«Троцкий и заговор в Красной Ставке»

Троцкий и заговор в Красной Ставке (fb2) - Троцкий и заговор в Красной Ставке 3865K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Сергей Сергеевич Войтиков

Сергей Войтиков

ТРОЦКИЙ И ЗАГОВОР В КРАСНОЙ СТАВКЕ

Отдельная благодарность

к.и.н. С.В. Карпенко,

д.и.н. А.А. Здановичу

Введение

САМЫЙ ЗАГАДОЧНЫЙ ЭПИЗОД СОВЕТСКОГО ВОЕННОГО СТРОИТЕЛЬСТВА

Литература

3 сентября 1927 г. на объединенном заседании Политбюро ЦК и Президиума ЦКК ВКП(б) уже окончательно проигравший борьбу за власть «Красный Бонапарт» — Лев Троцкий — и его победитель Иосиф Сталин припоминали друг другу прошлые ошибки и разногласия. В частности, речь зашла о стратегических планах Красной армии летом 1919 года:

«И.В. Сталин: Я утверждаю, я об этом заявлял в печати и никто (Л.Д. Троцкий. — С.В.) не опровергал, что в самых важных случаях Гражданской войны, когда дело шло об основных врагах, о Деникине и о Колчаке, основные военные вопросы решались у нас без Троцкого.

Л.Д. Троцкий: Да разве я могу опровергать всю клевету против меня? Где? Каким путем? Издадим всю переписку с Лениным, она у меня подобрана….

И.В. Сталин:…Вопрос стоял в Политбюро так: двигаться ли дальше Уфы, прогнав Колчака за Урал и оставив за собой Урал, или остановиться на линии Уфы, оставив Урал в руках Колчака, и перебросить войска на юг. Троцкий высказывался за приостановку наступления в районе Уфы и, стало быть, за оставление Урала в руках Колчака. Политбюро высказалось против этого плана, считая, что план Троцкого означал бы помощь Колчаку, и постановило продолжать наступление на Колчака, прогнав его за Урал. В связи с этим Политбюро решило заменить Главкома И.И. Вацетиса, который был тогда сторонником плана Троцкого, другим Главкомом — С.С. Каменевым — и послать на фронт новых работников. С того времени Троцкий был совершенно „отшит“ от Восточного фронта. Вацетиса заменили Каменевым, послали на Восточный фронт новых людей и ликвидировали таким образом Колчака против воли Троцкого».^[1]

В таком контексте И.В. Сталин подал события, связанные с одним из наиболее загадочных эпизодов Гражданской войны — «заговором в Полевом штабе Реввоенсовета Республики».

Что же о нем известно? — Как установил Я.Ю. Тинченко, по обвинению в измене арестовали Главнокомандующего всеми вооруженными силами Республики бывшего полковника И.И. Вацетиса, (исполняющего обязанности) начальника Полевого штаба бывшего генерала Ф.В. Костяева, ряд их сотрудников — нескольких выпускников 6-месячных курсов Николаевской академии Генштаба 1918 г. За арестом последовала охота на весь выпуск. Ни Вацетис, ни Костяев, ни генштабисты серьезно не пострадали, хотя в тюрьме последних держали по полгода и более. Основываясь на позднейших показаниях одного из генштабистов, Я.Ю. Тинченко датировал арест Вацетиса 25 июня 1919 г. Зная, что официально Главкома сместили только 8 июля, Я.Ю. Тинченко, вероятно, счел достаточно достоверным рассказ М.Д. Бонч-Бруевича (в воспоминаниях которого, кстати, много искажения фактов) об имевшем якобы место разговоре генерала с Вацетисом, на котором последний заявил будто бы, что он продолжал руководить войсками в заключении^[2]. Однако из письма Вацетиса Ленину от 21 октября 1921 г. выясняется, что Главком был арестован 8 июля и сразу полностью изолирован^[3]. Следовательно, даже датировка основных событий нуждается в определенной корректировке. Также Я.Ю. Тинченко, заявляя об аресте значительной части выпуска — около 80 человек, — не учитывает то обстоятельство, что генштабистов взяли по разным делам. Так, из ответа Управления делами Особого отдела ВЧК выясняется, например, что бывший начальник разведывательного отделения штаба 7-й армии генштабист Тарасов был арестован как друг и ближайший сослуживец расстрелянных активных участников по делу «Петроградского заговора Авенариуса и Люндеквиста». Тарасов «жил вместе с Авенариусом; знал о симпатиях Люндеквиста к белым и сам выказывал симпатию к белым (показания Люндеквиста)»^[4].

Не ранее 23 июля 1919 г. один из руководителей Особого отдела ВЧК И.П. Павлуновский «состряпал» (так выразились авторы «Империи ГРУ»)^[5] и представил В.И. Ленину «Доклад по делу о белогвардейской организации в Полевом штабе Революционного военного совета Республики». Павлуновский доложил, что группа лиц в составе 4-х генштабистов, как установило следствие, ставила перед собой следующие задачи: установление связи со штабами Деникина и Колчака; свержение Советской власти путем внутреннего переворота; захват аппарата управления армии в свои руки под видом воссоздания Генштаба. Павлуновский доложил, что группа находилась на начальной стадии формирования и успела «лишь частично приступить» к реализации намеченных задач, а потому ее деятельность не отразилась на боевых действиях Красной армии; с установлением связи группы со штабами Колчака и Деникина, которую, судя по добытым (или выбитым) у арестованного преподавателя Академии Генштаба РККА Ю.И. Григорьева показаниям, предполагалось установить «недели через две», положение могло измениться^[6]. В ходе предварительного следствия причастность Вацетиса к белогвардейской организации не была установлена, и дело о нем передали во ВЦИК. Президиум ВЦИК 7 октября 1919 г. признал Вацетиса «крайне неуравновешенным, неразборчивым в своих связях» человеком, окруженным компрометирующими его элементами. Признав вину Вацетиса недоказанной, а заслуги первого Главкома «бесспорно крупными», Президиум ВЦИК передал его в распоряжение военного ведомства^[7]. Такая хронология выстаивается по сборнику «В.И. Ленин и ВЧК» 1987 г., на который в основном и опираются исследователи.

Могильную плиту на события, связанные с заговором в Полевом штабе, наложили доклады на I съезде особых отделов И.П. Павлуновского и управляющего делами ВЧК Г.Г. Ягоды от 22 декабря 1919 и 3 января 1920 г.^[8] Полевой штаб ни в одном из них не назван, зато сказано, что контрреволюционная организация «Национальный центр» использовал для своих целей аппараты ГУ ВУЗ, ГВИУ, ЦУС, Штаба ж.-д. войск; имел сильные связи в ВЗС, ВГШ и «некоторых главках и центрах»; «почти во всех органах (военного) управления сидели белогвардейцы» (Павлуновский)^[9]. Объяснение простое: арест нескольких десятков человек, чей контрреволюционный настрой весьма сомнителен, проще было подать в контексте видного дела — таким и стало дело «Национального центра». Историки только в начале 2000-х гг. стали понимать, что корпус генштабистов отнюдь не был единым