«Райнхард Гейдрих — паладин Гитлера»

Райнхард Гейдрих — паладин Гитлера (fb2) - Райнхард Гейдрих — паладин Гитлера [сборник] 3809K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Юрий Дмитриевич Чупров - Душан Гамшик - Иржи Пражак

Юрий Чупров

Душан Гамшик

Иржи Пражак

РАЙНХАРД ГЕЙДРИХ — ПАЛАДИН ГИТЛЕРА

Смерть на взлете

Юрий Чупров

РАЙНХАРД ГЕЙДРИХ

Путь к власти

Предисловие

Райнхард Гейдрих являлся, несомненно, одной из самых одиозных фигур Третьего рейха. Все в его мыслях было подчинено захвату и целевому использованию власти.

Некоторые историки сравнивают его с таким видным деятелем Французской революции, как Антуан Сен-Жюст. Но это сравнение не совсем точно, так как шеф Главного управления имперской безопасности рейха намного превзошел в своих преступлениях этого прототипа Робеспьера и был далек от идеализма французского доктринера и революционного фанатика. Гейдрих не испытывал той ненависти к своим жертвам, которая была присуща Сен-Жюсту, но люто ненавидел своих личных врагов. Не отличался Гейдрих и идеологической неприязнью. К любому мировоззрению, включая «коричневое», он относился с презрением (Можно полагать, что он не прочитал целиком даже гитлеровскую «Майн кампф».)^[1].

В качестве его исторического аналога можно, пожалуй, говорить о Цезаре Борджиа. Он также не признавал никаких этических ценностей, обладал холодным интеллектом и холодной душой, был весьма расчетливым и амбициозным, имея «эффектную внешность падшего ангела».

У Гейдриха превалировали наиболее элементарные и инстинктивные чувства. Не государство, а власть — его личная власть была его богом. Вопрос об объекте власти у него не возникал, так как он воспринимал ее как объект.

Он не забивал себе голову моральными ценностями. Истина и добродетель не имели для него никакого значения. Их он рассматривал в качестве инструмента для приобретения еще большей власти. Все, что служило этому делу, было правильным и хорошим. Политика тоже была для него не более чем ступень на пути к власти. Размышлять о правомерности той или иной акции он считал глупым и подобными вопросами даже не задавался.

Вся служба его в рядах СС представляла собой непрерывную цепь убийств. В борьбе за власть он уничтожал людей, которых невзлюбил, соперников, находившихся к нему в оппозиции, и тех, кому не доверял Человеческая жизнь в его глазах не представляла никакой ценности. Он был, по сути дела, нигилистом в самом широком смысле этого слова. Его преступления диктовались точнейшим расчетом, на который не оказывали никакого влияния душевные порывы или угрызения совести. Недаром Гитлер называл Гейдриха «человеком с железным сердцем».

Главное же — его преступления совершались не во имя великого дела, а в личных интересах.

Империя его интересовала мало, в ней ему нужна была только власть. Он не намеревался служить немецкому народу, а стремился лишь укрепить собственный авторитет.

Какую основную цель преследовал Гейдрих? Об этом никто не может сказать с полной достоверностью, так как он не говорил даже с самыми близкими ему людьми. Однако под влиянием излишне выпитого язык его иногда развязывался, и из его рассуждений становилось ясно, что он стремился стать «выдающейся личностью в Третьем рейхе». Однажды он даже высказал мысль о необходимости разъединения должностей фюрера и канцлера, причем фюреру должна быть отведена представительская роль как президенту страны. Канцлером же должен был стать человек, обладавший реальной властью. Именно на этом посту Гейдрих и намеревался потрудиться.

Следует отметить, что он не был бесплодным мечтателем, а шел планомерно от одной задачи к другой, тщательно их разрабатывая. Важнейшим шагом к посту канцлера он считал должность министра внутренних дел при объединении полиции безопасности и общей полиции под своим контролем Не командуя ни полицией, которая будет подчиняться министру внутренних дел, ни войсками СС, которые в военное время войдут в состав вооруженных сил, Гиммлер, по его мнению, мог бы остаться номинально рейхсфюрером СС, но с малозначимой позицией.

У Гейдриха не было безоговорочной веры в Гитлера. Он мог вполне представить себе Германию без Гитлера, но не без себя самого. Целый ряд его бывших сотрудников придерживались мнения, что, будь Гейдрих жив, он вполне мог оказаться в числе заговорщиков против фюрера. Еще в 1941 году в Бад-Кройцнахе Гейдрих высказал мнение, «что СС окажется в числе первых, кто обезвредит Гитлера, если тот станет делать глупости».

Многие историки считают Гейдриха только хорошим исполнителем, но это далеко не так. Ведь все операции, в которых он участвовал, осуществлялись либо с его подачи, либо по его инициативе, а их он тщательно обдумывал и планировал, определяя цели и характер. Так что его исполнительность была лишь маской, которую он наверняка бы сбросил впоследствии.

Американский журналист и публицист Джон Гантер в конце 30-х годов отмечал: «За Гиммлером стоит фигура еще более мрачная — Гейдрих. Поговаривают, что Гиммлер — только „ширма“ для этого во многом более жестокого и опасного человека».

А Вальтер Шелленберг^[2], бывший шефом внешней (политической) разведки Главного управления имперской безопасности, характеризовал Гейдриха как «скрытую ось, вокруг которой вращался нацистский режим».

Вместе с тем стоит отметить, пожалуй, и то, что ни в Германии, ни в какой-либо другой стране не было сооружений, призванных увековечить память Гейдриха. Единственная стела, возведенная в Праге, и та была разрушена в 1945 году, после окончания войны. Правда, осталась все же его посмертная маска, но и к ней коллекционеры никакого внимания не проявляют. Нет у него и последователей.

Первые шаги

Гейдрих родился 7 марта 1904 года в Галле-на-Заале (Саксония) в семье директора консерватории, бывшего оперного певца Бруно Гейдриха. Мать его — бывшая актриса. В семье он был вторым сыном и получил имя Райнхард Тристан (в честь героя оперы Вагнера «Тристан и Изольда»). Братьев его звали Томас и Хайнц. (Оба в своей жизни никаких высот не достигли.)

В школе Райнхард отличался упрямством и стремлением как-то выделиться среди остальных учеников. Так, однажды во время школьной перемены он залез на крышу трехэтажного здания и на виду у всех прошел по ее краю (в случае падения он мог бы разбиться чуть ли не насмерть). Поехав в Швейцарию в порядке обмена школьниками, он ночью забрался на крышу здания гостиницы, в которой они были размещены, и вывесил немецкий флаг со свастикой.

В школе (как, впрочем, и вообще в жизни) друзей у него практически не было, так как он предпочитал быть в одиночестве.

За необычно высокий голос Райнхард Гейдрих получил в школе прозвище «Коза», в старших же классах гимназии его звали «Изя» (еврейское имя). Отца его, Бруно, горожане почему-то считали евреем. Масла в огонь подлило и то обстоятельство, что его мать после смерти мужа вышла вторично замуж за некоего Зюсса. (Фамилия-то было явно еврейской.)

В школе у Райнхарда проявились музыкальные способности, и он научился весьма неплохо играть на скрипке.