«Сезон летающих деревьев»

Сезон летающих деревьев (fb2) - Сезон летающих деревьев 639K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Диана Ибрагимова

Диана Ибрагимова

СЕЗОН ЛЕТАЮЩИХ ДЕРЕВЬЕВ

Глава 1. Изнанка мира

Маленькую Геллу опять мучили кошмары. Её розовое личико морщилось, а рот кривился. Фэйми ничем не могла помочь сестрёнке и оттого страдала не меньше. Она склонилась над колыбелью, гладила и успокаивала малышку, надеясь отогнать теней. Злобные создания пришли сюда из-за Фэйми. Они забирались в уши Геллы, заползали под подушку, лезли в глаза. Это длилось уже три недели. Отец сделался черней тучи, а мама похудела и высохла, как тростник.

Когда в местной лечебнице испробовали все средства, родители съездили в большой город за лекарем. Он сказал, что у девочки колики, и прописал отвар — бесполезный, как и все лекарства до него. Фэйми знала настоящую причину бессонницы, но молчала, потому что признаться было страшно.

Гелла заворочалась, захныкала. Хрупкая тишина задрожала, покрылась трещинами тревоги и разбилась от плача. На пороге комнаты тотчас появилась мама в ночной рубашке, растрёпанная, усталая, с тёмными кругами под глазам.

— Я сама её успокою, иди отдыхай, — сказала Фэйми, беря сестру на руки.

— Она, наверное, есть хочет, дай её сюда.

Мама присела на край кровати и приложила дочку к груди, но Гелла кряхтела и отворачивалась. Тени на время отступили, тёплый свет ночника сделался уютней и ярче.

Фэйми зевнула и посмотрела в окно. Сквозь узорчатый тюль просвечивала почти полная луна. До завершения ей не хватало тонкой дуги, а значит, нужное время наступит совсем скоро.

— Можно я завтра пойду ночевать к Арике? — спросила Фэйми, водя пальцем по кружеву наволочки. — Она обещала показать мне крольчат.

— Сходи, — кивнула мама, не отрывая взгляда от уснувшей малышки. — Только не докучай им и не ешь в гостях много. Я соберу тебе с собой яблок. Понесёшь в гостинец.

— Давай мне её, я покачаю. Иди поспи.

Фэйми взяла на руки Геллу и стала тихо напевать колыбельную. Она не собиралась идти к Арике и соврала, чтобы навестить бабушку, которую в городе считали сумасшедшей колдуньей. Мама запретила ходить к ней с тех пор, как Фэйми проговорилась о Поддонье. Так называлась изнанка мира, куда могли попасть только волшебники. Невидимая для обычных людей, она хранила истину целого мира, скрытую за реальностью.

Если в семье случались ссоры, бабушка шла в Поддонье, находила место, на котором стоял дом, и выпалывала выросшие там сорняки обид. Когда кто-то сильно болел, она вынимала червей из дерева жизни. Чародеи могли видеть порчи и сглазы, гнев и страх, но многие отказывались от этого дара. Слишком уж опасной и неблагодарной работой слыло чародейство. Бабушка хотела, чтобы дочь прожила спокойную жизнь, и никогда не рассказывала ей об изнанке мира, поэтому мама считала всё это выдумкой.

Три года назад, в свой десятый День Рождения, Фэйми случайно приоткрыла завесу тайны. Она увидела хиго. Так назывались разноцветные огоньки, в которые превращаются заветные желания. В тот вечер бабушка так суетилась, что забыла закрыть портал, и из Поддонья в кухню залетела целая куча светящихся шариков. Тихо вошедшая Фэйми спряталась за шторкой и почти не дышала, пока бабушка пыталась выгнать нежданных гостей. Она сунула их в самую обыкновенную банку из-под сливового варенья, прошла через арку и скрылась в кладовой. Фэйми на цыпочках двинулась следом, но не увидела за порогом привычных полок и бочонков.

Вместо них внутри находилась пещера, наряженная гирляндами светляков. Она всё время заворачивала вправо и напоминала закрученную ракушку. Девочке казалось, что коридор один и тянется в бесконечную глубь. На самом деле Витки (так называлась пещера) состояли из множества ходов. Они могли привести в любое место на земле, если его загадать. А если идти просто так — окажешься в Поддонье. В первый раз Фэйми потерялась и не дошла до него. К счастью, бабушка быстро отыскала внучку и рассердилась, но раз уж у Фэйми был День Рождения, а шила в кармане не утаишь, пришлось рассказать ей то, что держалось в тайне даже от дочери.

С тех пор Фэйми частенько гуляла по Поддонью в безопасные дни, но эта способность должна была исчезнуть через полгода, когда ей стукнет четырнадцать. Фэйми хотела пройти обряд, чтобы стать чародейкой и сохранить связь с изнанкой мира, но бабушка даже слышать об этом не желала. Она чуть не погибла во время испытаний и зареклась впутывать детей и внуков. Фэйми почти смирилась, но однажды, в тёплый зимний вечер, согревшись крепкой бузинной настойкой, старая чародейка проговорилась. Для обряда требовалось найти два огонька желаний и помочь их осуществить.

Фэйми никогда не была храброй, но теперь, когда тени пробрались в дом, а бабушка болела и теряла силы оттого, что ей некого было учить, чувство вины пересилило всякий страх. В ночь, когда последняя серебряная ниточка вплелась в круг небесных пяльцев и завершила вышивку луны, Фэйми нашла свой первый хиго.

Желание было чудесное. Оно спустилось с неба, лёгкое, как лепесток, и мерцающее, словно паутинка в лунном свете. Фэйми встречала много разных хиго, но такой видела впервые. Он был не крупнее напёрстка, а цветом напоминал мякоть печёной тыквы. Сияние огонька отдавало мёдом и янтарём. Фэйми это понравилось. Ей давно опротивело бледно-голубое свечение комариных личинок, облепивших потолки пещеры. Из-за него Витки казались недрами айсберга — неуютного и холодного.

Девочка радовалась тому, как легко удалось достать желание. Ей даже показалось, что хиго ждал её у входа в Витки. Когда Фэйми вышла из пещеры в Поддонье, он был уже тут как тут. Девочка протянула ладонь, и огонёк уютно устроился в ней, точно свеча в плошке. Оказывается, он был несчастным и потому так отчаянно переливался яркими цветами. Зелёные глаза Фэйми заполнились множеством бликов. Она приблизила огонёк к самому уху, но ничего не услышала. Это настораживало. Обычно хиго шумные. Только и делают, что вопят о заключённых в них желаниях, а этот был тихим и скромным. Фэйми решительно развернулась на каблуках и побежала обратно в Витки. Желание она прикрыла сверху второй ладошкой и прижала к груди с тем, чтобы гадкие тени не тронули его.

Сегодня наступило полнолуние — время, когда тёмные обитатели Поддонья набирались сил и резвились, как мыши в зерне. Лучший урожай хиго случался именно в такие ночи, поэтому Фэйми не побоялась зайти за арку. В ненадёжном свете вертлявые тени успевали вволю потешиться над девочкой. Они караулили её за каждым углом, норовя ухватить за подол платья, а то и выставить острый камень, об который в полумраке можно пораниться или споткнуться. Заблудиться здесь было легче лёгкого. Чего стоили одни только ложные туннели, упиравшиеся в тупики. Но Фэйми давно научилась отличать настоящие от теневых, и её нельзя было обмануть так просто.

Всего чуточка волшебства могла отогнать кошмары от Геллы и влить в дряхлое тело бабушки новую жизнь. Злобные сущности проникли в дом из-за Фэйми, и девочка хотела это исправить. Она знала, что когда начнёт испытание, никто ей не поможет, а если вернуться домой — всё будет кончено. Желания могли попасться какие угодно, лёгкие и трудные, безвредные или опасные, но Фэйми уже решилась.

Завидев, что девочка несёт хиго, обитатели пещеры пришли в ярость. Они шипели, раздваивались и тянулись к огоньку, но Фэйми гнала их прочь. Тени стали колючими и ершись из всех углов. Они прятались за камнями и ползли по трещинам, стараясь забраться в складки платья или под подол, где обитал мрак, чтобы оттуда добраться до желания. Свет надежды, заключённый в хиго, манил и раздражал их.

Фэйми бежала так быстро, что пряди её чёрных волос развевались за спиной, как водоросли, подхваченные сильным течением. Она перепрыгнула через расщелину, откуда потянулись к щиколоткам тёмные пальцы и, не давая себе отдышаться, припустила дальше — к арке, из которой лился свет. Фэйми не заметила, как маленькая гадкая тень, выбравшись из-под камушка, скользнула ей в туфлю. Девочка взвизгнула и стряхнула обувь, но не выпустила из рук хиго.

— Бабушка! — Фэйми споткнулась о порог и растянулась на деревянном полу.

Огонёк завис в воздухе рядом с её макушкой. Теперь ему ничто не угрожало, и Фэйми позволила себе немного похныкать из-за разбитой коленки и потерянных башмачков. А ведь отец только-только купил их на осенней ярмарке. Теперь тени утащат чудные туфельки в самый тёмный закоулок Витков и спрячут там, где их невозможно будет найти. Мама ужасно рассердится.

Фэйми хотела вернуться и поискать обновку, но хиго выглядел таким испуганным и одиноким, что она не решилась его оставить. Да и обуви наверняка уже нет на прежнем месте. Потерять что-то в Витках — хуже, чем уронить монетку в бездонную пропасть.