«Света с нашего света. Драконы, ферма и король»

Аврора Берева Цикл "Попади пропадом". Книга 1 Света с нашего света. Драконы, ферма и король

— Не влезет.

— Еще как влезет.

— Слишком большой.

— Нормальный, самое то.

— Да как мы его впихнем-то?

— Так же, как и до этого. Ты, главное, расслабься и…

— Да я говорю же — не подойдет!

— Тьфу на тебя!

Бабушка в сердцах сплюнула и резко подалась вперед, навалившись всем телом на мешок с картошкой. От тяжести мой железный «жучок» скрипнул.

— Ну вот и все! — бабуля довольная потерла ладошки. — А ты говорила “не влезет”. Не существует такого мешка, который бы я не смогла утрамбовать.

Я, присвистнув, удивленно наблюдала за довольной бабушкой. Не каждый же день видишь, как женщина гномьего роста в ее возрасте так легко управляется с габаритным грузом. Мне, определенно, стоит записаться в тренажерный зал, а то сил в теле совсем нет. И как только я еще продолжала стоять после недели трудового лагеря?

— Верунчик, ты про лучок с морковкой не забыла? — донесся беспокойный голос деда.

— Ох, точно, — ба всплеснула руками. — Сенечка, а ты свеколку положил?

Я прислонилась к капоту и с удовольствием смотрела на своих стариков. Столько лет прошло, а они как были друг для друга Верунчик и Сенечка, так и остались. Именно они помогают мне верить в настоящую любовь. Пусть она и проходит мимо, но где-то же она есть.

Наблюдая за родными, я почти жалела о своем отъезде. Мне будет не хватать их суеты и того, как они умудряются быть сразу везде. Но остаться я не могу из-за работы, да и из-за желания отдохнуть от своего же отпуска.

— Ба, ну мы же договаривались, что в этом году вы с дедом не будете столько картошки сажать! — укорила я, оглядывая поле за домом.

— Да тут всего ничего, Светик, — отмахнулась бабушка. — Мешочек тебе, мешочек нам, да на продажу кое-что.

— Тут КАМАЗ наберется как минимум, — присмотрелась я к стройным рядкам картофеля. — Я всегда могу купить вам эту картошку. Да и вообще все, что захотите. А пенсию можете тратить как пожелаете. Не обязательно убиваться на поле.

— Да разве ж мы убиваемся?! — замотала она головой. — Нам только в радость. Видано ли дело, старикам печах сидеть да в потолок плевать? Возраст уже не тот, чтобы прохлаждаться.

— А отдыхать когда, ба?

— На том свете! — отмахнулась бабушка. — Да ты не переживай, Светик, мы сами все соберем. Ты просто отдыхай, набирайся сил. Видано ли дело, целый год впахивать ради одной недели отпуска.

Но, само собой, я не могла позволить им работать одним. В конце концов, они всегда старались для меня. Поэтому весь мой короткий отпуск прошел под девизом “Умри, но сделай”. И пару раз я была близка к тому, чтобы упасть прямо между грядок под палящим солнцем.

— Деда, ну хоть ты бабушке скажи, что мне не нужно столько овощей, — канючила я, глядя, как ба тащит еще что-то. — Я в городе все купить могу. Магазин прямо подо мной находится.

— Ишь, че удумала, — бабуля опередила деда, — гадость пестицидную покупать. Домашнее куда лучше и полезнее. Мало ли чем они там свою картошку опрыскивали! А мы, кроме как перегноем, ничем ее не удобряли. Правда, Сенечка?

— Правда, Верунчик.

— К тому же картошка, знаешь, какая дорогая? — не успокаивалась ба. — А у тебя все бесплатно. Зимой будешь кушать и радоваться, какие у тебя дедушка с бабушкой предусмотрительные. На зависть всем соседям.

Дед подмигивал мне и улыбался, как бы намекая, что ничего не поделать, бабушку не переубедить. Да я и сама помнила, сколько она, пока я училась в университете, закруток мне с собой впихивала, еще и попутками отправляла. Ничего не изменилось.

— Ты фонарик положила?

— Да, — у меня уже не было сил даже кивать.

— А покушать, что я тебе собрала?

— Все на заднем сиденье. Спасибо.

— Я тебе еще саперную лопатку укомплектовал и дождевик походный, — влез дедушка.

— Отлично. Спа… Погоди… А зачем мне лопатка саперная?

— Ну мало ли что случится по дороге, — пожал дед плечами. — А она надежная — и от злых людей защитит, и ямку выкопает, чтобы в туалет сходить. А дождевик никогда лишним не бывает.

— Сенечка, какие страсти ты говоришь. Что за злые люди еще? — бабушка посмотрела на меня. — Может, ты все же останешься, Светик? Видано ли дело в ночь ехать? Сегодня еще переночуешь, а завтра утром уже с чистой душой отправишься. Я тебе и перинку чисто застелю.

При упоминании о бабушкиной перине моя поясница протестующе застонала, напоминая обо всех семи ночах. Все же комфорт меня избаловал. Не могу я уже спать без ортопедического матраса с эффектом памяти.

— Я твое одеяло достала, — бабушка протянула мне сверток. — И подушки дед недавно набил гусиным пухом. Будешь спать как на облаке. После баньки так особенно сон сладкий будет.

— Спасибо, ба, — в голове только были мысли о том, как побыстрее упасть и отрубиться после долгого дня.

— Вижу-вижу, что спать хочешь! Ложись, не буду больше отвлекать, — улыбнулась она и заботливо поцеловала в лоб, поглаживая по волосам.

Но не успела я закрыть глаза, как голова бабушки снова показалась в дверях.

— Ты, главное, не забудь домового попросить, чтобы он суженного показал. Скажи: “Сплю на новом месте, приснись жених невесте”.

— Ба, ну какой суженный?! — улыбнулась я. — Мне о своей жизни надо думать, а не о женихах.

— А ты скажи! — настаивала она. — Мало ли кто хороший приснится.

И ведь приснился. Только не суженный, а черт знает что. И разглядеть толком не вышло. Помню лишь, что звал меня кто-то. Настойчиво так, будто от меня зависело нечто важное. И не один раз — всю неделю эти тарабарские сны спать не давали. Но теперь все. Уже под утро буду дома.

— Люблю вас, — обняла своих стариков одновременно.

Бабуля мне едва до плеча достает, поэтому я опустила подбородок на ее голову. Дед делает то же самое со мной — возвышаться, как колосс.

— Будь аккуратнее, Светик, — разбавила тишину бабуля.

— Хорошо, ба. А ты не забывай принимать лекарства. И, пожалуйста, не смотри на ночь свои полицейские сериалы, а то потом бессонницей маешься.

— И ничего я не…

— Я за ней присмотрю, — пообещал дедушка.

Выезжая со двора, я видела, как они долго стояли в обнимку и продолжали махать мне вслед. Слезы жгли глаза. Я уже скучала по ним. Но работу никто не отменял. И если я хочу обновить их дом, то надо хорошенько потрудиться.

Белые ночи уже закончились, но еще не было такой кромешной тьмы, как будет через пару недель. Новая ровная дорога убаюкивала, как и приятная джазовая мелодия, лившаяся из динамиков магнитолы. Через полчаса меня стало клонить в сон.

— Та-ак, взбодрись! — приказала себе. — Только заснуть за рулем не хватало.

Наконец, заиграло что-то ритмичное, но совершенно не знакомое. Я собралась уже переключить радиоволну, но новая мелодия мыслями вернула меня к непонятным снам. Мне и раньше снились повторяющиеся сны, но чтобы семь дней подряд — никогда. Да и так плохо от них наутро было, словно я не спала, а мешки ворочала всю ночь или бежала куда-то.

— Ба, а если один и тот же сон снится, что это значит?

— Ну, смотря что снится, — бабуля налила на сковороду новую порцию теста. — Но баба Маня, твоя прапрабабка, говорила, что это нас предупредить кто-то о чем-то пытается. И я не вижу смысла ей не верить.

— Почему? — мне всегда было интересно послушать про родственников.

— Так ее же не зря все ведьмой считали, — улыбнулась бабушка. — Сколько у нее из-за этого проблем было… Ох… Люди ее опасались, но уважали. Если что случалось, сначала к Мане, а уже потом в больницу. И никак иначе.

— И она верила в предсказания? — хихикнула я.

— И нет в этом ничего смешного, — погрозила мне пальцем бабушка. — Нельзя над такими вещами смеяться, если не хочешь накликать беду. Ты сны лучше запоминай, может, и правда есть в них что-то важное.

Но, кроме неясных картин и мужского образа, я так ничего и не заметила. Хотя было явное чувство притяжения. Словно манило меня что-то к этому размытому незнакомцу, а что именно — не понятно.

— Ладно, — я часто заморгала, проглотив зевок. — Подумаю обо всем завтра.

Если сегодня приснится что-то другое, значит, это просто мое воображение после слов бабушки разыгралось. Придумала сама себе что-то и верю, как дурочка. Давно следует понять, что ничего сверхъестественного не существует.

Открыв окно, я впустила немного ночного воздуха, чтобы окончательно не задремать прямо на руле. Но, не успев насладиться прохладой, увидела вспышку в небе. Такую яркую и белую.

Прислушалась к звукам за окном. Дождь? Да вроде не обещали. Бывает молния без дождя? Не знаю. Может, шаровая взорвалась? Слышала я историю про сгусток света, который перемещается, куда ему вздумается, и взрывается спонтанно — мальчишки таким байками в детстве пугали.

— Только шевельнешься, — нагнетал Витька соседский, — она тут же…

Он выдерживал долгую паузу, а мы — малышня — еще больше вперед подавались, желая услышать конец истории.

— …ВЗОРВЁТСЯ! — Витька хлопал в ладоши, а мы с воплями разбегались в разные стороны под смех старших ребят.

И пусть сейчас я взрослый человек, но страх быть взорванной шаровой молнией остался. Надо было узнать об этом больше.

Я продолжала поглядывать в небо, выискивая новые вспышки, но ничего не происходило. Да и дождя не наблюдалось. Может, показалось? Что только с сонных глаз не привидится.

— Надо было дома остаться, — я сильнее сжала руль. — Правильно ба говорила не ехать в ночь… ЧЁРТ!

Яркий свет ударил по глазам, я ударила по тормозам. На мгновение все потемнело, я только слышала скрежет металла. Затем толчок. Боль пронзила голову и, как молния, прошибла все тело.

Мое сознание отключилось, но последняя мысль пронеслась о бабуле — ох, как же она расстроится…

Я приходила в себя. Это не было похоже на обычное пробуждение, потому что возвращением в реальность послужила боль. Со стоном отчаяния я все же смогла поднять голову, осознавая, что она была впечатанной в руль.

Так вот почему так больно! Постепенно начала вспоминать последние события. Избегая одного столкновения, я не смогла уйти от другого. Впрочем, попробуй уйти от дерева, когда оно стоит у тебя на пути, а вокруг водят хороводы сотни его собратьев.

Я схватилась за голову, чтобы остановить ее кружение, но, естественно, это вообще не помогло. Мозги конкретно так встряхнулись, как фрукты в блендере. Так что нужно быть аккуратнее, или я получу смузи из мозгов.

В мигавшем свете фар я видела искореженный капот, который чудом не оказался у меня на коленях. Конечно, машина вряд ли когда-нибудь будет на ходу.

Не к месту и совершенно не вовремя проснулась аналитическая часть ума, а вместе с ней и большая “жаба”, которая уже собралась лить слезы, представляя, с какой пачкой денег надо будет расстаться. А то, что сумма будет приличной, понятно и без детального осмотра — отбуксировка машины, покупка новой, оформление и прочее. Еще хорошо бы взять пару больничных дней.

— Вот тебе и поездка к родственникам.

Я тряхнула головой, чтобы отогнать дурацкие мысли. Это я зря сделала, конечно, за голову снова схватилась. Но на мгновение это отвлекло, позволяя обратить внимание на происходящее вокруг.

Повеяло гарью и бензином. И это не тот запах, который может быть безопасен, особенно — в искореженной машине. Помучившись с ремнем безопасности, я, как тот самый злосчастный куль картошки, вывалилась из машины. Стало немного спокойнее.

Земля влажная и мягкая. И, несмотря на неподходящее место и ситуацию, очень захотелось закрыть глаза и поспать. Нет, этого определенно делать нельзя. Но я все равно позволила себе пару мгновений передышки. Посмотрела на ветви деревьев, казалось, что их словно стробоскопом вырывало из темноты вспышками фар.

Нужно найти телефон, позвонить в скорую, а ба и деду сообщить, что я жива. А может, им и не стоит знать о произошедшем, нечего волновать стариков. А вот в скорую все же лучше позвонить.

Вставать не хотелось. Слабость, как приливная волна, то накатывала, что даже пальцем не шевельнуть, то отступала, вселяя надежду в собственные силы.

Внезапная мысль-воспоминание ворвалась в мое сознание. Ведь отчего-то я уклонялась там, на дороге? Вряд ли это мог быть какой-то зверь, такие огромные не водятся в здешних пролесках.

Значит, это была другая машина, которая точно так же вместе со своими пассажирами может валяться в кювете. А если и нет, то вполне можно ждать помощи на дороге. И вообще, возможно, меня уже ищут.

— Я здесь! — закричала в темноту.

В ответ на мой крик кто-то гаркнул, я испуганно дернулась и, резво спрятавшись за машину, до боли стала всматриваться в мигающую темноту. Сердце бешено стучало, а когда немного успокаивалось, я пыталась убедить себя, что это просто птица. Маленькая птичка, которую не стоит бояться. Я же не в фильме Хичкока, в конце концов.

Но страх не отпускал. Хоть я и понимала, что вряд ли маньяки поджидают своих жертв в лесах, а оборотни и прочие монстры давно сбежали из России, подальше от здешних жителей. Все равно жутко. Одна в темноте. Я сходу могла назвать три фильма, которые начинались так же и закончились плачевно.

Значит, буду молчать.

Я забралась обратно в машину в надежде найти мобильный. Кряхтя и постанывая, пошарила руками по салону в поисках телефона. Затея так себе, учитывая отсутствие света. И да, фары — не панацея. Но если у тебя обычно в рюкзаке черт ногу сломит, то ты сможешь найти в нем что угодно. Не зря у меня такой высокий рейтинг во всех играх, где надо искать предметы.

А вот и он, родненький. Я победно сжала кусок пластика в руке. Даже в момент его покупки я так не радовалась.

— Вернусь домой, куплю тебе новый чехол, — подумала я и перевернула телефон.

Я потыкала на все три кнопки, но мобильный не подавал признаков жизни. Рано я обрадовалась.

— Ну же, родненький, — заклинала я смартфон. — Спаси меня.

Ничего. Тишина и темнота.

С надеждой подключила мобильный к разъему питания и увидела свет. Вот только исходил он не от экрана телефона. По приборной панели пробежала искра, и фары погасли.

Я попала в аварию. Машина не на ходу. Мобильный пал смертью храбрых. И, ко всему прочему, вокруг меня темнота и пугающая тишина. Лучше и быть не может. Для полноты картины надо еще от голода умереть, чтобы совсем уж колоритно выглядело, когда меня, наконец, найдут.

Но никто умирать не собирался. Не в мою смену. Да и как я старикам в глаза после этого посмотрю? Стыдно же.

Я выбралась из машины и, встряхнув конечностями, сделала глубокий вдох. Спасатели не рекомендуют уходить от места происшествия до прихода помощи. Но еще говорят, что спасение утопающих в руках самих утопающих. Значит, придется брать себя в руки и спасать.

Куда идти? В какой стороне дорога? Я растерянно крутилась, пытаясь сориентироваться. Я при свете дня-то в трех соснах заблужусь, а тут… Нет, по такой темноте далеко не уйду.

— Думай, Светик, — вспомнила слова бабули. — А иначе за тебя подумает кто-то другой, и будет плохо. Багажник!

На ощупь я добралась до багажника. И да, от удара деформировалась даже дверь багажника.

Начался новый уровень игры: найди то, не знаю что. Налобный фонарик был бы сейчас как нельзя лучше. Но пока рука нащупала лишь картошку, морковь и прочие корнеплоды. Какие овощи полезны для мозга? Надо съесть, вдруг дельная мысль в голову придет.

— Спасибочки, — забормотала себе под нос.

Пальцы обхватили что-то холодное и длинное. Сначала, показалось, что это саперная лопатка, но нет. Фонарик.

Бывший забыл.

— Не думала, что скажу, — оглядела я находку, — но спасибо, Макс. Как человек ты говно, но вот вещи умеешь выбирать.

Я перекинула фонарик из руки в руку, оценив его тяжесть. Помню, как бывший рассказывал, что такими фонарями пользуются полицейские в США, иногда даже как дубинками. Что сейчас было очень кстати. Я темным лесам не доверяю.

Луч света разрезал мрак на добрых двадцать метров. На миг я расплылась в улыбке, готовая увидеть табличку с надписью “Огневой Светлане идти туда”. Но нет. Вокруг все тот же лес и никакого выхода.

— Это было бы слишком просто, — помотала головой.

Ладно, придется искать выход самой. И может быть... Очень может быть, я встречу тех, в кого врезалась. Или кто врезался в меня. Интересно, сотрудники ДПС сюда доедут, чтобы протокол составить?

Я пошла по своим следам, которые очень быстро закончились. Так быстро, что я развернулась, а машина осталась того же размера. Значит, ушла недалеко. Снова посмотрела перед собой. Вот мои следы, а вот деревья, из которых эти самые следы и появляются. Я прошла сквозь деревья?

— Мне потребуется помощь психиатра, если все затянется.

Не могла же я сквозь них проехать?

Нет, конечно! Видимо, где-то я свернула. Совершенно точно свернула.

Но больше следов вокруг не было. Ни от колес, ни даже поломанных веток кустов.

Я стояла, окруженная высоченными деревьями, и понимала, что ничего не понимаю. Так не бывает. Не в реальности с нормальными людьми.

Имя героя из фантастического фильма сожрала темнота. А было бы здорово, если бы мне в ответ прилетело “Марти!” Тогда я была бы уверена хотя бы в том, что сошла с ума. А в моей ситуации это уже что-то.

Надо двигаться дальше. Нет смысла стоять перед деревьями, когда их можно обойти.

Я начала углубляться в лес, или выходить из него? Если иду от машины, значит выхожу. А может, и нет. Разницы никакой на самом деле. Когда-то я должна выйти либо к дороге, либо к тропе. Наши местные любят прогулки по лесам.

Несколько раз я бросала взгляд назад, но автомобиля уже не было видно. Я сильнее вцепилась в фонарик, и это спасло его от падения.

Я услышала крик.

— Кто там? — сорвался мой голос. — Если там кто-то есть, то…

Снова крик. Я вздрогнула, но не побежала. Потому что кричал ребенок. Господи, это еще страшнее. В фильмах ужасов дети самые жуткие.

— Кто бы там ни был, — задрожала как лист на ветру. — У меня есть оружие, — стиснула фонарик. — Лучше не подходи, а иначе…

Очередной крик, но уже не такой громкий. Словно кричавший выбился из сил.

А если в той машине, с которой я столкнулась, был ребенок? И малыш единственный, кто сумел выжить и пришел в себя? Может, его родители лежат на потолке автомобиля, потому что он перевернулся, и истекают кровью?

— Ладушки, — заставила себя заткнуться. — Больше никаких калейдоскопов ужаса, — сделала глубокий вдох. — Давай, Свет, ты можешь все. Выбить самый выгодный заказ, изменщика бросить перед самой свадьбой. И спасти одну семью точно сможешь.

Все внутри меня тряслось, пока шла вперед. Почему я не осталась в доме? Вернусь, скажу бабуле, что она была права, и никогда не буду действовать поперек ее слова. Все. Она старше и лучше знает.

Новый крик раздался уже ближе. Прямо за кустарником передо мной.

— Малыш, я иду!

Ворвавшись в зелень кустов, я едва успела затормозить. Носки кроссовок зависли над краем ямы.

— Черт, — не сдержалась. — Какого…

Свет фонаря отсканировал внутренности ямы, я взглядом следовала за ним. Что-то шевелилось в наброшенной сверху листве. И это что-то точно не было человеческим детенышем.

— Ящерица! — вылетело у меня неосознанно. — Странная ящерица, — добавила тише, приглядываясь к созданию в яме.

Да, определенно не котенок, как показалось сначала, но тоже в беде. А я животных очень люблю.

— Светик, покажи, что у тебя там в руках, — ба присела передо мной на корточки.

— Ничего, — помотала я головой, продолжая прятать банку с молоком. — Ничего у меня нет. Никакого молока.

Бабуля улыбнулась, услышав, как я проговорилась. Я почти сразу поняла свою ошибку.

— Бабулечка-красотулечка, — бросилась к ней на шею. — Мне это молочко очень нужно, — мои глаза наполнились слезами. — А то там котятки одни, без мамы остались. Им кушать надо.

— Спасительница ты моя, — погладила ба мои щеки и улыбнулась. — Ладно, пойдем, покажешь свою находку.

Но, в отличии от моих стариков, редко кто из знакомых эту мою причуду понимал.

— Ребят, вы если цветы мне дарить собрались на др, то лучше не стоит, — сообщила всем собравшимся. — Лучше корм для животных возьмите, а я его в приют отвезу. И животным польза, и мне не надо будет с красивыми цветами через неделю расставаться.

— Тогда, может, мы и подарки тебе кормом отдадим? — усмехнулся мой коллега Денис.

— Можно, — улыбнулась ему. — Я совсем не против.

Денис фыркнул.

— Совсем ты на этих тварях помешалась.

Эта любовь, кстати, стала одной из причин расставания с женихом. Конечно, после того как он переспал с нашей общей знакомой. Но не суть.

Я люблю животных и всем пытаюсь помочь. Правда, обычно на моем пути попадаются кошки с собаками и реже какая другая зверушка, но не совсем диковинная. А тут ящерица. Причем очень интересного окраса. И что это за маленькие наросты на ее голове?

— Так, малыш, — опустилась я на колени, — очень надеюсь, что ты не кусаешься, — перехватила фонарь поудобнее, — и твоя кожа не покрыта ядовитой слизью. А то будет обидно.

Животинка снова начала издавать непонятные звуки, очень сильно смахивающие на плач. И уверенности во мне прибавилось. Нельзя оставлять слабых в беде.

— И кто только откопал эту яму? — я потянулась вперед, балансируя на самом краю. — Найти и уши надрать, — головная боль начала возвращаться, — или бабуле моей отдать на трудовую терапию. Живо всякие глупости из головы выветрятся.

От неудобного положения в висках начала пульсировать кровь, а перед глазами поплыли черные мушки. Но я упрямо тянулась к ящерке, которая замерла, видимо, почувствовав скорую помощь.

— Дряньство, — чертыхнулась я под нос. — Малыш, а ты бы не мог помочь? Поработай лапами, ты ведь застрял.

Я понимала, что все равно придется работать над этой проблемой самой, но неожиданно ящерка начала работать лапками. Они запутались в листве и каких-то лианах. Потому-то несчастное создание и не смогло выбраться самостоятельно.

— Хорошо, малыш, — поджав губы от натуги. — Давай. Еще немного. Еще чуть-чуть…

Работать одной рукой то еще веселье, особенно, если опасаешься сама упасть в яму. Составлять компанию ящерке я не собиралась.

Мой радостный крик разорвал тишину ночи, и мы с найденышем завалились на землю. Я позволила себе расслабиться и посмотреть вверх. Тут кроны деревьев не такие густые, и можно увидеть кусочек темного неба. Звезды такие яркие, какие бывают только вне города, вдали от искусственного освещения. На секунду я забыла про свои проблемы.

— Красота, — выдохнула я в пустоту, поглаживая ящерку на своей груди. — Ты только представь, что мы могли больше не увидеть подобное, — мои пальцы провели по его теплой спинке. — Я ведь могла разбиться в машине, а ты не выбрался бы из ямы. И никаких нам больше звезд.

Найденыш почти мурчал, словно все понимал и был солидарен со мной. Так мы и лежали некоторое время. Я пережидала головную боль, а ящерка набирался сил после борьбы с ямой и растениями. Непонятно, как много времени прошло, но поднималась я уже с чистым разумом.

— Нам надо выйти к дороге, — и я заглянула в умные глаза-щелочки. — Я не знаю, живешь ли ты тут, но…

Найденыш подался вперед и начал бодать меня головой в грудь. Наросты на его голове впивались в кожу даже через одежду.

— Так, понятно, — потерла больное место. — Я сморозила глупость. Конечно, как такая благородная ящерица может обитать в этом лесу, — перехватывая его под чешуйчатым животом. — В таком случае, мистер Чешуйка, отправимся в путь, — сжала в другой руке фонарь. — Ты ведь мне покажешь дорогу?

Прогулки по лесу бывают приятными только днем — ты идешь по натоптанной тропе, а маршрут не занимает много времени. В любом другом случае это похоже на пытку. Но хотя бы есть на что посмотреть.

Чем дальше я продвигалась от места аварии и ямы, из которой вытащила своего попутчика, тем интереснее становился окружающий пейзаж. Некоторые растения вообще казались мне нереальными.

— Ты когда-нибудь видел такое? — я присела перед небольшой, совсем крошечной полянкой светящегося мха. — Очень красиво. Как звездочки флуоресцентные, я такие в магазине, где все для интерьера, видела.

Притронуться к светящемуся мху не решилась. Радиация, все дела. Мало ли. А «Сталкер» и братья Стругацкие меня научили, что ничего подозрительное трогать нельзя. Если не хочешь превратиться в мутанта.

Хотя от большого красного цветка я отошла только потому, что ящер снова боднул. И в этот раз куда больнее.

— Спасибо, — посмотрела на него с благодарностью. — А то мне аж поплохело рядом с ним. Определенно не безопасный.

Так мы двигались довольно продолжительное время, любуясь необычными находками. У меня образовался целый список из того, что надо будет погуглить, как только вернусь. Я ведь не успокоюсь, пока не узнаю, что за куст, на котором маленькие плоды в виде сердец.

— Все, я отказываюсь идти дальше, — прислонилась к одному из деревьев. Ноги отваливались, спину ломило, во рту пересохло. — Ты можешь назвать меня слабой, но я не любитель походов. И, как видишь, даже угроза остаться в лесу не заставит меня двигаться. Я хочу пить, — опустилась на землю. — И есть, — поджала к себе ноги. — А лучше все одновременно — и есть, и пить. Как выберусь, куплю арбуз.

Найденыш сидел рядом с моими ногами и внимательно смотрел. Его лобастая головка поворачивалась в разные стороны, словно он с разных ракурсов желал меня запечатлеть.

— Не смотри на меня так, — попросила его. — Мне и так стыдно. Я…

Неожиданно ящер стартанул с места и быстро унесся куда-то в сторону.

Я подалась вперед, но лишь схватила воздух.

— Ну и иди! — крикнула в темноту. — Даже не думай, что я пойду тебя искать. Это больше не моя проблема. Ты сам сбежал! — пальцы нервно подрагивали. — Как знала, что ты никакой не благородный ящер, и вообще…

Договорить не успела. Мой попутчик появился в поле зрения. И верьте или нет, но он как-то балансировал на задних лапках. Я наблюдала за его движениями, открыв рот от удивления.

Под ноги мне упали непонятные плоды. А ящер снова стоял на четырех конечностях. Он подтолкнул свою находку и впился острыми зубками в один из серых плодов. Я все еще пребывала в шоке.

— Кажется, и правда схожу с ума.

Угощение я все же приняла. Укусив, я сразу почувствовала сладость на языке, а в рот пролился густой сок.

— Вау, это вкусно! Что это за фрукт? Никогда такого не пробовала.

Вопрос, конечно, остался без ответа. Но я и не ждала никаких объяснений, с остервенением поглотив необычные фрукты. Вкус, кстати, не похож ни на что мною опробованное. Может, это что-то экзотическое?

— Спасибо, — я поднялась на ноги и подхватила попутчика на руки. — Теперь можно и дальше двигаться.

Дальнейший путь казался уже не таким изматывающим и печальным. Да, я все еще в лесу, но хотя бы сытая и не одинокая.

— Вот выберемся на дорогу, — решила рассуждать вслух, — поймаем попутку и отправимся в больницу. Или нет, сначала в ветеринарную клинику, чтобы тебя осмотрели, — почесала малышу шею. — А потом позвоню бабушке и все ей расскажу, — помотала головой. — Или не расскажу. Со мной ведь все в порядке, так зачем их с дедом беспокоить, рассказывать про все эти страсти? Ты согласен?

Ящер внимательно смотрел мне в лицо и глаза. Он гораздо умнее, чем животные, попадавшиеся мне раньше. Не удивлюсь, если он кивнет мне в какой-то момент.

— Со мной все в полном порядке, — произнесла тверже и с улыбкой. — А знаешь почему? — ускорила шаг, видя просвет среди деревьев. — Потому что мы почти выбрались! Мы почти на месте.

Я вылетела из леса, как пробка из бутылки. И так же резко замерла. Ибо это ни в коем случае не дорога. Место, где я находилась, оказалось возвышенностью, а внизу раскинулись бескрайние просторы неизвестной мне Земли. Почему неизвестной?

— Три луны, — зашептала я, глядя на небо. — На небе три луны… — мои ноги начали слабеть.

Сознание потемнело.

Я точно не в порядке.

Поваляться в спасительной отключке долго не получилось. Наверное, и минуты не прошло, как мой нос пронзило болью. Будто самый кончик зажали в тисках. В очень зубастых тисках.

— Ах, ты ж…

Я резко села, и найденыш кубарем скатился с моей груди. Я ощупала поврежденный нос, пока малыш поднимался и встряхивался. Он укоризненно смотрел на меня, всем своим видом показывая, как недоволен моей выходкой.

— И не смей так на меня смотреть, — поморщилась от боли. — Я, конечно, благодарна тебе за компанию и все такое, но кусаться — это последнее дело. Вдруг твоя слюна и правда ядовитая? Я, если честно, не встречала ящериц, похожих на тебя, и если из-за твоей ядовитой слюны мне будет плохо, то…

«И ничего я не ядовитый», — перебил меня недовольный и слегка грустный голос.

— Кто здесь?

В испуге я вскочила на ноги.

— Кто там?! — повторила я вопрос.

«Там никого, а я тут».

— Где тут?

Я начала оглядываться по сторонам, чувствуя, как сердце забилось все быстрее. У меня началась настоящая паника. Господи, куда я попала? Что происходит? Что за слуховые галлюцинации?

«Вниз посмотри».

Опустив голову, я видела перед собой только ящерку. Его внимательные глаза сверлили меня. Нет, это точно не может быть мой найденыш.

— Я тебя не вижу, — залепетала себе под нос.

«А говорят, что люди умные. Как ты меня не видишь, если на меня смотришь?»

И тут я поняла, что сошла с ума. Ноги снова подкосились. И я наклонилась вперед так, чтобы видеть лучше шипастую мордашку:

— Ты говоришь?

Подумать только, я обращалась к животному. Нет, я и в детстве просила зверей поговорить со мной и обещала никому не рассказывать. Так же, как и свои игрушки упрашивала подвигаться. Но это было давно. Я ведь понимаю, что животные не могут разговаривать.

«Говорил же, что я не ядовитый. Я очень даже полезный. Видишь, мы друг друга теперь понимаем».

Из моего рта вырвался какой-то невнятный крякающий звук.

— Ящерица говорит.

Хвост найденыша встал трубой, как у настоящего кота, и только сейчас я заметила на его кончике нечто похожее на маленькую булаву. Представляю, как опасна она может быть, если он подрастет.

«Я не ящерица, а дракон, — зазвучал плаксивый детский голосок. — Неприлично называть драконов ящерицами. Это некрасиво. И неважно, что я еще маленький. Тебе следует извиниться».

Я вновь повторила невнятный крякающий звук, приземляясь на пятую точку. Голова шла кругом.

— Самомнение у тебя, конечно, до небес, — хмыкнула я. — Ладно, дракон, и откуда же ты тут взялся?

«Это ты взялась, — такое чувство, что он показывал мне язык. — А я тут родился. Здесь мой дом».

Я огляделась вокруг себя. Три луны. Деревья незнакомого вида. Светящийся мох. Дурманящие растения. Ни одного знакомого созвездия в небе. И фрукты, которых никогда до этого не пробовала. И если почти все я могла бы списать на попадание в какой-то экзотический уголок страны, то три луны… Три луны, подумать только. Такое ничем не подделать и не придумать даже.

Я поморщилась от собственного щипка.

«Зачем ты себя ущипнула?» — мини-дракоша с любопытством подался вперед, разглядывая мою руку.

— Затем, что хотела убедиться в реальности всего этого, — и поднялась с земли. — Во сне боли нет. Значит, все происходит на самом деле. Можно больше не думать о санитарах и как стану обживаться в лечебнице.

Теперь придется думать о том, как выбираться из сложившейся ситуации. Определенно, это не тот момент, о котором рассказывают на уроках ОБЖ или пишут в памятках для туристов. Следует продумать каждый шаг в новом для себя месте… Нет. В мире.

Что бы сделала Зоя?

Зойка — это моя подруга детства. Сколько себя помню, она всегда обожала читать. Не было для нее занятия милее, чем провести вечер с книжкой. И меня она в это дело затянула, хотя и не так глубоко.

— Эта книга перевернет твой мир! — горели глаза подруги. — Ты влюбишься в главных героев. А какая там природа… Ммм. Совершенство! Ты останешься довольна.

— Зой, — сглотнула я, глядя в ее полыхающие от восторга глаза, — а ты точно уверена, что мне стоит начать именно с этой книги? Может, возьмем, что попроще?

— Нет! Ты должна прочесть этот шедевр.

Книга мне и правда понравилась, хотя я не очень люблю фантастику и фэнтези. Сейчас понимаю, что в жизни все может пригодиться, и не стоило пренебрегать любыми рекомендациями. Но, эй, то, что я не читала, не значит, что не слушала рассказы подруги.

— Первое правило попаданца, — Зоя поправила очки. — Постарайся поскорее узнать язык местных.

Поглядела на микроверсию дракона и потерла укушенный нос. Первый пункт выполнен.

— Второе правило попаданца — постарайся слиться с местными. Никаких красных ботфортов и майки-сеточки.

Ну, ботфорты я никогда и не носила, да и майки-сетки не мой стиль. Оглядела себя с ног до головы. Голубые грязные джинсы с прорехой на колене. Некогда белая футболка, теперь грязная от земли. И черные кроссовки с закосом под ботинки.

— Я выгляжу достаточно подходяще для этого места? — фыркнула, посмотрев на своего найденыша. — Подумать только, прошу совета о местной моде у дракона.

«Нормально. Но я в город не часто выхожу. Да и людей почти не вижу».

Ясно. Будем надеяться, что все не так уж и плохо. Что там Зоя еще говорила.

— Третье правило попаданца — поскорее найти город или деревню. Там ты сможешь узнать больше о мире, в который попала.

Зачем мне люди, если есть говорящий дракон?

— Ты можешь мне рассказать, где я нахожусь и что вообще происходит вокруг?

«Прости, — он опустил голову, — я еще маленький и знаю не так уж и много. И к людям я не часто выходил».

От его тона мне стало грустно. Я протянула руку и провела кончиками пальцев по его маленьким наростам на голове.

— Все хорошо, малыш, — успокаивала дракошу. — Я что-нибудь придумаю, — бросила взгляд вниз с возвышенности. — Что там?

И как я раньше не заметила огней вдали? Наверное, шок все же сказался.

— Бинго! — захлопала в ладоши. — Туда нам и надо.

— Четвертое правило попаданца — не пускайся в путь без тщательной подготовки, возьми все вещи, которые могут пригодиться в пути. И по возможности спрячь то, что может вызвать интерес у местных. К примеру, мобильный телефон.

Ну, сотовый телефон приказал долго жить, его нет никакого смысла с собой брать. А вот о еде и кое-каких других вещах, необходимых в походе, нужно побеспокоиться. И, конечно же, не забыть о саперной лопатке.

— Спасибо, деда.

— Говорю, надо идти в тот город, не оставаться же нам в лесу. Но перед этим вернемся обратно, — повернулась к деревьям.

«В лес? Опять?».

Дракончик попятился, поджав хвост между задними лапками. Ну точно как котенок. Только усиков не хватает на мордочке, а так мог бы сойти за лысого сфинкса. Правда, с рожками.

— Не переживай, — присев, я взяла найденыша на руки. — Теперь, когда я знаю, что вокруг происходит, да и солнце, кажется, уже встает, будет не так страшно.

Первые лучи только коснулись земли, но я уже чувствовала их тепло.

— Нам надо будет забрать вещи, которые могут помочь в походе, — объяснила своему хвостатому попутчику. — К тому же захватить то, что может представлять ценности для местных и обеспечит нас деньгами. Провести еще одну ночь под открытым небом я не согласна, а бесплатного ночлега в городе явно нет. Так что надо идти назад.

«Ну ладно», — прозвучало обреченно.

Еще раз взглянув на город, я повела плечами и двинулась к деревьям. Почти сразу стало темно из-за густой растительности. Я старалась не ежиться от переизбытка эмоций.

Подумать только, я реально в другом мире. Многие люди мечтают о таком, а получилось у меня.

— И самое главное правило попаданца, — заканчивала Зоя свою небольшую лекцию, — получай удовольствие от происходящего. Изучай все новое, знакомься с людьми или другими существами. Избегай неприятностей и не отказывайся от приключений. В общем, делай все, что сделала бы я. Ну и, конечно, не забывай про меня.

— Зой, если кто-то и попадет в другой мир, то это будешь ты, а не я, — успокаивала подругу. — И да, можешь не тащить меня за собой.

— Никогда не знаешь, что может случиться, — она смотрела в мои глаза. — Вот вышла ты в магазин, спустилась на лифте, а дверцы его открылись уже в совершенно другом измерении.

Или ехала ты в машине по темной дороге, а потом бац — врезалась в иномирные деревья.

В этой жизни ничего нельзя исключать.

Возвращение всегда занимает меньше времени. Это непреложный факт. Сколько себя помню, еще учась в университете и отправляясь в деревню, всегда думала, как же долго ехать. А уезжала обратно в город, и казалось, что добралась в два раза быстрее. Серьезно, никогда не придавала этому значение, но в нынешнем положении приходится зацикливаться на каждом моменте.

— Мы на месте.

Я отпустила дракончика на землю подальше от искореженной машины. Вряд ли она уже загорится или взорвется — не наблюдалось никаких искр и не чувствовался запах дыма, — но рисковать все равно не стоило.

— Посиди тут, — попросила малыша.

В темноте открытый багажник зиял, как пасть какого-нибудь монстра. Только вот он не спешил переваривать мешок картошки, что заставило меня усмехнуться. Даже монстры не желают питаться овощами.

«Что это?»

Услышав шуршание маленьких лапок по листве, я бросила взгляд назад и заметила лишь хвост, который исчез за колесом.

— А ну вернись, — опускаясь на корточки. — Здесь может быть небезопасно.

Свет фонарика выдергивал из мрака хвост с кругленьким наконечником, который раскачивался в разные стороны, как метроном.

«Что это? Какой-то зверь? Он ранен? Ты собираешься его спасти? Он разговаривает? Ты понимаешь его? У-у-у-у-у-у… А мне можно с ним познакомиться?»

Я следила за тем, как малыш обнюхивал мокрое пятно, которое образовалось из-за пробитого бензобака. Дракончик приблизил свою мордочку и тут же принялся фыркать, плюхнувшись на спину. Лапки его забавно дергались в воздухе. Почти как у черепашки.

«Он умер, — заключил голосок. — От него так невкусно пахнет, что можно сказать точно: он умер. Живые так не могут пахнуть».

И ведь не поспоришь. Мой железный «жучок» приказал долго жить. Вряд ли я найду тут автомеханика и эвакуатор, чтобы отбуксировать его. Придется моему верному другу остаться в лесу. А как было бы отлично, окажись машина на ходу, столько бы проблем решилось разом. Или нет?

— Когда выяснишь, в какой мир попала, — наставала Зоя, — то поймешь, что можно использовать из своих вещей, а что нет. Если это будет некое средневековье или другое время, в котором отсутствуют наши технологии, то лучше распрощаться со всем, что вызовет вопросы. Тебе точно не захочется сгореть на костре в качестве ведьмы из-за электронных часов.

Так что «жучку» лучше остаться в лесу. По крайней мере до того момента, пока не попаду в город и не увижу, как живут местные собственными глазами. Ведь наличие говорящих драконов никак не мешает прогрессу.

— Ты мне расскажешь что-нибудь об этом мире? — вытянула малыша за лапку из-под машины. — Знаю, ты сказал, что еще маленький, но хоть что-то же тебе известно. Хоть что-нибудь.

Дракончик запрыгнул на бампер, а затем ловко в багажник и тут же начал что-то вынюхивать. Я перехватила вертлявого проказника за хвост и тут же разжала пальцы.

— Это крылья.

Я посветила на дракончика фонариком и внимательно рассмотрела его новую форму. У него были крылья. Самые настоящие, перепончатые с завораживающей красивой чешуей, которая переливалась даже под искусственным светом! Интересно, а как она будет выглядеть на солнце?

— Так ты действительно дракон, — и я коснулась маленьких крылышек.

«Я же тебе сказал, — повернулся он ко мне. — Я самый всамделишный дракон».

Он приподнял голову и выглядел при этом очень важным. И хоть меня раздирал смех от поведения малыша, в нем все равно чувствовалась стать и какое-то скрытое могущество. Могла только представлять, как выглядят взрослые драконы. Перед ними наверняка хочется упасть на колени.

— А летать умеешь? Или выдыхать огонь? Может, ты ледяной дракон? Оу, — загорелись мои глаза, — или, может, ты что-то по типу виверны? Живешь на болоте и пуляешь сгустками парализующего яда?

Я не большой фанат компьютерных игр, но мир, в котором надо было приручать динозавров, в свое время меня засосал. И там в каком-то дополнении были те самые виверны, так сильно похожие на драконов. Я их не сильно любила, так как приручить их было очень сложно. Но, кажется, с этим найденышем проблем быть не должно.

«Я еще маленький, — напомнил малыш. — И летать нам много нельзя. Люди могут заметить».

— И что? — не поняла его расстроенного вида. — Это же круто, когда над твоей головой летают драконы. А если они еще умные и говорить умеют, как ты, то это вдвойне здорово.

«Король не любит драконов, — найденыш опустил голову. — И люди по его указу тоже. Мы не можем летать, где захотим, если не желаем оказаться пойманными егерями или другими людьми».

— Так та яма…

«Они часто ставят такие ловушки, — кивнул малыш. — Раньше больше, но и сейчас их достаточно. Король не успокоится, пока не найдет каждого оставшегося в живых дракона».

Я слышала голос в голове, и он уже был не такой восторженный, как минуту назад, когда дракончик изучал автомобиль. Он все еще звучал, как детский, но этот ребенок видел вещи, которым никто не должен становиться свидетелем. Особенно дети.

Новые данные о мире пугали. Желание поскорее добраться до города сдувалось, как воздушный шар. Я и раньше не была уверена в своих дальнейших шагах, а сейчас и подавно. Что это за мир с королем, который по своей прихоти желает уничтожить целый вид? И насколько его желание укоренилось в глазах людей и сделало их жестокими? Они ко всем отличающимся от них относятся подобным образом?

— Ты поэтому пытался отговорить меня идти в город?

Я вспомнила о пустых попытках малыша завести разговор о горах, до которых не так далеко идти. Пыталась выспросить, что именно ждет меня в тех самых горах, но он не ответил, значит, это не так важно.

«Людям нельзя доверять».

И в этих словах было куда больше чувств, чем он позволял услышать. Сердце мое сжималось от мысли, в каком страхе и стрессе находился дракончик, попав в яму. Он наверняка думал, что его смерть совсем близко. Наверное, представлял людей, что придут за ним. Удивительно, как еще меня не цапнул.

— Поверь, — прикоснулась к мордочке малыша, — мне ты можешь доверять. Я не знаю, что ждет нас дальше в городе, куда нам в любом случае придется пойти. Но обещаю, что я не позволю никому тебя обидеть, — и я заглянула в умные, внимательные глаза. — Никто больше не причинит тебе вреда.

Вместо ответа дракончик ловко использовал мою руку в качестве шеста и забрался на нее. Он обвился вокруг моей шеи, пряча мордочку в ее изгиб, и я чувствовала прикосновение тонкого языка к коже.

«Спасибо».

И так вот с всамделишным драконом на шее я принялась собирать вещи. Зойка бы умерла от счастья, окажись на моем месте. Когда все закончится, обязательно ей обо всем расскажу. Это ведь закончится?

— Как думаешь, насколько долго нам идти до города?

«Не знаю. Но если уже наступило утро, то, наверное, к вечеру придем. Я не разбираюсь во времени. Я обычно другим занимаюсь».

И пока дракончик тараторил в моей голове, рассказывая о том, как любит летать по ночам и купаться в горных ручьях и озерах, я перебирала вещи, что могут пригодиться. В первую очередь это, конечно же, рюкзак. Не в руках же все тащить.

Перебрав свою косметичку, которая была заодно и аптечкой, я выбросила из нее мусор и отправила обратно в рюкзак. Следом кружку-термос и флягу, в которую бабушка налила какой-то настой для лучшего сна.

— Разведешь две чайные ложки в чае и будешь спать всю ночь, как убитая, — обещала ба. — А утром встанешь, словно младенчик, свежая и красивая.

— Ба, ты, кажется, давно не видела новорожденных.

Во флягу можно будет налить воду, которая, кстати, почти закончилась. Я потянулась к закатившейся бутылке. Надеюсь, в этом мире никого не испугает пластик. Если что, я всегда смогу ее спрятать.

В рюкзак отправилось немного овощей. Видимо, придется вспомнить про летние лагеря и печеную в углях картошку. Так себе еда, особенно без специй, но если доберусь до города, то смогу ее где-нибудь приготовить. В местных постоялых дворах ведь есть кухни?

В общем, медленно, но верно рюкзак наполнился. Не забыла я и про складную саперную лопатку. Все же дедушка у меня очень предусмотрительный. Вот бы еще сюда его походный набор для мастера по выживанию, и вообще было бы прекрасно.

— Ладно. Ты готов?

Я спустила дракончика с шеи и поднесла его к рюкзаку.

«Что ты делаешь?»

Его хвост нервно подрагивал.

— Тебе придется попутешествовать таким образом, — пояснила малышу и устроила его в рюкзак. — Так тебя люди не увидят, и со мной сможешь спокойно разговаривать. Твоя же мысленная речь от отсутствия света не испортится?

«Нет, — его передние лапки зацепились за края рюкзака. — Пока ты рядом, то услышишь меня, даже если не видишь».

— В таком случае, — закрывая молнию, — увидимся позже.

Жарко. Душно. Почему местное солнце такое чертовски горячее и большое? Я словно муравей под лупой злого мальчишки. Не удивлюсь, если еще немного — и просто вспыхну, как спичка.

От начала нашего с дракончиком похода прошло часа три, если верить моим внутренним часам. Выходит, что сейчас еще даже не обед, а значит так жарко быть не может. Но, видимо, этот мир отличается от моего больше, чем казалось. И да, на небе все еще было видно три луны, но они словно отдалились и стали меньше в ожидании своего часа.

— Почему так жарко? — упала я на землю под деревом.

Я смогла наткнуться на небольшую рощицу с редкими деревцами, у которых яркая малиновая листва. Выбрала самое большое и спряталась в его тени.

«Тебе нужен водяной плод», — серьезно заговорил дракончик.

— Что еще за водяной плод? — опустила рюкзак между ног и открыла его. — Все, что мне нужно, это много ледяной воды, после которой я заболею ангиной, но совершенно точно буду счастлива.

«Человек, — мордочка показалась из рюкзака, — ты действительно ничего не знаешь?»

— Не умничай! — легонько щелкнула его по носу. — Объясни нормально.

Вместо дальнейших слов малыш просто выбрался на волю и начал обнюхивать воздух. Он суетился, глядя по сторонам, выискивая что-то, известное ему одному. И да, в таком положении он похож не на кошку, а на собаку. Какого-нибудь упитанного корги со смешной вертлявой попой.

«Вода, — бросил он на меня взгляд. — Я слышу воду».

Но он и сиганул в кусты. Пришлось подняться и пойти следом. Могла бы остаться на месте, но вдруг там правда вода. Очень пить хотелось, и воду в бутылку набрать не помешает.

Следуя за дракончиком, я очень скоро выбралась к небольшому озеру. Будь я дома, назвала бы это скопление воды большой лужей с прозрачной водой. Но в этом мире ничего не берусь утверждать. Да и эта лужа, похоже, очень глубокая и обитаемая. По крайней мере, рыбы нашли тут свой дом.

— Малыш, — позвала дракончика, — ты где?

Тишина. Во мне сразу же проснулось беспокойство. А что если он снова угодил ловушку? Но он бы позвал меня, как в прошлый раз. А что если он потерял сознание? Оу, нет. Не думать о плохом.

— Малыш! — в голосе проскочили нотки паники. — Отзовись, малыш!

Всплеск воды заставил меня дернуться. Сделав несколько шагов назад, я почувствовала, как пятка зацепилась за какой-то выступ. Взмахнув руками, я попыталась схватиться за что-нибудь, но приземлилась на землю, больно ударившись копчиком.

«Ты что падаешь?»

Дракончик выбрался из воды и отряхнулся, как собака. Брызги полетели в мою сторону, оседая на коже спасительной прохладой. И беспокойство за дракончика поутихло. Он меня испугал, но привел к воде, как и сказал.

— Решила немного отдохнуть, — разглядывая малыша. — А что это у тебя? — кивнула на нечто голубое у дракончика.

«Водяной плод».

Он взял находку зубами и направился ко мне. Я подставила ладони. На ощупь плод оказался не таким плотным, как выглядел. И его цвет менялся от светло-голубого до глубокого синего, но лишь местами и так быстро, что глаз едва успевал это фиксировать.

— Что это? — мой голос немного дрожал от странного благоговения.

«Водяной плод, — повторил дракончик. — Съешь его и можешь не беспокоиться по поводу жары и жажды. Правда, я не знаю, насколько долго это чувство сохраняется у людей. И пить все же придется, но потребуется куда меньше воды. И если почувствуешь небольшой холод внутри — не пугайся, он будет слабеть по мере переваривания плода».

Реально? Не чувствовать ни жажды, ни жары. Не может быть. Такое встречается только в книгах или… А, ну точно. Моя ситуация как раз и подходит для книги. Нечему тут удивляться.

— Надо быть аккуратным с местной флорой и фауной, — Зоя отрезала кусок огурца, который шинковала для салата. — Вот ты встретишь такой овощ и подумаешь, что можно будет вкусно перекусить. Решишь, что ничего страшного не случится, это ведь простой огурец, а потом бац! — она с громким стуком опустила нож на разделочную доску. — И у тебя отваливается голова.

— Ты пытаешься развить во мне новую фобию? — провела пальцами по шее. — Не лишай меня огурцов.

— Это я образно, — объяснила подруга с улыбкой. — Голова, конечно, от поедания чего-то нового вряд ли отвалится, но вот отравиться можно. Так что, оказавшись в другом мире, всем попаданцам стоить помнить, что пожирание всего и вся — верная дорога на тот свет. И не факт, что вам дадут второй шанс и вернут обратно.

Так что я не спешила съесть водяной плод. И, видимо, слишком долго на него пялилась, непонятно чего ожидая. У дракончика заканчивалось терпение.

Я потерла ушибленный лоб, в который прилетел удар. Малыш коснулся лапкой собственного лба и укоризненного глядел на меня.

— Ты сам меня ударил, — напомнила ему. — Так что не смей смотреть так, словно я виновата. Зачем ты вообще это сделал?

«Время уходит, — он кивнул на мои руки. — Если плод оторвать от его питательного гнезда, то надо использовать его как можно скорее. Сила его теряется, и эффект становится уже не таким продолжительным. Он уже меняется».

И правда. Всполохи темно-синего были уже не такие насыщенные, да и общий цвет плода стал ближе к белому, чем к голубому. Если подумать логически, то он окончательно потеряет свои свойства, если станет полностью белым. Не хочется терять такую необычную прелесть.

— Ты ведь не хочешь меня отравить? — спросила поспешно.

«Человеки, — дракончик поморщил нос. — Ты спасла мне жизнь. Я бы не стал».

— Спасибо.

Плод лопался на зубах, как икринки. Я начала судорожно глотать что-то вязкое и сладкое, пока в моих пальцах не осталась лишь белоснежная шкурка. И да, эффект я почувствовала почти сразу — горло сковало холодом.

Я сделала выдох и увидела пар, вырывающийся из моего рта. Черт, как же это все удивительно! Вместо страха быть отравленной, появилось воодушевленное желание узнать еще что-нибудь новое.

— Поразительно! — я не могла сдержать улыбку. — Как будто к стоматологу сходила, и он мне весь рот заморозил, — захихикала. — Правда, без эффекта отключения нервных окончаний. Мне холодно, но я могу не бояться, что сгрызу собственные щеки.

«Ты грызешь собственный щеки? — его глазки расширились от ужаса. — Зачем? Это же больно. У вас что, совсем нечего есть? А как же вы потом восстанавливаетесь? Ты умеешь регенерировать?»

Малыш продолжал сыпать вопросами, а я улыбалась. Приятно знать, что я не одна, кто поражен происходящим. Мы с дракончиком в одной лодке под названием «Хочу все знать».

— Стоматолог замораживает рот, чтобы вылечить зубы, — пояснила ему. — И да, не все грызут свои щеки, но иногда случается. Слышала, что кто-то даже язык умудрился жевать. Ты просто не чувствуешь боли, вот и получается так.

«Зачем лечить зубы? Подождать, пока выпадет больной, а потом вырастет новый».

— У людей есть только два комплекта зубов. И после выпадения первого второй уже не заменяется. Только искусственной челюстью.

Пока дракончик переваривал известие о существовании вставной челюсти и искусственных зубов, я наполнила бутылку водой и попила прямо из озера — вода тут просто невероятно освежающая! А вместе с эффектом от водяного плода создалась невероятная комбинация. Это как съесть несколько мятных конфет и запить все ледяной водой.

— Как думаешь, мы скоро дойдем до города? Мы ведь не сбились с пути?

Мы сидели с дракончиком под тем самым деревом, которое спасало меня от солнца, и ели местные ягоды. Маленькие и бордовые, похожие на гибрид дикой малины и кедровых орехов. Знаю — странное сравнение, но на вкус очень даже неплохо и, самое главное, сытно.

Вместо ответа малыш прижался к земле. Я поняла, что он собирался сделать, слишком поздно.

Но он уже устремился в небо. Далеко не улетал, но мое сердце все равно сжалось от страха. Мы не встретили по пути никаких людей, больше шли по заросшим полям. Там сохранились следы пребывания людей, скорее всего, поля возделывали когда-то, но со временем забросили. Но все равно не стоило рисковать.

«Ты идешь правильно, — сообщил дракончик, приземляясь в мои руки. — Правда, надо взять немного левее и… Что?»

Вместо ответа я прижала к себе малыша и прогнала из головы неприятные мысли.

— Не делай так больше, — наказала ему. — Пока мы не убедимся, что вокруг безопасно, нужно быть осторожнее.

Я улыбнулась и провела пальцем по вытянутой мордочке.

— Все хорошо. Просто я не хочу, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое. Ты ведь теперь под моей защитой.

Жара спала. И, судя по расположению солнца и увеличившимся размерам трех лун в небе, день близился к концу. На улице было еще достаточно светло, но я уже видела, как на входе в город зажигали уличное освещение. И фонари очень были похожи на те, что были в моем мире до времен массового использования электричества.

Город оказался достаточно большим. Миновать стражников на входе оказалось легко. Двое мужчин в форме, которая отдаленно напоминала средневековую и с металлическими вставками вместо доспехов, внимательно следили за мной, пока проходила мимо них.

Я мысленно готовилась к тому, что они начнут расспрашивать, кто я и что тут делаю. И за эти короткие мгновения рядом с ними я успела сотню раз пожалеть, что не придумала никакой легенды. Слишком много любовалась пейзажами, чтобы подумать о чем-то таком важном.

— А в городах полиция есть? — прошептала едва слышно, но дракончик все равно услышал.

«Полиция?»

— Стражи порядка.

«Есть патрульные, и они бывают очень придирчивыми и злыми».

В принципе, ничего нового. Та же полиция, только под другим названием и в другой форме. Я очень надеюсь, что в ходу у местных нет аналога паспортов. Было бы очень неприятно очутиться в темнице из-за отсутствия прописки.

Я старалась выглядеть уверенно, чтобы меня не приняли за человека не из этих мест. Но этого было все равно недостаточно, я даже своим внешним видом привлекала внимание. Здесь никто не слышал про джинсы. Слава богам, что хотя бы некое подобие футболок наблюдалось. И да, кажется, местные дамы предпочитают носить платья и юбки.

— Смотри куда идешь.

Я отшатнулась назад, когда в меня врезалась грузная фигура. Бросив взгляд на незнакомца, который столь бесцеремонно нарушил мой покой, я открыла рот, чтобы отчитать его, но тут же захлопнула обратно. И дело отнюдь не в том, что я испугалась постоять за себя. Нет. Дело в том, кто меня задел.

Мужчина скользил по мне раздраженным взглядом, а глаза его напоминали желтые бусинки. Его рот был чуть приоткрыт из-за небольших бивней, которые торчали вверх. На одном из них виднелся скол.

— Орк, — пропищала я. В ответ ничего не последовало, мужчина удалился, чуть прихрамывая на одну ногу. И в свете заходящего солнца его кожа имела насыщенный зеленый цвет с вкраплениями желтого на шее. — Мама, — пропищала от страха и удивления. — Ох, Зоя, как же ты мне сейчас нужна! Просто жизненно необходима!

Я начала судорожно вспоминать, что я знаю об орках и подобных им созданиях. И первое, что пришло на ум, это их воинственность. Они агрессивны и любят драться. И то, что он находился в городе, пугало. Может, он ждет подходящего момента, чтобы на кого-то напасть? Например, на кого-то вроде меня — маленькую и беззащитную.

— Осторожно.

Я сама не поняла, что все это время пятилась. И вновь наткнулась на кого-то.

— Простите, — меня толкнули вперед собственная неуверенность и ужас.

Я развернулась, чтобы увидеть еще какое-нибудь существо из книжек и компьютерных игр, но передо мной никого не было. Я опустила голову и открыла рот.

— Простите, — прошептала ошеломленно.

— Все нормально, деточка. Ты, главное, под ноги смотри.

Махонькая старушка, едва достающая мне до бедер, мягко улыбнулась, не разжимая губ, и смотрела зелеными глазищами. И да, она не такая маленькая, как люди с карликовостью в моем мире, все у нее пропорциональное. Просто маленькая, пухленькая женщина с большими добрыми глазами.

— Простите, — повторила я с облегчением. — День сегодня такой насыщенный. Голова идет кругом.

— Я все понимаю, — кивнула она. — Если хочешь, можешь зайти ко мне, перевести дух.

— Спасибо, это было бы…

Я проглотила остаток предложения, ибо старушка улыбнулась, но уже широко. У нее был полный рот мелких клыков. И так много, что непонятно, как они вообще поместились в ее рот.

— …неудобно, — договорила я. — Я пойду.

Меня унесло с места просто молниеносно. Повернув голову, я увидела, как старушка смотрела мне вслед. И да, она, конечно, не выглядела разочарованной от побега своего обеда, но я все равно не останавливалась. Никто не заставит меня войти в чужой дом, где хозяин — чудо-юдо с острыми зубами.

Остановилась я лишь в каком-то переулке. Прижалась спиной к кирпичной кладке и перевела дух. Вот это сюрпризы. Я ожидала чего угодно, но не предполагала, что столкнусь сразу с парочкой пугающих незнакомцев. Ведь до них я видела только людей, и это усыпило мою бдительность.

— Нельзя расслабляться, — приказала себе. — Будь все время начеку. То, что ты с ними разговариваешь… Кстати, а почему я понимаю их?

«Потому что я тебя куснул, — немедленно ответил довольный дракончик. — Я же говорил, что моя слюна не ядовитая, а очень даже полезная. Можешь не благодарить».

Я услышала ухмылку в его голосе и улыбнулась. Ладно, все не может быть так плохо. Надо собраться и перестать шарахаться от каждого человека или не человека. Если я буду пялиться на всех и щемится по углам, то привлеку куда больше внимания. А я помнила про отсутствие местной прописки и темницы.

Прогуливаясь в поисках рынка или какого-нибудь торгового квартала, я замечала много нового. Что, несомненно, требовало большего изучения, но времени на это не было никакого.

Дома в городе вполне обычные, и материал, из которого они построены, отдаленно напоминали кирпич — те же форма и размеры, но с непонятными вкраплениями, при прикосновении к которым чувствовалось тепло. Дракончик на мой вопрос, что это может быть, ничего не отвечал.

Я стала свидетелем того, как местная детвора играла в нечто напоминавшее «классики». Только клеточек было больше, и передвигались дети не всегда на ногах. Когда одна из девочек легко перевернулась и встала на руки, я чуть не плюхнулась на мостовую. Совсем не «классики».

На местных пыталась не заглядываться. Хотя очень хотелось. Это похоже на что-то магнетическое. Когда я видела уши странной формы или мохнатые лица, меня тянуло к этому созданию. Приходилось кусать щеку изнутри, что причиняло боль, но отрезвляло.

Проходило время, а я продолжала испытывать восторг как ребенок, который впервые попал на ярмарку или в парк аттракционов. Столько нового и необычного!

«Я хочу есть».

— Я тоже, — прижала ладонь к животу. — И не мешало бы найти ночлег. Если я проведу еще хоть час на ногах, то свалюсь без чувств.

Я не смогла заставить себя подойти к кому-то из прохожих и спросить направление к рынку. Но, кажется, пришло время перебороть себя и сделать шаг. Что дома не переваривала социальные взаимодействия с посторонними, что сейчас. И неважно, сколько у них глаз и какой формы уши. Не умею выстраивать диалог с посторонними и все тут.

— Простите…

Мой голос дрогнул под самый конец, но я заставила себя не бежать сломя голову. Еще немного приблизилась к двум женщинам, которые, скорее всего, являлись людьми, как и я. По крайней мере, никаких заметных внешних отличий. Но, может, у них хвосты под платьями.

— Простите, — облизала нервно губы.

— Не жмись. Говори, что хотела.

Голос одной из женщин походил на карканье вороны, от которого у меня кровь застыла в жилах. Если она наполовину та самая птица, то я не удивлюсь.

— Не пугай девочку, Мака, — осадила подругу вторая женщина. — Не видишь, что она волнуется. Что ты хотела узнать, милая?

А у этой голос походил на перелив соловья. Высокий и красивый, уютный. Да и располагающая улыбка помогала справиться с нервозностью.

— Простите, — повторила снова. — Скажите, пожалуйста… Скажите, где находится рынок или, может быть, лавка, где я могу продать кое-что из своих вещей.

— Успокойся, дорогая, — попросила вторая дама. — Ты уже почти на месте. Иди дальше по улице, потом поверни направо, пройди еще немного до фонтана. Перейдешь его, и следующая улица будет торговой. Там ты найдешь лавки на любой вкус.

— Спасибо! Спасибо!

Я еще несколько раз поблагодарила ее и даже склонила голову. Мало ли, какие у них тут правила этикета.

— Скоро мы сможем поесть, — сообщила дракончику, спеша вперед.

«Хочу есть».

— У тебя там, кстати, должна быть еда, — вспомнив о ягодах, что набрала в той роще. — Если ты их, конечно, не умял уже.

«Где? Ничего не вижу и не чую».

Оглядевшись, я заметила выступ на одном из зданий и поспешила туда. Опустила рюкзак, чтобы аккуратно пошарить в нем и найти ягоды.

Громкий хлопок за спиной заставил меня обернуться. И в тот самый момент, когда потеряла рюкзак из поля видимости, тень мелькнула рядом. Все произошло как в замедленной съемке.

Я повернула голову. Рюкзака не было. Снова повернула голову. Рюкзак убегал. Точнее его уносили чьи-то короткие, но шустрые ножки.

— Вор! — раздался мой собственный голос. — А ну верни мою вещь, ворюга!

За двадцать пять лет своей жизни я ни разу не сталкивалась ни с чем противозаконным. Господи, я даже никогда в метро не проскакивала без билета. И меня саму никто не пытался обмануть. Но, кажется, этот мир сразу решил кинуть меня в самую гущу событий.

Бежать и кричать то еще занятие, особенно если воздуха не хватает и легкие горят. Я надеялась, что кто-то остановит вора и поможет мне, но все, кто попадался на пути, просто отступали. И как же это похоже на людей в моем собственном мире! Редко кто решит вмешаться и помочь. Хоть здесь что-то общее.

Я продолжала бежать, лавируя между зданиями и прохожими. Ноги начинали подводить, и в какой-то момент я чуть не упала на землю, но успела выставить ногу вперед. На миг замерла, переводя дух, и словила быстрый взгляд вора. Он усмехнулся и нырнул в подворотню.

— Не уйдешь.

В голове бился голос дракончика, который, видимо, чувствовал, что происходит нечто опасное. Он не звал меня и не кричал, но я разбирала тот самый скулеж, который привлек в лесу. Ему страшно, и я боялась представить, что будет, если незнакомец откроет рюкзак и увидит малыша.

— Стой! — вытянула руку вперед. — Пожалуйста! — мой голос полон мольбы.

Вор замер перед небольшой стеной, через которую уже был готов перемахнуть. Он продолжал стоять спиной ко мне, видимо, решая, достойна я его внимания или нет.

— Ты можешь забрать все мои вещи, — я облизала пересохшие губы. — Но, пожалуйста, дай мне забрать из рюкзака что-то важное. Мне наплевать на все остальное, но одно-единственное. Точнее, один-единственный, — сделав глубокий вдох. — Там мой друг, — все же решилась сказать. — Верни его и можешь уходить. Я больше не стану тебя преследовать.

Конечно, без рюкзака и всех вещей будет сложно, но я что-нибудь придумаю. Самое главное сейчас — спасти дракончика и придумать, куда его спрятать. Я не смогу ходить с ним открыто. Черт. Почему я не захватила кофту? Могла бы завернуть малыша в нее. Могу и футболку использовать, но ходить в белье по городу это явная дорога в темницу.

— Ты можешь опустить его и отвернуться, — сделала шаг вперед. — Обещаю, что не сбегу. Не могу объяснить, но нельзя, чтобы его кто-то видел. Это может быть опасно для твоих глаз, — мозг начал судорожно соображать. — Ты можешь ослепнуть, если взглянешь на него. Или превратишься в камень.

Здравствуйте, мифы Древней Греции и Медуза. Но это ведь какой-то фантастический мир, вдруг здесь подобное возможно.

Воришка медлил. Он обернулся, удерживая в руках рюкзак. На мгновение мне показалось, что он поверил и сейчас пойдет на встречу.

Звук разъезжающейся молнии был такой громкий, что практически оглушал. Я дернулась вперед, вытянула руку с желанием перехватить рюкзак или хотя бы закрыть незнакомцу глаза. Но слишком поздно. Я застыла от увиденного и услышанного.

— Чешуйка!

В голосе воришки было столько удивления на пару с облегчением, что это поразило. Ему определенно не впервой видеть драконов. И, кажется, мой найденыш ему хорошо знаком. По крайней мере, малыш высунулся из рюкзака и не выглядел при этом испуганным. И да, голос у незнакомца детский.

— Ты как тут оказался?

Воришка приподнял рюкзак и вгляделся в глаза дракончика. Напряжение на его лице сменилось на раздражение. Он казался рассерженным, и найденыш понимал это, потому отворачивался.

— Ты хоть представляешь, сколько мы тебя искали?

Мы? Что значит мы? У моего малыша есть еще какие-то знакомые люди? В таком случае, как он очутился в одиночестве в том лесу? Они плохо с ним обращались? Он сбежал? Я все сильнее хотела вернуть дракончика, но продолжала стоять на месте. Почему он не зовет меня?

— Все эти оправдания ты можешь приберечь до того момента, когда мы вернемся домой. Тебе придется долго объясняться.

Выходит, малыш все же разговаривает с воришкой, только с помощью телепатической связи, которую использовал на мне. Теперь все понятно. Правда, это совсем неудобно. Говори он вслух, я могла бы по интонации понять, что происходит и как надо действовать.

— Простите, — решаюсь заговорить. — Я все понимаю, но что тут происходит? Не могли бы вы говорить погромче.

«Прости, — раздается виноватый голосок. — Я иногда забываю, что надо дублировать слова».

— Почему ты извиняешься перед этой… — незнакомец поморщил нос. — Кто ты вообще такая? И зачем украла Чешуйку?

— Чешуйка, — повторила. — Так, это твое имя, малыш?

«Да, — он улыбнулся. — Меня так называли из-за цвета чешуи. Но ты ведь и сама ее видела».

Так и есть, видела. То, что приметила при свете фонаря в лесу, оказалось куда более впечатляюще на солнце. Его чешуя переливалась, как у хамелеона. Он как маленькая летающая радуга с хвостом. Посмотришь под одним углом — такой цвет, взглянешь под другим — уже поменялся. Я потратила полчаса, разглядывая нового друга, пока он позировал и выхаживал передо мной.

— Кто ты такая? — повторил воришка.

Он сделал шаг вперед, выходя из тени, и я, наконец, смогла разглядеть его лицо. Перемазанное в саже или грязи, оно все равно было очень милое. Эти припухлые детские щечки вызывали желание затискать мальчишку. Точно, мальчишка! Теперь понятно, почему он такого роста. На вид лет тринадцать, может, четырнадцать. Самый настоящий подросток, а с ними, как известно, много проблем.

— Смените тон, молодой человек. Вы, в конце концов, разговариваете с взрослым человеком, а не своим ровесником. Кто занимался вашим воспитанием?

Я сама удивилась своим словам. Никогда подобным образом не разговаривала даже с детворой во дворе моего дома. Я всегда была за равное общение, без взглядов свысока. Но моя выходка сработала. Мальчишка выглядел пристыженным и самую малость виноватым. Хотя только на миг.

— Я с грязными людишками не разговариваю, — поморщился он. — Тебе повезло, что здесь нет дедушки, а иначе…

«Не надо, Рор, — попросил Чешуйка. — Она мне помогла. Она спасла меня из ямы егерей в лесу и помогла добраться до города. Ей можно доверять».

— Спасибо, малыш, — улыбнулась дракончику. — Но ты не должен мне доверять только потому, что он так сказал, — обращаясь к подростку. — Я прекрасно понимаю, что местные бывают неоправданно жестокими. И ты имеешь веское право подозревать каждого встречного на своем пути. Но я не такая, как они.

— И почему же? — фыркнул мальчишка. — Только потому, что помогла моему другу? Это не значит ничего. Это может быть твоим хитрым планом, который…

— Я не из этого мира, — оборвала его пылкую речь. — Я не из этого мира, — повторила тише и тверже. — И у меня нет никаких причин желать кому бы то ни было зла, особенно милым и красивым дракончикам.

Хвост Чешуйки появился из рюкзака, и он замахал им, словно радостный пес. Я улыбнулась.

— С чего я должен тебе верить?

Мальчишка все еще смотрел подозрительно, но в его голосе уже не слышалось презрение. И я его ничуть не осуждала. Если бы моих близких пытались истребить, тоже бы бросалась на каждого, с кем столкнусь.

«У нее есть железная повозка, — малыш ответил за меня. — Я сначала думал, что это животное, которое жутко воняет, — он вспомнил про бензин. — Но потом оказалось, что эта штука возит вещи и людей, — его спешное объяснение на мгновение прервалось. — А еще она не понимала меня, пока я ее не куснул. Она хорошая, Рор. Ты не должен на нее злиться».

— Я сам решу, что должен, а что нет, — огрызнулся подросток, но беззлобно. — Тебе в этой штуке вообще удобно? — он поднял рюкзак над своей головой.

«Да, тут мягко, — дракончик начал шевелиться. — Прохладно, — он завертелся сильнее. — И можно…»

Мальчишка вскрикнул, не удержав рюкзак с драконом, который решил устроить в нем танцы. Я успела подхватить рюкзак почти у самой земли, но он все равно чуть накренился. Чешуйка закричал, цепляясь коготками за плотный материал, и удержался внутри рюкзака. Но на землю все же кое-что вывалилось.

— Где ты это взяла!?

Подросток молнией бросился вперед и схватил выпавшую картошку. Он не сжимал ее, а держал, словно это нечто дорогое. Его глаза блестели от восторга, пока разглядывал корнеплод.

— Ммм… что происходит?

Мальчишка проводил кончиками пальцев по круглому боку картошки, и это выглядело так, словно он преисполнился божественным благословением.

— Нет, нет, нет! — я выхватила корнеплод из тонких пальцев.

— Стой, — он попытался перехватить мою руку. — Я лишь один раз видел плод коалона. Но никогда не касался его и никогда не пробовал. Говорят, что нет ничего вкуснее в этом мире.

Теперь была моя очередь смотреть на подростка с подозрением.

Коалон? Что это такое? Как картошка может быть самой вкусной едой? Я не говорю, что картошка невкусная, но это ведь базовый продукт. И в ней нет ничего удивительного. Но, эй, я забыла в каком месте нахожусь. Может, в этом мире картошка и правда на вес золота.

— А сколько этот коалон может стоить?

— Много золотых, — расширились глаза мальчишки. — А у тебя есть еще?

— Есть, но не здесь. Слишком тяжело было бы идти.

Подросток беспрестанно кивал на каждое мое слово. О, как все поменялось. Десять минут назад и слушать меня не хотел, а сейчас чуть ли в рот не заглядывал.

— Так что, этот плод можно продать и выручить за него немного денег?

— Можно, и я даже знаю где, но надо быть настороже. Если кто-то прознает о наличии у тебя такого богатства, то может захотеть выкрасть его.

— Я постараюсь не светиться, — спрятав картошку во внешний карман рюкзака. — Ну ладно, пойдемте, надо успеть до наступления ночи продать плод и снять комнату в местном мотеле.

— Ты хочешь, чтобы мы пошли с тобой?

Я улыбнулась мальчишке:

— А ты думал, я вас на улице оставлю?

Подросток робко переминался с ноги на ногу, пока Чешуйка переводил взгляд с меня на него и обратно. Видно, что дракончик волновался, чем все закончится.

— Пошли, — схватила я грязную ладошку. — Все хотят есть, одного тебя ждут.

Погоня помогла не только отыскать надежного проводника и друга дракончика, но и привела к торговой улице. Большинство лавок еще работали, и можно было увидеть их владельцев, что ожидали снаружи, сидя на крылечках и маленьких скамейках. И это выглядело очень мило. Напоминало узкие улочки где-нибудь в маленьком прибрежном городке Италии.

Я и тут старалась не пялиться по сторонам, но было сложно. На прохожих почти не смотрела, но вот товары привлекали внимание. На одном из лотков под навесом я наткнулась на многочисленные колбочки всевозможных форм и размеров. Но даже не они привлекали внимание, а то, что внутри. Я увидела клубящийся дым в одном из маленьких сосудов.

— У тебя хороший вкус, красавица, — раздался томный голос, и через мгновение я увидела его владелицу — красивую женщину в чем-то, напоминавшим чалму. Ее густые волосы струились по плечам и спадали на грудь, как змеи, а жирно подведенные черным глаза привлекали внимание. Коралловые губы изгибались в сладостной улыбке, и между ними мелькнул тонкий змеиный язык.

Кто-то другой со змеиным языком мог бы оттолкнуть меня, но эта женщина пленила. В ее глаза хотелось смотреть и тонуть в них. Желание остаться было так велико, что я даже забыла про свои обязательства. Никакой ночлег уже не был важен, главное — быть рядом с ней.

Мои руки жили собственной жизнью, пока я перехватывала рюкзак. И я заметила, как глаза женщины загорелись огнем нетерпения, пока я медленно открывала молнию на маленьком кармашке спереди. Но ничего достать из него я не успела.

Я повернула голову к мальчишке. Но он не смотрел на меня. Вместо этого его глаза, наполненные яростью, устремились на женщину. Он сжимал кулак на одной руке, а второй взял меня под локоть.

— Не смей промывать ей мозги, наг, — выпалил он тихо, не желая привлекать внимания.

— Что дракон забыл в городе? Никак решил умереть? — ее голос больше не елей, а глаза не магнит.

Я встряхнула волосами и помотала головой, прогоняя наваждение. Черт возьми, меня же чуть не загипнотизировали. Я почти отдала этой незнакомке наш ценный ресурс — картошку. Желание угодить ей и подарить что-то ценное было так непреодолимо. Я знала, что мне будет хорошо, если я удовлетворю ее жажду золота.

— Да как ты посмела? — приблизилась к лотку. — Сейчас как позову стражу и скажу им…

— Что? — она ухмыльнулась. — Что таскаешься с драконом? Зови, им будет очень интересно услышать об этом. Барольд ждет не дождется, когда последние остатки этого племени сгинут. Мерзкие твари.

— Тебе не стоит забывать об одном, — мальчишка сделал пару шагов назад, уводя меня за собой. — Как только он покончит с нами, то примется за вас. И в этот раз мы больше не придем вам на помощь.

Он развернулся и ушел, почти таща меня за собой. Все не так просто в этом мире, и мне надо поскорее узнать что к чему.

— Ты расскажешь, что случилось? — я ускорила шаг, чтобы поспевать за мальчишкой. — Кто была эта женщина? Ты назвал ее нагой, кто это? Они такие же, как драконы? Матерь божья, — хлопаю себя по губам. До меня только что дошло. Она не могла знать о Чешуйке в моем рюкзаке, а, значит, назвала драконом… — Так ты тоже дракон?!

— Я расскажу тебе все позже, — зашипел мальчишка. — Не стоит привлекать внимание.

Мы одновременно оглянулись, но никто не смотрел на нас. Хотя, может, я просто не видела каких-то скрытых глаз. Здесь вообще водятся существа, которые могут становиться невидимыми? Стоит, например, такой за моей спиной и слушает каждое слово. Настоящая жуть.

— Нам необходимо двигаться, — мальчишка снова пошел вперед, — если мы хотим получить золото.

— Да, конечно… — Я прибавила шаг. — Слушай, а ты так и не сказал мне своего имени. Я слышала, что Чешуйка называл тебя Рор. Это твое имя или прозвище?

— Рор — это для мелких, — объяснил мальчишка. — По крайней мере, так было в самом начале. Но сейчас все меня так называют. Так что ты тоже можешь.

— Но твое полное имя другое? — понимающе спросила я.

— Да, — он кивнул и подмигнул мне. — Но расскажу я тебе только после того, как посчитаю достойной.

Я фыркнула:

— Ну и самомнение у вас драконов.

Мы еще недолго шли по улице, когда Рор затянул меня в переулок. Там среди куч какого-то хлама оказалась дверь. Над входом висела вывеска с изображением руки, от которой топором отсекалась ладонь, и из этой ладони падала пригоршня золотых монет.

— Нам точно сюда? — сглотнув, спросила.

— Да, — Рор открыл дверь и толкнул меня внутрь. — Здесь не станут задавать лишних вопросов.

Из темного переулка мы попали в довольно светлое и очень даже уютное помещение. Я снова покрутила головой, стараясь разглядеть как можно больше. И мягкий свет, лившийся из-под потолка и, казалось, исходивший прямо из воздуха, мне в этом помогал. Тут освещение магическое!

— Зачарованные струны с Юга. Напитываются магией и используются в качестве источника света. Они такие тонкие, что вы их практически не видите, но тьму разгоняют потрясающе.

Я повернулась в сторону голоса и встретилась глазами с мужчиной за стойкой. У него был цепкий, внимательный и немного тяжелый взгляд, что не сочеталось с приветливой улыбкой. Мне показалось, что он тоже не совсем человек, и дело не во внешности — я не видела никаких отличий, но чувствовала нечто противоестественное, глаз не цеплялся за конкретные участки лица или фигуры, словно кто-то не давал сосредоточиться и рассмотреть нормально.

— У вас есть, что мне предложить?

Рор кивнул мне и вернул взгляд на лавочника. Кажется, мальчишка тоже чуял неладное. Или, может, знал, что происходит?

— Сколько вы дадите за это? — я преодолела небольшое расстояние до стойки и опустила на нее картошку. Одинокую, слегка грязноватую, картошку. В ней не было совершенно ничего привлекательного.

— Коалон… — лениво произнес мужчина.

Он сделал вид, что ему неинтересно, но по тому, как ловко и быстро его пальцы схватили овощ, не оставалось никаких сомнений — он заинтересован. Очень заинтересован.

— Сколько дадите за него?

Я сжалась от напряженного ожидания, замечая, как мужчина осматривал нас с мальчиком. Потом он посмотрел на дверь и поджал губы, что-то обдумывая. И если верить словам Рора, что это невероятно редкий продукт, то лавочник может захотеть получить его даром. А для этого ему надо просто устранить нас.

— Если мне понравится цена, я обращусь к вам еще, — мой голос немного дрожал, и я надеялась, что он этого не заметит.

— Есть еще? — теперь мужчина не сдерживал своего жадного интереса.

— Да, — сжав кулак под стойкой, я обдумывала каждое слово. — Но не здесь. Принесла этот плод для проверки. Не стану же я таскаться с подобным сокровищем по всему городу.

— Вы правы, госпожа, — лавочник расплылся в улыбке. — Жители нашего города те еще жулики. Не все, конечно, но многие. К примеру, я никогда не обманывал тех, кто ко мне приходит, а это нынче огромная редкость.

Я смотрела в его глаза, пытаясь понять их цвет, но все продолжало путаться. И вдруг я почувствовала, как руку сжали чужие пальцы. Взглянула вниз, и поняла, что это Рор подошел ближе.

— Сколько? — мне хотелось поскорее выяснить, кто передо мной.

— Товар поистине уникальный. Плод, растущий только в королевских садах Грасо и достойный лишь королевских столов. Он…

— Говори быстрее, — подгонял Рор лавочника. — Мы и так знаем, что это.

Мужчина скривился и замолчал.

— Десять золотых, — процедил он сквозь зубы. — Мог бы дать и пятнадцать, но плод маловат.

Маловат? Да это же средняя картошина, не слишком большая и не маленькая. Самое то. Ишь, какой наглец, на бабулину картошку гонит!

— Двенадцать, — хлопнула ладонью по стойке. — Или мы пойдем в другое место.

Атмосфера в помещении поменялась. Я повела плечами от ощущения холода на коже и покосилась на мальчишку. Рор выглядел так, будто готов прыгнуть на лавочника в любой момент. Что случилось?

— Вы умеете торговаться, — улыбнулся мужчина. — Так и быть, дам двенадцать… в счет нашего дальнейшего сотрудничества.

Он потянулся под стойку и через секунду шмякнул на нее мешочек. Я услышала перезвон монет. Потянула руку, но Рор оказался проворнее.

Мальчишка снова дернул меня за собой. Я обернулась, чтобы попрощаться с лавочником, но слова застыли от ужаса — на мгновение показалось, что у него нет лица.

— Кто это был?

Я затормозила, только когда мы оказались на освещенной улице, подальше от того переулка.

— Тип, с которым тебе не стоит связываться, особенно если находишься в одиночестве, — Рор перевел дух и прислонился к стене. — Я расскажу тебе чуть больше, надо только передохнуть.

И правда, что-то мы задержались. Осмотревшись по сторонам, я увидела так необходимую нам вывеску с изображением тушки, чем-то напоминавшей жареного цыпленка, который держал в одной лапе стакан с напитком, лежа на кровати. Фантазии у местных хоть отбавляй.

Я указала Рору на вывеску.

— Нам туда надо.

Таверна оказалась точно такой же, как я себе ее и представляла, имея в запасе воспоминания из всяких фильмов и сериалов. Большой зал со столами и скамейками. Длинная барная стойка, за которой стоял грузный хозяин. Тусклый свет, множество разномастных запахов, впитавшихся в воздух и осевших на коже. Ну и, конечно же, куча завсегдатаев.

Очутившись на пороге, мы с Рором тут же привлекли внимание, но оно не длилось долго. Собравшиеся скоро вернулись к своим занятиям, забыв про странную девушку и ее маленького спутника. Что ж, это нам на руку. Больше я не хотела ни с кем взаимодействовать.

— Добрый вечер, — пришлось повысить голос, чтобы хозяин таверны услышал. — Не могли бы вы…

— Что нужно? — оборвал мужчина, чей голос был глух, думаю, из-за густой бороды.

— Нам нужна комната. Две горячие ванны. И ужин на четверых.

Не знаю, как много едят драконы, но если вспомнить, как Чешуйка уминал ягоды, то обычной порции этим двоим точно не хватит. А я хотела, чтобы они, наконец, достаточно наелись. Да и самой не мешало бы набить желудок, который уже прилипал к позвоночнику.

Хозяин оглядел меня, потом посмотрел на мальчика.

— Пятьдесят серебряных, — ответил мужчина. — В цену входит плотный завтрак.

Пятьдесят серебряных — это половина золотого. Пока мы направлялись к таверне, Рор успел рассказать про денежный курс. Все, как в моем мире. Сто к одному. Один золотой — это сто серебряных момент. Одна серебряная монета — это сто медных. Вполне логичная и удобная система.

— Держите, — опустила золотой на стойку.

Взгляд хозяина даже не поменялся при виде золота. Он равнодушно взял желтый кругляш в руку и попробовал его на зуб. Мда, про микробы тут, кажется, мало кто слышал, или им все равно.

Получив сдачу, я спрятала монетки в карман джинсов и выжидающе смотрела на мужчину.

— Кьяра! — зычно крикнул он, повернув голову в сторону неприметной двери.

Через мгновение из нее появилась худенькая девушка чуть старше Рора. Она улыбалась, глядя на мужчину:

— Да, папа.

— Отведи гостей в большую комнату, — скомандовал он. — Приготовь им постели и скажи брату, чтобы натаскал две бадьи горячей воды. — И он обратился ко мне: — Ужин вам принесут чуть позже, Если нужно будет что-то еще, скажете моей дочери, она все сделает или передаст мне. Доплачивать ничего не надо.

— Спасибо.

Я улыбнулась искренне и устало. Пусть хозяин таверны выглядел грозно и неприветливо, он не внушал страха. Совсем наоборот. Он чем-то похож на моего физрука в университете. Хороший был дядька, мы его между собой называли плюшевым мишкой. Никогда не заставлял меня сдавать нормативы.

— Идемте за мной.

Кьяра ловко лавировала между столиками и улыбалась посетителям. И да, видно, что в таверне действуют жесткие правила, даже изрядно подвыпившие гости не позволяли себе никаких вольностей в сторону хозяйской дочки — с таким отцом никто не пожелает связываться.

Нас повели на второй этаж. В какой-то момент я почувствовала, как Рор цепляется за рюкзак. Повернула голову и заметила, как мальчишка зевнул. Оно и понятно, сегодня у нас всех был насыщенный день. Неудивительно, что мальчишка еле стоял на ногах. Чешуйка, кажется, вообще давно потух.

— Ваша комната, — Кьяра открыла дверь и пропустила нас внутрь. — Подождите немного, сейчас принесут бадьи, и вы сможете принять ванну, — она все так же улыбалась. — Ужин доставить сейчас или после того как помоетесь?

— Сейчас, — мой живот выбрал подходящее время, чтобы заурчать. — И если можно, не могли бы вы найти для меня какую-нибудь чистую одежду? — указала на свои испачканные вещи. — Я постираю свои, но ночью мне надо в чем-то спать.

— Оу, конечно, — девушка кивнула. — Я что-нибудь придумаю.

Она поспешила уйти, но я остановила и вложила в ее ладонь одну серебряную монетку. Глаза Кьяры расширились.

— Простите, но я не могу ее принять, — она вернула деньги. — Папа сказал, что вам не нужно ничего доплачивать. К тому же я бы и так вам помогла. Это ведь простая одежда. Девушки должны помогать друг другу.

Звучало очень знакомо. Так говорит еще одна из моих знакомых, проповедующая идеи феминизма, и я с ней солидарна. Удивительно, а показалось тут что-то вроде средневековья.

Когда Кьяра ушла, я сняла рюкзак с плеч и открыла его. Чешуйка тут же выбрался на волю. Он потягивался и разминался от долгого пребывания в мягком плене. Его хвост снова забавно подергивался в разные стороны. Рор приземлился рядом с ним на постель.

— Спасибо, — мальчик заглянул в мои глаза. — За то, что взяла нас с собой. Ты не обязана была…

— Мы уже говорили об этом, — не желала я слушать его благодарности. — Мы в одной лодке. По крайней мере, пока.

Оставив дракончиков отдыхать, я направилась в другую часть комнаты, отделенную переносной стеной. Здесь стояла еще одна кровать, довольно большая. Небольшой комод и тумбочка. На тумбе подсвечник оригинальной формы в виде цветка, чьи лепестки и держали свечу. Рядом находились длинные, тонкие палочки с темными концами. Наверное, аналог спичек.

— Ты хотел рассказать мне о той женщине, которая была на той улице.

Дверь мы закрыли, так что не стоило переживать о посторонних, которые могли услышать наш разговор. Правда, говорят, что и у стен есть уши, но мы просто будем говорить тише, чтобы даже мыши нас не слышали.

Я вернулась к своим попутчикам, которые уже устроились за небольшим круглым столом возле окна. Постель оказалась подправлена, так что не догадаешься, сидел на ней кто-то или нет. Кто бы ни воспитывал этих дракончиков, он привил им дисциплину.

— Она нага, — даже в спокойном тоне мальчика угадывались неприязненные нотки. — Наги когда-то были союзниками драконов. Союзниками, которые всегда с удовольствием пользовались нашей дружбой и нашим положением, пока не пришло время проверить правдивость их обещаний. Они отвернулись от нас, когда Барольд начал на нас охоту. Некоторые даже помогали людям, желая выслужиться перед королем и заработать положение при дворе, — он неожиданно ударил кулаком по столу. — Трусы, которые не догадываются, что со временем их ждет участь, подобная нашей!

Я сглотнула, услышав жесткое окончание небольшого монолога. И да, у Рора есть все основания ненавидеть ту женщину. Если все реально так, как он говорит, то честь ему и хвала. Я бы не сдержалась, увидев своего врага.

— Так ты правда дракон, как Чешуйка?

Услышав свое имя, малыш перестал расхаживать по полу и вынюхивать что-то. Он подбежал к столу, радостно размахивая хвостом, как пропеллером. Хоть кто-то умудрялся оставаться довольным в нашей компании.

— Я дракон, — подтвердил мальчик. — Но я не могу принять свою истинную форму. Так же как и Чешуйка не может обратиться в человека. Мы лишились такой возможности после того, как… — он замолчал. — Прости, я бы хотел тебе рассказать, но это не моя тайна. Не думай, что я не доверяю тебе, — поспешил он заверить, — но только дедушка вправе впускать кого-то нового в нашу компанию и делиться этими знаниями.

— Я понимаю, — кивнула ему. — И благодарна, что ты смог хоть что-то мне объяснить. Теперь я буду осторожна с теми, у кого змеиный язык.

— И длинный хвост, — добавил Рор. — Его не было видно из-за лотка, но он есть, и наги умеют им пользоваться. Я слышал истории о том, как с помощью хвостов они умудрялись сковывать драконов, что давало людям возможность их связать.

Меня передернуло от ужаса. Ни один ребенок не должен переживать такой ужас, какой постиг его народ.

— А кто был тот лавочник? — поспешила я перевести тему. — Я так и не смогла его нормально рассмотреть, как будто фокус на его лице и фигуре расплывался. А когда мы выходили из лавки, мне почудилось…

— У него не было лица? — закончил мальчик.

— Мне так показалось, — не видела смысла скрывать.

— Это мирмик, — сыпал Рор новыми названиями. — Никто не знает, как они выглядят в своей настоящей форме. А если и знают, то не говорят. Эти существа используют магию подмены, фантомную внешность, чтобы жить в городах. На самом деле они безобидные, правда, временами чересчур прилипчивые, особенно если им кто-то понравится. Но в целом вполне спокойные и адекватные.

— Тот лавочник не выглядел безобидным, — вспомнила ужас, что струился по моим венам.

— Потому что он находится на теневой стороне. И на ней даже самый распрекрасный эльф будет казаться чудовищем, от которого ты захочешь сбежать, но не получится.

Мне, может, надо было испугаться и закончить разговор, но вместо этого я подскочила и наклонилась над столом, чтобы видеть лицо мальчика ближе.

— Тут водятся эльфы? — выдохнула я пораженно. — Самые настоящие эльфы с острыми ушами и прекрасными ликами?

Не буду скрывать. В свое время принц одной лесной страны покорил мое сердце отвагой и умением стрелять из лука. Мое сердце билось чаще при виде него. Я мечтала, чтобы он появился передо мной, взял на руки и ускакал вместе в свое королевство, где я бы стала его невестой. Но, увы. Он существовал только в книге и на телевизионном экране.

— Только не говори, что ты из тех, кто сходит с ума от этих ушастых? — сморщил Рор нос.

— Не говори глупостей, — отмахнулась от его слов. — Я и по драконам тоже с ума схожу, — щелкнула Чешуйку по носу. — Но я никогда в жизни не видела настоящих, живых эльфов.

— В твоем мире их истребили? И драконов?

— Нет, — успокоила распалившегося мальчишку. — Просто в моем мире нет никого, кроме людей. Некоторые ученые говорят о существование внеземной жизни, но пока никаких подвижек в этом направлении нет.

«Только люди?» — не поверил малыш.

— Бывает и так, — пожала я плечами.

Не успел Рор задать новый вопрос, как раздался стук в дверь.

— Ужин, — прозвучал голос Кьяры.

Я потерла ладони.

— Кто готов поесть?

Проснуться бы утром под звуки птичьих трелей, когда твое лицо обдувает теплый ветерок, и солнечные лучи щекочут нос. Это возвращает в дни далекого детства и юности, когда жила в деревне. Услышать бы, как ба с дедом переговариваются в кухне, и шкворчит масло, пока жарятся оладьи. Ничто не сравнится с этим забытым ощущением домашнего уюта.

Услышав голоса, я не спешила открывать глаза, наслаждаясь пребыванием в отчем доме. Но чем острее становился мой слух, тем быстрее я понимала, что говорящие — не мои родные.

— …Ты еще слишком мал, чтобы понять, — прошептал Рор.

«Мне и не надо быть взрослым, чтобы понять, когда человек хороший, а когда нет. Она мне помогла, ты не можешь этого отрицать».

Я понимала, как Чешуйка хорохорится, отстаивая мое право находиться рядом с ними. Немного обидно, что Рор все еще продолжает не доверять мне даже после всего, что случилось вчера. Но и винить его нельзя. Если бы моих близких подвергли геноциду, я бы тоже на всех смотрела с подозрением.

«К тому же она не из нашего мира, и мы должны ей помочь».

— Да с чего ты взял?! — не сдержался мальчишка от громкого фырканья. — Она могла наговорить, что угодно. И да, я ей ни на секунду не поверил вчера. Не говорю, что она врет, но и слепо верить тоже нельзя. Помнишь, чем закончилась наша доверчивость?

«Я помню, — рыкнул Чешуйка. — Дедушка всем нам рассказывал о случившемся. Не только ты самый умный».

— Я не говорил…

«В лесу я видел то, что видел, — не дал он договорить собеседнику. — У нее есть та железная повозка и все эти странные вещи. К тому же она владеет плодами коалона. Много ли ты видел местных, которые могут позволить себе хоть один плод? Нет, такое доступно либо знати, либо магам. И да, на магичку она не похожа».

— Ладно, предположим, что она путешествует между мирами, — пошел на попятную Рор. — Хочешь сказать, что она тоже дракон?

Тоже дракон? Что это значит? Я продолжала прислушиваться к разговору. И пусть подслушивать некрасиво, но речь шла обо мне, так что я не собиралась упускать возможность услышать что-то новое. Что мальчишка имел в виду, говоря, что я могу быть драконом?

«Я не знаю, — звучал голос дракончика удрученно. — Но дедушка мог бы сказать, — воодушевился он. — Нам нужно только познакомить их, и тогда все встанет на свои места».

— Ты слишком оптимистичен для того, кого ждет наказание за уход. Ты ведь не забыл, что нарушил дедушкин запрет?

«Помню, — тяжко вздохнул малыш. — Но зато я нашел Свету».

Ладно, это мило. Но пора заканчивать играть в шпиона. Все равно вряд ли они скажут еще что-то полезное. Рор определенно не собирался делиться фактами без одобрения их дедушки.

— Два говорят, а один спит, — села я на постели. — Звучит как начало для анекдота или жестокого триллера, — прищурившись, разглядела парочку. — Надеюсь, сейчас не ранее утро?

Я очень на это надеялась, потому что вчера я не смогла уснуть сразу. Все время, пока ужинала и принимала ванну, думала, что отрублюсь сразу, как только голова коснется подушки. Но нет, мой организм был слишком перевозбужден событиями.

Видано ли дело, заснуть не просто на новом месте, а в новом мире! Я глядела в потолок, прислушиваясь к сладкому посапыванию Чешуйки, который развалился на подушке рядом с Рором. Дракончик наелся от пуза и спал на спине, показывая свой раздувшийся нежный животик.

— Я и правда в другом мире… — шептала себе под нос. — И что теперь делать? Как вернуться обратно?

Я долго обдумывала, как поступить дальше, прежде чем отключиться. Перед этим я все же умудрилась попросить жениха мне присниться, раз уж сплю на новом месте. Эти слова сами появились в голове и звучали голосом бабушки.

Вот почему я сейчас чувствую себя немного разбитой. Сон мне приснился тот же самый, но уже с куда большими подробностями. Теперь я видела блеск металла и слышала лязг цепей. А мужской голос куда-то звал меня, и желание последовать за ним было непреодолимым. А потом мальчишки меня разбудили.

— Сейчас полдень, — Рор поднялся с постели, и я увидела, что на нем чистая одежда. — Кьяра принесла твои постиранные вещи, — он кивнул на спинку кровати. — И еще еду. Правда, каша, скорее всего, остыла, но есть можно.

— Хорошо, — я выбралась из постели.

На мне была длинная ночная рубашка, из-под которой виднелись простые хлопковые штанишки, похожие на те, в которых я спала дома. Очень удобно и придавало чувство безопасности, в отличие от ночной рубашки.

— Вы поели? — приблизилась к столу.

— Да, — кивнул Рор. — Спасибо, что позволила нам…

— Хорошо, тогда я сейчас поем, — устроилась за столом, — переоденусь, умоюсь, и можем отправляться на рынок. Хотя перед этим надо будет заглянуть в тот переулок, где мы вчера продали плод. Наверняка у того странного продавца есть необходимая мне вещь или артефакт, — размышляла я, не смотря на парочку. — Если я правильно помню, то с помощью магии можно сделать многое…

— Зачем нам отправляться на рынок? — встрял Рор. — И к чему мирмик? Ты сказала, что он выглядел жутким, а теперь собираешься вернуться к нему. Это нелогично и опасно.

— На рынок нам надо за вещами и продуктами, — посмотрела на мальчишку. — Или ты думал, что я отправлюсь в горы, не подготовившись? Не знаю, какие у вас тут горы, но в моем мире…

— Ты хочешь пойти с нами?

Я закатила глаза. Кто-то должен объяснить подростку, что перебивать людей нельзя. И не только взрослых, а вообще всех. Можно упустить много интересного, если не вовремя открыть рот.

— А ты надеялся, что я выйду за эту дверь, — кивнула на выход, — и мы больше никогда не увидимся?

Мальчишка молчал, а Чешуйка запрыгнул на второй стул, и его голова показалась над столом. Малышу тоже интересно, о чем мы говорили. Конечно, он ведь так рьяно отстаивал моё право на путешествие с ними.

— Знаю, что ты не доверяешь мне до конца, — увидела, как Рор поджал губы. — И я не обижаюсь. Это нормально. Но поверь, я не желаю вам зла. Я никому не желаю зла. Я вообще пацифист и предпочитаю решать все конфликты с помощью диалога. Ну, а если собеседник не понимает, — начала искать глазами рюкзак, — то для веского аргумента у нас есть саперная лопата.

— Ты ведь даже не знаешь, кто мы и что происходит вокруг нас. Не знаю, откуда ты пришла, но уверен, что и в твоем мире лучше обходить стороной тех, на кого охотятся сильные мира сего.

Когда мы ужинали вчера, и Рор с Чешуйкой дурачились, я поверила, что они и правда дети. Малыш, понятно, даже в облике дракона остается маленьким непоседой. Но и Рор наконец смог расслабиться и отпустил себя. Пропало напряжение и жесткая подозрительность из глаз. Но наступило утро, новый день со своими проблемами — и передо мной вновь взрослый в теле подростка.

— Спасибо, — улыбнулась ему мягко, заставляя оторопеть. — Спасибо, что пытаешься оградить меня от проблем, но я уже решила.

У меня нет выбора. Вот к чему я пришла в мыслях ночью. Мне больше ничего не остается, кроме как следовать за этими мальчишками. Кто бы или что бы меня ни перенесло в этот мир, уверена, это нечто хотело, чтобы я столкнулась с драконами. Как еще объяснить присутствие Чешуйки в том лесу?

— Запомни самую важную истину, — Зоя смотрела на меня поверх новой книги, на обложке которой изображен дракон. — Попаданцев обычно не переносят просто так. Они всегда играют какую-то важную роль в мире. Поэтому отсидеться ни у кого не получится, приключения с проблемами сами найдут тебя, как бы хорошо ни скрывался. Лучше сама иди вперед, и тогда сможешь взглянуть своей судьбе в лицо.

Так что я решила отправиться с драконами, куда бы ни завела нас дорога. К тому же каким я буду взрослым, если отпущу мальчишек одних? Они, конечно, и сами могут о себе позаботиться, это даже не обсуждается. Да и в своем мире они больше разбираются, чем я. Но они все еще дети, и я не собираюсь оставлять их одних. Ну и, если говорить откровенно, деньги-то все у меня.

— Я буду прислушиваться к тебе, — объяснила свою позицию Рору. — Вы оба в своей стихии и можете думать, что я ничего не понимаю, но это не так. Я понимаю, на что подписываюсь, и готова. Знаю, что дальнейший путь может оказаться не из легких, но я не стану для вас обузой, — сжала его ладонь. — Дай мне шанс, Рор. Обещаю, я не из тех людей, которые обижали тебя.

Мы оба замерли. Краем глаза заметила, как Чешуйка замотал головой, глядя то на меня, то на своего друга. Его хвост взволновано стучал по стулу, но это не нарушало напряженного молчания.

Я мальчишку не торопила, позволив ему самому сделать выбор. И не сдержала улыбку, когда почувствовал ответное пожатие ладони.

— Так зачем тебе мирмик? — Рор уселся за стол напротив.

— Ничего особенного, — я разложила по маленьким тарелками бисквиты с кремом и поставила перед мальчиками. — Просто надо кое-что у него заказать, и, кажется, мне придется прилично потратиться.

«Что нужно?»

Чешуйка вскинул голову, и его мордочка оказалась перемазанной кремом. Дети всегда дети, пусть и хвостатые.

— Ничего особенного, — стерла крем с пасти малыша. — Но если мы хотим отправиться в поход, то нам понадобится множество вещей. А как их транспортировать, если у нас нет телеги или кареты?

— Мы можем сами нести, — пожал Рор плечами.

— Уверена, что драконы очень сильны, но даже вам не удастся унести все, что я запланировала купить, — кивнула на рюкзак. — Значит, нам необходимо как-то увеличить его вместимость, — улыбнулась. — И я даже догадываюсь как.

Город поздним вечером и город при свете дня — это два разных города. Я снова чувствовала себя ребенком, только что прибывшим в новое место. Оглядывалась по сторонам, выцепляла взглядом особенности прохожих. Что, несомненно, выглядело очень странно, хоть я и старалась сильно не пялиться. Но вчерашним вечером разнообразие было не таким огромным.

— Это торговый город, — неожиданно подал голос Рор, — поэтому тут так много разномастных жителей. Мало где можно увидеть, чтобы орки, — кивнул он на зеленокожего здоровяка, — жили рядом с трорами, — его взгляд упал на махонькую парочку зубастиков. — Но в этом городе любой конфликт жестоко карается, так что свои разногласия все оставляют за воротами.

Теперь понятно, почему стража на воротах так спокойно меня пропустила. Здесь постоянно бывают какие-то непонятные путники, и они ко всему привыкли. Да, мне подобное только на руку, как и моим попутчикам. Точнее, одному из них.

— Тебе придется остаться здесь, малыш, — присела перед дракончиком. — Мне надо будет взять рюкзак с собой, чтобы провернуть задуманное. И я не уверена, что его не захотят открыть. Так что тебя могут заметить, а нам это не надо.

«Я могу сидеть под кофтой Рора, — протянул он. — Если я свернусь клубком и обовью хвост вокруг его талии, то…»

— Ты останешься здесь, и если кто-то зайдет, тут же спрячешься, — Рор был на моей стороне.

«Ага, вы будете развлекаться, а я должен сидеть взаперти», — плюхнулся она на постель, скрестив передние лапки на груди.

Я перевела умоляющий взгляд на старшего мальчика. Мне не хотелось оставлять малыша, но даже то, что одна иду к тому торговцу, не значит, что доверяю ему. Я не хотела подвергать Чешуйку опасности.

— Мы оставляем тебя, потому что только ты способен выполнить главное для нас задание, — Рор произнес совершенно серьезно.

«Какое задание?» — встрепенулся малыш.

— Охрана коалона и других вещей, которые пригодятся нам в будущем и имеют ценность для Светы. Ведь так?

— Так, так, — принялась я кивать, поддерживая мальчика. — Без тебя нам никак не обойтись.

Мы продлили аренду комнаты до следующего утра и попросили хозяина, чтобы никто в нее не входил. Чешуйка не глуп и не стал бы показываться специально, но может забыться и попасться на глаза Кьяре или кому-нибудь еще. В тавернах есть такое понятие как уборка номера?

Направляясь к торговцу, я чувствовала себя наполовину спокойно, так как наш маленький попутчик остался в безопасности. Если мы не придем до вечера, то Чешуйка должен будет вернуться к своим, и это не обсуждалось. Но ведь с нами ничего страшного не произойдет?

— Добрый день.

Мирмик встречал нас широкой улыбкой, когда мы оказались в лавке. Рор придержал дверь, и я видела, как торговец взглядом высмвтривал других посетителей.

— Вы принесли мне еще тех чудесных плодов?

Сегодня он выглядел немного иначе. Я все еще не могла разглядеть лица, каких-то отдельных его частей, а вот фигуру и одежду — да. И оказывается, пугающий лавочник носил зеленую жилетку на пуговицах, из-под которой выглядывал животик. И его белоснежная рубашка была так накрахмалена, что, казалось, воротник твердо подпирал его голову.

Может быть, из-за того, что сейчас день, а может, из-за того, что мне удалось хоть немного его рассмотреть, мужчина уже не выглядел пугающим. Да, он необычный, как и все вокруг, но это его особенность только привлекала.

— Вижу, вы хорошо устроились, — он отметил мой посвежевший вид и чистую одежду. — Если вам требуется ночлег, то вам следовало лишь сказать вчера. Для своих дорогих покупателей не жалко ни времени, ни сил.

Я улыбнулась, приближаясь к стойке. Рор следовал за мной, и я чувствовала его взгляд на себе и призрачную хватку. Мальчишка готов был схватить меня в любой момент и броситься бежать. Его инстинкту самосохранения и предчувствия можно только позавидовать. Жаль, что он разработал такой навык из-за ужасных событий.

— И сколько плодов вы бы у нас запросили? — облокотилась на стойку.

— Нисколько, — его губы подрагивали, растягиваясь в улыбке. — На самом деле мы могли бы договориться без какой-либо оплаты, — он сделал шаг вперед, сокращая между нами расстояние. — Я как торговец знаю цену всему и могу рассмотреть драгоценность даже в кучи грязи. Меня всегда привлекали необычные вещи и живые создания…

Его пытливый взгляд скользил по моему лицу, непонятно что выискивая. И вчера бы я бросилась бежать со всех ног, представляя, что он планирует меня освежевать и наделать сувениров. Но сегодня даже атмосфера в лавке какая-та другая. Более легкая и спокойная.

— …Вы очень необычный человек, — цокнул он языком.

— С чего вы взяли, что я человек? — не показывая, что он прав. — Может, я прячу хвост под штанами или рога под волосами? Так же, как вы прячете свое лицо, а вчера еще и все тело.

— Вы заметили! — он восторженно выдохнул. — Похвально. И да, рога и хвост это так банально. Но, простите, назвать вас обычным человеком было неправильно и некрасиво с моей стороны. Извиняюсь, если вы посчитали это оскорблением. Не желал обидеть. Вы, конечно же, не простой человек.

Моя бровь вопросительно изогнулась. Что это все значит? Необычный человек? Он имеет в виду… что?

— От вас исходит магическая энергия, присущая только созданиям вроде меня или людям, обладающим магией. Но ваша магия не такая, которую используют чародеи, — он втянул носом воздух. — Я чувствую древнюю энергию. Ее мало, но она есть. И я не верю, что подобное возможно.

Все стало еще более непонятным. Но интересным. Не зря я пришла сюда. Не поможет найти необходимую вещь, так хотя бы немного позабавит разговорами. Какая еще древняя магическая энергия? Бред. Разве что он имеет в виду мою способность высасывать энергию из других людей. Бывший называл меня энергетическим вампиром, но он вообще-то был не самый сообразительный человек.

— Я могу рассчитывать на конкретику? Или так же, как туманен ваш облик, будут неясны и ваши слова?

— Мой облик? — повторил он тихо. — Конечно.

Мужчина потянулся пальцами к подвеске на своей шее и дернул ее. Я захлопала глазами, не понимая, что происходит, и в этот момент Рор дернул меня назад. Облачко дыма поднялось от того места, где раньше стоял лавочник.

— Уходим, — позвал мальчишка.

Я вывернула руку из его пальцев и направилась обратно к стойке. Что-то тянуло меня вперед, какое-то неясное желание убедиться в том, о чем и так уже догадывалась. Рор продолжал настаивать на уходе.

— Если он пропал, то, скорее всего, пошел звать своих подельников, — нервничал мальчик. — Не надо было приводить тебя сюда. Они могут нас схватить, и тогда все будет кончено. Дедушка станет переживать. Он же говорил мне, чтобы я не смел ничего делать без его ведома. Я…

— Помолчи, — перебила мальчика.

— Ты что, не понимаешь… — он повысил голос.

— Иди посмотри, — махнула ему рукой.

Рор медлил, но все же в несколько прыжков оказался перед стойкой. Мы оба молчали, разглядывая то, чего никто из нас не ждал. Челюсть мальчишки опустилась. Радовало, что не я одна была поражена происходящим.

Рор потянул руку вперед, собираясь коснуться желеобразной субстанции на стойке, но одернул ее. У желе открывались глазки. Они хлопали, видимо, фокусируя зрение. Затем появился зев, совершенно пустой, без намека на зубы. Но язык у этого создания точно был, ведь как по-другому объяснить его дальнейшие слова.

— Надеюсь, это станет достаточным доказательством моих положительных намерений, — звучал голос лавочника от маленького желе. — Вот истинный облик таких, как я. Как видите, мы — мирмики — довольно беззащитны в своей истинной форме, поэтому у нас есть закон, который запрещает показываться другим живым созданиям. И фантомные формы у нас обычно специально настроены так, чтобы люди не могли увидеть их полностью. Это не только спасает от преследования, — он посмеялся. — Но и создает флер пугающей загадочности. Которая нам только на руку.

— Мать моя дракон, — выпалил Рор. — Это же ж… Как же… Получается… Мы же тогда…

— Успокойся, — сжала плечо мальчишки, — сделай глубокий вдох и приди в себя. Все нормально. Судя по моему спутнику, — обратилась к лавочнику, — этот момент требует отметки в календаре как легендарный?

— Не скажу, что легендарный…

От нижней части туловища мирмика вытянулось желейное щупальце и начало елозить по стойке. Блин, он словно ногой шаркал.

— Но, наверное, так и есть, — он кивнул. — Так же, как увидеть живого дракона. Не беспокойтесь, я никому не скажу, — поспешил заверить, увидев тяжелый взгляд мальчишки. — После того, что я уже показал, мы связаны невидимым контрактом. А я за свою жизнь не нарушил ни одной договоренности.

— Спасибо, что понимаете наше положение, — поблагодарила я лавочника. — Но зачем вы вообще нам показались? Какая для вас выгода?

— Вы, — большие, круглые глазки смотрели на меня так внимательно, что я почувствовала смущение. — Вы даже не представляете, что всех нас ждет. И если бабушка верно научила меня улавливать изменения в мире, то скоро нам всем придется сделать важнейший выбор.

— Какой выбор?

— Для всех он будет своим, — все так же увиливал лавочник. — Просто запомните этот момент. Я сделал свой выбор. Я выбрал вас, странная девушка из другого мира.

Вау! Просто вау! У меня нет слов. Единственное, что осталось в моей голове на данный момент, это одно и то же восклицание. Вау! Вау! И еще раз вау! Я совершенно не понимала, что происходит.

— Эй, — Рор дернул меня за подол футболки. — Ты как?

Я остановилась, а мальчику пришлось резко затормозить и сделать пару шагов назад. Он выглядел обеспокоенным. Оно и понятно, я и сама за себя беспокоилась. Ненормально думать только одним восклицанием, но ничего другого на ум не приходило.

— Ты как? — решила дать себе чуть больше времени на перестройку.

— Странно, — Рор почесал затылок. — Подумать только, — понизил он голос. — Я видел истинный облик мирмика. Да все мои обзавидуются, когда я им расскажу. Думаю, даже дедушка никогда их не видел без маскировки, а ведь он немало прожил на этом свете. А тут я и просто… Мне стоит поблагодарить тебя за это. Ведь не будь тебя рядом, ничего подобного бы не случилось.

Я кивнула. Точно. Не случилось бы. Воглер ясно дал понять, что именно я стала причиной его раскрытия. Мы еще некоторое время говорили об этом, и я всячески пыталась вызнать, что он имел в виду, накладывая на меня такую ответственность, но конкретного ответа не получила.

— Ты показал мне свой облик, но продолжаешь темнить, — я смотрела уже на мужчину с его фантомной формой. — Так дела не делаются. Начал говорить, так будь любезен сказать до конца.

— Если я не почувствовал этого раньше, то легко уловил твою энергию сейчас, — Воглер улыбался. — Ты светишься изнутри, пусть и не так ярко, как могла бы. Но и этого достаточно. Кому нужно, тот все увидит.

— Кому нужно? Что именно увидеть? — мой мозг чуть ли не кипел.

Лавочник продолжал улыбаться, поправляя амулет на шее.

— Истина придет в свое время. Так же как я открылся тебе, так и дорога окажется под твоими ногами в самое подходящее время.

— А с чего ты взял, что мне вообще нужно было твое «обнажение»?

— Ну вы же хотите что-то у меня купить.

Я перехватила поудобнее лямку рюкзака, который почти не ощущался на плече. И дело не в том, что он практически пустой. Саперная лопатка и бутылка с водой что-то же весила, но даже с ними я не чувствовала тяжести, и все благодаря приобретенному артефакту.

— Увы, я не могу зачаровать твой рюкзак, — Воглер разглядывал моего неизменного голубого друга с лямками. — Для таких вещей требуется колдун или магичка. У меня есть контакты одной из них, если будешь в тех местах, то сможешь обратиться к ней за помощью. Много она не возьмет, особенно если прочтет мое послание. Но пока можем воспользоваться вот этим…

Я следила, как лавочник вытаскивал шкатулку с одной из полок за своей спиной. Шкатулка выглядела новой и совершенно чистой, без единой пылинки. Внутри нее оказался камень на цепочке.

— Этот артефакт сделает твой рюкзак больше внутри и легче, — Воглер подвесил его на собачку замка. — Держит он крепко и не упадет, пока сама не снимешь, — он раскрыл рюкзак и засунул в него руку по самое плечо. — И это только часть его внутреннего резерва.

— Это магия?! — мои глаза расширились от удивления.

— Не такая, которой надо так поражаться, — он засмеялся. — Моя знакомая сделает больше, чем этот артефакт. И еще, — он вернул рюкзак обратно мне, — не набирай слишком много. Места, конечно, теперь много, но вес облегчается только до определенной отметки.

Теперь у меня есть не только два дракона поблизости, но и рюкзак с черной дырой внутри. Главное, по ошибке не упасть туда самой. Что-то мне подсказывает, выбираться будет сложно.

— Куда дальше? — Рор нетерпеливо притопывал ногой. — Не хочу заставлять Чешуйку ждать.

— Переносной контейнер у нас есть, — хлопнула по дну рюкзака. — Осталось его заполнить и можно отправляться в горы. Только надо определиться, сколько всего нам надо купить. Сколько вас проживает в тех горах?

— Я, — загнул палец мальчишка, — дедушка, Чешуйка, — он перестал загибать пальцы и перечислять. — Нас достаточно.

— Я бы сказала, что мне больно из-за твоего недоверия, — потрепала его по волосам. — Но я сейчас в таком раздрае, что едва ли могу испытывать какую-то определенную эмоцию. В голове настоящая каша.

И ведь от этой новой информации старая отходит на второй план. Вспоминать разговоры с Зоей и ее советы, которые на поверку оказались очень даже полезными, хотя тогда я считала их бессмысленными, очень сложно. Ничего дельного на ум не приходило. А она ведь точно говорила о том, как следует вести себя, если вдруг узнал о себе что-то странное и новое.

— Ох, Зо-Зо, как мне тебя не хватает, — запрокинула голову к небу. — Ты бы мне все объяснила.

Солнечные лучи не падал на меня, как божественный свет, и с неба не протягивалась рука, а глас божий, похожий на Зойкин, не проникал мне в уши. Значит, придется самой разбираться. А вот когда вернусь, обязательно выскажу подруге все, что думаю о ее советах. Пусть выпускает методичку. Раз уж путешествия в другие миры реальны, то подобные памятки будут полезны.

— Ладно, разберемся по ходу дела, — хлопнула в ладоши. — Для начала нам нужен походный инвентарь. Как говорит мой дедушка, поспать можешь под деревом, огонь добыть с помощью палок, но вот ноги держи в тепле. Погода у вас, конечно, комфортная, но я бы все равно прикупила теплых вещей. Может, какое термобелье, все же в горы направляемся. Плюс что-то от дождя и снега. И ботинки, — добавила я, посмотрев на свои кроссовки. — Я не полезу в этом на вершину, они и на асфальте не совсем надежны, что уж говорить про каменные выступы, — огляделась. — Где у вас тут магазин спортивного инвентаря?

— Спортивного… чего?

— Понятно. Ладно, а где можно купить новую одежду? Плащи там, сапоги, еще что-то подобное?

— Недалеко от торговой улицы есть магазин готовой одежды и ателье, но зачем нам туда? Ни я, ни Чешуйка не нуждаемся в утеплении. Драконы спокойно переносят разные температуры. Чтобы нам стало некомфортно, нужно чтобы было очень холодно или очень жарко. А в горах сейчас тепло.

— Ладно, вам не нужно, но, может, кому-то из ваших что-то необходимо? Тому же дедушке, про которого все время говоришь. Он, наверное, старенький уже, и ему хочется укутаться потеплее.

Губы Рора растянулись в улыбке, затем его разобрал смех. Мальчишка хохотал, согнувшись пополам. Я улыбалась прохожим, пережидая, пока ребенок успокоится. Видимо, я сказала какую-то очень смешную шутку.

— Если бы дед услышал, он бы умер от смеха, — вытер Рор слезы из уголков глаз. — Он дракон. Сильный дракон, пусть и не выглядит так. Так что любая человеческая блажь ему чужда.

— Хорошо, — я смиренно кивнула. — Но ведь от еды вы точно не откажетесь? — и улыбнулась мальчишке.

— Ни один дракон не откажется поесть.

По пути на рынок за продуктами, который находился на площади с фонтаном, мы все же завернули в лавку с одеждой. Драконы могут быть хоть какими тепло- и морозостойкими, но я дитя комфорта и могу спокойно замерзнуть при плюсовой температуре.

— Добрый день, — улыбнулась из-за стойки милая старушка с пышными бакенбардами, обрамляющими ее лицо. — Чем я могу вам помочь?

— Мне нужно приодеться.

Рор закатывал глаза, глядя, как я много раз останавливалась перед витриной и разглядывала себя. А я просто не могла налюбоваться. Старушка продала мне потрясающий комплект из штанов, куртки и плаща. Плюс сапоги и нательные рубахи с бельем. Слава всем богам, что тут не носят панталоны какие-нибудь, а вполне приличные и знакомые мне комплекты. Но все выполнено из непонятного материала, который внешне напоминал кожу, но на ощупь очень мягкий.

— Я похожа на местную жительницу? — перекинула плащ через плечо, вставая в эффектную, на мой взгляд, позу.

— Похожа, — Рор тянул меня дальше. — Идем, у нас нет много времени.

Он прав. Я слишком разошлась в лавке с одеждой. Но там было столько всего нового и чудесного. В следующий раз задержусь подольше, когда над душой не будет стоять один суетливый дракон. И откуда во мне эта тяга к шопингу? Дома меня было не затащить в магазины одежды, а тут гляди, еле оторвалась. Может, виновата эта моя древняя энергия, которую почувствовал Воглер?

Мы практически ворвались на рынок, точнее, в смесь разномастных запахов, которые окутывали его, словно небрежно брошенная вуаль. Глаза разбегались от обилия товаров и различного вида покупателей с продавцами. Рор сжимал мою ладонь, заметив, что я снова пялюсь на кого-то.

— Ты же вроде взрослая, — напомнил он. — Так веди себя соответствующе.

— Ты вроде ребенок, — парировала я, — а ворчишь, как мой дедушка, когда у него поясницу прихватит. Ладно, я постараюсь быть спокойнее. Давай веди меня к тому, что едят драконы.

Оказалось, что в лавке с одеждой выбор был не такой огромный, как здесь. Точнее — его вообще не было, учитывая, что почти все модели мне так или иначе знакомы. А вот среди продуктов я едва различала что-то знакомое.

— Что это? — удивилась я, тыча пальцем в красное нечто в форме часов. — Это съедобно?

— Да, — Рор кивнул. — Мясной плод, его используют для дальних странствий. Он заменяет мясо. Но так как мясо долго не хранится даже с помощью магических артефактов, то используют мясной плод. Снимают шкуру, нарезают на куски и готовят. Хочешь купить?

— Конечно! — мои глаза горели. — Дайте десять килограмм!

Я бурно реагировала почти все время, пока мы прогуливались по рынку. Хотя на прогулку это было мало похоже. Рор едва поспевал за мной, пока я бегала от лотка к лотку и пугала продавцов. Я так же вела себя, когда впервые попала в знаменитый парк развлечений и фотографировалась с каждым камнем, что попадался на пути.

— Это памасад.

Я вертела в руках плод, который очень сильно напоминал банан. Такой желтый, продолговатый и со шкуркой. Банан — это хорошо. Я люблю бананы, они полезны и питательны. Думаю, дракончикам понравится. Не слушая голос здравого смысла, который кричал, что не надо торопиться, я начала раскрывать плод.

Рор кричал, но было поздно. Я заметила, как единственный глаз продавца стал просто огромным, когда он увидел, как я кусаю плод. И в следующее мгновение, как только вкусовые рецепторы начали обрабатывать новый вкус, я поняла, почему на меня так удивленно смотрели.

— Горю! — Надкушенный плод упал на землю. — Горю!

Мой рот пылал. Я искала, чем можно унять этот пожар. На помощь прибежал Рор со знакомым плодом в руках:

Но я и без него знала, что делать. Поднесла водный плод к губам и впилась в него зубами. Спасительная ледяная субстанция пролилась в рот. И почти мгновенно я почувствовала охлаждение. На ум пришла реклама от изжоги, где маленькие пожарные тушили огонь в желудке.

— Почему он такой острый?! — мой язык еле двигался.

— Потому что это памасад, и он не может быть другим, — пояснил Рор. — Один из самых острых плодов в мире. Его очень осторожно используют в пищу или добавляют в какие-то лекарственные мази. В очень маленьких количествах, — повторил он медленно, словно я дура. — Хочешь продолжить покупки?

— Да, — я провела пальцами по лбу, вытирая холодный пот.

— Хочешь попробовать еще что-нибудь? — улыбнулся мальчишка.

Я замотала головой.

— Больше никаких экспериментов.

Не пускайте женщину в магазины, особенно, если они похожи на то, что она видела ранее только в фильмах и никогда не ожидала найти в реальности. Иначе можно остаться без денег и получить сломанную от перенапряжения спину и отваливающуюся поясницу.

— Стоп, — я опустилась на землю.

— Что случилось? — Рор оглянулся на меня. — Немного же осталось.

Мы направлялись за город, чтобы найти вьючных животных. Даже с бездонным рюкзаком мы не унесем все, что моя алчная душонка накупила. Моя жаба хоть и давилась от того, как расточительно я обхожусь с деньгами, но молчала и радовалась, получая все больше новых вещей. Я тоже радовалась, и мои глаза горели от восторга. Пока я не вспомнила, что все добро придется тащить на себе.

— Нам нужна лошадь, — заявила я Рору, уперев руки в бока чуть ли не посередине площади с фонтаном. — Без лошади я больше и шагу не сделаю. Потому что это может быть мой последний шаг.

— Лошади? — голос мальчика звучал удивленно. — Что такое лошади? Какой-то продукт из твоего мира?

— У вас нет лошадей?

Мои глаза распахнулись, но не от удивления, а от ужаса. Если у них нет лошадей, то как мне доставить эти припасы? Сами мы не сумеем при всем желании. Думаю, даже взрослый дракон не унес бы наши запасы. Черт, мне нельзя доверять деньги и давать карт-бланш на покупки. Как я еще сам этот город не купила?

— Ладно, — протянула я. — Может, парочку осликов? Или мулов? Кстати, а чем отличаются мулы от ослов? — я почти отвлеклась, но встряхнула волосами и взяла себя в руки. — Может, какой-нибудь бык с телегой? — Рор все еще выглядел впечатленным. — Ездовые животные, — нашла я общий термин. — Есть ли у вас существа, на которых можно доехать до пункта назначения?

— Конечно, есть, — вздернул мальчик подбородок и смотрел так, словно я сказанула какую-то глупость. — Соблаи, гонты, пустынные харахи, ледяные сиблы…

— Достаточно, — оборвала его. — Я поняла, что у вас много ездовых животных. Правда, я ни на секунду не берусь представить, как выглядят те, кого ты назвал, но будем считать, что догадалась. И где нам взять хотя бы одну из этих фантастических тварей?

— У торговца животными, конечно. Это же очевидно.

— Очевидно, — передразнила его. — Ну мало ли что очевидно. Здесь все вверх тормашками — вот что очевидно, — подняла рюкзак с земли. — Пойдем уже найдем себе зверушку.

Долго искать нам не пришлось. Рор, часто посещавший город до нашей встречи, ловко вел меня какими-то переулками и дворами. И еще до того, как мы вышли к интересующему нас месту, я услышала его — настоящий гомон скотного двора. И запах, куда же без него.

Я направилась к торговцу с четкой целью, от которой не собиралась отклоняться. Но стоило мне только увидеть животных, как все сразу вылетело из головы. Подобного я даже не могла себе представить. В очередной раз поразилась, насколько удивительный и разнообразный этот мир.

— Кто это? — Мой голос задрожал, когда указала на длинноухого кролика с телом снежного леопарда.

— Пустынный харах, — Рор остановился рядом со мной, разглядывая знакомое ему животное. — Они довольно быстрые, но не очень выносливые. И к тому же не могут таскать большой груз. С одним наездником они двигаются быстрее и могут преодолеть большее расстояние, поэтому их используют гонцы.

Мне захотелось протянуть руку через забор и коснуться удивительного создания. Его белоснежный мех с черными пятнами казался таким мягким и приятным на ощупь. А голубые глаза смотрели так пытливо, будто он все понимал. А его длинные уши такие забавные.

— Не стоит, — Рор перехватил мою руку. — Если, конечно, не хочешь остаться без пальцев или руки. У них очень острые передние клыки, с помощью которых они разрывают мясо. А задние клыки, как тиски, сожмут так, что не сумеешь выбраться. А разожмется пасть, только если убить хараха.

Мальчишка засвистел, и зверь приподнял верхнюю губу, обнажая передние резцы, как и у Земных кроликов. Только у этого они в разы больше и куда острее.

— Ладно, значит, этот малыш нам не подходит, — сглотнула. — Нужен кто-то покрепче и менее пугающий.

Рор повел головой в сторону другого загона. Я подошла снова застыла, сраженная увиденным.

— Коза! — не сдержала возглас. — Коза! — посмотрев на мальчишку, указала пальцем на зверя в загоне. — Это же коза! Чертовски большая коза! Вы чем тут кормите животных, что они вырастают размером с Годзиллу? Она же голову откусить может!

— Не знаю, о какой козе речь, но перед тобой гонт, — мальчишка чуть наклонился вперед, заглядывая под брюхо животины. — Точнее, самка гонта. Крепкий зверь, его в основном используют в хозяйстве в качестве тягача и источника молока. Но на себе она никого не повезет, требуется телега или волока.

— Волока? — что-то знакомое вертелось на языке. — Ты имеешь в виду волокуши? Ну, такое приспособление типа телеги, но без колес, которое можно тащишь по земле? — заметила его замешательство.

— Да! — вскрикнул довольный мальчишка. — Не знал, что у вас есть такие же!

— Оу, ты удивишься, как различен и одновременно похож наш мир. Хорошо, значит, нам надо купить волокуши и можно запрягать козу-переростка.

— Самка гонта, — поправил Рор. — Не стоит давать местным больше подозрений, — он оглянулся, не подслушивал ли нас кто. — Мне кажется, мы и так уже привлекли достаточно внимания. И не стоит усугублять ситуацию.

— Да, ты прав.

Что-то подобное я тоже заметила, пока мы ходили сначала по рынку, а потом и по торговой улице, закупая все, на мой взгляд, необходимое. Сначала все шло хорошо, но как только количество покупок начало расти в геометрической прогрессии, появился и чужой интерес. Я хоть и старалась не святить всем нашим золотом, но, как говорится, иногда и медной монетки хватит для нападения.

— Ладно, купим зверя и уходим. Давай найдем того, кто сможет провести с нами эту сделку.

Искать не пришлось. Стоило нам заикнуться о покупке, как на пути вырос суетливый и полноватый мужчина средних лет. Он обливался потом, который струится по красному от натуги лицу. Чем-то он напоминал мне неприятного персонажа из мультика про мальчика, который стал карликом с огромным носом. И чувства вызывал схожие — ему не стоило доверять.

— Чем могу быть вам полезен?

— Мы хотим приобрести ко… — Ро наступил мне на ногу. — Самку гонта, — исправилась я. — Вон ту. И желательно вместе с волокушами.

На лице мужчины повис вопрос.

— Она имеет в виду волока, — объяснил мальчишка, но тут же отступил назад, прячась от глаз торговца.

Но зря Рор переживал. Таких людей деньги всегда волнуют больше, чем все, кто находится рядом.

— Хороший выбор, — улыбнулся торговец. — Самочка молодая, но уже способная производить потомство и давать молоко.

— Нам не нужно молоко и потомство, — остановила его от дальнейших расхваливаний зверя. — Нам необходим выносливый транспорт, который сможет тащить вещи.

— В таком случае почему бы вам не присмотреться к бируму? Вот кто точно отличный носильщик. К тому же у нас остался последний самец. Но вы ведь и сами знаете, как быстро их разбирают. Особенно экземпляры вроде тех, которыми торгую именно я. Вы не найдете животного с такой чистой родословной.

Услышав название нового зверя, да еще и с подобными характеристиками, я просто не могла устоять. Рор вцепился в меня, но я не обратила на это внимания.

— Показывайте.

По улице мимо открытых загонов нас повели в некое подобие высокого сарая, где находились еще клетки с животными. Мое сердце сжималось от боли, когда я увидела здешних зверей. Те, что на улице, выглядели довольными своей жизнью, но здесь на меня смотрели забитыми взглядами.

— Прошу, — торговец жестом заядлого фокусника откинул тряпку, которая скрывала большую клетку. — Вам больше не придется ничего искать. Вот он — ваш самородок и ответ на ваши молитвы.

Это оказался зверь, похожий на медведя с головой птицы. Если точнее, с головой совы. И да, он впечатлил меня размерами. Даже без тщательного осмотра я смогла понять, что ему под силу поднять приличный вес и тащить его сколько придется. Такой действительно мог бы сослужить нам хорошую службу. Вот только на его клюве виднелось что-то наподобие намордника, а глаза были злые и голодные. Скорее всего, наше близкое знакомство с ним может стать последним.

— Сколько вы хотите за него? — все же решилась спросить.

— Тридцать золотых.

— Сколько!? Вы в своем уме?! У меня нет таких денег, — помотала головой. — А за самку гонта?

— Двадцать один золотой, — улыбка с лица торговца медленно сползла. — И отдам волок в подарок.

— А подешевле кто-нибудь есть? — денег ни на что не хватало. — А может, вы отдадите животное в аренду? Мы дойдем до места своего назначения, а после вернем вам питомца. И, конечно же, заплатим за оказанную услугу.

И да, глупо было надеяться получить какую-то скидку. Торговец нас чуть не вышвырнул. Вот почему мы сейчас шли, а не ехали. Точнее, уже сидели, ибо мои ноги отказывались двигаться.

— И почему этому кузнецу надо было забираться так далеко от города?

Когда мы отправились за пределы города на поиски необходимых нам ездовых животных, я не стала оставлять вещи. Хоть мы и заплатили еще за одну ночь в таверне, возвращаться туда не имело смысла. Во-первых, это было опасно, так как мы действительно привлекли внимание к своим скромным персонам. А во-вторых, Рор сказал, что мы можем рассчитывать на помощь его знакомого.

— Дио хороший, — рассказал мальчик. — Он наш друг. И мы можем ему доверять, в отличие от остальных местных жителей. Правда, его родные не знают, что мы драконы. Но это не мешает ему нам помогать.

Но чем ближе мы приближались к небольшой деревеньке, тем больше я сожалела о решение забрать с собой все добро. Хозяин таверны выглядел как человек, которому можно было довериться. Уверена, он никому не позволил бы пробраться в нашу комнату.

— В следующий раз я подумаю лучше, прежде чем отправляться в путь, — бурчала я себе под нос.

— Что ты говоришь? — Рор повернул голову.

— Ничего, — отмахнулась. — Тебе не тяжело?

Мальчишка поправил свой вещевой мешок, который мы приобрели в одной из лавок. В нем тоже лежали вещи, а еще сидел Чешуйка. Вот кому в этой ситуации повезло: сиди себе в рюкзаке и отдыхай. Ничего не надо тащить и надрываться. Кто бы меня так покатал.

Деревня, к которой мы приближались, выглядела небольшой. При первом осмотре я успела насчитать только десять домов, из их труб которых шел дым. Но жилые постройки нас мало интересовали. Рор целенаправленно шел вперед по единственной улице. Я еле перебирала ногами.

Радостный крик мальчишки разорвал тишину. Я продолжала упорно тащиться вперед, не поднимая головы, и считала каждый свой шаг. В какой-то момент даже начала повторять про себя: правая нога, левая нога, правая нога, левая нога… И так по кругу, пока не врезалась в спину Рора, который замер посреди дороги.

Я вскинула голову, дабы сказать мальчишке, чтобы не стоял на пути. И это оказалось неудачной идеей. Точнее, все было бы нормально, не делай я резких движений. Все же опасно двигаться, если сил почти не осталось, а за спиной висит целая гора. Неудивительно, что меня потянуло назад.

Земля с небом поменялись местами. Секунду назад я видела свои ноги, а сейчас уже смотрела на проплывавшие в вышине облака и считала количество небесных тел. Все те же три луны и одно солнце.

— Ты в порядке? — лицо Рора появилось надо мной.

— В полном, — вздохнула тяжко. — Сейчас встану. Дай мне минутку. Буквально секунду, и я…

Попробовала дернуться вверх, но ничего не происходило. Прогнулась в пояснице и вытолкнула ноги вперед, но тоже было бесполезно. Я продолжала лежать на спине. Рюкзак отказывался шевелиться, и я вместе с ним.

С ревом я начала быстро двигать ногами и руками в попытке сдвинуться с места или хотя бы перевернуться, но безрезультатно. Я как большая черепаха, которая свалилась на спину, и без помощи ей не справиться.

— За что?! — воздела руки к небу. — Какое плохое зло я совершила, что надо так меня наказывать? Это за те списанные государственные экзамены? Но так ведь все с моего потока списывали, — мне стало так горько и обидно. — И где они теперь? Почему тут только я? Это несправедливо.

Мне было плохо. Я устала. И еще лямки рюкзака натерли плечи. Воглер явно не учел этот момент, когда отдавал мне артефакт. Надо будет ему все высказать, как только снова встретимся. Если я, конечно, смогу подняться.

Лямки? Мысль вспыхнула в голове в тот же момент, когда перед глазами появилось новое лицо. Из моего рта вырвался неясный писк, и всякие мысли о собственном спасении пропали.

— Ладно, беру свои словам обратно, — заглянула я в лавандовые глаза. — Здесь не так уж и плохо. И не надо никого больше сюда отправлять. Мне и в такой компании хорошо.

Я несла какой-то бред, и это, видимо, не очень нравилось новому лицу. Точнее, мужчине с этим лицом. Великолепным лицом. Черт, я могу порезаться об эти скулы. А челюсть… такая челюсть определенно вылеплена каким-то небесным скульптором. Как и прямой, практически греческий, нос. Все в этом лице идеальное и симметричное. Почти золотое сечение, к которому ссылаются люди, когда речь заходит о красоте.

— Кто ты такая?

Его голос прозвучал глубоко и грубо, но в тоже время мелодично. Он словно зазывал и оплетал, чтобы сжать со всей силы так, что можно задохнуться. И я солгу, если скажу, что такая смерть не была бы желанной.

— Дио, это Света, — Рор материализовался рядом. — Мы пришли сюда вместе. Она не опасна, — тараторил он.

— Не опасна… — лавандовые глаза прищурились, и в них явственно читалось недоверие.

Я поняла, что фейс-контроль не прошла. Не очень-то и хотелось. Мой настрой из-за поведения мужчины молниеносно перешел от восторженного к раздраженному. Кем он себя возомнил? Я понимаю, он красив и привык к тому, чтобы люди к его ногам стелились, но нельзя вести себя так с незнакомцами. Тем более с девушкой, которая выглядела, как выброшенная на берег черепаха.

— Я не знаю, кто ты, — мой голос тоже сочился неприязнью. — Но либо помоги, либо отвали. У меня нет времени прохлаждаться. Надо решать проблемы и позаботиться о моих друзьях.

Лицо мужчины пропало. Я снова начала делать попытки перевернуться, совсем забыв про лямки рюкзака. Но этот цирк все равно не мог долго продолжаться. Рор начал суетиться. Сильные пальцы впились в мои руки и вздернули мою тушку вверх. Через миг я снова стояла на ногах.

— Нет! Нет!

Мужчина придержал меня, не давая снова свалиться, и ни слова не сказав, снял мою ношу и опустил на землю. Даже глазом не повел, удерживая в руках такую тяжесть.

— Ну и кто ты такая? — лавандовые глаза вновь впились в меня с цепкостью дикого зверя.

А я лишь сейчас поняла, что кузнец не так прост, как мне показалось в первый раз. Только вернув себе вертикальное положение, я увидела, что его серебряные волосы забраны вверх. Выглядело очень красиво, но даже не это привлекало пристальное внимание. Его уши. У него острые уши. И не надо быть академиком наук по изучению фэнтези, чтобы знать, кто передо мной.

— Эльф! — я снова пищала как мышь.

— Что? — мужчина сложил руки на груди, глядя на меня сверху вниз.

Мамочки, он и правда такой, какими их показывали в фильмах! Чертовски высокий, с невероятно широкими плечами и тонкой талией. Гребаный перевернутый треугольник на ножках. При таком его положении рук я могла спокойно рассмотреть натренированные мышцы. Он не перекаченный, но и не сухой. Абсолютный, невероятный, идеальный баланс грации и силы!

— Не кажется ли вам, что для начала стоит самому представиться?

Без лишней тяжести я смогла мыслить здраво. Главное — не смотреть ему прямо в глаза. Можно сосредоточиться на точке на его переносице. Это вызовет необходимый дискомфорт у мужчины, что поможет его разговорить и сделать покладистым — слышала где-то о таком психологическом приеме.

— Это вы пришли на мою землю и развалились тут, как ципалей-переросток, — ухмыльнулся кузнец. — И если думаете, что близость с моими друзьями как-то заставит меня поверить вам на слово, то ошибаетесь. Вам придется быть очень убедительной.

Нет, ну что за хам? Что он себе позволяет?! Я ему даже слова не успела сказать, а уже умудрилась заслужить неприязнь! И да, я осознавала, что новые люди могут означать появление новых неприятностей, и не требовала проявления дружелюбия, но воспитанность какая-то должна же быть!

А я еще посчитала его красивым.

— Не надо, Дио, — Рор вмешался. — Света хорошая, — уверил мальчишка кузнеца. — Она Чешуйке помогла и мне.

— И где этот маленький беглец?

Тон и выражение лица мужчины тут же поменялись, что слегка покоробило меня. Я не заслуживала такого пренебрежительного отношения.

— Здесь, — указал мальчик на мешок. — Света спасла его, вытащила из ямы егерей. Потом накормила нас и не дала провести ночь под открытым небом или в каком-нибудь сарае, — его глаза горели. — Только представь, я спал на настоящей кровати и мылся в ванне!

Кузнец перевел на меня заинтересованный взгляд, но теперь я отвернулась от него и демонстративно фыркнула, показывая свое отношение к нему. Я тоже не пальцем деланная. Ни один мужчина не станет смотреть на меня так, словно я ничего не стою. Не после моего придурка-бывшего.

— Прошу прощения за свою грубость. Меня зовут Диотран, для друзей просто Дио. Спасибо, что помогли им.

Я очень надеялась, что не было заметно, как я вздрогнула, услышав его голос столь близко. Повернув голову, я вновь попала в плен нереальных по красоте глаз. Теперь они стали самым удивительным, что я видела в этом мире.

— Все нормально, — кивнула, показывая, что приняла его извинения. — Светлана, — протянула ладонь для рукопожатия. — Что касается мальчиков, то я… Что… Что вы делаете?

Без каких-либо предупреждений Дио склонил голову и коснулся кожи моей ладони поцелуем. Мои щеки вспыхнули румянцем.

— Простите, вы о чем-то говорили?

Мужчина ухмыльнулся, явно наслаждаясь моей реакцией, так же, как и Рор, который хихикал в кулачок. Я тоже улыбнулась. Ну ничего, господа, только дайте мне немного времени, и я найду способ смутить вас так сильно, что вы даже в зеркало смотреть больше не сможете.

— Я так понимаю, у вас есть ко мне дело? — Дио оглядел нас и получил в ответ кивок. — В таком случае, пройдемте в дом. Мама сегодня испекла потрясающий пирог.

Я сглотнула, вспомнив острый плод прямиком из самого Ада. Господи, пожалуйста, пусть начинка будет мне знакома.

Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро. И в обед тоже неплохо заглянуть кому-нибудь на огонек. Особенно, если кроме как в гости никуда больше дойти не сможешь по причине своих отваливающихся ног.

Дио открыл передо мной дверь в небольшую избу. Со стороны она выглядела как картинка. Никакого темного дерева и шероховатостей. Только цельный, красивый, свежий брус. Окно с резными ставнями и труба из белого кирпича с вкраплениями все того же непонятного переливающегося материала. В общем, домик как из сказки вышел. Не хватало только бабулечки в окне, которая эту самую сказку и начала бы рассказывать.

— А что за точки на кирпиче? — я указала на печь внутри дома, которая тоже имела незначительные следы странного материала.

Мужчина покосился на Рора, который пожимал плечами. Видно, этот вопрос застал его врасплох. И да, не думаю, что такой интерес может укоренить доверие между нами и зарождавшуюся дружбу.

— Это лирий, — наконец, ответил эльф. — Он добавляется в раствор, из которого производят камень для строительства. Минерал впитывает в себя тепло и помогает удерживать его. Обычно его применяют в городах для больших домов в качестве дополнительной защиты от холода. В деревнях мы используем их для печей или для кузнечного горна. С деревом он несовместим.

— Понятно, — я опустилась на скамью возле стола с изящно выполненной резьбой. — Вау! Ты сам это сделал?!

Переход на «ты» произошел как-то автоматически. Я уже собиралась поправить себя и извиниться, но поймала взгляд лавандовых глаз, которые если не светились весельем, то, по крайней мере, не осуждали.

Дио повернулся к печи, где заливал воду в высокую посуду. На чайник или самовар этот перекрученный предмет мало похож. Но мы ведь находились в другом мире, так что уже ничему нельзя удивляться.

— Нет, это сделала моя сестра, — он кивнул в сторону полок на стене. — Она как раз передо мной. А по бокам от меня две другие сестры. Нани самая младшая, но уже очень талантливая.

То, с какой любовью и нежностью этот мужчина говорил про своих сестер, заставило мое сердце сжаться от тоски. В детстве я так мечтала, чтобы у меня тоже была сестричка или, может быть, братик. И пусть я уже тогда жила с бабушкой и дедушкой, им было сложно объяснить маленькому ребенку, почему другим дарят братиков и сестричек, а мне нет.

— Подумай об этом так, — дед выглядел уставшим от моих слез и истерик. — Тебе не придется ни с кем делить ни сладости, ни игрушки, — он подмигивал мне. — Все достанется только тебе одной.

— Но я люблю делиться! — мой рев снова усиливался. — Я ведь хорошая девочка! Я хочу делиться!

— Ну-ну, милая, — бабушка толкнула деда в сторону и отвесила ему подзатыльник. — Ты хорошая девочка, — усадила она меня к себе на колени. — И очень умненькая девочка, — ее глаза смотрели на меня с любовью. — И ты должна понять, что не все получается так, как мы хотим.

— Но это не значит, что тебе может быть плохо от этого, — заканчивала она. — И страдать из-за чего-то долго — глупо. А ты ведь не глупая?

— Нет, — я успокоилась. — Я умненькая девочка. И мне необязательно плакать из-за братика или сестрички.

Вот так я смирилась с тем, что не нужно долго из-за чего-то переживать. Поплакала немного, вытерла слезы и попыталась найти альтернативу. Но когда я вижу братьев и сестер, которые друг для друга лучшие друзья, не могу отделаться от мысли, что тоже так хочу.

— Она красивая, — рассматривала я изображение молодой девушки.

Картина выполнена так реалистично, что смахивала на настоящее фото. Но в углу — там, где рамка закрывала края изображения — виднелось размазанное пятно краски. Так что не оставалось сомнений, это все же картина, и художник — мастер, каких днем с огнем не сыскать.

Девушка, стоящая на картине перед Дио, совсем не была похожа на него, как и две другие. У одной, кажется средней сестры, волосы собраны вверх, и ее уши вполне обычные, человеческие. И волосы у них не серебряного цвета, как у кузнеца, и глаза отнюдь не лавандовые.

Я продолжала двигаться вдоль полок, просматривая другие картины в рамках, и наткнулась на одну, где Дио прижимал к своему боку немолодую женщину. И, на первый взгляд, они тоже мало похожи, но если присмотреться, то разрез глаз у них один, и кончик носа чуть закруглен. А еще взгляд. Глаза разного цвета, но вот взгляды идентичны — так смотрит человек, на чью долю выпало множество испытаний.

— Это моя мама, — Дио появился совершенно бесшумно рядом со мной. — Правда, она красивая?

— Да, — я вновь посмотрела на женщину. — Вы очень похожи, особенно глаза.

— Тебе надо проверить зрение, — улыбнулся он беззлобно. — В наших глазах нет ничего общего, ее карие, а мои…

— Не цвет, — обрывая мужчину. — Тяжесть, — слова вырывались сами, настолько сильно прослеживалась тоска даже в нарисованных глазах. — Тяжесть прожитых лет и пережитых проблем.

Я посмотрела на Дио, и между нами повисла невероятно проникновенная пауза. Стало понятно, что я сумела увидеть то, что не видели другие.

Свист, раздавшийся сбоку, нарушил момент, и я отвернулась.

— Вашу машу! — не сдержала я крик.

Тот самый перекрученный сосуд, в который Дио лил воду, пускал пар из носика, а еще… танцевал. Его спиральные части то поднимались, то опускались. И оказалось, что стенки не темные, а прозрачные, и я видела движение воды внутри. Вода, кстати, добравшись до крышки, окрашивалась в насыщенный медовый цвет. Видимо, под крышкой была заварка или травы.

— Рор, можешь достать то, что приготовил для нас хозяин таверны, — попросила я мальчишку. — И малыша уже можешь выпустить. Он наверняка все еще сопит, но пусть немного разомнется.

Рор раскрыл мешок и запустил в него руку. В голове послышалось ворчание и пыхтение, а после Чешуйка показал голову, неуклюже выбрался из мешка и шлепнулся на пол. Как ребенок, которого разбудили поздно ночью после застолья, когда родители, наконец, решили поехать домой.

— Привет, приятель, — Дио опустился перед малышом на корточки. — Давненько тебя не было видно. Мы все переживали, — почесал он его под подбородком.

«Рор уже сказал, — Чешуйка забрался по руке мужчины и устроился на его шее, как у меня однажды. — Я хотел вернуться, но не смог. Не мог вспомнить, из какой стороны прилетел».

— Манки, — почти одновременно произнесли Дио и Рор.

— Манки? Те, что используют для уток? — переглянулась я с ними. — Ну или для драконов, судя по всему. Что они делают? Просто зазывают драконов?

— Егеря используют их, чтобы привлечь, а после запутать драконов, — пояснил мальчик. — Дедушка говорил, что иногда их конструкция могла быть такой большой, что ее звуки были слышны за сотни, а то и тысячи километров. Правда это или нет, мы уже не узнаем.

— Больших, может, и нет, но для маленьких дракончиков они и не нужны, — Дио играл с хвостом Чешуйки. — Малыши более восприимчивы к частотам манков. Они слышат их зов, летят и теряются в пространстве, забывают о том, куда летели и откуда.

— Дезориентация, — первое, что пришло на ум. — Это логично и понятно, почему дети, они редко точно знают пути и дороги, — сжала кулак. — Сколько же их попалось на такой крючок? Чертов Барольд.

Дио переглянулся с мальчиком.

— Это Чешуйка все разболтал, — Рор не собирался брать вину на себя в этом вопросе. — Я появился уже после того, как ей стало обо всем известно.

«Не обо всем, — малыш показал другу язык. — Я мало что знаю, потому что вы с дедушкой говорите, что еще маленький. Это ты рассказал Свете про наше племя, нагов и короля».

— Да, — кивнул Рор. — Столкнулись с одной на торговой улице. Я ее раньше там не видел. Но это не странно, если вспомнить, что через город проходят торговые пути. Наверное, прибыла вместе с каким-нибудь обозом.

— Надо будет присмотреться к ней поближе, — решил кузнец. — Не стоит недооценивать хитрость нашего врага.

Атмосфера в доме становилась гнетущей. Неудивительно. Это я попала в новый мир, где все интересно и ничто не может отвлечь от изучения всего необычного. Эти же трое живут тут постоянно, и им есть о чем беспокоиться. К примеру, о враге, который мог отправить своих шпионов.

«Я хочу есть», — разбавил Чешуйка тишину.

— Ты всегда хочешь есть, — фыркнул, но улыбнулся Рор.

«Маленьким драконам надо хорошо питаться, — он перелетел на скамью и пристроился рядом со столом. — А мы будем есть картошку? Я бы очень хотел попробовать».

— Дурак, что ли? — накинулся мальчик на дракончика. — Ты хоть представляешь, какая она дорогая?!

И да, я научила мальчишек новому слову. Теперь один из самых ценных плодов в их мире больше не носит название коалон, а называется просто картошка. Или картопля, как им больше понравится. Это намного удобнее для меня и безопасно для всех нас. Если мы вдруг проговоримся в людном месте, никто не догадается, какие сокровища хранятся в наших вещах.

— Картошка? — Дио поставил в центр стола тот самый высокий сосуд.

— Можно показать? — глаза Рора загорелись, он посмотрел на меня.

— Почему бы и нет? — улыбнулась. — Мы могли бы сварить ее или пожарить. Там осталось немного, но для дегустации хватит.

Кузнец недоумевающе глядел на меня, и в его лавандовых глазах плескался вопрос. Я пожала плечами и заулыбалась в ожидании, как его челюсть упадет на пол. До сих пор не понимаю, почему картошка тут на вес золота.

— Вот, — Рор аккуратно раскладывал каждую картофелину на столе. — Там еще есть, — указал он на мой рюкзак. — Но я не стал вытаскивать — слишком жирно будет.

— Как хочешь, — кивнула мальчику и перевела взгляд на хозяина дома.

Ресницы Дио порхали, так часто он моргал. Мне нравилось, как собранный мужчина превращался в удивленного ребенка. И спустя несколько мгновений в раздумьях он ухмыльнулся, глядя на меня.

— Сколько еще ты хранишь в себе загадок?

Я люблю сладкое, а сладкое любит меня. И я говорю не про сахар, который в детстве могла просто ложками есть, пока бабушка не видела, иначе можно было отхватить пару подзатыльников.

— Светик, ну это же на варенье!

А я в такие моменты хихикала и убегала, прихватив с собой пару кубиков рафинада, которыми делилась с дедушкой.

— Кушай быстрей, пока ба не увидела.

Теперь я выросла и обожаю десерты и всевозможную сладкую выпечку. Булочки, кексы, торты, печеньки и пироги. Это все мое родное, я душу продам мастеру, который все это сотворил.

Я подняла голову от расписной глиняной тарелки и увидела, что на меня пялятся три пары глаз. Проглотив непрожеванный кусок пирога, почувствовала, как он камнем опустился в желудок, и не ощутила при этом никаких угрызений совести.

— У тебя тут… — Рор прикоснулся к уголку своего рта.

Я поднесла пальцы к своему рту и нащупала крошки, которые слиплись комом вместе с ягодным вареньем. Перевела взгляд на Чешуйку и поняла, что, скорее всего, выгляжу сейчас, как он — вся перемазанная.

— Простите, — снова опустила голову, ощущая, как щеки начали теплеть от смущения.

— Вот, — Дио подтолкнул аккуратно сложенную стопку маленьких тряпиц, которые заменяли салфетки.

— Спасибо.

Я быстро вытерла следы своей страсти к пирогу и сделала судорожный глоток восхитительного травяного настоя. Чаем этот напиток сложно назвать, но он все равно дико вкусный. Пахнет просто умопомрачительно, словно я попала на цветочный луг, где пчелы собирают пыльцу.

— Очень вкусно, — ответила на заданный ранее вопрос. — А что это за ягода такая?

— Виринка, — охотно ответил Рор. — Она такая маленькая и круглая. Снаружи фиолетовая, если снять шкурку — зеленая, а когда раздавишь, то красная.

Похоже на описание черники. Ну да, и вкус чем-то напоминает именно чернику со щепоткой кардамона. Необычное сочетание, скорее всего, дома так экспериментировать я бы не стала, но здесь это невероятно вкусно.

— Откуда ты, Света?

Я как раз сделала глоток отвара, и когда услышала вопрос, напиток тут же оказался на столе. Просто от неожиданности.

— Простите, — схватила стопку тряпичных салфеток. — Мне жаль. Я не хотела. Ох, как неловко получилось.

И как мне отвечать на этот вопрос? Дракончикам я, конечно, доверяю, да и как-то выхода другого у меня не было. Чешуйка вообще первый, кого я встретила, и правда вылезла как-то сама собой. Да и Рору пришлось все рассказать, ибо этот мальчишка очень подозрителен. Но я и так им рассказала бы — что страшного можно ожидать от детей? А вот загадочный эльф…

— Это долгая история, — наблюдая за тем, как Дио убирал промокшие салфетки.

— Ничего, — он направился обратно к столу, глядя на меня выжидающе. — У нас еще есть время. Так что…

Раздался стук в дверь, и мужчина замолк.

— Сына, это я! — послышался звонкий женский голос. — Я забыла тебе к пирогу сливок положить. Ну и принесла тут кое-что по мелочи.

— Мама? — глаза Дио расширились.

— Мама?! — я подорвалась на ноги.

— Мама! — спохватился Рор и, схватив Чешуйку за хвост, нырнул под стол.

Мы с эльфом наверняка выглядели комично со стороны. Двое взрослых испугались прихода мамы. Будто мы делали что-то противозаконное. Но у нас тут пара драконов, один из которых в своей истинной форме, так что это и правда может быть незаконно. А может, кузнец переживал, что мама увидит его со мной и расскажет остальным? А вдруг у него есть возлюбленная, которой может не понравиться мое пребывание в доме?

— Что ты долго не открывал… — женщина вошла в комнату и замерла, сделав пару шагов. — Здравствуйте, — заметила она меня.

— Здрасти, — мой сдавленный писк был едва слышен.

Следом в доме появилась та самая Нани с картинки, про которую эльф рассказывал с такой любовью. Юная девушка лет тринадцати прыгнула вверх и повисла на шее старшего брата.

— Привет, кнопка, — Дио расплылся в улыбке.

— Почему ты не пришел сегодня на завтрак? — спросила девчушка расстроено. — Мама приготовила твои любимые блины. Я хотела отложить немного, но папа их съел. Прости, что тебе не досталось.

— Ничего, — Дио провел ладонью по волосам сестры. — Все нормально, я уже пирог поел.

Я подметила, что при упоминании отца глаз эльфа едва заметно задергался. У него совершенно точно проблемы с отцом. Или, может, он и не его отец вовсе? Это многое бы объяснило. К примеру, такое внешнее различие между братом и сестрами.

— Дио, у тебя появилась подружка?!

Теперь все внимание Нани было направлено на меня. И да, в жизни она еще милее, чем на картине. У нее такие живые и пытливые глаза, а улыбка и пара ямочек на щеках никого не оставят равнодушным. Черт, я почувствовала, как сама улыбнулась, хотя момент очень неподходящий.

— Меня зовут Нани, — подскочила ко мне девчушка. — А это наша с Дио мама Элая, — она указала на женщину. — Но ты наверняка все это уже знаешь. Как давно вы с Дио встречаетесь?

— Я… Эмм… Мы…

Я с надеждой смотрела на эльфа, взывая к поддержке, но он и сам выглядел ошеломленным. Мы как два истукана, у которых не было ни одной здравой мысли в голове. Мне казалось, что если продолжим молчать, то они примут это за согласие. Подумать только, всего третий день в новом мире, а уже заполучила эльфа в качестве парня. Правда, только на словах.

— Нани, прекрати смущать девочку, — улыбка Элаи такая теплая и сердечная, совсем как у моей ба. — Придет время, и они сами обо всем расскажут. А теперь давайте немного поедим, — она направилась к столу. — Вижу, вы уже начали, так что мы пришли как раз… Ох.

Женщина сделала шаг назад от стола, когда из-под него выпрыгнул Рор. Чешуйки с ним не было, значит, сумел незаметно спрятать. Хорошо.

— Ах ты, маленький проказник, — Элая пригрозила мальчишке пальцем. — Нельзя же так пугать.

Рор улыбался от уха до уха и, приблизившись к женщине, обнял ее так крепко, что та ахнула. Стало ясно, что это не первая их встреча и что мальчишка очень счастлив. Все больше и больше я осознавала, что Элая добрая и нежная женщина, чье огромное сердце привечает всех.

— Как замечательно, что я взяла немного перекусить, — только сейчас я увидела корзинку в руках женщины. — Поедим и поговорим. Расскажешь, где пропадал последнее время, — посмотрела она на мальчика. — Ну и, конечно, поведаете, как вы познакомились, — улыбнулась она нам с Дио.

— Мам, это не то…

— У братика появилась подружка, — произнесла нараспев Нани. — У братика появилась невеста, — скакала она вокруг эльфа. — И скоро у меня появится еще одна сестра, — подскочила она ко мне с улыбкой. — У меня есть две сестры, но я буду рада, если мы с тобой подружимся.

И как прикажите мне отказать этим глазам и улыбке? Я просто не могла контролировать свой язык:

— Конечно, подружимся.

Бровь Дио от моих слов изогнулась. Да, не это он хотел услышать. А что мне надо было сказать? Я никогда не знакомилась с родственниками. Бывший говорил, что это не имеет значения и что мы все перезнакомимся на свадьбе. Спустя время я, конечно, понимала, что он не хотел приводить меня в родительский дом, так как не планировал ничего продолжительного. Так что прости меня, сногсшибательный эльф, но я не управляю лодкой, в которой мы с тобой оказались.

— Нани, перестань смущать их, — снова повторила Элая и улыбнулась мне виновато, продолжая расставлять посуду на столе.

— Нет, ну ты представь, какой произойдет взрыв, когда все в деревне узнают о Дио и… Ой, — она хлопнула себя ладошкой по губам. — Я ведь не знаю твоего имени!

— Света, — повторила Нани. — Какое необычное имя. Не слышала ничего подобного в наших краях. Ты приехала откуда-то издалека?

Посмотрела на эльфа поверх головы девчушки. Ну давай, остроухий, выручай. Я без понятия, о чем говорить, а твоя сестра не из тех, кто примет неоднозначный ответ.

— Света с Рашийских островов.

Я поняла, что он ляпнул наугад. Но, кажется, сработало.

— Вау! — рот Нани приоткрылся. — Никогда не встречала жителей тех мест. А откуда ты конкретно?

Снова взгляд на Дио. Ну, продолжай, глазастик, раз уж начал.

— Московия, — выпалил эльф.

Московия? Интересно, он это придумал или реально есть такой город? Если есть, то это забавно. Мне уже самой захотелось там побывать. В настоящей Москве никогда не была, так хотя бы ее аналог посещу.

— Ох, я слышала про эту страну.

Страна? Ну, а почему бы и нет? В моем мире Москва тоже как отдельное государство. И людям совершенно не важно, что она часть России. Обычные граждане давно считают ее каким-то отдельным субъектом, куда стекаются все деньги и где процветание и прогресс. В этом мире так же?

— Ты, наверное, очень долго добиралась до наших земель, — Нани не отставала и даже взяла меня за руку, чтобы я села рядом с ней за стол. — Я слышала, что без артефакта воздуха оттуда никак не выбраться. У вас и правда коалон растет на каждом шагу, и вы этими плодами животных кормите?

— Нани, перестань наседать на Светочку, — журчал голос Элаи. — Дай ей нормально поесть. Потом станешь задавать свои вопросы.

Дио принес новые столовые приборы и посуду для своей матери и сестры. На мгновение я почувствовала его присутствие за своей спиной. Мимолетно горячее дыхание коснулось моего уха, вызывая табун мурашек, сбегающих вниз по моему позвоночнику.

— Прости, — прошептал эльф.

Все происходило так быстро, что я едва успела осознать случившееся. Мой язык прилип к небу.

— Ничего страшного.

Лес в закатном солнце прекрасен. Деревья с разной листвой и цветами и так привлекали внимание, а под лучами заходящего светила от них невозможно было отвести глаз. По красоте с лесом могло сравниться только небо невероятного насыщенно-розового цвета и с тремя лунами, что росли прямо на глазах. Ну а самое лучшее и прекрасное — это как закат отражался в лиловых глазах нашего сопровождающего. Свет делал его глаза еще более внеземными, словно какой-то всемогущий художник решил воссоздать красоту в одном объекте и выбрал эльфа.

— У меня что-то на лице?

Вопрос застал врасплох. Я начала часто моргать и поняла, что немного выпала из окружающей действительности. Рор хихикал, Чешуйка только смотрел то на меня, то на эльфа. Сам же виновник моего замешательства хоть и выглядел серьезным, но я видела искорки в его глазах.

— Ничего, — отвернулась и сильнее вцепилась пальцами в шкуру зверя. — Прости, — поспешила ослабить хватку, услышав предупреждающий рык. — Мне правда жаль.

Удостоившись взгляда желтых глаз, я просто смущенно опустила голову и вжала ее в шкуру огромного волчары. Надо быть внимательнее к собственным мыслям, иначе они уносят меня не в том направлении.

— Скоро мы прибудем?

— Немного осталось, — спокойно ответил Дио. — Переночуем в лесу — я знаю одно безопасное место, а ранним утром двинемся дальше.

— Почему не идти всю ночь? Под утро как раз бы пришли.

— Потому что так будет безопасно, — эльф был серьезен. — Если король усилил патрули, то наверняка и егерей нагнал. Мы не можем рисковать.

Точно. Именно поэтому мы и выдвинулись так поздно, хотя по первичному плану должны были провести ночь в доме Дио. Его мама уже успела распределить, где именно мы ляжем спать, при этом загадочно поглядывая на меня. Но известия, полученные от Нани, все изменили.

— Кстати, — сестра Дио отвлеклась от вытирания посуды после мытья. — Вы слышали? Сбежал какой-то опасный преступник из королевской темницы.

Что-то упало на пол, и я увидела, что эльф стоил над корзиной, из которой вывалились фрукты, похожие на яблоки, скрещенные с грушей. Он уловил мой взгляд, но по его лицу ничего я ничего не смогла прочитать.

— Простите, — он начал собирать разлетевшиеся фрукты. — Откуда ты об этом услышала?

— Так Вита рассказала, — продолжила Нани, не увидев ничего странного в поведении брата и остальных в комнате. — У нее же старшая сестра в таверне подрабатывает, а там куча всяких разговоров ходит.

— И верить этим разговорам совершенно не стоит, — Элая забрала чистую посуду и посмотрела на дочь. — Сколько раз говорила, чтобы не таскала сплетни и не распространяла их?

— Ничего это не сплетни, — надула девчушка щеки. — Сестра Виты это от стражников местных услышала. Они, как обычно, пришли после смены, чтобы надраться, как…

— Нани! — вскрикнула Элая.

— Прости, — сестра Дио прикусила губу. — Но они правда говорили. И о том, что патрули усилят, тоже сказали. Даже о комендантском часе и проверках домов на наличие преступника, которого могут укрывать.

— Да кому в голову придет его у себя держать? — помотала Элая головой.

— Случаи всякие бывают, мама, — заметил Дио. — А словам короля я бы не верил. Сказать можно что угодно, вот только никаких доказательств преступлений у него, я уверен, нет.

Вот почему мы отправились в путь сразу же после позднего обеда. Эльф не объяснил, о каком преступнике шла речь, но мне хватило новости про усиление патрулей. Нельзя нам им попадаться. Если Рор еще сможет проскользнуть вместе с нами, то Чешуйка окажется в большой опасности.

— Так вечер скоро, — не понимала Элая причины нашей спешки. — Зачем прямо сейчас уезжать?

— Простите, — улыбнулась я женщине, — но время не ждет. Дорога каждая секунда. Я бы не стала просить Дио о помощи, но без его ездового зверя мне точно не успеть вовремя. Кстати, — повернулась к эльфу, — а на чем мы поедем? Вернее, на ком? Ты так и не сказал.

Мужчина усмехнулся и потянул в сторону высокие ворота строения, похожего на конюшню. И я действительно заметила загоны для зверей, разделенные перегородками, но они были пусты.

— Всю живность у меня недавно купили проезжавшие мимо торговцы, — объяснил эльф. — Но даже если бы они еще остались, то нам бы все равно не понадобились. Потому что я доверяю только одному своему напарнику.

Как только я решила открыть рот, чтобы спросить, о ком он говорил, как темнота внутри стойла начала двигаться. Она словно перетекала из одной формы в другую. Потом загорелись две желтые яркие точки с узким зрачком, и я отшатнулась. Мрак двигался вперед, пока я отступала.

— Знакомься, — Дио хлопнул по вытянутой морде черного, как ночь, волка размером с двух лошадей. — Это Феринал, — улыбнулся он довольно, зарываясь пальцами в густую шерсть. — С этим парнем нам никакое путешествие не будет страшно. На самом деле это нас будут обходить стороной.

— Это… Это же…

— Соблай, — закончил за меня эльф. — Он был таким мелким в своем помете, что казалось, совсем не выживет, его хотели убить, чтобы не мучился. Но я забрал его, и он, как видишь, — снова улыбнулся, поглаживая своего питомца, — вырос красавец на зависть всем.

И мне на ужас. Как вообще можно находиться рядом с такой махиной и не переживать, что она откусит тебе голову? Посмотрите только на его челюсти — это же смертоносные жернова! Раз — и нет человека, да и любого существа.

— Нет, — помотала головой. — Не-а. Я на такое не подписывалась. Я к нему и близко не подойду. Ни за что.

Феринал повернул ко мне голову, словно поняв, что говорю о нем, и начал скалиться. Или улыбаться? Скорее, улыбаться, и довольно ехидно. Этот волк-переросток забавлялся моим испугом. Вот же шерстяное недоразумение, решил, что может надо мной потешаться.

— Ладно, — сделала уверенный шаг вперед, — уговорили. Я поеду на нем, — надеясь, что было не слышно, как дрожит мой голос — И мне совершенно не страшно.

Дио с Рором переглянулись между собой и улыбнулись, пока я продолжала ментальную борьбу с мифическим скандинавским чудищем. У них, кстати, и имена похожи: Фенрир и Феринал. Интересно, эта животина тоже здесь, чтобы пожрать мир, или только для моего ужаса?

Но если говорить начистоту, то Феринал оказался не только устрашающе большим, но еще и сильным. Он, казалось, даже не понял, что ему приделали огромные сумки, забитые всяческими вещами. Кстати, кое-что Дио собирался оставить, и мне пришлось отвоевывать каждую покупку.

— Зачем тебе этот кусок? — Эльф разглядывал аккуратно сложенный кусок ткани, похожий на брезент.

— Затем, что палатки у вас тут не выпускают, а спать под чистым небом только звучит романтично, — вырывая свою вещь. — А если дождь пойдет? Не собираюсь я прятаться от него под кронами дерева.

— Ладно, а это зачем? — Дио открыл мешок с белыми круглыми таблетками размером с мою ладонь.

Эти таблеточки по своим свойствам очень похожи на сухое горючее, которое дедушка брал с собой в походы. Я запомнила это, ибо обожала смотреть, как деда его зажигает. Делал он это нечасто, только когда найденные дрова были слишком влажные и не хотели гореть.

— Ты не умеешь разжигать огонек? — смотрел Дио недоверчиво.

— Не все в ладах с природой, — забрала мешок. — Я городской ребенок, не готовлю на костре и не подтираюсь лопухом.

И такой разговор случался при виде каждой вещи, которую аскетичный эльф считал ненужной. Хотя стоит сказать, что за количество набранной еды он сначала хотел меня так же пожурить, но заткнулся, даже не открыв рта.

— Рор ничего не рассказывал мне о том количестве людей, — сделала акцент на этом слове, — которые могут ждать нас. Поэтому я взяла всего побольше. Я иду туда, чтобы помочь им, и никто не останется голодным.

Но не только отсортировка припасов стала проблемой в самом начале нашего похода. Я хоть и старалась показать, что не боюсь Феринала, все же старалась к нему лишний раз не приближаться. И в конечном итоге это привело меня к моменту, которого я старалась избежать.

— Нет, — сжала кулаки. — Я не сяду на него. Лучше пускай Рор на нем едет. Он маленький, у него короткие ножки, мы будем из-за него тормозить.

— Помнится, это ты постоянно отставала, пока мы были в городе, — улыбнулся мальчишка.

— Потому что я просто была очень внимательна к архитектуре и смотрела, чтобы за нами никто не следил, — не собиралась соглашаться с этими бессовестными обвинениями. — А сейчас, когда мы на природе, я буду…

— Так же глазеть по сторонам, — перебил Рор. — Мы пока сюда шли, ты пятнадцать минут смотрела, как вислушка вьет себе гнездо. Очень увлекательное занятие.

— Будто я каждый день вижу птицу с двумя головами, — пробурчала себе под нос. — Все равно я не сяду на него. И даже не уговаривайте.

— Путь будет долгим, — Дио оглядел мой новый прикид. — И хоть сапоги у тебя выглядят очень дорого, ты все равно скоро натрешь себе мозоли. А хромоножка нас точно задержит.

— Ничего я не натру, это стопроцентная кожа. Они стоили мне кучу денег.

— Верю, — кивнул эльф. — Но ты ведь их еще не разносила, так что в любом случае они станут натирать — так бывает всегда, если обувь пошита не четко по твоим меркам. Но ладно, если не хочешь, можешь идти пешком.

И как бы мне не хотелось признавать правоту эльфа, после пары часов я все же оказалась на спине волка-переростка. Это было лучшим решением, потому что Феринал двигался хоть и быстро, но очень мягко. Я даже в какой-то момент задремала. Разбудил меня рык.

— Не сплю, — поймала взгляд желтых глаз. — И не смотри на меня так, будто сам никогда не спал на ходу.

Так мы и двигались, пока солнце окончательно не зашло, и путь нам стали освещать луны. А спустя непродолжительное время показался выход на небольшую поляну, скрытую со всех сторон высоченными деревьями. Дио, наконец, скомандовал:

Кряхтя и причитая, я начала сползать со спины волка, пока не вскрикнула, почувствовав прикосновение сильных пальцев. Эльф играючи оторвал меня от зверя и, развернувшись, поставил на землю. У меня даже слов не осталось.

— Не за что, — улыбнулся Дио, понимая мою реакцию.

Чтоб ему пусто было. Чертов мистер Совершенство.

Казалось бы, единение с природой для меня как для ребенка, выросшего в деревне, должно быть в крови. Постоянная близость к лесам и бескрайним полям, не успевшим познать руку прогресса; собирание грибов с ягодами; рыбалка на местном озере в тишине утра — все это должно было сделать меня готовой к ночевкам в лесу. И я бы была готова, не живи почти десять лет в городе. Комфортная жизнь среди высоток-домов, а не деревьев, меня избаловала.

— Я соберу хворост для костра, — сразу же вызывался Рор, стоило нам снять вещи со спины Феринала.

— Только будь осторожен, — попросила я мальчишку. — Темнота хоть глаз выколи, еще заблудишься.

— Ничего со мной не случится, — отмахнулся он. — Я уже столько раз через эти места бегал, что и не сосчитать. Все будет нормально.

— Подожди, — я бросилась к рюкзаку и сняла с его бока притороченный ремнями фонарик. — Вот, — протянула его мальчишке. — Он хоть немного разгонит тьму, и ты не споткнешься.

— А как же мне хворост нести? — недоумевал Рор.

«Я понесу свет, — вызвался Чешуйка, подлетая ко мне. — Я смогу, — он схватил фонарик передними лапками, что не совсем легко. — Я смогу», — пыхтел малыш, отрываясь от земли с помощью своих крылышек.

Я с восхищением следила за парением дракона, все еще не веря, что происходящее реально. Настоящий дракон прямо передо мной — чудо, о котором многие могут лишь мечтать. Ох, Зойке бы тут так понравилось. Подруга бы умерла от такого счастья, причем с улыбкой на устах. Но правильно говорят: когда чего-то очень сильно ждешь, редко получаешь желаемое.

— Все с ними будет нормально, — донесся до меня голос Дио, который раскапывал яму для костра. — Тебе не нужно беспокоиться о них.

— Но я беспокоюсь, — ответила, следя за тем, как свет от фонаря исчезает за деревьями. — Они же просто дети. Взрослые должны о них беспокоиться.

Через несколько мгновений, когда свет окончательно пропал, я развернулась спросить, не требуется ли эльфу помощь, но его взгляд не дал мне и слова произнести. Внимательный и очень въедливый взгляд, будто мужчина пытался мне в голову проникнуть.

Мне не нравилось, как он смотрел. Только сейчас до меня дошло, что мы остались одни. И если в другой ситуации я могла бы порадоваться этому, ведь очутилась один на один с красивым мужчиной, который к тому же не глуп, то в данных обстоятельствах, связанных с непонятными мне правилами этого мира, я чувствовала себя не в своей тарелке. Может, эльфы из книг отличаются от эльфов реальных? От тех, что прожигают тебя взглядом.

— Кто ты такая? — Дио поднялся на ноги, перестав заниматься раскопками.

— Рор ведь сказал, что я…

— Да, он сказал, что ты спасла его младшего собрата и выручила их в городе, — он обошел поваленное дерево. — Накормила двух беспризорников, дала им поспать на мягкой постели, — еще ближе придвинулся ко мне. — Но кто ты такая? Откуда ты? И что ты задумала?

Эльф сделал шаг вперед, а я шаг назад. Мы как будто начали играть в кошки-мышки, пока я не осознала, что дальше отступать некуда. За мной оказалось дерево, к которому я прижалась спиной. И почувствовала, как кора колется сквозь тонкую рубашку, в которой я осталась из-за жары. Холодный пот стекал по лицу от ужаса, который струился по моим венам.

— Мальчишкам так легко задурить голову, — рука Дио оказалась рядом с моей головой, когда он уперся ладонью в дерево. — И, сказать честно, ты даже меня смогла на мгновение провести вокруг пальца. Но глядя на то, как ты беспокоишься за них, я понял, что все это чушь, — его лиловые глаза горели в темноте, как две зловещих точки, как предвестники неминуемой гибели. — Кто ты такая?

Он рычания эльфа я готова была съежиться, но его тело так близко подобралось к моему, что это казалось просто нереально. Первая мысль — броситься в сторону и убежать, но рациональная сторона взяла надо мной верх. Трусливый заяц внутри моей головы забился в самую глубокую нору, дав дорогу чему-то бесстрашному и гордому поднять мой взор. Я просто не могла убежать.

— Ты вправе опасаться меня, — мой голос почти не дрожал. — И для этого у тебя есть веские причины. Незнакомка, которая ничего о себе не рассказывает, появившаяся словно из воздуха. Кто угодно начнет сомневаться. Да я бы и сама себе не поверила, окажись на твоем месте, — почувствовала, как меня медленно перестало трясти от ужаса, вселяемого эльфом. — Но у меня нет никаких злых намерений. Я не обижаю ни людей, ни животных, особенно — животных, — выделяя последние слова. — И да, когда я беспокоюсь о ребятах, то делаю то, что сделала бы моя бабушка, — улыбнулась. — У нее огромное сердце, и я хочу думать, что мне досталась его частичка.

Повисла недолгая пауза. Дио молчал, но не отступал. Кажется, что мои слова на него не подействовали. Но через долгие, кажется, секунды, он сделал шаг назад, а я глубоко вздохнула. Я не заметила, как перестала дышать в какой-то момент. Черт, этот парень и правда жуткий. Хоть и красивый.

— Предположим, что я верю в твои мотивы помочь мальчишкам, — эльф не думал отступать по-настоящему. — Но все еще остается вопрос: откуда ты? Твои манеры, имя, то, как разговариваешь и постоянно оглядываешься, засматриваешься на какое-нибудь растение или животное. Ты словно не видела ничего похожего раньше. Я мог бы списать это на то, что ты из Московии, но путь оттуда неблизкий. Да и воздушный артефакт не из дешевых.

— Кстати, Московия звучит очень созвучно с названием города, из которого я действительно родом, — отлепила себя от дерева. — Москва. Если точнее, я долгое время жила в деревне под Москвой, но последние годы обитаю именно Москве — она столица, главный город в моей стране. Но мои старики остались в деревне, и я стараюсь выбираться к ним почаще, — опустилась на то самое поваленное дерево, обойдя эльфа. — Возвращалась от них и попала в тот… — подбирая слова. — Портал, наверное. Была белая вспышка света, а после я отрубилась и очнулась в том лесу, где нашла Чешуйку.

— Вспышка белого света? — выдохнул Дио.

— Да, — кивнула. — Я слышала, как мальчики говорил об этом, кажется, они сказали, что в этом замешан дракон, — усмехнулась. — Даже сказали, что я могу быть одним из них. Странно, правда? Я ведь не могу… Что такое?

Эльф подскочил ко мне и, опустившись на одно колено, обхватил мои щеки ладонями. Его глаза впивались в мои. Воздух вокруг нас накалялся. Я ощущала его сжатие, будто он стал плотным и давил со всех сторон. Кожу начали покалывать тысячи маленьких иголок. Мир вокруг стал мутнеть, и только два лиловых глаза оставались четкими.

Мои щеки обжигало огнем, и Дио упал назад с громким шипением. Или он не сам упал? Но и я его не толкала.

— С тобой все нормально? — спросила.

Эльф разглядывал свои ладони. Я ничего не видела в темноте, но огонь, лизнувший мою кожу, был таким реальным, что мужчина мог и обжечься. Я же ничего не чувствовала.

— Все в порядке, я… — он встряхнул своими серебристыми волосами. — Извини. Мне нужно было проверить. В наши дни нельзя доверять всем подряд… хотя это недоверие длится уже несколько поколений. После того как… Прости, большего я тебе сказать не могу. Это не моя история и не моя тайна. Уверен, ты получишь ответы, да и все мы, как только доберемся до места.

Эльф хотел подняться с земли, чтобы уйти, но я не позволила, вскочив на ноги и схватив его за руку. Он зашипел, и я опустила взгляд вниз. Я схватила его не за кисть, а за ладонь.

— Извини, — поспешила попросить прощения. — Что ты увидел? Или понял? Что произошло только что? — в моем голосе сквозили истерические нотки. — И не смей говорить, что ничего не случилось! Я уже сыта по горло тайнами вокруг меня! Мне интересен этот мир, но я не переношу, когда чего-то не понимаю. Это убивает…

Дио коснулся моей руки и поднял ее вверх:

— Ты поранилась.

Я посмотрела на ладонь и увидела, что она вся в крови. Черт, как я не заметила? Боль прошла сразу же, как только поняла, что случилось.

— Каким образом?

— Скорее всего, зацепилась за кору дерева, — эльф достал из кармана кусок ткани, подозрительно похожий на тканевые салфетки в его доме. — Надо будет промыть, но, думаю, ничего страшного не случилось. Не понадобится никаких мазей, повязки будет достаточно.

Я следила, как осторожно он вытирал кровь, стараясь не задеть рану. Между нами повисла спокойная тишина. Мне уже не хотелось истерить, но я все еще ждала ответов.

— Ты не можешь рассказать мне, что увидел, но ты ведь можешь сказать, как ты это увидел? Мирмик Воглер в городе сказал, что я испускаю какую-то древнюю энергию. Она даже заставила его принять свой истинный облик.

— Неужели? — Дио казался все таким же спокойным.

— Рор едва мог говорить, когда лицезрел настоящее чудо природы, но ты не кажешься пораженным.

— Я видел достаточно, чтобы перестать реагировать на такие мелочи, — он ненадолго замолчал. — Например, ненависть человека, который обещал заботиться обо мне, но забыл об этом, как только увидел мой облик, — его глаза, наконец, встретились с моими. — Я не похож на своих сестер, как ты уже поняла, — он мягко улыбнулся. — Но я все равно их люблю. Что, конечно же, не нравится их отцу. Не многие сохранили ненависть к темным эльфам, но мне не повезло.

— Твой настоящий отец был…

— Дроу, — заканчил Дио. — Я ничего о нем не знаю, да и не много мне от него досталось, разве что внешне немного схожи, и немного могу видеть ауру живых существ. Обычно этот навык применяется при охоте, чтобы вычислять зверей, и для этого не нужны глаза. Я могу догадаться, что ощутил мирмик, и если все увиденное мной правда, то его поступок становится ясным.

— Что ты увидел, Дио? — подалась вперед, сжимая второй рукой кисть эльфа.

И наши лица стали так близко, что я почувствовала, как его дыхание коснулось моих губ. Я чувствовала травяной запах, исходящий от него, и увидела темное пятнышко в одном из его глаз. Не полностью лиловые, кое-что от матери все же досталось. И этот момент стал таким интимным, что мое сердце застучало от волнения. Но это ничего не значит, пока я не узнаю правды.

Мы отскочили с эльфом друг от друга и сразу же повернулись в сторону. Чешуйка парил в воздухе, удерживая фонарик и высвечивая Рора. Улыбка у мальчишки была хитрющая.

— А что это вы тут делаете?

Почему, когда необходимо, время не может идти быстрее, а путь не преодолевается за считанные мгновения? Чтобы моргнул и тут же очутился в нужном месте. И не пришлось бы передвигаться, ощущая на себе насмешливые и пристальные взгляды, которые снова и снова напоминали о том, как глупо я себя повела.

А ведь ночевка прошла очень даже сносно. После того, конечно, как мы с Дио оказались далеко друг от друга, причем я отпрыгнула так быстро, что сама удивилась собственной прыти. Рор продолжал ехидно улыбаться, поглядывая на нас. В основном он смотрел на меня, так как, в отличие от эльфа, я не смогла сохранить равнодушное выражение лица, и, кажется, даже во тьме был виден мой румянец.

— Вы принесли хворост! — всплеснула руками. — Как здорово! Давайте поскорее разведем костер и что-нибудь приготовим, — начала суетиться. — Господи, я так голодна, вы себе не представляете насколько! Желудок почти прилип к позвоночнику! Если бы вы только слышали, какие дифирамбы поет мой внутренний кит.

Понимаю, что не произошло ничего страшного. В конце концов, я взрослый человек и могу стоять рядом с другим взрослым человеком. Но, вспоминая, как Дио касался моего лица, язык сам собой начинал выдавать всякую чепуху.

— У кого-нибудь есть спички или…

«Я дыхну».

Чешуйка поспешил к яме, в которой я разместила дрова в виде домика и под них набросала хвороста. Малыш замер на краю ямы и сделал глубокий вдох. Я видела, как раздувалась его грудная клетка. Мелкие чешуйки расходились в разные стороны, оголяя почти прозрачную кожу, под которой виднелось зарождавшееся оранжевое пламя. Это невероятно завораживающе! Огонь клубился внутри дракончика.

Я замерла, ожидая огромную струю огня, но пламя, вылетевшее из пасти Чешуйки, больше напоминало запал зажигалки. От неожиданности и несправедливости подобного развития событий я плюхнулась на землю.

«Я могу лучше, — малыш словно почувствовал мое настроение. — Сейчас получится больше. Я могу».

Он пыхтел, ерзал, перебирал лапками и снова набирал полную грудь воздуха, но результат не менялся. Наблюдая за ним с улыбкой, я подалась вперед и провела по лобастой голове пальцами, цепляясь за маленькие рожки.

— Ты справился, милый, — успокаивала дракончика. — Я никогда не видела, чтобы драконы дышали пламенем, — улыбнулась ему. — Спасибо, что показал мне. Я никогда не забуду этот момент.

И, казалось, после такого ничего уже не должно было случиться. Мы развели костер, я достала новенький котелок и кое-какие продукты, чтобы быстро приготовить перекусить. Все шло замечательно. И вроде мы все давно позабыли о том, что произошло. По крайней мере, Рор больше не поглядывал на меня с ухмылкой. Но на одном позорном моменте я не остановилась.

— Что ты делаешь? — Эльф смотрел на мои руки.

— Чищу овощи, — тоже посмотрела на свои пальцы, сжимающие маленький нож.

Клинок, конечно, выглядел странно — закругленный и имел несколько дырок, — но это то, что порекомендовал мне лавочник. Я просила что-то удобное, и он сказал, что это самый подходящий вариант. А так как в этом мире много странных фруктов и овощей, то я решила, что местным лучше знать.

— Ты собираешься чистить их этим? — бровь эльфа приподнялась.

— Да. Ты ножа для овощей никогда не видел?

И тут Рор зашелся громким смехом, который даже заставил его упасть с поваленного дерева. Чешуйка плюхнулся за другом, и я слышала его смех в своей голове.

— Это хозяйственное орудие для сбора травы, — объяснил Дио. — Причем детский размер. Они довольно старые, их почти нельзя уже нигде встретить, и уж точно их не продают.

— Но лавочник сказал…

— Ты правда думала, что это обычный нож? — продолжал хихикать Рор.

Но мальчишка замолчал, когда эльф бросил на него тяжелый взгляд. Даже Чешуйка, икнув, замер на месте.

— Вам стоило лучше за ней присматривать и все объяснять, а не болтаться без дела, — Дио вытащил из своего наплечного мешка ножны. — И если вам так смешно, то готовка ужина на вас.

— Эй, но ведь Чешуйка не может ничего держать лапками! — возмутился Рор. — Значит, мне самому придется все делать?!

— Ничего, справишься, — эльф забрал у меня подготовленные овощи. — А в следующий раз ты десять раз подумаешь, прежде чем смеяться над человеком, который тебе помог.

Но на этом я не остановилась.

Утром проснулась и поняла, что эльфа нет. Мальчишки перебрасывались чем-то похожим на огромную шишку, явно не найдя себе больше никакого занятия. Увидев, что я не сплю, они оживились.

— А где наш доблестный сопровождающий? — потянулась, ощущая прохладное дуновение утреннего ветерка.

— Ушел на озеро, — кивнул Рор в сторону от лагеря. — Мы уже сходили и умылись. Я воды набрал в котелок. Дио сказал, что мы позавтракаем по дороге бутербродами. Надо спешить, если собираемся успеть до вечера.

— Хорошо, — кивнула. — По дороге так по дороге. А далеко озеро отсюда?

Я не собиралась идти туда, пока Дио не вернется. Было бы крайне неуместно увидеть эльфа во время его водных процедур. И… Эх, кого я обманываю? Увидеть эльфа было моей давней мечтой. Увидеть эльфа без рубашки все равно что получить божественное благословение. Но я, само собой, не собиралась следовать своим низменным желаниям.

Не понимаю, как ноги вообще понесли меня на озеро. Осознала, что делаю, только когда заметила среди деревьев водную гладь. Дыхание перехватило. Ладони стали мокрыми. Я чувствовала свежий запах воды, и мозг уже рисовал, как холодные капли стекают по точеному торсу. И как я смахиваю их своими пальцами, прежде чем…

— Свет, а ты что там делаешь?

Вопрос Рора застал врасплох. Так же как и хрустнувшая под ногами ветка. Я успела поймать взгляд лиловых глаз среди листвы. Я видела только глаза и ничего более, но уже чувствовала себя очень неловко.

— Ничего, — развернулась в другую сторону.

— Ты что, за Дио подсматривала?! — повысил мальчишка голос.

Ух, и надеру я ему уши когда-нибудь.

— Я шла по своим делам, — уходила как можно дальше и как можно быстрее. — Возвращайся в лагерь сейчас же.

Я не исполнила свою мечту увидеть полуобнаженного эльфа, так еще попалась на подглядывании, как девчонка. Поэтому смешливые взгляды моих попутчиков совсем не удивляли. И пусть Дио никак не прокомментировал произошедшее, сохраняя холодную отстраненность и равнодушие, порой я ловила на себе его заинтересованный взгляд. Но смотрел он на меня только потому, что я сама то и дело посматривала на него.

Этим утром Дио заплел свои волосы в три косы каким-то очень сложным плетением. Две маленькие косички шли от висков, а основная, самая толстая, начиналась ото лба и соединялась с мелкими. Таким образом, его уши оказались открыты, они буквально были выставлены напоказ и не переставали манить меня, как магнит. Интересно, они и правда такие чувствительные, как об этом пишут писатели? Это еще одна эрогенная зона у эльфов?

— Ничего, — я резко отвернулась, цепляясь за шкуру Феринала. — Ох, прости, приятель.

Волк ворчал, я ощущала себя сидящей на иголках. Голова сама начинала поворачиваться. Я лишь секунду успевала полюбоваться заостренными ушами моего спутника, как тут же снова встречала взгляд лиловых глаз.

— Ты не такая ловкая, как думаешь, — выдал Дио. — Если у тебя есть вопрос, то задай его. Я не могу читать твои мысли, хоть и вижу их на твоем лице. Ты слишком открытая, и это небезопасно в нашем мире.

— Хочешь сказать, что в этом мире много плохих людей?

— Плохие люди есть везде, и они с радостью воспользуются чужой открытостью и наивностью. Так что ты либо учишься не показывать своих явных желаний, либо берешь то, что хочешь.

Я уже представляла, как прошу мужчину подойти ко мне и как сжимаю тот самый заостренный кончик его уха. Только двумя пальцами. Аккуратно и нежно, чтобы проверить. А потом спускаюсь ниже, обвожу подушечками пальцев раковину и цепляюсь за мочку. И я почти представила, как расширяются зрачки эльфа, как их чернота пожирает лиловый цвет, а его рот приоткрывается, и с губ слетает тихий стон, который…

— У тебя температура?

Я вздрогнула и помотала головой. Черт. Ну что со мной? Какой похотливый жук меня покусал? Я мысленно только что чуть не совершила грехопадение с чистым и добропорядочным эльфом. Если это место филиал ада, то неудивительно, что меня сюда отправили. За такие-то желания.

— У тебя лицо покраснело, и испарина появилась на лбу, — Рор выглядел обеспокоенным, забыв про то, что еще минут десять назад забавлялся надо мной.

Дио прищурился, и я очень надеялась, что вместе с чтением ауры он не может читать мысли глупых девиц, которые не могут держать в узде свою фантазию.

— Когда вернемся в пещеру, я сварю тебе отвар, — эльф, наконец, отвернулся от меня.

— Спасибо, — опустила голову.

— И да, тебя надо будет хорошенько прогреть, чтобы ты как следует пропотела.

Я сглотнула. Мне надо… что? Что бы там ни было, если Дио участвует, то и я вместе с ним.

Ох, Зойка, мне будет что тебе рассказать.

Горы во всех мирах остаются горами. Что в моем мире, что здесь. Они выглядят как огромные исполины, по которым, кажется, невозможно забраться. Вот бы попасть в мир, где у каждой горы имеется лифт или какой-то другой подъемник. Чтобы забрался в него и — оп, ты уже наверху без всего этого обливания потом.

— А как же Феринал? — я оглядела волка-переростка, который точно, как и я, замер перед узкой тропой, уходящей вверх. — Как он туда заберется?

— Никак, — Дио принялся снимать со спины зверя седельные сумки и скидывать их на землю. — Дальше мы сами.

— Мы его здесь оставим?!

Я подошла ближе к волку и заглянула в его умные желтые глаза. Как бы он ни страшил своими размерами и как бы заносчив ни был, я успела к нему привыкнуть.

— Нет, конечно, — эльф заканчивал избавлять зверя от его ноши. — Он вернется домой. В горах ему все равно нечего будет делать. Пещера хоть и обжитая, но никак не подходит соблаю размером.

— Но как он вернется один по темноте? — вцепилась в мех на шее волка. — Вдруг на него кто-то нападет…

— С ним все будет нормально, — успокаивал эльф и разжимал мой кулак, отцепляя каждый палецот шерсти зверя. — Он парень способный. К тому же он не пойдет по нашему пути.

— Тогда как…

Дио хлопнул по массивному боку животного, и в то же мгновение вокруг поднялась пыль. Я стояла, разинув рот, увидев крылья, появившиеся на спине Феринала.

Он еще и летает?!

У меня пропал дар речи. Мало того, что он огромный, так еще имеет крылья. Удивительный зверь! Хотя чего я ожидала от мира, где водятся ездовые козы и зайцы с телом леопарда:

— А почему мы не долетели на нем до места? — я приняла из рук Дио небольшой вещевой мешок.

— Летать с большим грузом нереально даже для взрослых соблаев. А Феринал все еще считается щенком. Может чуть позже, когда он подрастет…

— Подрастет? — перебила я.

Начало подъема шло легко, потому что я была погружена в собственные мысли о том, до каких размеров тут могут вырастать животные. Представляла себе курицу размером с двухэтажный дом и яйца, которыми можно было бы накормить целую страну. И таким образом я почти не заметила, как преодолела расстояние от подножия и добралась до небольшого плата.

— Обернись, — предложил Дио.

Мой рот, в который раз приоткрылся от увиденного. Дух захватывало от того, как лес выглядел с такой высоты. Он был полон цветов. Горный воздух наполнял легкие, и я сделала глубокий вдох. Голова становилась чистой от переживаний и сомнений. Я чувствовала, что для меня нет ничего невозможного. Я могу все, что угодно. Я сила. Я мощь. Я…

Я самый несчастный в мире человек.

— Света, не отставай.

Рор скакал вокруг меня, умудряясь быть одновременно везде. Вот он рядом со мной, а через мгновение уже подле Дио, который шагал вперед с неумолимой скоростью и легкостью. А ведь на его плече висел мой рюкзак, в который мы снова загрузили почти все пожитки. Нам с Рором мужчина отдал какую-то мелочь. Представляю, как бы я сама забиралась по этой тропе, таща на себе весь этот скарб.

Чешуйка летел недалеко, выделывая головокружительные пируэты, но лишний раз высоко не поднимался. Вокруг ни души, но рисковать все равно нельзя. Мы не знаем, как далеко проникли егеря и насколько их много.

— Свет, ты все еще отстаешь, — Рор сделал вокруг меня очередной круг. — Хочешь, понесу твой мешок? Мне не тяжело.

— Со мной все нормально, — я заметила, что Дио смотрел на меня. — Просто немного дыхание сперло.

На самом деле, ноша на спине не беспокоила меня. Удивительно, но вещевой мешок из нового мира очень даже удобен, словно несла дорогой рюкзак с какими-нибудь жесткими вставками и прочей поддержкой для спины. Лямки не оттягивали и не соскальзывали. Но вот ноги… Они просто убивали. А ведь дедушка был прав, когда говорил, что в жизни все пригодится.

— Светик, ты точно не станешь на сопку подниматься? — дедушка указывал на самый верх. — Оттуда такой вид красивый! И подснежники наверняка крупнее. Сможешь их засушить и сделаешь гербарий.

— Не, деда, — я достала из рюкзака хрестоматию. — Я лучше останусь и почитаю. Да и гербарии мы в школе давно не делаем. К чему мне вообще лезть на сопку? Только ноги устанут, и вспотею лишний раз.

— Никогда не бывает лишним немного подвигаться, — улыбнулся он мягко, уже заранее зная, что я отвечу. — Никогда не знаешь, что может в жизни пригодиться.

— Ну, в гору на скорость мне точно никогда забираться не придется, — открыла книгу. — А если вдруг и придется, разве ж этому учиться надо? Берешь и забираешься. Невелика наука.

И да, наука, может, и не великая, но так я хотя бы знала, как надо правильно дышать, чтобы каждый новый вдох не казался последним. Горло разрывало. И неважно, дышала я носом или ртом. Хотелось упасть и никогда больше не вставать. Пусть кто-нибудь понесет мое бренное тело.

— Мы почти на месте! — услышала бодрый голос Дио.

Черт бы побрал этого длинноного эльфа и его тренированный организм. Кажется, не будь тут меня, он бы уже давно, как горный козел, по камням попрыгал и взобрался к пещере за считанные минуты.

Представила рогатого Дио и тихо посмеялась. Смех быстро перешел в кашель, который остановил моих спутников.

— Устроим привал? — эльф развернулся и посмотрел на меня сверху.

— Нет-нет, — помахала я рукой. — Все нормально. Идите вперед, — схватила ртом воздух. — Просто дыхание сбилось. Не останавливайтесь из-за меня.

Усевшись на камень, я достала бутылку воды и сделала несколько жадных глотков. Холодная жидкость, как наждак, прошла по горлу и опустилась тяжестью в желудок. Определенно, надо что-то делать с этой слабостью. Не знаю, как долго я еще пробуду в этом мире, но каждый раз так умирать от небольшого подъема вверх — ненормально. Ну или найти место, где не придется иметь дела с горами.

— Не медли, — Рор пролетел мимо меня.

«Не медли», — вторил Чешуйка другу.

Мелкие проказники. Доиграются они у меня. В следующий раз заставлю перечистить всю картошку в мешке.

Солнце заходило, когда я, наконец, добралась до очередного плато, куда больше того, на котором мы останавливались. Ожидала увидеть зияющий вход в пещеру, но ничего похожего не нашла. Повертела головой по сторонам в поисках спутников, но их не было. Паника вспыхнула незамедлительно.

Куда они могли подеваться? Я не так долго поднималась, чтобы они исчезли. А вдруг егеря поставили ловушку, и они в нее угодили? А что если за мной эти злодеи тоже следят?

Сделала шаг назад, стараясь понять откуда ждать опасности, когда сбоку от огромного валуна появилась знакомая голова с маленькими рожками.

— Чешуйка! — выдохнула при виде дракона.

«Я, — боднул он воздух головой. — А ты чего здесь стоишь? Заходи давай быстрее, — он оборачивался назад. — Поторопись!»

— Чего ты такой нетерпеливый? — направилась к скрытому валуном входу.

Неплохой способ спрятать пещеру, такие дилетанты как я его точно не заметят, но опытных следопытов не обмануть. И почему выбрали именно это место? Хотя мне откуда знать, как и где надо прятаться. Я, в отличие от драконов, никогда и ни от кого не скрывалась.

«Дедушка меня пока не заметил, — поделился малыш. — И, может, если увидит тебя, то не станет сильно ругаться».

— Пройдоха.

Оказавшись в пещере, я начала часто моргать, чтобы привыкнуть к темноте, но почти сразу же заметила свет вдалеке. Слышала, как Чешуйка перебирал лапками, направляясь вперед. Но я почему-то представляла себе огромных жуков, которые могут здесь обитать. Или даже не жуки, а пауки размером с лошадь, которые только и ждут момент для нападения.

— Не думай, что я не заметил тебя, — раздался властный и сердитый голос, когда мы приближались к гроту. — Вам, молодой человек, лучше придумать историю получше, чем ту, что рассказал Рор. Потому что от этого зависит, как долго ты просидишь в этой пещере, не выходя на улицу.

Так, кто-то сейчас отхватит. Надо спасать малыша.

Я вывалилась из коридора с шумом, кряхтением и причитаниями, привлекая к себе внимание.

— Умираю, — упала на колени. — Воды. Мне нужно воды, — обвела взглядом присутствующих. — Вы не могли устроиться где-нибудь пониже? Обязательно забираться так высоко?

Дио приподнял бровь от удивления, но затем уголок его рта дернулся, когда увидел, как Чешуйка попятился от гневного взгляда старика. Надеюсь, теперь мое выступление не выглядело абсурдно. Я вообще-то тут детей спасаю. Хотя будь я на месте их дедушки, тоже бы отвесила пару подзатыльников и лишила сладкого.

— Огиер, — обратился эльф к старику, — друг мой, послушай. Эта девушка не опасна. Поверь мне. Она пришла сюда, чтобы помочь тебе и твоим подопечным, — он указал на притихшего дракончика. — Если бы не она, может быть, мы больше не увидели бы Чешуйку.

Малыш помялся несколько мгновений, но все же поспешил выбраться из спасительного мрака угла.

«Так и есть, — послышался его взволнованный голосок. — Света вытащила меня из ямы, когда я…»

— Разве вы не понимаете, что это все может быть ловушкой? — оборвал старик сбивчивую речь дракончика. — Она может быть заодно с Барольдом. Просто морочит вам голову, чтобы втереться в доверие. А вы ведете себя, как глупые юнцы! — он окатил мальчишек суровым взглядом. — Ладно, Чешуйка — он еще мал, но ты, Рорархат… Я разочарован.

А вот и полное имя Рора. Интересно, конечно, но сейчас не время расслабляться. Кажется, еще немного — и меня пошлют дальней дорогой. И куда я в таком случае отправлюсь? По лесу одна? В темноте? Да проще сразу со скалы прыгнуть, чтобы не мучиться. Нет. Одна я в этом мире не выживу, по крайней мере, не ночью. Если захочет выгнать, то уйду, но днем.

— Послушайте, — я потеснила Дио в сторону, — я не какая-то злая ведьма, состоящая в услужении вашего короля Барольда.

— Барольд — не мой король, — ощетинился старик, — он мерзкий предатель, который сверг истинного короля.

— Ладно, — кивала я, чувствуя, что это будет очень сложный разговор. — Извините, если обидела. Но я не имею отношения к этому Барольду. Я даже пару дней назад имени его не знала и не представляю, как он выглядит. Вообще ничего не знаю об этом мире.

— Что ты имеешь в виду? — зазвучал голос Огиера спокойнее, но все еще подозрительно. — Как ты не знала про этот мир?

— Вот так, — пожала плечами. — Не знала, потому что не принадлежу ему. Попала сюда после того, как чуть не разбилась на машине, — ощущала, как язык словно развязывается, когда смотрела старику в глаза. — Я гостила у бабушки…

И я пересказала Огиеру все, начиная с момента, как приехала к своим старикам. Упомянула и про сбор картошки и как ничего не спасало от болей в мышцах. Про бабушкины блины рассказала и про варенье домашнее. Меня словно прорвало. Слова лились сами по себе. В какой-то момент я попыталась замолчать, но не вышло, и я выдала даже то, о чем говорить не планировала.

— Кто-то звал тебя? — спросил старик.

— Да, но ведь это был всего лишь сон.

Затем он снова стал слушать и ни на секунду не перебивал. В какой-то момент Рор собирался что-то спросить, но Огиер только поднял руку, и рот мальчишки тут же закрылся. Я чувствовала и видела, как старик ловит и впитывает каждое слово. И когда я закончила рассказ, не забыв упомянуть про белую вспышку, которая ослепила меня на дороге, он спросил совершенно о другом.

— А бабушка твоя счастлива?

— Эмм, ну да. Наверное. Я так думаю, — улыбнулась я. — Может, и случались сложные моменты, но с кем не бывает. Я всегда была с ними, и они говорили, что это самое главное. А невзгоды случаются со всеми.

— Ты очень похожа на нее, — улыбка мелькнула в уголках его сухих губ.

— Да, мне все так говорят, — я ощущала, как напряжение, наконец, утихает. — Особенно глаза. Дедушка говорил, что как только бабуле в глаза взглянул, так сразу и пропал. Они и свадьбу через неделю сыграли, потому что поняли, что не смогут больше расстаться. Моя подруга говорит, что они просто истинная пара друг для друга, — усмехнулась. — Она очень много книг читает.

— Ты не веришь в истинность их любви? — прищурился Огиер.

— В то, что они любят — верю, а в любовь как таковую нет. Мне хватило одного раза, чтобы…

Старик кивнул, и мы закрыли эту тему. Он перестал расспрашивать меня. Все, и я в том числе, поглядывали на него, не понимая, что случилось. Как он от агрессии и нежелания меня видеть перешел к тому, будто здесь всегда и было мое место? Этих драконов ни черта не поймешь.

— Ты понимаешь, что случилось? — я встала рядом с эльфом, который вытаскивал вещи из рюкзака. — Не хочу ничего сказать, но этот старик... Он не кажется тебе немного… Взбалмошным? Мне не надо спать с ножом под подушкой? Вдруг ему что взбредет в голову?

— Не беспокойся, — успокоил Дио. — Огиер принял тебя, и ты теперь здесь желанный гость. Меня в свое время он тоже долго не хотел принимать, пришлось добиваться его расположения несколько месяцев. Так что ты легко отделалась.

— Вот эта легкость меня и беспокоит, — я передала глиняные тарелки мужчине.

Вообще, я много чего принесла с собой, что оказалось лишним. Посуда, как оказалось, в этой пещере есть. Не такая и не в таком количестве, как я купила, но есть. Плюс котелок, чайник и половники со сковородой. И светильники, от которых больше толка, чем от свечей, которых у меня достаточно, чтобы осветить бальный зал. Мда…

— Это ведь как-то связано с тем, что ты увидел в лесу? — перехватила руку Дио и сжала его ладонь. — Я понимаю, что ты не скажешь, хотя не знаю почему, но просто ответь. Это как-то связанно с моей аурой и магической энергией, о которой говорил мирмик?

Эльф перевернул свою ладонь и стал разглядывать мои пальцы. Он несколько раз провел подушечкой большого по моей коже, словно пытаясь стереть какую-то грязь и что-то увидеть под ней. И в другой ситуации я бы почувствовала трепет, но сейчас слишком волновалась.

— Так и есть, — Дио поднял голову. — И если Огиер пожелает, то сам тебе расскажет. Я не знаю, какие тайны прошлого он хранит.

Конечно, ни о каких откровениях и речи не шло. После того как мы закончили разбираться вещи, а я помогла Дио приготовить ужин, все поспешили разбрестись по спальным местам.

— Ляжешь здесь, — подвел меня Огиер к дальнему углу. — Сюда не добирается ветер с улицы, а за день солнце нагревает стену, и она почти всю ночь остается теплой. Я принесу жаровню и поставлю ее, чтобы тебе было тепло.

— Спасибо, но мне хватит одеяла.

— Одеяла хватит Дио или мне с мальчишками, — оборвал старик. — Девушка, какой бы сильной она ни была, нуждается хотя бы в минимальном комфорте. Увы, это не замковые покои, — он грустно улыбнулся. — Придет день, и ты увидишь все своими глазами. И познаешь, что такое драконье гостеприимство.

— Вы верите, что Барольда можно свергнуть?

— Да, — рука Огиера чуть приподнялась, словно он хотел коснуться меня, но не сделал этого. — Теперь я в этом не сомневаюсь.

— Потому что я здесь?

Старик помотал головой:

— Спи. Набирайся сил. День был долгим.

Если бы мне сказали, что однажды я буду спать в пещере, никогда бы не поверила. И даже ради эксперимента подобное не проделала бы, заранее представив, как будет болеть все тело от сна на твердом камне.

Я думала, что смогу уснуть под сопение маленьких драконова и треск поленьев в огне. В какой-то момент я задремала, но это был очень непродолжительный сон. Беспокойство тянуло меня к выходу, и я больше не смогла лежать.

Старалась не шуметь, когда выбиралась из угла, где устроила себе спальное место. Прошла мимо шкур, на которых спал старик. Даже во сне у него сохранялось жесткое выражение лица. Неудивительно, что он так сильно напугал меня. Хорошо, что Дио и мальчики были рядом.

Выбравшись из пещеры, поежилась, сожалея, что не захватила куртку или плащ. В горах и правда холодно. Не помню, чтобы в лесу в ночь моего появления было так же морозно. Хотя дело, может, в адреналине, что циркулировал по моему организму.

— Не спится?

Моих плеч коснулась знакомая тяжесть, и я почувствовала, как сразу стало теплее. Закутавшись в плащ, я повернула голову к Дио. В его лиловых глазах не отражалась сонливость.

— Не могу уснуть, — устремила взгляд в темноту. — Не знаю почему, — сжала пальцами рубаху на груди, — сердце сжимается. Даже не знаю, как объяснить. Я чувствую…

— Беспокойство? Переживание?

Прислушавшись к чувствам, я поняла, что эльф прав. Это и беспокойство, и переживание, а еще страх и желание броситься вперед. Но не я тому виной. Это не мои собственные ощущения. Точнее, мои, но подпитанные чужими эмоциями.

— Я уже чувствовала это раньше, — рассуждала, стараясь разобрать все по полочкам. — В тот день, когда…

Конечно! В ту ночь, когда встретила Чешуйку! Я ведь сначала не хотела идти за ним, услышав жалобный взывающий то ли детский плач, то ли кошачье мяуканье. Но сердце болело за него, и я пошла. Не потому, что я такой сознательный человек, а потому что не могла по-другому. Меня тянуло к тому, кто звал. И в итоге я наткнулась на яму и дракона.

— Хочешь сказать, что где-то поблизости есть еще один дракон, которому требуется помощь? — Дио внимательно выслушал мою сумбурную речь.

— Да, — во мне не было ни грамма сомнения. — И ему нужна помощь, — я сорвалась с места. — Прямо сейчас.

Эльф не дал мне уйти, перехватив за руку.

— Ты собираешься идти сейчас?

— Да, и не думай меня останавливать. Я…

— Я иду с тобой.

Никогда и ни в чем я не была так уверена, как в том, что надо идти сейчас. Дио пытался сказать, что нам надо подождать немного, как следует подготовиться и предупредить остальных, но я понимала, что если мы задержимся, то последствия могут быть необратимыми. Я не знала, что происходит с тем драконом, к которому мы идем, но чувствовала его отчаяние и страх. Насколько сильно его должно пугать происходящее, что я все чувствовала, находясь далеко?

Дио не стал спорить. Он вернулся в пещеру, попросив меня не срываться с места и дождаться его. Вернулся спустя пару минут, приторачивая на спину ножны для двух коротких мечей. Он сменил рубаху на другую — с коротким рукавом, чтобы не стесняла движений. Ботинки сменял на сапоги, у которых, кажется, вообще отсутствовала подошва.

— Если придется подкрасться незаметно, — объяснил, — а это тебе, — накинул мне на плечи другой легкий плащ из ткани непонятного цвета. — Если не будешь двигаться и укроешься им, то никто тебя не заметит, — застегнул плащ под горлом.

— Ты думаешь, что там нас ждет не только дракон? — мое сердце билось чаще, но не от близости эльфа.

— Надеюсь, что нет, — он говорил спокойно. — Но подстраховаться никогда не бывает лишним.

И мы отправились в путь. Я больше не чувствовала усталости, словно кто-то вдохнул в меня новые силы. Я осознавала, что от моих действий зависит чья-то жизнь, и даже если бы ноги отказались двигаться, ползла бы вперед — настолько велико было желание добраться до дракончика, который продолжал просить о помощи.

Сначала нам пришлось пробираться через нехоженые места. Путь от пещеры не был проложен, и со всех сторон лежали огромные валуны, которые служили защитой для логова последних выживших драконов. Поэтому Дио приходилось постоянно подстраховывать меня и следить, чтобы я не свалилась с какого-нибудь уступа. Он перепрыгивал с одного места на другое, не опасаясь следующего шага. Эльф едва успел подхватить меня, когда я чуть не соскользнула с очередной каменной глыбы.

— Ты в порядке?

Я чувствовала, что потянула мышцу, и лодыжка отозвалась болью. В другой раз я бы начала переживать, но не сейчас.

— Все нормально, — скривила губы в улыбке. — Идем.

После того как преграды были преодолены, показалась вершина горы, а мы очутились в лесу. Деревья тянулись так высоко в горы, что, казалось, могут коснуться небосвода. ММежду ними пролегала тропа, перед которой Дио и остановился.

— Ты что-то видишь? — мой голос немного дрожал, но не от страха, а от холода.

— Следы, — он провел пальцами по земле. — Люди. Они тащили что-то. Что-то большое.

— Дракона? — я сжала кулаки.

— Нет, — Дио помотал головой. — Какой-то ящик. Может быть, сундук или…

Эльф обернулся и посмотрел на меня. Мы поняли друг друга без слов. Этот раз отличался от того, когда Чешуйка попал в беду. Дракона не получится спасти, просто вытащив из ловушки. Как бы его ни поймали, сейчас егеря держат свою добычу в плену и точно не собираются отдавать просто так. Придется сражаться. Я начала дрожать сильнее, но это был все еще не страх — нетерпение вперемешку с адреналином. Я никогда ни с кем не дралась.

— Слушай, — Дио поднялся и оказался передо мной. — Возьми, — в его пальцах оказался тот самый закругленный нож, из-за которого Рор смеялся надо мной. — Это не боевой кинжал, но он хорошо заточен. С каким бы умыслом лавочник его тебе не продал, он хотя бы его заточил.

Эльф улыбался, и я понимала, что он старается немного разрядить обстановку. Помогло, но не сильно.

— Я никогда… — в горле у меня пересохло. — Никогда и ни с кем не сражалась. Даже с соседскими мальчиками. Я предпочитаю решать вопросы мирным путем. Я не люблю причинять другим боль.

Взгляд Дио стал ласковым. Он убрал выбившуюся прядь, проведя большим пальцем по моей щеке. И это нехитрое движение должно было взволновать, но в этот раз успокоило. Я закрыла на миг глаза, заставляя себя принять происходящее и понять, что от моих слов никому не станет лучше. Дракона, за которым идем, не волнует, умею биться или нет. Если я собираюсь его спасти, то не имеет значения как, но я должна сделать все, что от меня зависит.

— Мы постараемся не привлекать к себе внимания, — пообещал Дио, когда я снова посмотрела на него. — Сейчас ночь, и егеря спят. И если они не дураки, то выставят дежурного, но с ним я смогу справиться. Но если вдруг они не спят, то тебе придется внимательно слушать меня. Ты понимаешь? — он на миг сжал мои плечи. — Делай все, как я скажу. От этого зависят не только наши жизни, но и жизнь дракона. Ты понимаешь?

Я кивнула. Не важна причина, по которой я здесь очутилась и что вообще из себя представляю. Это мир эльфа, ему и командовать.

— Это только герои с прокаченым скиллом везучести сразу же получают суперспособности, с помощью которых раскидывают противников направо и налево, — говорила Зоя. — У них и лазеры из глаз, и горы они сдвигают силой мысли, и океаны раздвигают подобно Моисею. Я таких не люблю, — скривилась она. — Я верю, что в реальности, даже если ты и получишь силу, то не сможешь сразу ей пользоваться так, чтобы выкашивать армии. Так что в самом начале, да и после, всегда стоит прислушиваться к тому, что говорят опытные люди. Те, кто знает свой мир. Надо держатся за них, может, чему-то и научишься.

Лазеров в глазах у меня не появилось, и по воде, как Иисус, я ходить не могла, так что оставалось только подчиняться приказам эльфа. Но даже если будь у меня подобная сила, я же не дура бежать впереди опытного воина, размахивая руками и выкрикивая боевой клич. Мне еще жить охота.

Наш путь еще недолго проходил по тропе, а потом Дио сошел с нее, а я последовала за ним. Как и обещала, не задавала вопросов, просто старалась ступать туда же, куда эльф, чтобы не создавать лишнего шума. Очень скоро я ощутила близкое присутствие дракона. Или не дракона.

— Что? — Дио присел и повернулся ко мне.

— Я… — у меня была сумятица в голове. — Я не понимаю, — я слышала зов, но он словно разветвлялся. — Мне кажется, их двое.

— Двое? Двое кого? Егерей? — так же тихо прошептал эльф.

— Драконов.

Мне не верилось, что я это говорила, но чувство было такое реальное, что его невозможно объяснить по-другому. Мое сердце будто разрывалось на две части, и каждая его часть стонала и плакала по своему дракону.

— Это дети… — я выдохнула. — Это дети! — мои глаза расширились от ужаса. — Они схватили детей!

Глаза Дио сузились. Лиловый цвет вспыхнул ярче, и я не видела в темноте ничего, кроме огня, который загорелся внутри этих глаз. И чтобы он не говорил об ауре, кажется, я тоже ее видела, или, скорее, чувствовала. Воинственный настрой, который охватил мужчину. И он совершенно точно передавался мне, заряжая своей энергией и силой.

Нам больше ни о чем не надо было говорить. Цель, взывающая во мне, стала еще важнее и реальнее. И если раньше я знала, что мы просто постараемся уйти незамеченными, то сейчас чувствовала, что эльф не настроен на мирный отход. Не понимала, что он задумал, но это и не мое было дело. Для меня главное — спасти дракончиков, которые плакали и звали. И чем ближе мы с Дио подходили, тем отчетливее слышался зов.

Мы вышли с другой стороны от того места, где расположились егеря. Нам были видны их костер и несколько фигур вокруг него. Там, где мы находились, лежали их немногочисленные пожитки. Я заметила среди них нечто похожее на капканы с устрашающе огромными зубьями, и от их вида мое тело начало болеть. Неужели это ловушки для драконов?

Дио опустил ладонь мне на плечо и указал в сторону. Там я увидела ту самую клетку, и неосознанно дернулась вперед. Эльф остановил меня железной хваткой. Выражение его лица не читалось, но по глазам я поняла, что он недоволен моим порывом. Но что он еще ожидал?

Клетка напоминала обычные связанные между собой прутья, очень похожие на бамбук. Их соединили чем-то наподобие бечевки. Думаю, для взрослого человека ничего не стоило бы выбить пару прутьев и сбежать, но в клетке сидели не взрослые. Две маленькие фигурки скрючились на полу, прижавшись друг к другу. Малыш побольше обнимал того, что поменьше.

— Эй! — один из егерей встал на ноги и приблизился к ним, держачто-то в руке. — Жрать подано.

Он бросил что-то в клетку, и этонечто попало по спине старшего дракончика. Гнев во мне моментально трансформировался в ярость. Никогда не чувствовала ничего подобного, но сейчас была готова была руками порвать этого недоноска.

— Твари, — пнул он клетку, не дождавшись благодарности за брошенные объедки.

— Все будет хорошо, — шепнула едва слышно, мои губы почти не двигались, но я умоляла всех богов, чтобы малыши услышали меня.

И через мгновение увидела, как старший дракончик приподнял голову и посмотрел прямо туда, где мы с Дио находились. Секунда — и он вернулся в исходное положение. Сколько бы ему ни было лет, он понимал, что нельзя привлекать к нам внимание.

— Незаметно подобраться к клетке не получится, — эльф уже все рассчитал. — Двое на посту, еще четверо спят. — Как он сумел разглядеть остальных? — Клетка слишком близко к костру. Я мог бы подобраться, но даже при всех моих навыках стать невидимым остается несбыточной мечтой. Значит, придется отвлечь их внимание.

— Ты собираешься выйти к ним? — я схватила эльфа за руку. — Их шестеро, ты сам сказал. И я не сомневаюсь в твоих способностях, но… Их шестеро!

— Я бы предложил тебе остаться и посмотреть, как разберусь с ними, — улыбнулся Дио, — но у тебя есть задача важнее, — он кивнул на клетку. — Подберись к ней с другой стороны. Используй нож, чтобы открыть дверь. А после хватай малышню и беги отсюда. Возвращайся в пещеру и скажи Огиеру, что оставаться в горах нельзя. Егеря никогда не подбирались так близко. Пришла пора уходить.

— А ты? — я боялась его отпустить.

— Когда спуститесь с горы, ступайте на место нашей ночной остановки. Затаитесь и ждите. Если я не вернусь утром, то… — он замолчал на миг. — Я вернусь. Но вы должны быть очень осторожны. Я буду слишком уставшим, чтобы спасать еще кого-то.

Я все еще сжимала руку Дио, не хотела отпускать его. И он понимал, что просто так от меня не отделаться, поэтому использовал шоковую терапию — я потерла нос, по которому эльф слегка щелкнул.

— Будь осторожна, — шепнул он перед тем, как скрыться в темноте.

Теперь он просто обязан вернуться ко мне живым. Его ждет страшная мстя.

Жизнь не готовила меня ко многим вещам. Например, к тому, что придется отставить свои знания и умения не потому, что есть кто-то умнее, а потому что я девушка. Но именно с этим я столкнулась в университете и испытала настоящий шок, ведь в школе ко всем относились одинаково, неважно, мальчик ты или девочка.

Еще жизнь меня не готовила к предательству любимого человека, и измена теперь уже бывшего жениха долгое время отзывалась так остро.

Есть еще много вещей, к которым я не была готова. И спасение двух детей из плена — это топ подобных неожиданностей.

Дио так быстро огибал поляну со стороны леса, что я почти не успела подготовиться. Как только камень влетел точно в огонь, заставив двух егерей всполошиться, я начала двигаться к клетке. Она находилась прямо передо мной и немного защищала от взглядов мужчин, которые подняли шум и начали носиться по поляне, задевая друг друга.

— Все хорошо, — шептала ядетям, которые продолжали лежать, сохраняя видимость спокойствия.

Но по тому, как две пары глаз бегали по мне, я понимала, что они готовы броситься бежать. Мне страшно представить, что они пережили за это время, раз выглядели такими решительными. Дракончик поменьше выглядел не столь решительным, но его старший собрат ни на мгновение не сомневался.

Дио продолжал вносить суматоху в лагерь егерей, сохраняя инкогнито и заставляя недоносков мучиться вопросом, кто на них напал. Это дало мне время понять, что просто так вызволить дракончиков не выйдет.

Я не ожидала, что удерживать дверь будет цепь. Я думала, это будет веревка, которую смогу перерезать. Что же делать?

Поймав взгляд внимательных глаз, я тряхнула головой и улыбнулась через силу и ужас. Я не могла подвести этих детей. Либо я спасаю их, либо остаюсь здесь и подвожу Дио.

— Все хорошо, — повторила снова почти беззвучно. — Сейчас я вытащу вас.

Мне бы сейчас фонарик… Очень плохо было видно сочленение цепи, между которыми можно было бы вставить клинок. Мне нужно было хоть немного света…

В этот момент пламя костра устремилось вверх от прозвучавшего взрыва. Не знаю, что случилось, но спасибо.

Клинок вошел между соединением колец цепи в то самое место, где проходила спайка. Она оказалась настолько топорно выполненной, что мне даже не пришлось сильно давить. Я только молилась, чтобы клинок не сломался под давлением, ноон выдержал.

Подхватив цепь, я начала открывать дверцу, но услышала крик.

— Темный ублюдок!

Вскинула взгляд и заметила, как егеря замерли при виде выскочившего на поляну эльфа. Будто темнота породила его в один миг и выплюнула. И да, если я раньше думала, что Дио выглядит внушительным, то в свете пламени и с двумя клинками в руках он внушал не просто трепет, а ужас. Не хотела бы я встретиться с ним на узкой дороге и стать его врагом.

— Идем, — я протянула детям руки.

— Ангел не сможет бежать, — старшенький подтолкнул малыша вперед. — Она еще маленькая. Она не сможет убежать от них. Я нес ее, когда они нас догнали, — частил он. — Но не убежал. Не успел. Я…

— Все хорошо, — я прервала сбивчивую речь дракончика. — Ты сделал все правильно. В этот раз я возьму ее, — обхватила девочку ладонями и легко подняла с дощатого пола. — Но тебе придется идти за мной и не отставать. Ты сможешь? — внимательно посмотрела в серьезные глаза мальчишки.

Я перехватила девочку поудобнее, чтобы прижать ее к своей груди, но услышала громкое и пугающее «Эй!» — нас заметили. Но за этим окриком я больше ничего не слышала, кроме булькающего звука. Отвернув мальчишку от поляны, я повела его прочь. Что бы Дио ни делал, детям не стоило видеть это, даже если они пережили похищение.

Малышка в моих руках обмякла, и я, на миг испугавшись, сбавила шаг, чтобы убедиться, что с ней все нормалью. У нее спокойно вздымалась грудь и был слегка приоткрыт рот.

— Мы не спали, — объяснил мальчишка, — боялись.

Я понимающе кивнула. Конечно. Я бы на их месте тоже глаз не сомкнула. Рядом с врагом всегда надо быть начеку. Никогда не знаешь, чего ожидать в следующий миг, и когда настанет твой конец.

Мы побежали по лесу, еще какое-то время слыша лязг металла, доносившийся с поляны. Путь до каменистой гряды, через который мы с Дио перемахнули играючи благодаря эльфу, мы с детьми преодолели быстрее — назад всегда короче.

— Мы полезем по этим камням, — указала мальчику на последний рубеж перед спасением. — Они бывают очень скользкими, так что тебе надо быть осторожнее. Я буду сразу за тобой. Мы будем.

Одним движением расстегнув плащ, я обвязала его вокруг себя, закрепляя на шее и вокруг груди таким образом, чтобы создать некое подобие слинга для младенцев. Девочка в моих руках не младенец, но достаточно мала, чтобы я могла двигаться с ней.

— Как тебя зовут? — успела бросить мальчику в спину, когда мы продолжили путь.

— Эванлин, — пыхтел он, перебирая руками и ногами, как обезьянка. — Но Ангел называет меня Эви.

Так мы и следовали друг за другом. Мальчик то и дело бросал на меня взгляд через плечо, чтобы убедиться в нашей с малышкой сохранности. Я улыбалась ему каждый раз, но даже это не могло разгладить складку между его бровей, с которой он выглядел не по-детски серьезным. Понятно — мальчик давно перестал рассчитывать на взрослых.

— Уже скоро будем на месте, — спрыгнула на землю, одной рукой придерживая сверток с девочкой. — Но пока не сможем остановиться. Место, куда мы идем, больше не безопасно. Нам придется искать новое убежище и спуститься с гор.

— А твой друг? Тот, что остался там? Мы не будем его ждать?

Я обернулась, чтобы взглянуть на каменную гряду, что разделяла нас с Дио в данный момент. На секунду поверила, что сейчас его серебряная голова появится над камнями, но нет.

— Он догонит нас.

Дальше дорога проходила куда легче, и мы немного ускорились. Эви прибавлял шаг, пытаясь не отставать от меня, а когда я чуть сбавляла ход, смотрел на меня сердито. Ему точно не нужно, чтобы кто-то поддавался.

Огиер, увидев нас, перестал расхаживать по краю плато, а Чешуйка приподнялся на задние лапы, сидя на камне. Рор замер. Все были поражены встречей, а я тем, что смогла добраться до места и довести детей. Господи, как же мне хотелось упасть от усталости!

— Я объясню все по дороге, — опередила старика, который открыл рот, чтобы задать свой вопрос. — Нам надо торопиться. Егеря в горах. Нам надо уходить как можно скорее.

Огиер не медлил, ему хватило взгляда на детей.

— Рор, бери только самое необходимое, — скомандовал старик. — Вы, — посмотрел он на меня, — начинайте спускаться сейчас.

Я старалась не думать о том, сколько вещей остается. Новых вещей, которыми мы даже не успели воспользоваться. Но Огиер прав, надо брать только нужное. А все самое нужное в моих руках и перед моими глазами. Я прижала к себе сверток с малышкой и опустила ладонь на голову Эви, слегка подталкивая мальчика вперед.

Чешуйка тяжело парил над землей, удерживая в лапках мою бутылку с водой. Полную. И как только сумел дотащить?

— Спасибо, — улыбнулась дракончику. — Будьте осторожны и поспешите за нами.

И, наверное, проведение решилось над нами сжалиться, потому что когда мы начали спуск, тучи на небе разошлись, и три луны осветили путь. И их свет дал мне новую уверенность и чуть больше сил. Мои ноги перестали дрожать от напряжения.

— А куда мы отправимся? — Эви легко перескакивал с места на место.

— Сначала дождемся нашего друга, а после решим, — я говорила уверенно, потому что Дио просто не мог подвести нас.

— А если он не вернется?

Я оставила вопрос без ответа. Этот эльф не позволил сломить себя в детстве и не позволит сейчас. У него достаточно сил, чтобы свести с ума одну девушку и сбить с ног шестерых мужчин. Я все еще помнила тот булькающий звук, который последовал за окриком заметившего похищение невольников егеря. Дио не позволил ему ничего сделать и действовал очень быстро. Значит и к нам сможет вернуться.

— Мы следом! — услышала я крик Рора.

Затем послышался шлепок. Кому-то прилетел подзатыльник за громкие разговоры. Вряд ли здесь еще есть егеря, но рисковать все равно не стоило.

Мимо меня пролетел Чешуйка и стал держаться рядом с Эви. Мальчишка поворачивал голову и смотрел на дракончика, не забывая перебирать ногами. Через минуту Чешуйка улетел на плечо Огерина. Старик заметил мой взгляд и отмахнулся, говоря одними губами, что объяснит позже.

Остаток пути до подножия мы преодолевали в тишине. Эви начал часто спотыкаться. Рор вызвался нести мальчишку на закорках, но тот упрямо отмахивался и продолжал идти сам. Я потрепала его по волосам и улыбнулась ему. Нам всем еще придется найти общий язык. Не знаю, кто эти двое, но они определенно не знакомы с тремя другими драконами. Выходит, в мире есть и другие выжившие.

— Дио сказал ждать здесь, — я, наконец, упала на землю, не заботясь о том, что будет больно.

— И как долго? — Огиер устроился на поваленном дереве.

— До утра, — попыталась подавить зевок. — Он сказал…

— Уже рассвело, — перебил меня старик.

— Конечно, нет, еще только…

Я оглянулась, и тут до меня дошло, что солнце уже погасило на небе три луны. А я этого совершенно не заметила. Так сильно пыталась не упасть от усталости, что не обратила внимания на изменения вокруг.

— А как давно рассвело?

Мне страшно было услышать ответ, но даже по глазам Огиера я поняла, что прошло достаточно много времени.

— Солнце всходило, когда мы были на вершине. Ты этого просто не заметила.

Не заметила. Настолько была поглощена побегом и спасением, что все пропустила. Мое сердце сжалось от страха. Глаза начали печь, и я списала все на усталость и бессонную ночь. Но взгляд мутнел, и это было связано не с отсутствием сна.

Неужели он не смог? Я всхлипнула.

Неожиданно мне на голову опустилась чья-то ладонь:

— Ты никак плакать собралась?

Резко развернувшись, забыв про девочку в руках, я увидела улыбавшегося эльфа. Такого же, как и всегда, разве что волосы немного растрепаны.

— Ты пришел… — слетело шепотом с моих губ.

— Ну я же обещал.

Передышка необходима всем. Сесть, перевести дух и подумать, что делать дальше. Особенно, если долго бежал от чего-то или собираешься куда-то отправиться.

После возвращения Дио мы решили, что бежать дальше не имеет смысла, если мы не отдохнем. Все выбились из сил, все голодны и у всех есть вопросы. Тем более сейчас, когда у нас на руках оказались еще двое маленьких драконов. Мы просто обязаны позаботиться в первую очередь об их благополучии. Хотя ощущение, что опасность дышит нам в спину, не отпускало.

— Ты уверен, что нам не стоит отправиться в путь немедленно? — я замерла у кромки воды и следила за Дио, который забрался в озеро по пояс.

В другой ситуации вид эльфа в одних брюках свел бы меня с ума, но что-то изменилось после этой ночи. Не знаю, что именно, но сейчас я уже не смотрела на него как раньше. Все еще чувствовала застенчивость, но оглядывала его торс не из-за желания полюбоваться. Я хотела убедиться, что на нем нет ран.

— Сейчас нам ничего не угрожает, — Дио запрокинул голову, и мокрые волосы облепили его спину. — Детям требуется отдых. Нужно осмотреть их, накормить и расспросить.

— А если егеря пошлют кого-то с новостью о том, что на их лагерь напали, и мы окажемся…

— Не пошлют, — эльф перебил меня, и я поняла, что все это время он смотрел на меня.

И его взгляд красноречивее любых слов. Я сглотнула, осознав, что значат его слова. Я могла испытать ужас, но помнила о том, что егеря сделали с детьми. Любое зло должно быть наказано.

— Как ты? — протянула эльфу полотенце, когда он вышел из воды.

— Все в порядке, — его улыбка такая же мягкая и понимающая, как в момент нашей встречи полчаса назад. — Тебе не о чем беспокоиться, я…

Теперь я заткнула его, но не словами. Я врезалась в него, как бульдозер, обхватив руками крепкий торс. Ощущая под собой живую теплую плоть, наконец, спокойно выдохнула. Он жив. Он рядом. Мы не потеряли его.

— Мои ребра… — застонал Дио.

— Ох, прости… — я немедленно отодвинулась и увидела лукавый взгляд мужчины. — Ах ты!.. — замахнулась на него, но не ударила. — Кстати, за тобой должок, — вспомнила о случившемся в лагере перед тем, как мы расстались.

— Какой еще дол… Ай!

Я щелкнула эльфа по носу, как ночью сделал он. Мы молчали, глядя друга на друга, а после зашлись смехом. И напряжениее схлынуло.

— Один – один, — показала я язык.

Мы с Дио возвращались обратно в лагерь. Эльф нес чайник и котелок с водой, чтобы мы могли приготовить еды и попить что-нибудь горячее, а я услышала детский плач. Если бы была зверем, то мои уши тут же бы навострились. Но вместо этого я просто сорвалась с места и побежала вперед сломя голову, не обращая внимания на кусты и ветки деревьев, которые хлестали по моему телу и попадали по лицу. Я боялась увидеть что-то страшное.

Реальность оказалась не такой уж и ужасой. Точнее, совсем не ужасой. Но я осмотрелась на всякий случай, чисто автоматически, прежде чем двинуться вперед, туда, где, сидя на моем плаще, заходилась плачем маленькая девочка. Чешуйка попятился от нее, заметив мое приближение, а Рор отошел в сторону. Только Эви остался, но не притрагивался к девочке.

— Что случилось? — поинтересовалась у присутствующих.

— Мы хотели дать ей поесть, — показал Рор на фрукт в своих руках. — А она начала рыдать. Мы ничего не сделали…

— Я знаю, — улыбнулась мальчику и присела перед девочкой на корточки. — Привет, милая, как ты…

Маленькие ручки немедленно потянулись вверх, а пальчики делали хватательное движение, прося что-то. Но у меня ничего не было, потому сделала единственное, что пришло в голову — взяла малышку на руки. Девочка оплела руками мою шею и прижалась всем телом к моей груди, опустив голову на плечо.

— Она маленькая еще, — со знанием дела сказал Эви, который, казалось, привык к этому. — Она так же постоянно цеплялась за меня, когда мы уходили из своей деревни. Она и мать свою не хотела отпускать.

Малышка начала хныкать, и я начала гладить ее хрупкую спинку, слегка раскачиваясь в разные стороны. У меня нет своих детей и нет племянников, с которыми я могла бы нянчиться. Но на третьем курсе одна из моих однокурсниц родила, и мы все сидели с ее младенцем. Парни даже в шутку называли мальчика нашим всеобщим ребенком. И когда пришло время крестить малыша, у него была целая процессия из крестных матерей и отцов.

— Что с вами случилось? — я уселась на плащ и прижала к себе девочку, прислушиваясь к ее сопению.

— Мы жили в деревне, когда мои братья попались на глаза торговцу, который проезжал мимо, — начал рассказывать мальчик, глядя перед собой. — Самый старший находился в своей настоящей форме. Мы прятали его за деревней и носили еду, чтобы ему не приходилось лишний раз выбираться из укрытия. А торговец попался очень любопытным, — кулак Эви сжался. — Ночью за нами пришли. За нами и за другой семьей, в которой находилась Ангел…

Услышав свое имя, девочка принялась ворочаться и снова хныкать. Я опустила ладонь на ее голову и принялась массировать. Малышка довольно скоро затихла. Не знаю, что пришлось пережить этим детям, но маленькая со временем хотя бы сможет легко обо всем забыть в силу своего возраста. Насчет Эви не уверена. Ему на вид лет восемь, а это уже очень осознанный возраст.

— …Нам с ней удалось бежать, но ненадолго, — продолжал мальчик свой рассказ.— На второй день егеря настигли нас. Я был неосторожен. Отправился на поиски еды, потому что дольше голодать было невыносимо. Они увидели меня, и как бы быстро я ни бежал, не смог оторваться, — он перевел взгляд на спину малышки, а после на меня. — Я хотел бросить ее, подумал, что хоть кто-то в таком случае останется на свободе, но… — его глаза наполнились слезами. — Ей всего два. Она бы не сумела выжить в том лесу. А в итоге она все равно чуть не умерла, потому что я не смог… не смог…

Мое сердце разрывалось от боли в голосе ребенка. Потянулась вперед, чтобы коснуться его и заключить в свои объятия, когда Огиер появился рядом. Глаза старика были полны скорби. Он поднял мальчика с земли и прижал к себе. Эви сначала выглядел деревянным, как статуя, но очень скоро расслабился. И мы все услышали тихие всхлипы, которые он пытался скрыть, уткнувшись носом в грудь старика.

— Ты сделал все правильно, парень, — Огиер погладил мальчишку по голове. — Ты спас не только себя и свою маленькую подружку, ты защитил свой народ, — он посмотрел на меня. — Хотя бы то, что от него осталось.

Не знаю почему, но взгляд старика пробирал до самого нутра. Я не имела к драконам никакого отношения, но в данный миг чувствовала нас единым целом. И не только себя, но и Дио, который продолжал тихо передвигаться по лагерю, согревая воду и готовя для всех нас. Мы все одно целое в этот момент, и я не представляла, что мы когда-нибудь можем потерять друг друга.

— Кто хочет есть? — Эльф прервал затянувшееся тяжелое молчание.

Ангел в моих руках начала елозить, а Эви отдалился от Огиера, явно привлечённыйй не словами эльфа, а запахом незамысловатой еды. Как же долго они питались чем попало, что запах похлебки показался им таким заманчивым? Не хотелось даже думать, какой мусор им пихали егеря.

Отодвинув от себя девочку, я заглянула в ее голубые глаза и улыбнулась. В ответ почти сразу получила улыбку. Не знаю почему, но, кажется, я понравилась этому ребенку. Наверняка даже больше, чем остальным своим найденышем. В принципе, это понятно — ее насильно оторвали от матери.

— Хочешь кушать? — погладила худенькую щечку.

Она принялась немедленно кивать, и я снова улыбнулась. Сложно не улыбаться, когда на тебя смотрят такие прелестные глазки. Мне захотелось обтереть лицо малышки от грязи, но это подождет. Сейчас главное — наполнить их пустые желудки и решить, что нам всем делать дальше.

— Ты ей определенно нравишься, — Дио передал мне деревянную тарелку с похлебкой и несколько бутербродов, когда я усадила малышку на свое колено.

— Думаю, она бы точно так же реагировали на тебя, вытащи ты ее из клетки, — отломила кусочек хлеба и протянула ребенку. — Я понимаю, что это не совсем то, что надо давать детям, но пока мы не купили ничего подходящего…

Маленькие пальчики схватили хлеб и запихнули его в рот. От такой жадности мои глаза расширились.

— Нет, — вытащила хлеб обратно и увидела, как голубые глаза наполнились слезами. — Я отдам его, — показала на размокший мякиш. — Но надо кушать медленно. Ты можешь подавиться.

Я сама откусила небольшой кусочек от бутерброда, демонстрируя, что именно ждала от малышки. Но сработало это только в самом начале. Страх остаться без еды победил.

— Пей, — протянула малышке стакан с водой, когда она начала кашлять.

Эви, кстати, ел ничуть не лучше, но хотя бы не забывал жевать и прихлебывать из тарелки. Им придется заново учиться есть без опасения, что эта еда может стать последней в их жизни. И лучше если они при этом не будут жить где-то в лесу под открытым небом или в пещере, где холодно даже с десятком разожженных костров.

— Нам срочно нужно найти место для остановки, — оглядела собравшихся. — И лучше, если это будет не временное пристанище. Нам необходим дом, который мы смогли бы обжить, — посмотрела на Огиера и перевела взгляд на Дио. — Там, где дети будут жить без страха. И, может быть, место, которое мы могли бы отстроить и облагородить. Нам нужен собственный дом.

— Чтобы купить дом, даже самый небольшой, требуются деньги, — сухо заметил Огиер.

— С этим проблем не будет, — вспоминая про оставшуюся в машине картошку, и сколько за нее можно выручить золота. — Сейчас самое главное — найти место, а все остальное мы сделаем сами. Благо рук для работы хватит. Есть какие-нибудь идеи?

Наступила тишина, но недолгая.

— Есть у меня на примете одно место, — протянул Дио. — Но вряд ли ты захочешь там селиться.

— Почему? Оно старое, обветшалое? Там опасно?

— Нет, там все нормально. Дом большой, есть огород и поля для посевов. Имеются даже загоны для скота. Там когда-то жил фермер с семьей.

— Здорово, — я прям загорелась энтузиазмом, который тут же потух. — А в чем подвох?

Эльф улыбнулся:

— Как ты относишься к привидениям?

Оказывается, автомобиль — это такое изобретение, на которое в новых условиях я готова молиться. Они, конечно, загрязняют атмосферу и все такое, но как же легко было бы перемещаться по дорогам нового мира, будь у нас хотя бы один автомобиль. С тонированными окнами и большим багажником. Закинули детей на заднее сиденье вместе с вещами — и езжай, куда хочешь без страха быть пойманными. Увы, автомобили в этом мире не приживаются.

— Ты сможешь позвать Феринала? — я следовала за Дио.

Мы оставили остальных недалеко в лесу. До деревни, где жил эльф с семьей, примерно час пути, но мы все равно решили не рисковать и не стали брать всех с собой.

— Нани в это время выпускает его побегать, — Дио забрался на пригорок и устремил взгляд в сторону деревни. — И если нам повезет, то он обязательно нас услышит.

Я вздрогнула от пронзительного свиста эльфа. За первым последовал второй, третий… Все они были разной продолжительности. Немного похоже на азбуку Морзе или какой-то другой условный сигнал. Дио проделывал все это несколько раз, прежде чем спуститься с пригорка и устроиться на земле рядом со мной.

— Ты думаешь, мы сможем добраться до места?

Ферма, о которой говорил эльф, находилась почти на самой границе государства. Дио бывал в тех краях со своими изделиями, которые возил на продажу и, конечно же, видел тот самый дом, о котором рассказал нам. Истории местных отличались, но неизменным оставалось то, что на ферме поселился злобный дух или проклятая тварь, которая не позволит никому пройти и уж точно не даст там поселиться.

— Это не так далеко, — ответил Дио. — Наши деревни соседи — у нас принято селиться поближе, — он улыбнулся. — Люди хотели объединиться в одно поселение, но тогдашние старосты не пожелали делить власть, почему деревни были разделены.

— А что насчет привидения? — я сорвала травинку. — Думаешь, оно живет в том доме?

— Вряд ли, — улыбнулся эльф. — Я живу на этом свете достаточно, чтобы не верить в такие вещи. Хотя и не отрицаю, что злые духи могут существовать, но не вижу причин, чтобы они жили в доме, где никого нет. Зачем, если некого пугать?

— Находясь в своем мире, я бы сказала, что привидений не бывает, — улыбнулась я. — Но после того как оказалась здесь, встретила дракона, парня похожего на желе, который умеет принимать любой облик и эльфа с невыносимым характером…

— Эй, — Дио пихнул меня в бок.

— …уже не удивлюсь никакой сверхъестественной вещи или существу. В конце концов, этот мир такой удивительный, что среди всего этого невероятного должно остаться место и для мистики.

— Ты таким образом пытаешься нагнать побольше страха на меня или на себя?

— А ты испугался? — усмехнулась.

— Не в этой жизни.

Мы бы так и продолжали беседовать, но знакомый звук и ветер привлекли наше внимание. Эльф поднялся на ноги и, задрав голову, свистнул, привлекая массивного зверя. Я едва не споткнулась и не плюхнулась на землю, когда Феринал приземлился.

— Привет, приятель, — похлопал эльф зверя по шее. — Скучал по мне? — он улыбался, когда соблай бодал его лбом. — Я тоже скучал. Все скучали. Нам тебя не хватало, друг. Ведь так, Свет?

— Так и есть, — я приблизилась к зверю. — Ты был нам очень необходим, — провела ладонью по вытянутой морде. — Но я рада, что ты прилетел сейчас. Спасибо.

Феринал зафырчал, когда я, приподнявшись на носках, чмокнула его в кончик мокрого носа. Но вместо того чтобы отвернуться, он тыкался в мою ладонь, которую я не убирала с его морды.

— Будь мы в моем мире, — рассмеялась, — ты был бы не большим грозным волком, а милым комнатным песиком, который любит лежать у батареи и греться на животе хозяина.

Из-за отсутствия лишнего груза в виде седельных сумок Феринал смог взять к себе на спину не только Огиера, но и всю детвору. Старик порывался идти пешком, но я ему не позволила.

— Ты не спала всю ночь, — настаивал он. — Никому не будет лучше, если ты упадешь по дороге.

— Со мной все будет нормально, — отмахнулась. — У меня еще полно сил. Особенно после мятного отвара Дио. Да и потом, если я устану, то обязательно скажу об этом. Даже не думайте, что я не ценю собственный комфорт и здоровье.

Я не поехала на спине Феринала еще и потому, что Ангел постоянно просилась ко мне на руки и отказывалась идти к кому-то другому. Хотя Эви и присматривал за малышкой все эти дни, она сразу прикипела ко мне. Мило, конечно, но…

Я сдалась, увидев слезы малышки. Снова из плаща соорудила нечто вроде слинга. Это освободило мои руки и сняло лишнюю нагрузку. Ангел скоро снова заснула, оставляя меня разбираться с происходящим.

В общем, всей честной компанией мы выдвинулись в путь, не забывая обходить стороной главные дороги, отдавая предпочтения тропинкам, проходящим рядом с лесной полосой. Иногда нам приходилось углубляться в лес, когда Дио считал это необходимым. В такие моменты Феринал не забывал ворчать и рычать, потому что его мех постоянно цеплялся за ветки.

— Ничего, приятель, — успокаивал эльф своего хвостатого друга. — Прибудем на место, и ты получишь самую большую кость, которую я только смогу найти.

Один раз мы устроили привал, чтобы попить воды и перекусить остатками утренних бутербродов и фруктов. И когда мы вновь собирались возобновить путь, Огиер снова начал настаивать, чтобы я ехала на соблае вместе с детьми. На что получил такой же ответ, как и в прошлый раз, правда, с небольшим дополнением:

— Будь тут моя ба, она бы расстроилась, увидев, что я еду, пока вы идете пешком. А я не люблю расстраивать свою бабулю.

Солнце начало снижаться, когда мы подошли к деревне. Значит, время давно перевалило за полдень. Я попросила Дио не останавливаться и двигаться к заброшенной ферме. Ни у кого из нас не было желания ночевать на постоялом дворе или на улице. Детям требуется крыша над головой и ванна.

— Это и есть он?

Двухэтажный дом, несколько труб на крыше, что неудивительно — такой большой надо отапливать сразу из нескольких комнат. Я смогла рассмотреть сарай и те самые загоны под навесом, о которых говорил Дио.

— Постойте здесь, — я передала Ангела на руки Огиера. — Я скоро приду, — пообещала малышке, которая снова пыталась схватить меня за руки. — Мне надо сходить посмотреть на наш новый дом.

— Я пойду с тобой, — Рор поспешил к забору.

— Мы пойдем, — Эви последовал за старшим мальчиком.

Мальчишки успели если не подружиться, то найти общий язык. Эви куда охотнее отвечал на вопросы Рора, чем на наши. Да и вообще чувствовал себя раскованнее в компании старшего товарища. Хотелось верить, что пройдет немного времени, и он станет доверять всем нам.

— Нет, — потянула я мальчишек обратно, — вы останетесь здесь и будете присматривать за округой. Если вдруг кто-то появится, прибежите к нам и расскажете. А мы с Дио отправимся в дом.

Эльф кивнул и, коснувшись рукояти меча на поясе, направился к забору. Он убрал двойные клинки и оставил лишь простой меч. Мы не хотели рисковать и получить неуместные вопросы, если нам все же кто-то встретился бы по дороге — темный эльф-полукровка с боевыми клинками вызвал бы множество вопросов и подозрений.

— Что будем делать? — Дио помог мне перемахнуть через забор.

— Зайдем и посмотрим, — провела ладонью по волосам. — Может быть, не так страшен черт, как его малюют.

— Ничего, — отмахнулась от вопроса. — Потом расскажу.

Я не верю в мистику. Никогда не боялась монстра в шкафу, бугимена под кроватью и бабайки. Не знаю почему. Может, потому что некому было меня этим пугать. Я росла единственным ребенком в семье, и бабушке с дедушкой не приходило в голову стращать внучку подобными вещами.

— Дом выглядит великолепно, — осмотрела я закругленный брус. — Не могу поверить, что его до сих пор не прибрали к рукам.

— Привидения, помнишь? — Дио открыл дверь: — После тебя.

— А если там обитает что-то страшное, то лучше пусть оно съест меня, чем тебя? — улыбнулась.

— Ты просто читаешь мои мысли, — он тоже улыбался.

Дом встретил тишиной. Я набрала полные легкие воздуха и захлопнула рот, чтобы не дышать пылью и затхлостью, но через минуту поняла, что ничем подобным здесь не пахнет. Совсем наоборот.

— Пахнет чистотой, — заметила, оглянувшись на эльфа. — Ты уверен, что здесь никто не живет?

— Выбитые окна и паутина на фасаде тебе ни о чем не говорят? — Дио выглядел немного напряженным. — Будь осторожна. Я не собираюсь оправдываться перед остальными, если ты провалишься под пол.

— Все будет нормально, — и я указала на правую арку, что вела из широкого коридора в комнату. — Я туда, а ты туда, — показала на левую арку. — Встретимся через десять минут.

— Кричи если что.

Очутившись в комнате без эльфа, я поняла, что не такая уж и храбрая, как бахвалилась перед ним. Я не вздраивала от шорохов и не бросилась стремглав на улицу, но появилось чувство, что за мной кто-то наблюдал, сверлил мой затылок настойчивым взглядом.

— Так, Огнева, — звук собственного голоса придал уверенности, — соберись. Приведений не существует. Ты не видела их раньше и вряд ли встретишь сейчас. Ты, в конце концов, взрослый человек…

— БУУУУУУ!

Я вскрикнула и отскочила назад, когда с потолка приземлилось нечто белое и трясущееся. Я закричала больше от неожиданности, чем от страха. А дальше выкинула руку вверх с зажатой в ней саперной лопаткой и стала бить это нечто белое. Никто не станет пугать меня в моем будущем доме!

Вполне спокойный раздосадованный вкрик заставил замереть. Я моргнула несколько раз и поняла, что белое нечто — это простыня. А черные прорези для глаз ничто иное как краска.

— Так это и есть лучшее в мире привидение с моторчиком?

В любой непонятной ситуации лучше действовать на опережение, чтобы застать врасплох.

Я сдернула белую ткань, и то, что увидела, пробудило еще одно воспоминание из детства. Как будто кто-то подсмотрел мои воспоминания и создал то, что видела на экране телевизора.

Маленький человечек, парящий над полом, с взлохмаченными волосами и в красной рубахе один в один как домовенок из мультика. Помню, как бабушка оставляла молоко на столе.

— Это для домового, — объясняла она. — Так мы выказываем ему свое уважение и благодарность за то, что присматривает за домом.

— Но это ведь ты следишь за всем, — смотрела на нее большими глазами.

Я тогда сбегала и налила бабушке большую кружку молока и принесла ей вместе с булочкой. Она улыбалась и не стала меня ни в чем переубеждать. И долгое время с того дня я поила бабушку молоком перед сном. А теперь выходит, что домовые и правда есть, ну или кто-то очень похожий на них.

Дио влетел в комнату с мечом наперевес. Я бросила взгляд на эльфа, и в этот же самый момент человечек исчез без следа. Ловко у него получилось.

— Что произошло? — Эльф разглядывал ткань в моих руках. — Что это?

— То самое страшное привидение, — улыбнулась ему. — Точнее, оно должно быть страшным, но на поверку оказалось очень даже милым, — оглянулась. — Простите, что побеспокоили, — обратилась в пустоту. — Нам просто нужна помощь и место для ночлега. С нами маленькие дети, которые давно не спали под настоящей крышей дома и нуждаются в уходе.

— С кем ты разговариваешь? — Дио тоже рыскал глазами по комнате. — Ты кого-то видела?

— Да, и я очень надеюсь, что хозяин дома выйдет и поговорит с нами, — опустилась на пол. — У вас тут, кстати, очень чисто. Удивительно, как вы один справляетесь с таким большим хозяйством.

Я шикнула на эльфа, и тот безропотно замолчал. Не представляю, как надо разговаривать с домовыми. Да и не уверена я до конца, что это домовой. Но если он закричал по-человечески, когда я его ударила, то вполне способен воспринимать людскую речь.

— Извините, что ударила вас, — продолжала вглядываться в темные углы. — Это не из злого умысла было сделано, а от неожиданности. Вы действительно меня напугали.

— Правда испугалась?

Дио сильнее сжал рукоятку меча, но я остановила его рукой, чтобы не думал поднимать оружие.

— Правда. У меня сердце до сих пор так сильно стучит, что вы можете его услышать, если подойдете.

— Тогда чего не бросилась бежать, как остальные? — звучал голосок немного обиженно.

— Тоже от неожиданности. Вы застали меня врасплох. И будь я одна, точно бы убежала, прямо через окно сиганула бы. Но я не одна. Со мной друзья и четверо детей. И я не могу убегать, когда этот дом может стать нашей последней надеждой на пристанище.

Надо было слушать бабулю внимательнее, когда она рассказывала о всевозможных поверьях. Она, правда, была и сама не сильно верящей в подобное, скорее, проделывала все эти ритуалы чисто на автомате. Но, как и все люди, прожившие много лет в деревне, знала немало историей и поверий.

— А Ире родители сказали, что купят нового котенка, — поделилась с бабушкой новостями после прогулки. — Я тоже хочу котенка. Почему у нас нет кошки?

— Семья Иры переезжает в город, в новый дом, — объясняла бабуля. — И по правилам первой в дом входит кошка. В любом другом случае мама твоей подруги не стала бы брать животное. Они столько лет только собак заводили.

— А почему нельзя впустить первым щенка? — не понимала я этих дурацких правил, непонятно кем выдуманных.

— Не знаю, — пожала ба плечами. — Но так все делают.

— Глупо. Если заводить котенка, то для себя, а не из-за каких-то правил.

Но парочка советов мне бы сейчас не помешала. Хотя вряд ли даже истово верующие знали бы что делать, видя перед собой настоящего домового. Ну или того, кто на него сильно похож.

— Дети, говоришь?

— Да, четверо, — уцепилась за возможность разговорить неизвестное создание. — Трое мальчиков разного возраста и двухлетняя девочка. Они очень устали. Прошлая ночь далась нам очень нелегко. Мы все валимся с ног, если честно, и с самого утра съели только пару бутербродов.

Шорох раздался сбоку от меня, но я не вздрогнула — не чувствовала враждебности со стороны домового, как не чувствовала опасности, когда вошла в дом.

— Детей кормить надо, раз уж завела, — начал поучать ворчливый голос. — А то нарожают и бросают на произвол судьбы. А ты потом ходишь и присматриваешь за ним, чтобы не случилось чего. Да разве ж даруги могут с родной матерью соперничать в любви и внимании?..

Я развернулась, все еще сидя на полу, и увидела, как хозяин дома двигался в нашу с Дио сторону. Он поднял руку, щелкнул пальцами, и в камине, который я до этого не заметила, загорелся огонь. Даруг (он себя же так назвал?) по-деловому рассмотрел сначала меня, а потом эльфа.

— …От него, что ли, нарожала? Удивительно, как он еще не бросил тебя. Темные никогда не отличались большим благородством, особенно, в отношении людских женщин. Попортить девку для них — милое дело, а вот нести ответственность за полукровок они не желают.

Мне пришлось снова остановить эльфа, для которого тема его родного отца оставалась неприятной. Но по маленьким темным глазкам, светящимся среди обильной волосяной растительности, я увидела, что человечек не хотел задеть моего спутника специально. Он, скорее, сказал то, что и правда имеет место быть. И судьба матери Дио тому подтверждение.

— Это не наши дети, — решила объяснить даругу. — Мы нашли их. Точнее, я сначала нашла одного, а затем встретила второго. И вчера ночью мы спасли еще двух. Они попались нехорошим людям и…

— Драконов, что ли? — перебил он.

— Много лет прошло, когда их брат вольно ходил по этим землям, но я все еще хорошо помню, как они пахнут. Какое-то время один из них жил даже в этом доме вместе с семьей. Я сам был мальчишкой, но прекрасно помню, какими они были… — его голос стал глуше, — …и что с ними сделали.

— Мне жаль.

Даруг отмахнулся от моих слов, но по тому, как блеснули его глаза, я поняла, что мы задели что-то в его душе. Может быть, все эти годы дом стоял заброшенным, потому что один крохотный человечек все это время хранил память о своих хозяевах и ждал их возвращения? Пусть он и понимал, что они больше никогда не увидятся, но продолжал ждать.

— Ладно, ведите детвору сюда, — благородно разрешил даруг. — Можете остаться на эту ночь. Так и быть, позволю вам использовать несколько комнат. Но только потому, что с вами дети. Они не должны страдать из-за глупости взрослых.

— Спасибо, — я подалась вперед, желая схватить маленькое существо и сжать его в объятиях. — Извините, — поднялась на ноги. — Мы мигом. Они за забором стоят. С нами, кстати, молодой соблай, — обернулась в дверном проеме. — Могли бы мы и его устроить под навесом?

— Самый дальний выбирайте, — проинструктировал даруг. — Тот, что ближе к лесу. Так люди с дороги вас не увидят. Хотя дом и стоит далеко, эти пройдохи все еще пытаются высмотреть что-то. Но дым из трубы они точно заметят, — говорил он сам с собой. — Придется усилить охрану.

В следующий момент даруг с хлопком исчез, и мы с Дио несколько мгновений пялились на то место, где он находился.

— Это странно, — протянул эльф, когда мы вышли из дома и направились в сторону забора.

— Неужели никто из местных не догадался, что в доме может жить домовой, который просто не хочет видеть чужаков?

— Домовой? — переспросил Дио.

— Ну, так в моем мире называют этих созданий. Маленькие человечки, которые присматривают за домом и помогают хозяевам. Или если люди живут плохие, они им пакостят.

— Ничего подобного в наших домах не живет, — помотал эльф головой. — Я бы заметил постороннюю ауру.

— А если они так давно живут в домах, что становятся его частью, и ты уже просто не можешь понять, где начинаются они и заканчивается дом? У каждого дома есть душа. Так моя бабушка говорила.

Вернувшись к забору, мы помогли остальным перебраться на участок. Соблай просто перемахнул через изгородь, не прилагая никаких усилий.

— Так истории про привидения оказались выдумкой? — Огиер шел рядом со мной, опираясь о свою трость.

Я заметила, как мальчишки навострили уши, и даже Ангел открыла голубые глазки и внимательно смотрела на меня, ожидая ответа. Не знаю, насколько легко они воспримут то, что в доме водится какое-то маленькое создание со сверхъестественными способностями.

— Что вы знаете о даругах? — зашла издалека.

— Хранители домашнего очага, — легко ответил Огиер. — Раньше они повсеместно жили в доме каждого из драконов. В замке их обитала целая династия. Неизвестно, как они появились, какой у них уклад жизни, сколько они живут и какими силами обладают. Но то, что с ними дом становится уютнее и сильнее, это факт. Драконы считали за честь, если даруг не просто селился в их доме, но и заводил семью. Это считалось великой удачей и благословением.

— А вы их когда-нибудь видели?

— Пару раз, — кивнул старик с улыбкой. — Когда был мальчишкой. Один такой попался не в кухне, куда я пробрался, чтобы взять пирожное, которое испекла матушка. Я схватил сладость с одного края подноса, а он с другого, — Огиер сердечно засмеялся. — Мы тогда пообещали, что никому не расскажем об этом моменте. Потом он же пришел ко мне в комнату и отдал мяч, который я долго искал. В ответ я подарил ему деревянную лошадь, которую сделал для меня отец. Хочется верить, что мы с ним подружились…

Тут до Огиера, наконец, дошло, что я не могу знать об этих созданиях, если только не видела их своими глазами.

— …Хочешь сказать…

— Да, — улыбнулась старику. — Этот дом не пустой. У него есть хозяин.

Не пересчитать по пальцам, сколько раз я мечтала о волшебной палочке, которая сможет заколдовать швабру, плиту и посуду, чтобы мне больше никогда не пришлось ни убираться дома, ни готовить. Это была одна из тех вещей, о которых я начала мечтать еще ребенком, когда бабушка с дедушкой учили меня, как вести хозяйство и ухаживать за собой. И кто бы знал, что только в другом мире спустя многие годы я, наконец, смогу увидеть, как творится бытовая магия.

Еще на подходе к дому я поняла, что он изменился. Снаружи все осталось как и прежде, но на окнах появились занавески, которые скрывали свет, который можно заметить, только приблизившись.

— Мы пришли!

Не знаю, принято ли тут здороваться с невидимым хранителем домашнего очага, но ба часто так делала, когда мы возвращались домой. Да и я видела даруга своими глазами, было бы некрасиво промолчать, когда он решил расстараться для нас и подготовить ночлег для непрошеных гостей.

— С кем ты здороваешься? — Эви вцепился пальцами за подол моей куртки, прижимаясь к моему бедру.

— Не бойся, — погладила мальчика по голове. — Здесь нас никто не обидит.

Он поднял на меня взгляд, и я поняла, что он не очень доверяет любым заверениям. Над этим нам еще предстоит поработать. Надеюсь, улучшенные жизненные условия и безопасность помогут детям излечиться не только физически, но и душевно. Хотя потеря родных будет еще долго ощущаться, как дыра в сердце, которую не залатать.

— Чего стоишь на пороге? — донесся ворчливый голос из пустоты. — Тащи детей к камину. Вода на плите уже греется. Скоро ужин начну готовить. А ты проследи, чтобы маленькие не ходили в чем попало.

Дети принялись оглядываться по сторонам, ища того, кто мог это все сказать. И даже старший Рор встал чуть ближе ко мне. Ну хоть не я одна считаю, что говорить с пустотой — это ненормально.

— Вы слышали, что сказали, — подтолкнула я ребят вперед. — Идем в гостиную, скоро будем мыться.

«Я уже мылся, — парил Чешуйка рядом с моим плечом. — Мне больше не надо».

— Я вижу несколько разводов на твоих боках, — зацепила дракончика за хвост и не дала улететь. — И лапы грязные, — пощекотала жесткую пятку малыша. — Ууу, а сколько на рожках пыли.

«Не полезу в воду, — заверещал он. — Не заставите!».

Чешуйка продолжал причитать, когда мы оказались в гостиной. Комната была натоплена, камин весело горел, печка в углу трещала, продолжая нагревать помещение. Представляю, какая тут будет баня через полчаса. Но лучше так, чем спать на улице. Ночи в этом мире не ледяные, но ощутимо холодные. Наверное, в первую ночь здесь меня спас только ужас, который гонял кровь по телу и не давал околеть.

Перед камином стояли две высокие деревянные бадьи. От воды в них весело вился пар. Рядом на тахте лежали чистые тряпки, а поверх них мыло и несколько жестких мочалок.

— Я им одежду приготовил…

Мне надо будет поговорить с нашим домовым, иначе я схлопочу инфаркт раньше времени. Умирать мне никак нельзя, Зойка мне такого предательства не простит. Сама попала в другой мир, а ее оставила. Так друзья не поступают.

— …Кое-что осталось от первых хозяев, — расхаживал даруг по подлокотнику скамьи, на которую я усадила маленькую Энджел. — Они все целые и чистые, так что можешь не беспокоиться.

Не успела я ответить заботливому созданию, когда девочка неожиданно дернулась вперед. Цепкие пальчики сжались на длинной бороде хозяина дома. Энджел что-то бормотала и тянула даруга на себя, как любимую игрушку.

— Нельзя, — перехватила руку девочки. — Нельзя. Отпусти. Ты делаешь ему больно, — заглянула в голубые глаза. — Так нельзя делать.

Только не хватало, чтобы нас всех выставили за дверь из-за одного расшалившегося ребенка, который не знает, что-то такое «нет». У меня почти наполеоновские планы на этот дом и эти земли. И я не могу позволить всему провалиться лишь из-за того, что ребенок принял домашнего духа за игрушку или забавную зверушку.

Но вместо того чтобы возмутиться и пустить в ход скалку, которая огреет нас по голове, или щипцы для камина, что тяпнут нас за носы, даруг принялся хохотать. И, исходя из его размеров, я ожидала хихиканья, но никак не басовитого хохота, которым в моем мире мог похвастаться только наш сосед в деревне — могучий дядя Саша, с которым никто не мог тягаться в росте и ширине плеч.

— Маленькая егоза, — зазвучал голос даруга умильно, пока Энджел продолжала его тянуть к себе. — Такая маленькая, а уже такая сильная, — восхищался он. — Давай я кое-что тебе отдам, а ты меня отпустишь. Идет?

Мои глаза с восторгом следили, как даруг из маленького кармана своей цветастой новой жилетки достал леденец в форме хараха. Как он туда только поместил его? Может, тоже какой-то расширяющий пространство артефакт, как у меня на рюкзаке?

Энджел, увидев сладость, всплеснула ручками и несколько раз хлопнула в ладоши, пока не зацепилась пальчиками за деревянную палочку. Даруг благополучно спас свою бороду, но никуда не ушел. Оглядел гостиную и щелкнул пальцами, и через миг рядом с каждым из мальчишек появился такой же леденец, только в форме дракона. Даже Чешуйка получил своего сладкого собрата и тут же вгрызся в него маленькими клыками.

— Спасибо, — с благодарностью смотрела на домашнего духа. — Кажется, они давно уже не ели ничего подобного.

— Да уж давненько, — со знанием дела протянул даруг. — Тебе бы тоже не помешало немного сладкого, но чую, что ты ничего не будешь есть, пока не позаботишься о детворе. Это похвально. Занимайся ребятами, а я пока приготовлю горячий ужин. А потом хочу послушать, что с вами случилось.

Он снова исчез, оставив после себя запах жженого сахара и свежего хлеба. Приятный домашний аромат, ради которого спешишь в родные края и по которому скучаешь.

— Ну ладно, мальчики, — поднялась я с пола. — Вы занимаете большую бадью, — указала на ту, что легко вместит двух мальчишек и одного дракона. — А мы с Энджел возьмем ту, что меньше, — присела перед девочкой. — Сейчас мы помоемся, и ты, наконец, станешь чистой и еще более красивой.

И вроде все решено и подготовлено для проведения водных процедур, но как дело дошло до погружения в воду, я кое-что поняла. Все эти дни не было причин замечать подобное, но сейчас вопрос встал ребром. Чешуйка — дракон, и ему, условно, нечего стесняться. Эви лет шесть или семь, так что тут как посмотреть. А вот Рор уже большой мальчик. Мы просто не можем мыться в одной комнате, даже если я отвернусь.

— Дио, — позвала эльфа.

— Да, — его ушастая голова появилась в дверном проеме, и я заметила, что его волосы выглядели слегка растрепанными и мокрыми.

— Феринал жевал твою голову? — первое, что пришло в голову.

— Почти, — улыбнулся эльф. — Ему не нравится оставаться на новом месте в одиночестве.

— Кажется, я видела в рюкзаке остатки мясных плодов, может это скрасит его одинокую ночь?

— Я у него спрошу. Так что ты хотела?

— Нам нужна ширма или что-то вроде того, — указала на бадьи. — Я бы попросила хозяина, но он занимается ужином. Не хочется его лишний раз беспокоить.

— Думаю, если я начну рыскать здесь, то ему это тоже не понравится, — скривился эльф.

Да, даруг пусть и не напрямую, но все же дал понять, что темному эльфу в этом доме не рады. И это странно, потому что драконов хозяин встретил очень радушно и даже позаботился об их нуждах. Неужели темные эльфы в этом мире настолько ужасны? Могут ли они быть как-то связаны с тем, что драконы пали по велению правящего сейчас короля?

— И правильно думаешь, — раздалось знакомое ворчание. — Нечего всяким шастать по дому достопочтенных граждан.

Челюсть Дио сжалась. Я увидела, как желваки задвигались у него под кожей. Мне это совсем не нравилось. Я не хотела лишаться друга ради возможности жить на ферме со всеми удобствами.

— Нам нужно как-то разделить комнату, — перетянула на себя внимание. — Я подумала, что Дио мог бы что-то найти, пока вы заняты ужином. Мы и так очень многое у вас попросили, чтобы еще заставлять таскать такие тяжести.

И, скорее всего, это была самая отвратительная попытка сгладить углы, потому что я услышала, как хмыкнул даруг. Но вслух о моих способностях выступать парламентером он ничего не сказал. Правильно бабушка говорила, надо было идти на дебаты, может, там научилась бы людям зубы заговаривать.

— Старая ширма в сарае за домом. Света в сарае нет, так что смотри ничего там не сломай и не разбей. Это ведь в твоих силах, темный? Оставить все как есть и вести себя аккуратно?

— Знаешь, что я делаю аккуратно? Срезаю головы. Еще ни одна шея не пережила мой клинок.

Лиловые и темно-карие глаза скрестились. Если можно было бы поймать абсолютную тишину, то можно было бы расслышать лязг их мысленных клинков.

— Дио, ширма, — дернула эльфа за рукав некогда белой рубахи.

— Сейчас принесу.

Он последний раз одарил даруга неприязненным взглядом и, наконец, ушел. Дух с хлопком исчез за ним. Я переживала, что они могут не поладить между собой, но оказалось, что двое взрослых, которые не знают друг друга, могут быть хуже самых избалованных детей. Где Огиер, когда так нужен? Мне бы пригодилась помощь мудрого старика, который бы мог отвесить пару подзатыльников.

Развернувшись обратно к детям, я поняла, что разыгранная сцена привлекла не только мое внимание. И пока Энджел возилась с леденцом, а Чешуйка догрызал свой, Рор и Эви смотрели на меня с немым вопросом. И что им ответить?

— Бывает и так, — развела руками. — Только, пожалуйста, не берите с них пример.

Теперь я знаю, через что проходила бабушка, когда купала меня в детской ванной, которую ставили в комнате, пока меня нельзя было таскать в баню. Мне, конечно, было весело, водой хлюпала, вместе с корабликом ныряла и любила запускать мыльные пузыри. И даже не догадывалась, как после меня убирался весь бардак, потому что на полу скапливалось воды больше, чем оставалось в ванне.

— Смотри, какая ты чистая и румяная, — улыбнулась я Энджел, обтирая насухо ее короткие, но уже густые волосы. — Настоящий херувимчик. Не хватает только крылышек и лука со стрелами.

Девочка улыбалась и хихикала, когда я пощекотала ее пяточки. Любовалась ею и понимала, что собственная мать малышки больше никогда не увидит этого и не насладится. Не сможет смотреть, как растет и меняется дочь. И, видимо, что-то изменилось в моем лице, потому что Энджел снова начала тянуться ко мне.

— Ох, милая, — взяла малышку на руки. — Ты такое очаровательное чудо, — поцеловала ее в лоб. — Самое настоящее совершенство.

— Ты в порядке? — голос Дио рядом заставил меня выбросить из головы дурные мысли.

— Да, просто немного устала, — улыбнулась эльфу. — Мальчики, вы там закончили? — поднялась со скамьи.

— Ага, — голова Рора показалась из-за ширмы. — Я помыл Чешуйку, соскреб с него всю грязь. Теперь он выглядит как приличный дракон.

«Я и без этого выглядел хорошо», — прошипел малыш.

Чешуйка оказался завернутым в одну из чистых тряпок, которые использовались вместо полотенец. Ребята закутали его надежно, так что не шелохнуться, и только голова сердито поворачивалась в разные стороны.

— Эви, ты помылся? — перевела взгляд на третьего мальчика.

— Да, — он подтянул слишком широкую для себя рубаху.

Чистые и свежие после горячей ванны и в новой одежде они все выглядели так по-домашнему. Комната буквально наполнилась атмосферой уюта и теплоты. И былые переживания на некоторое время отошли на задний план. Мне хотелось сесть и закрыть глаза, наслаждаясь спокойствием. Но покой нам только снится, особенно с четырьмя детьми под боком.

«Я хочу е-е-есть», — протяжно заныл Чешуйка.

— Еда уже на столе, — раздался голос даруга, который будто и ждал этого момента. — Идите в кухню.

Я собиралась позвать мальчиков за собой и пойти первой, когда почувствовала прикосновение к своей руке. Опустила голову и увидела Эви. Он не смотрел на меня, а уставился перед собой, и его маленькая ладошка крепко сжала три моих пальца. Так крепко, словно я могла ускользнуть от него.

— Идемте есть.

Поймав на себе взгляд Дио, я увидела понимающую ухмылку, потому что рядом со мной шагал дракончик, и еще один сидел на моих руках. Думаю, ему, имеющему трех сестер, этот момент был очень близок. Я же, не испытывающая ничего подобного ранее, пока не могла до конца разобраться в своих чувствах. С одной стороны, я хотела, чтобы дети чувствовали себя комфортно и безопасно рядом со мной. А с другой… Я же когда-нибудь покину этот мир.

Кухня в доме оказалась очень большой, наверное, больше гостиной. В печи горел огонь, освещая половину помещения, на стенах висели подсвечники, в которых свечи, казалось, вообще не сгорали. В середине комнаты стоял длинный стол, уже заставленный всевозможными блюдами. Воздух был наполнен умопомрачительно запахами, от которых кружилась голова, а рот наполнялся слюной.

По стенам расставлены и развешены ящики с разной кухонной утварью. Все они выполнены из добротного дерева, только столешницы из камня, мало похожего на гранит, к которому я привыкла, но такого же крепкого. Ножи предусмотрительно убраны на самый верх подальше от любопытных детей, которые уже оглядывались по сторонам, выискивая что-то интересное.

Эта кухня — самое настоящее сердце дома. Я представила, как тут каждый день собирались предыдущие владельцы, рассказывая друг другу последние новости, делясь радостью и вместе переживая неудачи. Никто из них тогда не мог и подумать, что однажды придется бросить дом. Я очень надеюсь, что они смогли спастись.

— Не спи, — гаркнул даруг, когда я чуть не споткнулась, зацепившись носком сапога о ножку стула. — С дитем на руках, смотри куда идешь.

— Простите, — у меня голова и правда слегка плыла от теплоты и запахов.

— С тобой все нормально? — Дио заботливо пододвинул стул, помогая мне сесть. — Хочешь чего-нибудь?

— Воды, пожалуйста.

Устроившись с Энджел за столом, я, наконец, заметила Огиера, который пригрелся возле печи. Он вытянул длинные ноги и сжимал в руке большую кружку с чем-то дымящимся. В пальцах второй руки держивал трубку, от которой вверх устремляется дым. Странно, но запаха табака я не чувствовала.

— Вижу, вы умылись и привели себя в порядок, — едва открывался рот старика, который выглядел куда более уставшим. — Это хорошо, не стоит ложиться на чистую постель грязными. Спасибо, Светик, что позаботилась о них, — звучал его голос с подозрительно знакомыми интонациями. — Эх, помню, был я ребенком, и матушка каждый вечер заставляла нас мыться, потому что возвращались мы с улицы вечно похожие на пару грязевых монстров.

Оу, ну тут все ясно. Мой дедушка тоже как выпьет немного своей вишневой настойки, сразу ударяется в воспоминания и становится очень милым да ласковым. А мне в такие моменты очень интересно посидеть рядом и послушать его истории. Обычно он у меня не шибко многословен, а уж пил вообще раз в год.

— Я ему отвар расслабляющий приготовил, — объяснил даруг.

А, так это не алкоголь. Ну и хорошо. Люди бывают ужасными, если выпьют, не хочу думать, какими могут стать драконы, если переберут.

— Дедушка обычно плохо спит, — прошептал Рор, чуть наклонившись в мою сторону. — До твоего появления в пещере и исчезновения Чешуйки вообще не спал несколько суток. Вот почему он не проснулся, когда вы с Дио ушли.

Понятно. Видано ли дело — потерять одного из своих детей, за которым обещал присматривать. Я бы тоже покой и сон потеряла.

— Хватит болтать, — нетерпеливо стучали ножки даруга по каменному полу, когда он перемещался от печи к столу. — Ешьте, пока горячее.

Я оглядела стол и не знала, за что хвататься. На самом деле я так устала, что тело не хотело ничего, кроме как принять горизонтальное положение и отключиться. Даже прожорливый кит в моем желудке не подавал признаков жизни. И зеленая жаба не смотрела на все эти блюда с жадностью, желая съесть все в одиночку.

— Чего хочешь, милая? — спросила я Энджел.

— Я уже все подготовил.

Рядом с моей тарелкой появилась поменьше, наполненная разной едой. Яне разбиралась во многих местных продуктах, но понятно, что представленное лучше всего подходило детям. Вареные овощи какие-то, отварное мясо чем-то приправленное, и политое небольшим количеством масла, хлебный мякиш, за который Энджел тут же схватилась и потащила в рот. Даруг совершенно точно знал о детях больше, чем я.

— У предыдущих хозяев были маленькие дети? — решила я немного поддержать разговор, пока все остальные набивали желудки.

Наступила тишина, даже не было слышно топота ног. Дио едва заметно помотал головой, как бы говоря, что это была плохая идея.

— Ешь давай, — ушел от ответа даруг. — Разболталась.

Не хочет говорить — ладно. Кто я такая, чтобы его заставлять? К тому же мне следует быть милой и не говорить лишнего, чтобы позже можно было обсудить наше дальнейшее проживание на ферме. От того, договоримся мы с даругом или нет, зависит мое будущее и будущее драконов. О нас никто не позаботится. Дио, в отличие от остальных, есть куда возвращаться.

— Наелись?

Я улыбалась, глядя на мальчишек, которые откинулись на высокие спинки стульев и поглаживали себя по вздувшимся от еды животам. Все блюда стали практически пусты, а тарелки ребят вычищены до блеска их собственными языками. Я бы удивилась, куда в них столько влезает, но у драконов, судя по сказкам, просто бездонные желудки.

— Было очень вкусно, — Рор тяжело дышал.

— Да, — Эви только кивнул.

«Я объелся».

Чешуйка плюхнулся на спину, показывая всем свой животик, на котором даже чешуйки разошлись, демонстрируя тонкую, нежную кожу.

— Смотрите, не растеряйте добро, когда пойдем спать.

Даруг показал дорогу в одну из спален на втором этаже. Там стояла одна большая кровать, уже застеленная, и детская кроватка для Энджел. Мальчишки почти сразу заснули, едва я накрыла их одеялом. Да и малышка в моих руках совсем не сопротивлялась, когда я уложила ее в колыбель и спустилась вниз.

— Чего не спишь?

Я медленно повернула голову и поглядела на маленького человечка. Устроившись на первом этаже в гостиной, я не ожидала, что кто-то еще может не спать. Огиер ушел, еще когда мы ели, детей я сама уложила, Дио сказал, что пойдет к Фериналу. Из кухни больше не доносилось никаких звуков, и из света только камин остался гореть в гостиной.

Но дух дома никогда не спит.

— Не спится, — опустила подбородок на подтянутые к груди колени. — Думала, засну сразу же, как только буду убеждена, что дети накормлены, напоены и их сну ничего не угрожает. Но пришло время позаботиться о себе, и ничего не получается, — посмотрела в камин перед собой. — Просто представляю, что было бы с ними, если бы я не услышала их зова. Где бы они ночевали сегодня? И существовала бы для них эта ночь, или все закончилось в горах?

Я понимала, что дело в уставшем, перегруженном впечатлениями мозге. И это накручивание уже ничего не стоило, так как все уже случилось. Сейчас дети в безопасности… мы все в безопасности. Но вот это пресловутое если бы не давало покоя.

Под носом у меня оказалась кружка с чем-то терпко пахнувшим. Подняла глаза на даруга, стоящего передо мной и державшего маленькими пальцами кружку.

— …Пей давай.

В этот раз его голос не звучал раздраженно или гневно, скорее, устало, как и у меня. Приняла кружку и наблюдала, как хозяин дома уселся на круглое полено и, как я, подтянул к себе маленькие ножки.

— Были у моих хозяев дети, — произнес он сухо. — И я был бы рад, появись кто-то вроде тебя на пороге этого дома и вытащи их отсюда.

Мое сердце сжалось от боли к чужому горю. Он скорбел и скучал по своим хозяевам. И, может, даже винил себя в том, что с ними случилось.

— Ты сделала все правильно, так что выброси глупые мысли из головы, — ворчал даруг, как старый дед. — Пей отвар и иди в комнату. Спать давно пора, а она полуночничает.

Я сделала глоток напитка из кружки под пристальным взглядом темных глаз.

— Это вкусно, — проговорила чистую правду. — Дадите мне рецепт? Когда мы уйдем, хочу тоже варить такой. Огиеру пригодится в его возрасте.

— Когда уйдете, — фыркнул даруг. — Спи иди. Куда на ночь глядя собралась?

Он продолжал сетовать на мою глупость даже после того, как исчез, но это звучало совсем не зло. В его словах слышалось что-то ласковое и очень родное. Кажется, мы и правда нашли свой дом.

Если ты живешь в доме с другими людьми, из которых большинство дети, то утро начинается не с кофе и даже не со звонка будильника. Я никогда не думала, что буду скучать по противному звону своего будильника до того момента, пока мне на живот не приземлилось что-то тяжелое. Точнее — кто-то.

— Привет, милая, — я открыла глаза и увидела у себя на животе Энджел, которая уже успела чем-то перемазаться.

— Она постоянно плакала и звала тебя, — ябедничал рядом стоящий Рор. — Дио сказал, что мы должны дать тебе поспать, но даже у дядюшки Пио не получилось ее успокоить, и леденцы не сработали.

— Да что вы говорите? — я уселась на постели и подтянула к себе Энджел. — Так ты, оказывается, уже разговаривать умеешь? Скажи мое имя. Света. С-ве-та. Скажи.

— Ну, она не совсем звала, — пошел на попятный мальчишка. — Но мы все поняли, что нужна именно ты. И, как видишь, были правы, — он улыбался. — Она больше не ревет и даже улыбается.

— Ладно, беги, — улыбнулась я дракончику. — А мы скоро спустимся.

Рор уже почти выбежал из комнаты, которую мне выделил даруг, но остановился, услышав мой вопрос.

— Кто такой дядюшка Пио?

— Тот, кто позаботился о нас вчера.

Выходит, мои подозрения оказались не беспочвенными, и даруг решил, что мы можем остаться. В другом случае какой ему смысл называть свое имя и тем более сближаться с детьми? Он ведь должен понимать, что это ни к чему, если мы собираемся уходить. Но он назвал свое имя и даже позволил детям называть его дядюшка. Это не просто так.

— А ты как думаешь? — заглянула в голубые глаза моего личного ангела. — Нам правда позволят здесь остаться?

Энджел ничего не отвечала, но с радостью принялась кивать, высказывая свою солидарность с моими выводами. И да, может, дело в эйфории от того, что жилье наконец-то найдено, но я совсем не чувствовала раздражения от раннего подъема. Может, это приходит со временем? Попробуй на протяжении нескольких лет просыпаться ни свет ни заря по вине детей, у кого хочешь будет плохое настроение.

— Будем справляться с проблемами по мере их поступления, — чмокнула малышку в щеку. — Пошли, посмотрим, что остальные творят внизу.

Энджел осталась на постели, а я удалилась в соседнюю комнату, предусмотрительно не закрывая дверь. Мне бы не помешал хороший душ, чтобы проснуться окончательно, но на туалетном столике уже дожидался тазик с теплой водой и нехитрые ванные принадлежности. Черт, у них, оказывается, и зубная щетка есть, и зубная мятная паста, но только не в тюбике, а в баночке. Если я узнаю о наличии скраба для тела с запахом шоколада и вишни, то так и быть, готова здесь остаться совсем. Правда, водопровод тут тоже не помешал бы.

Облачиться мне пришлось в одежду с чужого плеча. Я вчера все же вымылась перед тем как лечь в постель и надеть свежую одежду. Это одно из удовольствий, с которым ничто не сравнится. Даже будь у меня плохое настроение, прямо сейчас оно бы точно поползло вверх.

— Идем, — подхватила я Энджел на руки. — Я уже отсюда чую, как вкусно пахнет.

Спускаясь по лестнице, я услышала крики мальчишек, которые доносились с улицы. Это стало еще одним знаком того, что мы тут обосновались окончательно, по крайней мере, детвора уже все для себя решила.

При свете дня дом выглядел еще лучше. С окон были убраны тряпки, которыми вчера был скрыт свет от камина и свечей. И солнечные лучи танцевали по полу и освещали каждый уголок, до которого могли добраться. И да, здесь куда больше вещей, чем казалось вчера. К примеру, я не увидела трюмо возле входа и высокий шкаф для верхней одежды.

— Доброе утро.

В кухне оказались только Огиер и даруг. Вместе они пили что-то из кружек и тихо переговаривались.

— Доброе утро, Света, — улыбнулся старик. — Хорошо спалось?

— Замечательно, — улыбнулась, усаживая Энджел на появившийся откуда-то высокий детский стул. — А вы хорошо отдохнули?

— Спал как младенец, — засмеялся он. — Давно так не отдыхал.

— Рада это слышать, — устроилась за столом. — Вижу, мальчишки уже успели позавтракать и убежали.

— Проснулись ни свет ни заря, — посетовал Пио, — и давай под ногами мешаться и лезть всюду. Я даже завтрак приготовить нормальный с ними не успел.

Он жаловался, но я не слышала недовольства в его голосе и поняла, что это для него в радость. Дом сновао полон людей, самое главное — детей, о которых надо заботиться. А дети всегда шумные и никогда не сидят на месте.

— Рор сказал, что дядюшка Пио приготовил вкусный завтрак, — улыбнулась даругу. — Надеюсь, после них что-то осталось?

По щелчку пальцев даруга передо мной оказалась тарелка, полная пышных лепешек, и пиалы с чем-то напоминавшим сметану и какое-то варенье. От кружки, возникшей из воздуха, исходил знакомый запах. Такой знакомый, что у меня скопилась слюна во рту.

— Кофе? — у меня даже глаз задергался, когда я, не веря, поднесла кружку к носу. — Кофе! — выдохнула с улыбкой. — Кофе… — мой благоговейный трепет вызвал непонимающие взгляды. — Просто очень люблю кофе, — улыбнулась застенчиво. — Вот бы еще молока или сливок — было бы вообще замечательно.

— Ну вот как заведем парочку сиблов или ушиков, тогда будет тебе молоко, — рассуждал Пио.

— И гонтов можно взять, — поддакивал Огиер. — Они тоже молоко дают, вкусное такое, зараза. Матушка из него замороженный десерт делала с ягодами. Смешивала все и морозила на листе. Мы едва ему застыть давали.

— Гонтов еще для шерсти можно использовать. Растет она медленно, конечно, но теплая такая. Северные торговцы хорошие деньги за нее дают, но не все могут правильно ухаживать за животиной, чтобы шерсть выглядела опрятно. А что попало покупать не станут.

— Это верно. Но разве ж отличного заводчика гонтов сейчас найдешь? Уже в мое время на одного добросовестного хозяина приходилось с десяток тех, кто ничего не смыслит в уходе за скотом.

— Так и есть…

Они продолжали разговаривать, а я только улыбалась, не забывая поглощать завтрак и отвлекать Энджел, чтобы она не спугнула двух стариков, которые нашли друг друга. Удивительное зрелище — высокий Огиер и маленький Пио, который сидит на столе за маленьким столиком. Зрелище, с которым не сравнится ни один блокбастер.

— Чего уши развесила? — усмехнулся даруг.

— Ничего, — проглотила последний кусочек оладьи. — Все так вкусно, что и говорить ничего не хочется. Я бы еще съела, но чую, что не смогу двигаться. А сделать нужно многое.

— И что же ты делать собралась? — прищурился Пио.

— Для начала хочу получить у вас список необходимого для дома. Не только вещей и продуктов, но и животных, которые могут пригодиться в хозяйстве. Я видела поля, которые примыкают к ферме. Нельзя оставлять такое пространство без внимания. Так что мне надо будет отъехать и забрать то, что можно посадить на этих полях. Потом у меня еще есть несколько идей…

— Ишь, разогналась, — оборвал даруг мой поток слов. — Еще дом в свое распоряжение получить не успела, а уже настроила планов.

Мои плечи поникли — мда, побежала впереди паровоза… Не стоило. Ведь знала, что сначала нужно все с ним обсудить, а уже потом бросаться с головой в освоение фермы. Да и что я вообще могу понимать в том, как руководить фермой? Столько лет уже в городе живу, все давно позабыла, чему бабушка учила. А может, в этом мире женщинам вообще не пристало землей управлять?

— Чтобы земли начать облагораживать да посевами заниматься, для начала сходи к старосте и выкупи ферму, — даруг словно понял, как я себя чувствую, и меж зарослей его бороды я увидела мелькнувшую белозубую улыбку. — Я отсюда хоть многих и отвадил, но ферма за неимением хозяев спустя какое-то время считается собственностью деревни. А времени прошло много.

Точно. И как сама об этом не подумала. Одно дело — договориться с хранителем дома, и совсем другое — с местными властями. Даже в этом мире, полном драконов, все упирается во власть и деньги. Благо последнего у нас будет предостаточно, как только я окажусь рядом со своей машиной. Надо будет попросить Дио, чтобы отправился со мной, а то одна я тот мешок не дотащу. А ведь там кроме картошки есть и другие овощи. Бабушка вроде и яблоки мне положила.

— Так и сделаю, — хлопнула по столу ладонями. — Но список все же составьте. Может, я по дороге сразу и закуплю что-то. Вдруг ваш староста будет так любезен, что не станет долго думать и сразу продаст мне ферму.

— Держи карман шире, — фыркнул Пио. — Я, конечно, в городе давно не бывал — не могу без хозяина, но и бывший староста был тем еще пройдохой. Вряд ли его семя смогло породить кого-то достойного.

— Будем договариваться, — расширилась моя улыбка. — В конце концов, нет ничего в этом мире, да и во всех других, чего бы не решила горсть золота или хруст денежных банкнот.

Подхватив Энджел со стула и еще раз поблагодарив Пио за завтрак, я поспешила во двор.

— Они позади дома, — сориентировал меня Огиер.

Мальчишки и правда оказались на заднем дворе. Специально они выбрали это место или нет, чтобы скрыться от любопытных глаз, но даже за неимением игрушек, кажется, неплохо проводили время.

— Что думаете, если мы приделаем на него качели? — указала ребятам на одно из деревьев с самыми толстыми сучьями.

— Серьезно? — выдохнули Рор с Эви и даже Чешуйка.

— А можно?

Я улыбнулась и снова потрепала мальчиков по волосам, а дракончика погладила по вытянутой мордочке.

— Ну, добро на обживание фермы мы получили, — подмигнула им. — А остальное уже за нами. Сделаем этот дом нашим.

Еще одна незадача заключается в том, что, когда у тебя есть дети, невозможно сделать что-то в одиночку и куда-то уйти. У меня нет собственных детей, но я уже прочувствовала всю прелесть того, когда за тебя цепляются и не дают сдвинуться с места.

— Я куплю тебе что-нибудь вкусное в городе, милая, — заглянула в голубые глаза, полные слез. — Только, пожалуйста, отпусти меня.

Но маленькие пальчики держали крепко, с силой, о которой нельзя вообразить, когда смотришь на двухлетнего ребенка. И я даже не представляла, каким образом вывернуться и сбежать.

— Отпусти дите, — скомандовал Пио, который наблюдал за моими переговорами с маленькой захватчицей.

— Да я бы с удовольствием, — показала на свою рубаху спереди. — Но как бы… Не получается.

— Конечно, не получается, — сплюнул даруг в сердцах. — Потому что ребятеночка надо уметь занять, но что вы, молодежь, об этом знаете?!

Пио щелкнул пальцами, и вокруг нас с Энджел начали кружить и скакать по воздуху мелкие предметы — от деревянных игрушек, найденных на чердаке, до чайных ложек. Для меня эта пляска совсем быстро превратилась в нечто смазанное и непонятное, а девочка, завороженная, расцепила пальцы и, приоткрыв рот, следила за запуском все новых и новых вещей.

Я охнула, когда и сама Энджел начала вдруг парить в воздухе, отрываясь от моих рук. По инерции потянулась за малышкой, чтобы подхватить, но заметила строгий взгляд даруга и убрала руки. Звонкий смех, раздавшийся через мгновение, дал понять, что все хорошо и беспокоиться не о чем.

— Чего стоим? — Пио, как обычно, был недоволен промедлением. — Шуруйте давайте, пока можете.

И я выскользнула из дома, в последний раз взглянув на детей, которые устроились на полу, чтобы следить за полетом своей маленькой подружки. Дио уже ждал меня, сидя на Феринале.

— Долго ты, — заметил эльф, следя, как я приближаюсь в соблаю.

— Проблемы с разрешением на прогулку, — протянула ему руку. — Кажется, сегодня меня хотели оставить дома.

Дио усмехнулся и, обхватив меня, легко вздернул вверх, помогая забраться на наш транспорт. Феринал заворчал, получив носком моего сапога по боку, за что я тут же принялась извиняться.

— Мы все еще задолжали тебе большую кость, — напомнила зверю. — Обещаю, как только прибудем на рынок, обязательно купим самую огромную и сладкую косточку.

— Смотри, разбалуешь его, — предупредил эльф. — Себе заберешь.

— И ты думаешь, что напугал меня?

Услышала смешок эльфа, а после предупреждение о том, чтобы держалась крепче. Через миг я почувствовала, как желудок ухнул вниз, когда мы резко оторвались от земли. Я вскрикнула от неожиданно развернувшихся крыльев соблая и поджала ноги в коленях. Дио чувствовал себя комфортно и спокойно, впиваясь пятками в мясистые бока своего зверя.

— Дел у нас сегодня много, — немного повысил эльф голос из-за ветра. — Так что полетим быстро.

— Насколько бы…

Я только успела обхватить торс Дио руками и прижаться к нему до того, как едва не слетела со спины Феринала. По этому массивному телу не скажешь, что оно может развивать подобную скорость. Но, выходит, в воздухе не имеет значения, сколько ты весишь и насколько пушистая твоя шерсть.

— Все хорошо, — эльф похлопал по моим рукам. — Расслабься и осмотрись. Ничего не случится.

Я почти не слышала его слов, только из обрывков поняла, что именно он говорит — от страха у меня в ушах стучала кровь, и это единственное, что я могла слышать отчетливо. Никогда не боялась высоты, но одно дело — забираться на Эйфелеву башню, где есть поручни и перила, и совсем другое — лететь на животном.

— Все нормально, — Дио аккуратно поглаживал моих ладони, словно успокаивал котенка. — С тобой ничего не случится. Я обещаю.

И, переступая через собственную неуверенность, подпитываясь обещанием эльфа, который уже не один раз исполнял то, о чем говорил, я открыла глаза. Сначала один, затем второй. Но, конечно, я ничего не видела, кроме спины Дио и его кожаного жилета.

Так что, открыв глаза, я начала медленно отодвигаться от эльфа, стараясь дышать неглубоко и часто, вовремя вспомнив про технику дыхания на большой высоте. И это помогло успокоиться. Я, наконец, повернула голову и распахнула глаза от восторга и удивления.

Сердце замирало при виде раскинувшегося под нами пейзажа. Эти идеальные, как с картинки, поля, разделенные на ровные квадраты, как по линейке. Лес и горы. И рваные белоснежные облака вокруг нас.

— Я же говорил, что понравится! — услышала улыбку в голосе эльфа. — Теперь, главное, не потянись за облачком, чтобы взять кусочек на память.

Я пихнула эльфа в бок — именно это и хотела сделать, — окончательно расслабилась и больше не думала о том, как мы приземлимся и долетим ли вообще. Я наслаждалась полетом, думая, что, наверное, вот так и представляют себе люди путешествия в фэнтезийных мирах. Драконы, магия, полеты и никаких забот. И мне хотелось верить, что дальше все будет так же замечательно, как и летать, сидя на спине огромного волка. Но ничего еще не закончилось, придется побороться за долгожданное спокойствие…

…Дио первым скатился со спины Феринала, а затем протянул мне руки, чем я воспользовалась.

— Вот мы и на земле.

Былая застенчивость и постоянное смущение рядом с этим мужчиной как-то незаметно трансформировались в нечто легкое и привычное. Не знаю почему. Может, дело в том, что мы вместе пережили, а может, еще в чем-то. Но я больше не краснела и не хихикала, как глупая дурочка, когда эльф прикасался ко мне.

— Ты справилась намного лучше, чем мои сестры, — улыбнулся Дио, глядя на меня сверху вниз. — По крайней мере, лучше, чем Нани.

— Дай подумать, это как-то связанно с комментарием о кусочке облака в качестве сувенира?

— Я еще никогда так не изворачивался, чтобы поймать ребенка, — он рассмеялся. — Мама меня тогда за уши оттаскала так, что, кажется, они заострились еще больше.

Я улыбнулась, представляя эту картину. Мне хочется верить, что Дио было достаточно любви матери и сестер. И когда я видела его улыбку или слышала, как отзывается о них, не оставалось сомнений, что хоть он и был лишен отцовской любви, женщины это компенсировали.

— Нани говорила, но я не верила. Наш братец и правда нашел себе подружку.

Я сделала шаг назад от эльфа и увидела за его спиной трех девушек, которых сразу узнала, вспомнив картины в доме Дио.

— Я думала, ты выберешь кого-то эффектнее, брат.

Самая высокая из девушек с длинными темными волосами и ехидным прищуром оглядела меня с ног до головы. Она приценивалась, словно я товар на рынке. Мне это не понравилось. Я не позволяла оскорблять себя в своем мире и не позволю в этом.

— Мэл, ты ведешь себя некрасиво, — еще одна неизвестная мне сестра — низенькая, с роскошной косой ниже пояса — улыбнулась мне. — Не обращай на нее внимания. Она просто сегодня встала не с той ноги. Меня зовут Иона, рада познакомиться с тобой. Нани много о тебе рассказывала.

— Мэл с кровати не встала, а упала, — хихикнула Нани, и, выйдя вперед, сначала подлетела к брату, а затем ко мне. — Я рада тебя видеть! — улыбнулась. — Надеюсь, в этот раз ты побудешь у нас в гостях подольше.

— Я бы с радостью, — улыбнулась я милой девчушке в ответ, — но у нас с Дио есть дела в городе. Может, через пару дней. Я обязательно…

— Пфф, — Мэл фыркнула. — Никакого уважения к семье своего жениха. И по какому только критерию ты ее выбирал, брат? Это же просто…

— Мэлиграт, — голос эльфа звучал низко и глухо, — не забывайся. Не подобает воспитанному человеку так вести себя. Света — мой друг, — опустил он ладонь на мое плечо, — и вы смущаете ее подобными разговорами. Подобного я ни от кого из вас не ожидал. От тебя — в первую очередь, — перевел он взгляд на самую младшую из сестер. — У тебя слишком богатое воображение.

Хорошо, что Дио расставил все по местам и дал понять сестрам, что нас не связывает ничего, кроме дружбы. Но. Если до этого было неловко, то сейчас просто ужасно. Не люблю, когда люди ссорятся передо мной, всегда начинаю чувствовать себя виноватой. И вроде как Мэл сама нарвалась, сыпля незавуалированными оскорблениями в мой адрес, а не по себе все равно мне.

— Прости, Света, — кажется, Иона тут второй голос разума. — Наш брат прав. Мы ведем себя некрасиво. Но, извините, просто Нани была в таком восторге, когда рассказывала о вас, что мы невольно замечтались, — она подмигнула Дио. — Мы все ждем, когда наш брат наконец-то найдет свое сердечное счастье. И не только мы, — ее смех похож на перезвон колокольчиков, почти как у их матери. — Лучше вам не ходить в деревню, если не хотите получить уйму внимания.

— Нани? — бровь Дио приподнялась.

— Прости, — девчушка опустила голову и начала выписывать носком туфли что-то по земле. — Я никому не говорила, — начала она горячо, вскинув взгляд на брата. — Честное слово. Может, упомянула в разговоре с Витой, но она обещала, что никому не расскажет.

— Твоей Витке верить нельзя, — скривилась Мэл. — Помани ее конфеткой — сразу все выложит.

— Неправда! — топнула Нани ногой. — Она хорошая! Она моя подруга! А ты злыдня, потому что тебя никто замуж брать не желает! Вот и бесишься постоянно!

— Нани, что ты такое говоришь?!

И пока Иона успокаивала младшую сестру, мы с Мэл сверлили друг друга глазами. Я чувствовала ее неприязнь, которая оседала невидимым слоем на коже. Это ощущение такое реальное, что мне хотелось отмыться от него.

— Идем, заберем вещи и отправимся дальше, — Дио подтолкнул меня в спину. — Скажите маме, что я завтра зайду, — бросил он сестрам.

— Конечно, — протянула Мэл. — И подругу свою приводи, — ее голос подобен шипению змеи. — Пообщаемся.

Мда. Кажется, я нашла того ребенка, который пошел в отца. Боюсь представить, какой характер у отчима Дио.

Как он и сказал, долго мы в его домике задерживаться не стали — после того как загрузим вещи, Феринал больше не сможет лететь, и нам придется преодолеть расстояние от леса, где осталась машина, до города по земле. На ездовом животном получится куда быстрее, чем пешком, но все же можем не успеть к старосте деревни. Правда, отправиться в путь было так же непросто, как покинуть ферму.

— Вы точно не можете остаться хоть на чуть-чуточку? — Нани заглядывала в мои глаза, и это практически можно было приравнять к пытке.

— Прости, у нас много дел. Но я могу оставить твоего брата на обратном пути.

— Ага, и как ты собираешься управлять Фериналом в одиночку? — усмехнулся эльф.

— Тоже верно.

Мне срочно надо найти выход, и Дио мне в этом не помощник. Стоит еще и забавляется, злодей.

— Если я не могу остаться сегодня в гостях, то приходи сама ко мне. К нам, — поправила себя. — Правда, не обещаю, что успею все устроить за сегодняшний день, но, думаю, через пару деньков все будет готово.

— Здорово! — Нани аж подпрыгнула от радости. — Тогда я буду ждать скорейшего приглашения!

…Полет в этот раз дался мне куда проще. Я успела полюбоваться городом, который с высоты птичьего полета показался не таким уж и большим. Я видела, как в сторону от него уходили сразу три широкие дороги в разные стороны.

Вот, значит, как выглядит торговый путь, о котором говорил Рор. Неудивительно, что в городе такие разномастные жители.

— Мы на месте.

Дио помог мне спуститься с Феринала и снял притороченный сбоку рюкзак и несколько седельных сумок, в которых мы решили перевозить дорогой груз. Теперь осталось найти дорогу к автомобилю. Черт, надо было оставлять метки…

— Куда идем?

Эльф наблюдал, как я расхаживала на краю леса, пытаясь вспомнить нужное направление. Днем тут все не так, как ночью. Пришлось поломать голову, но в конечном итоге я без слов направилась в сторону деревьев и кустов.

— Ты ведь знаешь, что тут есть тропа? — бросил Дио мне вслед.

— Мы не ищем легких путей.

Все стало проще после того, как мы через минут десять углубились в чащу, и эльф включил свои способности следопыта. Он угадывал, кто недавно ходил здесь и в какую сторону. Под его руководством мы скоро наткнулись на ту самую поляну с пустой ловушкой. Перед ней он постоял несколько мгновений, о чем-то размышляя, и в его мыслях точно не было ничего хорошего.

От ямы я уже знала, куда идти дальше, и не подвела ни себя, ни эльфа. Еще до того как приблизится к брошенному «жучку» я почувствовала запах бензина. Интересно, что раньше я так остро не реагировала на этот запах, кажется, пребывание в мире, где воздух не загрязнен, обострило обоняние. Я почувствовала себя почти что ищейкой.

— Что это? — Эльф замер, увидев, машину.

— Дио, знакомься, это «жучок», — похлопала автомобиль по крыше. — «Жучок», это Дио. Он эльф, — улыбнулась, заметив замешательство своего спутника, который собирался открыть рот. — И нет, с ним не надо здороваться. Он не живой. Это просто кусок металла и набор деталей. Проще говоря — машина. В моем мире почти все на таких передвигаются. Они заменяют нам телеги, повозки и кареты.

— И чем ты кормишь его, если он не живой? — Дио обошел автомобиль стороной.

— Бензином, — добралась до багажника. — Заливаешь топливо в бак и едешь, куда захочешь, пока бензин не закончится — тогда нужно остановиться и залить еще.

Видя, как удивлен эльф, я почувствовала себя довольной. Не мне одной поражаться всему, что вижу, пришла пора Дио испытать те же чувства. Пусть у меня из необычного только автомобиль, этого эльфу надолго хватит.

— А вот и мое сокровище.

Я открыла багажник и указала эльфу на то, что лежало внутри — на картошку, которая вывалилась из мешка и рассыпалась по полу.

— Тут еще есть свекла, — полезла в багажник. — Лук, — покопалась в пакетах. — Морковь. Яблоки, конечно же, куда без них… — улыбнулась тому, что оказалась права насчет яблок. — О, а это что? Репа? Зачем бабушка положила мне репу? Ну ладно, — бросила ее обратно в пакет. — Пригодится. Может, она тоже какая-то жутко дорогая. Ладненько, — отступила от багажника. — Вытаскивай.

Дио не надо повторять дважды. Он приблизился к машине и начал выгружать плоды моего труда и моих стариков, стараясь не прикасаться к ней даже одеждой. Забавно. Думает, что «жучок» его цапнет?

— Тут странно пахнет, — сообщил Дио, когда закончил. — Ты уверена, что была одна в этой… машине, — его язык, кажется, чуть не запутался. — Пахнет так, словно кто-то умер.

Я ничего подобного не почувствовала. Подойдя к багажнику, я пыталась найти что-то подозрительное, но он был пуст. Все пакеты стояли на земле, и в каждый я сунула свой нос. Но у меня не было причин не доверять ни острому слуху эльфа, ни его обонянию. Если он говорит, что кто-то умер, значит, так и есть. Господи, а может, я кого задавила, когда врезалась в дерево?!

— Посмотри, пожалуйста, никто не лежит под машиной?

Но Дио не пришлось припадать к земле, потому что я полезла в салон, и все стало ясно.

— Черт! Света, ты идиотина, — хлопнула себя ладонью по лбу. — Просто невероятная тупица. Говорила бабушка — ешь побольше черники, чтобы улучшить память. Или это она про зрение говорила? В любом случае, и то и другое мне следовало улучшить, и тогда бы я не забыла эту сумку.

Дио смиренно дожидался, когда я сама себя перестану хаять, и вытянул шею, чтобы увидеть, как я доставала черную холщовую сумку с эмблемой университета. При ударе она упала на пол, и в темноте я не заметила ее. А в попытках разобраться, что происходит, ее присутствие в машине просто вылетело у меня из головы. И ведь она бы в нашем путешествии с Чешуйкой очень бы помогла. По крайней мере, о еде можно было бы не думать.

— Ужас, — я открыла сумку и почувствовала тот самый запах. — Бедные бабушкины драники, — вытащила судочек, — и бутербродики с домашней колбаской, — потянула на воздух пакет. — Ох, а это был пирог с курицей и сыром. И пирожки с мясом…

Я чуть ли не плакала, перебирая испорченную еду, особенно, когда поняла, что даже пирог с вишней не спасти. Правильно сказал Дио — в машине кто-то сдох. Сдохла еда от бабули.

— …Прости, бабулечка, — шмыгнула я носом. — У тебя ужасная внучка.

На плечо мне опустилась ладонь, сжала в жесте поддержки. Я подняла взгляд на Дио, у которого было скорбное выражение лица. И я поняла, что плакать о таком глупо, это всего лишь еда, но попробую ли я когда-нибудь снова то, что приготовила моя бабуля? Увижу ли я снова своих стариков?

Я начала плакать. Я плакала не по еде, а по своему миру. О своих родных, друзьях и подопечных приюта для животных. Меня, наконец, накрыло осознание, что я никогда их больше не увижу. Не знала, чем закончится вся эта беготня, попытки наладить быт здесь. Но вспоминала слова Зои и понимала, что ничего, кроме этого мира, у меня, наверное, больше не будет.

— Попаданцем хорошо быть, если у тебя нет семьи и никого из близких, — говорила она, закрывая книгу, о которой говорила мне уже несколько дней. — Когда тебе некуда возвращаться, и ты готов начать жизнь в новом мире, ведь за спиной нет ничего существенного, — ее глаза полны невысказанных чувств и выплаканных за вчерашнюю ночь слез. — Иначе в конце тебе придется делать выбор, который разорвет твое сердце на части.

— Зо-Зо, — позвала подругу немного испуганно. — Ты ведь понимаешь, что это просто книга? Выдумка и не более? Этих людей не существует, — указала на книгу. — Они не испытывают никаких чувств.

— А представь, если бы они оказались реальными, — она глядела на меня. — Представь, что они настоящие и как им больно в этот момент.

— Ладно, — протянула слегка нервно. — Но есть ведь и хорошие концовки. Знаю, ты считаешь их нереалистичными, но есть ведь и те, где все логично объяснено и никому не приходится ни с кем расставаться.

— Это в книжках, — заметила она. — А в реальности судьба любит видеть страдания людей.

Тогда я думала, что Зойке следует поменьше читать книги и больше выходить на улицу и знакомиться с реальными людьми. Но сейчас я понимала, насколько она была права. Все эти красивые сказки на проверку оказались реальными и, судя по тому, что происходит, счастливой концовки ждать не стоило. Я не представляла, что будет дальше и есть ли у моего пути финиш. И где тот добрый волшебник, который придет и покажет мне дорогу домой?

— Эй, — Дио опустился на колени передо мной. — Ты чего? — Он обхватил мои заплаканные щеки ладонями. — Что случилось?

— Я не вернусь… — всхлипнула я. — Что если… Что если я… Я не вернусь, — мне было тяжело говорить. — Я попала сюда, — шмыгнула носом, — и не знаю, как попасть домой. А там, — сглотнула, — там мои бабушка и дедушка. Сколько в том мире прошло дней? Они ведь ждут моего звонка. И переживают. А что если они…

Я прикусила губу, не позволяя себе закончить предложение. Мои старики уже не такие крепкие, как раньше. Бабуле надо принимать лекарства от давления, а дедушка пару лет назад перенес операцию на сердце. Как они выдержат известие о том, что я пропала?

— Глупая, — Дио улыбнулся и стер слезы с моих глаз. — Ты совсем забыла о том, что происходит и кто ждет тебя дома.

Я хлопала слипшимися от слез ресницами.

— Драконы умеют открывать двери между мирами, — объяснил эльф, улыбаясь мне самой обнадеживающей улыбкой. — И когда придет время, я уверен, ты сможешь вернуться домой. Как только выполнишь свое предназначение.

— А какое оно? Какое мое предназначение?

Дио все еще улыбался мне самой ласковой из его улыбок.

— Не знаю, какие глобальные планы на тебя у Вселенной, но в данный момент тебе надо перестать плакать. Вспомни, зачем мы сюда пришли, и не позволяй себе сбиться с пути, — он снова щелкнул меня по носу. — Тебя ждет полный дом детей… Матерь драконов.

Плакать не стыдно. Иногда плакать даже полезно. Порой выплачешься, и сразу так легко и хорошо становится, как будто вместе со слезами смыло всю грязь, накопившуюся в душе. И на мир смотришь уже не замутненным взглядом. И, главное, хочется что-то делать, как-то менять ситуацию, чтобы больше не плакать.

— Ладно, нам сюда.

Но Дио оглядел переулок, в который я собиралась его затащить, и не спешил двигаться.

Мы прибыли в город минут двадцать назад, и первый пункт в нашем списке дел — посещение одного подозрительного мирмика. И я не виновата, что он обитает в таком месте, куда ни один уважающий себя эльф, пусть и темный, не отправится.

Дио поудобнее перехватил мой рюкзак, где лежала часть запасов картошки и других овощей.

Еще в лесу я решила, что часть картофеля пойдет на продажу, так как золото нам понадобится для многих покупок. Оставшаяся часть корнеплодов пойдет на посадку. Не знаю, почему в этих местах это такой дорогой продукт, но если сделать все по уму, то у нас будет самая богатая ферма.

Воглер оказался в образе и в своей неизменной жилеточке.

— Света, — мирмик улыбнулся при виде меня. — Вижу, ты нашла себе компанию. Не совсем подходящую для милой девушки.

— Я ей сказал о том же, когда мы шли сюда, — Дио не собирался отмалчиваться.

— Брейк, — вытянула я руки в стороны. — Успокоились и приняли тот факт, что я вам обоим доверяю. С остальным справитесь сами. У меня есть кое-что на продажу. Кое-что очень ценное и за что я хочу много золота. — Эльф поставил рюкзак на стойку и отошел, пропуская меня вперед. — Спасибо за артефакт, он очень помог, — улыбнулась лавочнику.

— Рад это слышать. Так что вы мне принесли, Света?

Открыв рюкзак, я с довольным лицом полезла внутрь него, и моя рука почти по самое плечо исчезла. Нащупав несколько картофелин, я вытащила их и опустила на стойку. Моя самодовольная улыбка в этот момент наверняка могла бы разогнать тьму в целом квартале.

— Вы все так же поражаете, Света, — мирмик улыбался. — Я так понимаю, что этого добра у вас много?

— Достаточно, — кивнула. — И я надеюсь, что не разорю вас.

— Ох, об этом не волнуйтесь, — отмахнулся Воглер. — Уже после вашего ухода я смогу вернуть все затраченные деньги.

— И даже сверх того, — подмигнула я ему.

— И даже сверх того, — подтвердил лавочник. — Есть что-то еще?..

…Через полчаса мы с Дио возвращались на главную улицу с рюкзаком, который уже был не заполнен овощами, а был набит под завязку золотом. И даже сдержанного эльфа такое количество золота проняло. Он даже не стал язвить, прощаясь с лавочником, пребывая в небольшом ступоре.

— Теперь понятно, почему ты была так уверена в том, что сможешь позволить себе дом, — после недолгого молчания заговорил Дио. — Не уверен насчет замка, но с этими деньгами ты могла бы купить какое-нибудь поместье и слуг в придачу с их семьями в комплекте.

— Фу, — сморщила нос. — Никаких слуг. Если будем нанимать рабочих на ферму, то только за справедливую плату. Я не собираюсь становиться эксплуататором и уж тем более превращаться в какого-нибудь зажиточного помещика, который работников за людей не считает.

— Я понял… Куда дальше?

— Вообще нам надо успеть к старосте, чтобы решить вопрос с покупкой фермы, но надо зайти на рынок. Пио дал мне список продуктов, а еще список всего остального, что может понадобиться ферме, — я вытащила из кармана штанов сложенные листы сероватой бумаги. — Так же у меня есть список живности, без которой не обходится ни один уважающий себя фермер. Но это, думаю, мы оставим на завтра. И покупку строительных материалов тоже. Пио сказал, надо починить крышу, сарай и загон. Он присматривал за домом, но есть материи, над которыми он не властен. И время одно из них.

После того как мы с Рором закупались всем необходимым в прошлый раз, я уже знала, куда идти и что говорить. Теперь я не смотрела вокруг себя, как безумная, которую только выпустили на белый свет. Если глаз и цеплялся за что-то необычное, вроде маленького зеленого существа, подозрительно похожего на гремлина, я просто его игнорировала. У меня были дела поважнее, чем пялиться на все странное. Хотя интересно — а эти гремлины имеют первичную форму, как Магвай?

— Оу, надо не забыть про кость для Феринала, — вспомнила я, стоя перед лавкой мясника.

— Можешь не стараться, он наверняка уже забыл об этом, — Дио взвалил себе на плечо тяжелый рюкзак и тяжко вздохнул. — Мы и так взяли уже достаточно. Не понимаю, как эти лямки выдерживают.

— Потому что качественная вещь, — рассматривала прилавок с аккуратно нарезанным мясом различных животных. — Я покупала его в специализированном магазине, когда собиралась заняться горным туризмом, как хотел мой жених. Жениха нет, а рюкзак остался, — я, наконец, перестала тешить себя тем, что найду что-то самостоятельно. — У вас нет ничего для соблая?

Грузный орк с большим животом, поглядывающий одним глазом на Дио, а вторым на меня, хотя второго и не было, кивнул и ушел в лавку, оставив прилавок без присмотра. То ли нам доверял, то ли думал, что так страшен, что никому в голову не придет воровать у него.

— У тебя был жених?

— Из всего сказанного ты только это услышал? — бросила на эльфа насмешливый взгляд. — Мы вообще-то о рюкзаке говорили. Добротная вещь. Даже дедушка похвалил, а он очень консервативен и уверен, что только в Советском Союзе производили достойные вещи.

Орк возвращался, неся большую кость, на которой сохранилось достаточно мяса, из которого вполне могло получится полноценное блюдо. Если ее поставить на землю, то она дотянется до моей талии, а я на свой рост не жаловалась.

— Спасибо.

Я расплатилась с мясником и подкинула ему еще пару медных монет за беспокойство.

— Так ты мне не ответила, у тебя был жених? — Дио легко нагонял меня.

— Ну, был и был, — пожала плечами. — Ничего в этом удивительного. Было бы печально, стань он моим мужем. Но я узнала о том, что он мне изменяет, до того, как мы дошли до ЗАГСа.

— Он тебе изменил?! — выдохнул эльф.

Я повернула голову и посмотрела на ошеломленного мужчину. Я понимала, что здесь другие нравы, но сомневалась, что здешние не изменяют своим половинкам. Хотя, может, после того как двое объявят себя мужем и женой какие-нибудь колдуны или чародейки накладывают на них заклятие верности? И вот захочешь изменить, а не сможешь — заклятие не даст. А что, интересное решение проблемы. И, главное, фраза «пока смерть не разлучит нас» сразу приобретает реальный смысл.

— Почему у меня такое чувство, будто я тебе сейчас картину мироздания сломала?

— Потому что драконы не могут… — он замолчал. — Я хотел сказать, что… Ммм… А когда вы встретились с ним, ты ничего не почувствовала?

— Чего? То, что он козел и изменщик? Нет.

— Нет, — Дио даже остановился. — Ты когда взглянула в его глаза, разве не почувствовала, что он тот самый? Что все дороги твоей жизни сошлись в нужной точке? Что именно к нему тебя вела судьба?

Вау. На такой спич я не рассчитывала. А темный полукровка оказался очень даже романтичным парнем. Или дело в том, что он живет в этом мире, а не в том? Живи он со мной по соседству, давно бы перестал верить в судьбу, предназначение и союзы, рожденные на небесах.

— А у вас это что, частая практика? — не спешила отвечать. — Чтобы встретил кого-то и понял — это твоя судьба.

— Нет, конечно, — помотал Дио головой. — У всех народов по-разному, просто я подумал, что ты… — он замолчал. — Ладно, неважно. Прости. Наверное, я просто не поверил, что кто-то мог тебе изменить.

Да, конечно. И именно поэтому ты сейчас прячешь от меня глаза. Эльф определенно знал обо мне больше, чем я сама. А мне не нравится, когда кто-то что-то знает обо мне и не говорит.

— Хорошо, сделаем вид, что я поверила тебе, но не думай, что я не подловлю тебя и не расспрошу в момент, когда не будешь этого ожидать.

— Звучит как угроза, — улыбнулся Дио, когда мы снова двинулись путь. — Но почему я ни капельки не боюсь?

— Потому что не представляешь, на что я способна. — Между нами ненадолго повисла тишина. — Я бы хотела этого.

— Я бы хотела встретить кого-то и понять, что это и есть мое… Да, я бы хотела этого.

Если вам нужно найти главу города, деревни или другого населенного пункта, то всегда ищите самый большой и красивый дом. Хотя даже неважно, чтобы он был красивым, но обязательно большим. Потому что редко когда человек, наделенный властью, откажется от возможности отстроить себе такие хоромы, чтобы все знали — вот тут он живет.

— Если говорить о безвкусице… — щелкнула языком, когда мы с Дио остановились перед невысоким забором.

— Лучше об этом не говорить, — улыбнулся эльф. — Местный староста очень щепетильный в этом вопросе. У него все самое дорогое и превосходного качества. И неважно кто и что думает.

— То есть мне не стоит делать комплимент этим вырезанным на воротах головам… Что это? — привстала на носочки. — Очень надеюсь, что это не разумное существо, иначе было бы ужасающе.

— Это бирум, — объяснил Дио. — Огромный зверь с птичьей головой. Их давно не видели в этих краях, но говорят, что раньше устраивали испытания для молодых охотников. Они должны были принести шкуру и голову бирума, тогда они считались достойными и умелыми охотниками.

Исходя из описания, названия и того, что у меня перед глазами, я предположила, что речь шла о медведе с головой совы. Очень интересное сочетание, прям природа в этом мире решила не мелочиться. Животные тут создавались под девизом «я его слепила из того, что было». А после минутного изучения я вспомнила, что видела подобное у торговца на рынке, когда хотела купить ездового зверя.

— А, и я так понимаю, что староста этими деревянными головами хочет сказать, что он тоже очень достойный? — хмыкнула. — Ну да, ну да. Что-то я очень в этом сомневаюсь.

— В любом случае, — Дио открыл дверь в воротах, — давай не станем поднимать этот момент в разговоре.

— И в мыслях не было. Все, что мне от него требуется — это получить дарственную на ферму. Или грамоту. Какие у вас есть документы подтверждающие право собственности? Не хотелось бы заселиться, а после получить известие о выселении.

Дио сказал, что проблем со старостой быть не должно. Что этот человек за звонкие монеты отдаст что угодно и даже собственную семью не пожалеет. Вроде как он свою старшую дочь буквально продал в соседнюю страну в качестве жены торговцу, который проезжал здесь лет шесть назад. Правда это или нет, сам Дио утверждать не берется, но и не сомневается.

— Жадный и тщеславный, — растягивала каждое слово, пока мы направлялись по дорожке к крыльцу. — Все, как мы, русские, любим. Федеральных служб по борьбе с коррупцией на него не хватает.

— Что? — Эльф оглянулся на меня, заинтересованный новыми словами.

— Да ничего, — отмахнулась. — Просто мысли вслух. А в вашей стране разве нет людей, которые должны следить за работой таких вот старост? Чтобы они за деревней смотрели, проблемы жителей решали и не воровали больше положенного? Казну, наверное, королевскую ведь тоже надо пополнять?

— Раз в год сюда приезжают с проверкой из столицы, — охотно ответил Дио, поднимаясь по ступенькам широкого крыльца. — Но дальше усадьбы старосты они не выходят.

— Ну само собой. Зачем им куда-то ходить, если тут и так все есть: баня, пиво и жирная еда. Что еще для счастья ревизора надо?

Я замолчала как раз в тот момент, когда дверь в дом открылась. Дверь добротная, и тяжелая — девушка, которая толкала ее с той стороны, чуть не упала вперед. В последний момент Дио успел выставить руку и схватить незнакомку за плечо, помогая ей устоять на ногах.

— Ох, Дио, — девушка расплылась в улыбке. — А что ты тут делаешь?

Оу, а наш кузнец, оказывается, тот еще покоритель женских сердец. Я, конечно, не сомневалась, учитывая его красоту, но все равно забавно видеть, как девушки и женщины краснеют при виде эльфа. И не только человеческие женщины или те, что похожи на людей внешне. Пара орчанок на рынке тоже сводили с него взгляда, и да — румянец на зеленой коже словами не описать, это надо видеть. Непонятно, правда, почему с таким вниманием женского пола Дио до сих пор не обзавелся семьей, хотя этого, кажется, все от него ждут.

— Здравствуй, Тули, — эльф убрал руку с плеча девушки. — Я пришел поговорить с твоим отцом. Он дома?

— Да, — принялась она активно кивать, уже сама схватив Дио за руку. — А зачем он тебе?

По виду этой Тули лет не больше, чем Нани. А значит, ее любопытство вполне понятно. Но после того, что рассказал мне эльф о старосте, я ожидала, что он держит своих домашних в ежовых рукавицах. Приятно знать, что я ошиблась. Никому не пожелаешь тирана в доме.

Правда, то, как она удерживала Дио за руку, не нравилось ни мне, ни самому эльфу. Но он слишком добр и воспитан, чтобы вернуть свою конечность и попросить больше так не делать. А иногда нужно выстраивать собственные границы и отгонять всех, кто их нарушает.

— У нас к нему серьезный разговор, — не говорил Дио ничего конкретного, едва заметно дергая рукой.

— У нас? — хлопнула Тули длинными ресничками, не видя никого, кроме мужчины, перед собой.

— Привет, — я помахала рукой перед ее лицом и подобралась ближе к эльфу. — Надеюсь, мы вас не побеспокоили? — взяла Дио под руку, ту самую, которую девушка продолжала держать. — Просто наш вопрос не терпит отлагательств…

Повернула голову и посмотрела на эльфа самым любящим и преданным взглядом, на который была способна. И старалась при этом не рассмеяться в голос. Знаю, что грешно издеваться над влюбленной девушкой, но казалось, что еще немного — и она от обожания вцепится в него зубами. В этой ситуации я полностью на стороне Дио, который и слова плохого сказать не может. Надеюсь, я не перешла никаких границ, и после всего меня саму не поставят на место.

— Кто ты такая?

— А об этом я уже стану разговаривать с твоим отцом, — старалась выдержать ее неприязненный взгляд. — И да, если продолжишь медлить, мы отправимся к другому человеку, а твой отец потеряет большие деньги. Уверена, он не из тех, кто любит лишаться золота.

Ни к кому другому мы пойти, конечно, не сможем, но девушке это знать совершенно не нужно.

— Идите за мной.

Тули резко развернулась и ушла вглубь дома. Перед тем как последовать за ней, я поймала взгляд эльфа и увидела, как его губы двигались. Не надо уметь читать по губам, чтобы понять простое «спасибо». Всегда пожалуйста.

Девушка двигалась так быстро, что я почти не успевала полюбоваться убранством дома. Отметила только наличие большого количества картин, разномастныхх безделушек и ковры. Много ковров. Целый персидский рынок какой-то, а не жилой дом.

— Кто там? — раздался раздраженный голос из-за очередной двери.

— Папа, — Тули заглянула в помещение, — к тебе пришел Дио. И какая-то незнакомка. Говорят, по делу.

— Дио? Впускай его.

Про меня ни слова не было сказано, но мы люди не гордые, особого приглашения не требуется. К тому же эльф пропустил меня первой, галантно придерживая дверь. И в последний момент он практически залетел в комнату. Я надеюсь, что Тули его там не жамкнула за филейку?

— Дио, мальчик мой! — староста поднялся из-за стола. — Как я рад, что ты зашел! У меня для тебя как раз есть важный заказ. Но никак ноги до твоей кузни не донесут. А тут ты сам явился! Совершенно точно это судьба и никак иначе. Как же еще это назвать, если не судьбой? Согласен со мной?

— Господин Аверар, я…

— Полно тебе, Дио, — мужчина хлопнул эльфа по плечам. — К чему эти условности? Ты, кстати, уже встречался с Плясеей? Тоже о тебе постоянно вспоминает, все любуется подарком, который ты сделал ей на последние именины.

Так мы можем хоть до второго пришествия ждать, пока он всех женщин своей семьи перечислит. А у меня нет желания узнать о его родовом древе и о том, как бы Дио был счастлив с каждой из них.

— Простите, что прерываю, но у нас есть дела, — поднырнула под руку старосты, которую тот так и не убрал с плеча эльфа. — И нам бы очень хотелось закончить с вами поскорее.

— А ты еще кто? — староста сделал шаг назад, возвращаясь к приемлемой социальной дистанции. — Никак сестра твоя, Дио? Что-то я не помню у тебя рыжих. Родственница дальняя?

— О-о-о-о-очень дальняя, — поддакнул мужчине. — Настолько дальняя, что не родственница совсем. И у меня есть к вам деловое предложение, которое…

— А матушка твоя как, Дио? Как отец? Крышу-то перекрыли или снова на следующий год оставили?

Нет. Ну такой бесцеремонности я точно не ожидала. Все понимаю, но такого не понимаю. Я что, предмет мебели какой-то? Или, может, зверек, на голос которого не обращают внимания? Этот мужик хоть что-то о приличиях знает? Или слово «воспитанность» приравнивается в этом доме к магическому заклятию?

Почувствовала, как Дио ущипнул меня за бок.

— Господин Аверар, у нас к вам дело, — опередил эльф мое возмущение. — По поводу заброшенной фермы, что на краю деревни. Помните, ту, где призраки водятся?

— Помню, — в сердцах сплюнул староста. — Никак с ней разобраться не могу. И вроде место такое хорошее, и дом добротный еще, а никому сбагрить не получается. Наши-то местные о нем знают, а приезжие тут не задерживаются. Да и стоит кому-то только заикнуться о нем, сразу куча советчиков прибегает. А они…

— Я хотел бы его купить, — Дио оборвал мужчину.

Эльф снова ущипнул меня, заставляя заткнуться, что я и сделала. Сложила руки на груди и ждала окончания этого увлекательного разговора, прожигая старосту взглядом. Стало понятно, что со мной он бы точно не стал разговаривать и уж тем более вести дела. От него просто перло презрением к женщинам и пренебрежением к их уму. И история про его старшую дочь уже не казалась нереальной — такой женщин за человека не считает. Козел.

…После того как староста получил свой заветный мешочек с золотом, а Дио документ, в котором сказано, что ферма на отшибе деревни и определенное количество земли принадлежит ему, мы вышли на улицу. Я чуть не выбила входную дверь, когда рвалась прочь из дома. Если бы Дио не оказался таким проворным и не открыл ее передо мной, то в деревяшке оказалась бы дыра в форме меня.

— Ах, он окаянный…

Мы едва успели выйти за ворота, а я уже принялась костерить старосту на чем свет стоит. И хорошо, что никого из местных поблизости не оказалось, иначе уже сегодня ночью меня бы заточили в темницу. Подумали бы, что заклятие на их старосту накладываю или порчу навожу.

— …Не, ну ты видел? — смотрела на эльфа. — Видел? Он даже не смотрел на меня! Словно меня не существует! Будто я пустое место!

Дио молча позволил мне высказаться и, только когда я перестала плеваться огнем, протянул мне ту самую бумагу.

— Это твое, — кивнул он на документ.

— Он отдал его тебе, — ворчала я. — Так что поздравляю с приобретением фермы.

Дио закатил глаза, и почему-то это заставило меня усмехнуться. А ведь в самом начале он казался таким сдержанным и холодным.

— В таких бумагах не пишут имя, — объяснил эльф. — Чтобы в случае смерти владельца его наследникам не пришлось переделывать ее. Бумага — дорогое удовольствие, чтобы подобным заниматься. Так что, — он снова протянул мне листок и улыбнулся. — Поздравляю! Теперь у тебя есть ферма.

Возвращаться домой, где тебя ждут, всегда приятно, а особенно — если несешь есть хорошие новости. Но, поднявшись на крыльцо, я даже к ручке двери не успела потянуться, как она распахнулась, чуть не сбив с ног. В следующее мгновение меня начали хватать за ноги и руки, а в гуле голосов невозможно было разобрать ни одного слова.

— Успокоились!

Даже я вздрогнула, услышав суровый окрик. Увидела, как Огиер возвысился в дверном проеме и оглядел дракончиков. Каждый из них замер в забавных позах, так и не успев довести свое движение до конца. Кстати, это Эви схватил меня за ноги и спрятался за спиной.

— Ступайте в дом, — по лицу Огиера поняла, что у него был тяжелый день. — Скоро спать укладываться, а вы до сих пор не умылись.

Малышня ручейком просочилась в дом, и я успела заметить, как Рор подмигнул мне. За что ему тут же прилетел подзатыльник. Да, им наверняка пришлось постараться, чтобы так вывести дедушку.

— Вижу, вы тут без нас не скучали, — я подхватила сумку, но Дио перехватил ее, появившись из темноты. — Ты уже устроил Феринала?

— Ага, напоил его и оставил грызть твой подарок, — эльф подтолкнул меня вперед, удерживая в руках сразу несколько мешков и мой рюкзак на плече.

Дом встречал запахом чего-то вкусно-пряного. Кит в моем желудке ожил, напоминая о том, что мы с обеда ничего не ели.

— Что купили?

Мальчишки снова тут как тут. Крутились вокруг мешков и рюкзака, но внутрь заглядывать не спешили, поглядывая в сторону Огиера, который продолжал на них сурово смотреть. Типичный вечер любой женщины. Не дети облепят, так муж. Не муж, так домашний зверек какой. И, если честно, я думала, как это должно бы раздражать, но нет. Глядела на них, и хотелось смеяться.

— А где ваш самый главный белокурый предводитель?

— Здесь мы.

Пио показался в гостиной из кухни, но шел медленно и беспрестанно оглядывался, словно ждал кого-то. А хотя почему кого-то? Кого еще могли оставить на попечение даруга?

Энджел уверенно ступала вперед, жадно вгрызаясь зубами в рогалик. Увидев меня, мысли о сладости в руках у нее испарились. Она раскинула руки и устремилась вперед так неожиданно, что Пио пришлось испариться, дабы она его не сбила с ног.

— Привет, милая, — присела перед малышкой и поймала ее. — Откуда ты идешь?

Она указала на дверь в кухню, но при этом не издала ни звука. Я уже не в первый раз заметила, что девочка не говорит. Конечно, я не эксперт и мне сложно что-то утверждать, но вроде в два года дети уже должны болтать на своем детском, который у всех малышей разный, но они все равно умудряются друг друга понимать. Но нет, наш ангел продолжала хранить молчание.

— Слишком вы долго, — даруг появился на спинке стула. — С какими новостями хоть?

— Вот, — вытащила из-за пазухи бумагу на ферму. — Я, конечно, чуть старосту не прибила, но Дио уговорил меня этого не делать. Так что теперь мы полноценные хозяева этого загадочного места с привидениями.

Огиер забрал бумагу, и вокруг него собралась малышня. Пио опустился на плечо старика и тоже вчитывался в то, что написано. Кстати, я так и не взглянула на текст. Я его вообще пойму? Укус дракона действует только на понимание устной речи или способность к чтению тоже прокачивает?

— Я так понимаю, староста не захотел с тобой общаться? — все понял даруг.

— Да не то что общаться, он даже смотреть на меня не хотел, — мое возмущение вернулось. — Я стулом себя почувствовала, который поставили посредине комнаты, и все вокруг него ходят, и дела им до него нет. Боюсь представить, как этот мужчина относится к женщинам своей семьи. Его бы хоть раз на беседу с моим куратором, он бы сразу все эти глупости из головы выкинул. Чувствую себя отвратительно, потому что ни одна уважающая себя женщина не потерпит такого отношения…

Выдохнув, я поняла, что все смотрели на меня. Видимо, мой маленький спич вышел очень эмоциональным.

— …В общем, мы теперь владельцы фермы, — подвела итог. — Имена в бумаге не указываются, так что я предлагаю считать каждого из нас полноправным владельцем.

В своем мире я подобного никогда посторонним людям не предложила. Но, эй, когда-нибудь я уйду отсюда. Так имеет ли смысл сохранять за собой что-то, что может привязать меня к этому месту?

— Это слишком, Света, — Огиер мотал головой. — Ты не должна…

— Но я хочу, — перебила его с улыбкой. — Хочу, чтобы драконы знали, что не все люди плохие. Остались еще те, кому вы можете доверять. Те, на кого можете положиться.

Огиер заглянул в мои глаза, и на мгновение показалось, что я смотрю в глаза своей бабушки. Но я моргнула, и это чувство пропало. Наверняка все дело в сегодняшней вспышке ностальгии. Точно, именно в этом дело.

— В таком случае предлагаю отпраздновать это событие, — хлопнула в ладоши и подошла к одному из мешков. — Я не знала, получится ли у нас решить вопросы со старостой, но на всякий случай подготовилась, — вытащила из мешка продолговатую коробку. — При всем уважении к кулинарным способностям дядюшки Пио, я подумала, что мы все можем позволить себе себя побаловать…

Я открыла коробку, и дети тут же залезли в нее носом.

— Мать моя дракон! — выпалил Рор знакомое уже восклицание.

— Рорархат, — Огиер осадил мальчишку.

— Прости, дед…

— Мать моя дракон! — вторил Эви своему старшему другу.

Огиер помотал головой. А мы с мальчишками начали смеяться. И Энджел, подверженная всеобщему эмоциональному подъему, тоже принялась хохотать и подпрыгивать на моих руках.

Через час после того, как я привела себя в порядок и переоделась, мы, как и вчера, собрались в кухне. Удивительно, что Пио столько всего успел наготовить, даже будучи нянькой для маленького проказливого дракона.

Пока накрывали на стол, помогая ворчливому даругу, который не переставал командовать каждым из нас, мальчишки наперебой рассказывали, чем они сегодня занимались и что делали. А сделали они немало.

— Мы вытащили целую гору мусора, — Эви растопырил руки: — Больше меня размером!

— Даже больше меня, — влез Рор. — И это только из колодца на заднем дворе. Мы еще не смотрели емкость для воды на крыше бани. Дядюшка Пио сказал, что нам нельзя туда лезть без подстраховки. Дио, ты же нам поможешь?

Эльф, оторвавшись от котелка, которому возвращал на место ручку, улыбнулся на радость мальчикам и кивнул.

— Я и сама могу вычистить емкость. Дио и так много для нас делает, а у него есть своя семьи и дела.

— Оу, — протянул Рор. — Я забыл, — улыбнулся он виновато. — Прости, Дио. Света права, если она будет с нами, то мы все сможем сделать.

— Новых заказов в кузне пока нет, а предыдущие я уже закончил, и заказчики приедут как раз к ярмарке. Так что до этого времени я совершенно свободен. Да и потом, ты ведь сказала, что Нани может приехать в гости, а мать ее одну все равно не отпустит.

— Ярмарка?

Вопросы вылетели у нас с Эви одновременно. Я улыбнулась мальчишке, который, покраснев, вернулся к сервировке стола.

— Нани — это моя младшая сестра, — пояснил Дио застенчивому ребенку. — Она очень веселая и добрая, вы обязательно подружитесь. Рор уже с ней знаком и может рассказать куда больше.

— Обычная девчонка, — фыркнул Рор, но кончики его ушей все равно заалели. — Ничего особенного.

— Так, а что за ярмарка? — решила сдвинуть центр внимания на себя.

— Ежегодная, в честь бога плодородия, — Дио тоже охотно сменил тему. — Будут гуляния, выступления фокусников, конкурсы и много прилавков с едой, торговцы из города приедут с товарами. Плюс в конце проведут ритуал, который должен помочь взойти урожаю. Обычно ярмарка проводится сразу на две деревни. В прошлом году она проходила в моей деревне, в этом году здесь. Так что ты выбрала удачное время для заселения.

— Здорово! Не знаю как там насчет бога плодородия, но удача в посевах нам бы не помешала, ибо я, если честно, не очень разбираюсь в этом вопросе. Ба с дедом сами в основном управлялись, я просто приезжала собрать урожай. У кого есть опыт огородника?

Дети пожали плечами, так же как Огиер и Дио.

— Эти вещи всегда проходили мимо меня, — вздохнул старый дракон.

— Я больше по металлу, — усмехнулся эльф. — Могу выковать какое-нибудь орудие труда для работы, не более.

Я с надеждой повернулась к даругу, который продолжал что-то помешивать в большой кастрюле. Почувствовав мой взгляд, он обернулся и сверкнул темными глазами:

— И как же ты собиралась управлять здесь всем?

— С вашего великодушного позволения и благодаря вашим добрым советам, — сложила ладошки в умоляющем жесте. — Все только на вас держится, дядюшка Пио.

— Проныра, — погрозил даруг пальцем. — Ладно уж. Объясню и покажу, что и как нужно. Правда, я сам не очень углублялся в это. Мое дело домом заниматься да за хозяевами приглядывать. Хозяйство в основном было на других моих сородичах, но после того как дом оказался без хозяина, они тоже ушли. Поэтому за животиной надо будет лучше смотреть, я туда точно не полезу.

— Так есть еще и другие, такие как вы? — уселась за стол, впитывая новые сведения.

— Конечно, есть, а ты думала, из хранителей только я есть?

— Нет, но… Я вообще не предполагала, что такие, как вы, существуют.

— Даже в кузне у этого, я уверен, есть один из наших, — кивнул даруг на эльфа, кончики ушей которого забавно дернулись. — Следит, чтобы огонь не погас до конца, да чтобы не передержал металл в огне. Много чего мы делаем, а вы этого и не замечаете.

— Супер. А есть какая-то биржа труда для хранителей? Место, куда можно прийти и нанять парочку?

Я уже мысленно составляла ряд вопросов для собеседования, когда поняла что говорю и кому. Да и остальные своими взглядами мне этого забыть не давали. Мда, нужно следить за тем, что говорю, вдруг нечаянно проболтаюсь перед чужими.

— Ешьте давайте, — Пио по воздуху левитировал блюдо, от которого исходил восхитительный мясной аромат. — Рекомендации, видите ли, ей нужны, — бурчал он себе под нос. — Это хранителя еще заслужить надо…

Полеты во сне и наяву. За свою недолгую жизнь я привыкла летать только на самолетах в окружении множества других людей. А сегодня познала, что такое летать, не ощущая никаких сковывающих стен и преград для холодного воздуха, который готов подхватить в любое мгновение и унести, куда Макар телят не гонял. Но даже полеты на Феринале не могут сравниться с тем, что я ощущала сейчас.

Волосы развевались за спиной, ветер играл с ними, как шаловливый ребенок, запутывая и перебирая. Я закрыла глаза и чувствовала каждое изменение движения, каждый рывок. Мне казалось, что я мчусь вперед, рассекая облака, и рядом нет никого. Только я и абсолютная неподдельная свобода…

И контроль.

Тихое рычание заставило меня распахнуть глаза, и ветер ударил в них в то же мгновение, вынуждая снова зажмуриться. Но я упрямо открыла их вновь, опуская голову, чтобы защититься от ледяных порывов. И все, что видела под собой — это могучую, широкую спину красного, как кровь, дракона. Мне следовало испугаться, но я чувствовала себя в безопасности.

Сердце мое трепетало, но уже не от того, что лечу, а от того, что вижу это невероятное создание. И не просто видела. Я могла касаться его! Проводить ладонями по спине с мелкими наростами и острыми шипами на гребне. Кожа дракона была плотная и крепкая, а еще очень теплая, такая, что хотелось уткнуться в нее щекой и снова закрыть глаза, погибая от наслаждения.

Не знаю, откуда пришло доверие дракону, но оно расцветало, набухало в моей душе. И я ласкала его кожу, рисовала на ней спирали и чертила линии, прислушиваясь к тому, как рычание сменилось утробным урчанием. И от этого мне стало еще веселее и спокойнее.

Я двигалась вперед по спине, ни на секунду не беспокоясь, что упаду. Он бы подхватил и спас. Даже если я буду падать очень быстро, он все равно успеет — в этом не было никаких сомнений.

Я ползла все выше по его спине и, добравшись до шеи, наконец, увидела, что мы летели над водой. Над голубой, почти прозрачной водной гладью, по которой плыло наше отражение. Оно летело вместе под нами, спеша, чтобы не отстать. И я заметила взгляд желтых глаз.

Его взгляд прошивал, как толстая игла тонкий шелк. Мое дыхание учащалось. Сердце билось быстрее. Мир сузился и перестал существовать.

«Чувствуешь?»

Я чувствовала. Не знала что, но чувствовала. Уже не только себя, но и его. Не только он парил, раскинув крылья, но и я, ощущая, как ветер скользил между перепонок и поднимал маленькие чешуйки. Будто я и есть дракон. Или мы с ним — одно тело с двумя сердцами внутри?

Неожиданно тучи набежали на небосвод, и я вздрогнула. Моя рука, потянувшись к морде дракона, замерла. Мы одновременно вскинули головы, чтобы увидеть, как тьма поглощала солнце и три луны.

Мне стало страшно. Я вскочила на ноги в попытке уйти от этого мрака, и дракона начало кренить в сторону. Падение оказалось неминуемым. Я летела вниз лицом к небу, и силуэт моего дракона удалялся все дальше и дальше. А боль от потери чего-то важного расширила дыру в моем сердце.

Его протяжный крик на миг сделал меня счастливой, но ледяные грязные воды поглотили мое тело.

Детский возмущенный крик вздернул меня с постели. Я схватилась за грудь и стиснула в пальцах ткань ночной рубашки, продолжая по инерции ощущать, как вода заполняет рот и легкие — это казалось настолько реальным, что я боялась вдохнуть.

Господи… Приснится же такое. И ведь ничего не предвещало подобного. Вчерашний вечер прошел замечательно. Мы поужинали, потом некоторое время сидели в гостиной, наслаждаясь обществом друг друга и тихими разговорами. Пио откуда-то достал игру, похожую на шахматы, и Рор как самый старший и умелый в этой игре обучал меня правилам.

— Ну, нет, — мотал мальчик головой. — Я же говорил, что советник так не ходит, — причитал он. — Сначала ты должна провести его мимо короля с королевой, а после через палату лордов, — указывал он на мелкие фигурки, стоявшие в ряд. — И только тогда сможешь сделать ход.

— Даже в игрушках бюрократия, — передвинула я фигуру так, как показал Рор. — Ничего нельзя сделать, пока не пообщаешься с начальством, не обойдешь сотню инстанций и не получишь одобрения кучи ненужных людей.

— Такие правила, — пожал плечами Огиер, который читал какую-то потрепанную книгу, принесенную ему Пио. — Без правил воцарится хаос и беззаконие, — перевернул он страницу с тяжким вздохом. — Хотя даже их наличие не мешает некоторым устанавливать свои порядки…

Потом я немного повозилась с Энджел, которая начала клевать носом, а я я успела это заметить. Ее маленькие пальчики перестали сжимать деревянную лошадку, и та соскользнула на пол с тихим стуком.

— Все, это сигнал, — подняла малышку с пола и оглядела остальных присутствующих. — Пора спать.

— Ну не-ет, — протянул Рор. — Можно, мы еще немного поиграем? Эви почти научился, — он улыбался как довольный своим учеником учитель. — Смотри, как у него здорово выходит. Еще немного, и он может выбить моего советника, а без него король уже не сможет ходить.

— Замечательно, что Эви схватывает все на лету, но время позднее, — перехватила я Энджел поудобнее. — Завтра доиграете. Попросите дядюшку Пио, он не станет убирать доску.

— Просто кому-то не нравится, что его превзошли, — бурчал Рор себе под нос, пока собирал вышедшие с поля игрушки.

— Что ты сказал? — улыбнулась я мальчишке.

— Говорю, что завтра мы с тобой снова сыграем.

— Обязательно.

Уложив детей спать, я спустилась на первый этаж и еще немного посидела с Огиером и Пио, который возился с камином. Дио снова ушел, мотивируя это тем, что все еще не хочет оставлять Феринала одного.

— Завтра я собираюсь на рынок, — вытянула ноги в кресле-качалке. — Мы с Рором видели там торговца животными. Думаю приобрести для начала несколько животных, пока не отремонтируем старый загон или не построим новый.

— Выбирай тщательнее, — посоветовал даруг. — А то эти жулики только и ждут возможности кого-нибудь облапошить. А ты, уж прости, не похожа на того, кто схватит мошенника за руку.

— Спасибо за то, что верите в меня, дядюшка, — улыбнулась хранителю. — Но я думала, что отправлюсь туда вместе с Дио. А на обратном пути мы могли бы захватить его младшую сестру к нам в гости. Нани хорошая девочка, — предупреждая вопросы, сразу сказала. — И Рору она нравится. Думаю, мальчишкам будет весело.

— Еще одно темное отродье под нашей крышей, — сплюнул Пио. — Пусть приходит, если она хоть немного похожа на этого первого, то вреда быть не должно.

— Что я слышу? — подалась вперед. — Это что, была завуалированная похвала Дио?

— Не придумывай, — ощетинился даруг. — И вообще, ты сама сказала, что уже поздно. Шуруй спать, завтра много работы.

— Да-да, — поднялась я на ноги. — Можете не напоминать, я хоть на ферме и не жила, но прекрасно знаю, что на ней всегда много работы. Доброй ночи.

И в каком из этих моментов хоть на мгновение были упомянуты драконы и полеты? Да ни в одном. Но откуда-то же мое подсознание сгенерировало эту идею! Или это так же, как в доме моих стариков после слов, сказанных по велению бабули? Когда я тоже ни о чем плохом не думала, а потом мучилась из-за того, что не выспалась, переваривая сны.

В этот раз я хотя бы видела виновника моего утреннего беспокойства. И не просто видела, а чувствовала и слышала. Его голос все еще отдавался трепетом в животе и порхающими в нем бабочками. Насколько вообще реально поймать «бабочек» от голоса огромной ящерицы? Это можно приравнять к нездоровой привязанности к животным?

— Ну они же волки, — сетовала я на восторг Зойки после рассказа об очередной книге про оборотней.

— В первую очередь, они люди с тонкой душевной организацией и проблемами с обществом, — настаивала подруга. — И совсем не важно, что порой у них появляются хвосты и уши.

— Представляю, как каждую весну твой избранник начинает линять, и ты просто начинаешь его вычесывать пуходеркой для собак, — начала я смеяться. — Или отводишь к грумеру, чтобы подровнял ему хвост. И височки чтобы обязательно сделали косыми.

— Ну тебя, Свет, — надула Зоя щеки, отчего сразу стала похожа на недовольного хомяка. — Ты снова портишь всю романтику.

— Помни, Зо-Зо, что, встречаясь с оборотнем, ты наполовину признаешь себя зоофилкой, — продолжала подливать масло в огонь. — Хочешь, запишу к психиатру?

Тогда это было занятно и смешно, но сейчас не очень. Потому что я вдруг влюбилась в дракона. Совершенно точно клинический случай.

Очередной крик вывел меня из состояния не стояния, и я, наконец, поняла, что все еще сидела на постели. Дети лучше любого будильника.

Вместе с новым криком раздался удар в дверь, да такой сильный, что показалось, она с петель слетит. Следом я услышала визг грызуна, которому прищемили хвост.

— Я сейчас как выйду и как всех разгоню по углам! — закричала я.

Тишина наступила в тот же миг, как я закрыла рот. Сделала несколько вдохов, наслаждаясь покоем, но счастье не может длиться долго. Не в полном детей доме, которых не отвлекает телевизор и другие гаджеты.

— Доброе утро мне, — спустила ноги на пол. — Если такой подъем вообще можно считать добрым.

Добро пожаловать в счастливую жизнь, полную детских улыбок, смеха и криков. Мечта, от которой задергается ваш глаз.

После плотного завтрака Пио снова пришлось выступать в роли фокусника, чтобы я могла освободить себя от цепкого дракончика в человеческом обличье. Правда, в этот раз просто так смотреть на летающие игрушки и летать самой ей не понравилось. Положение спас Чешуйка, который был столь любезен, что позволил малышке залезть к себе на спину. Конечно, Пио руководил процессом, и Чешуйка не чувствовал давления ее веса.

— Я принесу тебе что-нибудь особенное, — чмокнула дракончика в кончик мордочки, прежде чем убежать из дома.

— А нам? — Рор оторвался от складирования вещей.

— И вам. Всем принесу.

Мне надо было двигаться как можно быстрее и не потому, что хотелось все закончить поскорее, а потому что иначе, если бы я двигалась как черепаха, обязательно бы отключилась. Я так и не смогла в эту ночь нормально поспать из-за своих снов, и промедление в такой ситуации давало сигнал организму, что можно расслабиться и вообще не заниматься делами.

— Я бы спросил, почему такая спешка и с чего вдруг такой боевой настрой, — протянул Дио руку, чтобы помочь мне взобраться на Феринала, — но я слышал, что творилось в доме.

— Самый лучший будильник — дети, которые забыли, что взрослые не просыпаются с первыми лучами солнца, как петухи.

Мы с Дио направлялись прямиком в город, чтобы приобрести необходимых в хозяйстве животных. Пио был очень подробен в описании хвостатых и ушастых, которых нужно купить на ферму. Правда, я не была уверена, что у торговцев нужные нам найдутся. А мальчики с Огиером обещали посмотреть загон, чтоб знать, какой ремонт ему требуется.

Оставив Феринала на общем дворе и заплатив одному из работающих там мальчишек, мы двинулись в сторону от торговой улицы. Не всем понравится, если запах навоза перемешается с запахом еды.

— А я вас помню! — получила я возглас вместо приветствия.

Я его тоже вспомнила. Этот суетливый, маленький обжора с огромным животом, что похож на противного и жадного персонажа из мультика. И да, что сейчас, что тогда, он мне ужасно не нравился. Не люблю судить людей по тому, как они выглядят, потому что это некрасиво, но вот он совершенно не вызывал никакого желания продолжать разговор. Были бы тут другие торговцы, я бы не задумываясь ушла к ним. Но имеем то, что имеем.

— Приятно слышать, что не забыли меня.

Видимо, моя улыбка была не естественная, потому что в глазах торговца мелькнуло неприятие. А может, дело не во мне. Он походил на лицемера, который улыбается тебе в лицо, а в подходящий случай с удовольствием и без зазрения совести нанесет удар в спину.

— Все-таки решились на покупку, — он снова принялся лебезить. — А где же ваш юный спутник? Неужели так подрос? — хихикнул торговец, переводя взгляд на молчаливого Дио.

И теперь на его лице легко читался испуг. Оу, это что-то новенькое! Так откровенно эльфа еще никто не пугался. Можно было бы сыграть на этом и, надавив на человечка, выпросить у него самую большую скидку в размере, скажем, девяноста девяти процентов, но использовать внешность Дио и его происхождение таким образом — верх наглости и бестактности.

— Нам нужны вот эти животные, — протянула торговцу список.

Когда я собиралась на рынок, хотела заранее знать, как выглядят некоторые представители местной фауны, о которых я слышала впервые.

— Румис? — приподняла я бровь.

— Их разводят на мясо, — ответил Пио. — Оно очень вкусное, с прослойками жира. А возьмете самца в придачу к самкам — сможем потомство получить. Они неприхотливые создания. Знай подкидывай объедки да шлифуй вовремя клыки.

Кажется, мне только что описали свинью. Да и дальше все животные очень сильно напоминали Земных коров, овец, гусей и прочую сельскохозяйственную живность. Разве что названия другие и некоторые детали.

— Курица, — произнес Пио.

— Курица, — кивнул он. — А что тебя удивляет?

— Да нет. Ничего.

И когда я услышала знакомое название, я совершенно точно не ожидала увидеть курицу размером с пони. И да, мой страх был обоснованным — это создание не только затопчет, но еще и покусает.

— Представляю, какие они несут яйца, — оглядела клетки с курицами, которые мы с Дио грузили в купленную телегу, со встроенным артефактом расширения.

— Представь, как ты будешь собирать эти яйца, — улыбнулся эльф. — С боем придется прорываться.

— Очень смешно. — И я повернулась к торговцу: — Еще нам нужны гонты. Желательно несколько.

— Конечно-конечно. Прошу за мной.

Он повел нас к другим загонам, когда я заметила крытое здание, в котором уже бывала. Именно там я видела того огромного медвесова. А еще там были животные, которые совершенно точно не походили на здоровых. Тогда я просто не могла ничего изменить для них.

— Нам туда, — я указала на здание.

— Так вы все-таки решили купить бирума, — потер торговец ладони. — Его так и не забрали. Я подумывал уже отдать его в качестве одного из бойцов в королевский «Круг», но вы прибыли как раз вовремя.

Мой шепот достиг чувствительных ушей Дио, который стиснул челюсти, явно недовольный услышанным. Торговец не обратил на это внимания, спеша вперед, боясь, что мы можем передумать.

— Арена для боев, — объяснил эльф. — Люди и представители других рас сражаются там, чтобы получить золото. Иногда против них выставляют животных. Говорят, что популяция бирумов именно по этой причине сократилась.

Чем больше времени здесь находилась, тем больше понимала, что этому миру далеко до настоящего процветания. Тут есть многое из того, чего нет в моем мире, типа магии и волшебных существ, но и жестокость тут на каждом шагу.

— Их не было до восхождения на трон нового короля, — продолжал Дио. — Но Барольд всегда любил жестокие представления. Иногда даже драконы сражались на этих аренах. Их били и истязали, чтобы разозлить и заставить драться. Им просто не оставляли выбора.

Мне хотелось плакать, когда я представила своих дракончиков на арене, как они сражаются, сцепив зубы. Как маленькие звереныши, что цепляются за последние мгновения своего существования. Не могла поверить, что кому-то это вообще могло нравиться.

— Мы пришли, — торговец распахнул двойные двери перед нами.

Я тряхнула головой, прогоняя прочь болезненные мысли. У меня уже не получится ничего сделать для тех, кто погиб по воле узурпатора, но я могла постараться изменить жизнь этих животных.

— Пройдемте, — торговец поманил нас вперед.

— Дио, возьми фонарь, пожалуйста, — указала на тот, что висел на входе.

Меня не интересовала большая клетка, стоящая в самом конце сарая. Но только она была достаточно освещена, чтобы видеть зверя внутри. Все остальные клетки утопали в темноте, и почти нельзя было рассмотреть тех, кто находился за крепкими замками.

— Что вы делаете?! — спохватился торговец.

Я не слушала его и, взяв у эльфа фонарь, медленно поднесла его к первой клетке, стараясь не напугать животное. Немедленно зверь забился вглубь клетки, обнажая передние клыки, которые почти касались его груди. И это, скорее всего, очень больно и неудобно.

Полузайца-полулеопарда узнала сразу. Харах вроде бы, если память мне не изменяла. И, судя по его свалявшемуся меху, кое-где с проплешинами, он сидел тут давно.

— Что вы делаете?!

Торговец попытался подойти ко мне, но Дио загородил меня спиной, прожигая его взглядом. Я же в это время продолжала обход. Слава богам, почти все клетки оказались пусты. Кроме хараха, нашла еще двух гонтов. Эти козы-переростки тоже выглядели ужасно. Им определенно требовался тщательный уход и полноценное питание.

— Эй, — протянула руку сквозь решетку и коснулась копыта, за которым давно никто не ухаживал. — Все будет хорошо, — погладила жесткую шерсть. — Сколько хочешь за них? — отбросила церемонии и повернулась к торговцу.

— Да зачем вам эти ничтожные экземпляры? — скривился мужичок. — Они все с дефектами и не имеют никакой ценности. Вы не сможете их разводить и не продадите больше. Сам уже который месяц мучаюсь. Разве что на мясо их забить, но мясо гонтов на самого большого любителя, а харахи такие жилистые, что не каждый клык их разжует.

— Я не спрашивала твоего мнения, — мой тон становился мрачнее, так же как и выражение лица. — Сколько хочешь за этих несчастных животных? И лучше тебе не врать мне и не пробовать нажиться на этих бедолагах. А иначе…

Дио просто опустил ладонь на рукоять кинжала. И этого было достаточно.

— Понял, понял, — кивнул торговец. — Пять золотых за всех. И я дам вам скидку на бирума, — вырвался у него нервный смешок.

— Идет. Ты поможешь погрузить эти клетки на нашу телегу и дашь нам еще одну в качестве подарка.

Я едва заметно двинула головой, и Дио пошел на торговца. Запугивать людей нехорошо, пусть они того и заслуживают. Но если дело касается беззащитных животных, я просто не могу по-другому. Люди могут о себе позаботиться, сказать, что их беспокоит и где болит. Звери лишены этой возможности, они могут лишь уповать на милость человека. Порой я думаю, что мы не заслуживаем их.

— Я попрошу своих работников помочь.

Торговец метнулся из сарая так быстро, как только мог. Мы с Дио направились к двери, не желая давать этому живодеру ни минуты спокойной, чтобы он не натворил глупостей. Но на пороге я замерла.

Я же всматривалась в темноту. Мне не давало покоя ощущение, что на меня кто-то смотрел. Оно появилось, когда я только начала осматривать клетки. Но никого в темноте я не находила. Разве что бирум сверкал своими совиными глазищами. Умный у него взгляд.

Дио повернул голову, глядя на меня удивленно:

— Ничего. Просто показалось.

Дойти до дома с большим количеством пакетов из магазина казалось сложным. Но добраться до дома, когда у тебя две телеги клеток с животными, один из которых готов наброситься и съесть всех вокруг, судя по его взгляду — дело для настоящих экстремалов. Или для отбитых на голову, которые откусили больше, чем смогли прожевать.

— Официально, — подняла руку вверх, привлекая внимание Дио. — Это невероятно напряженное предприятие, — посмотрела назад, чтобы увидеть новых жителей нашей фермы. — Надеюсь, спасение парочки животных зачтется мне в карму, и никто из них не попытается сбежать, пока мы едем.

— Все нормально, — Дио успокоил меня, указывая вперед. — Моя деревня уже близко, там что мы сможем напоить их и двинемся дальше.

План передвижения у нас прост: купить животных, добраться до первой деревни, немного передохнуть и двинуться к конечному пункту. Ничего сложного. Но мы не учли, что нам на пути могут попадаться люди, от которых мы не сумеем отмахнуться и оставить позади.

Нани поднялась со скамьи перед домом Дио и рванула с места. Она шлепнула брата по руке в качестве приветствия, пока пробегала мимо него, а затем врезалась в меня. Все заняло меньше минуты, и я почувствовала, как заболел живот от резкого сближения, и что не хватает воздуха от крепких объятий.

— Привет, — улыбнулась девчушке. — Ты ждала нас?

— Да, — Нани подняла голову, ее улыбка была подобна солнечному лучу. — Мама говорила, что видела Феринала в воздухе, поэтому я решила, что вы отправились в город и поедете обратно. И вот я тут. Так ты пригласишь меня к себе в гости?

Ну конечно. Я же сказала, что мы обязательно пригласим ее в новый дом, как только все уляжется и станет безопасно. Но ничего еще не улеглось, и наличие одного опасного зверя за нашими спинами это подтверждало. Неизвестно, сколько этот бирум не ел и не захочет ли он полакомиться одним или несколькими детьми. Не хотелось бы использовать сестру Дио в качестве закуски для медвесова.

— Пожалуйста, — тянула Нани, продолжая смотреть в мои глаза. — Я обещаю, что не помешаю вам.

И как тут сказать «нет», если на тебя смотрит котик из известного всем мультфильма? Как ножом по сердцу от одной лишь мысли, что мой отказ может ее расстроить. Эти детские убийственные взгляды надо запретить на законодательном уровне. Где в этой стране можно подать идею нового законопроекта?

— Ладно, — сдалась. — Ты можешь поехать с нами, но только ненадолго. И предупреди маму, чтобы она не переживала.

От радостного и пронзительного вскрика я сморщилась и схватилась за правое ухо. Нани умерила свой пыл, но улыбаться не перестала.

— Прости, — тихо хихикнула. — И спасибо. Я сейчас же побегу к маме, — она стартовала с места, но остановилась и обернулась. — Только без меня не уезжайте.

Когда Нани скрылась за домом, я приблизилась к Дио, чтобы помочь ему натаскать воды для животных.

— Как думаешь, если мы сейчас уедем, то она сильно обидится?

Эльф посмеялся и помотал головой:

— Поверь, если мы уедем, Нани не расстроится. Но она догонит нас и так выест мозг, что мы сами пожалеем, что ушли без нее.

— Исчерпывающий ответ.

Мы почти закончили поить животных и собирались уже двигаться дальше, когда Нани, наконец, появилась на горизонте. И она не скакала жеребенком по лугу, как делала это постоянно, а тихо двигалась вперед, обвешанная маленькими мешками и большой плетеной корзиной. Я посмотрела на Дио вопросительно, но он только закрыл лицо ладонью и что-то прошептал себе под нос.

— Мама сказала, что в следующий раз, если вы будете в деревне и не зайдете к ней, то будет очень плохо, — Нани выдохнула с облегчением, когда мы забрали у нее поклажу. — А еще Иона передает привет и говорит, что тоже была бы рада увидеть вашу ферму. А Мэл… — она замолчала, вспомнив о самой старшей из сестер. — В общем, вам надо повидаться с мамой.

— Так что сказала Мэл?

Глаза Нани растерянно забегали, но очень быстро сосредоточились на мне, поняв, что поддержки она от брата не дождется.

— Мэл говорит глупости, — фыркнула девчушка. — Мы ее даже сами никогда не слушаем, и…

— Не надо, Нани, — помотала головой. — Просто скажи.

— Мэл сказала, что у нашего брата дела идут совсем плохо, раз он повелся на такую невзрачную мышь, как Света, только потому, что у нее есть средства к существованию.

Она выпалила все на одном дыхании. И мне бы хотелось возмутиться и сказать, что все не так, но, черт возьми, когда это меня стали волновать сплетни каких-то деревенских? Сколько лет с ними под боком прожила и никогда не задумывалась о глупостях, придуманных другими. И сейчас не собираюсь. К тому же, что бы там у этой Мэл в голове ни творилось, она определенно несчастна.

— Слышал? — хлопнула Дио по спине. — Ты теперь мой альфонс. И должен делать все, что я захочу.

— Альфонс? — переспросил эльф.

— Мужчина, который живет за счет женщины, — объяснила ему.

— Вот оно как, — усмехнулся Дио. — В таком случае я и правда обязан выполнять твои указания. Какой будет первый приказ?

Мы говорили в шутку, но глаза Нани с каждой секундой становились все больше и больше. Персонажи из японской анимации могли бы ей позавидовать.

— Это шутка, — потрепала девчушку по волосам. — Было бы лучше, окажись Мэл здесь. Но для нее мы сыграем другой спектакль. А пока поехали. У нас еще много работы.

Нани вызвалась ехать к телеге рядом со спящими гонтами. Я помогла девочке забраться, когда снова почувствовала взгляд в спину. Обернулась в надежде увидеть какого-нибудь деревенского жителя, но никого не было, только невысокая трава колыхалась на ветру.

— Едем? — Дио оказался подле меня.

— Да, — я тряхнула волосами. — Конечно, едем.

Под неунывающий щебет Нани дорога шла куда легче и, кажется, быстрее. Я за раз узнала столько нового для себя, начиная от количества жителей деревни и заканчивая тем, кто кого позвал на предстоящую ярмарку. И каждая новость — чуть ли не взрыв эмоций для нее, невозможно было оставаться равнодушной.

— А вы пойдете на ярмарку?

— Конечно. Никогда не была на ярмарках.

— Тогда ты будешь поражена, — заверила меня Нани. — А вы пойдете вместе? — она перевела взгляд с меня на своего брата.

— Само собой, — не дала эльфу что-то ответить. — Хочу увидеть лицо твоей старшей сестры.

— Лицо Мэл? — не поняла Нани. — Зачем тебе… Оу, — тут до нее, наконец, дошло. — Понятно, — улыбнулась. — Теперь и я хочу увидеть ее лицо. Иона тоже не останется в стороне.

— Ладно, болтушки, — Дио прервал наш разговор. — Мы уже почти у дома.

И правда. Я так увлеклась беседой с Нани, что не заметила, как скоро мы оказались перед забором фермы. Вдалеке рядом с домом угадывалось какое-то движение. Ребята явно суетились возле загонов для животных. Скорее всего, Пио решил хоть как-то подготовиться к появлению живности.

— Как тебе ферма? — оторвавшись от лицезрения маленьких драконов, я посмотрела на Нани. — Что такое?

— А мы правда можем… зайти на территорию? Там же водятся привидения и…

— Не переживай. Это привидение очень милое, хоть и немного ворчливое, — успокоила я. — Не обещаю, что вы познакомитесь сегодня, но если он будет в настроении, то покажется.

— Вы знакомы с привидением?!

— Да, но он предпочитает, чтобы его называли дядюшка Пио.

Мальчишки бросились к нам, как только увидели. Кроме Чешуйки, конечно. Как жаль, что дракончику приходиться отсиживаться, пока остальные веселятся на улице. Надо будет придумать что-то особенное специально для него.

Клетки с животными осторожно сгрузили и отнесли к местам их нового обитания. И все шло хорошо, пока не осталась самая большая клетка, которая была прицеплена к одной из тележек сзади — колесики под ней оказались кстати.

— А что там такое?

Рор полез под тряпку, которой была накрыта клетка, и тут же отшатнулся. Он сжал ткань в руке, и она начала сползать, как только мальчик уселся на землю. Все происходило так медленно, и непонятно каким образом замок на клетке оказался сорван. Стоило тряпке упасть, дверь распахнулась, и огромный зверь начал выбираться на волю.

Мое тело работало быстрее головы — я бросилась к мальчишке, который продолжал смотреть на зверя. Испуг превратил его в истукана, и я не хотела, чтобы через мгновение он стал обедом для медвесова.

Я сжала мальчика и закрыла его собой как раз перед тем, как бирум приблизился. Почувствовала, как его острый клюв коснулся моей спины между лопаток. Причем он не давил и не раздирал — просто прикосновение, может, постукивание клювом, но без последствий для моего хрупкого тела. Что он делал?

— Не двигайся, — донесся голос Огиера.

Покосилась в сторону и увидела, что Дио уже обнажил кинжал, но не двигался с места. Огиер удерживал эльфа на месте, положив руку ему на плечо. Что старик задумал?

— Все хорошо, — продолжал Огиер. — Он не тронет тебя, просто дай ему немного привыкнуть.

— Свет, — прошептал Рор, поднимая на меня взгляд. — Прости.

— Все хорошо, — улыбнулась мальчику, продолжая говорить очень тихо. — Ты ни в чем не виноват.

В следующее мгновение меня оторвали от мальчика и подбросили вверх, как мячик. Крик застрял где-то в горле, когда земля и небо поменялись местами. Мгновенное чувство полета сменилось ощущением неминуемого падения. Но упала я отнюдь не на твердую землю.

Нос мой впечатался во что-то мягкое и пахучее. Вскинулась, ожидая увидеть что угодно, но не бирума подо мной. Совиная голова повернулась на сто восемьдесят градусов, огромные лупоглазые глазища смотрели на меня.

— Эмм… привет…

Что еще мне надо было делать или говорить? Я ожидала, что он будет издавать птичьи звуки, и чуть не грохнулась на землю с широкой спины, услышав из клюва настоящий рык.

— Инфаркт мне собираешься обеспечить?

Вместо ответа бирум схватил клювом рубашку Рора и как щенка потащил к скоплению людей. Опустил мальчика на землю и присел, позволяя мне благополучно коснуться земли ногами.

— И что это было? — спросила я Огиера, который, наконец, убрал руку от плеча эльфа. — Я все понимаю, что как страшная зверюга разрывает мое тело на части — это, наверное, то еще зрелище. Надо на него билеты продавать. Но что это, вашу мамашу, было?

— Ничего страшного, — Огиер хотел успокоить. — Бирумы давние друзья… — тут он замолчал, глядя на Нани. — Мы с ними давние друзья, Рору ничего не угрожало.

— А я? — тыча себя в грудь. — Я как бы им не друг.

— Да, зато ты наш друг, — Огиер улыбнулся. — Ты уже так давно с нами, что сложно отличить одно от второго. Ты часть нас.

— Одна из нас. Одна из нас. Одна из нас, — начала скандировать себе под нос. — Ладно. И что же получается? У нас теперь есть ручной большой медвесов?

Перефразирую строчку из одного хорошего стиха: героем можешь ты не быть, но вот картошку посадить обязан. Довольно вольное исполнение, но оно подходило к нашей ситуации. А ситуация проста: надо сажать картошку.

— Просто кинуть в землю? — покрутил Рор клубень. — Присыпать сверху и поливать?

— А чтобы было больше, можно разрезать клубень так, чтобы вот эти глазки были на каждой части, — продолжала я смотреть на небольшое поле перед собой.

— Стой! — разнесся крик по всей территории. Я повернула голову и увидела, как Эви стремился вперед, сидя на спине Буми, который и не думал останавливаться. Того и гляди снесут нас с Рором. — Стой!

Я вытянула руку, и бирум остановился. Он тормозил, как тот пес из мультика, загребая землю задними лапами. Эви телепало на его спине. Кто бы мог знать, что такой опасный зверь окажется таким милым?

Дети долго играли со словами, переставляли буквы, и в конечном итоге у нас появился Буми. Буми — милый и мягкий внутри, но злобный и ужасающий снаружи. Вряд ли кто-то захочет приблизиться к нашей территории, если увидит этого красавчика. Вот, оказывается, какие сторожевые псы в этом мире.

— Ты что тут делаешь? — сняла я Эви со спины бирума. — Ты же вроде Огиеру должен помогать.

— Огиер отправил меня к вам, — улыбнулся мальчик. — Сказал, что у вас работы больше.

— Признайся, ты вынудил его это сделать? — подмигнула я мальчишке.

— Может, немного! — засмеялся он.

С каждым днем Эви все больше расслаблялся и становился более открытым. В этом была в основная заслуга Рора, который словно взял шефство над своим младшим приятелем. Ну и появление Нани тоже принесло плоды. Друзей никогда не бывает много, особенно таких живых и интересных, как сестра Дио. Рядом с ней просто не остается времени для дурных мыслей.

— Так что мне делать? — Эви забрался на забор.

— Инструмент видишь? — указала на подобие тяпки. — Хватайте его с Рором и вперед вспахивать грядки.

Мальчикам два раза повторять не надо. Они легко перебирались через забор и поспешили вперед. Я уселась на землю рядом с Буми и задумчиво запустила пальцы в мягкий мех, который щекотал кожу.

Начиная с той ночи, когда мне приснился дракон.

— Кто ты?!

Я понимаю, что не надо кричать — стоит лишь подумать, но я все равно открываю рот и кричу во всю мощь легких. И ветер уносит мои слова.

«Чувствуешь»?

Этот вопрос он задает мне постоянно. А я не могу толком объяснить, что чувствовать все равно что дышать. Не могу выразить, как на самом деле чувствую его. Это за гранью моего словарного запаса. Только сердце может рассказать, что я испытываю.

Я опускаюсь на спину, прижимаюсь к ней щекой и провожу пальцами по твердой, как камень, шкуре. И мне хочется плакать, потому что я знаю, что еще немного, и меня разбудят. Понимаю, что этот сон аукнется и не принесет мне долгожданного расслабления и отдыха. Но и расставаться с ним не желаю.

«Поспи», — просит глубокий голос в моей голове.

И я закрываю глаза, прислушиваясь к почти кошачьему урчанию. Оно идет из глубины его груди и убаюкивает. И мне совсем не страшно засыпать на высоте, недоступной человеку. И даже не мысль, что это все сон, меня успокаивает. Я просто знаю, что он не даст мне упасть.

— Кто ты? — едва шевелятся мои губы.

«Спи, — повторяет тот же самый далекий, но родной голос. — Я отыщу тебя позже».

Он приходил ко мне во сне каждую ночь и не оставлял в покое до утра. Я была пока не готова рассказать кому-то, что летаю во сне на красном драконе — не знала, как отреагируют остальные на мои странные сны. А что они странные — это факт. Я словно в реальности проживаю каждое «свидание».

А что если это не просто сны, а происки жестокого короля? И, рассказав кому-то о том, что вижу, я открою ему дверь и позволю увидеть каждого дракона?

Здравствуй, моя бурная фантазия.

Последние дни я сама себе напоминала вареную морковку. Сегодня даже плач Энджел еле сдернул меня с кровати.

Пио готовил мне кофе без молока, хотя теперь оно у нас было. Крепкий, бьющий прямо в мозг кофе не то чтобы мне помогал проснуться, но после трех кружек я носилась как угорелая.

— Свет! — голос Рора и щелканье клювом Буми выдернули меня из тяжелых дум. Подняла взгляд на поле, ожидая увидеть мальчишек поблизости, но они были уже на другом конце поля. Пятнадцать соток — это немного, но не для двух детей. А они весь этот кусок земли умудрились вскопать одни.

— У вас что, комбайн где-то в кустах припрятан? — перебралась я через ограждение, разом забыв про усталость. — А ну колитесь живо, как вы это проделали?! Что за садовая магия?!

Мальчишки переглядывались и хихикали, наслаждаясь моей реакцией. И меня сложно винить в том, что я расхаживала среди ровных грядок, словно увидела восьмое чудо света.

— Просто мы драконы, — пожал Рор плечами, словно это должно мне что-то объяснить.

— Ага, — кивнул Эви, — я с родителями в поле работал, — шмыгнул он носом и вытер его грязной от земли рукой. — Правда, мы не высаживали там такую редкость, но работать я умею.

И ведь возразить нечего. Как я вообще пропустила это волшебное действо? Надо поменьше в облаках витать и сосредоточиться на важном. Драконы и сны могут подождать, а вот будущий урожай — нет. Нам надо будет чем-то питаться, когда придут холода. Правда, Дио говорил, тут настоящих зим нет, но запас продовольствия все равно не помешает.

— Ладно, — я открыла мешок и высыпала картошку на землю. — Разрезаем каждую пополам, — показала мальчишкам, как правильно это делать, чтобы не порезать глазки, используя тот самый нож, над которым смеялся Рор, — потом еще раз пополам. Делаем в грядке ямку, кидаем туда кусочек и засыпаем ямку землей. Один копает, второй кидает.

Я собиралась отправиться за водой, чтобы сразу и полить посадки, когда снова почувствовала пристальный взгляд. В этот раз я не развернулась резко в попытке увидеть того, кто смотрит.

— Если у тебя есть какие-то советы, то я слушаю, — проворчала. — А если нет — отстань. Не до тебя сейчас.

У меня просто нет времени разбираться с собственным разыгравшимся воображением.

Журчание воды. Шелест листьев. Стрекотание кузнечиков и жужжание пчел, кружащих над цветами. Настоящая идиллия и волшебный момент. Но не только эта картина делает все происходящее вокруг сказочным.

Красный дракон лежит на поляне, спрятав морду в траве, и смотрит поверх нее огромными глазами. Я сижу поодаль от него и тоже смотрю. Все так реально, но я уже не пугаюсь. Привыкла.

И нам не надо говорить, чтобы чувствовать себя комфортно. Тишина такая мягкая и ласковая, обволакивает нас, усиливая чувство единения. Хочется закрыть глаза и отдаться моменту, наслаждаясь спокойствием.

«Ты знаешь», — отвечает спокойно.

«Ты еще этого не понимаешь, но уже знаешь, — объясняет голос. — Наступит день, и все станет ясно».

— А когда он наступит?

«Никто не знает, даже я».

Земля немного дрожит, когда дракон поднимается и ступает вперед. Он замирает рядом со мной, а затем снова опускается. Его большая голова оказывается рядом с моими ногами, и я чуть сдвигаюсь, чтобы он мог касаться меня. Теплое дыхание вырывается из его пасти и согревает.

— Ты настоящий?

Его желтые глаза прошивают насквозь. Я не могу сдвинуться под его взглядом.

— Ну я-то знаю, что настоящая. В конце концов, ты же мое сновидение, а не я твое.

«Ты уверена?»

«В том, что это не мой сон?»

В этот раз меня разбудила тяжесть на груди. Дышать становилось невозможно, и я распахнула глаза. Ожидала увидеть желтые глазища, смотрящие в душу, но увидела только растрепанных Рора и Эви, и сна у мальчиков не было ни в одном глазу.

— Так, я готова смириться с тем, что Энджел нравится будить меня ни свет ни заря, — приподнялась с постели и скинула мальчишек на матрас. — Но вам-то это зачем?

— Ты не поверишь! — выдохнул Рор.

— Там такое! — глаза Эви стали огромными от удивления.

— Что еще? — выбираюсь из постели. — К нам прилетела жар-птица и теперь просит дань за шестнадцать лет? — потянулась к тапочкам, которые купила в городе.

Мне совсем не хотелось куда-то бежать и что-то смотреть. Я мечтала добраться до кухни, выпить причитавшееся мне количество кофе, и… дальше я еще не придумала, что буду делать. Но в списке дел на день точно не предвиделось никаких резких перемещений. Пусть хоть Тутанхамон на пару с Ван Гогом продают пылесосы, мне все равно.

— Коалон! — схватил Рор мою руку и дернул за нее.

— Что с ним? — у меня не было сил даже сказать мальчику, что так дергать людей нельзя.

— Он взошел! — оборвал меня Эви.

— Ты шутишь?

— Нет! — закричали мальчишки в один голос.

И да, тут уже не до кофе и экзистенциального вопроса моего существования в этом мире. Я побежала вслед за мальчишками, роняя по дороге тапки и забыв, что ночная рубашка не подходит для щеголянья на улице.

Мы мчались к полю, и уже издалека я увидела Огиера, который стоял за забором, держа на руках Энджел. Пио пристроился на одном из деревянных столбиков и тоже смотрел на то, чего быть не может.

— Это правда… — выдохнула я.

— С добрым утром, Света, — повернулся ко мне Огиер. — Как спалось? — он заметил круги у меня под глазами. — Как ты себя чувствуешь, Света? — Огиер всегда был внимательным.

— Все нормально, — провела ладонью по лицу. — Просто немного зависла, — глядела перед собой.

— Уверена, что с тобой все нормально? — старик не из тех, кого можно обвести вокруг пальца.

— Если бы не была уверена, думаете, стояла бы здесь? — усмехнулась. — Не стоит беспокоиться. Глаза ведь меня не обманывают? Если я сплю… Эй! — бросила взгляд на даруга, который меня ущипнул.

— Да, это странно… — протянул он. — Не помню ничего подобного. И как бы меня ни удивлял этот плод, о котором местные могут лишь мечтать, сомневаюсь, что он может расти так быстро. Любому семени требуется время.

— Совершенно верно… — согласилась я и присела перед первым зеленым ростком.

И когда я посмотрела вперед, сложилось впечатление, будто передо мной солдатский строй. Маленькие, стройные ряды зеленых солдатиков.

Вот только без вмешательства извне тут совершенно точно не обошлось. Вряд ли в этой земле когда-то хоронили радиоактивные отходы, да и волшебными свойствами почва точно не обладает, а не то сорняки бы уже заколосились до небес. Выходит, надо искать третий вариант. Он тоже связан с волшебством.

Я набрала в руку землю, но не успела ничего сделать, как услышала шум за спиной и крик.

Я обернулась как раз вовремя. Рор повис на бируме, но тому было наплевать. Он прорывался на поле, снося ограждение.

— Нельзя! — встала я перед зверем. — Тебе здесь не место! Если хочешь потоптать что-то, то ступай в лес! Здесь зелень трогать нельзя!

Буми клокочуще зарычал, но дальше не двинулся, просто плюхнулся на свою большую попу.

— И чего ты устроил? — запустила пальцы в перья на его шее. — Что ты делаешь?

Бирум опустил голову к моей второй руке и слегка прикусил ее. Именно этой рукой я набирала землю. Неужели зверь учуял что-то? Ну да, учуял — обычную картошку.

— Обещаю, как только соберем урожай, первое ведро твое, — чмокнула Буми в начищенный клюв. — А теперь пошли обратно. Теперь надо будет забор чинить, а тебе лучше держаться от этого места подальше.

Я вывела бирума с поля.

— Как думаешь, как произошло? — спросил Рор.

— Не знаю, — пожала плечами. — Дядюшка, как думаете, что это может быть?

Пио ответил не сразу, что странно, так как ему всегда есть что ответить. Он может делать вид, что устает от чрезмерного общения и шума, который мы все создаем, но я-то вижу, как ему нравится, что дом, наконец, ожил, благодаря нам. К тому же ему только дай почитать нотации.

— Не знаю, — бросил Пио резко. — Завтрак скоро будет готов.

Он исчез без всяких слов, оставляя нас недоумевать. Я почувствовала, что этот дух знает куда больше, чем говорит или показывает. Ну ладно, мы люди неторопливые, можем подождать.

И что-то подсказывало, это как-то связанно с козами, мини-коровами и другими животными, которые быстро стали выглядеть ухоженными и довольными.

— Захожу, а у них косички заплетены, — Рор тянул меня к загону с козами. — Я сначала решил, что показалось, но подошел ближе — правда косички.

— Так, может, Пио за ними присмотрел? — не понимала я удивления мальчика. — В моем мире лошадям часто плетут косы на их гривах.

— У нас тоже плетут, — кивнул он. — Но сомневаюсь, что дядюшка стал бы заниматься подобным.

— Эви? — сделала новое предположение.

— Он их боится, — хихикнул Рор. — Бирума, который может его раздавить, не боится, а гонтов за версту обходит.

Ждать пришлось недолго. Все происходило прямо у меня под носом, следовало лишь встать ночью попить.

В этот раз дракон из сна снова не давал мне покоя. Он нес меня в какое-то новое место, и вновь ветер в волосах и тепло в сердце. Но добраться до пункта назначения не вышло.

Я открыла глаза, ожидая, что увижу кого-то из ребят или услышу, как Энджел плачет за стеной. Но в комнате не было никого, малышка спала, убаюканная Пио, который, кажется, никогда не отдыхает. В окно пробивался свет лун.

Может, сегодня полнолуние? Ба говорила, что если луна полная, то нужно закрывать шторы, чтобы спать лучше. А иначе шалун-месяц начнет тормошить и нагонять тяжелые сны.

Выбравшись из постели, я подошлаа к окну, чтобы задернуть шторы, и замерла. Мои окна выходили на картофельное поле. И я заметила, как кто-то двигался по нему. Шнырял между грядками без остановки. Можно было бы подумать на Буми, но его тушу я узнаю с какого угодно расстояния. Этот незваный гость был слишком мал даже для детеныша бирума.

Я побежала на первый этаж, оставив тапочки в комнате. Быстрее, чтобы не побеспокоить домашних и не упустить неведомое нечто. Дверь открылась почти бесшумно, и я выскользнула в образовавшуюся щель.

Пятки холодила земля, которая уже успела отдать накопленное за день тепло. Я приподняла подол ночной рубашки и помчалась вперед. Уже приближаясь к полю, поняла, что следовало взять с собой какое-то оружие. Или хотя бы Буми с собой захватить. Вдруг ночной гость опасен?

Слегка пригибаясь, я перебежала от дерева к куче из досок, бревен и инструмента, который мы оставили, когда чинили забор. Невесть какое укрытие, но его оказалось достаточно, чтобы рассмотреть того, кто позарился на нашу картошку. И да, будь на мне уличные штаны, я бы обязательно в них плюхнулась наземь.

Маленькая человеческая фигурка восседала на таком же маленьком поросенке с шестью остроконечными хвостами, которые двигались хаотично. Слух улавливал задорную песенку, под которую поросенок прыгал с грядки на грядку и… какал. Он реально накладывал маленькие кучки, которые тут же закапывал в землю.

Любопытство тянуло меня вперед, и я вышла из укрытия, чтобы тут же оказаться замеченной. Поросенок замер. Вместе с ним смолкло пение. Я смотрела в крохотное милое личико создания, очень сильно похожего на человека. Вот только рога на лбу выдавали.

— Доброй ночи, — приблизилась к забору. — И что здесь происходит?

Сколько времени прошло здесь? Неделя? Полторы? А сколько всего я уже видела странного и нового? Да на пальцах не пересчитать! И как бы мне уже пора привыкнуть и перестать глазеть так, словно впервые в жизни встретила слона. Но как удержаться при виде поросенка с шестью хвостами и рожками, а так же его наездницы с внимательным взглядом?

— Эмм, здрасте, — вновь приветствую полуночников. — Я так понимаю, что взошедшая за ночь картошка — это ваших рук дело?