«Из книги «Новый Спун-Ривер»»

ЭДГАР ЛИ МАСТЕРС

Из книги «Новый Спун-Ривер»

Вступление и перевод с английского Андрея Сергеева *

В Чикаго начала века Эдгар Ли Мастерс (1868—1950) был известным адвокатом и малоизвестным писателем. В течение многих лет он выпускал довольно бесцветные книги стихов и прозы, принимал участие в литературной жизни города, дружил с Драйзером и Карлом Сэндбергом. Его литературная судьба резко изменилась в 1915 году после выхода «Антологии Спун-Ривер» — сорокасемилетний Мастерс стал знаменитостью. Книга его была первым сборником стихов в списках бестселлеров. Критика и собратья-писатели объявили его одним из выдающихся поэтов современности — и это как раз в годы небывалого поэтического расцвета, известного под названием «Американского возрождения». Он был по праву причислен к Большой пятерке поэтов американского поэтического возрождения 10—20-х годов: Эдвин Арлингтон Робинсон, Роберт Фрост, Карл Сэндберг, Вэчел Линдзи, Эдгар Ли Мастерс.

Мастерс вырос в американской глуши, в маленьких среднезападных городках Питерсберге и Льюистоне — в книге он объединил их в Спун-Ривер (название реальное, есть такая река в штате Иллинойс). Тема американской провинции влекла его — он даже намеревался написать роман о Среднем Западе, долгое время был одержим этой идеей, однако замысел его упорно отказывался воплотиться в романных формах. Неожиданным спасителем оказался веривший в его талант редактор сент-луисской газеты «Ридиз Миррор» Уильям Мерион Риди. Он как бы невзначай дал почитать Мастерсу «Греческую антологию» — сборник коротких стихотворений древнегреческих и византийских авторов. Среди этих стихотворений были и эпитафии, лапидарно обрисовывавшие главное в человеке и в его жизни. Мастерса переполняли образы, в сущности, того же рода. Однако провинциальные эпитафии, каких Мастерс видал на своем веку множество, — наихудшие образчики лицемерия и дурного вкуса. Возникла идея реалистической автоэпитафии: пройдя жизненный путь, человек как бы сам говорит о себе главное. Но и этого Мастерсу было мало. Человек сказал о себе все — но знает ли он о себе все? Другие могут добавить такое, о чем он даже не подозревает. И вот одна автоэпитафия корректирует другую, а третья может пролить неожиданный свет на первые две и так далее. Складывается подвижная калейдоскопическая мозаика, картина столь динамичная, что являет собою, по сути дела, многосюжетное построение. Такой богатой глубокой картины провинциальной жизни в США XX века дотоле не было даже в прозе: первые книги на эту тему появились годами пятью позже — «Уайнсбург, Огайо» Шервуда Андерсона, «Главная улица» Синклера Льюиса.

От имени своих героев поэт выступал то как реформатор-публицист, то как глубокий психолог; он и верующий и атеист, безучастный наблюдатель нравов и пронзительный лирик, пристрастный исследователь человеческого горя и радости, чистейшей воды идеалист доброго старого времени, вглядывающийся в вечное противоборство добра и зла, праведности и греха.

Написав и издав «Антологию Спун-Ривер», Мастерс внутренне не расстался со своим кровным материалом. С одной стороны, он еще не высказал все, что имел в виду; с другой — среднезападные городки от года к году разрастались, видоизменялись, жизнь в них делалась грустнее и грязнее — и это, в свою очередь, требовало поэтического комментария.