«Жених с приданым»

ПРОЛОГ

Бен заканчивал бриться, когда зазвонил радиотелефон. Прижав трубку плечом к уху, он взглянул на часы и направился к спальне.

— Бен Каррерас.

— Бен, это Мариан.

— Привет. — Он снова взглянул на часы. — Как раз собрался ехать за тобой в аэропорт. Но я не ждал тебя раньше чем через час. Ты прилетела ранним рейсом?

— Нет, — ответила она.

От последовавшей паузы ему почему-то стало не по себе.

— Что случилось, Мариан?

— Сегодня вечером я вообще не буду в Ванкувере.

Ему стало немного стыдно от наступившего облегчения. Но факт оставался фактом: Бена страшил ее визит. Когда она первый раз упомянула, что прилетит из Калгари, чтобы встретить с ним Новый год, он растерялся. По правде говоря, просто не сумел быстро придумать причину, чтобы отделаться от ее визита. Их отношения зашли в тупик. Самое лучшее — закончить их. Это он и собирался сказать ей.

— Ммм… Случилось что-то неожиданное?

— Кстати… — Мариан прокашлялась. — Я не смогу больше тебя видеть.

Будто непосильная ноша свалилась с его плеч.

Он постарался скрыть радость в голосе.

— Я что-то сделал не так?

Мариан вздохнула.

— Нет. Дело в том… Ну… Я не была откровенна с тобой. Дело в том, Бен, что я замужем.

Он потуже затянул сползавшее с бедер полотенце.

— Не шути! Неожиданное решение?

— Вообще-то нет. Уэйн и я вместе уже три года.

— Ты имеешь в виду, что знаешь его три года?

Бен поднял бокал, что-то в ее словах не совпадало.

— Нет, — снова возразила она. — Я хочу сказать, что мы женаты уже три года.

Он молчал, забыв проглотить набранное в рот питье.

— Мы с тобой встречались, а в это время у тебя был муж, который сидел и ждал тебя? Это ты имеешь в виду?

— Да.

Бен сделал большой глоток виски.

— Почему ты так долго это скрывала от меня, Мариан?

— Прости. Наверно, надо было сказать тебе раньше.

Бен услышал в ее голосе вкрадчивые ноты.

Так маленькая девочка надеется, что если говорить ласково и как следует попросить прощения, то наказания можно избежать.

— В таких случаях не может быть «наверно», холодно заметил Бен. — А если парень охотится за мной с пушкой за то, что у него за спиной я развлекаюсь с его женой?

— Ничего подобного, Бен, — запротестовала Мариан, отрывисто всхлипнув, словно икнув. Когда я встретила тебя, мы с Уэйном расстались.

Я думала, наш брак закончился. Но потом Уэйн передумал. Он хочет, чтобы мы начали новую жизнь. Я тоже этого хочу. — Снова издалека донеслось полувсхлипывание-полуикание. — "И не пытайся уговаривать меня, — поспешно добавила она. — У нас закончились отношения, Бен.

Чертовски правильно, леди! Жаль только, что мы их начали.

— Прости, если это огорчило тебя.

— Я выживу, — успокоил он ее. И еще как выживу! — Желаю тебе, Мариан, счастливой жизни.

Надеюсь, все получится так, как ты хочешь.

— Спасибо, — сказала она. — Прощай, Бен. И счастливого Нового года.

Глава 1

Речи произнесены, церемония разрезания торта завершена. Наступило временное затишье.

Официанты обходили столы и наполняли бокалы шампанским. А кому надоело «Перье Жуэ», тем наливали ледяное вино по двести долларов за бутылку. И делали это так буднично, будто это вода из крана. На помосте в дальнем конце бального зала оркестр из десяти человек сменил струнный квартет.

Если бы у Бена спросили, он бы предпочел церемонию без лишней показухи. Фактически для совершенства свадьбы ему была нужна одна Джулия. Но у него не спрашивали. Будущая теща приняла все на себя и консультировалась с ним только в случае крайней необходимости. В такие минуты ей даже не удавалось сдерживать гримасу, которая искажала ее патрицианские черты.

Трудно смириться, что он стал членом ее семьи!

— И это мой будущий зять? Ради бога! — подслушал он однажды ее восклицание, когда будущая теща болтала со своими подругами по гольфу. — Да, он президент собственной компании.

Да, очередь клиентов у него длиной в милю. Все они умоляют его стать дизайнером их домов. Но я не могу согласиться, что способность построить несколько модных шкафов дает пропуск в высшее общество.

— Многое бы я отдала, чтобы заполучить его команду! Пусть бы они поработали над моей кухней, — воскликнула подруга тещи. — Марджори Эймс это удалось, и в результате цена ее дома перевалила отметку в миллион долларов.

— Насколько я понимаю, он всего лишь прославленный сантехник. — На Стефанию Монтгомери слова подруги не произвели впечатления.

Она покачала головой, украшенной дорогой завивкой.

Но Бена не заботило, что о нем думает теща.

У пего была Джулия. Его любовь. Его жизнь. И наконец, его жена.

Ее рука лежала на столе рядом с его рукой. Нежная и грациозная. Не больше трех часов назад он надел Джулии на палец золотое свадебное кольцо.

И теперь оно сверкало прямо над обручальным кольцом с бриллиантом. Из всех мужчин, каких она могла взять в мужья, она выбрала его. Его!

Бен покосился в сторону Джулии. Ему хотелось уловить и запечатлеть в сознании ее образ, как она выглядела в день их свадьбы. Он предвидел, что она будет красивой невестой. Ведь она красивая женщина в любом смысле этого слова.

У него перехватывало дыхание от вида ее темных волос, собранных под драгоценной тиарой, которая поддерживала вуаль невесты. Лучи солнца отражались в высоких открытых окнах. И он любовался ее профилем, освещенным сзади поздним июльским закатом. Джулия выглядела сказочно.

Через два места от Бена сидел Джим, его шафер. Он откинулся назад и похлопал жениха по плечу.

— Эй, дружище, что-то ты загляделся! — подмигнул Джим.

— Мне разрешается. Она моя жена! — улыбнулся Бен.

Оркестр приглушенно играл увертюру. К микрофону приблизился распорядитель бала и пригласил жениха повести невесту в первом танце. У Бена возникло такое чувство, будто сердце вот-вот лопнет от гордости. Он отодвинул стул и помог Джулии встать.

Она взяла Бена под руку, улыбнулась и последовала за ним на середину танцевального зала.

Бен подумал, что надо сказать что-нибудь значительное, чтобы и через сорок лет они с Джулией помнили его слова. Но в голову ничего не приходило, кроме банального клише: «Могу я надеяться па этот танец, миссис Каррерас?» А Джулия заслуживала лучшего. Она заслуживала самой лучшей жизни, какую только может предложить муж. Поэтому он предпочел промолчать.

Ее шелковая юбка вихрем взлетала вокруг них и прятала ужасную картину: ее бедра уютно прижимались к его. И слава богу: покрой свадебного платья скрывал непроизвольную реакцию его тела на близость Джулии. Бен легко мог представить возмущение ее матери, если бы она заметила. Он почти слышал ее яростный шепот: "Он позволил себе быть сексуально возбужденным!

Прямо здесь, в танцевальном зале! Даже не мог подождать, пока они окажутся в номере для новобрачных. Он позволил проявиться своей животной жажде. Это извращение публично унижает нас. Ставит в неловкое положение нашу дочь в самый важный день ее жизни!"

Правда, Джулия не испытывала неловкости.

Она чуть-чуть покраснела, когда поняла, какое воздействие оказывает на мужа. Но это не помешало ей еще теснее прижаться к нему.

Сделав глубокий выдох, Бен вернул миссис Монтгомери немигающий взгляд. «Нравится вам это или нет, Стефания, дорогая моя старушка, ваша очаровательная дочь стала моей женой. И только смерть разлучит нас! Не ваше дело, как мы предпочитаем строить наши отношения».

— Ты узнаешь песню, которую они играют? Голос Джулии вернул его к реальности.

— «Если я даже оставлю тебя», — сказал он и наклонил голову так, что его губы коснулись ее губ.

Со всех сторон взорвались дюжины вспышек, это фотографы поймали момент. — Песня специально для нас. Должно быть, ты выбрала ее.

— Да. Мать хотела классический вальс. Но я настояла па своем. Искала что-то такое, что имеет для нас особое значение. Я так люблю тебя, Бен!

Эмоции снова затопили его. Такая колоссальная приливная волна, что он не знал, как с ней справиться. Они встретились прошлым февралем в антракте спектакля «Камелот». Через несколько минут он решил, что Джулия та женщина, на которой он хочет жениться. Безумная идея, а ведь он не был импульсивным человеком. Он знал только ее имя, видел, что она красивая и что у нее темно-карие глаза. И когда стоит на высоких каблуках, ее рост около метра семидесяти.