«Лаборатория Дубльвэ»

Александр Беляев

ЛАБОРАТОРИЯ ДУБЛЬВЭ

Нина Никитина вошла в большой прохладный вестибюль. На его пороге кончалась власть климата, времен года и суток. Бушевала ли над Ленинградом зимняя вьюга, или беспощадно палило июльское солнце, в новом здании Института экспериментальной медицины был свой постоянный климат с твердо установленной температурой и влажностью. После уличного зноя начисто отфильтрованный воздух освежал, как морской бриз.

Никитина огляделась вокруг: лифт-экспресс ("Первая остановка на десятом этаже"), слева - медленно ползущий вверх пологий эскалатор, прямо широкая мраморная лестница. Нина решительно двинулась к лестнице. Кабинет Зайцева был на десятом этаже, но ей хотелось выиграть время: еще немного подумать перед тем, как дать окончательный ответ...

Нина Никитина - аспирант, еще не имеющий звания кандидата биологических наук,- должна сегодня до некоторой степени решить свою судьбу: будет ли она работать с профессором Сугубовым. "Друзья-соперники", как их называют, оба крупные ученые, оба работают в одной области: над "узловой" проблемой медицины - проблемой долголетия, но у каждого своя школа, свое направление... И какие разные у обоих характеры!

Нина охотно пошла бы к Лаврову, но друг ее Семен Зайцев настойчиво советует работать со своим шефом - Сугубовым.

- Лавров - мечтатель, а Сугубов прочно, обеими ногами стоит на земле.

Нина медленно поднимается вверх, этаж за этажом. Ей видны длинные светлые коридоры, серо-серебристые двери с надписями: "Сывороточно-вакционный отдел", "Отдел физиологии", "Лаборатория по изучению лучей", "Отдел микробиологии"...

Бесшумно прокатились электровагонетки с оперированными больными. Мелькают фигуры в белоснежных халатах.

Но вот и десятый этаж. У двери кабинета Зайцева маленький микрофон.

- Семен, можно?

- Нина? Входи, входи!

В кабинете темно. Только на большом столе, перед которым сидит Зайцев, одно за другим вспыхивают матовые стекла. Рядом - медицинская сестра, а перед нею - маленькая лампочка, освещающая только одну страницу тетради.

- Сейчас кончаю. Садись, Нина.

Зайцев занят "обходом" больных своего отделения. На матовых экранах появляются то кривая температуры и давления крови, то изображения пульсирующего человеческого сердца и дышащих легких. Одновременно слышатся удары сердца, сердечные шумы, легочные хрипы. Хитроумные приборы дают возможность видеть движение сосудов, рельеф слизистой оболочки желудка, печени и желчного пузыря, спинного и головного мозга...

Быстро мелькают анализы крови, мочи, выделений желез внутренней секреции. В несколько минут организм человека открывает перед врачом свои сокровеннейшие уголки.

Как ни слаба еще врачебная опытность Никитиной, она прекрасно понимает, что на небольших матовых экранах возникают и исчезают изображения органов старых людей: старческие, уставшие, расширенные сердца и легкие, склеротические сосуды, гипертрофированные простаты... Целый ряд болезней, порожденных преждевременной, патологической старостью.

- Ну, вот и все!

Зайцев быстро выключил аппараты. Экраны погасли, открылись металлические шторы, солнечный свет залил комнату. Зайцев дал сестре несколько дополнительных указаний и, широко улыбаясь, повернулся к Никитиной.

- Еще раз здравствуй, Нина! Подсаживайся поближе.

Зайцев и Никитина - друзья с детства. Зайцев на шесть лет старше Нины. Он высок, худощав, черноволос.

- Ну, как решила? Сугубов или Лавров? Конечно, Сугубов? Да?

- Видишь ли...

- Так ты еще не решила? Колеблешься? Неужто опять повторять все сначала? Ну, слушай же...

* * *

В вестибюль вошел высокий, плечистый молодой человек с усами и остроконечной бородкой. На нем белый костюм, широкополая шляпа - панама.

Швейцар принял шляпу.

- Здравствуй, Миша. Когда рыбу удить поедем?

- В выходной день, Леонтий Самойлович.

- Профессор Лавров здесь?

- Нет еще.

Молодой человек взглянул на свои часы-браслет.

- Так. Ну, смотри, чтобы все было готово. Полетим на Чудское озеро.- И направился к лифту.

- Здравствуйте, Леонтий Самойлович,- поздоровался с ним научный сотрудник.- На последней олимпиаде в парке были?

- Нет, я теперь все свободное время за городом пропадаю. А кто победил? Разумеется, Самохин! Ведь это я указал ему настоящую дорогу. Раньше парень увлекался выжиманием тяжестей да бросанием диска!.. Ознакомился с особенностями его ног, с их строением, с влечениями самого Самохина. "Послушайте, товарищ Самохин,- говорю я ему,- да ведь вы самой природой созданы для бега и прыжков". Самохин послушался моего совета, а теперь, видите, в мировые чемпионы выходит.

Сугубов (это был он, известный профессор Сугубов) вошел в лифт, сел в удобное кресло, нажал кнопку и быстро понесся вверх.

Тем временем в вестибюль вошел новый посетитель - бодрый, жизнерадостный старик с большими нависшими усами. Казалось, все его лицо излучало улыбку. Улыбались голубые глаза, улыбались морщинки вокруг глаз, улыбались усы. Глядя на это румяное, оживленное лицо, молодой швейцар невольно улыбнулся.

- Здравствуйте, товарищ Лавров! - весело воскликнул он.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY