«Непокорная Русь»

Больно. Горю! Спасите!

Жар изнутри – во мне.

Тело мое остудите!

Прошу, утопите в воде!

Боль. Нестерпимо жарко!

Уснуть не могу днем…

Я засыпаю? Давка!

В груди все пылает огнем!

Вдох. Воздух где? Выдох.

Вдох. Не могу вздохнуть!

Бежать? Лишь один рывок!

Стоит ли?.. Может, уснуть?

Жизнь прожита… Горю!

Но горевать? Нет!

Если… то в Ад попаду?

Красный огонь в ответ.

Огонь изнутри. Боль!

Огонь отовсюду – я!

Может, актера роль

В горячке – то для меня?

Воздуха нет. Огонь!

Огонь все съедает. Я – раб.

Должна я ползти. Должна!

Вокруг никого. Я – царь!

Должна я ползти. Свет!

Должна я воспрянуть. Вновь!

Схватила счастливый билет!

Я выживу! Я – Герой!

Ползу. Только сил нет.

Лежу. Только надо встать.

Устала я жить? Нет!

Больше и думать не сметь!

Немного. Чуть-чуть! Спасите!

Я ранена! В сердце! Стрелой!

Вот руки – за них держите!

Не дайте почить золой!

Последняя птица – я:

Огнем не убить – спасусь!

И руки за мной – крыла:

Я к небу вновь вознесусь!

Огонь изнутри. Рвусь!

Огонь – это я! Жива!

И я – непокорная Русь!

Я – Феникс! Я буду всегда!

Когда-то была я сильной…

Когда? Не помню уже.

Еще не была Россией,

А Русью – девицей в душе.

Я меч доставала из ножен —

Не подходи ко мне!

И враг был уничтожен

Дыханьем моим в огне.

Не знала ни сна, ни покоя.

Я всюду. Всегда. И везде.

И титул носила Героя,

Побеждая в каждой войне.

Сынов моих, храбрости сердца,

Ни стрелам, ни пулям не взять.

И миллион – единица,

Когда нападают на Мать.

Я помню лихие годины,

Когда супостат приходил.

Но, к счастью, сейчас седины

Не видят таких картин.

Но помню. И всякую нечисть

Сыны уничтожат – идут

За бравую долю чести,

За Родину, за мечту!

Рот вражий давно гнилой:

Он знает, когда укусить

И свой язык без костей

В грязную ложь пустить.

Я Мать всех славян. Русь.

Сильна и горда… стара!

Но коль на ногах держусь —

Не сломлена и жива!

Вы говорите: плоха?

А разве старость – порок?

Волхвы уверяли: «Века!

Века стой! Не выйдет срок!»

Не лучше других я? Разве?

А хуже тогда кого?

Бывают огрехи, как же?

Без них – победы ничто!

Бывало, не уследила,

И детям глотать кровь:

Между собой допустила

По глупости жать нелюбовь.

Сама – любовь посадила

И ею кормлю вас!

Дети, сыны России,

Вставайте! Вперед! Атас!

Пусть мирно бескрайнее небо,

И нет ни ворон, ни вражды,

Но чуть что – кометой

Скинет народ путы!

И каждая слабость – сила!

Мы сможем! Вперед! Не зевай!

Я с вами! Я – Мать! Россия!

Пожмите любви урожай!

Холод. Сквозь кроны деревьев

Ветер нещадно бьет.

Ужель пригласил вороньёв

Новый злосчастный зов?

Готовы сразиться?.. Куда вы?

Закройте! Укройте от пуль!

Зачем опустели заставы?

Спасите! Не прятайтесь в куль!

Холодно. Ветер сильный

Все кроны деревьев пригнул.

Не чувствую тела. Спасите!

Враг дальше границ скользнул!

На мне только снег. Мокро.

Холодом веет закат.

Над дочкой-Москвой скоро

Встанет вражеский флаг.

Дети! Сыны! К бою!

Не дайте во мраке уснуть!

Прошу, навалитесь гурьбою!

Дайте врагу повернуть!

Красные блики. Закат.

Холодно. Голод в кольце.

Залпы. Осколки свистят.

Враги уж почти на крыльце!

В прицеле! Поймали! Враг!

Стреляй! Не жалей! Спаси!

Нажми скорей на рычаг

И мать свою защити!

Пал. И у ног завился.

Но рядом с тобой он…

Я плачу: напрасно явился

Мой сын на кровавый бой.

Рубиновая слеза

Упала на вас двоих,

И оба легли врага

Под одним из крылов моих.

Плачут толпы девчат -

Вдовы они сейчас.

И к чему салюту звучат,

Если праздник – покойников глас?

Земля опустела без вас -

Вы утонули в рубинах.

Но то – пророческий глас:

Там и я полегла в руинах…

А дальше что? Как обычно.

Но как – невозможно понять.

Смогу ли остаться великой

И любящей всех детей мать?

А хватит ли сил подняться?

Уж ноги не Руси – России.

Смогу ли как прежде гоняться

За счастья незримого силой?

А будут ли дети в достатке?

А внуки? А внуков сыны?

Смогу ли зажечь свет во мраке,

Чтоб осветить пути?

Стара. Но еще удалая.

Седа. Но все так же мудра.

Усталая. Но боевая!

Добра. Но к чужим – строга.

Еще возгорится пламя,

И жизнь потечет ручьем!

Крепко держите знамя,

Пока не взялись за ружье!

Бог – Он над всеми нами;

И Мать его – мне сестра.

Не по крови, правами:

Страдала и я у креста.

Она тоже великая Мать:

Богородица – Свет Иисусе.

И лико ее, и стать

Обращены к Руси.

Покрова ее – чернозем;

Слезы – лечебный ключ.

Это все не дается в наем!

Это дар сквозь невзгоды туч.

И ум, и смекалка, и сила: —

Это будет, но дальше, потом.

Ведь не зря я зовусь Россией —

Воспряну и под кнутом!

Враг у подножья. Опять?

Хочет без стука войти?

Хочет наше отнять

И в наши дары сойти?

Пламенем дышит зверь —

Норовит все живое убить

Прирученный летающий змей,

Небо желает затмить!

Пролетел он уже полземли,

Истоптал и врагов, и друзей.

Под ним многие полегли:

Новый макет – Колизей.

Все норовит сожрать!

Всех норовит убить!

Сильнее его умерщвлять —

Спасение заслужить.

Но страшен не столько зверь,

Сколько язык врага.

Больше от слов потерь:

Все утонули в долгах.

И нет никакой чумы,

Что стала бы равной ему!

И нет большей вражды,

Что сеют слуги его!

Не сломит его болезнь!

Ружье не убьет! А зря.

Государство сие – жизнь,

Не смотрящая на царя.

Не имеющий тело бич,

Подчиняющий всех детей.

И сколько назад не кличь -

Ушли, не вернуться теперь.

Анархия всюду. Везде!

Она и в умах, и в сердцах.

Приравняв свободу к нужде,

Она не сменяет лица.

И дети идут за ней,

Как бы ни был далек их путь.

И в бытие змей

Не могут уже свернуть.

Уходят сыны. Куда?

Зачем? Почему? За кем?

Куда их зовет звезда?

В чем счастье – быть никем?

Неужели теперь терпеть?

Больше терпеть не стану!

Вот бы только успеть,

Пока не гноятся раны…

Если алмаз – это уголь,

Но теперь я в алмазе. Вся.

Поперек я полна. И вдоль.

Без края богата земля!

И нефти теперь – много,

И злата, и серебра.

Все собрано с недр родного,

Любимого края – Алтай!

А как же Кубань: чернозема

И рожи, пшеницы полна!

И много, и много народов

Видела там сама.

Челябинск восстал. Вновь.

Из пепла, совсем как мать!

Сын мой теперь – герой!

И больше его не сломать!

Все также парит Орел,

И так же горда стать.

Но пахнет сильнее хлеб —

Не может никто устоять!

Спасибо скажу Иркутску

За золото полный карман.

За силу и мощь – Петербургу:

Не разу ведь не был сдан!

Сургуту, Нарьяну спасибо

За нефть я всегда говорю.

И каждый мне дорог особо,

Я каждого сердцем люблю!

Не важно: Камчатка, Ростов,

У моря, реки иль болота.

Вы – гордость моих хлевов!

И старости в счастье ворота…

На мира арене к звездам

И на полосе земли

Совью своим детям гнёзда

Без боли и пустоты.

Чтобы они летали

По жизни, не зная нужды

И лихими годами

Не портили благость души.

Бог в них вселяет веру,

Матерь велит идти.

А я, как в свою премьеру,

Пытаюсь на трон взойти.

Только теперь – иначе

Я легче иду, смелей.

И тело в божественном платье

На трон приземлится ловчей.

Пусть прибегают с окраин!

Пусть смотрят везде! Пускай!

Я миру теперь – Хозяин,

Всем странам помочь? Давай!

Вот только, потом что будет?

Я выведу всех из беды,

Никто никогда не забудет,

Как вновь избежали «Чумы».

Но мировое господство -

Лишь шаткая, ветхая вещь.

Может, престол, благородство -

Всего лишь назойливый клещ?

Тогда как свое, что не чуждо,

Всегда в своем сердце храним.

А потому мне не нужно

Вражды в руки брать гранит.

Может, вновь стать единой,

Только теперь – для всех!

Ведь были прекрасны годины,

Что объединили людей.

И мир тогда будет кроток,

Он будет силен, но мил.

И люди пойдут стойко,

Не страшась моих новых крыл.

Мое будущее – Грааль,

Все миры готовый собрать!

И его влекущий хрусталь

Богом дан, потому – не отнять.