«Великие аферы XX века. Том 1»

Великие аферы XX века. Том 1 (fb2) - Великие аферы XX века. Том 1 2203K (книга удалена из библиотеки) скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Сергей Михайлович Голубицкий

Сергей ГОЛУБИЦКИЙ

КАК ЗОВУТ ВАШЕГО БОГА?

^{Великие афёры XX века. Том 1}

÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷

There's a sucker born every minute

Фраза в заголовоке статьи принадлежит выдающемуся американскому аферисту Чарльзу Понци и передаёт главный стимул его замысловатой жизни: «Каждую минуту рождается новый лох». На всех языках мира понятие «лох» звучит оскорбительно, хотя, казалось бы, непонятно почему: ведь «лох» — почти всегда честный человек, единственная вина которого — излишняя наивность да привычка доверять людям. Впрочем, почему непонятно? Ведь слово «лох» перекочевало в общеупотребительный язык из воровской фени — жаргона «хозяев положения», привыкших этих самых лохов «разводить». Что ж удивляться, когда люди обижаются: кому охота признаться, что его «развели как лоха»?

А между тем всё обстоит гораздо сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Дело в том, что сам процесс никак не пересекается с рациональной сферой. Иными словами, аферисты «разводят лохов» не потому, что первые шибко умные, а вторые дураки, а совсем по иным причинам. Более того, как правило, аферисты — люди чудовищно недалёкие и беспредельно необразованные, да и стоят на социальной лестнице на несколько ступеней ниже своих жертв. Совсем уж парадоксально, что чем умнее «лох», тем легче аферисту его «развести».

Как я уже сказал, «разведение лохов» — процесс нерациональный. Всё происходит на чисто подсознательном уровне: если вам приходилось хотя бы раз в жизни сыграть с «наперсточниками», вы поймёте, о чём речь. Когда на самой заре перестройки наперсточники лишили меня кровных двухсот рублей на площади перед универмагом «Лейпциг», я уже был во всеоружии множественных предупреждений и увещеваний о том, как осуществляется мошенничество: никакого поролонового шарика под наперстками нет и всё это — чистой воды жульничество и ловкость рук. И что? А ничего. Со снисходительной улыбкой глубокого понимания ситуации, с ироничными смешками я зачем-то приблизился к импровизированному игорному столу из картонной коробки и стал наблюдать за откровенным спектаклем, который разыгрывался передо мною: одни актёры подходили, другие уходили, молодой парень поставил и выигрывал. Много. Толстая тётка поставила и проиграла. Мало. От этого представления веяло провинциальным театром, я всё это понимал, усмехался, а затем… взял и поставил зачем-то 25 рублей! Проиграл. Поставил 50 — проиграл. 25 — проиграл. Ещё 100… На всё про всё ушло менее 60 секунд, так что даже не было времени насладиться во всей полноте чувством лоха, которого развели конкретно, по всем правилам и по полной программе.

В течение ещё получаса я пребывал в каком-то гипнотическом мороке, так что вдобавок по дороге домой воткнулся передней фарой в троллейбус — чего уж там: попадать — так попадать!

Тем не менее, убеждён, что 200 рублей — справедливая плата за полученный урок. Что же я понял? А то, что отношения между аферистом и его жертвой — это не схватка интеллектов, а диалог между кроликом и удавом, в котором гипнотизирует всегда аферист, а расслабляется — его жертва. Аферист никогда не апеллирует к вашему разуму, поэтому в любой ситуации «развода» напрочь отсутствует смысловой элемент: не бывает никаких умных разговоров, доказательств, умозаключений. Аферист никогда не пытается вас переспорить или убедить, прекрасно сознавая, что ему это просто не под силу. Он воздействует прямо и непосредственно на ваше подсознание, причём делает это на уровне не понятий, а символических образов.

Эти образы могут быть простыми словами, которые сами по себе ничего не значат, не несут никакой информации, однако на подсознательном уровне играют важную роль: успокаивают жертву, вселяют ей чувство уверенности в собственных силах, убеждённость в правоте, а также пробуждают самые примитивные инстинкты, в первую очередь — жадность.

Другая разновидность символических образов, с помощью которых аферист может воздействовать на подсознание жертвы, — определённые позы, ужимки и пассы — также не объяснимые разумом и внешне бессмысленные. По своей природе эти телодвижения наиболее близко подходят к тому, чем занимались в далёкие времена шаманы, позже — бабки-ворожеи, а сегодня — врачи-гипнотизёры.

Именно по этим причинам можно совершенно точно понимать на рациональном уровне, что наперсточники — обманщики и нет ни малейшего шанса их обыграть, однако всё же поддаться искушению и остаться без денег в результате умелого воздействия на ваше подсознание.

И всё-таки чёткое понимание механизмов воздействия аферистов служит более или менее надёжной защитой от их посягательств. Год спустя после злополучной истории с «лейпцигским разводом» мне представился замечательный случай проверить жизнеспособность полученных уроков.

Как-то раз я заглянул на кунцевскую автостанцию. Ничего стоящего для своего жигулёвского коня на полупустых (ещё советских по духу) прилавках не обнаружилось, потому я стоял у входа в магазин запчастей, курил в расслабленности и размышлял, куда бы ещё поехать и что поискать. В это время из магазина вышел почтенных лет, солидного вида грузин. Встал рядом: ни дать ни взять вальяжный дипломат, на мгновение отлучившийся с президентского приёма. В худшем случае — властный секретарь обкома, выкроивший минутку для перекура в перерыве между разгоном, учиняемым нерадивым подчинённым. Однако «дипломат» с кунцевской автостанции всячески демонстрировал свой демократизм и желание разделить с молодым незнакомцем свою звёздную компанию. Настоящий небожитель, чего уж тут говорить. При этом у небожителя на лице были написаны четыре класса начальной школы и долгие годы разлуки с письменным материалом.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY