«Красота никогда не умирает (ЛП)»

Красота никогда не умирает (ЛП) (fb2) - Красота никогда не умирает (ЛП) (пер. ˜'*°†Мир фэнтез膕°*'˜ | переводы книг Группа) (Дневники Братьев Гримм. Приквелы - 3) 164K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Кэмерон Джейс

Кэмерон Джейс

Красота никогда не умирает

Серия: Приквелык Дневникам Братьев Гримм #3

Перевод: Алёна Лещенко

Редактор: NDobshikoVa

Переведено специально для группы ”°•†Мир фэнтез膕°”

Любое копирование без ссылки на группу ЗАПРЕЩЕНО!   Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Часть 1

 Красота не умрет никогда по версии Питера Пэна.

Дорогой дневник!

Ненавижу дневники. Лучше в Нетландии с пропащими мальчишками жратвой бросаться. Но сегодняшний день пересек все границы, и я решил написать о случившемся. И знаешь что, дневник? Радуйся, что мальчик, который никогда не повзрослеет, марает твои страницы.

Сегодня я пробудил от столетнего сна свою возлюбленную – Спящую Красавицу. Одни говорят, что ее прокляла злая фея, другие, что это дело рук Братьев Гримм. А мне все равно кто виноват – хоть так хоть я этак, я скучал по ней последнюю сотню лет. Не поцелуем я разбудил ее, как это описывается в сопливых детских сказочках. Я разбудил ее наикрасивейшим ритуалом, о котором ты никогда не прочтешь в книжках. Впрочем, это было несложно.

И вот, я склонился над могилой Графа Дракулы...Потирая виски, я все еще сомневался, воскрешать его или нет. В моем плане по пробуждению Спящей Красавицы ему отводилась немалая роль. Конечно, никто из нас, сказочных людишек, никогда не помышлял о таком. Тем не менее, страха я не ведал. Я вообще никого не боюсь. Я просто никому не верю. Тихая и туманная стояла ночь. Волки молчали, словно проглотили языки и попрятались в своих лесных пещерах.

—Ты на сто процентов уверен? – прорычал мой горбатый сообщник, злобно сверкая во тьме желтыми глазами.

Позволь представить тебе горбуна из Нотр-Дамма… Да-да. Он один из бессмертных. После того, как его продинамила Эсмеральда, а парижская челядь устроила темную, он перестал прикидываться лапочкой и превратился в горбатого засранца. Слышишь? Горбун-Засранец! В комиксах Marvel даже и подумать о таком не могли.

— Я знаю, что делаю, Горбунок.

Я обожал его так называть. Это прозвище смягчает жуткое выражение его крайне неприятной рожи.

— Всего-то нужно вытащить кол из сердца Дракулы, и он оживет.

— Если это так просто, чего другие не воскресили его тогда, хозяин? – ехидно проворчал он, придурковато скалясь и демонстрируя при этом свои гнилые зубы. Я с трудом разбирал слова и уже подумывал поставить ему брекеты, но Горбик запросто мог бы сгрызть их на обед.

— Не называй меня хозяин, – упрекнул я его. – Ты не Франкенштейн. Ты Горбунок, горбатый Квазимодо.

Горбунок задумался. Надо признать, по его морде сложно было определить, о чем он думает. Даже выражение счастья представляло собой нечто кошмарное.

— И отвечаю на твой вопрос. Никто не будил Дракулу в силу своей непроходимой тупости, – я вздохнул и встал на колени, присматриваясь к погребенному в земле Графу. У Дракулы был пунктик насчет земли Трансильвании, мол, он без нее жить не может, а о том, чтобы без нее умереть и думать нечего. – Немногие знают, где его могила. В-общем то, немногие знают о самом его существовании.

— Думаешь, он вспомнит о них? – потирая руки, скривился Горбунок. – Большинство из нас, бессмертных, ничего не помнит при пробуждении.

— А вот на это мы сейчас и посмотрим, – пожевывая белый цветочек, заявил я и вытащил кол.

Граф Дракула поднялся из могилы так внезапно, что Горбунок даже сморгнул. Зависнув над нами, Дракула распростер руки в стороны. Мертвенно-бледный, в красно-черном плаще, он казался довольно угрожающим. Цвет его капюшона и оттенок кожи напомнили о Белоснежке. Как же я раньше не уловил сходства? У Дракулы белая как снег кожа и носит он черный капюшон с красной полоской внутри, разве не так описывают красотку Белоснежку? Ненавижу эти три цвета: белый, красный и черный. Почему забыли про фиолетовый, желтый или даже цвет звезд?

Мысль о Белоснежке холодной змеей скользнула по спине и заставила меня распознать театрализованную наигранность представления Дракулы.

— Ну все. Достаточно, – обратился я к парящему Графу, разжевывая цветочек. – Будь добр, остановись и выйди из роли, Граф Дракула. Это тебе не Бродвей. Такой фигней уже никого не испугаешь. Ты безнадежно устарел.

От моих едких замечаний Горбунок заржал. Дракула спикировал, словно в невидимом лифте – должен признать, недурной фокус. Он шагнул в мою сторону и зарычал, выставляя напоказ пожелтевшие за сто лет клыки. Да уж, его зубкам определенно не помешает чистка.

— Попридержи коней, дубина. Даже Кристофер Ли пострашнее будет.

Дракула подофигел, даже дар речи потерял. Если бы ты видел тогда его взгляд, то подумал бы, что его разыграли в реалити-шоу. Я не виню его. Он провел в Мире Сновидений целую сотню лет. При жизни люди его боялись и называли темным лордом. Он, бедняга, и не догадывался теперь, что все его способности в настоящем мире годятся в лучшем случае для работы аниматора. Он сидел бы на троне во дворце, а детишки дергали бы его за нос и щеки и восторженно пищали, отмечая схожесть этого простофили с Дракулой.

— Ему надо зубы поправить, – подметил Горбунок.

— Кто бы говорил, – я быстро повернулся к Горбику. – По вам обоим стоматолог плачет! Давай, Драко, – обратился я уже к графу. – Ты же не против, если я тебя Драко звать стану?

Горбунок изверг в ночь очередной язвительный смешок. Казалось, Дракула предпочел бы опять зарыться в свою могилу и умереть, нежели подвергаться унизительному пренебрежению.

— Я – Граф Дракула, – брызгая слюной, рокотал он. Как же у него воняло изо рта! Я уж и позабыл, что сто лет погребения не предусматривают элементарную гигиену. – Как смеешь ты явиться и помыкать мною?

Я вытер забрызганное лицо, вздохнул и, глядя на полную луну, пробормотал про себя: «Ё-мое». Затем опустил голову, развернулся и голыми руками вырвал сердце графа. У меня уйма талантов и один из них – невиданная ловкость.

Дракула изогнулся, не отводя глаз от пульсирующего в моих ладонях маленького сердца. Ха, он и не подозревал, что оно у него есть.

— Будут еще вопросы, кто здесь главный? – поинтересовался я.

— Как ты это сделал? – простонал Дракула. – Кто ты такой?

— Мои друзья зовут меня Питер, – самодовольно отозвался я. – Но ты можешь звать меня Пан.

— Почему?

— Потому что Пан – греческий бог, а я, в сущности, тобой владею, – я указал на сердце в руках. – И с чего это оно у тебя такое жалкое? Если хочешь воскреситься как следует, мы накормим тебя, пока твое сердце не подрастет. С таким ничтожным размерчиком в нашем мире не выжить.

Я водрузил его сердце обратно и наблюдал, как оно вплетается в голубые вены, и как затягивается рана на груди. Обожаю смотреть, с какой скоростью исцеляются вампиры.

— Надо его покормить, – предложил Горбунок, будто я это только что не сказал.

— Принеси кабанчика, – распорядился я. – Столько кабанчиков, сколько пожелает. Пусть насосется кровушки.

— А разве ты не хотел скормить ему какого-нибудь мальчишку из Нетландии?

— Не сейчас, – пояснил я. – Не хочу утолять его жажду человечинки. Ему еще предстоит кое-кого укусить сегодня. А для этого он должен непреодолимо желать людской кровушки.

— Тебе виднее, Пит, – Горбунок согнулся в подобии поклона и хлестнул Дракулу змеей. Надо сказать, что час назад она еще отмокала в святой воде. Граф Дракула заверещал от боли. Его обожженное тело дымилось.

— Ой, прости, не хотел. Разве это больно? – с издевкой спросил Горбик.

Эти двое сразу не сошлись характерами. И вряд ли в будущем найдут общий язык. А я? Мне каково с такой нервной компашкой?

Я – Питер Пэн, шестнадцатилетний принц Нетландии, красавчик, который никогда не повзрослеет. Если бы Гримм не перевернули все вверх дном, мне не пришлось бы сейчас водиться с этими подонками. И хотя я не имею ни малейшего отношения к проклятиям, которыми Братья Гримм обложили своих персонажей, я все-таки вляпался в этот беспредел. Такова плата за мою любовь к одной из их марионеток.