«Артанян и трое армян»

Оскар Шкатов Артанян и трое армян

В седых предгорьях Арарата

Тянулись медленно века.

Но помнят все – давно когда-то

Вдруг стало “капать с потолка”.

Но хорошо, что был у Ноя

Разряд по гребле на каноэ,

Иначе с этого потопа

Всем на земле пришла бы жопа.

Но повелел Всевышний Ною,

Чтобы себе плавсредство строил.

(С тех пор не с бухты-да-барахты

Евреи покупают яхты).

Сказал господь: – Короче, Ной,

Садись-ка ты в ковчег с женой,

И сыновья чтоб тоже были,

Да все по бабе захватили.

Я ведь не просто так старался,

По парам собирая вас,

А чтоб вовеки сохранялся

Демографический баланс.

А из зверей вы каждой твари

С собой возьмите лишь по паре.

До суши, главное, добраться,

А уж потом пускай плодятся.

Шторма свирепые качали

Упорно допотопный барк,

А в нем скучали и рычали

И Ной с женой, и зоопарк.

Удар об борт в конце скитаний

Нисколько их не испугал,

Ведь, отчего потоп Титаник,

Тогда никто еще не знал.

Шатаясь от морской болезни,

Закончив длительный круиз,

Они на Арарат залезли

И размноженьем занялись.

Вставало солнце одиноко,

Перемещались облака,

А вместе с ними плыл с востока

Дразнящий запах шашлыка.

Забавным показалось Ною –

Костра никто не разжигал,

Да и бараны все со мною…

Что за таинственный мангал?

А может, там вдали есть плато,

Что еще круче Арарата,

Или такая же гора,

И не один я “хрен с бугра”?

Да и действительно, с востока,

Когда совсем уж рассвело,

В туманной дымке недалеко

Возникло горное село.

Там, на границе с поднебесьем,

Жил со своим большим семейством

Пожалуй, первый из армян,

Ашот Адамыч Артанян.

В то время не было, признаться,

Еще ни паспортов, ни наций.

Откуда влез армянский ген,

Не знал и сам Адамов хрен.

Когда Ашот творил шашлык,

Он отвлекаться не привык,

И, что потоп был на планете,

Он даже как-то не заметил.

С тех пор прошло веков немало,

Армян гораздо больше стало.

Куда ни глянь – кругом на свете

Ашота пра-пра-пра-пра-дети.

Даже французские романы

Упоминают Д. Артаняна,

Мол, он гасконский дворянин…

Вот хрен! Конкретный армянин.

По его носу видно сразу,

Что он спустился с гор Кавказа.

А то, что буква “Д” стоит,

Так он, наверное, Давид.

Но возвратимся в наши годы.

Среди нетронутой природы,

Хоть и немалый срок минул,

Стоит как прежде тот аул.

И проживает там последний

Из исторических армян

И рода древнего наследник,

Красавчик Жорик Артанян.

Сегодня именно о нем,

Чтоб подготовить вас заранее,

Мы потихоньку и начнем

Уже свое повествованье.

Был Жорик смолоду проворен,

Да и умом не обделен,

Ничем дурным не опозорен,

Наоборот, скорее он

Был даже слишком благочестен,

Законы предков уважал,

И под пупком … ну, в этом месте

Висел заточенный кинжал.

Он часто за него хватался,

Чтоб храбрость показать свою,

Но отчего-то прикасался

Он не к кинжалу, а к ..ю.

Но, если попадал, то снова

Он чтил традиции отцов,

А также был всегда готовый

Призвать к ответу подлецов.

Одна беда – их не водилось

В спокойном родовом селе,

И Артаняну приходилось

Тренироваться на осле.

И наблюдать забавно было,

Как Жорик скачет так и сяк,

А на него как на дебила

Глядит задумчиво ишак.

Но что ж поделать, коль красавец,

Черны глаза, мохната грудь,

Нос … ну понятно, что кавказец,

И снизу есть на что взглянуть.

– Имея ряд таких достоинств,

В селе я вряд ли успокоюсь.

Не все ж с барашками общаться,

Пора и делом мне заняться.

– Ну, что ж, давай-ка понемногу

Внедряйся в бизнес наконец, -

Благословив его в дорогу,

Промолвил Артанян-отец.

Я дам тебе с собой конвертик,

Храни его как талисман,

И с ним тебя всегда приветит

Мой старый друг Тер-Авилян.

Я помню, он еще в начале

Скакал по скалам как абрек.

Теперь на рынке он начальник,

Совсем большой стал человек.

Всегда разрулит все вопросы,

Ну там, зарежет наконец, -

Грузя в багажник абрикосы

Спокойно наставлял отец.

– С товаром действуй осторожно,

Не все вокруг тебя друзья,

Торгуйся там, где это можно,

И там, конечно, где нельзя.

Реализуй свои таланты,

Коль не последний из армян ты…

Но Жорик резко газанул,

Покинув свой родной аул.

Пердела старенькая Нива

Цвета облезлый баклажан

И выпускала некрасиво

Свой выхлоп в утренний туман.

Осталось позади нагорье

Из серпантиновых дорог,

И Жорик вместе с Нивой вскоре

Заехал в старый городок.

Когда же он остановился

Наполнить бак на АЗС,

То прямо перед ним вкатился

Большой и черный Мерседес.

Из Мерса вышла просто прелесть,

А попка в розовых штанах.

У Жорика отпала челюсть

И он вскричал: – Блондинка! Вах!!!

Та грациозно потянулась,

И Жорик как-то загрустил,

Затем опять в салон вернулась,

И Мерс бесшумно укатил.

Однако, перед тем, как скрылось

Сиянье золотых волос,

Стекло водителя спустилось,

А там торчал горбатый нос.

И волосатый средний палец

Совсем обидно он держал.

К тому же тот крутой мерзавец

Сказал, что Жорик – баклажан!

Иль он имел в виду машину…

Но Жорик в гневе задрожал

И, как пристало армянину,

Он ухватился за кинжал.

Но, как нарочно, у ширинки

Опять чего-то помешало –

Воспоминанье о блондинке

Там как второй ручник торчало.

Пока наш Жорик в диком стрессе

Предметы эти теребил,

Блондинки в черном Мерседесе

Уже давно и след простыл.

Но Жорик был лихой водитель,

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY