Я грустно опускаю голову, когда понимаю, что я действительно одинока. Чувствую, что иду на казнь — как он и говорил. Затем снова двигаюсь вперед. Перепрыгиваю каменную ограду и пересекаю поле, усыпанное кружевами Королевы Анны. Мои руки покрываются мурашками, когда я...
Я грустно опускаю голову, когда понимаю, что я действительно одинока. Чувствую, что иду на казнь — как он и говорил. Затем снова двигаюсь вперед. Перепрыгиваю каменную ограду и пересекаю поле, усыпанное кружевами Королевы Анны. Мои руки покрываются мурашками, когда я...
Я грустно опускаю голову, когда понимаю, что я действительно одинока. Чувствую, что иду на казнь — как он и говорил. Затем снова двигаюсь вперед. Перепрыгиваю каменную ограду и пересекаю поле, усыпанное кружевами Королевы Анны. Мои руки покрываются мурашками, когда я...
Мои глаза закрыты, так что я не вижу его, но чувствую его запах. Он сгущает воздух, которым я дышу, душит меня своим запахом… своим ароматам. Я дрожу. Я должна сопротивляться. Если я не буду сильной, то меня ждет та же участь, что и хищника, чья болезнь заражает меня уже...
Мои глаза закрыты, так что я не вижу его, но чувствую его запах. Он сгущает воздух, которым я дышу, душит меня своим запахом… своим ароматам. Я дрожу. Я должна сопротивляться. Если я не буду сильной, то меня ждет та же участь, что и хищника, чья болезнь заражает меня уже...
Может быть, я неопытная семнадцатилетняя девушка, но я совершенно обычная… и в здравом уме. До тех пор, пока я не встречаю второкурсника Рида Веллингтона, однако, я не пойму смысл. Всякий раз, когда он рядом, я чувствую влечение к нему — он притягивает словно магнитом. Я...
Однажды ты станешь чужой тем, кого любишь. День Перехода. Кошмар наяву. За свои восемнадцать лет Розель Сен-Сисмод слышала о нем бесконечно много. Но так и не успела как следует подготовиться. Она всегда была лишь вторым ребенком. Тенью, которая скоро уйдет из обычной...
