«Бояться глупо. Сделай свою жизнь приятной оставив всякую тревогу о ней»

Бояться глупо. Сделай свою жизнь приятной оставив всякую тревогу о ней (fb2) - Бояться глупо. Сделай свою жизнь приятной оставив всякую тревогу о ней 533K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Гаджи Магомедгаджиевич Шабанов

Посвящается Амирану Сардарову!

Пролог

Три года назад, в 2013 году, я впервые серьезно задумался над тем, чтобы написать книгу. Но тогда я был не готов, потому что у меня не было достаточно материала. Должно было пройти время, чтобы мои мысли и характер выкристаллизовались. То, что я хотел излить на бумагу, вертелось вокруг одного – смерти. Я осознал, насколько я близок к ней, она рядом, повсюду и с каждым, она ближе, чем клетки, из которых состоит мой организм, и крови, которая их питает. Я думаю об этом каждый день, чтобы быть тотальным и, в тоже время, умудряюсь оставаться очень оптимистичным человеком.

Сильное осознание смерти приходит ко мне в самолете. Вот мы взлетаем… и первые несколько минут меня раздражает плохо пахнущий сосед. Сетую про себя на то, что он не мог помыться перед вылетом и на то, что он такой толстый. Потом, с таким же раздражением, я смотрю перед собой и вижу на руках истеричной молодой мамы некрасивого, годовалого ребенка с выпученными глазами, похожего на сумасшедшего, и думаю о том, что мне четыре часа нужно это терпеть. Я начинаю осознавать, где я нахожусь и понимаю, что битком набитый самолет – это страшная капсула смерти, в которой я с этими людьми могу разбиться… После этого – вновь оглядываюсь на своего сального соседа и на ребенка с выпученными глазами на переднем сидении и они меня уже не раздражают, мне их становится жаль, я проникаюсь к ним состраданием. Я пытаюсь себе представить панику, следом – то, как самолет штопором летит вниз, потом я представляю, как при ударе о землю железный осколок входит в мое тело, как ломается моя шея, разбивается в дребезги голова и мозги летят повсюду от удара о переднее сидение. И все, тебя нет, ну, может быть, ты еще поживешь несколько секунд или минут в адской агонии. На фоне такой картины я возвращаюсь к своим проблемам, какие бы они не были, и понимаю, что все трудности моей жизни – это мелочи и ничто, по сравнению со смертью. Я снова возвращаюсь к мыслям о том, что меня может не стать в любую минуту и что завтрашнего утра я могу уже не увидеть. И я с новой силой осознаю, что все тяготы моей жизни меркнут на фоне смерти. Меня осеняет – Я ЖИВ И ЭТО ГЛАВНОЕ! Но, если даже придется умереть, то так и быть, главное – уйти на тот свет мужественно, как Уильям Уоллес.

Я вижу, что люди не беспокоятся особенно о том, что их дни ограничены, они живут так, как будто они никогда не умрут, хотя жизнь им постоянно напоминает об этом: там убили кого-то, землетрясение, эбола, цунами, в Сирии тысячами гибнут мирные жители, твой сосед повесился в лесу, другой – умер от рака, упал самолет. И это – каждый день. Люди всего лишь на пару секунд могут быть увлечены этим: «…ай, ты посмотри, опять упал самолет, ну, что ты будешь делать», и все, конец всем размышлениям, в ту же секунду они забывают об этом и продолжают жить, как ни в чем не бывало. Я хотел сказать всем: «…очнитесь, посмотрите, как проходит ваша жизнь и чем вы занимаетесь». Но тогда я был лишь дико не удовлетворён, был полон иллюзий и обладал неимоверной силой воли и желанием изменить свою жизнь. Я был бесконечно амбициозен и тщеславен и эти три года должны были пройти, чтобы я спустился немного на землю и понял, где я нахожусь и что из себя представляю. И то, что за один день жизнь не изменишь. Должно было пройти время, чтобы я избавился от своего пустого, никчемного тщеславия и стал более адекватным.

Эта книга – как песня, которую я хочу спеть. Ты уже слышал много красивых песен, учил их, пел, танцевал под них, и вот ты понял, что в тебе родилась твоя собственная песня, твоя собственная мелодия, выстраданная, прожитая тобой. И теперь нужно помочь ей родиться, облечь в слова, придать стройность и красоту. Песня о том, как я пытался понять, зачем и как мне жить, как я разочаровывался, отчаивался, радовался, и снова отчаивался и снова радовался, и эта пляска продолжается как день и ночь и будет продолжаться, пока мой организм жив и способен синтезировать гормоны. Я продолжаю смеяться, когда мне весело, и грустить, когда мне грустно, но эти эмоции уже не те, что были раньше. К ним прибавилась глубина и осознанность. Теперь, как бы не складывалась моя жизнь, я особо не терзаюсь, а просто мысленно говорю себе: « Аааааа – будь, что будет!» И это помогает. Я как главный герой из фильма: “Столетний старик, который вылез в окно и исчез”. Главное – продолжать идти вперед, и особо не волноваться по поводу того, что кто-то думает!

У кого-то может возникнуть вопрос: «Для кого я это писал? Зачем я это писал?» В первую очередь – для себя и ради себя, я чувствовал необходимость привести в порядок хаотично разбросанные мысли в моей голове. А потом, если так случится, для того, кому это может оказаться близким по духу. И я не сильно волнуюсь, понравится эта книга кому-нибудь или нет, но не скрою – будет приятно, если хоть в ком-то она найдет родственный отклик. Мне нравится ответ одного очень древнего философа, который на вопрос, зачем он с таким усердием занимается искусством, которое дойдет лишь до немногих, отвечал: «Довольно с меня и немногих, довольно с меня и одного, довольно с меня и ни одного».

Отчасти дать название этой книге вдохновил меня потрясающий фильм режиссёра Томаса Яна «Достучаться до небес». Этот фильм глубоко засел в мою память и когда я стою перед важным решением в жизни и мне страшно, то часто вспоминаю финальные слова Руди: «Боятся глупо». Я вспоминаю слова из этого фильма, отзывающиеся во мне мурашками, словно тысячи хрустальных осколков, падающих как дождь, красивым, чистым звуком в абсолютную тишину, слова, похожие на поэзию:

– 

Стоишь на берегу и чувствуешь соленый запах ветра. И веришь, что свободен ты и жизнь лишь началась… И губы жжет подруги поцелуй, пропитанный слезой.

…На небе только и разговоров, что о море и о закате. Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать за огромным огненным шаром, как он тает в волнах.

И по моему телу, и в моей груди снова и снова проходят как освежающие потоки бриза, просветляющие сознание и тело, волны. Волны Бесстрашия, Любви к Жизни, Спокойствия, Радости и СВОБОДЫ.

Появился на свет – сорвал джекпот.

И только тот достоин счастья и свободы, кто каждый день за них идёт на бой.

Гёте

Я родился в Махачкале, городе, окруженном горами и морем. А через месяц, или чуть больше, меня привезли в Сургут, в очень холодное место, погода в котором порой неделями стоит – 50 градусов.

До 6 шести лет я жил то в Сургуте, то в Когалыме. Этот период я практически не помню. Так, некоторые фрагменты. Как, например, мы едем ночью в машине, где-то, скорее всего, между Когалымом и Сургутом. Повсюду лес, горят факела, сжигающие попутный газ на нефтяных месторождениях.

Или – вот такой фрагмент из памяти. Мне – годика четыре, я с пьяным отцом поднимаюсь на борт самолёта, я очень напуган, беспокоюсь. Все уже сидят в самолёте, а я стою, остановившись посередине трапа. Отец внизу держится одной рукой за перила, говорит, поднимайся, иди, ты полетишь один. Кажется, самолёт летел в Сургут, я не мог ничего понять, мне было очень страшно. Там, куда летел самолет, не было Мамы, не было никого. Если честно, то я вообще не знал, куда летит самолёт. Это всего лишь догадки теперь, когда я уже взрослый, детская память такая короткая. Почему он так со мной поступил? Мою грудь начинает сжимать от страха, я смотрю на него непонимающе и моляще, вот-вот готовый расплакаться. Но я боюсь показывать ему слезы, поэтому еле их сдерживаю. Он поднялся со мной в самолёт, посадил меня с кем-то, а сам ушёл. Я решил, что он всё-таки отправляет меня одного в неизвестность. Я остался сидеть, меня охватил страх. И в каком-то отчаянии и непонимании я долетел до Сургута.

Выхожу из самолёта, спускаюсь по трапу. И тут появляется отец. Думаю, он хотел понаблюдать за моим поведением, как я поведу себя в этой ситуации.

Вот ещё отрывок из памяти: иду, гуляю один по селению, кажется, я еще в школу не пошёл, а только собирался пойти в первый класс. Выхожу на окраину села, где уже почти нет домов, стою на небольшом возвышении, а внизу – ребята постарше меня лет на пять. Один из них стоит на коленях, руки связаны сзади, а четверо других, что стоят рядом, запихивают ему в рот ослиное дерьмо. У бедолаги – полный рот говна и всё лицо им измазано было, кричит и плачет. Всех этих ребят я знал. Это были мои односельчане. Стою испуганный, смотрю на это издевательство… На этом воспоминание и обрывается. Порой, вспоминая тот эпизод, думаю, не померещилось ли мне всё это, но, нет, не померещилось.

В первый класс пошёл в родном селении Салта. Отец решил, что мне будет полезно пожить с бабушками и дедушками, узнать получше сельскую жизнь, традиции и обычаи. Хотя Мама, вроде, была против.