«GA 235. Эзотерическое рассмотрение кармических связей. Том I - Образование кармических сил»

GA 235. Эзотерическое рассмотрение кармических связей. Том I - Образование кармических сил (fb2) - GA 235. Эзотерическое рассмотрение кармических связей. Том I - Образование кармических сил (пер. Александр Алексеевич Демидов) 1963K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Рудольф Штайнер

Рудольф Штейнер

ЭЗОТЕРИЧЕСКИЕ РАССМОТРЕНИЯ КАРМИЧЕСКИХ СВЯЗЕЙ

Том 1

ОБРАЗОВАНИЕ КАРМИЧЕСКИХ СИЛ

GA 235

Лекции 1924 года Том первый Двенадцать лекций в Дорнахе (16 февраля — 23 марта)

ПЕРВАЯ ЛЕКЦИЯ

16 февраля 1924 года

Я хотел бы сейчас начать говорить вам о тех условиях и законах человеческой судьбы, которую принято называть кармой. Но понять эту карму, разобраться в ней можно только, научившись сначала познанию различных видов космической закономерности. И поэтому я хотел бы сегодня — ибо это необходимо — рассказать вам, пожалуй, в несколько абстрактной форме о различных родах космической закономерности, чтобы затем выявить ту особенную форму, которую можно назвать человеческой судьбой — кармой.

Когда мы хотим постичь явления мира и когда мы хотим охватить взором явления человеческой жизни, мы обыкновенно говорим о причинах и следствиях. При этом сейчас принято, особенно в области науки, говорить о причинах и следствиях лишь в самых общих чертах. Однако как раз поэтому и приходится сталкиваться с весьма большими трудностями при постижении истинной действительности. Ибо тогда не придают значение тем различным видам, в каких причины и следствия выступают в мире.

Прежде всего обратимся к так называемой безжизненной природе, которая наиболее отчетливо выступает перед нами в минеральном царстве — во всем том, что выступает перед нами в горных породах, в их часто удивительных образованиях, но также и во всем том, что, можно сказать, распалось в порошок, а затем снова спеклось в бесформенных породах.

Когда мы наблюдаем исключительно безжизненное, мы обнаруживаем те причины, о которых может идти речь в Царстве безжизненного, внутри его самого. Там, где безжизненное есть следствие чего–то, мы можем искать и причины в том же самом царстве безжизненного, и когда так поступают, это вполне оправдано с познавательной точки зрения,

Если вы, например, имеете перед собой прекрасно сформированный кристалл, то вы должны искать причины формы этого кристалла в самом царстве безжизненного. Таким образом царство безжизненного обнаруживает себя как нечто, в самом себе завершенное. Мы не можем пока говорить о том, где находятся границы этого безжизненного. Порой они могут быть очень далеко от нас — в далях космоса. Но если нечто безжизненное находится прямо перед нами, и речь идет о следствиях, а надо отыскать причины, эти причины мы будем искать опять–таки внутри самого царства безжизненного.

Однако тем самым мы предполагаем, помимо безжизненного, еще и нечто иное, и в результате нам открывается известная перспектива. Посмотрим на самого человека, посмотрим на него в тот момент, когда он проходит через врата смерти. Все то, что жило и действовало в нем прежде, чем он прошел через врата смерти, исчезло из той чувственно воспринимаемой формы, которая остается после того, как душа человека перешагнула через порог смерти. И мы говорим об этой оставшейся форме: она безжизненна. И точно так, как мы говорим о безжизненном, когда мы взираем на какую–либо каменную породу с ее кристаллическими образованиями, должны мы говорить о безжизненном, когда мы взираем на покинутый душой, покинутый духом труп человека. Теперь с человеческим трупом происходит совершенно то же самое, что наблюдалось и прежде во всей остальной безжизненной природе.

Однако пока душа не прошла через врата смерти, для того, что происходит в человеческом теле как следствия, мы не можем отыскать причин в самом царстве безжизненного. Не только тогда, когда, например, поднимается человеческая рука, мы тщетно искали бы причины этого поднятия руки в не относящихся к жизни физических законах человеческого тела — мы так же тщетно искали бы в имеющихся в человеке химических, физических силах причины, например, биения сердца, кровообращения, то есть тех процессов, которые совершенно не подвластны воле человека.

Однако с того момента, как человеческое тело стало трупом, а душа человека прошла через врата смерти, мы можем наблюдать следствия этого в человеческом организме. Мы видим, как изменяется цвет кожи, члены становятся дряблыми, короче говоря, все то, что обычно происходит, когда мы взираем на труп. Где мы ищем причины всего этого? — В самом трупе, в химических, физических, в безжизненных силах самого трупа.

Так вот, если вы продумаете до конца, со всех сторон и по всем направлениям то, чего я только что коснулся (а тут мне надо было этого только коснуться), то вы скажете себе: после того, как душа человека прошла через врата смерти, он стал подобен миру безжизненной природы. То есть нам надлежит искать причины следствий в той самой области, где эти следствия осуществляются. Это очень важно.

Но если мы примем во внимание эту характерную особенность человеческого трупа, тогда мы найдем еще нечто другое, что имеет исключительное значение. Видите ли, со смертью человек, в некотором смысле, сбрасывает с себя свой труп. И если мы при помощи того дара наблюдения, который пригоден для этого, наблюдаем, что же теперь стало собственно с человеком, с духовно–душевным существом человека после того, как он прошел через врата смерти, тогда мы скажем: да, дело обстоит так, что труп отброшен, оставлен человеком, и отныне для этого настоящего душевно–духовного существа человека, которое оказалось по ту сторону врат смерти, труп этот не имеет больше никакого значения. Он есть нечто отброшенное.

В отношении же внешней безжизненной природы дело обстоит по–иному. Это иное обнаруживается даже при поверхностном рассмотрении. Рассмотрим труп человека. Его лучше всего можно наблюдать там, где он подвергается, так сказать, воздушному погребению. В подземных склепах, которые служили прежде некоторым общинам местами захоронения, находили трупы людей, к примеру, просто подвешенными: они высыхают. И это состояние высыхания заходит так далеко, что они совсем истлевают, так что достаточно едва прикоснуться к ним, чтобы они рассыпались в прах.

То, что как безжизненное сохранилось здесь, отличается от того, что мы находим вокруг нас как безжизненную природу. Эта безжизненная природа формирует себя, образует кристаллические формы. Вообще мы находим ее претерпевающей замечательные изменения. Если мы отвлечемся от собственно земного элемента и посмотрим на то, что является также безжизненным — на мир воды, воздуха, то найдем, что в этом безжизненном совершаются подвижные изменения и метаморфозы.

Все же мы остановим наше внимание на сходстве по своей безжизненности человеческого, отброшенного душой тела и внечеловеческой безжизненной природы.

А теперь пойдем дальше. Обратимся к царству растений. Здесь мы вступаем в сферу живого. Если мы будем обстоятельно изучать какое–либо растение, то мы никогда не придем к тому, чтобы выступающие в этом растении следствия обусловить причинами, лежащими только в растительном царстве, то есть в том же царстве, где находятся и следствия. Правда, ныне существует наука, которая пытается это сделать, но эта наука находится на ложном пути. Ибо она, в конце концов, вынуждена сказать: да, можно исследовать физические силы и законы, в растении, можно исследовать химические силы и законы; и все же, кроме этого, остается еще нечто. Тут люди разделяются на два лагеря. Одни говорят: то, что остается, есть вообще только некая комбинация, какая–то форма или фигура; действенными же являются только физические и химические законы. Другие же говорят: нет, тут сокрыто еще нечто иное, чего наука еще не смогла исследовать, но она к этому придет. Эти люди еще долго будут так говорить. Ибо дело обстоит не так; но если хотят исследовать растительный мир, то его не смогут постичь до тех пор, пока не позовут на помощь весь космос, — пока не станут рассматривать растение таким образом, что скажут: силы, действующие в растениях, лежат в далях Вселенной. Все, что происходит тут, в растении, есть действие этих космических далей. Ведь Солнце должно занять сначала определенную позицию в далях космоса, чтобы затем совершились определенные процессы в царстве растений. Должны действовать и другие силы из далей космоса, чтобы благодаря им растение обрело свою форму, свои внутренние движущие силы и т. д.

Дело обстоит именно так: если бы, мои дорогие друзья, мы могли странствовать в космосе (не только так, как это проделывает Жюль Верн