортную коробку.