«Степные рубежи России»

Майкл Ходарковский Степные рубежи России Как создавалась колониальная империя. 1500–1800

По всем сим обстоятельствам невозможно сказать, которое бы правительство было лучшее и всякому сообществу полезнейшее; но нужно взирать на состояния и обстоятельства каждого сообщества, яко на положение земель, пространство, области и состояния народа, как выше сказано. В единственных градах и областях полития или демократия удобно пользу и спокойность сохранить может; в величайших, но от нападений не весьма опасных, яко окружены морем или непроходными горами, особливо где народ науками довольно просвещен, аристократия довольно способною быть может, как нам Англия и Швеция видимые примеры представляют; великие же области, открытые границы, а наипаче где народ учением и разумом не просвещен и более за страх, нежели от собственного благонравия в должности содержится, тамо оба первые не годятся, но нужна быть монархия.

Благодарности

Эта книга – плод десятилетних исследований, и ее написание, несомненно, заняло бы куда больше времени без своевременной и щедрой поддержки различных фондов. В 1992–1993 годах я получил стипендию от Института Кеннана по углубленному исследованию России при центре Вудро Вильсона, что позволило мне начать работу над проектом в Библиотеке Конгресса, а грант Совета по международным исследованиям и обменам дал мне возможность продолжить изыскания уже в российских архивах. В период с 1995 по 1997 год стипендии от Национального фонда гуманитарных наук и Национального совета по российским и восточноевропейским исследованиям позволили мне взять беспрерывный двухлетний отпуск, благодаря которому я сумел закончить исследования в библиотеках США, а также архивах России, Украины и Турции.

Не могу не выразить признательности труженикам архивов Москвы, Петербурга, Астрахани, Элисты, Казани и Оренбурга в России, а также Киева (Украина) и Стамбула (Турция). Я особенно благодарен сотрудникам РГАДА, которые были настолько добры, что приглашали меня составить им компанию за чашкой чая – и долгий день в часто неотапливаемом читальном зале казался гораздо короче.

Я выражаю особую признательность тем моим коллегам, которые прочитали всю рукопись книги и оставили подробные комментарии, а также конструктивную критику: Чарльзу Хальперину, Ричарду Хелли, Валери Кивельсон, Альфреду Риберу и Барбаре Розенвейн. Я также благодарен тем, кто прочитал и откомментировал различные части рукописи: Джону Александру, Томасу Барфилду, Юрию Слезкину и Лизе Воллендорф.

Я признателен издателям журналов Comparative Studies in Society and History, The Journal of Modern History и Russian History за их согласие на использование материалов, прежде опубликованных в форме статей в этих изданиях.

На протяжении всей моей работы в Чикагском университете им. Лойолы университет и мои коллеги не прекращали оказывать мне поддержку. Я особенно признателен университетскому Отделу услуг в области исследований; Центру педагогического проектирования, в котором Моника Салинас-Лининг посвятила меня в высокотехнические чудеса подготовки карт и иллюстраций; а также моим коллегам по кафедре, которые встречали каждый мой новый отпуск рукопожатием и улыбкой.

Наконец, что не менее важно, я очень многим обязан моей жене Инзе, которая отнеслась с пониманием к моему писательскому бремени; моим родителям, которые были счастливы провести с внуком время, необходимое мне для работы; а также Лоику, который в скором времени поймет, почему папа должен был ходить в библиотеку.

Две крупнейшие христианские империи, Римскую и Византийскую, постигла одна и та же участь: посланцы их смерти явились из‐за границы. Эти факты были хорошо известны в Москве XVI века. Здесь знали, что Римская империя рухнула в V веке нашей эры, обескровленная и истощенная, после долгого и в итоге безуспешного сопротивления германским «варварам»; что тысячелетием позже Византийская империя, не сумев сдержать наступление различных кочевых племен, тоже пала перед турками-османами. Москва была решительно настроена избежать судьбы Рима и Константинополя и не жалела усилий на сохранение и защиту своей империи от последовательных волн тюркских и монгольских кочевников, приходивших из Евразийской степи. Конечно, сперва Москва должна была создать эту империю.

Поскольку Россия возникла «на славянском лимесе тюркской степи»[1], ее история, подобно истории ее предшественницы, Киевской Руси, была тесно связана с историей ее степных соседей. Если Киевская Русь быстро и безвозвратно погибла под ударом монгольских завоевателей, то Москва долго и терпеливо трудилась над тем, чтобы одолеть «дикую степь» и ее кочевых обитателей – и преуспела в этом. Как сумела Москва превратить свои опасные южные рубежи в часть Российской империи, а населявшие их степные народы – в подданных царя? Как переменчивые судьбы различных степных союзов повлияли на саму Россию – на ее идеологию, политику и учреждения? Эта книга поднимает вопрос об истории Степи и ее обитателей и рассматривает то, как формировались южные и юго-восточные пограничные регионы Российской империи.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY