«Невеста по проклятию»

Невеста по проклятию Романовская Ольга

Напрасно преподавательница пыталась призвать к порядку взбудораженных грандиозной новостью учениц последнего, шестого года обучения. Словно зеленые (в прямом и переносном смысле, по цвету фартуков) первогодницы, они смеялись, шушукались, обсуждая грядущий ежегодный зимний бал и не обращали никакого внимания на раскрасневшуюся от возмущения госпожу Закир. Еще бы, ведь нынешний бал особенный! Поговаривали, будто впервые за всю историю Благородной школы святой Епифании в нем примут участие не местные молодые люди, а студенты Академии магического познания. Делалось это не в благотворительных целях: король заботился о продолжении лучших родов империи. К сожалению, в последнее время участились мезальянсы, и подобными балами надеялись исправить ситуацию.

Госпожа Закир аж побагровела от напряжения. Промокнув носовым платком завитые колечки волос на лбу, она несколько раз ударила указкой по столу.

— Ни один благородный пэр не взглянет на столь невоспитанных и необразованных созданий! Анхелика, ты можешь назвать мне третью форму глагола «presco»?

Анхелика покорно поднялась со своего места и, сложив руки на синем переднике, с видом бедной овечки уставилась на преподавательницу. Кристина хихикнула, прикрыв рот ладошкой. Две овцы в одном классе! Как и госпожа Закир, Анхелика завивала светлые волосы мелким бесом. А еще она была непроходимо тупой. Ее отец, граф Отрин, ежегодно делал щедрые пожертвования, чтобы самая младшая из дочерей с треском не вылетела из школы. Старшие сестры Анхелики блистали, а на ней природа отдохнула.

— Presci? – неуверенно предположила «овечка».

Тут уж не только Кристина, но и остальные дружно прыснули.

— А? Что такое?

Анхелика недоуменно уставилась на соседок. Те в ответ лишь продолжали фыркать, когда как преподавательница лицом слилась с цветом бордового классного журнала на столе.

— Где вы набрались такой пошлости! – накинулась она на несчастную и, заломив руки, посетовала: — Что я скажу госпоже директрисе, как объясню, почему благородные леди ругаются как извозчики.

Сжалившись над окончательно сконфузившейся Анхеликой, Кристина перегнулась через проход между партами и шепнула:

— Prescous. А то, другое слово…

Договорить она не успела, вздрогнув от окрика госпожи Закир:

— Кристиана Имирис, извольте встать!

Стукнула откидная крышка, и девушка покорно замерла перед вконец взбешенной преподавательницей древних языков. Остальные учащиеся тоже притихли, сообразив, что сейчас разразится буря.

— Вы решили меня довести, да?

Указка ткнулась в подбородок Кристина. Она вздрогнула и часто заморгала, испугавшись, что госпожа Закир ее ударит. Пусть в школе официально не практиковались физические наказания, к ученицам относились по-разному. К примеру, Анхелика всегда ограничивалась только выговорами, когда как подобных Кристине могли отправить помогать на кухне. К сожалению, род Имирис не мог похвастаться ничем, кроме славного прошлого. Девушка и вовсе относилась к его боковой ветви, да и фамилию унаследовала от матери. Та вышла замуж за своего управляющего, но на год позже рождения Кристины. Словом, поводов любить девушку у преподавателей не было, и она старалась компенсировать заведомо невыгодное происхождение учебой. Получалось с переменным успехом.

— Вам известно, — продолжала брызгать ядом госпожа Закир, — что подсказки запрещены, а на занятиях положено соблюдать тишину? Над кем вы смеялись? Надо мной? Не думайте, барышня, будто я ничего не вижу! Или вы считаете себя уже достаточно взрослой, чтобы дерзить преподавателям?

— Что вы, я не дерзила! – робко возразила Кристина.

Она понимала, что угодила под горячую руку. Требовалось кого-то наказать за сорванное занятие, и преподавательница выбрала идеальную жертву. За спиной Кристины не было ни могущественного отца, ни огромного состояния. Она училась здесь на стипендию, учрежденную попечительским советом для способных представительниц обедневших родов. Родители соискательниц подавали в школу заявки, их тщательно рассматривали по различным параметрам, и пять счастливиц примеряли зеленые фартуки.

— То есть я, по-вашему, вру?

Госпожа Закир с такой силой ударила указкой по парте, что та сломалась.

— Ну вот, все из-за вас! – в сердцах выкрикнула она. – Вы наказаны, Имирис, зайдете к госпоже Мертье после занятий.

В классе воцарилась гробовая тишина. Положим, Кристина не была всеобщей любимицей, в первые годы обучения ее и вовсе нещадно травили, называли бродяжкой, но чтобы к директрисе – это слишком сурово! Анук Мертье боялись до дрожи в коленках. И не только ученицы, даже их родители, сплошь бароны, графы, иногда даже герцоги, предпочитали не ссориться с потомственной ведьмой.

Плечи Кристины поникли. Внутри все оборвалось. А ведь меньше года оставалось!.. В ее положении диплом Благородной школы святой Епифании – пропуск в жизнь. С ним у девушки появлялись шансы найти достойного спутника жизни, в крайнем случае – продолжить образование, получить степень соискателя кандидата наук, а с ней и место преподавателя, то есть постоянный доход и обеспеченную старость. Даже мать девушки не считалась хорошей невестой, а уж она сама… Не становиться же ей лавочницей!

— Можете садиться.

По губам госпожи Закир скользнула довольная улыбка. Она выпустила пар, отомстила за унижение.

Кристина медленно опустилась на место и невидящим взглядом уставилась в учебник. Девушка досадовала на себя, на собственную глупость. Могла ведь промолчать! Не следовало ни на минуту забывать, кто она, и кто они, ее одноклассницы. И ведь Кристина все пять с половиной лет помнила, а тут на минутку забыла, за что и поплатилась.

— Ладно, — рука Бернадет Изавель осторожно коснулась ее под партой, — вдруг старая ведьма просто накричит и отпустит?

Бернадет тоже училась на стипендию, наверное, поэтому они сдружились, хотя внешне, казалось, сложно было отыскать двух более несхожих созданий. Кристина пошла в мать – истинную северянку. Бледная, с легким внутренним сиянием кожа, голубые глаза, русые, не слишком светлые, но и не темные волосы. Хрупкая, так и не успевшая к своим двадцати годам в полной мере округлиться, приобрести женскую манкость. Со стороны она могла показаться больной, пусть и отличалась отменным здоровьем. Еще бы, ведь ее дальние предки владели магией льда! Бернадет была девушкой другого толка. Смуглая, темноволосая и темноглазая, невысокая, она уже к пятнадцати годам обзавелась необходимыми формами и лишь наращивала их объемы. В наследство от прабабки Бернадет достался слабенький дар прорицательницы. Она изредка гадала, но ее предсказания сбывались с той же частотой, как народные приметы. В школу ее устроила тетка, мечтавшая скорее сбыть с рук осиротевшую племянницу. Бернадет не имела ничего против замужества и считала дни до выпуска. Учебу она ненавидела, но чтобы не прогневать тетку, кое-как умудрялась каждый год заработать удовлетворительный пропускной балл.

— Разговоры! – взвизгнула госпожа Закир.

Бернадет испуганно подпрыгнула и принялась беззвучно зубрить злосчастные шесть форм глагола «presco». Анхелика с горем пополам осилила только две, выходит, скоро преподавательница найдет новую жертву. Старая грымза! Уж ей-то не грозили танцы! И богатые, и бедные обладательницы синих фартуков выпускного класса дружно сходились на том, что привлечь кавалеров госпоже Закир не помогли бы даже миллионы. Некрасивая, иссушенная годами, с волосатой бородавкой над губой, она ненавидела учениц за красоту и молодость. Шептались, будто в свое время отчаявшаяся старая дева прибегла к привороту, но даже он не сработал, потенциальный жених, прозрев, утопился. Кристина полагала, что это дурная шутка, но все же доля правды в ней была.

Госпожа Закир лично проводила провинившуюся ученицу до кабинета директрисы: не иначе боялась, та сбежит. Усадив Кристину на жесткий стул в приемной, где вечно пахло пылью, спитым чаем и табаком, она постучалась в дверь с лаконичной табличкой «Директор» и вошла. Ждать приглашения на казнь пришлось недолго.

Девушка замерла в центре выцветшего ковра и боялась поднять голову на госпожу Мертье. Преподавательница оставила ее наедине с директрисой. Интересно, что она наговорила?

В кабинете витал запах трубочного табака. Казалось, им пропиталась даже мебель – сплошь антикварная, пережившая не одного владельца.

Анук Мертье восседала за столом между кипой бумаг и клеткой с канарейкой. В зубах она держала неизменную трубку с янтарным мундштуком. Поговаривали, будто он заговоренный, излечивает владелицу от различных болезней. Анук было глубоко за пятьдесят, однако для своего возраста она выглядела чрезвычайно бодро, даже волосы не успели полностью поседеть. Идеальный пучок, аккуратный макияж, темно-синее платье с кружевной отделкой — ведьма за собой следила. При желании она могла бы снова выйти замуж, но осталась верна памяти покойного супруга, чей портрет неизменно держала на столе.

— Итак? – Тонкие длинные пальцы хрустнули, привлекая внимание Кристины.

Девушка продолжала молчать и изучать рисунок ковра: ромбы и полосы.

— Мне доложили о вашем непростительном поведении, — выпустив изо рта колечко дыма, продолжила директриса. – Берете пример с соседок по пансиону? Напрасно, Имирис! Вы им не ровня, вам следует умерить свою гордыню.

Кристина прикусила губу. Сколько еще раз госпожа Мертье повторит, что она никто?

— Наша школа славится безупречной репутацией. Вы хотите ее нарушить?

— Нет, мадам.

Девушка осмелилась поднять голову и встретилась с пронзительными зелеными глазами директрисы. По спине стекла капелька пота. Казалось, взгляд госпожи Мертье гипнотизировал, подчинял своей воле. Никому из ее подопечных никогда не достичь подобного мастерства! Чего уж скрывать, школа – лишь мануфактура невест для аристократии. Их обтесывали, давали разносторонние знания, которые позволили бы не осрамить будущего супруга. При случае они могли поддержать беседу о магии и даже блеснуть своим даром под одобрительные аплодисменты гостей. На этом все.

— Вы совершили сразу несколько непростительных поступков, Имирис. – Отложив трубку, госпожа Мертье начала загибать пальцы. – Подстрекали к нарушению дисциплины, сорвали занятие, высмеивали преподавателя, открыто выказали неуважение к нему. Я могла бы немедленно отчислить вас, сэкономив деньги попечителей, но я добра, Имирис, и дам вам шанс исправится. Разумеется, вы понесете строгое наказание. Ваше присутствие на балу тоже пока под вопросом.

На глаза Кристины навернулись слезы. Она не могла, не могла лишить ее самого яркого события в жизни! Бал, маги, шампанское, за стенами школы у девушки не было ни единого шанса окунуться в круговерть веселья. Либо учительница, либо супруга мелкопоместного дворянина без титула – вот ее удел. Кристина сделает все, чтобы попасть на бал, если надо, упадет перед директрисой на колени.

— Прошу вас, мадам! – Девушка молитвенно простерла к ней руки. – Только не бал! Я готова публично извиниться перед госпожой Закир, смиренно приму любое наказание!

Старая ведьма безмолвствовала. Когда огонек надежды в душе Кристины окончательно погас, она внезапно смилостивилась:

— У меня доброе сердце, Имирис, но больше не испытывайте моего терпения. Разумеется, вы извинитесь, а прямо сейчас заступите в ведение нашего завхоза. Помнится, он собирался перебрать и выбросить хлам с чердака, этим и займетесь. Физический труд полезен, лучше любых нотаций лечит душу.

Могло быть и хуже, хотя директриса умолчала об еще одном испытании – насмешках остальные девушек. Сложно проскользнуть мимо них незамеченной. И еще горше наблюдать сверху за тем, как сокурсницы гуляют, играют в снежки или, разрумяненные, возвращаются с покупками – правила дозволяли ученицам последних лет обучения отлучаться за пределы школы. Впрочем, Кристина подобным правом пользовалась редко. Для развлечений требовались деньги, а выплачиваемой стипендии едва хватало на карамельные «петушки» и чашку кофе. Радовало, что необходимым минимумом одежды ее обеспечивали, кастелянша вскользь обмолвилась, что и бальное платье для нее найдется. Не новое, перешитое после другой стипендиатки, но все лучше, чем ничего.

Попасть на чердак можно было по узкой лесенке в конце коридора последнего этажа, занятого девичьими спальнями, а потом специальным ключом отворить квадратный лаз в потолке. Кристина сбилась со счета, сколько раз спускалась и поднималась по ступеням. Чердак оказался жутко пыльным и захламленным, словно с момента открытия школы туда не ступала нога человека. Чего там только не было! Смахивая паутину, девушка натыкалась на старые учебники, различную ветошь и даже птичьи гнезда. Последние вызывали только вопросы. Все это Кристина терпеливо сортировала. Большая часть отправлялась в мешок на выброс, но что-то вновь поступало в ведение персонала школы.

Зимой темнело рано, работать приходилось при свете свечи. Заботливая Бернадет раздобыла сбитня и пирожков с мясом, и прямо на чердаке подруги устроили импровизированный полдник.

— Ну и холод! – Бернадет подула на пальцы и отхлебнула из кружки. – Будто на улице!

— Хотя бы снега нет, — усмехнулась Кристина.

В остальном подруга права, ветра продували неотапливаемый чердак насквозь.

— Смеются?

Кто именно, уточнять не требовалось.

— Да так… Некоторые жалеют. Я твое платье видела, — сменила тему Бернадет и, разломив, протянула приятельнице половину пирожка. – Симпатичное. Представляешь, там кружево! А у меня только лента…

Как и Кристина, она могла рассчитывать только на милость попечителей или довольствоваться будничным серым учебным платьем. Тетка четко дала понять, что не даст Бернадет ни монетки.

— А тебе не влетит? – забеспокоилась Кристина и прислушалась.

Вряд ли завхозу понравится, что ей кто-то помогал, подруга рисковала стать очередной жертвой гнева директрисы.

— Нет, они до ночи ушли. Ну, Олаж и Брунгильда.

Бернадет имела в виду завхоза и кастеляншу. Ученицы знали об их романе, за глаза прозвали «крахмальной парочкой».

— Словом, они сюда не сунутся, а без меня ты до понедельника провозишься, — подытожила Бернадет.

Кристина кивнула. Ей тоже хотелось вырваться за пределы школы, в единственный выходной вдохнуть свежего морозного воздуха, уловить едва заметную вибрацию дара. А еще налюбоваться яркими вывесками и витринами лавок. Традиционно по случаю Новолетья хозяева соревновались друг с другом в затейливости композиций. Не просто так – за самую лучшую в муниципалитете вручали приз. В прошлом году его дали за пышущего паром дракона. Кристина прыгала и радовалась как ребенок, когда приказчик заводил механизм, и чудовище приходило в движение. Вращались выполненные из стекла глаза, открывалась пасть, хлопали крылья. Праздник уже в среду, завтра последний шанс взглянуть на новые поделки, ведь уже в четверг их начнут разбирать.

Перекусив, девушки принялись за работу. В четыре руки все получалось быстрее, Кристина и не заметила, как чердак из свалки превратился в обжитое место. Оставалось обследовать только самый дальний угол, заваленный сломанной мебелью. По понятным причинам, таскать ее вниз не требовалось – директриса не планировала подорвать здоровье воспитанницы.

Оттащив в сторону очередной стул без ножки, Кристиана с удивлением уставилась на серебряную шкатулку. Как она здесь оказалась? Да, немного потускнела, но это не повод выбросить дорогущую вещь. Скорее всего, девушка обнаружила чей-то тайник. Она долго колебалась, но любопытство победило. Ничего дурного не случится, если Кристина просто посмотрит и положит шкатулку на место.

Вещица оказалась тяжелой, девушка не смогла удержать ее навесу. Кристина с трепетом провела пальцем по выгравированному на крышке узору. В полутьме его плохо видно, но похоже на какого-то зверя. Так и есть, волк. Ни на что не надеясь, девушка потянула за язычок замка и ахнула: шкатулка распахнулась от легкого касания. Внутри оказался холщовый мешочек. Прикусив губу, Кристина попыталась побороть искушение, но пальцы уже развязали тесьму. На ладонь упало кольцо. Посветив себе, девушка испытала легкое разочарование. Может, когда-то в шкатулке и хранились сокровища, но их давно нашли, а взамен, будто издеваясь, положили простенькое железное кольцо-ободок. Кристина примерила его и охнула, когда металл сжался, приняв размер ее пальца. Запаниковав, девушка попыталась снять кольцо. Куда там, оно словно приросло к коже.

— Крис, – встревоженно окликнула ее Бернадет, — с тобой все в порядке?

— Да, — соврала девушка, — просто ударилась.

Кристина торопливо захлопнула шкатулку и вернула на место. Она не хотела, чтобы даже подруга узнала о ее неблаговидном поступке. В пору порадоваться, что в школе экономили на свечах, кольцо на руке не бросится в глаза. Девушка как-нибудь проскользнет в уборную, намылит палец и снимет железный ободок, никто и не узнает.

Прижавшись лбом к стеклу, Кристина восхищенно следила за полетом снежинок. Пока она спала, успело намести сугробы, но к утру метель отступила, лениво выписывая спирали искрящимися кристаллами льда.

— Ты его чувствуешь?

Вздрогнув, Кристина обернулась к Адели. Она успела позабыть, что не одна, сидит на подоконнике общей спальни. Это было одной из традиций школы, призванной уравнять учениц – селить их по трое в комнате. Она шла от давних времен, когда среди дворянства не существовало столь острых различий. Не раз и не два родители учениц обращались к попечительскому совету с просьбой отказаться от сомнительного общежития, но все упиралось в директрису. Анук Мертье не желала ничего менять, и точка. Мол, старое – равно проверенное временем, лучшее.

Кристина задумалась и коснулась ладонью стекла. Прикрыв глаза, она мысленно потянулась к снегу за окном, и под ее пальцами расцвели морозные узоры.

— Ух ты! – словно ребенок, округлила глаза Адель.

Из всех именитых учениц, пожалуй, именно она относилась к Кристине лучше всех. А ведь за спиной Адель богатое приданое… и разбитые надежды ее отца. Как и любой мужчина, он жаждал рождения наследника, с особой тщательностью подбирал супругу. И ведь графу Сопрено удалось найти такую же, как он, портальщицу, только вот заветного сына она не родила. Графиня умерла родами, произведя на свет Адель. Убитый горем Сопрено чуть не покончил жизнь самоубийством, твердил о наложенном проклятии. И ведь таковое действительно нашли, вязкое, темное, пропитанное чужой завистью. Только разве от этого легче? Погоревав, граф женился снова. Его новой супруге повезло больше, только вот она исправно рожала девчонок. Безо всякого проклятия, просто так. После третьей граф смирился и уделил внимание Адель. Но и тут судьба над ним посмеялась. Нет, старшая дочь унаследовала от родителей дар, но вовсе не в том объеме, как требовалось. В остальном Адель была хороша, недаром много лет исполняла роль Создательницы миров в спектаклях по случаю наступления Бельтайна – праздника все побеждающей жизни. Предшествовавшая ему ночь, особенно предрассветные часы чрезвычайно ценились магами. Но одновременно они же страшили, ведь открывшиеся энергетические потоки стирали грани между мирами.

— У меня дар слабый, — смущенно улыбнулась Кристина и нашарила ногами тапочки. Она скинула их, забравшись на подоконник. – Мама рассказывала, еще прадедушка мог превратить медведя в кусок льда, а предки и вовсе обрушивали на врагов лавины.

— Другие с вами не общаются? – Адель намекала на основную ветвь рода Имирис.

Девушка покачала головой. Между ними пропасть.

От некогда могущественного рода ледяных магов действительно почти ничего не осталось. Магия растворилась в примеси чужой, обычной крови, за исключением одного из Имирисов, заседавшего в самом Королевском совете. Кристина никогда его не видела, только слышала, будто виконт Лайнер Имирис сохранил ледяную вязь на предплечье.

— Это несправедливо! – Адель заняла освободившееся теплое место на подоконнике и сладко потянулась, перекинув белокурую косу на другое плечо. – И твое наказание – тоже. Я собираюсь пойти к мадам и потребовать…

— Что ты, не надо! – в ужасе всплеснула руками Кристина.

Если Адель отправится искать справедливости, директриса отыграется на бесправных, выдумает еще какое-нибудь наказание.

— Я сама виновата, — покосившись на спящую Бренду, покачала головой Кристина. – Все взвинчены, на нервах перед балом, а тут я полезла подсказывать Анхелике… Ну накричала бы на нее госпожа Закир, пристыдила, этим бы и обошлось. Все время забываю, что у меня нет денег и связей.

— Ничего удивительного, — пожала плечами Адель, — нас воспитывают в духе равенства. Зачем тогда одинаковые платья, передники, еда, если к одним относятся как к леди, а к другим – как к служанкам.

Кристина улыбнулась. Адель точно дочка графа? Она рассуждала как какая-нибудь выпускница академии – известного оплота вольнодумства. Или забыла об истории рождения Кристины. Девушка догадывалась, мать не желала выходить замуж, появление дочери стало лишь нежданным последствием короткой интрижки. Сельская жизнь, скука, отсутствие достойных кавалеров… Однако управляющий оказался упрямым и влюбленным, добился заветного «да». Кристина вспоминала отца с неизменной теплотой. Она понимала, почему мать обратила на него внимание: неглупый, симпатичный, рукастый… Жаль, что семейная жизнь родителей не сложилась. Оно и неудивительно при такой разнице в происхождении. Хотя, положа руку на сердце, Натан Дис был на голову образованнее супруги. Именно он настоял на том, чтобы она подала заявку на бесплатное обучение дочери. Когда Кристина уезжала в школу, они уже спали по разным комнатам.

— Ой, что это?

Адель указала на руку собеседницы. Кристина побледнела и спрятала ладонь за спину. Кольцо! Вчера она так и не смогла его снять. Как девушка ни старалась, проклятая железка не желала соскальзывать.

— Кольцо? – не унималась Адель.

— Бернадет подарила, — соврала Кристина.

Нужно предупредить подругу, чтобы не вышло конфуза.

Адель сочувственно вздохнула и поспешила утешить:

— Ничего, на балу будет много мужчин, уверена, кто-нибудь из них сделает тебе подарок.

Кристина кисло улыбнулась. Вряд ли! На бал пригласили юных магов, элиту. Они приехали не флиртовать, а присматривать будущих невест. Чтобы привлечь их внимание, нужно обзавестись титулом или хотя бы солидным счетом в банке. Ни того, ни другого у Кристины не имелось, не видать ей подарков.

— Не грусти, не надо! – Адель ласково коснулась ее щеки. – Я одолжу тебе свою брошь. Ту самую бабочку.

Глаза Кристины расширились от ужаса, и она в отчаянье замахала руками:

— Что ты, не нужно!

Усыпанная бриллиантами брошь стоила дороже имения матери, да и разве ей место на убогом, перешитом после другой ученицы платье?

— Чего раскудахтались! – недовольно пробормотала сонная Бренда и перевернулась на другой бок. – Только не говорите, будто выходной отменили!

Вчера Благородную школу святой Епифании потряс еще один слух, из-за которого занятия тридцатого декабря отменили. Нет, и в прежние годы накануне зимнего бала учениц не донимали языками и вычислениями, ограничиваясь беседами на нравственные темы и рукоделием, но по случаю приезда Армана Рувеля преподаватели резко онемели, и директриса распустила всех готовиться.

Арман Рувель слыл чуть ли не самой загадочной личностью в королевстве. Для девочек из школы – уж точно. Формально не было ничего странного, что он пожелал лично надзирать за своими подопечными, но по факту… Вряд ли приезд монаршей семьи поднял бы больший переполох. Срочно менялось меню, с полок лавок исчезла вся косметика, а особенно впечатлительные особы заготовили мешочки с нюхательной солью.

Кристина тоже слышала о почетном президенте Академии магического познания. И тоже волновалась. Правда, по другой причине: она боялась попасться ему на глаза и загубить призрачные шансы на преподавательскую карьеру. Поговаривали, будто у Армана тяжелый характер. Якобы именно поэтому он оставил пост ректора академии – подчиненные дружно вымолили короля пожалеть их. Лучше отсидеться в уголке, чем случайно ляпнуть не то и навеки застрять в глуши.

— Пусть себе спит, морщины множит. – Адель покосилась на Бренду. – А мы пока прогуляемся. Мне как раз нужен честный сторонний наблюдатель. Остальные девочки слишком завистливые.

Глаза Кристины загорелись. Неужели ей не придется коротать день в библиотеке? Если девушка все правильно поняла, Адель предложила прогуляться по магазинам. Вдруг и ей перепадет что-нибудь от щедрот графской дочки?

— А можно взять Бернадет? – с надеждой попросила Кристина.

Нехорошо оставлять ее одну.

Адель кивнула, и, просияв, девушка метнулась за подругой. Она нашла Бернадет в странном состоянии. Та сидела на кровати и, не мигая, смотрела куда-то перед собой. Решив, будто у подруги случилось очередное видение, Кристина присела рядом. Ей доводилось пару раз видеть моменты «прозрения», но никогда они не длились так долго. Обычно Бернадет замирала посреди беседы, затем моргала и фыркала: «Опять привиделось!» Но тут минута утекала за минутой, а подруга продолжала сидеть все в той же позе: прямая спина, поднятый подбородок, руки упираются в одеяло. Кристина уже думала звать на помощь, когда Бернадет резко вздохнула и провела ладонью по всклоченным волосам.

Кристина мгновенно оказалась рядом, зажала руку подруги в своей. Бернадет молчала и как-то странно таращилась на нее.

— Да говори же!

Кристина начинала терять терпение. Если подруга вздумала ее разыграть, то шутка затянулась. Право, нечего изображать из себя пифию, дара Бернадет едва хватит на предсказание карт в руках соперника. Именно поэтому с ней никто не играл.

Бернадет еще раз вздохнула и пробормотала:

— Привидится же такое! Я проснулась, уже встать собиралась, когда меня накрыло. Знаешь, молочная такая пелена, и тишина. Руки-ноги ватные, язык отнялся. И я будто не здесь, а фиг поймешь где. Темно, вокруг лес. И он. Огромный такой, черный! Думала, сожрет!

Кристина сбегала за водой и вручила подруге полный до краев стакан.

— Волк, — сделав глоток, ответила подруга. – И он о тебе спрашивал. Мол, где она. Как думаешь, это после сбитня? Если слишком выпить?

— Кое-кто у нас провидица, — напомнила Кристина.

Ее волновал странный черный волк. И ведь на вчерашней шкатулке с чердака тоже был он. Совпадение?

— Почему ты решила, будто волк искал меня?

Бернадет пожала плечами и виновато улыбнулась:

— Ты же знаешь, дар у меня слабый, часто дает сбой. Вдобавок я вчера книгой одной зачиталась. Тетка как раз немного денег к празднику прислала, вот я в лавке и купила. Там про оборотня, остросюжетный роман.

У Кристины отлегло от сердца. Ну конечно, виной всему бурное воображение подруги. Нельзя таким, как она, книжки на ночь читать!

— Адель зовет по магазинам, — Кристина перешла к более приятным вестям. – Ты с нами или?..

— Пять минут! – Подскочив с кровати, Бернадет заметалась по комнате. – Не желаю помогать украшать бальный зал! Если задержусь, точно попадусь под руку Олажу.

— О да, — хихикнула ее подруга, — мы свое у господина Олажа уже отработали.

Может, чердак и не блистал кристальной чистотой, но ведь и они ученицы выпускного класса, а не уборщицы.

Бернадет сдержала слово. Пожалуй, никто в школе прежде не одевался с такой скоростью, как она. Адель предложила перекусить в городе: «Хотя бы перед праздником обойдемся без овсянки и молитв за здравие его величества». Подружки радостно кивнули. Не то чтобы они не заботились о здоровье или не уважали монарха, но всего должно быть в меру.

Смеясь, троица через черный ход выскользнула в школьный дворик. К нему примыкал небольшой сад, разбитый силами директрисы. Она лично подрезала кусты роз и рыхлила почву, не доверяя это даже садовнику. На его долю выпало лишь поливать цветы и бороться с вредителями. Хотя, как шутили острые на язык девушки, единственного вредителя Благородной школы звали Анук Мертье. Спутницы Адель полагали, будто они улизнут через садовую калитку, но она надумала их удивить.

— Мы перенесемся в столицу, — подмигнула наследница графа Сопрено. – Портальщица я или нет?

Подружки переглянулись. Обе сомневались, достаточно ли силен дар Адель, чтобы их не закинуло в другой мир или не выбросило посреди чистого поля. Да и столица, разве можно вот так, без разрешения…

— Струсили? – подначивала Адель.

Сейчас она была чудо как хороша: беличья шубка, шапочка в тон, мягкие высокие сапожки. На ее фоне что Кристина, что Бернадет походили на служанок. Этак продавщицы лавок заставят чужие покупки таскать! Та же Кристина даже в город надевала серое форменное платье, а зимой носила те же ботинки, что весной и осенью.

— А давай! – приняла за обеих решение Бернадет. – Право, Крис, когда еще там окажемся?

Что верно, то верно, Фатт успел опостылеть.

— Только тсс! – Адель приложила палец к губам и огляделась. – Никому!

Подружки согласно кивнули. Никому из них не хотелось предстать пред очами разгневанной директрисы. И если Адель отделается выговором, то Кристину и Бернадет вышвырнут из школы.

Юные заговорщицы стукнули садовой калиткой и кинулись врассыпную, чтобы встретиться за старым вязом. Там Адель велела всем взяться за руки и нахмурила лоб, пытаясь сосредоточиться.

— Нужно представить ориентир, во всех деталях, — бормотала она строчку из учебника. – Нащупать его, ощутить запах или цвет и только потом шагать.

Адель подняла руку, и воздух под ее ладонью начал сгущаться, закручиваться воронкой. Кристина и Бернадет, как завороженные, наблюдали за тем, как постепенно меняется пространство. Только что перед ними серела каменная стена, а вот вместо нее дыра. Самая настоящая, черная-пречерная. Еще мгновение, и вместо дыры – размытая, будто отражение в воде, картинка городской улочки. Кристине показалось, словно на нее пахнуло глинтвейном и корицей.

— Готовы? – не оборачиваясь, шепнула Адель и, не дождавшись ответа, потянула девушек за собой.

Подружки завизжали от неожиданности. Их бы непременно застукали, если бы портал Адель не сработал. Он захлопнулся у них за спиной, вытолкнув на шумную улицу. Здесь действительно с лотков продавали глинтвейн и выпечку. Дома сплошь каменные, высокие, но и они казались карликовыми на фоне двух башен, венчавших величественное строение в конце улицы.

— Сработало! – Адель довольно потерла ладони и пояснила: — Я себе только ратушу хорошо представляю, на нее и ориентировалась. Чуточку ошиблась, но не фатально.

Ну да, примерно на километр.

— Потом посмотрите! Нам нужно вернуться до темноты.

Быстро сориентировавшись, Адель юркнула в ближайший проулок. Остальным не оставалось ничего, кроме как последовать за ней. Оказалось, Адель собиралась нанять экипаж. По ее словам, приличные девушки пешком не ходили, это сразу снижало их статус в глазах приказчиков лавок.

— Нам нужна стоянка экипажей, — на ходу объясняла она, ловко лавируя между сугробами и бочками для дождевой воды. – Тут недалеко, минут пять. Можно и у ратуши взять, но тогда отцу непременно доложат.

Кристина фыркнула. Можно подумать, граф и так не узнает! Дочь ведь собиралась расплачиваться его деньгами. Бернадет же просто восхищенно впитывала виды и запахи столицы.

К первой лавке они подкатили с шиком. Адель заплатила столько, что извозчик даже открыл барышням дверцу экипажа и помог спуститься на скользкую мостовую. В столице, в отличие от Фатта, снег на главных улицах счищали, но он успевал образовать тоненькую корочку льда.

Словно издеваясь, Адель решила начать свой забег с ювелирного магазина. Пока она примеряла серьги, не в состоянии решить, какие лучше подойдут к бальному платью, ее спутницы с тоской изучали витрины. Помимо них в лавке находился еще один покупатель – мужчина. Он уже расплатился и собирался уйти, но, заметив Кристину, неожиданно замер.

Девушка не сразу поняла, что незнакомец обращался к ней. Миледи! Да он издевается, не иначе!

Мужчина продолжал удивлять.

— Поздравляю!

Проигнорировав полный недоумения взгляд Кристины, он поклонился ей и вышел.

— Кто это был? – сбитая с толку не меньше подруги, Бернадет проводила его взглядом. – Знакомый?

— Если бы! В наших краях столичных жителей нет, — покачала головой девушка.

Наверное, он ошибся, спутал ее с другой. Ну да, это самое логичное объяснение случившегося. Право, с чем можно поздравить Кристину Имирис? С тем, что ее из милости взяли в столицу? И девушка выбросила странную встречу из головы.

Бал! От одного этого слова ноги пускались в пляс.

Прижимая к себе пахнущее полынью – чтобы не сожрала моль – платье, Кристина закружилась по спальне. Она представляла, как всего через пару часов распахнутся двери Большого зала, в нос ударит аромат апельсина, а глаза ослепнут от свечей. Кристина жаждала праздника. Хотя бы одного в своей жизни! Сколько раз она мысленно репетировала каждое слово, когда воображаемый кавалер приглашал ее на танец. Увы, с этим предстояло смириться, вряд ли кто-то из приезжих студентов обратит внимание на плод жуткого мезальянса, к тому же бедный как амбарная мышь. Кристине предстояло лакомиться обсыпанными сахарной пудрой конфетами и вальсировать с тем же господином Олажем. В прошлом году ей повезло больше. Как достаточно взрослых, учениц пятого класса допускали к веселью и спиртному, и Кристина неплохо провела время, играя в чехарду с местными молодыми людьми. Они родословных не требовали, да и сами не могли похвастаться знатным происхождением. Именитые ученицы воротили от них нос, толпились возле судьи и перспективных банковских служащих, а «бесплатным» девицам, вроде Кристины, доставались лавочники и мелкие клерки. Девушки не расстраивались, даже наоборот. Вряд ли судья знал столько анекдотов, сколько задорные пекари. Но в этом году все серьезно.

Зимний бал в Благородной школе святой Епифании неизменно начинался в шесть часов вечера тридцать первого декабря и заканчивался на рассвете, уже в новом году. Малышня тоже не оставалась без праздника – для учениц первых-четвертых классов запускали фейерверк и накрывали стол в гимнастическом зале.

— Волнуешься?

Кристина открыла глаза и, не оборачиваясь, кивнула.

Адель протянула ей обещанную бриллиантовую бабочку.

— Спасибо.

Кристина уселась на постель и задумалась, куда ее прикрепить. Наверное, к кружевам на груди. Ей достоялось платье старомодного фасона: слишком закрытое, слишком объемное и сверху, и снизу. У той же Адель не наряд, а мечта! Во-первых, оно белое. Во-вторых, у него декольте. В-третьих, облегающий лиф-корсаж вышит жемчугом. Кристина с тоской покосилась на свой наряд. Сияние праздника стремительно блекло. Никто не обратит внимания на девушку в бабушкином чехле. Вот бы отпороть эти сомнительные длинные рукава, избавиться от оборок и широкого кружевного воротника… Хотя бы юбка не подкачала – пышная, с кринолином. Передвигаться в такой тяжело, но годы занятий танцами сделали свое дело, Кристина чинно вышагивала даже в бочке.

— Какую прическу сделаешь?

Адель уселась перед зеркалом и выщипала из брови лишний волосок.

Кристина пожала плечами:

— Накручу на щипцы.

Собственно, ничего другого не оставалось: либо просто распустить, либо попытаться сделать локоны.

— Хочешь, я попрошу куафера и тобой заняться? – беззаботно предложила Адель и достала шкатулку с драгоценностями.

Кристина промолчала, наблюдая, как соседка примеряет серьги и шепчет: «Не то, все не то!» Обойдется она и без парикмахера, без очередной подачки богачки. Сама того не желая, Адель вновь напомнила о плачевном положении Кристины. Другие девушки ради бала пригласили куаферов, с утра отмокали в ванной, скупили всю косметику в лавках, тогда как пяти стипендиаткам приходилось довольствоваться собственными пальцами и народными средствами.

— Ох, я побежала, милая! – Захлопнув шкатулку, Адель убрала ее обратно в закрывавшийся на ключ шкаф и послала соседке воздушный поцелуй. – Не переживай, ты будешь самой обворожительной!

Кристина кисло кивнула. Интересно, куда упорхнула Адель? На обертывания? В умывальных комнатах сегодня открыли филиалы салонов красоты, невозможно пробиться просто руки помыть.

Взгляд Кристины снова упал на розовое подержанное платье. С другой стороны, не так оно и плохо. Ткань не лоснится, дырок нет… Зато у Кристины есть туфли – ее маленькая драгоценность. Девушка тайком писала коротенькие рассказы и отправляла под псевдонимом в газету. И вот один из них взяли, напечатали. На полученный гонорар Кристина смогла купить себе скромные бежевые туфли. Для дочек баронов и графов – ничего особенного, на каждый день, а для северянки из захудалого рода – небывалое расточительство. Кристина с детства привыкла к скромной, практичной одежде, в школе она и вовсе носила лишь форму: серое платье, черные туфли на низком каблуке, а тут маркие мягкие лодочки. Может, девушка сегодня весь вечер и простоит в буфете, зато для себя станет чуточку королевой.

Кристина залезла под кровать, проверила, нет, заветную коробку никто не брал. Туфли тоже оказались на месте. Пожалуй, стоит их чуточку разносить, чтобы на балу не ковылять раненым зверем. И платье примерить: вдруг там надо еще что-нибудь ушить? Заодно определиться с брошью, куда ее. Кристина фыркнула. Да уж, модницы поднимут ее на смех. Нафталин, бриллианты и железное кольцо – полный набор несочетаемого.

— Почему ж ты не снимаешься?

Кристина в который раз попробовала избавиться от железного ободка. Увы, сидел намертво. Она пыталась и утром, и вечером, до онемения держала палец под холодной водой – кольцо словно вросло в кожу.

— А, святые угодники, я умру! Воды, дайте воды!

Не требовалось оборачиваться, чтобы узнать Бренду. Она умудрялась производить столько шума! А еще вечно шпионила и высматривала. К счастью, не с целью после донести преподавателям и получить свои «плюшки».

Бренда со всего размаху плюхнулась на кровать Кристины, потеснив хозяйку. Такие мелочи, как то, что у нее имелась своя собственная, соседка проигнорировала. Бренда с брезгливой гримасой коснулась кружев на воротнике розового платья.

— Ты в служанки нанимаешься? Неплохой наряд, ни грамма чувственности.

Пускай, Кристина привыкла к подобным «шпилькам».

— Ты только в буфете сиди, ладно? – неожиданно попросила Бренда. – Не отсвечивай, короче, не порти герцогу настроение, а то уедет.

— Какому герцогу? – недоуменно подняла брови девушка.

Насколько она помнила, никаких высокородных гостей не намечалась. За студентами станет присматривать проректор, но он, вроде, просто лорд и то не факт.

— Арману Рувелю, дурында! – закатила глаза Бренда. – Только не говори, что у тебя не только нет вкуса, но и слух неожиданно пропал.

Арман Рувель здесь, в их захолустной школе?! Кристина даже язык прокусила. Нет, она знала о гулявших вокруг бала слухах, но до последнего не верила, будто таинственный маг снизойдет до Фатта. Его место в столице, подле короля, а не с недалекими девицами на выданье. Или он надумал жениться и подыскивал себе супругу? Шестеренки в голове Кристины завертелись, перебирая возможные варианты. Так, это точно кто-то очень знатный и богатый. Может, Анхелика? Она, конечно, непроходимая дура, но если убрать кудряшки и вспомнить о капитале ее отца… Или та же Адель, соседка и вовсе портальщица. Точно, герцог приехал взглянуть на нее, а студенты – прикрытие, чтобы все не казалось откровенным сватовством.

— Не беспокойся, — в рамках школы среди учениц было принято обращение на «ты», — меня он даже не заметит. Кто я, и кто Арман Рувель!

Бренда согласно кивнула и немного успокоилась.

— Ничего, зато вкусно поешь, пока мы танцуем. Лично я собираюсь пригласить герцога на белый танец.

Выполнив свою миссию по уничижению «серых мышек», соседка с чувством выполненного долга принялась готовиться к миссии «соблазнить Армана Рувеля». Не желая ей мешать, Кристина прихватила платье, одолженное Аделью украшение – лишь бы только в краже не обвинили! – и сбежала к Бернадет. Подруга жила с менее знатными школьницами, и они решили сообща накрасить друг друга. Может, и Кристине наведут красоту?

Остававшиеся до бала два часа пролетели незаметно. Девушки не успели вдоволь насплетничаться, когда пришло время строиться парами и чинно, взявшись за руки, маршировать к Большому залу. Перед тем, как запустить внутрь, директриса лично проверит, чтобы внешний вид учениц не позорил школу, может, даже прочтет короткую лекцию о правилах поведения. К счастью, потом контроль ослабевал. Преподавательницам, да и самой госпоже Мертье больше хотелось весело проводить время в мужской компании, нежели следить за подопечными. Только на зимнем балу можно увидеть глупо хихикающую госпожу Закир или флиртующую учительницу словесности.

Прежде бал открывала супружеская чета Мертье, после его смерти в пару с директрисой вставал самый именитый гость. Сегодня, наверное, Анук будет вальсировать с герцогом. Кристина не раз задумывалась, подобрела бы директриса, если бы позапрошлой весной скоропостижно не скончался ее муж, к слову, преподаватель Академии магического познания. Хотя вряд ли, ведьма всегда отличалась непростым характером. Но прежде хотя бы был господин Мертье, который заступался за несправедливо обиженных. Правда, он редко вмешивался в школьные дела, своих забот хватало.

— Боишься? – шепнула стоявшая в паре с Кристиной Бернадет.

В плане наряда подруге повезло немногим больше. В запасниках школы нашлось белое платье в жутких розочках из сетки по всему лифу и юбке, которое ей благополучно выдали. Кристина даже не знала, что хуже: кружева или то нашитое безобразие.

Девушка пожала плечами и тайком почесала палец с кольцом. Кожа под ним свербела, будто ее натерли наждачной бумагой. Кристине удалось выпросить у Бренды кружевные перчатки для пикника, теперь кольцо хотя бы не бросалось в глаза.

— А я очень! – покраснев, призналась Бернадет. – Говорят, он уже приехал.

Кто «он», объяснять не требовалось.

Кристине тоже на миг стало не по себе, но затем она отмахнулась от пустых страхов. Герцогу нет до нее никакого дела, пусть та же Бренда трясется, переживает, а они с Бернадет прекрасно проведут время. После пренебрежительных слов соседки Кристина из принципа найдет себе кавалера. Право, не все же в академии достаточно знатны, к тому же она вовсе не просит жениться, даже ухаживать. Всего один танец, а после можно переместиться в буфет, к пирожным и мороженому. Или посмотреть из окна фейерверк.

— Хочешь, к Милле на праздники съездить? – продолжала шептать Бернадет. – Она меня пригласила, но, уверена, ее матушка и тебе не откажет.

Кристина хотела ответить, что не хочет никого утруждать, но не успела. Шеренга учениц пришла в движение. Они напоминали фей: такие же яркие, воздушные, чарующие. На фоне воспитанниц обучавшая их этикету госпожа Сукрен, казалась бедной родственницей-замарашкой. У нее не нашлось бального платья, и преподавательница заменила его тройкой из блузы с рюшами и скроенных по фигуре пиджака с юбкой. Волосы она собрала в «ракушку» и убрала под сетку.

Несмотря на многократные призывы к тишине, девушки угомонились только у самого зала, при виде директрисы. Анук сегодня блистала. В прямом смысле слова. Черное облегающее платье переливалось кристаллами-звездами. Драматично выделенные глаза лишний раз подчеркивали, перед вами ведьма.

Директриса окинула придирчивым взором притихших учениц выпускного класса и одобрительно кивнула.

— Полагаю, излишне напоминать вам о девичьей чести. Поблажек за мимолетную глупость не будет, — сочла долгом напомнить она. – Наша школа славится безупречностью воспитанниц. В ваших же интересах не опуститься до уровня поломоек.

Слова Анук не были пустым звуком. Из уст в уста передавался рассказ о некой обладательнице красного фартука, то есть ученице пятого класса, которая поддалась магии ночи Новолетья. Бедняжку вышвырнули из школы, а ее имя внесли в черные списки невест. Якобы после ее видели торгующей на рынке. Кристина полагала, что последнее – вздор, но одно точно – девушка лишилась и выгодной партии, и денежного содержания родителей.

— А теперь, — лицо директрисы просветлело, — веселитесь! Ночь смены года – волшебная ночь, пусть все ваши желания исполнятся.

Она отступила в сторону и взмахнула рукой. Под громкое аханье распахнулись двери Большого зала, с порога погрузив учениц в атмосферу безудержного веселья. Сначала они замерли, испуганные, присматриваясь и прислушиваясь, затем руки разомкнулись, и девушки устремились навстречу празднику.

Кристина с интересом посматривала по сторонам. Танцы уже начались, но ее пока никто не спешил приглашать. Кристина не обижалась: всему свое время. Зато так, стоя возле огромной елки с разноцветными шарами, она могла беззастенчиво пялиться (да, именно пялиться) на заезжих студентов. Какие же все они франты! И как задаются! Складывалось впечатление, будто каждый – минимум магистр магии. Не чета, не чета местным! Пусть Кристина и была равнодушна к мужскому полу, не выходила за рамки легкого интереса, и ее сердце покорили студенты Академии магического познания.

Убедившись, что никто из преподавателей не видит, девушка ловко подхватила два бокала шампанского с подноса официанта. Один взяла себе, другой – Бернадет. Она повстречала какого-то дальнего родственника и теперь болтала с ним возле полуколонны. А вот Кристина к Лайнелу Имирису, окажись он случайно на балу, не приблизилась бы. Повезло, когда твоя родня – тоже простые лорды!

— Простите?

Кристина не сразу поняла, что обращаются к ней, и спокойно продолжила движение. Однако настойчивый кавалер отобрал у нее шампанское и отдал официанту, чем таки вынудил взглянуть на себя. Смуглая кожа, темные, чуть вьющиеся волосы, небрежно, бросая вызов этикету, собранные в низкий хвост волосы и пугающие черные глаза. Не знай, что перед ней человек, Кристина приняла бы его за демона. Только они могут смотреть так – словно душу высасывают. Вот и девушке стало не по себе, захотелось, чтобы незнакомец скорее оставил ее в покое. Однако мужчина никуда уходить не собирался и почему-то смотрел на ее руку. Ту самую, с кольцом. Кожа под ним вновь зачесалась. От нервов, конечно.

— Что-то не так? – сглотнув, поинтересовалась Кристина и на всякий случай проверила, не плеснула ли она нечаянно шампанским на дорогой, расшитый серебряной нитью фрачный сюртук. Последний лишний раз намекал: перед ней человек из высшего общества. – Если я по неосторожности вас толкнула, великодушно простите.

Мужчина продолжал молчать. Взгляд его медленно скользнул по телу девушки, рождая волну мурашек. Брюнет изучал ее со странной сосредоточенностью, и, судя по поджатым губам, результат осмотра ему не понравился. Тут Кристине стало обидно. Не у всех людей есть средства на тот же бальный сюртук особого кроя. Наряди и причеши Кристину по последней моде, добавь золотые сережки и колье на шею, незнакомец бы расточал комплименты.

Выждав еще немного, девушка решила положить конец странной сцене:

— Ну раз вам ничего от меня не нужно, я, пожалуй, пойду.

— Почему не нужно, — внезапно отмер мужчина и, перехватив девичью руку, запечатлел на ней поцелуй. – Я хотел бы пригласить вас на танец.

— Меня? – округлила глаза Кристина.

Она видела, на них косились. Создавалось впечатление, будто все разговоры смолкли, гости и преподаватели дружно уставились на странную парочку у праздничной ели. Кристина нахмурилась и пристальнее вгляделась в лицо незнакомца. Темные волосы, глаза, фрачный сюртук… Ее терзали смутные сомнения.

— Вы Арман Рувель? – не слишком вежливо спросила она.

Мужчина кивнул.

Побледнев, Кристина сделала неуклюжий реверанс и попыталась загладить былую глупость:

— Простите, ваша светлость, я вас не узнала. Обещаю, уже через пять минут меня здесь не будет.

— Однако я хочу, чтобы вы остались здесь, — заметил Арман тоном, не терпящим возражений.

Завладев ее ладонью, герцог потащил упирающуюся Кристину в центр зала, прямо под огромную люстру. Он решил так ее наказать, опозорить?

— Ваша светлость! – едва ли не плакала девушка.

Она не понимала, чем заслужила подобное унижение. Подумаешь, не узнала? Так ведь их никто друг другу не представил.

— Хватит! – Черные глаза Армана блеснули, пальцы сильнее стиснули запястья. – На нас смотрят.

— Смотрят на вас, — смирившись с незавидной участью, поправила Кристина.

— Нет, именно на нас, — стоял на своем герцог.

Он наконец остановился и учтиво, как положено, склонился перед дамой. Девушке не оставалось ничего, как вложить ладонь в его протянутую руку и постараться не сбиться с ритма.

Кровь стучала в ушах. С ней вальсировал сам Арман Рувель, герцог Маза! А на Кристине, как на грех, мешок из-под картошки. Самое яркое событие в жизни испорчено!

Уверившись, что герцог действительно хотел потанцевать, а не превратить девушку в посмешище, Кристина расслабилась. Хм, оказывается, приятно, когда кавалер не стремится отдавить тебе ноги. А еще за спиной отрастают крылья от завистливых взглядов родовитых одноклассниц. Арман на них даже не смотрит, уверенно ведет Кристину в танце. В его руках она ощущала себя птицей. «Вот бы танцевать так весь будущий год!» — пронеслось в голове.

— Вы хорошо двигаетесь, — кружа партнершу по паркету, заметил Арман.

Он продолжал рассматривать Кристину, но девушку это больше не смущало. Наоборот, она даже приосанилась, начала улыбаться, чуточку флиртовать. А вот жесткая линия губ герцога никак не желала разгладиться. Он все время такой бука?

— Спасибо, ваша светлость. Госпожа Мертье заботится о нашем всестороннем образовании, — Кристина на всякий случай помянула директрису.

— Хорошо, что вы напомнили о ней. – В очередной раз повернув девушку в пируэте, кивнул своим мыслям герцог. – Нужно обсудить с госпожой Мертье ваш отъезд.

— Мой отъезд?

Кристина ничего не понимала.

— Разумеется. – Арман приник к ней в последнем аккорде танце, обдав облачком одеколона с яркими нотками мяты. – Я забираю вас с собой как мою невесту.

Музыка стихла, а обескураженная его словами, девушка продолжала недвижно стоять в центре бального зала.

— Простите?

Кристина надеялась, что это ошибка, ей послышалось. От волнения кровь так громко стучала в ушах, а музыканты вошли в раж, что мудрено разобрать собеседника. Сейчас они во всем разберутся, и Арман вернет ее туда, откуда взял, ну или вовсе бросит посреди зала. Право, Кристина не обидится. На что? С ней танцевал едва ли не самый знаменитый маг в королевстве. Любая бы не мыла руку, если бы он просто к ней прикоснулся.

Арман нахмурился.

— Что именно вам не понятно?

Ему хотелось скорее со всем покончить. Внутри глухо ворочалось недовольство. Вместо того, чтобы наслаждаться приятной беседой в королевском дворце, ему пришлось срочно телепортироваться в Фатт, скажем прямо, не самый интересный город королевства. Да что там – заштатный, где из всех достопримечательностей эта школа невест. Пусть официально она называлась иначе, и девушкам преподавали общеобразовательные дисциплины, а также учили владению даром, единственной успешной карьерой выпускниц считалось замужество.

Герцог покосился на правую руку Кристины. Она даже кольцо надела неправильно! Мало того, что не на ту руку, так еще на средний палец. Сплошная насмешка судьбы!

Арман надеялся, кольцо сгинуло на морском дне, но от проклятий так просто не избавляются. Герцог снова с головы до ног осмотрел Кристину и скривился. Сразу видно, из приданого только дыра в кармане. К тому же, судя по всему, круглая дура. На мордашку ничего, хотя не первая красавица. Словом, для исполнения супружеского долга пригодна, а в остальное время их никто не обязывает общаться.

— Все, — покраснев, честно призналась Кристина.

Она понимала, что своим поведением сердит высокого гостя, но в конце концов речь о ее судьбе, можно немного потерпеть. Или у столичных жителей такие шутки – звать неискушенных провинциалок замуж?

Арман издал нечто среднее между стоном и рыком.

Пробка, вдобавок в розовой занавеске! Снять бы ее, быстро сделать наследника и разъехаться по разным городам, выдав в качестве отступных круглую сумму.

Кристина немного подождала, неловко комкая отворот кружевной перчатки, и робко спросила:

— Так я могу идти?

— Разумеется, нет! – рявкнул потерявший терпение герцог.

Он попытался взять девушку за руку, но она ловко извернулась и вздумала показать зубки.

— С дамами так не обращаются. Вы мне не рабовладелец.

Щеки Кристины пылали от гнева. Кем Арман ее возомнил? Игрушкой?

— Мне плевать, что меня выгонят из школы, я ни минуточки больше в вашем обществе не останусь, — с достоинством заявила девушка и предприняла попытку к бегству.

Увы, на этот раз герцог оказался удачлив и крепко завладел ее рукой. Заиграли первые аккорды очередной мелодии, окончательно решив судьбу Кристины. Сверкая глазами, она неохотно подчинилась, положила ладонь на плечо кавалеру. Ущемленная гордость ущемленной гордостью, но устраивать громкий скандал нельзя. Директриса может не ограничиться исключением, разошлет по знакомым жуткие рекомендации. А с матушкиными финансами жить на проценты с имения не получится.

— Итак, начнем с начала. – Арман продолжал крепко сжимать руку партнерши. – Мое имя вам известно, логично попросить вас представиться в ответ.

— Кристина Имирис, — буркнула девушка, мечтая скорее остаться наедине с Бернадет и бокалом шампанского.

— Просто Кристина? – уточнил герцог, явно намекая на титул. – Мне знаком виконт Лайнел Имирис, я полагал, вы его родственница.

— Просто. — Партнерша дерзко посмотрела ему в глаза, вызвав едва уловимую усмешку. — Моя мать нетитулованная дворянка. Виконт Имирис действительно принадлежит к одной из ветвей нашего рода, но настолько дальний, что можно смело говорить об отсутствии родства.

— Ясно! – разочарованно протянул Арман.

Все еще хуже, нежели он полагал. Между ними пропасть. Вдобавок девушка упоминала только мать, неужели незаконнорожденная? Какой позор: новая герцогиня Маза – дочь конюха или кого-то в этом роде! Арман трижды пожалел, что в свое время повел себя столь беспечно. Проклятие казалось шуточным, он не воспринял его как серьезную угрозу и теперь расплачивался.

— Я ничего не скрывала, — дернула плечиком Кристина и отыскала взглядом директрису. Ну, конечно, смотрит! После танца девушку ждала знатная головомойка. – Не притворялась богатой наследницей.

Право, даже смешно! Платье старомодное, сидит плохо, ни прически, ни драгоценностей… Или герцог принял ее за принцессу инкогнито? Определенно, он ее с кем-то спутал, отсюда и разговоры о невесте. Но сейчас Арман понял, что ошибся, и отпустит Кристину.

— Если хотите, я могу отыскать нужную девушку, ваша светлость, — немного успокоившись, вызвалась помочь она.

— Нужную девушку? – поднял брови герцог. – Все, что нужно, я держу в своих руках.

Он выразительно покосился на Кристину, чтобы у той не осталось сомнений.

Девушка сбилась с ритма. Она окончательно перестала что-либо понимать. Оставалось лишь одно предположение:

— Вы поспорили? Какое-то пари, ваша светлость? В счет карточного долга пригласили на танец самую невзрачную девушку в зале?

Кристина не прибеднялась. Мастера красоты творили чудеса, естественность и природная миловидность проигрывала плодам их трудов. Да и не учились в школе уродины.

Арман возвел глаза к потолку и постарался ответить максимально спокойно, насколько мог в сложившихся обстоятельствах:

— Никого пари нет. Я приехал сюда с единственной целью – жениться на вас.

И, чтобы пресечь остальные глупые вопросы, добавил:

— У вас на пальце мое кольцо.

— Ваше кольцо?

Глаза Кристины округлись. Не замечая столпившейся рядом стайки одноклассниц, жаждавших перехватить внимание высокого гостя, она стянула кружевную перчатку и убедилась, что железо осталось железом. Ни бриллиантов, ни рубинов с перепелиное яйцо, даже золота. И герцог на полном серьезе утверждает, будто это его кольцо? Ну раз ему так хочется, Кристина его вернет. Ей не жалко.

— Я готова вернуть кольцо законному владельцу. Я нашла его на чердаке и вовсе не думала… Словом, — сконфузилась девушка, — я поступила дурно и взяла чужое. Только, милорд, мне никак его не снять, придется вам помочь.

Арман издал короткий смешок и покачал головой.

— Кольцо невозможно снять.

— Как это – невозможно? – запаниковала Кристина.

Она не планировала проходить с проклятым ободком всю оставшуюся жизнь!

— Увы! – развел руками герцог.

Реакция Кристины его немного позабавила, разгладила морщины на лбу. Он мог бы объяснить ей, чем артефакты отличаются от обычных украшений, но сомневался, что девушка поймет. Все же знания учениц Благородной школы не шли ни в какое сравнение с познаниями студентов академии.

— Что здесь происходит? – прогремел голос госпожи Мертье.

Девушки стайкой испуганных воробьев разлетелись в разные стороны, пропуская сердитую директрису. Быстро переведя взгляд с Кристины на Армана, Анук выбрала виновную и напустилась на жертву.

— Имирис, вы забыли о нашем недавнем разговоре? – Директриса оттеснила ученицу от высокого гостя. – Строго предупреждения вам было мало? Так вот, я не шутила. С этого дня вы больше здесь не учитесь. Простите, ваша светлость! – Она со сладчайшей улыбкой обернулась к герцогу. – Я и подумать не могла, что одна из моих учениц, уже бывших, позволит себе такую дерзость!

В черных глазах Армана плясали бесенята.

Анук опешила и, покосившись на бледную Кристину, уже не столь уверенно продолжила:

— Посмела потревожить ваш покой и оскорбила.

Уголки губ герцога приподнялись.

— Надо же, я и не заметил! Но это даже хорошо, что вы подошли, госпожа Мертье, я как раз собирался с вами переговорить. Именно о Кристине Имирис. Боюсь, ей действительно придется прервать обучение в школе, но совсем по другой причине: через два месяца она станет моей женой.

Самообладание изменило ведьме, и директриса самым постыдным образом опустилась на пятую точку. Арман не успел ее подхватить. Или не захотел. Зато любезно подал руку и помог подняться.

— Вашей женой? – растерянно повторила госпожа Мертье.

Голова шла кругом. Хотелось закурить трубку и запить ее стаканом крепкого бурбона.

— Что вас так удивляет? Людям свойственно жениться, госпожа Мертье.

«Но не на бесприданницах!» — хотелось возразить директрисе, но она благоразумно оставила свое мнение при себе. Мозг Анук лихорадочно работал. Из любой ситуации нужно уметь извлечь выгоду. Герцог Маза – элитный жених, да что там, самый знатный из всех, кто когда-либо сватал выпускниц Благородной школы святой Епифании. Нужно позаботиться, пустить нужные слухи, поднять рейтинг заведения. Ну и попросить герцога сделать крупное пожертвование школе, с любовью и заботой воспитавшему его милую.

— Ах, это я от чувств! – Директриса отыскала в кармане платок и промокнула несуществующие слезы. – Так рада за Кристину! Всегда знала, она далеко пойдет. Такая милая, красивая, прилежная, лучшая ученица, гордость школы.

Кристина с трудом сдерживала смех. Чтобы не оконфузиться, пришлось прикрыть рот ладошкой. Как много она сейчас о себе узнала! Как мастерски госпожа Мертье все шесть лет скрывала свою любовь! А отметки, оказывается, ее «тройки» и «четверки» по каллиграфии, древним языкам, шитью и этикету приравнивались к оценке «отлично»! Анук из кожи вон лезла, чтобы сосватать Кристину, а ее мнением почему-то поинтересоваться забыли.

— Простите, — девушка закашляла, привлекая к себе внимание, — но вы упустили одну важную деталь. Браки возможны исключительно по обоюдному согласию, а я своего пока не давала.

— Ну так дай, — нахмурилась директриса.

«Только попробуй выпендриться!» — взглядом пригрозила она, но Кристина проигнорировала ее предупреждение. Исключение из школы – катастрофа, однако пережить можно. Провести остаток жизни с чужим нелюбимым человеком гораздо хуже.

— Ваша светлость, — девушка отвесила Арману легкий поклон, — мне безумно лестно ваше предложение, но я вынуждена ответить на него отказом. При первой же возможности я сниму кольцо и верну его почтой.

Анук сдавленно охнула, герцог сдвинул брови, но Кристина не желала слушать угрозы и увещевания. Праздничный бал для нее закончен. Повернувшись спиной к обоим, девушка зашагала к выходу из зала, попутно снимая перчатки. На ресницах дрожали слезы обиды, смех и музыка раздражали. Хотелось заставить их всех замолчать, но Кристина понимала, если тебя выгнали, нельзя запретить веселиться другим. Ничего, она подышит свежим воздухом и соберет вещи. Потом вместе с малышней полюбуется салютом, а спозаранку отправится в новую жизнь. Без денег тяжело, но посудомойки везде требуются. А дальше… Дальше она пока не загадывала.

— Ну ты даешь! – полетело в спину чье-то шипение.

Девочки наверняка все слышали и теперь перемывали косточки дурочке, отказавшей самому Арману Рувелю. Им же лучше, дорога свободна. Герцог не мальчик, в расстроенных чувствах не сбежит домой, каждая успеет построить ему глазки.

Кристина потянулась к дверной ручке, дернула за нее и в недоумении уставилась на неподдавшийся рычаг. Тогда она толкнула створку, но с тем же успехом. Дверь не желала открываться, ни левая, ни правая створка. Догадавшись, чьих это рук дело, Кристина крутнулась на каблуках и ткнула пальцем в наблюдавшего за ней издалека герцога. Говорить ничего не требовалось, он и так поймет. Арман не пошевелился, не развеял чары.

Кровь в жилах вскипела. Он над ней потешается?!

— Немедленно выпустите меня!

Наплевав на все правила приличия, тычками прокладывая себе путь в толпе гостей, Кристина демоном возмездия замерла перед герцогом.

— И не подумаю! – качнул головой он.

— Хорошо, — сдерживая ярость, кивнула девушка, — я попрошу кого-нибудь другого. В зале достаточно магов.

— Боюсь, они вам ничем не помогут, — усмехнулся Арман. – Ни один не сравнится в силе со мной.

В гневе невеста нравилась ему больше. Лицо ожило, плечи расправились, подбородок гордо смотрел вверх. Все равно не предел мечтаний, но уже что-то.

— Вы… Вы… Вы отвратительны!

От чужой наглости у Кристины закончились слова. А с герцога как с гуся вода, ни малейших проблесков раскаянья.

— Давайте отойдем в сторонку, и я попробую вам все объяснить, — дождавшись, пока собеседница выпустит пар, предложил Арман.

Девушка промолчала, но позволила увести себя к столику с напитками. Кто владеет информацией, тот владеет миром. Может, после объяснений герцога ей станет чуточку понятнее, почему он вцепился в нее клещами.

Арман удовлетворенно кивнул. Он не терпел скандалов. С одной поправкой, если их не устраивал сам герцог. Правда, собственные вспышки гнева он считал естественными, всегда имевшими четкие причины. Окружающие считали иначе, но когда это Армана Рувеля волновало чужое мнение! Сейчас герцог хотел одного – чтобы невеста приняла правила игры и не заставляла его зря тратить время, отрывая его от работы и развлечений.

Вручив спутнице бокал шампанского, герцог отвел ее к окну и встал так, чтобы одновременно наблюдать за спутницей и танцующими. Он подозревал, с его уходом студенты расслабились. Ничего, Арман это исправит. Пусть он формально числился всего лишь почетным президентом, герцог не собирался выпускать бразды правления академией. Студентам надлежало проявить осторожность, а не налегать на алкоголь.

— Начнем с главного. – Взгляд Армана обратился на Кристину. – Вы моя невеста, и это не обсуждается. Вы совершили большую глупость, решив примерить чужую драгоценность. Кстати, где вы его нашли?

— На чердаке, — растерянно ответила Кристина, — в шкатулке с волчьей головой.

Лицо герцога помрачнело, под кожей заходили желваки. Девушка в ужасе отпрянула от него, испугавшись, что Арман накинется на нее. Впопыхах она пролила часть шампанского на платье. А, плевать, оно и так не первой свежести!

— Я ее не крала, ваша светлость! – на всякий случай пискнула Кристина.

— Не сомневаюсь, — заскрежетал зубами Арман и через силу расслабил мышцы. – Вам это не под силу. Так кольцо лежало там?

А он полагал – на морском дне…

Кристина кивнула и сделала жадный глоток из бокала.

— Что еще вы там нашли? – продолжал выпытывать герцог.

Пусть он больше не сжимал кулаки, все равно стоял темнее тучи.

— Ничего. Клянусь вам, никаких драгоценностей!

Ну вот, теперь он примет ее за воровку.

Арман кивнул. Сложно сказать, поверил он ей или нет.

— Волк – герб моего рода, — уже спокойным, ровным тоном пояснил герцог. – А еще – это мой зверь.

— Зверь? – не поняла девушка.

Арман кивнул.

— Я потом вам покажу, после свадьбы. Если не испугаетесь, — со смешком добавил он.

— Так вы оборотень? – Кристина в ужасе прикрыла рот ладонью.

Герцог одарил ее снисходительной усмешкой и покачал головой.

— Ни в коей мере! Я человек, Кристина, такой же, как и вы, просто наделен несколькими видами магии. Кстати, каким даром обладаете вы? Только не говорите, что в ваших жилах вовсе нет магии!

— Почему же, есть, — чуть стушевалась девушка. – Не такая сильная, но… Имирисы традиционно повелевают льдом.

Арман крепко задумался. Бокал давно опустел, а герцог все безмолвствовал. Наконец он спросил:

— Хотите еще потанцевать? Советую не отказываться, если не желаете весь вечер грустить у елки.

Слова задели Кристину за живое. Арман собирался на ней жениться, но ни во что не ставил как женщину.

— Какого же вы, оказывается, мнения обо мне! Не знаю, как в столице, а в провинции танцуют не только с богатыми наследницами.

Кристина чуточку приврала, но уж больно хотелось поставить на место зазнавшегося мага. Тот ее выпад оценил. Показалось, или даже улыбнулся?

— Заверяю, Кристина, скоро за честь танцевать с вами станут драться. Как я уже говорил вашей директрисе, мы поженимся через два месяца. Не волнуйтесь, платье сошьют в срок. Правда, — нахмурился он, — я не планировал… А, неважно! Кольцо выбрало вас, мы связаны навеки.

Точнее, их связало проклятие, потому как Арман Рувель вовсе не планировал жениться, но одна темная ведьма решила иначе. Она прокляла его перед смертью и кинула под ноги кольцо. То самое, которое теперь носила Кристина.

По выражению его лица девушка поняла, что лишних вопросов задавать не стоит, поэтому согласилась на танец. Не на этот – на следующий. Сейчас ей требовалось все обдумать и таки посоветоваться с Бернадет. Со стороны всегда видней, Кристина надеялась, вдвоем они сумеют отделаться от столичного лорда. Но как бы там ни было, выходить замуж за Армана Рувеля девушка не собиралась.

— Он сумасшедший? – выдвинула логичное предположение Бернадет. – Только сумасшедшие женятся из-за какого-то кольца! Я слышала, с мракоходцами такое случается, — авторитетно продолжила подруга, активно жестикулируя полупустым бокалом шампанского. – Еще бы, у них работа трудная, вечно в напряжении…

Кристина слушала в пол-уха и искоса наблюдала за Арманом. Он мраморным изваянием замер у стены в паре десятков метров от нее. Скрещенные на груди руки и хмурое выражение лица отпугивало учениц. Они прогуливались рядом, мялись, но не отваживались подойти. Герцог больше не танцевал. И не пил. Спрашивается, зачем он явился на бал, если собирался портить всем настроение?

Девушка покосилась на столик с напитками, украшенный веточками падуба. В центре него высилась посеребренная чаша с пуншем, рядом, на специальном подносе лежал половник и донышками вверх стояли пузатые чашки. Не много ли она выпила, можно ли подойти и попробовать? Шампанское Кристине разонравилось. Во-первых, холодное, во-вторых, от пузырьков тянет икать.

— Оно точно не снимается?

Кристина недоуменно взглянула на подругу. Ах да, она о кольце!

— Нет, — покачала головой девушка. – Я все перепробовала, поэтому и перчатки надела. Они дурацкие, зато в глаза не бросается.

— Маги все могут, — заверила Бернадет и, осушив свой бокал, потянула приятельницу к столу с пуншем.

Сначала Кристина подумала, что она предлагала утопить свое горе в чаше, но потом сообразила, целью была группка студентов, столь удачно надумавших отдохнуть от танцев. Вырвав руку, Кристина похлопала себя по щекам, оправила кружевной воротник и только тогда поздоровалась с гостями. Только вот как подступиться к просьбе? Пока она думала, Бернадет пошла напролом.

— Молодые люди, — она потешно кокетничала, вызвав улыбку даже на лице подруги, — мы тут поспорили, сможете ли вы снять кольцо. Крис, — Бернадет кивнула на приятельницу, — утверждает, что нет, а я в вас верю. Уж не подведите, покажите мощь образования. Взамен…

Девушка томно взмахнула ресницами.

— Взамен я вас поцелую. Но на улице и после фейерверка.

«То есть никогда», — хрюкнув, пробормотала Кристина. После фейерверка двери закроют, ни одну ученицу во двор не выпустят. Исключительно ради всеобщего блага, то есть сохранения репутации. А жаться со студентами по углам, рискуя попасться на глаза преподавателям, Бернадет не станет.

Но жертвы наживку заглотили. Они впервые посетители Благородную школу и не знали местных порядков.

— Кольцо? – прищурился один из студентов. – Фи, легкотня! Показывай!

Кристина шагнула вперед, попутно рассматривая будущую элиту Магрета. Последняя могла бы выглядеть презентабельнее. Студенты держались с легкой развязностью, смотрели свысока. Все разодеты в пух и прах, но парочка уже рассталась с шейными платками, расстегнула верхние пуговицы рубашек. Тот, который вызвался помочь Кристины, изображал рокового красавца, то есть облачился во все черное и выпустил поверх сюртука шнурок с драконьим зубом. Девушка догадывалась, — подделкой, потому как настоящие драконьи зубы дороги. Прически гостей тоже отличались от привычных стрижек фаттцев. Тут тебе и начесы, и косички, и короткий «ежик». Само собой, каждый приятно пах. Даже не так – дорого. Словом, праздник прибыл на праздник.

Кристина стащила кружевную перчатку и вытянула руку. На всякий случай она зажмурилась: вдруг кольцу не понравятся чужие прикосновения? Но ободок не спешил сыпать искрами или обжигать пальцы. Студент битую минуту мял ее ладонь, а кольцо никак не отреагировало. Обычная дешевая безделушка. Еще бы снималась!

— Ребят, — попробовав стянуть кольцо, растерянно обернулся к своим белокурый любитель черного, — оно действительно не снимается, намертво сидит.

— Просто пальцы отекли, — лениво протянул один из его приятелей и хлебнул еще пунша. – Подморозь, снимется.

Кристина сцедила воздух сквозь зубы, когда ее палец попытались превратить в ледышку. Дар заворочался внутри и поспешил развеять угрозу здоровью владелицы. Только вот с кольцом ничего не сделалось.

— Дай сюда!

Еще один студент решил попытаться счастья. Отодвинув плечом «черного», он склонился над ладошкой Кристины и вынес мрачный вердикт:

— Я и так это знаю, — сердито буркнула девушка. Толку от этих магов! – И про проклятие, и про герцога Маза. Мне снять его нужно.

Студенты переглянулись и на всякий случай отодвинулись от Кристины.

— Прости, — развел руками «черный», — если тут замешан герцог, мы пас. Тебе надо на кафедру подойти, к профессору. И то не факт.

Кристина вздохнула. Ладно, она рискнула, попытка провалилась.

— Но хотя бы потанцевать со мной вы можете, или все, я отныне прокаженная?

— Конечно, без вопросов! – оживился владелец драконьего зуба.

Не иначе, хотел реабилитироваться за кольцо.

Девушка вновь отыскала взглядом Армана и послала ему победоносную улыбку. Помнится, кто-то пророчил, будто она весь вечер простоит у елки. Нет уж, пусть герцог сколько хочет подпирает стены, а Кристина будет танцевать.

— И мою подругу пригласите, — девушка не забыла о Бернадет.

Танцевать с молодым человеком оказалось гораздо интереснее, нежели с букой-мракоходцем. Назвавшийся Тьерном студент сыпал колкими замечаниями в адрес преподавательниц и старавшихся окрутить перспективных женихов учениц. Сначала Кристина сдерживалась, но потом, потеряв страх, позабыв об этикете, заливисто хохотала.

— Святая Епифания, я не выдержу, перестань! – взмолилась она, когда Тьерн сравнил директрису с каминной трубой. – Меня накажут, если немедленно не сделаю серьезное лицо.

— Пфф, ну и порядочки! – Студент прижал ее чуть теснее, нежели полагалось, но Кристина не возражала. – Из вас солдат готовят?

— Что-то типа того. Армию жен.

— А ты замуж хочешь? – прищурился Тьерн.

— Вообще? – Девушка на мгновение задумалась. — Вообще хочу, но не сразу после школы. Я в академию магии мечтаю поступить, — призналась она, — профессию иметь. У меня ведь денег нет, связей тоже. Это я тебя на всякий случай предупреждаю.

— Да я по платью уже понял, — фыркнул кавалер. – Такие тряпки носили во времена моей бабушки.

Настроение Кристины снова резко упало. Ну зачем он это сказал, не мог промолчать?

Танец закончился, и Тьерн вернул ее туда, откуда взял. Хоть на этом спасибо, не бросил посреди зала. Кристина рассчитывала на продолжение знакомства, но Тьерн, пробормотав что-то невнятное, устремился к своим. Ну да, какой ему интерес общаться с бедной, вдобавок уродливо одетой девицей? И ведь почти тут же обратил внимание на Адель, принялся увиваться за ней. Рука потянулась к одолженной соседкой броши. Захотелось немедленно снять ее, бросить на пол. Остановила стоимость бабочки, Кристине столько за всю жизнь не заработать. Вдобавок Адель ни в чем не виновата.

 С тоски Кристина налила себе пунша. Скорей бы фейерверк! Что-то совсем другим она представляла зимний бал!

А Бернадет танцует. Выходит, дело не только в бедности. Ну да, в Армане. Дернули же Кристину демоны за язык упомянуть его!

За время танца герцог успел куда-то подеваться. Кристина втайне надеялась: уехал. Убедился, что кольцо выбрало никудышную невесту, и вернулся порталом в столицу. Подумаешь, проклятие! Арман Рувель с легкостью освободит себя от обязательств и снова закинет удочку. Может, у них в семье так принято – искать невест методом тыка, пока не повезет.

Прогуливаясь по периметру зала, Кристина заметила сквозь запотевшие окна мордашки учениц младших возрастов. Ба, да тут и второгодницы! Ох, влетит им! С другой стороны, Кристина в их возрасте тоже мечтала всего одним глазком взглянуть на бал. Убедившись, что на нее никто не смотрит, девушка решила вынести немного гостинцев. Засунув под кружевной воротник конфет, Кристина юркнула к дверям в сад и осторожно потянула за ручку. Она поддалась, и на девушку пахнуло морозной свежестью. Пара снежинок залетела в зал, осела на туфельках Кристины.

— Ну? – шепнула она в темноту.

Рядом послышался шорох, и чья-то рука потянулась за конфетами. За ней еще одна и еще. Кристина улыбнулась. Сладкоежки знали, кто-нибудь из старших не выдержит, побалует их. Ночь перед Новолетьем особая, даже дочки герцогов не гнушались караулить угощения.

— Сейчас еще принесу! — пообещала Кристина.

Много под воротником не спрячешь, а в подол завернуть нельзя: неприлично.

— И шампанского! – пискнул чей-то голосок. – Всего один бокал!

— Тебе хоть шестнадцать есть? – строго поинтересовалась девушка.

Судя по молчанию, не было. Но Кристина все равно сжалилась, согласилась принести. Сколько их там? Человек восемь, не меньше. От глоточка ничего не сделается, а больше при таком количестве желающих каждой не достанется.

Однако принести шампанского Кристине помешали. Только она взялась за влажный от холода фужер, как на ее плечо легла рука. Вздрогнув от неожиданности, девушка развернулась и очутилась нос к носу с директрисой.

— В мой кабинет! – без лишних слов приказала Анук.

Кристина опешила и промямлила:

— Но я ведь ничего не сделала, мадам!

— В мой кабинет, — упрямо повторила директриса. – Нужно успеть все сделать в этом году, не желаю по вашей милости пропустить кульминацию праздника.

Напуганная и растерянная, Кристина вслед за ней вышла из Большого зала и по темным пустым коридорам проследовала к директорскому кабинету. Там ее поджидал неприятный сюрприз – Арман Рувель. Он занял кресло Анук. Директриса, впрочем, не возражала. Она обошла стол, мимоходом коснувшись прутьев клетки, и выглянула в окно, словно опасалась, будто неведомый некто, балансируя на заледенелом карнизе, вздумал подслушать их разговор. После Анук резким движением задернула шторы, чем окончательно сбила Кристину с толку.

— Садитесь! – Арман указал девушке на стул.

Уже хорошо, во время недавней выволочки ей пришлось стоять в центре ковра.

Кристина, напряженно поглядывая на директрису, осторожно опустилась на самый краешек. Сердце ее билось часто-часто.

— Позвольте, ваша светлость? – раболепно обратилась к гостю директриса и, заручившись согласием в виде кивка, совсем другим, жестким тоном обратилась к ученице: — Так, Имирис, ты не задаешь вопросов и просто подписываешь. Она совершеннолетняя, ваша светлость, — пояснила она герцогу, — родителей можно поставить в известность постфактум, а еще лучше вообще промолчать. Знаю я подобных людишек, захотят поживиться за ваш счет, родственниками себя возомнят!

Кристину будто ушатом грязной воды окатили. Так мерзко стало! Стиснув кулаки, она проглотила оскорбление.

— Брачный контракт. – Арман пододвинул у ней пухлую папку.

Девушка нахмурилась. Неужели все правда? Не за полчаса, на скорую руку герцог все сочинил, выходит, собираясь на бал, прихватил с собой документы.

— Нужно поставить подпись на каждой странице и дополнительно расписаться в самом конце, — подсказал Арман.

Он смотрел куда-то мимо будущей невесты и откровенно тяготился происходящим.

Кристина распахнула папку и принялась внимательно читать пункт за пунктом. Отец учил, что нужно внимательно относиться ко всем документам.

— Ты чего удумала? – зашипела директриса, бросая виноватые взгляды на Армана. – Подписывай, не трать чужое время, девчонка! Тебя замуж герцог Маза берет, должна прыгать до потолка, а не условия читать!

— Простите, но я так не могу, мадам. Я ничего не подпишу, пока не уверюсь в собственной выгоде. И речь вовсе не о деньгах.

Анук застонала и послала в адрес упрямицы цветастое проклятие. Видимо, запрет на сквернословие на директрису не распространялся.

— Хорошо, я кратко перескажу суть. Брачный контракт стандартный, я внес всего несколько изменений.

Герцог забрал у нее папку и, обмакнув перо в чернила, вложил в девичьи пальцы.

— Вы обязуетесь проживать в моем доме и исполнять все сопряженные со своим новым статусом обязанности вплоть до рождения наследника мужского пола. После я выделю вам содержание в двести тысяч ливров в год и передам во владение одно из поместий. Взамен вы обязуетесь больше меня не тревожить. Титул, разумеется, за вами сохранится. Вот, собственно, и все.

— А как же развод? – Арман забыл об еще одном важном пункте.

— Развод невозможен, — огорошил ее герцог. – Пока вы живы, я останусь вашим мужем.

Иначе сработает проклятие, и он умрет. Но о подобных тонкостях Кристине знать необязательно.

— Это королевские условия, Имирис! – директриса вновь принялась «обрабатывать» ученицу. – Такой шанс!

— Отказаться нельзя? – задавая этот вопрос, девушка уже предвидела ответ.

Арман покачал головой.

В кабинете повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь щебетом канарейки. Кристина тоже ощущала себя птичкой в клетке. Ей не оставили выбора, и девушка с тяжелым сердцем вывела свою фамилию на первом листе контракта. И так семь раз.

— Чудесно! – просияла директриса. – Сердечно поздравляю с помолвкой и желаю всяческого счастья!

Арман скривился. Он молча забрал папку и вместе с ней вышел в коридор, даже не удосужившись взглянуть на невесту. Мог бы хоть из вежливости!

— Чего куксишься? – Судя по звукам, директриса достала бутылочку спиртного и приложилась к ней, празднуя счастливое избавление от одной из воспитанниц. – Мечтала, чтобы руки целовал? Взрослей, Имирис, забудь о принцах! И поторопись, фейерверк пропустишь. Поздно не ложись, в полдень вам уезжать.

— Как уже?

Она же толком ни с кем попрощаться не успеет.

— А ты думала, герцог неделю будет ждать? – Анук одарила ее саркастической усмешкой. – Уж не знаю, чем ты его привлекла! Я проверила, никакого приворота. Видимо, по каким-то критериям деторождения подошла, больше ведь нечем прельстить. Поэтому старайся, не капризничай в постели, а то отправишься на помойку. А теперь брысь отсюда!

Кристина с радостью вылетела из директорского кабинета. Ноги несли ее обратно в Большой зал, в мир праздника и света. Почему не в спальню, чтобы вдоволь поплакать в подушку? Возможно, потому, что плакать не хотелось, возможно, потому что хотелось просто забыть случившееся как нелепый сон.

Как она могла подписать, не читая? С другой стороны, если бы не подписала, очутилась бы на улице. И ладно бы только Кристина – разгневанный герцог мог выместить зло на всей школе.

— Да ладно, не так все плохо, — утешала себя девушка, постепенно успокаиваясь. – Часто видеться с мужем не придется, потом у каждого и вовсе будет собственная жизнь. сомневаюсь, будто герцог станет препятствовать моему дальнейшему образованию, наоборот, порадуется, что я занята, не путаюсь под ногами. С его деньгами можно многое. Опять же нужно заняться родительским домом, привести его в порядок…

Словом, когда Кристина достигла дверей Большого зала, плюсы перевесили минусы. Как хорошо, что она не романтичная и не верила в принцев на белых конях!

Первым делом выпив еще шампанского, будущая герцогиня отправилась на поиски кавалера. Нет уж, смотреть фейерверк она будет под руку с каким-нибудь студентом, ее последний день в школе не закончится в одиночестве под елкой! Кристина гордо шествовала среди прохаживающихся парочек, расточая улыбки. Одноклассницы смотрели на нее с удивлением. Кристина вела себя так, будто за ее плечами родовой замок и миллионное состояние, а в ушах – фамильные бриллианты. Она преобразилась, даже в потускневшем старомодном платье привлекала чужие взгляды. Не все студенты боялись одного имени Армана Рувеля, нашлись те, кто рискнули подойти и пригласить Кристину на танец. Она благоразумно умолчала о своем новом статусе и закружилась по паркету.

Шампанское теплом разливалось по венам, румянцем проступило на щеках.

Кристина и не заметила, как ворковала сразу с двумя кавалерами, призывая их не ссориться в такую ночь:

— Спокойно, мальчики, я со всеми потанцую.

Но вот воспитанниц и гостей попросили пройти к дверям в сад, чтобы полюбоваться огненным шоу. Анук Мертье на него не скупилась, не довольствовалась собственными силами, а приглашала лучших окрестных мастеров. Вот и сегодня в небе одна за другой возникли цифры уходящего года. Шипя, они растаяли в воздухе, уступив место искрящемуся новому году. Собравшиеся приветствовали его громким свистом и криками, дружно подняв в честь Новолетья бокалы.

Один за другим вспыхивали в темноте драконы, виверны и василиски. Они извергали пламя, до смерти пугали учениц младших классов.

Кристина наблюдала за всем с восхищением, словно в первый раз. Она все так же стояла между двумя студентами, а жених… Он казался миражом, растворился, остался в прошлом году, хотя именно ему полагалось сейчас держать девушку за руку. Но уж лучше Грегор и Кэрол, от выражения лица Армана Рувеля шампанское бы протухло.

Кристина неловко переминалась с ноги на ногу с потрепанным ридикюлем в руках, пока новоиспеченный жених беседовал с одним из преподавателей Академии магического познания – само собой, без присмотра студентов на бал не пустили. Они разговаривали битых полчаса, и с каждой минутой желание вернуться в свою спальню все возрастало. Останавливало одно – ее вещи уже куда-то унесли. Да, именно так, никто не соизволил даже сказать куда. Не то чтобы там было что-то дорогое, сам факт!

Из-за угла выглянула заспанная Бернадет. Если ее увидят, подруге точно влетит! Бернадет накинула халатик поверх длинной ночной рубашки, волосы небрежно заплетены в косу. «Неряшливость недопустима!» — твердили ученицам с первого курса, а тут еще и распущенность… Безусловно, Бернадет соблазнять Армана не собиралась, но попробуй докажи это директрисе!

Поколебавшись, Кристина шагнула к подруге. Даже если она исчезнет, герцог не заметит.

— Так сбежать хочется! – пожаловалась девушка Бернадет.

— Может, Адель разбудить? – зевнув, предложила подружка.

Было еще рано, каких-то девять часов. Утомленные продлившимся до утра балом, ученицы Благородной школы святой Епифании спали, да и солнце только-только соизволило чуть разбавить черноту неба предвестниками рассвета. Неудивительно, что и Кристина, и Бернадет клевали носом. Зато Арман Рувель выглядел бодрым и полным сил. Наверняка лег спать сразу после полуночи.

— Не надо, — переборов соблазн, покачала головой Кристина. – Ей влетит.

— То есть сбежать ты хочешь, но боишься? – правильно поняла ее подруга.

— Конечно, хочу! – Кристина бросила быстрый взгляд на жениха. – Только я контракт подписала, ну, брачный.

— И что? – не унималась Бернадет. Взгляд ее стал более осмысленным, в зрачках заплясали бесенята. – Ты пока ему не жена, а помолвку всегда разорвать можно.

— Проклятое кольцо! – Девушка, наверное, в сотый раз попыталась стащить его с пальца. — Если бы удалось от него избавиться…

— Избавишься, — без тени сомнения заверила подруга. – Мы с тобой вчера зря к магам подходили? Тебе нужно в академию. Ученые страсть как всякие эксперименты любят, уговоришь и сделаешь герцогу ручкой. Признаюсь, — Бернадет понизила голос и осторожно выглянула из укрытия, не подслушивает ли объект обсуждения, — я себе его другим представляла. Не весельчаком-улыбакой, конечно, но…

— Власть портит людей, — озвучила прописную истину Кристина. – Ты ведь помнишь, у меня троюродный дядя в Королевском совете, так он ни разу весточки не послал, не поинтересовался, живы ли мы.

Бернадет ухватила подружку за руку и бегом потянула за собой по коридорам спящей школы. Кристина с трудом поспевала за ней. Куда они, девушка не спрашивала. Ее охватил азарт, необычайное воодушевление. Они утрут нос Арману Рувелю! Пусть напыщенный высокомерный герцог кусает локти, Кристина себя не на помойке нашла. Может, она и бедная, может, ее отец – управляющий, зато она Имирис, а это что-то да значит. Дар можно развить разными способами. Если долго упорно трудиться, Кристина станет абитуриенткой той самой Академии магического познания.

Хохоча, держась за бока, девушки ввались в общую спальню. Саквояж со всего размаху полетел на пол, окончательно разбудив соседок.

— Да угомонитесь вы, бешенные! – не открывая глаз, промычала Бренда.

— Сама такая! – неожиданно расхрабрившись, ответила Кристина.

Она вдруг ощутила себя такой… Словом, способной свернуть горы.

— Адель, Адель! – плюхнувшись на кровать второй соседки, Кристина затормошила ее за плечо. – Нам срочно нужен портал. Очень-очень!

Графская дочка заворочалась и со вздохом перевернулась на другой бок. Она не успела или не смогла толком смыть косметику после праздника, и на подушке отпечаталась губная помада, а под глазами залегли тени, восхитившие бы любую стрыгу.

Бернадет метнулась к двери и вернулась с кружкой воды, которую щедро выплеснула в лицо Адели. Та, закашлявшись, подскочила и оторопело уставилась на подружек.

— Адель, миленькая, — Кристина молитвенно сложила руки, — нам нужна твоя помощь. Открой портал и спи дальше.

— Какой портал? Куда портал? – Соседка плохо соображала со сна.

— Да куда угодно, но лучше бы в столицу. Хотя я и на соседний город согласна, лишь бы только с герцогом никуда не ехать.

Адель потерла глаза и недоуменно уставилась на Кристину. Ее речь напоминала бред сумасшедшего.

— Я потом все объясню, — пообещала Бернадет, — и всю вину возьму на себя, только помоги! Не нравится мне герцог, очень не нравится! А ты ведь знаешь, я провидица…

— Да будет вам портал, только отстаньте! – взвыла Адель и вслепую нашарила домашние туфли возле кровати. – Но точность настроек не гарантирую.

В некоторых случаях проще согласиться.

Кристина просияла и послала обеим благодарную улыбку.

Как же хорошо Бернадет придумала: и с Адель, и с порталом, и с предчувствием. Без нее Кристина так бы и стояла внизу, терпеливо ждала, пока ее увезут.

Накинув шелковый халатик, Адель прошаркала в ванную. Судя по короткому визгу, она оценила собственное отражение.

— Ты мне напиши! – Бернадет стиснула руку подруги; к глазам ее подступили слезы. – Я ведь от беспокойства изведусь!

Девушка пообещала и, расчувствовавшись, чмокнула приятельницу в лоб. Вряд ли она сдержит обещание в ближайший месяц, но потом обязательно свяжется с Бернадет.

— Да где там Адель? – забеспокоилась Кристина. – Заснула, что ли?

Взявшись за руки, подруги вышли в коридор, чтобы практически сразу нос к носу столкнуться с директрисой в пушистом шлафроке и Арманом Рувелем при полном параде. В любых других обстоятельствах парочка смотрелась бы комично, но сейчас девушкам было не до смеху.

— Кристина Имирис! – прогремел голос Анук. Ведьма даже не думала скрыть раздражения из-за того, что ее разбудили и выдернули из постели. – Почему вы здесь?

— Потому что здесь мое место, — отважилась на бунт девушка.

Герцог хмыкнул и отрезал:

— Ошибаетесь, отныне ваше место подле меня. Портал настроен, можем идти.

Директриса требовательно сложила руки на груди, попутно еще туже затянув пояс длинного, до пят, бархатного шлафрока. Будто Армана могли заинтересовать ее увядшие прелести! Вдобавок, Кристина не сомневалась ни минуты, под халатом у Анук вовсе не тонкая батистовая сорочка.

— Его светлость ждет, — поторопила директриса и по привычке потянулась к карману.

Заветной трубки там не оказалось, пришлось терпеть и сверлить отступницу грозным взглядом. Но Кристина вдруг взбунтовалась, не опустила голову.

— Я согласна на исключение! – выпалила она.

А так хорошо начиналось!.. Не засни Адель над умывальником, она бы уже шагала по заснеженным тротуарам какого-нибудь городка.

— Хм! – многозначительно выдал Арман и, отстранив Анук, шагнул вперед.

— Нельзя, милорд! – запоздало спохватилась директриса. – Там девичья спальня!

— Я не собираюсь входить, — заверил ее герцог и протянул Кристине руку.

Она не подала свою, отступила под прикрытием Бернадет.

Вроде, Арман не повышал голоса, но прекословить сразу расхотелось.

— Заберите свой саквояж и идемте, — тем же ледяным тоном продолжил он и недовольно покосился на Анук. – Похоже, вы не до конца осознаете свое новое положение. Придется с вами серьезно поговорить.

К кому именно он обращался: к директрисе или ее подопечной? Складывалось впечатление, что к обеим сразу.

На негнущихся ногах Кристина вернулась в спальню, подняла и прижала к груди нехитрые пожитки. На глаза навернулись слезы. Ее словно в рабство продали! Хотя почему – словно? Арман Рувель ясно дал понять, какое место она займет в его жизни. Лучше бы из школы исключили!

— Кристина! — поторопила ее директриса.

На прощание обведя взглядом комнату, где провела почти шесть лет, девушка крепко обнялась с Бернадет и шагнула навстречу неизвестности.

— Вы нарушили мои планы, — отчитал Арман, — придется воспользоваться другим порталом.

Герцог вытянул руку с раскрытой ладонью. От нее по воздуху разбежались крошечные разряды. Кристина ожидала увидеть ту же черную дыру, которую сотворила Адель, но портал в исполнении жениха выглядел иначе: перед ними дрожала завеса бледно-синего пламени. Разглядеть что-то сквозь нее не представлялось возможным.

— Благодарю за теплый прием. — Герцог вежливо поклонился директрисе и стиснул прохладные пальцы Кристины. – Бал прошел на высшем уровне.

— Рады стараться, — отозвалась внезапно заболевшая косноязычием Анук.

Бернадет за ее спиной смахнула слезинку с глаз и послала Кристине воздушный поцелуй. «Я напишу тебе!» — одними губами пообещала та подруге и вслед за женихом бросилась в объятия странного пламени.

Часто моргая, Кристина осмотрелась по сторонам. Она очутилась в незнакомой комнате, размерами превосходившей любой класс. Помещение показалось ей слишком мрачным. Может, из-за бордового шелка с геометрическим рисунком в виде черных ромбиков, которым обили стены, может, из-за собственного настроения.

Арман отпустил ее влажную ладонь и прошел к окну. Тяжелые гардины разошлись, впуская первые, пока еще робкие лучи наступающего дня. Судя по всему, они в городе – Кристина различала вдалеке коньки крыш. Уже хорошо, не хотелось бы оказаться пленницей посреди заснеженной долины.

— Присядьте!

Герцог отодвинул резной стул с обитой бархатом спинкой подле овального стола из красного дерева. Древесину отполировали так, что Кристина видела в ней собственное отражение.

Повинуясь магии владельца, дружно вспыхнули свечи, разгоняя мрак по углам.

— Завтрак подадут через полчаса, — глядя куда-то мимо Кристины, сообщил Арман, — но мне хотелось бы до него прояснить некоторые моменты.

— Я подписала контракт, чего вам еще? – не слишком вежливо отозвалась девушка и поставила саквояж на стол – маленькая, но месть.

— Я всего лишь хочу кратко обозначить правила нашего дальнейшего проживания.

Герцог поднес руки к огню одной из свечей, словно успел продрогнуть.

— Мы поженимся через месяц, — повернувшись спиной к невесте, продолжил он. – Если у вас есть какие-то пожелания насчет платья, можете высказать в письменной форме. Сегодня же с вас снимут мерки.

— То есть я даже платье сама выбрать не смогу? – едва не задохнулась от возмущения Кристина.

Тем дальше, тем больше ей казалось, что Арман Рувель купил себе игрушку.

— Нет, — ничуть не смутился герцог и наконец повернулся к ней лицом. – Существуют особые правила, традиции, которым вы должны соответствовать. Вряд ли вы способны выбрать даже правильный фасон туфель.

Кристина досчитала до десяти – не помогло.

Гнев закипал внутри, как вода в кастрюле. Сколько еще он намерен ее оскорблять?! Не хочет жениться, пусть не женится, Кристина только порадуется. Вряд ли такой маг, как Арман Рувель, не сумеет снять и уничтожить какое-то кольцо.

Рядом с саквояжем легла ладонь со злосчастным металлическим ободком.

Герцог попался несообразительный, пришлось растолковать:

— Нет кольца, нет невесты. Я тоже не желаю становиться вашей женой, поэтому…

— «Поэтому» не существует, — холодно усмехнулся Арман. – Как вы думаете, — он, не моргая, смотрел ей прямо в глаза, отчего по спине Кристины прокатилась ледяная волна, — если бы кольцо можно было снять, привел бы я вас в свой дом?

— А что случится, если вы на мне не женитесь? – девушка зашла с другой стороны.

Пренебрежение герцога, его нарочитая холодность вызывали стойкое желание оказаться где угодно, только подальше от мракоходца.

— Род Рувелей прервется, — пожал плечами Арман.

— Мне жаль, — с трудом сдерживая мстительную улыбку, вздохнула Кристина.

Напрасно герцог надеется, будто ей есть дело до его рода. Прервется и прервется. Гораздо больше Кристину волновала собственная судьба.

— А вы с характером!

— Надо же, — тут девушка уже не сдержалась и выпустила наружу скопившийся яд, — вы впервые увидели во мне человека! Прежде милорд считал меня приложением к кольцу и племенной кобылой.

— На племенную кобылу особенно не рассчитывайте, — Арман снова щедро вылил на нее ведро помоев, — как и на регулярное и охотное выполнение супружеского долга. Я вообще подумываю о том, что сразу после свадьбы отправить вас из столицы. И не смотрите на меня так! – чуть повысил голос он. – Полноценной герцогиней вы не станете. Никаких балов, приемов и лобызания в щечку за завтраком. Ребенка я вам сделаю. У нас на это лет двадцать, справлюсь.

— Нашла бы автора проклятия и убила! – от души пожелала неведомому «доброжелателю» смерти Кристина. – Потом нашла бы в другом мире и снова убила.

Смех Армана застал ее врасплох. Не веря собственным глазам, Кристина уставилась на растянутый в улыбке рот герцога. Неужели он умеет не только оскорблять и приказывать?

— Боюсь, это невозможно.

Взгляд его чуточку потеплел. Арман подошел к Кристине и провел подушечкой пальца по холодному металлу кольца.

— Его заговорила одна ведьма много лет назад. Она уже мертва.

— Жаль! Я бы ее заморозила. Никогда не убивала людей, но ее бы сумела.

Рядом с герцогом было неуютно, и Кристина, обогнув стол, подошла к окну. Судя по всему, дом жениха располагался на некой возвышенности, иначе почему ей видны только крыши домов?

— Это столица? – не оборачиваясь, поинтересовалась девушка.

— Она самая.

По легкому шороху Кристина поняла, что Арман остановился за ее спиной. Внутри сразу заворочался дар, кончики пальцев похолодели. Тело покрылось «гусиной кожей». Глаза Кристины заметались по сторонам. Герцог практически загнал ее в ловушку, но девушка таки отыскала свободный уголок и с облегчением восстановила дистанцию.

— Вы меня боитесь? – Арман озвучил очевидное.

— А вы как думаете? – буркнула Кристина. – Сначала вы принудили меня к браку, потом похитили, оскорбили… Но вам-то какая разница? Я для вас хуже этой шторы.

Она ткнула пальцем в тяжелую бархатную портьеру.

Кристину душила обида. Почему это случилось с ней, почему он так к ней относится? Даже не пытается сблизится, сразу ставит условия…

— Я… я… — Голос Кристины срывался; глаза чесались от готовых пролиться слез. – Я учиться хотела, потом работать. Я не охотница за мужьями. А вы… Вы!..

Махнув рукой, она опрометью проскользнула мимо опешившего герцога и юркнула за дверь. Подумала и заперла ее на защелку. После прислонилась к стене и от души разрыдалась.

Кристина рано усвоила, что мир несправедлив, и кое-как свыклась с этим знанием, приспособилась. Но Арман вывел ее из себя, стал последней каплей. Ничего, она немного поплачет и успокоится. Чтобы быть сильной, надо изредка позволять себе маленькие слабости.

— Откройте!

Дверная ручка дернулась и ожидаемо не поддалась. Герцог оказался настырным и, судя по тому, как содрогнулись стены, попытался высадить преграду плечом.

— Не открою!

Утерев слезы тыльной стороной ладони, Кристина подперла дверь спиной. Он даже имени ее не удосужился запомнить, чурбан неотесанный!

— Я маг, — сурово напомнил Арман, — и это мой дом.

— Я тоже маг, и это тоже мой дом, — не сдавалась Кристина и сильнее навалилась на дверь.

К демонам Армана Рувеля, в самую глубокую морскую пучину! Сам не желал ее видеть, так почему сейчас рвется общаться?

— Хорошо, — заскрежетал зубами герцог, видимо, осознав, что угрозами девушку не проймешь, — давайте нормально поговорим.

— Нормально вы не умеете, — парировала Кристина. – И о чем? Вы уже все сказали. Я никто, прав у меня меньше, чем у коврика, уезжай и не мешай жить. Ничего не забыла?

За дверью стало поразительно тихо. Неужели ушел? Кристина прислушалась. Нет, тут, шумно дышит, обдумывает ее слова. Ничего, некоторым думать полезно. А она пока осмотрит свои владения, благо плакать уже расхотелось. Увы, осматривать оказалось особо нечего: Кристина угодила в проходную комнату. С одной стороны стена, с другой – шкаф. Последний украшен гербом со знакомым волком.

Внимание привлек деликатный стук в дверь.

— Да, да? – решила проявить вежливость Кристина, однако не торопилась отпирать.

— Хорошо, я готов извиниться и попробовать отнестись к вам как полноценной супруге, — послышалось из соседней комнаты.

Кристина помотала головой. Ей, наверное, послышалось?

— Вас опять что-то не устраивает?

Арман по-своему воспринял ее молчание и снова начал сердиться.

— Нет, вот теперь меня все устраивает, — поспешила закрепить успех девушка и потянулась к защелке.

Все же иногда истерика творит чудеса. Главное, чтобы герцог сдержал слово и снова не принялся за старое. Характер у него!.. Одно радует, видеться они станут нечасто.

Арман поморщился. Тяжело, когда дом перестает быть твоим. Еще тяжелее придется через два месяца, когда ему придется называть женой и входить в спальню абсолютно чужой женщины. Той, с которой она даже не стал завтракать сегодня, велел накрыть стол в кабинете, а потом сбежал, сославшись на дела.

Герцог раз за разом прокручивал события далекого, как ему казалось, прошлого. К тому времени он уже был опытным мракоходцем, не раз и не два открывал порталы в иные миры. В том Арман оказался по долгу службы. Мрачный, неприветливый мир. Впрочем, у темных иных не бывает. Туда вели следы череды кровавых преступлений. То здесь, то там в Магрете пропадали дети самых разных возрастов. Сначала, когда дело касалось горных селений, грешили на обычные в таких местах обвалы и жестокие метели, но затем исчезновения «перетекли» в долину. Дошло то того, что пропала дочка мэра одного из городов. Тогда и забили тревогу. Поиски привели к страшной находке – останкам жертвоприношения. Некто выпивал у жертв кровь и бросал истерзанные тела на съедения зверям. Ниточка привела к темной ведьме. Арман хорошо помнил ее: хитрая, изворотливая, имевшая тысячу лиц. Но он таки загнал ее в ловушку и убил.

Арман сжал виски.

Как кольцо оказалось на чердаке школы в Фатте, да что там, как оно вообще переместилось из одного мира в другой? Да, Сфарум не закрыт для проникновений, туда частенько уходили для медитаций некроманты, но воды Эфирного моря замкнуты, в них ничего не впадает, ничего не вытекает. Напрашивался всего один вывод – некто видел, как герцог выбросил кольцо, затем сам или с помощью мертвых выловил его и припрятал. Скорее всего, это сделал тот же человек, который украл фамильные артефакты Рувелей. Арман безуспешно пытался найти их много лет, десятки раз допросил прислугу, но так и не смог восстановить картину той ночи.

— Ну, и как она?

Арман устало поднял голову и невидящим взором уставился на необыкновенно худого альбиноса с татуировкой чертополоха на виске. Он успел забыть о присутствии Кира, нехорошо вышло!

Пожалуй, если герцог мог назвать кого-то своим другом, то это именно Кира Соля. Он знал его с незапамятных времен, когда оба были еще мальчишками, и порой ловил себя на мысли, что видел и думал так же, как некромант. Единственный некромант в Магрете, получивший звание магистра. А вот от титулов Кир с завидной регулярностью отказывался, хотя, если бы пожелал, давно бы стал герцогом. С его-то способностями!

— Она… — Арман вызвал в памяти образ Кристины. – Никто она, Кир.

— Это я уже понял, — мягко улыбнулся некромант и пододвинул к другу дымящуюся чашку с чаем по собственному рецепту. – Ты заведомо настроен негативно.

— Возможно, — хмуро согласился герцог и уставился в темную поверхность напитка.

Что добавил туда Кир сегодня? Нос уловил аромат хмеля и вербены. Арман улыбнулся. Пусть Кир не желал признаваться, но он еще и провидец. Как иначе объяснить, что он заранее предвидел, в каком настроении навестит его друг, и заваривал нужный чай? Именно до, а не после. Когда Арман приходил, чайник ждал на столе.

— Не суди ее строго, ей тоже тяжело. Совсем юная, напуганная… Приведи ее ко мне.

— Нет. Не желаю, чтобы ты лез к ней в голову.

Кир рассмеялся и потянулся за чайником, чтобы наполнить и свою чашку.

— Вот видишь, не так уж она тебе безразлична!

— Просто я знаю, чем оборачиваются твои…. копания, — пробурчал герцог.

Чай постепенно делал свое дело: прогонял хандру, возвращал бодрое расположение духа.

— Любое ментальное вмешательство не проходит бесследно. – Кир и не думал обижаться. – Но раз ты ничего не хочешь менять в невесте, то так тому и быть. Напомни, как ее зовут?

— Кристина. – Арман поморщился как от зубной боли. – Кристина Имирис. И не далее, как сегодня, она закатила истерику. Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не поставить ее на место.

Некромант со смешком укоризненно покачал головой.

— Ты не меняешься! Мне заранее жалко бедняжку.

— Нашел, кого жалеть! – фыркнул герцог и отправил в рот лакричную конфету – излюбленное лакомство друга. – Я намерен угрохать на нее баснословные деньги! К примеру, сегодня страдалица отправится грабить лучшие столичные лавки. Я дал ей безграничный кредит, может хоть с ног до головы увешаться бриллиантами.

— Она не виновата, Арман.

Из голоса Кира окончательно пропала усмешка, он смотрел на друга с осуждением. Смешно, но Арман не выносил этого взгляда. Лучше василиск, чем глаза Кира! И без того странные, как у всех альбиносов, они будто превращались в два бельма и умудрялись пустить щупальца в душу.

— Она не виновата, — повторил некромант. Он подался вперед, вытянув худощавое тело, и оперся подбородком о напоминавшие паучьи лапки пальцы. – Ей тоже не позволили выбирать. Не переноси на нее свою злость. Ты говорил, она училась на благотворительных началах… Подобные девушки самостоятельны, амбициозны, их бриллиантами не купишь. Какой у нее дар?

— Лед. Я проверил, она из древнего рода, но кровь давно испортилась, почти утратила магию. Кристина и вовсе внебрачный ребенок. Ее родители поженились после ее рождения.

— Разве для тебя это важно?

Кир умел задавать правильные вопросы. Арман мог бы солгать, но зачем?

— Только дар.

— Но он таки есть. Раз так, его можно развить.

— Обойдется! – Герцог с силой опустил чашку на блюдце, едва не расплескав остатки напитка. – От нее требуется родить одного здорового ребенка и навсегда исчезнуть из моей жизни.

— Еще скажи, что разведешься. – В глазах Кира вновь заплясали огоньки пламени.

Арман стиснул кулаки. Друг напрасно старался, ради собственного счастья герцог нарушит давнюю традицию. Вряд ли его предкам приходилось жениться не по расчету, а на первой встречной, раз так, не им его судить. Арман еще встретит достойную женщину и сделает ее супругой. А Кристина… Ей с лихвой хватит щедрых отступных.

— Скажу. И обойдусь без детей, порога ее спальни не переступлю.

— Не выйдет! – Кир выпрямился и постучал по перстню на пальце. – Если я правильно уловил суть проклятия, ты не сможешь иметь детей и сочетаться браком с любой другой женщиной, нежели владелица кольца. Это не шутки, если не нейтрализовать чары, все твои невесты станут умирать на пороге опочивальни. Поверь старому некроманту!

«Не такому уж старому», — хотелось возразить герцогу, но он промолчал. Слова Кира камнем упали на сердце. Арман и сам это знал, но не желал признавать. Мол, все бред, он сильнее, обманет покойную ведьму. Но Кир опытнее его в подобных делах, если бы существовал шанс построить жизнь без Кристины, друг бы о нем сказал. Ситуация складывалась патовая, тут бы не чай пить, а граппу, только вот на часах всего десять утра, и через час у Армана аудиенция у короля.

— Будь она проклята! – заскрежетал зубами герцог.

Ногти до крови впились в ладонь, но Арман не чувствовал боли, если бы не окрик друга, так и продолжал бы терзать собственную плоть.

— Будь она проклята, — уже спокойнее повторил он. – Самым черным проклятием, которое существует на свете.

В кабинете ненадолго воцарилось молчание. Уютно потрескивали дрова в камине, бросая теплые отсветы на узорчатые накидки кресел. Несмотря на мрачную профессию, Кир окружал себя разного рода безделушками, более уместными в жилище старой девы. Он обожал разного рода ковры и коврики, салфетки, подушки, вышивки. Арман не раз подтрунивал над другом, что тому следовало поступить в какую-нибудь школу благородных девиц. В ответ некромант неизменно вздыхал, что не желал становиться причиной чужих слез: «Мои пальцы не в пример ловчее, я бы занял все первые места на уроках рукоделия».

Какая-то мысль вертелась в голове Армана, не давая покоя. Нечто очень простое. Он уже поднялся, намереваясь попрощаться, когда она наконец обрела форму.

— Кир, — окрыленный надеждой, герцог живо шагнул к приятелю, — насколько далеко простираются твои возможности? Можешь ли ты воссоздать тело из праха, вернуть душу из забытья?

— Я думаю об этом последние пятнадцать минут, — улыбнулся некромант.

Арман напрягся, даже дышать стал реже.

— В теории нет ничего невозможного, на практике же… Прошло много лет, обычный способ не сработает. Тебе следовало прийти сразу же.

— Знаю. – Герцог опустил голову. – Я расплачиваюсь за самонадеянность.

— Не унывай! – Кир тоже встал и похлопал его по плечу. – У меня богатая библиотека, что-нибудь найду. А не найду, так придумаю. Мы снимем с тебя это проклятие. А пока ищи в жизни светлые стороны. Тебе могла достаться старуха.

— И то верно, — признал чужую правоту Арман.

Ему вдруг стало любопытно, что поделывает в его отсутствие невеста, отправилась ли она за покупками или грустит у окна. Шагнув к зеркалу, герцог привычно коснулся прохладной поверхности и видоизменил ее. Языки магии заструились по его пальцам, соткали легкую дымку, из которой проступили очертания другой комнаты. Яркая вспышка, и зеркала словно нет, только дрожит по краям едва различимый туман.

Не подозревая, что за ней наблюдают, Кристина сидела на огромной кровати, обхватив колени руками. На ней легко бы поместились все ее соседки, даже локтями друг друга бы не задевали. Как вообще можно спать в таких огромных постелях! И просто так на нее тоже не заберешься, только с помощью специальной скамеечки.

— Горошины не хватает! — вспомнила Кристина старую детскую сказку о принцессе, ночевавшей на горе перин. – Хотя зачем мне горох, когда есть целый ледяной истукан? Он вообще других за людей считает, или уважает только собственную персону? Видите ли, честь мне оказал! А я хотела этой чести? Мне жаловаться нельзя, а ему можно? Да глаза бы мои Армана Рувеля не видели! И деньги его, и титул, и дом этот. И слуг, и лавки – вообще все. Лучше дома коз пасти, чем с ним завтракать!

Бесшумно подошедший к Арману некромант остановился у него за спиной и с интересом наблюдал за невестой друга, прислушивался к ее обвинительному монологу.

— А тебя не любят! – язвительно прокомментировал он последнюю реплику. – Даже не ценят. Козы ей милее.

— Хоть в этом мы солидарны, — буркнул герцог.

С его пальцев снова сорвались нити магии, и зеркало заволокло дымкой.

Арман не желал быть посмешищем. Не какой-то Кристине Имирис воротить от него нос, судить его поступки!

— А ты соблазни ее, отомсти, — подначивал Кир. – Заодно решишь проблему с наследником и смело отправишь жену в деревню.

— Что-то мне подсказывает, — покачал головой герцог, — что соблазнить ее мечтаешь ты. Кристина в твоем вкусе.

— Да, я люблю блондинок, — не стал отрицать некромант и позвонил в колокольчик, чтобы слуги убрали посуду. – Толком не разглядел, но, вроде, она худенькая…

— Только после меня, Кир, — оборвал его фантазии Арман. – После меня делай, что хочешь. А теперь прости, мне пора к королю. Увидимся на маскараде!

Кир проводил взглядом спину друга и вздохнул. Он пытался, сделал все, что мог, для юной Кристины, но Арман непробиваем. Ни совесть, ни сочувствие, ни ревность – ничего его не берет. Вся надежда, что в одной из книг действительно найдется способ снять проклятие мертвой ведьмы. Сдается, она была кем-то большим, нежели казалась, даже наследницей древних богов, раз ее слово не разрушилось спустя столько лет.

Однако интересно, зачем королю понадобился Арман. Первый день года, тем более его утро мало подходило для аудиенций. Все отсыпались после шумной ночи, а важные дела откладывали до конца вереницы праздников. Поколебавшись, некромант подхватил с диванчика черный плащ с капюшоном. Скрыв лицо и приметные волосы под капюшоном, Кир открыл портал — такую же, как у друга, синюю завесу пламени – и за считанные мгновения перенесся во дворец.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Кристина в знак протеста намеревалась просидеть в спальне до вечера, даже отказалась от второго завтрака, но потом передумала. На любую ситуацию можно смотреть под разными углами, почему бы не считать карт-бланш Армана – праздничным подарком? Рано или поздно Кристина отделается от навязчивого герцога, зато сейчас получит возможность окунуться в запретный мир. Сегодня же она поедет в ту лавку, в которой покупала украшения Адель, и купит все самое лучшее. Потом заглянет к портнихе, заставит модисток прыгать вокруг себя, щебетать фальшивые комплименты. А завершит день Кристина чашкой какао – модного напитка, о котором она только слышала от соседок по общей спальне. И пусть Арман только хоть слово скажет! Она не узница, а невеста.

Девушка неуклюже сползла с кровати и огляделась. Где-то тут должен быть шнур для вызова слуг. Кажется, вот он. Кристина нерешительно дернула за него, мысленно репетируя будущие указания. И все равно опешила, стушевалась, когда на ее зов явилась горничная в белом переднике и белой же наколке в волосах.

— Я хочу в город, — наконец нашла она нужные слова. – По магазинам.

Кристина замерла в ожидании ответа. Вот сейчас горничная скажет: «Простите, но хозяин запретил», но та лишь кивнула и вышла. Кристина испытала легкое разочарование. Как, и это все? Так удовлетворят ее просьбу или нет? Оказалось, горничная передала указания другим слугам, а после вернулась одеть госпожу. Кристина пыталась отнекиваться, мол, какая она госпожа, прекрасно сама справится, но служанка стояла на своем. Не положено, и точка. И одной ездить в экипаже тоже, нужно непременно с сопровождающими, потому как Кристина незамужняя. В итоге, оказавшись в помпезной карете Армана, девушка успела несколько раз пожалеть о своем капризе. Забившись в самый угол, она постаралась слиться с обивкой. Горничная и то свободнее ощущала себя среди этого великолепия. К счастью, служанка оказалась понятливая и не донимала Кристину расспросами, сама дала указания кучеру.

— Вы не тревожьтесь, — когда карета тронулась, заверила она, — вам без денег все отпустят, под имя его светлости. Он мне кольцо свое дал, оно вместо кошелька.

— И не побоялся? – ахнула Кристина.

Крайне опрометчиво со стороны герцога доверять такие вещи прислуге.

— Я не воровка, барышня, — насупилась горничная. – А если бы даже захотела украсть, то в тот же день бы попалась, в тюрьму отправилась. Господин ведь маг, у него не забалуешь.

— И то верно, — признала ее правоту девушка и запоздало поинтересовалась: — Как тебя зовут?

Надо ведь как-то обращаться к спутнице, не «Эй, ты!» же кричать.

— Хелена, барышня, ой, простите, миледи, — тут же поправилась служанка и вкрадчиво попросила: — Вы уж не говорите никому, что я опростоволосилась.

— Не буду, — с улыбкой пообещала Кристина, — а ты в ответ не зови меня «миледи», лучше уж «барышня».

Она предпочла бы и вовсе обойтись без высокопарных обращений, но понимала: нельзя.

Хелена оказалась бойкой особой, всего на год старше Кристины. Сначала она держалась замкнуто, как и положено прислуге, но девушке удалось ее разговорить. Выяснилось, что ее наняли всего пару дней назад, специально для нужд будущей герцогини. Прежде Хелена служила в другом доме, откуда ушла из-за сына хозяина. Подробностей она не упоминала, но Кристина и так догадалась. Тем не менее рекомендации получила хорошие.

К сожалению, никакими ценными сведениями об Армане Хелена не располагала, знала то же, что и все. Ей советовали помалкивать и пореже попадаться герцогу на глаза. Зато за Кристиной, наоборот, полагалось следить. Последний приказ немного подпортил новоиспеченной невесте настроение, но тут экипаж остановился подле ювелирной лавки, и Кристина оказалась во власти драгоценных камней. Сначала она лишь восхищенно рассматривала витрины, пока скучающий приказчик строил глазки Хелене, но потом вспомнила об обиде на Армана.

— Мне нужно помолвочное кольцо. – Если герцог думает, будто сгодится железный ободок на ее пальце, то он жестоко ошибается. – Самое лучшее, из белого золота. Что вы можете мне предложить?

Приказчик в сомнении покосился на Кристину. Ее внешний вид не свидетельствовал о достатке.

Девушка забрала у горничной кольцо Армана и победоносно положила на прилавок. Словно по волшебству, в лавке поднялась суматоха. Приказчик захлопал в ладоши, продавщицы закрутились вокруг Кристины, наперебой предлагая украшения.

— Если хотите, мы изготовим кольцо по индивидуальному заказу, — сладко пели они.

— Хочу! – не раздумывая, кивнула девушка.

Она сама толком не знала, чего хочет, но точно подороже.

В итоге Кристина покинула ювелирную лавку с парой новых колец и сережек, вдобавок заказала еще одно кольцо в форме кристалла льда. Рисунок вдруг пришел в голову, и девушка решила его воплотить. Следующий набег она совершила на лавки белья и готового платья. Там Кристина обзавелась домашней одеждой. Хелена выступила строгим критиком, забраковала половину вещей. Мол, не по статусу даже к утреннему кофе выйти. Платья на выход заказали у портнихи. Ее тоже посоветовала Хелена, в свое время забравшая не один модный сверток для прежней хозяйки.

Однако одну вещь Кристина заказывать не стала, даже не взглянула на каталоги. Речь шла о свадебном платье. Если Арману надо, пусть занимается им сам, Кристина выходить за него не намерена.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Дворец после Новолетья словно вымер. Арман размашисто шагал по анфиладам и переходам, пиная носками сапог конфетти. Оно напоминало разноцветный снег. Над головой мерцали гирлянды мишуры. Кое-где не успели убрать передвижные столики с шампанским и конфетами. Герцог походя подхватил бокал – надо же выпить за помолвку.

Искрящийся напиток скатился по горлу, не оставив даже послевкусия.

Жена. Арману хотелось раздавить в пальцах ножку бокала и вместе с хрустальной пылью выбросить Кристину из своей жизни. Умом он понимал, она ни в чем не виновата, но все его существо протестовало против навязанной проклятием невесты. Оставалось уповать на мастерство друга. Если уж Кир не сумеет помочь, то никто.

Ну вот, действительно чуть не порезал руку.

Арман от греха оставил пустой бокал на подоконнике и смело шагнул к неприметной двери. С виду она напоминала вход в подсобное помещение, но лишь избранные знали, через нее можно попасть в королевские покои, минуя стражу, секретаря и вездесущих придворных. Оглянувшись и убедившись, что его никто не видит, герцог достал из кармана ключ и дважды провернул его в замке. Дверь поддалась, и Арман скользнул в прохладный полумрак. Замок тут же захлопнулся.

— Хм! Выходит, дело тайное, раз любезный король даже прислал ему ключ.

Кир полупрозрачной тенью материализовался из стены и обрел человеческий облик. Прищелкнув пальцами, он негромко позвал:

Коридоры дворца тут же наполнились потусторонней жизнью. В небольшую проходную комнату со всех сторон стекались духи и бестелесная нежить. Они кружили над головой Кира, задевая его краями одежды. В голове некроманта стоял жуткий гам, пришлось прикрикнуть, чтобы угомонить беспокойную братию.

Кир задумался. Кого же послать на разведку? Безусловно, он мог бы взломать замок, но тогда бы сработали защитные чары, пришлось бы слишком многое объяснять. Некромант хотел сохранить свое присутствие в тайне. Он понятия не имел о тонкостях настроек заклинаний – их ставили давным-давно, много столетий назад, вплетали в стены, поэтому собирался отправить вместо себя духа. Если тот попадется, привлечет внимание того же Армана, дурного не заподозрят. Приведений во дворце в достатке, утро Новолетья – и вовсе их любимое время. Когда еще можно почувствовать себя полноправными хозяевами залов, хорошенько размяться?

— Ты! – наконец сделал выбор Кир, ткнув тонким пальцем в деву в лиловом.

Ее история могла бы послужить основой для романа, только вот закончился он трагически – девушке отрубили голову. Государственная измена во все времена каралась одинаково. Однако расставаться с родственниками молодая женщина не пожелала и в виде призрака благополучно поселилась во дворце, нося голову под мышкой в качестве аксессуара.

— Мне нужно знать, о чем король станет говорить с герцогом Маза. Выдашь меня – лишу перерождения, — пригрозил некромант.

Он в силу профессии чувствовал страхи разумной нежити, знал, самой большой мечтой леди Аделины была новая жизнь. До нее оставалось немного – каких-то три круга мироздания.

Дева в лиловом сделала подобие реверанса и благополучно просочилась сквозь нужную дверь. Кир мысленно выдохнул. Его расчет оправдался: чары пропустили особу королевской крови. Мертвую или живую, тут уж неважно.

— Свободны! – взмахом руки отпустил он прочих духов.

Те пробовали возражать, но спираль заклинания уже завертела их в воздухе, возвращая к местам обитания.

— Хм, хм, хм! – снова повторил Кир и потер подбородок.

Чуткое ухо уловило приближение стражи, и некромант поспешил шагнуть в портал. Он еще вернется.

Арман между тем уже стоял в небольшой комнате, украшенной шпалерами на тему соколиной охоты. Из мебели здесь было только два кресла и крохотный круглый столик. Уютно потрескивающий камин отбрасывал приглушенные самым простым экраном отблески огня на волчью шкуру.

Король встретил гостя с кочергой в руке – он сам разжег пламя и теперь помешивал угли.

— А, Арман, садись! – приветствовал он герцога.

Судя по одежде и внешнему виду, монарх еще не ложился. Под глазами залегли лиловые тени, безжалостно подчеркнутые светом зарождающегося дня. Король избавился от сюртука и шейного платка и расстегнул ворот рубашки с пышным жабо. Прямые, чуть вьющиеся на концах темные волосы заканчивались у линии подбородка. В ухе тускло поблескивал бриллиант – единственный артефакт, который Конрад Альбертин надел на бал. Разумеется, во главе государства тоже стоял маг, иначе быть не могло.

Глаза цвета палой листвы ненадолго задержались на Армане. Тот принял предложение присесть и терпеливо ждал, когда Конрад продолжит.

— Тебя не было на балу…

Убрав кочергу на место, король устало опустился в свободное кресло и вытянул ноги.

— Придворные дамы совсем меня утомили! – пожаловался он. – Если бы не твое дезертирство, этого бы не случилось.

— Я ездил за невестой.

Арман не видел смысла скрывать правду, равно как понимал, капризный тон и болтовня о чепухе – лишь прикрытие для отвода глаз. Вернее, для чужих ушей, если таковые таки нашли способ пробраться в тайную комнату.

— Невестой? – удивленно поднял брови монарх. – Даже не знаю, посочувствовать тебе или поздравить.

Он повертел на пальце брачное кольцо, в итоге перевернув его камнем к ладони – красноречивое отношение Конрада к браку.

— Я приму и то, и другое, — улыбнулся Арман.

Рувели и Альбертины состояли в родстве, поэтому мужчины привыкли считать друг друга двоюродными братьями со всеми вытекающими отсюда последствиями. В реальности генеалогия их семейств была более запутанной, но постоянно женившиеся друг на друге внучатые племянники и троюродные сестры наводили на обоих скуку. Лучше уж кузены.

— И кто она? – В глаза Конрада мелькнул интерес. — Наверное, иностранка или воспитанница закрытой школы, иначе бы счастливица давно бы хвасталась при дворе кольцом.

— Что-то вроде того, — поджал губы Арман. – Она бедна, совсем не знатна, но я связан с ней словом.

Он опасался, короля не устроят подобные объяснения, Конрад начнет выпытывать подробности, но, похоже, собственные проблемы волновали его больше чужих.

— Рад буду с ней познакомиться. Представь ко двору.

Конрад ненадолго замолчал, барабаня пальцами по подлокотнику. Он пару раз собирался продолжить беседу, но никак не решался. На лицо короля то и дело набегала тень. Арман не на шутку встревожился и сам вызвал монарха на откровенность:

— В записке вы намекали на срочное дело…

— Да. – Конрад стал темнее тучи. – Дело крайне деликатное. Речь о моей супруге. Я специально вызвал тебя в такой час, чтобы никто не узнал о нашем разговоре. Особенно Маргарита.

Пришло время герцога нахмуриться. Прежде между царственными супругами секретов не водилось.

— Что случилось?

Герцог пододвинул кресло вплотную к дальнему родственнику и весь обратился в слух. Однако Конрад не спешил секретничать. Прищелкивая пальцами, он смотрел в огонь.

— Мне могло показаться, — наконец заговорил король. – Именно поэтому я прошу тебя приглядеться к Маргарите. Меня терзают сомнения, будто с ней что-то не так.

— Конкретнее?

Когда Арман видел королеву в последний раз, она выглядела здоровой.

— Я точно не могу объяснить, всего лишь пара странных совпадений. Не хотелось бы на третьем году брака узнать, что твоя жена – ведьма, — наконец неохотно признался Конрад.

— Ну это вряд ли! – рассмеялся герцог и с облегчением откинулся на спинку кресла. – Ее родословная кристально чиста, никакой темной магии. Вдобавок я бы почувствовал.

— Тогда в нее что-то вселилось, — упрямо стоял на своем король. – Ее несколько раз заставали за странным занятием. Всякий раз одну. То она задумчиво смотрела в зеркало, то держала в пальцах прядь своих волос. Вроде, ничего такого, но вчера я нашел в своих покоях вот это.

Конрад запустил руку в карман брюк и извлек восковую фигурку. Ее лоб опоясывала светлая прядь, а на груди красовалась смутно читавшаяся руна. Арман повертел фигурку в руках, даже понюхал и поставил на столик. Темное ведовство, тут любой студент догадается. Но какова его цель? Волосы могли принадлежать любой придворной даме, не только Маргарита блондинка. Вдобавок фигурку не проткнули спицей, не вывели ей на лбу символы власти.

— Я очень хочу ошибиться, но не желаю рисковать. Сделай все деликатно, не привлекая внимания. Появление у тебя невесты как раз кстати. Она бы вошла в свиту Маргариты, получила доступ к ее комнатам.

— Он есть и у вас, — напомнил герцог. – Вы король, для вас открыты любые двери.

Все лучше, чем объяснять, почему Кристина никогда не увидит ни Конрада, ни его супругу.

— То-то и оно! – покачал головой монарх. – Я ничего не нашел, кроме ножа для бумаг с крошечной капелькой крови. Но ведь Маргарита могла просто пораниться, я сам не раз по неосторожности…

— Ну вот, — просиял Арман, — вы сами развеяли свои подозрения.

Поручение дальнего родственника не нравилось ему по многим причинам, лучше вежливо от него отказаться, заверить Конрада, что все чепуха. Потому что если нет… Это окажется намного хуже проклятия мертвой ведьмы.

— Ради моего спокойствия, сделай!

Конрад улыбнулся и хлопнул герцога по плечу. Тому с кислой миной пришлось согласиться.

— А это у нас что? – внезапно сдвинул брови монарх и указал на одну из шпалер.

Приглядевшись, Арман тоже заметил ожившие глаза одного из персонажей. Человеку они принадлежать не могли, значит…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 8.2

Визжащая голова леди Аделины плюхнулась прямо на стол, прошла сквозь него и затормозила падение только на полу. Следом из стены показалось тело покойницы и пригрозило мужчинам.

— Тоже мне, кавалеры! – бухтела голова, пока пальцы складывались в различные жесты. – Никакого уважения к даме!

Арман от души расхохотался, Конрад тоже не смог скрыть улыбки.

— Они еще смеются! – продолжала дуться Аделина. – Хоть бы помогли, голову на место приладили.

Ее верхняя, отрубленная часть, забавно прыгала на полу, пока нижняя пыталась поймать беглянку. Наконец ей это удалось, и леди Аделина гордо приладила голову к обрубку шеи: в присутствии короля свой этикет.

— Нет, ты видишь? – развел руками Конрад. — Ни минуты покоя! Хотел поговорить наедине, специально первое января выбрал, так и тут нашли.

Призрачная леди хотела улизнуть, но герцог стянул ее магической, полупрозрачной веревкой. Свободный край он намотал на запястье, словно поводок.

— Никакого уважения! – грозя перейти на фальцет, вскипела покойница. – Меня, дочь самого Эдварда Законника!..

Арман прищелкнул пальцами, и в комнате словно отключили звук. Леди все так же продолжала открывать рот, но заклинание счастливо избавило мужчин от ее ругательств.

— Полезная вещь! Научишь? – Конрад имел в виду заклинание. – Порой мне хочется пригласить Кира и приказать уничтожить всех призраков. А потом становится их жалко, вспоминаю, что это мои прадеды и прабабки…

— Кстати о Кире, — прищурился герцог. – Не его ли это рук дело?

Он кивнул на безуспешно рвавшуюся с поводка Аделину. Вряд ли она по собственному почину пробралась в комнату. Арман не подозревал друга в предательстве. Все проще – банальное любопытство. Герцога бы тоже заинтересовало, если бы приятеля вызвали во дворец к одиннадцати утра. В первый день года все отсыпались до вечера.

Король почесал пальцем свежевыбритый подбородок и приказал:

— Сотри ей память! Прости, пусть я доверяю Киру, но не настолько, чтобы делиться подобными вещами.

Арман склонил голову в знак согласия и поднялся. Закатав рукава, он в упор уставился на притихшую призрачную леди. Заподозрив неладное, она снова сунула голову под мышку, заозиралась в поисках укрытия.

Яркая вспышка заставила присутствующих смежить веки.

Герцог отпустил кончик веревки, и она, словно хвост, заструилась за Аделиной, исчезла в толще стен дворца. Через минуту-другую заклинание развеется, а даже если нет, пусть пославший призрака знает, его замысел раскусили.

— А ведь хитро придумано! – Конрад намекал на покойную родственницу. – Чары пропускают только особ королевской крови, мертвые они там или живые. Надо бы их усовершенствовать.

Монарх протянул руку, и Арман без лишних просьб вложил в нее ключ. Родство родством, доверие доверием, но Конрад даже его не посвящал в тайны фамильной магии.

Неохотно пообещав присмотреться к Маргарите, герцог прежним путем покинул королевские покои. За время их беседы дворец сумел немного воспрянуть ото сна. Слуги убирали столы и конфетти, оттирали пятна от вина и сластей. Арман миновал их с каменным лицом и, легко сбежав по ступенькам, вышел на расчищенную площадку перед парадным подъездом. Тут можно открыть портал – ближе запрещено. Герцог колебался: домой, в академию или вовсе к Киру, проверить, действительно ли он подослал Аделину? В итоге выбрал первое. Служанка наверняка уговорила невесту прогуляться по магазинам, Арман мог несколько часов насладиться блаженным одиночеством.

Кристина вернулась вечером. Сквозь приоткрытую дверь кабинета герцог слышал ее смех. Неохотно оторвавшись от собственных записей – Арман готовил к изданию монографию по магии, — он подошел к двери, чтобы ее захлопнуть, и заметил промельк платья невесты. Видимо, она тоже увидела его, раз остановилась, замолкла.

— Добрый вечер, милорд.

С видом примерной школьницы Кристина подошла к двери и, потупив глаза, сделала реверанс. Арман поморщился и взялся за медную ручку, когда девичья ладошка неожиданно перехватила ее.

— Нам нужно поговорить, — со столь не вязавшейся с прошлым поведением решительностью заявила Кристина.

Герцог заметил, что она переоделась и сменила прическу. Стало чуточку лучше, хотя даже в самом шикарном платье Кристина не перестала бы быть чужой, навязанной невестой.

— Проходите!

Смирившись, он распахнул перед ней дверь. Ну вот, бестия отняла у него кабинет – последнее прибежище.

Кристина робко скользнула внутрь, но садиться не стала. Настороженно озираясь, словно кролик или иной мелкий зверек, она не выпускала из виду хищника – Армана.

— Ваше кольцо. — На стол лег фамильный перстень, который он передал служанке. – Оно мне больше не понадобится.

— Фантазия кончилась, или скупили все столичные лавки? – усмехнулся герцог, но кольцо забрал.

— Вовсе нет! – вспыхнула Кристина. – Я всего лишь… Это компенсация за ваше поведение. Но я не за тем пришла. Нам нужно заключить перемирие, узнать друг друга. Если уж свадьба – дело решенное…

Она с надеждой покосилась на Армана, но тот сокрушенно развел руками. Если бы мог, он первым бы разорвал помолвку.

— Так вот, — уже не столь бойко продолжала девушка, — мне кажется, что дружеские отношения лучше вражды.

— Полностью разделяю ваше мнение, — кивнул герцог. – Именно поэтому прошу впредь не отвлекать меня по пустякам. Наши отношения по пунктам перечислены в брачном контракте, ничего сверх. Не надо делать вид, будто я вам не безразличен.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я не делаю вид, я нормальный брак хочу, чурбан вы с короной! – в сердцах топнула ногой Кристина. – Как вы наследника получить собираетесь? Зажмете рот и изнасилуете?

Признаться, об этом Арман пока не думал, но, если надо, можно и так.

— За двадцать лет что-нибудь придумаю, или вы остынете. Что-нибудь еще?

Кристина промолчала и, обогнув стол, склонилась над обрывками очередной главы.

— Вас это не касается!

Герцог торопливо сгреб записи и убрал в стол.

— Но почему? – Кристина подняла на него по-детски большие удивленные глаза. – Я интересуюсь наукой. Честно! Или вы решили, будто я из мести продам ваши записи другим магам?

— Наукой, значит…

У Армана родился план, как отомстить несносной девчонке за вторжение. Разве он с утра не ясно выразился: они чужие люди и навсегда ими останутся.

— Тогда назовите мне шестой магический закон. Если вы собирались поступать в академию, обязаны его знать.

Девушка в смущении кусала губы и наконец пролепетала:

— Я не знаю.

— Что и требовалось доказать, — злорадно констатировал герцог.

На самом деле никакого шестого закона не существовало, их было всего пять.

«Он несносен!»

Выведя эту короткую фразу на листе, Кристина задумалась и прикусила кончик пера. Официального запрета общаться с кем бы то ни было нет, но вдруг Арман велел просматривать ее письма? А, в любом случае она должна поставить в известность родителей. На свадьбу их вряд ли пригласят – немыслимо, но поведение герцога лишь укрепляло в этом предположении, — пусть хотя бы так узнают о судьбе дочери.

Кристина устроилась в библиотеке. Натаскала туда подушек и велела подать имбирного чая с печеньем.

За окном лениво кружились крупные снежинки, укрывая столицу пуховым покрывалом. Отсюда она как на ладони. Вообще в городе три доминанты – королевский дворец, Академия магического познания и особняк Рувелей, больше напоминавший замок. По словам прислуги, где-то есть и настоящий, со рвом и угрюмыми башнями. Наверняка после замужества Арман сошлет неугодную супругу именно туда.

Покупки наскучили Кристине в первый же день. Оказалось, много денег не всегда весело. Хелена, конечно, милая, но не подружка. Как же не хватало Бернадет или Адель! Они бы отлично провели время, но, увы.

Вздохнув, Кристина снова взялась за письмо.

«Я для него кто-то, вроде куклы. Меня кормят, одевают, и довольно. Матушка, если думаешь, будто я наслаждаюсь привольной столичной жизнью, то ты глубоко ошибаешься. Мое единственное развлечение – бесконечные примерки. Арман настаивает на скорой свадьбе, пришлось принять участие в этом фарсе, иначе бы меня обрядили в очередную тряпку, пусть и усыпанную бриллиантами. Портниху привозят к нам, так что я даже лишний раз в город выбраться не могу. Нет, если бы я захотела присмотреть новую шляпку, герцог бы не запретил, но меня уже тошнит от модных лавок!

Через пару дней официальная помолка. Я жутко волнуюсь! Арман запретил с кем-либо разговаривать. Если бы мог, он показал бы меня на минутку и выставил вон.

Платье уже готово, манекен с ним стоит в моей спальне. Просыпаюсь и первым делом вижу его. Ни за что не догадаешься, какого оно цвета! Красное, представляешь! Ладно, оттенка красного вина, но не суть важно. Все равно слишком вызывающе и вульгарно. Его выбирала не я – герцог. Может, он хочет меня опозорить?»

Пропустив строку, девушка отважилась спросить об отце. Когда она уезжала, они с матерью уже жили как чужие люди, пусть и под одной крышей. Дела в имении тоже шли неважно, может статься, матушка уже распустила всех, кроме кухарки. А ведь когда родилась Кристина, они еще получали двести ливров в год. По столичным меркам – ерунда, на пару платьев, зато на деревенском севере – стабильный средний доход.

Кристина любила отца. Пусть он уродился чистокровным человеком, без капли магии, но именно Натан Дис учил ее чтению и счету, пока Ольгерда Имирис мучилась от мнимых и реальных мигреней. Ее взнос в образование дочери ограничился игрой на расстроенном клавесине. Когда у Ольгерды было хорошее настроение, что с годами случалось все реже, она садилась за старый инструмент в гостиной и пела. Но, к ее чести, она таки наняла дочери учителя, стараниями которого она не выглядела невеждой среди других первогодок в Благородной школе святой Епифании.

Запечатав письмо каплей горячего воска, Кристина задумалась. Раз уж будущему супругу все равно, где ей жить, лишь бы подальше от него, не попросить ли Армана отпустить ее в родные края? Она так давно не видела родителей…

— А там инсценирую несчастный случай, официально стану умершей, — предавалась бесплотным мечтам Кристина. – Выжду немного, возьму фамилию отца и попробую куда-нибудь поступить.

Прикосновение к железному ободку кольца отрезвило. Уж оно-то никуда не денется!

— Нужно самой разобраться с проклятием. Не верю я, что его нельзя снять.

Кристина с опаской позвонила в колокольчик. Сердце ее птичкой трепыхалось в груди. Вдруг ей откажут, вдруг она полноценная пленница? Но слуга без лишних слов забрал письмо, обещав отправить сегодня же.

Девушка кивнула. «Вот и проверим, — пронеслось у нее в голове, — кто я здесь на самом деле».

Чашка опустела, на тарелке осталось всего одно печенье.

Кристина неохотно поднялась с кресла, чтобы убрать книгу – она воспользовалась ей вместо пюпитра. Некстати вспомнилась госпожа Сукрен. Она бы упала в обморок от подобной невоспитанности. Но ее здесь не было, Кристина одна в библиотеке. Герцог тоже уехал, еще утром. О его передвижениях она узнавала случайно, догадывалась по тем или иным признакам. Арман по-прежнему избегал любых встреч, даже случайных. Они словно поделили дом пополам. Герцог устроился в своих комнатах, отдав на откуп невесте все остальные. Кристина развлекалась тем, что обходила их, этаж за этажом. Она до сих пор не могла привыкнуть к окружавшей ее роскоши и старине, боялась что-нибудь разбить или испортить.

Пожалуй, сегодня Кристина займется библиотекой. Она такая огромная, в ней столько книг, что хватит на несколько месяцев. Заодно Кристина найдет, чем занять себя вечером. Она попросила у Хелены пяльцы, но не продвинулась дальше первого стежка. Не ее это, пусть рукоделие и считалось одним из обязательных умений благородной девицы. Играть на клавесине, вопреки желанию матери, Кристина так и не научилась – обделила Создательница миров талантом, поэтому оставались книги. Опять же не бывает уникальных ситуаций, кто-то когда-то да оказывался в схожей ситуации и мог бы подсказать выход.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Кристина отыскала стремянку и принялась за дело. Просто перебирать книги было скучно, поэтому она мурлыкала себе под нос детские песенки. Покачивая ногой, девушка упиралась коленями в верхнюю перекладину, а рукой – о полку и скользила пальчиком по корешкам. Чего здесь только не было! Стараниями госпожи Закир Кристина понимала полустершиеся названия. Кто бы мог подумать, что древние языки ей когда-то пригодятся! Большей частью книги были скучными – различные труды по истории, экономике и магии. Последние заинтересовали Кристину, но вскоре она убедилась, что ее познаний не хватит для понимания хитрых формул и витиеватых формулировок. Чего только стоила «Верификация трансфигуральных плоскостей»! В итоге девушка просто изучала шкаф за шкафом, стеллаж за стеллажом, надеясь отыскать что-то «человеческое». Внутри брезжила слабая надежда отыскать роман или томик стихов. Ладно Арман, этот умрет, но не притронется к несерьезной литературе, однако им род Рувелей не ограничивался. В нем точно были женщины и дети, а те про верификации не читали.

— Осторожно, вы можете упасть!

Кристина вздрогнула и действительно чуть не упала. Вот не надо было пугать!

Только сейчас она сообразила, в каком виде предстала перед незваным гостем, судя по выбранному тону, не слугой. М-да, снизу отрывалось интересное, спасибо, не фривольное зрелище. Хотя в школе отчитали бы даже за полоску чулка, а тут девушка выставила напоказ его почти до колена. Зардевшись, она поспешила встать ровно и, не скрывая раздражения, глянула вниз. Тут Кристина едва не упала повторно, спасибо, успела вовремя ухватиться за полку. «Демон!» — пронеслось в ее голове. Не бывает людей с красными глазами! А еще с белыми, именно белыми, как снег, волосами.

— На помощь! – пискнула девушка, не особо надеясь на успех.

Библиотека большая, двери толстые, а слуги заняты повседневными делами. Оставалось надеяться только на себя. Только вот на людях Кристина дар никогда не практиковала, сумеет ли?

Стараясь выровнять сбившееся дыхание, девушка пригрозила:

— Немедленно уйдите, иначе я за себя не отвечаю!

Демон усмехнулся и положил руку на одну из нижних ступенек лестницы.

— Вы раскачиваете стремянку, — невозмутимо, словно существам из других миров полагалось свободно разгуливать среди бела дня, пояснил он.

Ладно, она предупреждала.

Кристина подобралась, даже лоб от усилия наморщила, но добилась нужного результата. Пальцы ее покрылись инеем, между ними молниями блистали крошечные голубые искорки. Теперь нужно прицелиться и понадеяться, что вложенной силы хватит для ледяной статуи.

— Успокойтесь, миледи, я не враг! – улыбнулся беловолосый и представился: — Магистр некромантии Кир Соль, друг его светлости.

Однако Кристина не спешила развеять магию и подозрительно разглядывала Кира. Пока она не видела ни единого повода доверять ему. Когда же ее взгляд наткнулся на татуировку на виске, девушка и вовсе решила действовать. Увы, ей не хватало опыта, когда как Кир обладал им в избытке. Он позволил чарам опалить себя дуновением стужи и развеял их на снежинки в считанных сантиметрах от своего лица, после чего отпустил стремянку и почтительно поклонился. Обескураженная Кристина даже дышать перестала. Разве так полагалось поступать демонам? А как же злорадный смех, контрудар?

— Арман не обманул, в вас действительно живет магия льда. А я, — Кир лукаво улыбнулся и протянул ей руку, — действительно друг герцога, а не чудовище. Мироздание наделило меня специфической внешностью. Я привык, многие пугаются. Вы еще спокойно отреагировали.

— Спокойно? А остальные как?

Переборов страх, Кристина таки вложила ладонь в чужую узкую ладонь и благополучно оказалась на полу. Тут она чувствовала себя в безопасности, вдобавок Кир встал так, чтобы не загораживать путь к двери. Однако Кристина убегать не торопилось. В ней проснулось любопытство. Когда первоначальный испуг прошел, Кир превратился в занятный объект для изучения. Он тоже с интересом рассматривал ее.

— О, кто как! – Красные глаза продолжали смеяться. – Легче перечислить то, чем меня не пытались убить при первой встрече.

— Но если вы действительно некромант, это нелегко, — резонно заметила девушка и переместилась чуть правее.

— Поэтому я до сих пор жив, — кивнул Кир.

Между ними воцарилось вязкое молчание. Оба разглядывали друг друга, оценивали. Некромант продолжал улыбаться, а Кристина все чаще задумывалась, не сбежать ли. Любопытство она удовлетворила, поговорить поговорила.

— Герцог знает, что вы здесь? – облизнув пересохшие губы наконец спросила Кристина и сделала еще один шаг по направлению к двери.

— Конечно! – кивнул Кир и, обойдя задержавшую дыхание собеседницу, направился к зоне отдыха – двум креслам со столиком.

Именно там всего час назад чаевничала девушка. Последней ничего не оставалось, как последовать за странным гостем.

— Если на то пошло, я здесь по его поручению, — не оборачиваясь, продолжил некромант и, поколебавшись, выбрал ее кресло.

Кристина заскрипела зубами, наблюдая за тем, как Кир бесцеремонно расшвыривает подушки, устраиваясь удобнее. Ей лишний раз показали, что в доме она никто, и никакое платье в спальне этого не изменит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Некромант тайком наблюдал за Кристиной, подмечал малейшие эмоции. Девушка совсем не умела их прятать. Ей многому придется научиться, чтобы не стать главным блюдом придворных волчиц. Но в остальном Кристина производила благоприятное впечатление. Арман предвзят к ней, Кристина очаровательна, да и дар у нее не такой уж крошечный. Удивительно при чистоте ее крови! Правда, в Благородной школе уделяли больше внимания манерам, чем магии, но опыт – дело наживное.

— И что же ему угодно? – на грани грубости поинтересовалась Кристина.

Пожалуется герцогу – пускай, хуже тот с ней обращаться не сможет.

Наклонившись, девушка подняла скинутую Киром подушку и, обняв ее, устроилась в свободном кресле. Да как – скинув домашние туфли, забралась с ногами! Долой правила, она зла на весь мир. Кир отреагировал на ее демарш смешком украдкой и тут же снова стал серьезным.

— Позвольте взглянуть на кольцо, — попросил он.

Какое именно, уточнять не требовалось: никаких других украшений Кристина сегодня не надела.

— Вы насчет проклятия? – оживилась девушка.

Неужели этот странный некромант сумеет ее спасти?

Глаза Кристины загорелись надеждой и, поставив ноги на пол, туда, где им и место, она протянула руку. Девушка сглотнула, когда непривычно тонкие, подвижные пальцы Кира овладели ее ладонью. Подавив желание вскочить, отгородиться от некроманта креслом, Кристина вытянулась в струну, когда гость, пожевывая губы от усердия, пристально изучал кольцо, даже пару раз его погладил.

— Интересная вещица! – отстранившись, выдал он.

Кристина испытала разочарование. Как, и это все? Хорош магистр!

— Интересная вещица, — повторил Кир. – Сделана из неизвестного предмета, некогда принадлежавшего Арману, поэтому проклятие вышло столь действенным. Кольцо заговорено на смерть.

— Чью? Мою? – побледнела девушка.

Лучше бы ее из школы исключили! Если разобраться, скитаться по улицам в поисках куска хлеба намного лучше, чем лежать в пышном гробу.

— Армана и его возлюбленной.

Стоило сдержаться, хотя бы для вида изобразить сожаление, а не выдохнуть с облегчением:

— Хвала Создательнице миров!

Кир поднял брови:

— Чем же вам успел так насолить мой друг? Насколько мне известно, вы знакомы от силы неделю.

— У него спросите, — пожала плечами Кристина и, нашарив ногами туфли, обулась. – Пальцев не хватит, чтобы перечислить нанесенные мне обиды. Увы, его смерть меня не расстроит, мне мое счастье дороже.

Девушка с вызовом посмотрела на некроманта, ожидая осуждения, попыток пристыдить, но Кир улыбался! Кристина нахмурилась. Он точно нормальный? Прежде девушка не встречала магов его специализации: она довольно редкая и непрестижная. Но вдруг все они такие – не от мира сего. Кристина только что фактически пожелала герцогу смерти, а его друг даже бровью не повел.

— Увы, — развел руками Кир, — само по себе проклятие Армана не убьет, вам придется смириться с его присутствием. Зато если он попытается причинить вред вам, чтобы стать вдовцом и избавиться от обязательств, то покинет этот мир в страшных муках. Точно такие же постигнут женщину, которую в обход проклятию Арман пожелает сделать своей женой. Но есть и хорошие новости – магия кольца мне знакома. Такой сейчас не пользуются.

— И вы можете уничтожить проклятие? – не веря собственному счастью, уточнила Кристина.

Ответ вернул ее с небес на землю:

— Нет. Пока нет. Для этого мне нужно отправиться в Сфарум и ограбить одну библиотеку. Полагаю, там найдется томик с описанием обратного ритуала.

Девушка заметно приуныла и отвернулась. Даже она знала, что такое Сфарум. Вернуться оттуда живым тяжело, а забрать оттуда книги и вовсе практически невозможно.

— Вам понравилось платье? – неожиданно спросил Кир. – Я подумал, что немного красок и праздника разнообразят ваши будни.

— Так это вы?..

Кристина отказывалась верить своим ушам. Герцог не удосужился даже заказать платье для помолвки! Оказалось, он и саму церемонию проводить не планировал, собирался тихо жениться и сразу разъехаться с женой, но выбранный шафером Кир настоял на другом сценарии. Он заставил друга устроить прием, одеть невесту по последней моде и представить свету. Некромант втайне надеялся, увидев Кристину во всем блеске и великолепии, Арман к ней подобреет. Ничто так не возбуждает ревность, как внимание других мужчин.

— Я, — со вздохом повинился Кир. – А еще я очень хочу показать вам столицу, но не лавки и магазины, а улицы, сады, холмы.

— Но герцог запретил…

Кристине очень хотелось поехать, пусть с этим странным альбиносом, но вырваться из пронизанного скукой дома. Останавливало одно – недовольство Армана.

— А я разрешил, — задорно подмигнул Кир и, ухватив девушку за руку, потянул с кресла. – Поэтому переоденьтесь в самое лучшее платье, и едем покорять столицу. Раз уж вы сюда попали, нужно гулять, смотреть и слушать, а не сидеть в четырех стенах.

Кристина полагала, что они возьмут экипаж, но Кир настоял на пешей прогулке.

— Свежий воздух полезен для юных дев! – шутя, заметил он.

Кристина украдкой подумала, что некроманту следовало самому чаще следовать своему совету: он бледен как смерть. Однако идея инкогнито прогуляться по столице ей понравилась. Как и то, что Кир относился к ней без холодности друга. Может, причина в происхождении, и высокомерное поведение передается аристократам с молоком матери?

Для прогулки Кристина выбрала тот же неприметный наряд, в котором попала в дом герцога. Только теперь на ногах у нее красовались добротные ботинки, а тело согревала новая накидка на меху. Кристина сразу обратила на нее внимание: одновременно практичная и теплая, на пуговицах. Хелена настаивала, чтобы госпожа примерила шубку, но девушка лишь посмотрела на блестящие меха. Не ее это, Кристина осталась прежней, той, которая штопала чулки и довольствовалась одной парой обуви.

Кир ее выбор одобрил, а ведь девушка так боялась, что он наморщит нос!

— Давайте договоримся, я никакой не «господин» и не «магистр», а просто Кир, — с наигранной строгостью потребовал он.

Поколебавшись, Кристина согласилась. Право, ничего дурного в его просьбе нет, да и глупо из-за подобной мелочи потерять единственного друга. Ладно, пока не друга, всего лишь потенциального.

С замирающим сердцем, будто ее опять послали в кабинет директрисы, девушка вслед за Киром спустилась по лестнице. Каждую минуту она ожидала грозного окрика, что вот сейчас к ним подойдет дворецкий и напомнит о запрете покидать дом. И ведь он действительно появился, будто из ниоткуда возник в холле. Не с пустыми руками – дворецкий лично подал Киру пальто и перчатки.

— Спасибо, Джейк, — улыбкой поблагодарил его некромант и, предвосхищая вопросы, добавил: – Передайте его светлости, что госпожа Имирис вернется вечером.

Дворецкий в растерянности переводил взгляд с гостя на потенциальную госпожу.

— Никаких «но»! – повысил голос Кир.

«Он совсем не прост!» — пронеслось в голове Кристины. Недаром Джейк повинно опустил голову и пожелал им обоим приятно провести время.

Открыв дверь без помощи рук, некромант галантно пропустил даму вперед и подмигнул:

— Вот видите, вырвались!

Кристина не ответила и, замерев на пороге, едва ли не с восторгом вдохнула морозный воздух. Как же она изголодалась по возможности просто увидеть небо, подставить ладонь снежинкам! А ведь Кристина не прожила в доме Армана и недели…

Кир искоса наблюдал за спутницей, подмечая малейшие детали. Он все больше убеждался в предвзятости друга. Из-за своей гордыни Арман не желал видеть очевидного – потенциала невесты. В голове даже мелькнула шальная мысль – после снятия проклятия жениться на ней самому, но Кир тут же ее отбросил. Только если Арман откажется от Кристины. Да и пока нужно заниматься кольцом, а не бороться за расположение девушки, которой оба они безразличны.

— А как же ваша лошадь? – повертев головой, спохватилась Кристина.

На площади с фонтаном, отключенным по зимнему времени, было пусто, никто не спешил подвести гостю коня.

Пряча улыбку, Кир ответил:

— Не беспокойтесь, я прибыл порталом.

Не стоит смеяться над девушкой, для нее пока все внове. Откуда Кристине знать, что члены Магического совета видят лошадей только во время прогулок, а в обыденной жизни предпочитают иное перемещение в пространстве.

— О! – только и смогла вымолвить девушка и с уважением глянула на спутника.

Сразу видно, она в столице. В Фатте искусством переноса владели только портальщики – привилегированная каста магов. За свои услуги они требовали баснословных денег, поэтому все передвигались по старинке.

Взяв Кристину под руку, Кир неспешно направился по гравийной дорожке к кованной ограде с затейливыми воротами. Прежде девушка их не видела: окна ее спальни, равно как большей части жилых помещений, выходили на другую сторону, на крутой склон холма. Теперь, разглядывая дом Армана снаружи, Кристина поймала себя на мысли, что это практически идеальная крепость. Таковой когда-то она и была — замком, призванным отразить любое нападение. Затем, повинуясь веяньям нового времени, предки герцога перестроили свое жилище, хотя крепостной дух все еще витал в воздухе.

Кир терпеливо ждал, пока спутница оглядится, налюбуется масштабами дворца герцогов Маза, а потом осведомился, что она хочет увидеть в первую очередь.

— Академию! – без заминки выпалила Кристина и покраснела.

Права директриса, не вышло бы из нее толку. Благовоспитанная девушка назвала бы королевский дворец, ну в крайнем случае какую-нибудь местную достопримечательность. При этом она бы стоически изображала интерес, восхищалась архитектурой, тонким вкусом владельцев или автора сооружения и только потом попросила бы отвезти ее туда, куда ей действительно хотелось. По словам госпожи Сукрен, это назвалось хорошими манерами. Закон их прост – чужое удобство и интересы превыше всего, любые яркие проявления эмоций и суждений под запретом.

Глава 10.1

Кир задумался, нахмурился, взвешивая все «за» и «против».

— Это далеко! – предупредил он.

Не говорить же, что они могут случайно повстречать там Армана. Несмотря на все заверения, герцог не одобрит поведения друга. Постфактум он ничего не сможет сделать, пусть сколько угодно злится на некроманта за то, что он выпустил птичку из клетки.

— Кир, — голубые глаза девушки задорно сверкнули, — вы меня явно с кем-то путаете. Я не леди, я даже полы руками мыла. Неужели вы думаете, будто меня напугает долгая прогулка в хорошей компании?

Она снабдила лесть обворожительной улыбкой и даже кокетливо опустила ресницы. Может, в прошлом году Кристина и заработала по этикету «удовлетворительно», зато позапрошлый закончила с твердым «хорошо». Справедливости ради, оценка в первом случае была занижена из-за того, что девушка посмела препираться с преподавательницей по другому предмету, не желавшей признавать свою неправоту.

И ведь сработало, Кир, скрепя сердце, согласился.

— Скажите, когда устанете, и мы возьмем экипаж.

Кристина полагала, что они выйдут на улицу через парадные ворота, но некромант утянул ее прочь, в заснеженный сад. Немного поплутав по дорожкам, он вывел ее к неприметной калитке теперь уже в сплошной каменной стене.

— Не нужно привлекать лишнего внимания, — пояснил Кир и жестом фокусника извлек из кармана ключ на алой ленте.

Девушка понимающе хмыкнула. Некромант не обманул, они с Арманом действительно друзья, раз умел проникать в дом через подобные лазейки.

Калитка поддалась не сразу: по ту сторону нанесло сугроб. Но вот, пригнувшись, Кристина шагнула в неизвестность. Она очутилась на шедшей под уклон улочке, заканчивавшейся тупиком у служебных ворот особняка. С одной стороны – ограда, с другой – дома с затейливыми рисунками по фасаду. Девушка догадывалась, обычный люд тут не селился, минимум зажиточные горожане.

Заперев калитку, Кир взял Кристину под руку и повел вниз по улице, к подножью холма.

— Это часть Икрема называется Верховьем, — попутно рассказывал он. – Столица стоит на трех холмах, мы на самом высоком из них. Да, да, не удивляйтесь, королевский дворец ниже дворца Маза. Не стану вдаваться в подробности, но некогда именно они владели городом. Некогда в Верховье селилась высшая аристократия, а сейчас оно отдано на откуп людям попроще: врачам, юристам, банкирам. Чем выше, тем хозяева зажиточнее, у подножья холма уже обосновались обычные лавочники.

Кристина кивнула. Она подмечала разницу – как упрощалась отделка домов, как они все теснее жались друг к другу, пока не срослись в единую линию. Однако фасады по-прежнему радовали: яркие, разноцветные. И непременно оранжевые крыши.

На мостках тротуаров появились пешеходы. Приходилось останавливаться, пропуская встречных или тележки торговцев.

Сначала Кристина постоянно оглядывалась на громаду герцогского дворца за спиной, но потом выкинула его из головы. Зачем портить себе настроение, когда Кир тянет в очередную лавку древностей или предлагает прямо на улице выпить кружечку пряного вина? Она не заметила, как напряжение между ними улетучилось. Позабыв о статусе невесты Армана и разнице в социальном положении, Кристина оживленно болтала с некромантом, мучила все новыми вопросами. Он стоически держался под огнем девичьего любопытства. Оно ему даже нравилось, как и блеск в глазах Кристины, ее непосредственность и ум. Такие, как она учеными не становятся, но с ними не скучно.

— Не устали? – в очередной раз заботливо спросил Кир.

Они давно оставили Верховье позади и углубились в равнинную часть города, ту самую, где располагались все самые модные лавки и селись дворяне.

— Нисколько! – замотала головой раскрасневшаяся от быстрой ходьбы девушка и шепотом, немного смутившись, добавила: — Как хорошо, когда никто не показывает на тебя пальцем, не шепчет за спиной: «Невеста герцога!» Но я все равно на всякий случай прячу руку с кольцом.

— Успокойтесь, для всех это всего лишь дешевая безделушка, на нем имя Армана не написано, — добродушно рассмеялся Кир.

Кристина заметила, он вообще много смеялся, ни чуточки не походил на классического мрачного некроманта.

— Не скажите! – фыркнула девушка. – Я тогда еще с герцогом не познакомилась, только-только кольцо нашла, а меня уже признали.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 10.2

— Кто? Где?

Кир мгновенно подобрался, коршуном напустился на нее. Не понимая, что его так встревожило, Кристина описала мимолетную встречу в ювелирной лавке. Пустяк, девушка просто к слову вспомнила, а некромант стал темнее ночи.

— Увы, осмотр академии придется отложить. Нам нужно найти и опознать этого человека. Это очень важно.

— Почему? – по-прежнему недоумевала Кристина.

— Потому что только посвященный в тайну проклятия мог вас поздравить. Как думаете, много таких, особенно случайных людей?

Девушка покачала головой. Теперь и Кристину захлестнула тревога. Что, если тот человек из лавки повинен в ее злоключениях? Кто-то ведь выкрал шкатулку Рувелей, положил в нее проклятое кольцо и подбросил на чердак школы. Логично предположить, что этот некто – враг Армана, желавший подобным образом ему досадить.

А Кир уже тащил ее куда-то в сторону, непонятными переулками, где с одинаковым успехом можно встретить разбойника и крысу. Кристина едва поспевала за ним, болталась, словно воздушный шар на веревочке. Последние она видела на дне рождения Анхелики. Поговаривали, отец-граф специально выписал из академии мага-алхимика, который и сотворил невесомое чудо.

— Кир! Ки-и-ир!

Кристина отчаянно пыталась затормозить неумолимое движение. В самом деле, зачем бежать, если можно открыть портал. Помнится, некромант сам посмеивался над прочими, архаичными способами передвижения. Оказалось, сначала он хотел побывать в лавке, в которой девушка встретила странного человека, расспросить приказчика. Увы, последний ничего толком вспомнить не мог, к тому же Кристина не смогла описать того мужчину.

— Лицо хотя бы узнаете? – с плохо сдерживаемой досадой спросил некромант.

Девушка задумалась.

— По голосу, полагаю, да. Постараюсь.

— Тогда идемте!

Языки синего пламени объяли обоих, перенеся из ювелирной лавки в залитую холодным зимним солнцем крытую аркаду. Она полукругом вилась на уровне второго этажа. Слева – окна, справа – сплошная стена. Бросив взгляд вниз, Кристина увидела замкнутый двор с парой каменных скамеек. Странное место!

— Я попрошу соблюдать полнейшую тишину и на время стать моей тенью, — понизив голос, попросил Кир. – Ваше нахождение здесь незаконно…

Девушка понимающе кивнула и предложила:

— Если я увижу того человека, подам вам знак. Скажем, дважды крепко сожму руку.

Некромант мысленно усмехнулся. Кристина все больше оправдывала выданные ей авансы. Интересно, что из нее выросло бы, родись она в нормальной семье? Но ничего, двадцать лет не тридцать, еще можно вылепить все, что угодно.

— Договорились! – кивнул Кир. – Если тот человек справа, сожмете правую руку. Слева – левую. А если он прямо передо мной, одновременно коснетесь обеих рук.

И они медленно двинулись по пустынному коридору, повторяя движение солнца. Слепя глаза, его лучи отражались в стеклах, бликами падали на одежду.

Кристина едва успела заметить, куда неожиданно юркнул ее спутник, и последовала за ним. Дверь потайного хода мгновенно вернулась на место, их окружила тьма. Задержав дыхание, стараясь унять сердцебиение, девушка нащупала спину Кира и следовала за ней как за путеводной звездой. Слух уловил приглушенные голоса. Они становились все громче. Наконец девушка начала различать слова. Двое мужчин увлеченно спорили, а третий периодически призывал их к порядку. Предмет спора Кристине ни о чем не говорил и напоминал заумные книги из библиотеки Армана.

Кир остановился, впотьмах девушка налетела на него, приглушенно охнула, но удержалась на ногах. Она уловила по движению воздуха, нежели увидела жест некроманта, указавшего, где ей встать. В следующий миг темнота сменилась светом – Кир аккуратно отдернул плотную портьеру. Зажмурившись, Кристина вцепилась руками во что-то твердое. Наконец глаза привыкли к новому освещению, и она поняла, что находится на балконе белоколонного зала. На самом видном месте висел герб Магрета. Под ним расположился стол председателя, напомнивший стол учителя в обычном классе. Сходство усиливали расставленные перед ним полукругом, на разных уровнях кресла. Часть из них пустовала, остальные заняли мужчины солидного вида. Среди них чудом затесалась единственная женщина.

— Магический совет, — шепотом пояснил Кир.

Кристина напряглась, осознав, насколько он близко, и смущенно отодвинулась. Чтобы не думать о непозволительном с точки зрения этикета расстоянии между ней и некромантом, она сосредоточилась на людях внизу. Отсюда, с балкона, их было хорошо видно. Так кто же поздравил ее в ювелирной лавке? Кристина хмурилась, напрягала память – все без толку. Здесь несколько десятков магов, попробуй догадайся! Но уж точно это не председатель и не двое спорщиков. Пора бы им уняться и выяснить личные отношения в другом месте – разговор давно скатился до взаимных оскорблений, вежливых, утонченных, но все же.

Глава 10.3

— Ну? – нетерпеливо шептал сбоку Кир.

В ответ Кристина лишь скорбно развела руками. Откуда же ей было знать, что внешность того человека так важна!

— А почему вы решили, что тут есть?

И ведь правда, незнакомец мог и вовсе оказаться гостем столицы.

— Потому, — исчерпывающе ответил Кир.

Он не хотел вдаваться в подробности, объяснять, что почувствовать магию кольца, мог только маг определенного уровня. Их в королевстве не так много, и все входили в совет. Хотя конкретно это заседание, первое в новом году, мужчина из лавки мог прогулять. Собственно, как сам Кир, которому осточертела пустая болтовня. Весомых поводов для собрания нет и, оставалось надеяться, не предвидится. А вот Арман почтил своим вниманием Магический совет. Вот он, в первом ряду, кривится и со скучающим видом смотрит по сторонам. По сторонам… Демоновы силы! Кир торопливо задернул портьеру, но поздно, друг их уже заметил.

— Уходим! Быстро!

Некромант потянул спутницу за рукав, увлекая к выходу, но Арман опередил их, хмурясь, дожидался парочку возле двери потайного хода.

— С вами мы поговорим позже, — ледяной взгляд обжег Кристину, заставив съежиться, — а вот с тобой объяснимся сейчас. Кто дал тебе право рисковать жизнью моей невесты?

Рисковать жизнью? Девушка вся обратилась в слух и недоуменно покосилась на Кира. Похоже, он многого не договаривал.

— Не преувеличивай! – отмахнулся раздосадованный, что его затея провалилась, некромант. – Максимум ей грозил штраф. Драконовский закон прошлого давно отменен, к тому же она тоже маг, не простой человек.

— Так зачем? – неумолимо вернулся к прежнему вопросу Арман.

Он не поднимал голоса, говорил тихо, чтобы не услышали члены совета, но от его тона по коже все равно разбегались мурашки.

— Затем, что у тебя завелся враг. И это вовсе не мертвая ведьма.

И Кир кратко пересказал все, что ему поведала Кристина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вы так прекрасны! Какая чудесная пара!

У Кристины сводило скулы от фальшивых улыбок и комплиментов. Глаза не умели лгать, да и за ее спиной гости не скупились на шепотки, полные недоумения и презрения. Большинство соблюдали приличия, но находились и те, кто открыто разглядывал невесту Армана будто вещь сомнительного качества на рынке. На их лицах ясно читалось: «Где он только откопал ее? Неужели не нашлось кого-то более приемлемого?» А ведь, как назло, именно сегодня Кристина себе нравилась, чуть ли не впервые в жизни. Глянув в зеркало, она даже себя не узнала, перепутала с принцессой. И вот ее грубо вернули с небес на землю…

Гости с видимым трудом подбирали комплименты – словно на уроке госпожи Сукрен. И спешили скорее откланяться. С другими девушками обращались иначе. Их окружали стайки кавалеров, которые наперебой читали стихи, спешили услужить в каждой мелочи. Представители старшего поколения тоже смотрели на них благосклонно, с покровительственными улыбками осведомлялись о здоровье родных, изъявляли на первый взгляд искреннее желание видеть их то на балу, то на приеме, то просто на посиделках за чашкой чая. И только Кристину игнорировали, хотя все торжество организовали только ради нее.

Арман тоже не спешил развлечь невесту. За все время, пока гости наполняли огромный зал на первом этаже дворца герцогов Маза, он лишь однажды подошел к ней и то, чтобы указать, где встать и что делать.

Кристина старалась. Раз она подписала тот бесов контракт, обязана играть роль. Да и, если на то пошло, лучше быть безродной модной красавицей, чем такой же безродной замарашкой. Пускай смотрят, пускай шепчутся.

Поправив пружинки локонов, выпущенных парикмахером вдоль лица, Кристина неспешно прошлась по периметру зала. Она выискивала Кира – единственного знакомого среди десятков лиц. Нет, поздравляя с помолвкой, гости в обязательном порядке представлялись, но их имена давно смешались в голове. Да и вряд ли Кристина отважилась бы запросто подойти к какому-нибудь члену Королевского совета и завязать с ним светскую беседу. Увы, некроманта нигде не было видно. Неужели не приехал? Да быть того не может, они ведь с Арманом лучшие друзья.

Выцепив взглядом спину жениха, Кристина горько усмехнулась. Интересно, он заметит, если она прямо сейчас сбежит? Вряд ли. Герцог уже прилюдно объявил о своем выборе, надел на палец невесты второе, теперь уже соответствовавшее высокому статусу кольцо, девушка могла быть свободна.

Кристина мельком глянула на собственное отражение в огромном зеркале. Их тут хватало, чуть ли не в каждом простенке – подобным нехитрым способом архитектор визуально увеличил и так немаленькое пространство. Прием не новый, десятки раз скопированный со знаменитой Зеркальной галереи. Если даже Кристина о ней слышала, то другие и подавно.

Зеркало отразило растерянную девушку в платье темного, густого красного оттенка. Она будто случайно оказалась внутри него и теперь понятия не имела, как выбраться из помпезной одежды.

Отныне декольте казалось Кристине слишком глубоким, макияж – ярким, драгоценности – вычурными. Как же она ошибалась, взятое напрокат розовое платье со старомодным воротником в сто раз лучше! В нем Кристина была на своем месте, а теперь каждый пытался ее туда поставить.

Отвернувшись, девушка сделала пару глубоких вздохов. Она могла разрыдаться, сдаться, а могла продолжить борьбу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 11.1

«Нужно представить, что я на вступительных экзаменах. – Кристина обмахнулась веером и, словно каждый день блистала среди высшего света, неспешно прошлась по периметру зала, расточая холодные, вежливые улыбки. – В академии тоже бы пришлось несладко. Докажи им, что ты тоже человек, ты достойна всего того, что на тебе надето. В школе ты не тушевалась, отчего вдруг здесь превратилась в забитую мышь?»

— Добрый вечер, миледи! – ворвался в ее мысли незнакомый мужской голос.

Кристина обернулась и растерянно уставилась на мужчину средних лет. Судя по цвету глаз и волос, он северянин, среди прочих жителей Магрета блондинов с голубыми глазами нет. У этого волосы и вовсе словно снег, такие же искрящиеся. Идеально прямые, пряди доставали незнакомцу до кончика подбородка.

— Простите, с кем имею честь?

Девушка лихорадочно пыталась вспомнить имя мужчины. Нехорошо вышло, хоть специальную книжицу заводи! С другой стороны, герцог грозился сразу же выслать молодую супругу из столицы, вряд ли конфуз повторится.

Тут взгляд Кристины случайно упал на агатовую запонку собеседника. Во рту пересохло. Из-под манжеты выглядывала ледяная вязь! Неужели сам Лайнел? Мужчина подтвердил ее подозрения, назвавшись виконтом Имирисом.

— Если не ошибаюсь, мы носите ту же фамилию.

Кристина кивнула и с трудом поборола желание скрыться от цепкого взгляда Лайнела за веером. Зачем он подошел к ней? Из праздного любопытства?

Могущественный виконт пугал. Шестое чувство подсказывало, он предпочел бы, чтобы Кристина скрыла их родство.

— Занятно! — Лайнел продолжал пристально изучать ее, но его взгляд чуточку смягчился. – К какой же ветви рода вы относитесь?

Щеки Кристины стали чуточку розовее под слоем румян и пудры. Виконт прекрасно знал ответ, но хотел ее унизить. Не так, как делали преподаватели в школе, — нет, при дворе игры изысканнее, тоньше.

— Вы мой очень дальний родственник, — прочистив пересохшее горло, ушла от ответа девушка.

Ей не хотелось говорить об отце и матери, объяснять, почему она Имирис, а не Дис. Как же стыдно!

— Видимо, очень дальний, — улыбнулся Лайнел и протянул руку, предлагая Кристине пройтись. – Полагаю, вы из ветви сельских Имирисов. Ну, и как вам в столице?

Второй удар. Когда же они закончатся?

— Благодарю, милорд, очень нравится. – На этот раз голос Кристины звучал твердо. Она внутренне подобралась и напустила на лицо выражение легкой скуки, подсмотренное некогда у Бренды. – К сожалению, я пока мало видела, но надеюсь вскорости восполнить этот пробел.

Лайнел усмехнулся, но оставил свои мысли при себе.

— Вам очень повезло, — понизив голос, заметил он. – Сейчас вас ненавидят абсолютно все женщины в этом зале. Не подскажете, где и как вы познакомились с его светлостью?

В голове Кристины прозвенел тревожный звоночек. Она метнула на виконта быстрый взгляд из-под ресниц. Похож ли он на мужчину из ювелирной лавки? Лайнел что-то выведывал, доверять ему нельзя, придется срочно придумать романтичную легенду.

— На новогоднем балу, милорд. Это была любовь с первого взгляда!

Старательно изображая саму простоту и искренность, Кристина с воодушевлением живописала сюжет, достойный пера романиста. Бернадет бы оценила! В нем было все: угнетаемая прекрасная дева, уставший от праздничной суеты принц и судьбоносная встреча в саду. Разумеется, героиня укрывалась там от несправедливости жизни, а герой поспешил ее утешить, королевой ввел в сияющий бальный зал.

Сочиняя на ходу подробности несуществующего романа, Кристина незаметно прикрыла тонкий металлический ободок на пальце массивным помолвочным кольцом. Жаль, они не на королевском балу, и дамам не полагалось носить перчатки! Но Лайнел, кажется, ничего не заметил. Впрочем, в ее историю он тоже не поверил.

— Надо же, — усмехнулся виконт, — наш Арман оказался романтиком! По нему и не скажешь. Но отчего же он бросил вас одну? Влюбленные стремятся каждую минуту проводить рядом.

— Спросите у герцога, — дернула плечом Кристина.

Она начинала терять терпение. Пусть Лайнел либо открытым текстом скажет, что ему нужно, либо прекратит дешевую комедию!

— Да о чем тут спрашивать? – вклинилась в их беседу дама в темно-синем наряде, расшитом жемчугом. – Вертихвостка окрутила его и силой заставила жениться.

Кристина рассмеялась, представив, как она, девушка хрупких достоинств, волочит Армана к алтарю. Нарисованная воображением картинка казалась столь нелепой, что даже обижаться на «вертихвостку» не хотелось.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 11.2

Дама в синем удивленно переглянулась с Лайнелом и сочувственно протянула:

— Бедняга герцог! Она вдобавок сумасшедшая.

— Вовсе нет, миледи, — все еще фыркая от смеха, попыталась оправдаться Кристина. – Просто ваше предположение столь нелепо… Увы, на браке настоял сам герцог. Я не беременна, не владею приворотными чарами и даже не отпетая шантажистка. Приятного вам вечера!

И она зашагала прочь, к столику с напитками, благо родственник не стал ее удерживать.

Внутри Кристины клокотала злость. Выходит, вот как они к ней относятся! Не просто презирают, не считают ровней, а подозревают в самых гнусных вещах. Ей срочно требовалось выпить, чтобы не высказать в лицо очередной такой дамочке все, что она о ней думает.

— Вы вся пылаете!

Словно соткавшийся из воздуха за ее спиной Кир ухватил девушку за руку и дернул в сторону, за портьеру. Кристина по инерции налетела на некроманта и с трудом удержалась на ногах.

— Успокойтесь! – Кир крепко сжал ее запястья и отпустил. – Они не стоят внимания.

— Они все меня оскорбляют, хотя я никому ничего не сделала, — пожаловалась ему девушка и с благодарностью приняла прохладный стакан лимонада.

Несмотря на зиму, во дворце было жарко натоплено, а от сильных эмоций Кристина и вовсе вспотела.

— Сделали. – Кир выглянул из-за укрытия, проверяя, не шепчутся ли о них, и усадил девушку на диванчик в проходной комнате. – Вы посмели стать невестой Армана Рувеля, а такое не прощают. Окажись на вашем месте принцесса, ее точно так же истыкали бы булавками. Такова уж человеческая природа!

— Арман мог бы хоть раз вступиться, — сделав глоток, резонно заметила Кристина.

Ответ некроманта обескуражил:

— Он уже вступился.

Девушка часто-часто заморгала. Кир наверняка шутит, весь вечер Арман обращал на нее не больше внимания, чем на паркетный пол.

— Не здесь, в стенах дворца, на заседании Королевского совета. Только ленивый не советовал Арману не совершать ошибки и немедленно вышвырнуть вас вон.

— Вот как! – Кристина усмехнулась и, одним глотком осушив стакан, поставила его на столик. – Герцог с удовольствием последовал бы их совету, если бы не проклятие.

— Ради проклятия не грозят дуэлью, — покачал головой Кир. – Вы слишком дурно думаете о женихе.

— Не более, чем он сам хочет, — качнула головой девушка.

Она не верила в благородство герцога. Его волновала честь фамилии Рувель, не более.

— И чего же я хочу?

Вздрогнув, Кристина подняла голову и увидела в дверном проеме Армана. Несомненно, он все слышал. Сначала девушка испугалась, потупила взор, а потом решила: напрасно, она ни в чем не виновата.

— Милорд не посвящает меня в свои планы.

Кристина смело смотрела ему в глаза, готовая отбить любую атаку.

Уголки губ герцога удивленно приподнялись. Не такой реакции он ожидал.

— Вряд ли вам интересно подобное, миледи.

— А вдруг? – не унималась Кристина. – Вы сами за меня решили, что мне интересно, а что нет.

На лицо Арман набежала тень. Он оглянулся через плечо на Кира, затем бросил взгляд на опустевший стакан в руке невесты.

— Зато теперь вы ясно обозначили круг своих интересов, — практически прорычал герцог и стиснул руку в кулак.

— Да что с тобой, Арман? – встревоженно вмешался некромант. – Какая муха тебя укусила?

— А тебя? – Герцог на пятках развернулся к нему. – Решил-таки приударить за моей невестой, да еще так открыто!

— И в мыслях не было! – сделал честные глаза Кир. – Всего лишь скрасил одиночество бедной девушки. Ты ведь не спешил ей заниматься.

Мужчины некоторое время не двигались, молчаливо буравя друг друга взглядами. Первым глаза отвел Арман и отрывисто произнес, обращаясь к Кристине:

— Оставим препирательства! Я пришел за вами.

Девушка не пошевелилась. Здесь ей намного лучше, чем в огромном залитом светом зале.

— Вас ждут, — настойчиво повторил герцог.

Кристина покачала головой:

— Вряд ли! Как-то прекрасно обходились все эти часы.

— Право, Арман, — встал на ее сторону Кир, — ты мог бы больше внимания уделять невесте. Ее едва не заклевали!

Увы, герцог оказался непробиваем:

— Но не заклевали же. А теперь заканчивайте препирательства: с минуты на минуту появятся его величество с супругой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 11.3

Кристина испытала очередное разочарование. Так вот для чего она ему понадобилась – снова изображать счастливую невесту. Кир солгал, никого Арман на дуэль не вызывал, наоборот, соглашался с сочувствовавшими его нелегкой доле.

Но заставлять ждать короля нельзя, и девушка поднялась, положила руку на локоть напоминавшего ледяное изваяние жениха и вернулась к гостям. «Как жаль, что вместо него не Кир!» — промелькнуло в ее голове.

Все взгляды были прикованы к ним. Наверняка сплетники и сплетницы только и ждали, что Кристина оступится или совершит какую-то другую ошибку, но она держалась безупречно. Недаром Благородная школа святой Епифании ценилась на рынке невест, даже самые бездарные выпускницы блистали на любых балах, а уж себя девушка к посредственностям не причисляла.

Чуть слышно шуршала ткань платья. Кристина словно плыла над паркетом и спиной ощущала, как постепенно менялись, теплели взгляды. А всего-то требовалось расправить плечи, высоко поднять подбородок и вспомнить о чувстве собственного достоинства. Показалось, или даже Арман оценил ее старания? Жених смотрел на нее пристально, даже задумчиво, а потом склонился к уху и огорошил просьбой:

— Мне нужна ваша помощь.

Кристине показалось, она ослышалась. Арман Рувель скорее умер бы, чем попросил ее о чем-то. Но слух девушку не подвел, герцог действительно в ней нуждался. С крайней неохотой, явно переступив через свои убеждения, он попросил Кристину быть особо обходительной с королевой:

— Я хочу, чтобы она назначила вас фрейлиной.

— Фрейлиной? Меня?

Определенно, шампанское ударило Арману в голову, раз он позабыл о клятве держать будущую жену подальше от дворца.

— Я и сам понимаю, насколько это нелепо, — нахмурился герцог, — но иного выхода нет. Мне необходим свой человек в покоях королевы.

Кристина решила немного с ним поиграть, отомстить за прежнее пренебрежение. Не рассчитывал же Арман, что она тут же с радостью согласится!

— А с чего вы решили, будто я своя? – с лукавой улыбкой поинтересовалась она. – Мы чужие люди и ненавидим друг друга. Окажись я в милости у королевы, непременно бы ходатайствовала о разводе.

— Ценой моей смерти?

Черные, словно безлунная ночь, глаза вынудили ее сказать правду.

— Нет, — отвернувшись, вздохнула Кристина. – Вы неприятны мне, милорд, но не настолько.

— Речь не о моих интересах, Кристина, о государстве. Пожалуйста, сделайте то, о чем я прошу.

Кристина… Он сбросил маску, назвал ее по имени, добавил «пожалуйста» и сжал ее пальчики – много ли надо, чтобы девичье сердце дрогнуло? И Кристина согласилась, запоздало сообразив, что сначала нужно было выяснить детали.

— Прекрасно! – Получив столь желанное «да», Арман снова стал прежним, то есть холодным и недосягаемым. – Тогда слушайте внимательно. Королева Маргарита любит музыку. Мне говорили, вы неплохо поете…

— Но недостаточно, чтобы покорить столь изысканный слух.

— Поверьте, — презрительно усмехнулся герцог и, не дойдя пары десятков шагов от входа, остановился, — большинство дам при дворе начисто лишены музыкального слуха. Ваших способностей хватит. Разумеется, если вы не стушуетесь.

Фраза прозвучала как вызов, и Кристина его приняла.

— Хорошо, — кивнула она, мысленно готовясь к встрече высоких особ, — положим, я покорю сердце королевы пением, что дальше?

— Просто наблюдать. Как видите, ничего сложного. А теперь приготовьтесь! – шепнул Арман и ворчливо добавил: — Надеюсь, директриса не обманула, и вы действительно преуспели в светских науках.

— Спросите у вашего друга, — одними губами ответила Кристина.

Она сама не знала, почему вдруг это сказано, просто там, в проходной комнате ей показалось, будто Арману не понравилось поведение Кира, то, как он близок и обходителен с чужой невестой. Хотелось немного позлить герцога. От него не убудет! И ведь угадала, пусть на краткий миг, но челюсти Армана плотно сжались. Неужели ревнует? Но думать об этом было некогда: перед дверьми сгустился туман, явив вышедшую из пламени портала королевскую чету.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Склонившись в почтительном реверансе, идеальном реверансе, как мысленно отметила девушка, Кристина из-под ресниц рассматривала властителей судеб Магрета. Они явились не одни – со свитой. Вот это сила! Положим, Адель умела перенести пятерых, но тут явно поработал портальщик классом выше.

Сначала на натертый до зеркального блеска паркетный пол ступил Конрад Альбертин. Лишь на мгновение от него отстала супруга – блистательная Маргарита. От ее наряда слепило глаза. Казалось, помолвку герцога посетило человеческое воплощение зимы. Королева облачилась в серебряную узорчатую парчу и белоснежный атлас, лишь на пару тонов холоднее ее волос. Голову Маргариты венчала бриллиантовая диадема. Немного разбавляли образ сапфирные серьги, крупные, грушевидные, разумеется, кристальной чистоты. Кристина гадала, какой магией владела ее величество. Лед напрашивался сам собой, но она не видела характерной вязи на руке, такой, как, к примеру, у Лайнела Имириса. Даже у Кристины имелась отметина льда, скромная, едва заметная закорючка на предплечье. Однако руки Маргариты были обнажены, если бы что-то такое было, девушка бы заметила.

Впрочем, блондинами и блондинками рождались не только маги льда, Кристина могла ошибиться.

Король тоже показался девушке интересным мужчиной. Он был старше супруги, примерно одного возраста с Арманом и даже отдаленно напоминал его: те же темные волосы, линия подбородка. Только вот скулы высокие, нос острее и глаза… Пожалуй, Кристина никогда прежде таких не встречала. От них пахло осенью. И не карие, и не зеленые, удивительные. Для визита Конрад выбрал золотисто-зеленую гамму, столь удачно сочетавшуюся с его внешностью. Она излучала тепло, но Кристина не обольщалась, блондинка Маргарита казалась добрее и приветливее его величества.

За королевской четой из портала вышел десяток богатого разодетых мужчин и женщин. Кристина догадывалась, среди них не только приближенные к трону, но и близкие родственники. Вон тот мужчина, к примеру, почти точная копия короля. Братьев у него нет, выходит, это один из его кузенов или и вовсе дядя.

— Рад тебя видеть! – сердечно приветствовал Конрад хозяина дома и дружеским хлопком по плечу понудил выпрямиться. – Хватит гнуть спину, лучше представь нам свою очаровательную невесту. Ваш жених, — теперь король обращался к обмершей от страха Кристине, — чрезвычайно скрытен, ни словом не обмолвился, что вы так прекрасны.

Однако воспитание Благородной школы сделало свое дело, девушка мгновенно нашла достойный ответ.

— Ваше величество льстит мне, — смущенно заметила она. – Я и вполовину не так хороша, как ее величество.

Кристина не покривила душой, королева Маргарита уродилась красавицей. С таких писали книжных героинь, посвящали стихи. Она казалась святой, снизошедшей на грешную землю. Поговаривали, именно красота будущей государыни сыграла решающую роль в выборе невесты, хотя и приданное за ней давали достойное. Не принцесса, всего лишь владетельная княжна, старшая дочь правителя суверенной области Валхия на юге Тесии – лакомого кусочка для Магрета. Сыновей у отца Маргариты не было, поэтому после его смерти Валхия отошла Конраду. Словом, практически идеальный союз, если бы в нем еще родились наследники. Злые языки шептались, что супруги редко делят ложе друг с другом, а в последнее время Маргарита и вовсе предпочитала спать в одиночестве.

— Не спорьте! — подала голос королева и протянула руку для поцелуя. – Нужно уметь принимать комплименты. Вы очаровательны!

«И бедна, — мысленно с горечью добавила Кристина. – Поэтому моя красота ничего не стоит. Не на рынке же мне ее продавать!» Однако вслух она, разумеется, ничего не сказала.

— Где вы откопали такое сокровище, Арман? – На правах супруги Конрада Маргарита тоже обращалась к герцогу по-свойски.

— Не поверите, в одной из Благородных школ, — включился в игру Арман.

Четверка сама собой разделилась на пары. Герцогу выпала честь первым вести под руку королеву, когда как Кристина оказалась бок о бок с королем. Сердце ее билось о ребра. Девушка предпочитала помалкивать и больше слушать. В конце концов, именно этого от нее и ждали: улыбаться, излучать гостеприимство и украшать прием своим присутствием. Зачастую жена – аксессуар, дополнение к мужу, а не самостоятельный человек.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 12.1

— Вы – и вдруг школа? – нахмурилась Маргарита и, не веря, покачала головой, отчего ее собранные на затылке локоны пришли в движение. – Вы же ненавидите подобные места! Стоп, — озарило ее, — так именно из-за прекрасных глаз своей невесты вы пропустили новолетный бал?

— Увы! – развел руками Арман.

Меньше всего на свете ему хотелось обсуждать обстоятельства своей помолвки, но отмалчиваться невежливо, приходилось на ходу сочинять романтичную историю, благо Маргарита любезно подсказывала все ее сюжетные повороты. Попутно герцог наблюдал за королевой. Он помнил задание Конрада, догадывался, тот отпустил жену за тем, чтобы Арман мог к ней приглядеться.

Ведьма или не ведьма? Творила ли она темные ритуалы?

Беглый осмотр ауры ответов не дал. Она горела ровным белым светом, как у любого чистокровного человека без задатков магии. Однако ничего не мешало королеве скрыть ее обманкой или щитом. Чтобы проверить, требовалось специальное вмешательство. По известным причинам прибегнуть к нему Арман не мог. Да и как, Маргарита бы почувствовала. Человека требовалось погрузить в сон или лишить сознания, иначе процедура вышла бы крайне болезненной. Вся надежда на Кристину. Вроде, она понравилась королеве, но пока для назначения фрейлиной этого мало, девушке придется постараться. В бальном зале полной девиц от четырнадцати до тридцати, кто жаждал занять место подле трона.

— Но вы так и не назвали имени вашей избранницы, — вклинился в разговор король и остановился.

Словно по команде, одновременно с ним встали все остальные.

Кристина заранее приготовилась к тому, как брезгливо вытянется лицо его величества. Ничего, во второй раз, после Лайнела, уже не страшно, да и ей не привыкать к пренебрежению.

Арман удивил, постарался выставить происхождение невесты в лучшем свете:

— Она из древнего обедневшего рода магов льда.

— Льда? – отчего-то удивился Конрад и совсем иначе, внимательно, заинтересованно осмотрел Кристину с головы до ног. – Увы, сейчас таковых осталось мало, хотя некогда Магрет славился целым ледяным полком. Вы уникальны, миледи, с чем вас и поздравляю. Вдвойне поздравляю, потому что род Рувелей тоже на особом счету, едва ли не самый уважаемый в королевстве. После Альбертинов, разумеется. Оставьте для меня второй танец…

Он вопросительно глянул на нее. Сначала девушка не поняла, чего от нее хотят, но потом спохватилась:

— Кристина, ваше величество, Кристина Имирис. И, разумеется, второй танец ваш.

В голове же вертелось: «Почему второй? Чем я прогневала короля?» А потом она догадалась: прием дают в честь помолвки, поэтому и первый танец принадлежит жениху.

— О, так вы племянница или кузина Лайнела! – наконец-то определив ее место в обществе, довольно кивнул Конрад. – Достойный выбор.

Ни герцог, ни его невеста не стали его разубеждать.

Специально для королевской четы установили глубокие кресла, где они могли бы отдыхать и принимать приветствия подданных. Однако сейчас они пустовали. Конрад предпочел пройтись, переброситься парой слов с членами Королевского и Магического советов, а Маргарита проводила время в обществе сестры Изольды. Повинуясь воле жениха, Кристина последовала за ней. Девушка не навязывалась, стояла чуть в стороне, внимательно прислушиваясь к разговорам, готовая в случае надобности поддержать беседу. Какая, в сущности, разница, в каком углу зала наслаждаться бокалом шампанского?

Музыканты уже настраивали инструменты. Совсем скоро с хоров польются плавные звуки, закружатся в танцах пары.

Кристина чуточку волновалась, поэтому и пила. И дело не только в королеве – она боялась перепутать шаги. Вдруг столичные танцы отличаются от тех, которые преподавали в школе? Мода могла поменяться, когда как программа обучения много лет оставалась прежней. Анук Мертье любила повторять, что принципы хорошего воспитания вечны и в изменениях не нуждаются.

Еще и король… С одной стороны, почетно, с другой – коленки трясутся.

Но пить много нельзя, и Кристина цедила один бокал целую вечность.

Маргарита оказалась не так проста. Сначала она показалась девушке милой и открытой, но теперь Кристина поменяла первоначальное мнение о ней. Королева оказалось истинной дочерью владетельного князя, надменной, гордой и неприступной. Когда требовалось, она надевала маску, но после ее снимала и пресекала любые попытки нарушить ее уединение. Маргарита нарочито не замечала придворных и разговаривала исключительно с сестрой. Вот с ней она была мила и улыбчива, когда как остальных окатывала ледяным душем. Хотя, может, дело в обычной самозащите? Кристина догадывалась, чтобы выжить в свете, ей тоже придется научиться морозить взглядом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 12.2

Изольда Ноэль, сиятельная леди Валхинская казалась полной противоположностью сестре, хотя унаследовала присущую всем аристократам надменность. Тоже блондинка, только чуть более теплого тона, кареглазая, она охотно и много смеялась, записывала все новых и новых кавалеров в свою бальную книжку. К сожалению, Изольда не унаследовала утонченной, практически идеальной красоты Маргариты, хотя назвать ее уродиной тоже язык не поворачивался. Лицо ее портил слишком большой рот, за что злые языки прозвали Изольду «леди Лягушкой». Не иначе, завидовали.

Сиятельная леди Валхинская перебралась в Магрет два года назад, устав от скуки родного гнезда. Возвращаться обратно она не собиралась, а после внезапной скоропостижной смерти отца и вовсе прописалась в Икреме.

Наблюдая за сестрами, Кристина все больше приходила к выводу, что действовать придется именно через Лягушку. Королева прекрасно видела невесту Армана, однако подзывать ее не собиралась. Уделила внимание, и хватит. Тем неожиданнее показался интерес, проявленный Маргаритой к Лайнелу Имирису. Тот подошел засвидетельствовать свое почтение и заработал в награду улыбку. Хм, похоже, для королевы не все аристократы одинаковы.

— Вот уж не думал, что вы приедете, ваше величество!

Лайнел почтительно склонился над рукой старшей сестры, затем точно так же поприветствовал младшую.

— Положение обязывает! – вздохнула королева, бросив на виконта томный взгляд из-под ресниц. – Хотя эти балы, приемы так утомляют! С удовольствием осталась бы во дворце, но не могла отказать супругу. Да и герцог не заслуживает подобной пощечины.

— Как вам его невеста?

Лайнел покосился на Кристину. Мог бы сделать вид, что ее не заметил! И после этого Кристина дурно воспитана!

Маргарита пожала плечами:

— Пока сложно сказать. Личико милое, на вид не дурочка. Бесприданница, насколько я поняла.

— Хуже! – понизил голос виконт и наклонился к замершей в предвкушении сплетни королеве. – Незаконнорожденная.

Взгляд Маргариты в ужасе метнулся на Кристину.

— Нет, теперь ее родители состоят в браке, но на момент рождения…

— А, это уже лучше, — успокоилась королева и скрыла лицо за веером. – Приличия соблюдены, а в остальном решать герцогу. У магов какие-то особые принципы выбора спутницы жизни, я в них ничего не смыслю. Но девушку при дворе приму. Слышите, Кристина?

Пальчик с идеальным маникюром поманил невесту герцога к себе. До сих пор не веря в свою удачу, Кристина приблизилась. А ведь она приготовилась к долгой осаде Изольды…

Милость королевы пришлась Лайнелу не по душе, но он промолчал, ограничился лишь брезгливой гримасой. Ничего, потерпит пару минут бедную родственницу, не растает.

— Познакомьтесь, это моя младшая сестра Изольда, — представила Леди Лягушку Маргарита и, обращаясь уже к ней, добавила: — Милая, помоги Кристине. Вы близки по возрасту, найдете общий язык.

При этом самой королеве было двадцать три года.

— Разумеется! — Изольда одарила Кристину лучезарной улыбкой. – Сделаю все, что в моих силах. Только замуж не выдам, потому как леди прекрасно справилась с этим сама. Милая Кристина, — она взяла ее за руку и отвела чуть в сторону от сестры, — когда же намечено торжество? И, заклинаю, дайте мне фамилию вашей портнихи! При дворе полно магов, но катастрофически не хватает людей, способных верно заложить вытачки. Увы, с моей грудью приходится быть вдвойне осторожной, чтобы не прослыть вульгарной.

Девушка смущенно закашлялась. Она не ожидала, что сестра королевы станет столь открыто обсуждать с ней достоинства и недостатки своей фигуры.

— Ну что вы, ваше сиятельство, ваше платье не идет ни в какое сравнение с моим!

Кристина говорила и краем глазом наблюдала за Маргаритой и Лайнелом. У нее закралось подозрение, что светловолосый виконт и есть причина бездетности королевы. Она явно с ним кокетничала, хотя, к чести дальнего родственника, он ее не поощрял.

— Красный – цвет смелых людей. Я сама такая, леди Кристина. Можете тоже звать меня просто леди Изольдой, ведь скоро вы станете третьей дамой королевства.

Явно не желая мешать старшей сестре, Изольда увлекла Кристину прочь. Она знакомила ее с самыми разными людьми и неизменно добавляла «моя подруга». Эта фраза как по волшебству меняла отношение к «выскочке». Те, кто еще недавно сверлили спину Кристины неприязненными взглядами, теперь напрашивались к ней на чай.

Наконец пришло время танцев. Время торжества или сокрушительного провала.

К тому времени Кристина вновь осталась одна: Изольда вернулась к королевской чете, заняла свое место в свите.

Глава 12.3

Хм, показалось или нет, Лайнел направился к сиятельной леди, намереваясь пригласить ее на танец. Рассмотреть точно Кристина не успела — к ее ногам легла корзина цветов. По традиции в день помолвки жених вручал ее избраннице перед первым совместным танцем в новом статусе. Надо же, любимые чайные розы! Девушка полагала, Арман закажет красные, а он потрудился выяснить ее предпочтения. Может, герцог не так уж плох? Кристина поблагодарила его за заботу улыбкой и, вручив Арману чуть подрагивавшую от волнения руку, вслед за ним вышла в центр зала.

Остальные гости тоже разбились на пары, выстроились полукругом, дожидаясь своей очереди порхнуть на паркет. Даже королю с королевой пришлось временно уступить пальму первенства герцогу и его невесте.

— Считайте, вы в школе, на очередном зимнем балу, — стремясь успокоить, шепнул на ухо Кристине Арман.

Не хватало еще, чтобы девушка споткнулась!

— В школе мне никогда бы не пришлось танцевать с королем, — возразила Кристина и, встав в начальную позицию, чуть склонила голову.

Герцог усмехнулся:

— Вы с ним и не танцуете. Пока.

— Но все впереди.

Девушка наградила его неожиданным озорным взглядом и тут же приняла серьезный вид.

Арман нахмурился, а затем улыбнулся. Она с ним заигрывала, провоцировала! Поразительно! Воистину, столичный воздух дурно влияет на серых мышек. Но такой Кристина нравилась ему больше. Подобную жену не стыдно показать. Прибавить к этому успех у сестер Валхийских, особенно у младшей. Арман был готов поспорить на что угодно, завтра же Кристину пригласят ко двору. Только бы с пользой! Увы, пока он ни на шаг не продвинулся с приказом короля и, что еще хуже, так и не выяснил имя незнакомца, поздравившего Кристину в ювелирной лавке. Герцог несколько раз спрашивал, невеста не узнала его среди гостей. То ли он не пришел, то ли, что более вероятно, тогда предстал под личиной.

Предположения Кристины оправдались – Лайнел закружил в танце Изольду. Между ними даже завязался оживленный разговор. Увы, слов не разобрать – слишком далеко. зато она точно слышала сказанное приглушенным шепотом: «На месте госпожи льда я бы не притрагивался к вину». Кристина повертела головой, пытаясь понять, кто это сказал. Вокруг столь пар, все кружатся…

«Я здесь», — голос повторился снова.

Запрокинув голову, Кристина едва не сбилась с шага. На люстре покачивался человек! Сначала она приняла его за живого, но потом поняла, перед ней призрак. Судя по одежде, не благородного сословия. К счастью, с руками и ногами, без дыры в груди, а то девушка бы лишилась чувств.

— Не пей вина, магесса! – повторил он и растворился в воздухе, словно его и не было.

Кристина таки споткнулась и, замерев, провела ладонью по лбу. У нее галлюцинации, или призрак действительно существовал?

— Что случилось? – встревоженно поинтересовался Арман.

— Ничего, просто душно.

Кристина улыбнулась и снова положила ладонь на его плечо. Девушка решила не рассказывать о видении: герцог еще посмеется. А вот к совету она прислушается. Мертвые порой знают больше живых.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Раз-два-три. Раз-два-три.

Ноги заученно повторяли рисунок танца, а из головы никак не шли слова призрака. Кто он, почему решил ее предупредить? И, самое главное, кто желал ее смерти? Или не ее?

Кристина из-под опущенных ресниц посматривала на жениха. Если кому-нибудь и понадобилось избавиться от нее, лучшей кандидатуры не найдешь. Разве что… Ей прежде не приходило в голову, но у Армана наверняка имелась любовница, а то и некие матримониальные договоренности. Учитывая его положение в обществе, несостоявшаяся невеста знатна и находится в этом зале. Которая из них?

Взгляд метнулся по сторонам, по лицам величавых женщин. Каждая – как фарфоровая статуэтка, идеальна во всем. И только Кристина иная, живая…

По шее скатилась капелька пота.

Как же жарко и душно! Или просто страшно?

Девушка перевела взгляд на невозмутимого Армана и задумалась. Да, герцогу выгодна ее смерть, но еще больше дивидендов она бы принесла неведомой леди. Соперница понятия не имела о проклятии, видела в Кристине удачливую выскочку, которая увела из-под носа ценный приз. Безусловно, ради такого можно подкупить слуг и смешать вино с ядом.

— Вы чрезвычайно задумчивы, — прервав молчание, заметил Арман.

— Готовлюсь к танцу с его величеством, — соврала Кристина.

Признаться, увлеченная новыми переживаниями, она успела о нем забыть. А ведь музыка скоро смолкнет.

— Пустое! – отмахнулся от ее страхов герцог. – Вас неплохо выдрессировали.

— Выдрессировали? – подняла брови девушка. – Милорд путает меня с собачкой?

Арман промолчал, но выражение его лица подсказало, именно так он и думал.

Пальцы Кристины впились в ткань фрачного сюртука. Если бы могла, она бы оставила на спине жениха глубокие царапины. Пусть в Благородной школе не раз повторяли, что задача супруги – украшать жизнь мужа, ни одна воспитанница себя деталью интерьера не считала. Они притворялись, подстраивались под мужчин, но не более. У каждой имелся дар, иногда немаленький. И не их вина, что умная, самостоятельная жена считалась чем-то вроде чумы, от которой нужно было скорее избавиться.

— Знаете, — Кристина решила немного подразнить жениха, — после того, как мы разъедемся, я наконец начну собственное дело. Да, — сверкнула глазами она в ответ на многозначительное хмыканье, — ваши деньги мне очень пригодятся. Поступлю в академию, а если не выйдет, стану брать частные уроки. Вашу фамилию не запятнаю, не бойтесь, назовусь девичьей. Получу диплом, займусь частной практикой. Я пока еще не придумала какой, но уж точно не стану просиживать диваны за разговорами о погоде и природе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 13.1

— А вы амбициозны!

Танец закончился, но Арман не спешил выпускать руку партнерши. Они стояли друг против друга, словно не замечая никого вокруг. Лицо Кристины раскраснелось, глаза сияли, грудь вздымалась от частого дыхания. Герцог поймал себя на мысли, что в гневе она привлекательна. Стоило переодеть замухрышку в нормальное платье, причесать, и случилось чудо.

— Какая есть! – окончательно позабыв о приличиях, огрызнулась Кристина и вырвала руку. – Директриса солгала вам про мои отметки, я никогда в отличницах не ходила.

— К счастью.

Ответ герцога удивил. Позабыв о былом гневе, Кристина во все глаза уставилась на нее. А как же?.. Он ведь сам сетовал, что ему досталась невеста сомнительных достоинств.

— Представляю отличниц вашей школы! – страдальчески закатил глаза Арман. – Скучные до зубовного скрежета девицы, которые, как вы выразились, просиживают диваны.

Изумление девушки только множилось. Перед ней стоял совсем другой Арман Рувель – прежний бы не снизошел до нее и уж точно не вел себя как обычный человек. А тут герцог саркастически подтрунивает над канонами воспитания невест и даже – немыслимо! – делает ей комплименты. Пусть не прямым текстом, но Кристина уловила противопоставление ее прочим девушкам.

Однако обстоятельства не позволили новому Арману Рувелю раскрыться. Краем глаза уловив приближение короля, он принял прежний скучающий чуть надменный вид.

— Только обручились, а уже успели поссориться!

Конрад отечески погрозил обоим пальцем и напомнил об обещанном танце:

— Увы, Арман, я вынужден похитить вашу невесту. Обещаю вернуть в целости и сохранности!

Рассмеявшись собственной шутке, король занял место герцога подле Кристины. Сердце той снова пришло в движение. Если и дальше так пойдет, к концу приема девушка рисковала упасть в обморок и вовсе не тщательно спланированный, которому обучали на занятиях. Да-да, вовремя лишиться чувств – целое искусство и опасное оружие в борьбе за свое счастье. Хочешь привязать мужчину или, наоборот, не хочешь отвечать на неудобный вопрос – обморок к твоим услугам.

— Не надо бояться! – заметив, как снова побледнели ее щеки, тепло улыбнулся король. – Я совсем не страшный. Разве только для врагов.

— В таком случае я предпочла бы навсегда остаться вашим другом, ваше величество.

Она смогла! Госпожа Сукрен бы ей гордилась. Конрад тоже оценил комплимент и, поцеловав воздух над ее рукой, заверил, с женщинами он не воюет, особенно такими прекрасными. Однако мысли монарха были заняты другой женщиной – собственной женой. Он пристально следил за Маргаритой и мысленно довольно кивнул, когда ее пригласил Арман. Со стороны все выглядело логично: король танцует с хозяйкой вечера, королева – с хозяином. Оставалось надеяться, герцог вскоре его порадует, развеет поселившиеся в душе сомнения. Не хотелось бы после четырех лет брака выяснить, что твоя супруга мечтает овдоветь, а то и вовсе темная ведьма.

Кир Соль любил появляться в самый разгар бала или обеда. Не потому, что хотел привлечь к себе внимание – наоборот, он его сторонился. И уж точно не потому, что проявлял неуважение к хозяевам. Некроманта интересовали люди, реальные, под маской, и он пользовался возможностью понаблюдать за ними со стороны, пока они старательно разыгрывали роли перед партнерами. Вот и теперь Кир не спешил входить, приглядываясь и принюхиваясь. Над его плечом реял знакомый Кристине призрак. Теперь он сделался практически прозрачным, напоминал оптическую иллюзию. Привлеченные даром некроманта, из стен и потолков высунулась еще парочка любопытных голов, даже замученные в подвалах прежнего замка узники притащились, шелестя призрачными кандалами.

Кир явился не с пустыми руками. В свете последних событий он полагал, обоим: и другу, и его невесте, — понадобится защита. Однако вручать дары прилюдно некромант не собирался. Потом, когда все разойдутся, и потухнут свечи.

Однако его уединение нарушили.

— Господин Соль?

Кир досадливо поморщился и обернулся на голос.

Призраки мгновенно испарились, будто их и не было.

Взаимная неприязнь при дворе не редкость. В Магическом совете дружба и вовсе практически не встречалась. Неудивительно, что Лайнел Имирис и Кир Соль относились друг к другу прохладно. Виконт и вовсе посматривал на оппонента свысока. Даже не дворянин, о чем тут говорить! Но внешне все соблюдали приличия, уважали магические возможности друг друга.

Глава 13.2

— О вас уже не раз спрашивали, а вы только приехали.

В голосе Лайнела читалось осуждение. Кир пропустил его мимо ушей. Собака лает, ветер носит.

— Дела, — ограничился он обтекаемым оправданием и перешел в атаку: — А что же вы, уважаемый виконт, не танцуете? Веселье в самом разгаре.

— Стар я уже, чтобы без передышки вальсировать до утра! – Губы Лайнела тронула улыбка, когда как глаза пытались рассмотреть, что прятал за спиной некромант. – Обязательные танцы я отдал, теперь гуляю. Вот думаю перекинуться в карты. Компанию не составите? За столом не хватает четвертого человека.

— Увы! – покачал головой Кир. – Я тоже уже стар для виста и пикета, предпочитаю танцы.

— Ну как хотите, — не стал настаивать Лайнел и скрылся в глубине дома.

Некромант проводил его задумчивым взглядом и, убрав коробочку в карман брюк, смирился с необходимостью развлекать местных красавиц. Раз обмолвился о танцах, придется танцевать. Кир никогда не слыл букой, но, как и всех, его порой посещала хандра. Вдобавок некромант понимал, сейчас, когда Арман окольцован, внимание кумушек переключится на него. Хвала Создательнице миров, экстравагантная внешность и отсутствие титула многих отпугивало, но не всех. Особо настойчивые старые девы мечтали взять его в оборот, спали и видели, как заставят мужа получить все подобающие привилегии.

Кристина потратила на танец с его величеством слишком много сил, ей слочно требовалось охладиться. Поэтому, воспользовавшись тем, что король отпустил ее, девушка поспешила к столу с напитками. Помимо них слуги приготовили горки с разнообразными легкими закусками, чтобы гости не захмелели.

И ведь только успела, едва увернулась от спешившего к ней явно с целью пригласить на танец кавалера. Вот ведь что делает внимание его величества! Еще недавно на Кристину смотрели косо, а теперь жаждали ее внимания.

Девушка потянулась к горке с бокалами шампанского, когда услышала за спиной насмешливый голос Изольды:

— Сбегаете, только обретя успех?

Улыбчивая сестра королевы приближалась к ней в компании сразу двух кавалеров: один по правую руку, другой по левую. Впереди Изольды плыл пряный аромат ее духов.

— Боюсь, я не привыкла к подобному вниманию, ваше сиятельство.

Кристина досадовала на Изольду. Не могла объявиться чуть позже! Сейчас опять придется практиковаться в светской беседе. Ни минуты покоя! В голову закралась заманчивая мысль: не сбежать ли? Кристина могла бы соврать, что у нее разболелась голова, скинуть туфли и в блаженстве растянуться на кровати. Мысль мелькнула и исчезла. Нельзя.

— Ах, я вас понимаю! – сочувственно вздохнула Изольда и щелкнула пальцами, указав сначала на себя, потом на Кристину.

Ее спутники, словно псы по команде, наперегонки кинулись к горке и подали дамам по бокалу с прохладным напитком. Самый прыткий заработал от сиятельной леди благодарную улыбку.

Кристина позавидовала ей. Так легко и просто вертеть мужчинами! Изольда будто не прилагала никаких усилий, только намекала и получала желаемое. А ведь Кристина симпатичнее. Или дело в происхождении? Ну конечно, Изольда не замужем, и ей тоже кое-что перепало после смерти отца. Вдобавок она сестра королевы – тут можно закрыть глаза на любые недостатки. Впрочем, Кристина убедилась, при живой, богатой мимике большой рот ничуть не портил собеседницу, через пару минут и вовсе о нем забываешь.

— Я вас понимаю, — повторила Изольда. – Когда-то я была на вашем месте. Не слишком красивая, совсем одна в чужой стране…

На лицо ее набежала тень. Замерев с бокалом в руке, сиятельная леди погрузилась в воспоминания. Воспользовавшись моментом, Кристина наклонилась, чтобы сделать глоток.

— Не смей!

Возникший из ниоткуда давешний призрак повис между ней и вожделенным напитком. От соприкосновения с ним по коже пробежал холодок. Больше от неожиданности, чем от испуга Кристина завизжала и выронила бокал. Он со звоном разлетелся на множество осколков, безнадежно испортив паркет и подол платья. Ладно, если только Кристины – на наряд Изольды тоже попала пара капель.

— Что с вами? – оторопело уставилась на нее сиятельная леди.

Неужели она не видела призрака? Вот он, никуда не делся, с осуждением смотрит на Кристину.

— Бокал… выскользнул.

Рассыпавших в извинениях, Кристина приказала все убрать. Пока она суетилась, дух куда-то подевался. Может, его действительно не было, все плод ее воображения?

Расталкивая гостей локтями, игнорируя злобное шипение и ледяные взгляды, к ним через весь зал пробирался Кир. Над его плечом вился тот самый призрак. Выходит, Кристине не показалось, он действительно существовал!

— Стойте, ваше сиятельство, не пейте!

Изольда замерла и медленно, все еще не понимая, что происходит, поставила бокал на столик. Оба ее кавалера, словно телохранители, замерли по бокам.

— Сейчас я все объясню, — заверил запыхавшийся некромант и, склонившись над фужером, провел над ним ладонью.

На поверхности напитка проступил непонятный узор, отдаленно напоминавший роспись мороза на окне. С каждой минутой он становился четче, пока не превратился в черную вязь, опутавшую бокал до самого дна.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 13.3

— Видите? — Кир торжествующе предъявил результат своей работы. – Смертельное проклятие.

Обескураженная Изольда перевела взгляд с некроманта на спутников, а потом непривычно властно рявкнула:

Кристина же стояла и ругала себя. Ее предупреждали, говорили не пить, а она! Но ведь речь шла о вине, а тут шампанское…

— Понятия не имею, но обязательно выясню. Нужно срочно проверить остальные бокалы. Предполагаю, они тоже заговорены на смерть: неизвестный не мог заранее знать, какой достанется жертве.

— То есть мне, — уточнила Изольда.

Она нервно сжимала веер. Губы сжались, на шее едва заметно подергивалась бледно-голубая жилка.

— Не факт, — обескуражил некромант. – Нам пока неизвестно имя жертвы. Ей мог оказаться кто угодно.

— Например, король, — мрачно продолжила Изольда и извинилась: — Простите, я должна уведомить сестру и зятя.

Кир кивнул и, вертя в пальцах ножку злополучного бокала, проводил взглядом стремительно удаляющуюся спину сиятельной леди. Затем обернулся к испуганной и растерянной Кристине, чтобы припечатать:

— Зачем вы это сделали?

Сначала девушка не поняла, о чем речь, решила, будто некромант обвинил ее в покушении на убийство, и пролепетала:

— Это не я!

— Конечно, не вы, — согласился Кир. – Тут не магия льда, а проклятие темное, обыкновенное. Вот Арман бы смог, если бы подтянул запретные знания, но, к всеобщему счастью, он предпочитает искоренять мрак, а не создавать его.

— Тогда кто?..

Горка с шампанским отныне виделась Кристине клубком ядовитых змей, и она отодвинулась от стола, для верности отступила еще на пару шагов.

— Не беспокойтесь, по воздуху проклятие не передается, — с легкой улыбкой прокомментировал ее движения некромант. – Это проклятие, — зачем-то уточнил он.

Вот зачем! Теперь Кристина не заснет, черная вязь станет мерещиться повсюду.

— Как оно называется?

Девушка сама не знала, зачем спросила. Право, не все ли равно?

— Железная хватка. От нее случается спазм дыхательного горла. Быстрая и гарантированная смерть.

Кир таки поставил бокал на стол и взял руки Кристины, успокаивая. Дрожащие прохладные ладони утонули в его шершавых от многочисленных ритуалов и экспериментов.

— Как хорошо, что ты оказался рядом!

Двусмысленную идиллию прервало появление Армана. Разумеется, ему уже доложили.

Некромант с видимой неохотой отпустил Кристину и развернулся к другу:

— И тебе доброго вечера!

— Да какой он добрый! – скривился герцог и мимоходом глянул на невесту. – Как чувствовал, что-нибудь да случится.

Кир усмехнулся и неожиданно подмигнул Кристине.

— И давно ты сделался мнительным?

— Да с тех пор, как…

Арман не договорил, но друг и так понял, речь о проклятом кольце.

— Надеюсь, — строго поинтересовался герцог у невесты, — вы не проглотили ни капли?

— Не успела. Меня… меня призрак предупредил.

Кристина полагала, Арман засыплет ее вопросами, но он лишь кивнул и развернулся к другу. Выходит, населявшие замок духи прошлого для него не секрет.

— Нужно в кратчайшие сроки установить автора проклятия. Сам понимаешь, дело серьезное, государственное.

Кир кивнул и сосредоточенно склонился над бокалом. Вынув из горки такой же, Арман подтвердил:

— Тоже проклят. Чары наложили на бутылку.

— Угу, — не отвлекаясь от работы, неразборчиво буркнул некромант.

Больше он не проронил ни слова, словно ушел в другие миры. А, может, так и было?

Герцог тоже не стоял без дела. Подхватив Кристину под руку, он повел ее прочь, велев излучать беззаботность:

— Мы должны замять инцидент, помогите мне.

— Нужно удержать их величеств, не позволить покинуть дом, — предположила девушка.

Она вдруг ощутила себя взрослой. Нет, Кристина и прежде не мыслила как ребенок, но теперь между прошлым и настоящим словно провели черту. На ее плечи легла совсем другая ответственность.

— Совершенно верно, — подтвердил ее догадку Арман. – Если король уйдет, преступник добился своего.

Только вот как повлиять на Конрада? Судя по тому, что он подозвал супругу, прием таки подошел к концу.

Кристина прикусила губу, задумалась, а потом попросила:

— Я попробую, только не мешайте!

Как там говорила госпожа Сукрен? Нужно ступать как лань, говорить как ручеек и восхищаться каждой мелочью. А еще убедить мужчину, что без него никак не справиться. Вот и у Кристины возник пустяшный вопрос, ответить на который может только король. Он ведь не откажет даме, уделит ей капельку внимания? Слово за слово, и острый момент миновал. Конрад увлечен беседой и позабыл о портале. И ведь получилось же! Спрашивается, почему госпожа Сукрен никогда Кристине «отлично» не ставила? Придиралась, не иначе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 14

Запахнув халат, Кристина поудобнее устроилась на полу перед дверью кабинета Армана. Ей тоже хотелось поучаствовать в обсуждении едва не разыгрывавшейся трагедии, но, увы, герцог четко дал понять: место его невесты в постели. И желательно за сотни миль от него.

Холодно – по полу гуляли сквозняки. Да и сам пол каменный, не деревянный, но, как там твердили мудрецы из книг, трудности закаляют. Опять-таки лед в крови помогал не схлопотать простуду, хотя, вопреки мнению обывателей, маги тоже болели и умирали. Даже те, кто владели даром холода.

Кристина выглядела нелепо – пышная прическа и халат. Она так торопилась, кое-как умылась, сняла бальное платье… и натолкнулась на закрытую дверь. Приятели заперлись в кабинете Армана и никого не желали пускать. Хотя нет, ради слуги с графином лафита сделали исключение, а вот пытавшуюся проскользнуть следом Кристину выставили. Но она упрямая, не уйдет.

Голосов почти не разобрать, сквозь замочную скважину видны лишь смутные силуэты. Кажется, Арман ходит по комнате, когда как Кир сидит. Ну да, он более спокойный. За то время, что Кристина провела в доме герцога, она убедилась, под холодностью и отстраненностью Армана скрывался бурный темперамент. Не хотела бы девушка оказаться в числе его врагов!

Прислонившись головой к двери, Кристина аккуратно вытянула ноги. Спать все равно не хотелось, посидит тут до утра. Заодно точно не пропустит ничего интересного: при всем желании друзья мимо нее не проскользнут.

— Сейчас, погоди секундочку! – неожиданно близко раздался голос Армана.

Запаниковав, Кристина поспешила подняться. Не хватало, чтобы ее застали на месте преступления! Увы, дверь отворилась прежде, чем она успела отпрянуть, и девушка ожидаемо полетела на пол.

— Что вы здесь делаете?

Грозная тень Армана нависла над потиравшей ушибленный локоть невестой.

— Сижу, — ответила она очевидное.

— Другого места не нашлось? – продолжал супить брови герцог.

Кристина развела руками. Отпираться бесполезно, даже младенцу понятно, что она подслушивала.

— Между прочим, вы сами виноваты, — мгновенно перешла в атаку Кристина, — выставили меня вон.

— И правильно сделал.

Сильные руки подхватили ее и подняли на ноги. Девушка мысленно поставила герцогу плюсик: не разрешил сидеть на холодном.

Халатик распахнулся, обнажив колени и часть бедра. Кристина сначала хотела поправить его, а потом поняла: вот он, вожделенный пропуск в кабинет. Призвав на помощь все свое кокетство, она плаксиво протянула:

— Вы меня совсем не лю-ю-юбите! Бросили одну в неведении.

И для верности намотала на палец потрепанный локон. Оставалось надеяться, получилось достаточно убедительно, хотя сама себе Кристина бы не поверила. Герцог, похоже, тоже, иначе зачем бы он стал скептически хмыкать? Зато обнаженная женская ножка ему явно понравилась. Арман не спешил выдворять нарушительницу спокойствия и пристально изучал открывшийся взору предмет. Щекам Кристины стало жарко. По коже пробежали мурашки. Прежде на нее так не смотрели, и это оказалось… Словом, Кристина быстро прошмыгнула в кабинет, подальше от опасного соседства с герцогом. Девушка устроилась в хозяйском кресле рядом с камином. Вряд ли оно стояло тут прежде, выходит, Арман его передвинул.

— Доброй ночи! – сконфуженно кивнула она Киру.

Некромант укоризненно покачала головой, но воздержался от комментариев. Ну да, зачем читать Кристине отповедь, когда у нее имеется жених.

Графин с лафитом наполовину опустел. Девушка поражалась, как после выпитого мужчины могли трезво мыслить. Она бы потеряла способность логически рассуждать уже от пары бокалов шампанского.

Разумеется, Арман не оставил ее выходку без внимания. Захлопнув дверь – нечего слугам подслушивать, а потом обсуждать на кухне, — он с самым мрачным видом уставился на Кристину и припечатал:

– Ваша наглость не знает границ!

Сидевший неподалеку Кир тихо рассмеялся и посоветовал:

— Удели девушке немного внимания. Она успокоится и быстро заснет.

Глава 14.1

Покрывшись пятнами, Кристина постаралась натянуть полы халата до пят. Право, стоило выбрать более пристойную одежду! Хотя, по мнению Кристины, все то, что полагалось носить по ночам леди, можно было назвать пристойным лишь с большой натяжкой.

— Я вовсе не за тем пришла!

Пусть щеки Кристины пылали, зато глаза метали молнии.

— Как вы вообще могли такое подумать?! – напустилась она на Кира. – Ладно, милорд, но вы!

Некромант предпочел проигнорировать ее возмущение. Откинувшись на спинку кресла, он сложил руки на груди, превратившись в молчаливого зрителя. Бросая на него гневные взгляды, Кристина покусывала губы, но стоило ей заметить, что дурная привычка привлекает внимание ко рту, перестала.

— Ну, и что же вы насчет меня нафантазировали? – убедившись, что продолжения гневной тирады не последует, с легкой усмешкой полюбопытствовал Арман.

Он по-прежнему стоял возле двери, но успел сменить выражение лица, вернув ему привычную безразличную холодность.

— В смысле? – не поняла Кристина.

Она внутренне торжествовала. Авантюра удалась, ее таки впустили. Тут главное продержаться первые минуты, пока раздражение не уляжется.

Осмелев, девушка скинула домашние туфли и подогнула под себя ноги, заодно халат подоткнула. Ну вот, теперь он точно предательски не распахнется. Пусть Кристина не голая, – этого еще не хватало! – но короткая кружевная сорочка на тонюсеньких бретелях больше открывала, чем закрывала.

— В прямом. Как вы там выразились? – Арман чуть сдвинул брови, припоминая точную формулировку. – «Как вы вообще могли такое подумать? Ладно, милорд, но вы!» Ваши слова?

Кристина медленно кивнула и на всякий случай тоже сложила руки на груди – как щитом отгородилась.

— Так и поясните, о чем таком подумал милорд, то есть я.

Однако он напрасно думал ее смутить. Кристина Имирис не зря регулярно получала замечания от учителей за острый язык.

— Увы, — она игриво дернула плечиком и стрельнула взглядом по лицу Армана, — я не способна проникнуть в мужские мысли. Ответьте себе сами, милорд.

Герцог издал странный звук, нечто среднее между стоном и рыком, и, повернувшись к другу, посетовал:

— Я с ней с ума сойду! Может, ведьма именно этого и добивалась?

— Вряд ли, — покачал головой некромант.

Кир сменил позу: сидеть с закинутой на колено ногой при даме неприлично. Заодно и руки положил просто на подлокотники.

— Простите, Кристина, — подумав еще немного, он извинился. — Я все неправильно понял. Просто вы явились в таком виде…

— Я торопилась, только и всего. Милорд не желал меня пускать, пришлось немного схитрить.

— Благородная школа во всей красе! – скривился Арман, ясно давая понять, это вовсе не комплимент.

Но и теперь ему не удалось задеть собеседницу.

— Хочешь жить – умей вертеться, — невозмутимо отозвала она. – Я попала в школу по конкурсу, из милости, и очень рано усвоила это правило.

Герцог не ответил, только раздраженно взмахнул рукой. Оставайтесь, мол, что с вами сделаешь!

Отогревшись и немного успокоившись, Кристина осмотрелась.

Кабинет Армана оказался самым обычным. Тут было все, что ожидаешь увидеть в подобной комнате богатого аристократа: дорогая мебель с кожаной обивкой, картины в позолоченных рамах, книжный шкаф, массивный стол. Немного выбивались из общей картины две детали. Во-первых, коллекция ножей, убранная в стеклянную витрину. Во-вторых, еще один стол, проще и шире письменного. Возле него как раз устроился Кир и временами нетерпеливо посматривал на пустую бутылку из-под шампанского. Хм, а рядом знакомый бокал! Кристина, конечно, могла ошибаться, но точно такой же подавали на приеме. Чуть в стороне плошка с какой-то жидкостью карминового цвета, склянки, порошки, спиртовка… Глаза Кристины заблестели. Безумно хотелось подойти и все потрогать. Как на уроке алхимии! Ничего подобного в Благородной школе святой Епифании, разумеется, не преподавали, но именно так себе девушка все и представляла. Не хватало только седовласого профессора и тянувших шеи из-за его спины учеников.

— Ступайте спать, Кристина!

Девушка сделала вид, что не расслышала Армана, и, обращаясь к Киру, поинтересовалась:

— Вы тут опыты проводите? Уже выяснили автора проклятия?

— Ступайте спать! – устав ждать, рявкнул герцог и направился к ней, чтобы силой выставить вон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 14.2

Однако Кристина оказалась проворнее. Она ловко разминулась с рассерженным Арманом и спряталась за креслом Кира.

— Нечестно выгонять меня после того, как разрешили войти.

Девушка сделала губы «уточкой» и стрельнула глазами по столу для опытов. В нос ударил характерный острый запах. У Кристины с непривычки закружилась голова, и она ухватилась за спинку кресла, чтобы не упасть. В кабинете не помешало бы проверить. Как маги до сих пор не задохнулись! Или с годами к подобному привыкаешь?

Сообразив, что ее пальцы оказались в опасной близости от шеи Кира, Кристина отдернула руку. Некромант-то не возражал, даже едва заметно улыбался. Не иначе обзавелся глазами на затылке! А вот Арману все это явно не нравилось. Его взгляд и прежде не излучал тепла, теперь и вовсе превратился в две острые льдинки.

— Что-то не припомню подобного разрешения.

Он шагнул к невесте и замер в паре метров. Глаза продолжали сверлить ее лицо; губы плотно сжались.

Тяжко вздохнув, Кристина бросилась в омут с головой. Может, другого шанса не представится, она должна сказать, чтобы потом с чистой совестью заявить: «Я пыталась, он сам не захотел».

— Послушайте, милорд, я очень стараюсь соответствовать вашим ожиданиям, но они больше подходят для вещи, а не для человека. Даже с директрисой моей школы я общалась теснее, чем с вами, знала о ней больше. Я не требую изливать передо мной душу, меня прекрасно устроят соседские отношения, но перестаньте прятаться от меня!

Брови герцога скептически поползли вверх.

— Я – и прячусь?

— Именно! – кивнула Кристина и, приободрившись, продолжила: — Вы не завтракаете и не ужинаете со мной, запираетесь в кабинете и вечно притворяетесь глухим. Ваш лакей удостаивается большего внимания, чем я, якобы ваша невеста. Не моя вина, что вас прокляли, милорд. Если на то пошло, меня тоже, потому что я здесь не по своей воле и не получаю ни капельки удовольствия от жизни в огромном доме и кучи платьев в гардеробной. И магических законов пять, я проверяла! – запальчиво добавила она.

Ей так много хотелось сказать, но рвавшиеся наружу эмоции не позволяли выстраивать слова в стройные цепочки предложений. Она хотела, чтобы Арман объяснил, почему готов разговаривать с ней исключительно в чужом присутствии, когда требовалось произвести хорошее впечатление. Чтобы он перестал смотреть на нее с презрением. Кристина ему ровным счетом ничего не сделала. Чтобы герцог разглядел в ней человека, а не объект для однократного деторождения. Но ему, видимо, это не нужно. Ему ничего не нужно, никто и ничто. Мракоходец несчастный! Хоть бы не вернулся из Сфарума, сделал Кристине подарок!

Кир, судя по всему, не лучше. Другой бы давно урезонил друга, вступился, а тот сидит, слушает, улыбается. Спрашивается, чему?

— Каких законов? – недоуменно моргнул Арман. – Причем тут магические законы?

— Как, — театрально округлила глаза Кристина, — вы успели забыть? Как можно! Не далее недели назад вы заперлись в этом кабинете. Я хотела войти, совершенно искренне заинтересовалась вашим занятием, а вы меня про несуществующий шестой закон спросили. Так вот их пять, и я никуда не уйду.

Девушка перевела дыхание и искоса глянула на Армана. Все же она рисковала, вела себя слишком дерзко с тем, от кого целиком и полностью зависела. Но накипело! В прошлый раз Кристина разрыдалась, теперь – рассердилась. Право, если обсуждение секретное, если опыты опасные, нужно так прямо и сказать. Но уж точно не молчать, когда Кристина спрашивает, можно ли ей войти, и неловко переминается с ноги на ногу перед запертой дверью. Слуги, они всегда ложатся позже хозяев, наверняка успели обсудить и пожалеть бедняжку. Или, наоборот, злорадно пришли к выводу, что так ей и надо.

— Однако это мой кабинет, и только мне решать, кого я желаю принять, а кого нет, — напомнил герцог.

— А с завтраком, обедом и ужином как? С любой попыткой завязать с вами беседу? – не унималась Кристина. – Тоже решаете, кто достоин, а кто обойдется? Не припомню в брачном контракте пункта, который бы это обговаривал.

Герцог устало потер переносицу и одним движением руки скрыл второй стол и его содержимое за переливчатой непрозрачной дымкой. Когда она рассеялась, там уже ничего не было, голая столешница с каплями красного воска. Кристина поймала себя на странной ассоциации – они напоминали ей кровь.

— Вы девочка, — нахмурился Арман, — сами должны понимать…

— Знаешь, это уже перебор! – оборвал его Кир и поднялся с кресла.

Некромант тоже насупил брови, но сердился не на Кристину – на друга. Девушке стало не по себе от его глаз, превратившихся в кровавые озера. Сглотнув, она даже подумала было, что Кир на самом деле оборотень и собирается перекинуться, но вовремя сообразила: во всем виновато освещение. Именно оно сыграло злую шутку с глазами альбиноса.

Пару минут друзья стояли друг против друга. Поединок взглядов затягивался, никто не желал отступать. Зеркальные позы, зеркально сдвинутые брови, даже морщинки на переносице.

– Хватит над ней издеваться! – наконец вновь заговорил Кир.

— Это надо мной все издеваются! – сердито буркнул герцог и демонстративно уселся в кресло у камина, спиной к присутствующим.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 14.3

— Ты как мальчишка! – укоризненно вздохнул некромант.

Он пересек кабинет и встал напротив каминной решетки, рискуя превратиться в живой факел от одной случайной искры.

— Она тебе нравится, Кир? – По губам Армана расплылась ухмылка. – Признайся, нравится. Ты грозился отбить у меня невесту… Что ж, если найдется способ снять проклятие, я любезно тебе ее отдам. По наследству, так сказать.

Некромант раздосадовано махнул рукой и вторично за последние полчаса извинился перед Кристиной, теперь уже за друга:

— На Армана возложена большая ответственность, он устает и злиться. Теперь же, когда некто пытался уничтожить то ли вас, то ли ее сиятельство…

В голове Кристине не укладывалось, будто ее смерть представляла для кого-то ценность. Да и зачем выбирать такой сложный способ, рисковать, когда можно подкупить слугу и банально задушить подушкой во сне. Переехать экипажем, отравить – способов довольно. Но на приеме в честь помолвки, рискуя жизнью короля… Стоп, сначала она пропустила этот момент мимо ушей, но теперь задумалась. Отчего Кир назвал только два имени потенциальных жертв? Бокал с той горки мог взять кто угодно. Кристина поделилась своими соображениями и получила ошеломительный ответ:

— Потому что проклятие было свежим, наложено буквально за пару минут до этого, и направлено на женщину. Безусловно, могли покушаться и на другую особу, но бокал ведь взяли вы и ее сиятельство.

Кристине вдруг стало зябко и неуютно. Обхватив себя руками, она мечтала переместиться ближе к огню, ощутить его живительное прикосновение к коже. Нет, Кристина не замерзла, то было другое – страх. Против него никакой дар не поможет.

— Ладно, — неохотно смилостивился Арман и резким, едва уловимым движением поднялся на ноги, — оставайтесь! Я, — короткий, снисходительный смешок, — дам вам шанс. Докажите, что девочки из Благородной школы годны на что-нибудь, кроме танцев и сплетен, и я стану с вами завтракать. Может, даже завтра возьму во дворец. Вам ведь, — он метнул на нее взгляд искусителя, — туда хочется?

Кристина кивнула и робко спросила:

— И про проклятие расскажите. Ну… — Она обернулась за помощью к Киру. – Как оно там называется?

— Железная хватка, — любезно подсказал некромант и, обращаясь к другу, тоном, не предполагающим возражений, не сказал, приказал: — Ты ей все расскажешь. Девочка имеет право. И она вовсе не дура, ручаюсь.

Арман недовольно засопел, а Кристина активно закивала. О, она станет самым благодарным слушателем! И поможет по мере своих скромных сил. Кстати о помощи…

— Меня предупредили о проклятии! – вспомнила Кристина. – Мы с Арманом, то есть, — мгновенно исправилась она, предвидя недовольство жениха, — танцевали, когда какой-то дух посоветовал не пить вина.

— И вы промолчали?! – взвился герцог.

Кристина вжалась в стол, испугавшись, что он на нее набросится. Право, что его так рассердило? Ее молчание? Так Арман бы обозвал ее фантазеркой, отмахнулся и посоветовал не портить прием. Не надо притворяться, будто ему дорога невеста.

— Между прочим, — язвительно продолжил герцог, — речь шла и о моей жизни. Мы повязаны, Кристина, наше существование. Если бы проклятие подействовало, я бы тоже отправился к праотцам.

Девушка потрясенно молчала, а потом попросила воды. Кир охотно уступил ей свое место и позвонил в колокольчик. Пока заспанный слуга ходил за водой, мужчины играли в гляделки. Создавалось впечатление, что Кир спрашивал друга, можно ли поведать Кристине некую тайну, а герцог все никак не мог определиться с ответом.

— Я бы не позволил вам умереть, — наконец заговорил некромант. – Вам обоим, — подчеркнул он. Меня тоже предупредили, сразу же, как я вошел в зал. Призрак дворецкого прадеда Армана. Только речь шла не о проклятии, а о яде. Им пропитали серебряный кубок Кристины.

Кристина растерянно посмотрела на Кира, а потом молчаливо обратилась за помощью к Арману. Тот снова превратился в само спокойствие, видимо, устыдился недавнего порыва.

— Да-да, — кивнул некромант, — я пропустил танцы по уважительной причине. Двум уважительным причинам, — улыбнулся он. – Первую звали леди Баттом. Арман поймет.

— О, — усмехнулся герцог и, пододвинув кресло, уселся между собеседниками, в непосредственной близости от Кристины, — знакомая личность! Черная вдова, охотница за женихами. На твоем месте я бы ее убил, весь Магрет бы сказал спасибо.

Брови Кристины в который раз за какие-то полчаса поползли вверх. Такого Армана она еще не видела. Оказывается, он умел смеяться. Черные, как Бездна, глаза потеплели, стали темно-карими, а в уголках глаз появились едва заметные, но такие милые морщинки. Подобного Армана Рувеля легко представить в окружении юных красавиц, кружащимся на балу, осыпающим дам комплиментами, однако знающим себе цену. В голову закралась мысль: вдруг он действительно такой, становится букой только рядом с Кристиной и нижестоящими.

— Увы! – развел руками Кир. – Я миролюбивый некромант. Но вернемся к нашему проклятию. Его наложили за те минуты, которые я отсутствовал в зале, то есть между первым и третьим танцем. Подозреваю, что духов специально отвлекли ядом, чтобы нанести настоящий удар.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А вот нечего таскать за собой призрачную армию! — Арман снова хмурился и постукивал костяшками пальцев по подлокотнику. – Если бы все не слетелись на твой зов, мы знали бы имя несостоявшегося убийцы.

Некромант повинно склонил голову. Ну да, любил он общаться с существами иного мира: с их помощью можно выяснить кучу чужих секретов.

— Зато я назову того, кто смазал кубок.

Кир сделал паузу, подняв градус нетерпения собравшихся до предела, и с торжествующим видом продолжил:

— Твой дворецкий.

Вчерашнее ночное бдение не прошло бесследно. Разглядывая себя в зеркало, Кристина вновь и вновь убеждалась, что никакая пудра и прочие уловки не сравнятся по действию с самым обычным сном. Между тем сегодня ей полагалось сиять: Арман сдержал слово и брал ее во дворец. «Пока безо всяких обязательств», — подчеркнул он.

Дом походил на разворошенный улей. Все только и шептались о пропаже дворецкого. Что с ним случилось на самом деле, знал только герцог. Ну, может, еще Кир – наверняка без него не обошлось. Даже Кристина пребывала в неведении. Прояснив детали происшествия и выявив первого виновного, жених отправил ее спать. Девушка не возражала, она и так многого добилась. К тому же допрос был неизменно связан с вещами, которые Кристина предпочла бы не видеть.

— Может, добавить румян?

Отступив на пару шагов, Хелена придирчиво оглядела госпожу. Та восседала в кресле, запахнувшись в пеньюар, и позевывала в кулак.

— Зачем? – пожала плечами Кристина. – Это всего лишь завтрак. Я бы и вовсе здесь поела, если бы не господин Соль. Он ведь заночевал здесь?

Хелена кивнула и, набив рот шпильками, продолжила колдовать над прической госпожи.

— Ну для кого ты стараешься? – тяжко вздохнула Кристина.

Продолжение реплики она не озвучила. Не сознаваться же перед горничной, что Арман к завтраку не выйдет (опять), а наряжаться для кого-либо еще смысла нет. Даже ради Кира.

Небрежение жениха задевало. С некоторых пор Кристине хотелось, чтобы он смотрел на нее так же, как на друга, чтобы улыбался ей, помогал. Сумел же подать руку в коридоре! Увы, на этом все и закончилось. Если бы не Кир, Арман выставил бы ее вон. И герцог еще обижался на правду, на то, что ему глубоко плевать на ее жизнь?

Кристина покачала головой и снова вздохнула. Может, не стоит и пытаться? Выполнит условия договора и отправится прожигать чужие деньги. Но ведь это неправильно. И, самое главное, Кристина не понимала, чем провинилась. Она, конечно, не без недостатков, но у Армана их явно больше. Однако девушка же его терпит, подружиться пытается. Или у него кто-то есть? Мысль неприятно обожгла. Кристина даже удивилась, представила жениха с другой и снова испытала те же чувства – будто кто-то водил по коже тупым ножом.

— Хелена, я знаю, ты тут недавно, но, может быть, слышала?..

Кристина не договорила и прикусила губу. Стыдно! Все стыдно, и ее мысли тоже. Арман имел полное право завести любовницу, невеста ему никто. Да и разве она богатая наследница, чтобы слагать в честь нее стихи, одаривать букетами? Еще примерив зеленый фартук, Кристина крепко усвоила, комплименты полагались только перспективным наследницам, всем остальным они доставались по остаточному принципу. Ну, или из корыстных и вполне тривиальных целей, не имевших никакого отношения к любви. К примеру, после того, как похвалил воротничок соседки, она охотнее даст списать задание. А за «Ты такая красавица!» позволит парню из Фатта украдкой поцеловать себя, пока преподаватели не заметили. А тут Арман Рувель! Ему точно не нужны ее домашнее задание и поцелуи. А Кристине? Она крепко задумалась. Хотелось бы ей ощутить вкус его губ? Не в форме формального поцелуя, больше напоминавшего выполнение норм этикета, а настоящий. Да, пожалуй. Хотя бы из вредности. Ведь она красивая, даже с этими кругами под глазами. Ох, нужно их как-нибудь замаскировать, иначе ее примут за подопечную некроманта. Но Хелена кудесница, справится. В ее руках Кристина неизменно превращалась в девушку без изъяна.

— О чем слышала, миледи?

Горничная закрепила шпильками небрежный пучок на голове госпожи и вновь обрела способность говорить.

— А, пустое! – смутилась Кристина.

Щеки ее покраснели. Ну вот, никаких румян не нужно.

— Скажите, я могила! – наседала Хелена.

Глаза ее горели, горничная едва ли не прыгала в предвкушении волнующей тайны.

— Я про герцога. Он кажется таким нелюдимым… В доме бывают гости?

Да, именно так. Кристина гордилась собой: она выбрала идеальную формулировку.

Хелена задумчиво закатила глаза, замерла на мгновение и протянула:

— Да кроме господина Соля никого. Вы бы с ним поосторожнее, миледи! – перейдя на шепот, посоветовала она. – Это, конечно, не мое дело, да и в сплетни я не верю, но люди злые…

— Что такое? – нахмурилась Кристина.

Она догадывалась, о чем речь. Ничего нового! В Благородной школе тоже чесали языками за спиной, а во дворце Маза – Кристина и вовсе чуждый элемент. Она сильно удивилась бы, если бы слуги относились к ней с одинаковым радушием.

— Ну, — Хелена сама была не рада, что подняла эту тему, — люди говорят… Дураки! Будто у вас с господином Солем роман. А еще будто Джейк вас застал и поэтому пропал.

— Как – пропал?

Глава 15.1

Кристина пропустила первую часть ее слов мимо ушей. Нелепица на нелепице! Хотя с точки зрения кухонных кумушек все логично. Преступление кто предотвратил – Кир. Кто яд заметил – Кир. Он его-де выдумал, чтобы несчастного дворецкого подставить. Только ради чего? Прекрасных глаз Кристины? Овчинка выделки не стоила. Зачем некроманту любовница с проблемами, когда к его услугам куча женщин без них, еще и при титулах?

— Так, — развела руками Хелена и потянулась за домашним платьем. – Якобы никто с вечера Джейка не видел. А, — улыбнулась она, — не берите в голову! Это все кухарка наша, старая дева. Заняться ей нечем, вот небылицы и выдумывает. Скучно ей жить, когда все честные и правильные. Не удивлюсь, если она подворовывает, поэтому в чужом глазу соринки ищет.

— Спасибо.

Кристина с обреченным видом поднялась, позволила себя одеть. Ладно, хочется Хелене повозиться с живой куклой, пусть. Ей же хуже: дважды за три часа барышню переодевать и причесывать.

— За что? – нахмурилась горничная, ловко, одну за другой, застегивая потайные пуговицы. – За гнусные сплетни? Я им не верю, так и знайте! Вы не такая, как другие леди: добрая, честная. И господин Соль тоже на распутника не похож, не из тех, кто к чужим женам бегает. Вот, помню, прошлая моя хозяйка…

И Хелена ударилась в воспоминания. Кристина слушала в пол-уха, занятая собственными мыслями.

Дворецкий смазал ядом бокал, из которого, по традиции, невеста должна была выпить ровно в полночь после тоста почетного гостя за будущую семью. Для таких случаев неизменно подавалось красное вино. Отравитель это учел, подобрал яд, который не отражался на цвете и запахе напитка. Откуда он его взял? Вдруг отраву передала Джейку та же кухарка? Кристине стало не по себе. Есть резко расхотелось.

Сплетни сплетнями, но вдруг они не пустое? Задался же кто-то целью разрушить матримониальные планы Армана. Не вышло опосредованно его убить, так злодей надумал прервать род Рувелей иным способом. Пока Кристина жива, герцог не мог жениться на другой. Однако вдруг бы он разорвал помолвку, услышав о неверности невесты? Проклятие бы за такое не убило, Арман просто бы не оставил законных наследников. Воистину, спасибо Хелене, все нужно проверить. Может, кухарка действительно просто злобная старая дева, а, может, чей-то агент.

— Вот такие барышни бывают, — тем временем закончила свой рассказ горничная и, мельком глянув на часы, всплеснула руками. – Совсем мы с вами заболтались, госпожа, завтрак уже стынет!

Кристина спускалась в столовую без особого настроения. Ее по-прежнему обуревали мысли о сообщнике дворецкого. Да и куда он пропал? Убили? Задумай Кристина преступление, она именно так и поступила бы, чтобы Джейк ее не выдал.

Поделиться бы всеми соображениями с Арманом! Но, увы, придется подождать. Сколько, одному герцогу известно. Кристина не могла предвидеть, когда он соизволит ее выслушать.

Однако в столовой девушку поджидал сюрприз – Арман, повязав салфетку за ворот рубашки, о чем-то вполголоса спорил с Киром. При виде Кристины мужчины дружно замолчали.

— Вы становитесь женщиной! – скептически осмотрев невесту, с легкой усмешкой изрек герцог.

— В каком смысле? – не поняла Кристина.

Если это комплимент, то слишком замысловатый.

— Настоящие женщины всегда опаздывают. А вот я ценю точность.

Девушка кивнула: она учтет, и заняла свое место. Неслышно возникший за спиной слуга налил ей кофе и поставил накрытую крышкой тарелку. Завтракали во дворце Маза скромно, но обильно. Никакой красной рыбы или перепелов, на выбор: овсянка с изюмом, омлет с грибами. К ним можно было добавить свиных колбасок, яиц, сыра и тостов с разнообразными джемами. Мужчинам и вовсе принесли бобы в подливе – их желудки требовали более сытной пищи.

Наколов на вилку, кусочек омлета, Кристина покосилась на жениха. Сказать сейчас или лучше обождать? Вдруг все лишь девичьи фантазии?

— Вы что-то хотели?

Арман виском ощутил ее взгляд и сам вызвал на разговор.

— Да так… Мелочь.

— Из мелочей складывается великое, — философски замети Кир. – Полагаю, вы вряд ли хотите посоветоваться с нами насчет цвета вашего нового платья.

— Нет, конечно! – возмутилась Кристина. – Новые платья мне не нужны, старых хватает. Или при дворе считается дурным тоном носить одно и то же больше пары часов подряд?

Арман улыбнулся, едва заметно, но все же. Ей удалось его рассмешить. Герцог выглядел усталым. Судя по всему, этой ночью он и вовсе не ложился. Ему бы отоспаться, а не расшаркиваться перед королем и королевой. Разумеется, Кристина оставила мысли при себе и коротко, без эмоций поведала о своих соображениях насчет слуг.

— Интересно, как созвучны наши мысли! – неожиданно поддержал ее герцог. А ведь она думала – подымет на смех. – Будем надеяться, Джейк разговорится. Сейчас он в руках правосудия. Я не палач, миледи, не замуровал бедолагу в подвале. Хотя очень бы хотел, — чуть помедлив, мрачно добавил Арман.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 15.2

Пальцы смяли салфетку.

Джейк служил в его доме без малого десять лет – и вдруг преступник.

Допрос по горячим следам ни к чему не привел. Дворецкий стойко молчал и не выдавал сообщников. В том, что они имелись, герцог не сомневался.

И порядок на кухне он наведет, подрежет слишком длинные языки.

— Занятный способ убийства выбрали, не находишь? – в разговор вступил Кир.

Из всех собравшихся за завтраком он сохранял спокойствие, с аппетитом поглощал все новые и новые блюда.

— То есть? – повернулся к нему Арман.

— Кому-то очень хотелось убить тебя, и он выбрал в качестве жертвы Кристину. Подобраться к тебе тяжело, да ты бы почуял проклятие, амулет среагировал на яд – много чего. Она же не искушена в магии, беззащитна перед чужим воздействием. Без обид, — некромант виновато улыбнулся, покосившись на Кристину, — но вы легкая жертва.

— Да какие тут обиды! – усмехнулась она. – И я тоже считаю, что покушались на…

Кристина запнулась, но все же договорила:

— … на Армана.

Герцог не возмутился, значит, все правильно, она имела право на фамильярное обращение.

— И вновь поразительное единодушие! – рассмеялся Арман. – Сдается, подобный привет мне передал старый знакомый из Магического совета. Жаль, мы так и не установили его личность.

Кристина виновато потупилась. Если бы она была внимательнее… Да что теперь говорить!

Первым откланялся Кир, пообещав к вечеру прислать другу нового, проверенного дворецкого. Потом пришло время и хозяевам подняться из-за стола. Время поджимало, до визита во дворец Арману требовалось написать пару писем, а Кристине – снова переодеться.

Беседовать с Конрадом герцогу решительно не хотелось, но у подданных не спрашивают согласия. Придется твердить одно и то же: пока ничего, постараюсь, слежу. Оставалось надеяться, Кристина заметит за королевой какие-нибудь странности. Она достаточно умна и наблюдательна, вовсе не безликая «серая мышь» из Благородной школы, которой казалась сначала. Да и внешне сильно изменилась, пообтесалась в столице. Стоило ее приодеть, как Кристина превратилась в аристократку, даже спину держала прямо, двигалась плавно. Или он прежде не замечал? Пожалуй. До сегодняшней ночи Арман воспринимал Кристину как бездушный предмет, бабушкино наследство, от которого хочется избавиться, но нельзя выбросить. А тут он внезапно осознал: перед ним женщина, симпатичная и в меру умная, ровно настолько, чтобы не раздражать своей ученостью.

Кир не солгал, именитые маги на каретах не ездили. Коротко объяснив, как себя вести, о чем можно говорить, а о чем лучше умолчать, Арман перенес обоих в королевскую резиденцию.

Кристина нервничала и, наверное, раз десять поправила якобы сбившуюся меховую накидку. Герцог настоял, чтобы она накинула на платье что-нибудь теплое: «Возможно, вам придется сопровождать королеву на прогулке». Правильно ли она оделась, вдруг нарушила неписанное правило, затмив ее величество? Но ведь и выбрать слишком скромное платье тоже нельзя, сразу поползут шепотки…

— Да успокойтесь уже! – Заметив, что невеста в который раз теребит завязки накидки, Арман не больно ущипнул ее за руку. – Вы чудесно выглядите.

Кристина широко распахнула глаза, недоверчиво уставилась на него.

— Абсолютная правда. Северные женщины обычно обладают контрастной, броской внешностью, которая хороша без косметики. Вот если бы вы себя размалевали…

Девушка спрятала улыбку в уголках губ. Ох уж эти мужчины! Лучше им не знать, как создается «естественная красота»! Вот и Арман решил, будто она не накрашена, когда как Хелена потратила битый час, приводя ее лицо в порядок. Зато теперь следы усталости не заметны. Оставалось надеяться, что Кристине так же удастся скрыть восторг провинциалки, впервые оказавшейся во дворце. Напустив на себя равнодушный, чуть скучающий вид, девушка украдкой посматривала по сторонам. Сколько же людей! И все куда-то спешат. Правда, попадались и праздношатающиеся. Многие здоровались с герцогом и заодно с его невестой. Ее разглядывали с удивлением и интересом. Мол, откуда только взялась? Но Кристина не давала Арману поводов краснеть за себя, была одинаково приветлива со всеми.

Но больше чем количество людей, девушку поразили размеры помещений. Даже дворец герцогов Маза терялся на фоне королевского жилища, а ведь предки Армана знали толк в роскоши. Спокойной, камерной роскоши, если так можно выразиться.

Жутко не хватало Бернадет. Они бы укрылись в какой-нибудь нише и вдоволь пошушукались. Эх, подруга, как там она? Кристина обещала писать, но до сих пор не отправила ни словечка. Надо срочно исправиться, а то Бернадет с ума сходит, думает, Арман заживо замуровал ее в подвале. Ну да, тот прежний герцог, каким он виделся им на зимнем балу, мог бы. Новый… Кристина пока толком не поняла, но надеялась на милосердие.

— Значит, поможете мне? – шепотом поинтересовался герцог, когда они свернули на галерею, ведущую в покои королевы.

Арман намеревался оставить невесту там и вернуться в парадные залы. Конрад назначил ему официальную аудиенцию, значит, примет в рабочем, а не личном кабинете. Опять придется терпеть кислые рожи просителей в приемной, расшаркиваться с сановниками и делать вид, будто рад всем этим лордам из Королевского совета. Заодно неплохо бы заготовить легенду, зачем он понадобился его величеству, иначе стервятники тут же сунут любопытные клювы не в свое дело.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 15.3

Кристина кивнула. Ей вдруг овладела робость, каждый шаг давался с большим трудом. Напрасно Арман убеждал, что она понравилась обеим сестрам Ноэль, что никто ничего не заподозрит, девушка все равно жутко нервничала. Вдруг она опростоволосится, что-нибудь не то скажет? Тогда позор падет на род Рувелей – отныне, пусть еще и не официально, Кристина принадлежала к нему.

— Наблюдайте, подмечайте любые мелочи, — напутствовал герцог невесту и запустил в пещеру дракона.

Королева полулежала на подушках в Малой гостиной. В ее ногах устроилась белая кошка с розовым бантом. Маргарита толком не помнила, кто ее подарил, но избавляться от животного не стала. В минуты меланхолии животное даже помогало. Стоило прикоснуться к ее мягкой шубке, как тяжелые мысли отступали.

Изольда стояла у окна, читала какое-то письмо, беззвучно шевеля губами. Остальные придворные дамы занимались кто чем, отчаянно борясь со скукой. Одна по просьбе королевы читала вслух, две других играли в шашки. Немудрено, что все, будто по команде, обернулись на шум шагов.

— Святые небеса, вас послало само провидение!

Маргарита мгновенно оказалась на ногах и поспешила навстречу гостям. От былой неги не осталось и следа. Правда, ее радушие предназначалось исключительно Арману. Королева удостоила Кристину лишь коротким кивком. Прием по случаю помолвки закончен, незачем расточать улыбки девице с сомнительным прошлым и не менее сомнительным будущим.

Оказав королеве необходимые знаки внимания, герцог сдержанно поинтересовался, чем вызвано подобное воодушевление.

— Как же, — удивленно воззрела на него Маргарита, — преступник. Вы уже выяснили, кто пытался проклясть мою сестру? Мы все так напуганы, боимся сделать лишний шаг.

— Ты боишься, — не отрываясь от чтения, пробубнила Изольда. – Заперлась в четырех стенах, словно это кого-то остановит! Если кого-то хотят убить, достанут на том свете.

— Изольда! – возмущенно шикнула на нее венценосная сестра. – Вспомни о приличиях и, наконец, поздоровайся с герцогом!

Сиятельная леди пропустила ее слова мимо ушей. Пожалуй, только она во всем королевстве могла столь вольно вести себя в присутствии Маргариты.

— Уж простите ее, — извинилась перед Арманом королеве. – Бедняжка жутко напугана.

Напугана? Герцогу так не показалось. Изольда излучала спокойствие, когда как ее сестра суетилась, лебезила перед ним. Догадалась о пристальном интересе супруга к своей особе? Возможно. Тогда ее поведение оправдано: затаиться под видом страха за жизнь сестры и щебетать без умолку, всячески доказывать свою никчемность.

— К сожалению, пока нет, ваше величество, — подчеркнуто вежливо ответил Арман. – Но кое-какие подвижки уже есть.

— Надеюсь, вы скоро его найдете. Надоело сидеть взаперти! – пожаловалась Маргарита. – Такая чудесная погода! Но ведь там снег, вдруг его тоже заговорят?

Герцог не стал комментировать подобные глупости, лишь расставил акценты:

— Так это вы сами благоразумно решили воздержаться от прогулок?

— Нет, таково было решение супруга, — покачала головой королева. – Он настоятельно рекомендовал весь день провести на своей половине.

Судя по выражению ее лица, Маргариту подобное решение не радовало.

Арман нахмурился. Все окончательно запуталось. Еще минуту назад он практически не сомневался в темном прошлом королевы, а теперь она вновь превратилась в обычную изнывающую от безделья, а посему капризную женщину.

Герцог уже собирался откланяться, поручив Кристину заботам ее величества, когда Маргарита попросила разрешить возникший с сестрой спор насчет драконов:

— Изольда утверждает, будто они способны доживать до тысячи лет, а я склоняюсь к более скромным цифрам. Так как же?

— По-разному, — ушел от ответа Арман. Он не желал обидеть ни одну из сестер. – Зависит от конкретного ящера. К примеру, я видел того, кто застал становление династии Альбертинов. К сожалению, он скончался буквально пару лет назад.

— Действительно жаль, — эхом отозвалась королева и, спохватившись, указала гостям на свободные кресла.

— Как, неужели в Магрете обитают драконы?

Кристина крепилась, но не удержалась от дурацкого вопроса, о котором тут же пожалела. Ну кто ее за язык тянул? Посмотрела бы вечером в библиотеке.

— Разумеется. – Арман одарил ее укоризненным взглядом. — Вам ли, жительнице севера, не знать о Снежной гряде? Правда, сейчас драконов не осталось. Они причиняли слишком много хлопот.

«Как и вы мне», — хотелось добавить ему. Он просил Кристину помочь, а не выставлять напоказ недостатки своего образования.

Девушка вспыхнула. Стало жутко обидно. Вот зачем Арман так с ней? А ведь только нравиться начал… Чурбан бесчувственный! Но молча глотать прилюдное унижение она не собиралась.

— Мне, как жительнице севера, известно, что Снежная гряда не входит в состав королевства Магрет. Между ними — Ледяное море.

Формально гряда не относилась ни к одному государству: слишком уж тяжело до нее добраться! По воде никак, только по льду. А если вдруг не сгинешь во время жестокой пурги, не провалишься в трещину или полынью, не сойдешь с ума от бесконечной белизны много недель подряд, то наткнешься на безжизненный участок суши. Люди не драконы, они нуждались в зелени, плодородной почве и солнце, а не вечных рассветных сумерках.

— Хорошо, вы правы.

Арман не желал спорить и предпочел согласиться.

Кристина победоносно улыбнулась. Ну вот, теперь справедливость восстановлена, теперь на нее не станут снисходительно коситься.

— Однако, — герцог поднялся и с сожалением развел руками, — как бы мне не хотелось задержаться в вашем обществе, меня, увы, ждет его величество. Пожалуйста, примите под крыло мою невесту. Обещаю не злоупотреблять вашей добротой и забрать ее в кратчайшие сроки.

По лицу Маргариты скользнула тень. Она явно рассчитывала на приятное общество Армана, а не Кристины.

Глава 15.4

— Что ж, ступайте, герцог! Я не в силах вас удержать. Государственные дела важнее пустой болтовни.

После ухода Армана в гостиной воцарилась напряженная тишина. Кристина смотрела на придворных дам, они – на нее. Все это напоминало ее первые дни в школе, только вряд ли теперь ей выльют холодной воды за шиворот или подставят подножку.

— Ах, это вы!

Изольда наконец закончила чтение и проявила интерес к происходящему. Широкая улыбка сделала и ее без того большой рот огромным.

— Жених бросил вас в водоем к хищным рыбам, но я вас спасу, — пообещала сиятельная леди и, убрав письмо в потайной карман платья, поманила гостью на софу неподалеку от окна.

Кристина покорно пересела, надеясь не прогневать королеву. Но той, казалось, было все равно. Утратив всякий интерес к Кристине, она погрузилась в прежнюю прострацию.

— У сестры сплин, — по секрету поделилась Изольда. – Модная болезнь, которую обычные люди зовут ничегонеделаньем. Но сестрица малого того, что сама скучает, так еще и других принуждает, — пожаловалась она. – Между тем его величество не запретил, а всего лишь посоветовал никуда не ездить. И на сад его запрет точно не распространялся. Право, о каком порядке и королевской власти можно говорить, если и во дворце вдруг завелись убийцы? Да безопаснее места в Магрете не найдешь! Как, — глаза ее азартно блеснули, — составите мне компанию?

— С удовольствием, ваше сиятельство, если ее величество разрешит.

— Тогда идемте! — Изольда резво вскочила и потянула Кристину за руку к выходу. – Я достаточно взрослая, чтобы не интересоваться мнением сестры.

Девушка растерянно перевела взгляд на королеву. Нельзя же так! Только вот у Изольды на все было свое мнение, даже недовольный окрик сестры не смог ее остановить. Она напоминала птичку, наконец вырвавшуюся на свободу. Кристина стала ключиком, предлогом сбежать от всех.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вместо того, чтобы миновать анфиладу проходных комнат, Изольда потянула Кристину налево, в полутемный коридор, больше подошедший бы для какого-то старинного замка. В конце него брезжил свет – прямоугольник окна. Девушка не успела толком ничего разглядеть, когда сиятельная леди столь же стремительно, как все, что она сегодня делала, толкнула ее к стене и зажала рот рукой. Кристина не на шутку перепугалась, замычала, забарахталась.

— Да тише! – шикнула на нее Изольда и прислушалась.

Убедившись, что сестра королевы не спешит ее убить или передать в руки сообщников, Кристина немного успокоилась и тоже обратилась в слух.

Шаги. Быстрые, торопливые. Голоса. Кажется, один из них принадлежал Маргарите. Так и есть, она требовала найти «своевольную девчонку», то есть Изольду. И шаги, и голоса постепенно удалялись, пока наконец совсем не стихли.

— Моя сестра всегда мыслила стандартно.

Заметно повеселевшая Изольда отпустила спутницу и быстро зашагала дальше, к далекому окну. Кристине не оставалось ничего, кроме как последовать за ней.

— Ее клуши-фрейлины никогда сюда не заглянут, – не оборачиваясь, не удосужившись проверить, слушает ли ее невеста герцога или нет, продолжала Изольда. – Зато так можно легко и просто выбраться на волю.

— А почему здесь не ходят, ваше сиятельство? – осторожно поинтересовалась Кристина.

Вроде, леди Лягушка в хорошем расположении духа, но кто знает, вдруг она не оценит чрезмерное любопытство.

— Боятся, — презрительно усмехнулась Изольда и пояснила: — Некогда тут разгневанный супруг убил прелюбодеев. Поговаривают, будто их неприкаянные души поселились здесь и являются тем, у кого совесть не чиста. Сам понимаете, безгрешные придворные дамы – существа мифические, почти как вымершие драконы.

Хихикнув, сиятельная леди поспешила успокоить притихшую, уже совсем иначе смотревшую по сторонам Кристину:

— Выдумки все это! Да и если Лейлу Квартеронку действительно убили, но явно не здесь, а в старой опочивальне. Мы ее уже прошли. – Она махнула рукой, указав на одну из оставшихся за спиной дверей. – Единственное, чего следует опасаться, это пыли. Ее здесь порядочно: еще прошлая королева отказалась жить в душных старых помещениях, и для нее отремонтировали и обставили новые.

За разговорами они добрались до небольшой винтовой лестницы. Подобными пользовались слуги.

— Не побрезгуете? – Изольда покосилась на спутницу.

— Как можно! – патетично возмутилась Кристина – все, как учили. – Если сама сиятельная леди Валхинская…

— Хватит! – недовольно оборвала ее собеседница. – Терпеть не могу пустословие и лизоблюдов! Вы показались мне честной и открытой, леди Имирис, не заставляйте меня поменять мнение о вас.

— Не побрезгую, — испугавшись, скороговоркой ответила на прежний вопрос Кристина.

Изольда удовлетворенно кивнула, улыбнулась и первой поставила ногу на ступеньку.

Лестница привела их на первый этаж, в небольшой холл со скромной отделкой. Словно лучи, с трех сторон от него разбегались коридоры. Везде все то же приглушенное сочетание серого и бежевого камня.

Изольда выбрала правый коридор.

— Станут окликать, не оборачивайтесь и не останавливайтесь, — наставляла она. – На любые вопросы отвечайте молчанием.

Оказалось, им предстояло пройти через буфетную и миновать караулку. Кристина неукоснительно соблюдала инструкции, хотя все внутри нее сжималось от бряцанья оружия и очередного «Стой! Кто идет?» Однако никто не спешил их хватать, наоборот, все почтительно расступались, кланялись, признав Изольду.

После духоты жарко натопленных помещений зимний воздух пьянил. Кристина стояла на крыльце служебного входа и жадно вздыхала его. Жаль, нельзя, как в школе, поймать на язык снежинку!

Изольда, по ее словам, отправилась на разведку:

— Хочу взглянуть, добрались ли до сада эти клуши.

Глава 16.1

Сиятельная леди задерживалась, Кристина начинала замерзать. Отправляясь во дворец, она легкомысленно захватила лишь короткую накидку, полагая, что ей не придется много времени провести под открытым небом. Дар магии льда пусть и позволял не простудиться, все же не согревал, и Кристина решила пойти навстречу Изольде. Право, не станет же она ругаться! Да и глупо стоять истуканом, привлекая внимание, так их быстрее найдут.

Кристина запомнила, где скрылась сиятельная леди. Быстрым шагом миновав открытое пространство между крылом дворца и зеленой изгородью, она юркнула под арку из дикого винограда. Сейчас лозы пожухли, превратились в тонкие черные нити. Если бы не богатая шапка снега, смотрелось бы печально.

Памятуя о том, что их разыскивают, Кристина ступала осторожно, старалась, чтобы не хрустел наст под ногами. Куда же подевалась Изольда? Зимний сад хорошо просматривался, но она нигде не могла различить знакомого синего платья. Вдобавок Кристину беспокоило здоровье сиятельной леди. Если на девушке хотя бы накидка, Изольда не прихватила даже муфты. Что-то среди валхинцев не было магов льда, значит, воспаление легких неминуемо. Нужно срочно ее найти и поделиться накидкой, а еще лучше вернуться назад, одеться как следует и только тогда отправиться на прогулку.

Свернув на очередную дорожку, Кристина периферийным зрением уловила движение. Синий промельк исчез за шпалерой роз, и, поколебавшись, девушка свернула туда. Она не спешила на тот случай, если это не Изольда, а одна из фрейлин.

Не доходя до шпалеры нескольких шагов, Кристина замерла. Сквозь решетку побегов она видела беседку, а в ней – двух людей. Убедившись, что за ней не следят, Кристина, затаив дыхание, приблизилась, практически слилась воедино со шпалерой. Повезло ей, что цветы без шипов, иначе лицо невесты герцога Маза украсили царапины. Она по-прежнему различала далеко не все слова, зато узнала Изольду. Ее спина заслоняла собеседника – намеренно ли или случайно. Но предосторожности оказались тщетны: Кристина уже успела познакомиться с Лайнелом Имирисом. Она напрягла память и признала его голос.

— Он подтвердил, старый дракон мертв, — воодушевленно шептала Изольда, то и дело замирая, прислушиваясь. – Пора действовать, обнародовать завещание.

— Слишком рано! – возразил виконт. – Возникла маленькая проблема…

— Но не большая же! – нетерпеливо притопнула ногой сиятельная леди. – Сколько мне еще ждать, в качестве приживалки появляться везде тенью Маргариты?

— Терпение! – Кристина не видела, но догадывалась, дальний родственник улыбался. – Нам уже повезло, дракон мог умереть лет через двести. А проблему я решу, дайте мне месяц, не больше.

— Ловлю на слове! – неохотно смирившись, пробурчала Изольда. – Надеюсь, на этот раз вы меня не разочаруете.

Вместо ответа Лайнел поцеловал ей руку, а потом, тут Кристина ахнула, и вовсе запечатлел быстрый поцелуй на губах. Сомнений не было, парочку связывали не только деловые отношения. Хотя… Изольда на поцелуй не ответила. Возможно, она лишь позволяла себя любить в обмен на некие услуги. Хотя нет, мимолетно коснулась ладонью щеки и выдохнула:

— После! Я напишу, когда и где.

Спохватившись, Кристина сообразила, что то ли любовники, то ли деловые партнеры сейчас расстанутся и непременно ее заметят. От беседки до шпалеры рукой подать. Взгляд заметался по сторонам в поисках укрытия. Сарайчик с садовым инвентарем стал ее спасением. Кристина едва успела юркнуть за него, как мимо промелькнула знакомая синяя юбка. Ох, еще одна забота – объяснить, куда она пропала! Если Изольда догадается, что их с Лайнелом подслушивали, она явно не обрадуется. Выходит, нужно каким-то образом обогнать ее, хотя бы перехватить у арки, сделав вид, будто Кристина только-только отправилась на поиски. Легко сказать! Она понятия не имела, куда ведет та или иная дорожка. Однако время поджимало, и, убедившись, что Лайнел не последовал за Изольдой, Кристина выбралась из своего укрытия. Беседка действительно опустела, виконт ушел другим путем.

— Ладно, в случае чего скажу, что заблудилась, — вздохнула девушка. – Это наполовину правда.

Кристина отчаянно боролась с лабиринтом дорожек, которые так и норовили закончиться тупиком или слиться с другими. В итоге, отчаявшись опередить Изольду, выбраться кружным путем, девушка повернула обратно. Ее все равно хватились, ничего тут не поделаешь. Только вот где та самая тропинка, которая вела от шпалеры к фонтану в форме чаши? Следов на снегу столько, что не разберешь, где свои, а где чужие.

— Как, неужели герцог вас выгнал, и вы подались ко двору? – послышался едкий голос справа.

Кристина вздрогнула и прокусила язык от неожиданности. Лайнел!

Сердце замерло, а потом подпрыгнуло к горлу.

Неужели он выследил, неужели догадался?

Но ни один мускул на лице Кристины не дрогнул, когда она со светской улыбкой развернулась к родственнику и приветствовала его по всем правилам этикета. Виконт не ответил. Скрестив руки на груди, он продолжал посматривать на нее сверху вниз.

— Надеялись покорить всех своим вшивеньким даром? – Губы его сложились в презрительную гримасу. – И безуспешно, раз пытаетесь войти с заднего, а не с парадного входа.

— Я понятия не имею, за что вы так взъелись на меня, милорд.

— Вы позорите мою фамилию. Этого достаточно, — резко ответил Лайнел. –Как вы не понимаете, вы дочь слуги! Незаконнорожденная! Вас обучали только из милости или жалости, что, в сущности, одно и то же. Вы лишняя в столице. Герцог потешается над вами, а вы, дурочка, не замечаете. Или всерьез решили, будто он намерен жениться? О, — прошипел виконт, наклонившись к ее лицу, и ухватил девушку за руку, — я вам скажу, как все будет. Помолвка – способ досадить мне, бросить тень на фамилию Имирис. Вы же пару раз раздвинете под ним ноги, опьяненная сказками о скором бракосочетании, и отправитесь восвояси, рожать в дом матери. Именно так все и будет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ошарашенная Кристина молчала. Губы ее дрожали, глаза чесались от подступивших слез.

Злые, несправедливые слова! Только… только не будь проклятия, Арман поступил бы с ней именно так. Может, поэтому речь виконта так сильно ранила?

Лайнел оттолкнул ее и зашагал прочь. Кристина застыла на дорожке как вкопанная, глядя ему вслед. Здесь ее и обнаружила Изольда.

Глава 16.2

— Ах, вот вы где!

Сиятельная леди выглядела встревоженной, а не рассерженной – хоть какая-то радость!

— Я продрогла, пока вас искала, — пожаловалась Изольда и показала ей свои покрасневшие руки. – Идемте скорее под крышу греться! Нужно непременно выпить красного вина с пряностями. Няня всегда отпаивала нас им после долгих прогулок. Но кто вас обидел?

Только сейчас она заметила выражение лица спутницы.

— Никто, — отвернувшись, пробормотала Кристина.

Даже если бы она могла сказать, промолчала бы.

Но Изольда настаивала, и Кристине пришлось признаться, что она столкнулась с Лайнелом.

— О, не берите в голову! – Приобняв ее за плечи, сиятельная леди увлекла девушку к выходу из сада. – Виконт – чрезвычайно желчный тип, от него всем достается. Я сама выслушала не одно сомнительное замечание. А вы и вовсе идеальный объект для травли.

Может, сейчас прояснится, отчего с первой же минуты родственник проникся к Кристине стойкой неприязнью.

— Фамилия, — вздохнула Изольда. – Виконт помешан на чистоте крови, а вы… Не обижайтесь, но чистотой в вашем случаем и не пахло. Ладно, если бы родились с другой фамилией, но тоже Имирис – этого виконт не простит. Готовьтесь, он станет вечно вас задевать, даже когда вы станете Рувель. Зато вы всегда можете пожаловать герцогу. Уж при нем-то виконт будет шелковым!

Леди Лягушка хихикнула и прибавила шагу, потом и вовсе побежала. Она действительно продрогла, даже зубы стучали, но Изольда получила истинное удовольствие от их маленькой вылазки.

— Явилась! – не слишком любезно приветствовала сестру Маргарита.

Она уже не лежала, а сидела, пыталась читать.

Количество фрейлин в комнате значительно поубавилось. То ли у них нашлись более важные дела, чем скучать вместе с королевой, то ли их спугнуло ее дурное расположение духа.

— Грелку и горячего вина! – позвонив в колокольчик, распорядилась Изольда и со всего размаху плюхнулась в глубокое кресло.

— Ты похожа на деревенщину! – не унималась Маргарита. – Порядочные леди так не ходят и уж точно не бегают.

— Сойдемся на том, что я не порядочная, — огрызнулась младшая сестра.

Ее величество страдальчески закатила глаза, но продолжать перепалку при посторонних не стала. Вместо этого, отложив книгу, она обратила внимание на Кристину. Той пришлось выдержать самый настоящий допрос. Королева желала знать все: от любимого цвета до возраста, когда ее мать вышла замуж. Пусть Маргарита кивала, сдержанно улыбалась, Кристину не покидало ощущение, что ответы ее не устраивали. Может, стоило приврать, выдумать себе новую, яркую жизнь? Но уже поздно.

Если Маргарита живо, пусть и не вполне искренне интересовалась Кристиной, то ее сестра, казалось, забыла о ее существовании. Слуги принесли специальный ящичек с углями, накрыли его подушкой, подали вино, и Изольда погрузилась в собственные мысли.

— Вы не могли бы оказать мне небольшую услугу? – после очередного вопроса попросила королева. – Мои фрейлины бросили меня, по полу бродят сквозняки… Словом, принесите из моего будуара коробочку с кремом. Она на столике, с цветком на крышке.

— С радостью, ваше величество, если вы подскажете, как найти ваш будуар.

Кристине пришло расстаться с бокалом горячего вина и подняться. Поручение унизительное, с другой стороны, какой шанс выполнить поручение Армана! Девушка сумеет все осмотреть, не вызывая подозрений.

— Спросите у слуг, – Маргарита не пожелала вдаваться в подробности.

Что ж, пусть не обижается, если Кристина немного задержится.

Как только ей потребовалась помощь, дворец будто вымер. Отчаявшись встретить какого-нибудь слугу, Кристина двинулась наугад, отворяя двери каждой встречной комнаты. Так, в полном одиночестве, она наконец добралась до будуара. Как любая подобная комната, он примыкал к спальне, и, вот уж удача, дверь туда оказалась приоткрыта. Однако Кристина не спешила, первым делом подошла к столику. Чего здесь только не было! Голова кружилась от всевозможных флаконов и баночек. Казалось, на туалетном столике не осталось свободного пространства. Завороженная, Кристина склонилась над ним, не дыша, провела пальцами по резным крышечкам, затейливым флаконам духов. Всего этого у нее прежде не было. Тот же крем девушка делала сама по рецепту Бернадет. Они покупали жирную основу в аптеке и добавляли различные масла. Вот тебе заодно и духи. Адель позволяла изредка брать свои, для того же зимнего бала, но это все не то…

— Она и не заметит, — убеждала себя Кристина, а рука уже тянулась к розовому флакону.

Облако сладкого аромата укутало девушку, убаюкало в сахарных грезах. Ахнув, Кристина запоздало сообразила, что непременно попадется. Глупо рассчитывать, будто Маргарита не учует собственные духи. И как теперь быть? Постараться смыть аромат с кожи? Другого выхода нет.

Словно вор, Кристина проникла в ванную комнату и принялась с остервенением тереть шею. Не могла опробовать на запястье!

— Вы рискуете заработать экзему. На вашем месте я бы относился к нежной коже бережнее.

Кристина низко опустила голову, практически коснулась подбородком мраморной чаши раковины. Она боялась посмотреть в зеркало, увидеть отражение того, кто застал ее за постыдным занятием. Начать оправдываться? Жалко и не поможет. Король не дурак.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍После разговора с Арманом Конрад направился в спальню супруги в надежде обнаружить что-нибудь интересное, а наткнулся на Кристину. Звук льющейся воды его раздосадовал. Неужели Маргарита решила принять ванну? Он было собирался незаметно уйти, когда услышал приглушенные причитания. Некая девушка ругала себя, вероятно, полагая, что ее никто не слышит. Король нахмурился. Как она здесь очутилась? Воровка, шпионка или просто фрейлина, нечаянно измазавшая любимый платок госпожи? Однако встретить Кристину он определенно не ожидал.

Однако вечно стоять и молчать было невозможно.

— Ваше величество.

Пунцовая как рак, Кристина развернулась и присела в реверансе. Алые полосы доказательством вины горели на ее коже.

— Что вы здесь делаете?

Король не спешил поднимать ее и пристально разглядывал. Вряд ли герцог обручился бы с преступницей, но все же как она сюда попала?

— Я… Я… Я совершила ужасное, — не с первой попытки призналась девушка. – Ее величество послала меня за кремом, а я побрызгалась ее духами.

Морщинка на лбу Конрада разгладилась, и он от души рассмеялся.

— Духами! – несколько раз повторил король и взмахом руки позволил Кристине выпрямиться.

– О да, — давясь смешинками, заметил он, — это великое преступление! Настолько страшное, что я вас прощаю. Я вас не видел, вы меня тоже.

Не веря, что так легко отделалась, не переставая благодарить монарха за милосердие, Кристина бочком попятилась к выходу из ванной и мышкой проскользнула мимо Конрада. Минута – и дверь будуара хлопнула. Прижимая к груди крем, девушка оставила короля одного.

— Знакомый запах!

Королева даже не притронулась к баночке с кремом. Спрашивается, зачем посылать за ним, если на самом деле он не нужен.

— Какой, ваше величество?

Сердце упало в пятки, но Кристина старательно изображала саму невинность. На коже остались только базовые ноты, а их не так много. Практически все парфюмерные композиции создаются на одной и той же основе.

— Но простенький, — продолжила собственную мысль Маргарита и покосилась на сестру. Та невозмутимо отогревала пальцы чашкой чая. – Советую выбрать что-нибудь более оригинальное. Вам бы подошла тубероза.

— Спасибо, я учту, ваше величество.

Кристина с облегчением выдохнула. Опасность миновала.

Однако за время ее отсутствия в гостиной что-то изменилось. И эти взгляды… Королева слишком часто и слишком недружелюбно посматривала на Изольду. Та платила ей притаившейся в уголках губ торжествующей улыбкой.

Причина разлада между сестрами обнаружилась быстро. Устав играть в молчанку, Маргарита перешла в атаку. Она поднялась с дивана и остановилась против Изольды с требовательно вытянутой рукой:

— Не понимаю, о чем ты, — пожала плечами сиятельная леди и, забавно оттопырив мизинец, сделала еще один глоток обжигающего напитка.

— Перестань, тут полно свидетелей.

Королева обвела рукой гостиную.

— Свидетелей чего? Твоего дурного настроения или не менее дурного воспитания?

Не только Кристина удивилась столь дерзкому ответу. Фрейлины тоже охнули, укоризненно закачали головами.

Маргарита покраснела, глотнув воздух ртом, словно рыба. Кристина полагала, она влепит сестре пощечину, но королева оказалась мудрее, предпочла уладить конфликт наедине. Оправившись от первоначального удивления чужой дерзости, она отпустила фрейлин:

— Благодарю, ваши услуги мне больше не требуются.

Все – спокойно, сдержанно, с чисто королевским величием.

Придворные дамы по очереди присели в реверансе и с плохо скрываемой радостью разбрелись по дворцу. Сбылась мечта, они таки вырвались из клетки! Одна Кристина не спешила полюбоваться картинной галереей или насладиться роскошью парадных залов. Убедившись, что никто не застанет ее за постыдным занятием, она аккуратно присела на корточки, прильнув ухом к замочной скважине. Опасно? Безусловно. Изольда могла в любой момент позвать слугу, чтобы он убрал чайный поднос, а то и его величество заглянул бы проведать супругу, но упускать такой случай девушка не собиралась. Она и так опростоволосилась со спальней!

У Кристины быстро затекли ноги, однако она боялась пошевелиться, упустить хоть слово из увлекательного разговора. Начался он с категоричного и чрезвычайно эмоционального заявления королевы:

— Я никогда не дам своего согласия на брак!

— Разве оно мне требуется? – рассмеялась в ответ Изольда. – Это прерогатива старшей княжны, наследницы – сладко улыбаться тому, кому ее продаст отец. Хотя, по мне, Конрад не так уж плох, только староват. Или в постели совсем немощен? Когда вы в последний раз спали вместе, напомни? Два месяца назад? Немудрено, что ты злишься, сестренка. Я бы тоже на стену лезла, если бы так редко видела мужчину. Но такова плата за корону.

В гостиной воцарилось тяжелое молчание. Наконец Маргарита глухо спросила:

— Уж не хочешь ли ты сказать?..

— Разумеется, — беззаботно отозвалась Изольда.

Они будто поменялись ролями: старшая сестра стала младшей и наоборот. Во всяком случае, леди Лягушка вела себя слишком дерзко, как могла бы только королева.

— Но все вскроется! – в ужасе всплеснула руками Маргарита. – Будет скандал, несмываемый позор для Валхии!

— Не драматизируй! – отмахнулась от нее Изольда.

Теперь, когда Кристина таки рискнула сменить положение, села на пол, она видела часть комнаты.

— Я не наследница, на меня всем плевать. А ждать и стареть, пока твой муж пожелает вознаградить моей рукой какого-нибудь фаворита, я не собираюсь. Равно как уезжать из Магрета в захолустное княжество в качестве подходящей партии местного овдовевшего правителя.

Заложив руки за спину, королева прошлась по комнате. На лбу ее залегли глубокие морщины.

— И как давно ты больше не девушка?

— Достаточно давно, сестрица, и ни капельки не жалею.

— Но замуж ты за него не выйдешь, — упрямо повторила Маргарита, даже кулаки стиснула. – Прямо сейчас начинай думать, как станешь выкручиваться на брачном ложе. Я постараюсь как можно скорее найти подходящего жениха. Не хватало, чтобы ты еще забеременела!

Изольда фыркнула и закатила глаза. Во всей ее позе сквозило удивление глупостью сестры.

— Марго, люди давно придумали разные средства. Ты сама ими пользуешься. Будто я не знаю, что ты каждый день втираешь и пьешь, чтобы внезапный визит супруга не испортил твою фигуру.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 17.1

«Вот те новости!» – качая головой, пробормотала Кристина. Само провидение толкнуло ее подслушать сиятельных сестер! Зато теперь понятно, отчего у короля до сих пор нет наследника. Непонятно только, зачем это Маргарите. Конрад ведь разведется, женится вновь. Или?.. По спине стекла липкая капелька пота. Или Маргарита собиралась примерить вдовий наряд и стать полноправной правительницей.

Казалось, вместо крови по жилам циркулировал лед.

Правильнее немедленно встать и бежать без оглядки, пусть Арман сам со всем разбирается, но в роду Имирис трусих не водилось. Да и разве разумно подслушать половину и пропустить вторую?

События между тем набирали обороты.

— Раз уж мы заговорили о нравственности, сестра, — Изольда отодвинула чайный поднос и тоже встала, — то следила бы за собой. Только ленивый не шепчется о слюнях, которые ты пускаешь на Лайнела Имириса. Смотри, муж заметит!

— Это угроза или предупреждение?

Маргарита вновь стала прежней, холодной и самоуверенной.

Они стояли друг против друга, словно соревнуясь, кто первой отведет глаза.

— Тогда и я дам тебе один: всегда думай о последствиях. Особенно, когда столь открыто бегаешь на свидания с любовником. Сомневаюсь, что та простушка, с которой зачем-то обручился герцог Маза, соврет, будто вы играли в саду в салочки. Поэтому думай, думай, Изольда, потому что я останусь королевой, в худшем случае в качестве правительницы вернусь в Валхию, а вот ты потеряешь своего ненаглядного. Ну и деньги, крышу над головой тоже. Даже захудалый князек-вдовец не взглянет.

Краска сошла с лица Изольды. Плотно сжав губы, она метнула на сестру убийственный взгляд и кинулась к двери.

Мысли Кристины переполошно заметались. Куда деться, где спрятаться? Она не успевала сбежать, оставалось надеяться на удачу. Кристина едва успела отпрянуть к заброшенному коридору, прижаться к стене, когда, едва не задев ее, дверь гостиной с грохотом распахнулась, явив клокочущую от ярости Изольду.

Всего один взгляд в сторону…

Но сиятельная леди ничего вокруг не замечала, свернула направо. Когда стих яростный перестук ее каблучков, Кристина вытерла вспотевший от страха лоб и перевела дух.

Однако нужно скорее отсюда убираться. Кристина и так слышала достаточно. Но куда? Проскользнуть мимо открытой двери невозможно, а дожидаться, пока королева ее закроет, рискованно.

Пока Кристина решала, как же ей поступить, эхо разнесло под потолком шаги. Король! Как девушка могла о нем забыть? И он направлялся прямо сюда.

Поддавшись спонтанному решению, понимая, что Конрад все равно ее заметит, Кристина припустила к черной лестнице. Может, повезет, король не признает ее по спине.

— Эй, стойте! – понеслось след. – Немедленно остановитесь!

Но страх лишь подстегивал девушку. Она не помнила, как, задыхаясь, добралась до лестницы, как чуть ли не кубарем скатилась вниз и юркнула в один из коридоров. Там отдышалась, похлопала себя по щекам.

— Так, двигайся степенно, дыши ровно! – скомандовала себе Кристина.

Однако задерживаться тут нельзя. Король наверняка уже приказал слугам проверить заброшенное крыло. Нужно поскорее смешаться с толпой, а еще лучше разыскать Армана. И Кристина наугад побрела на шум голосов, старательно делая вид, что банально заблудилась.

Коридор вывел ее прямиком в лакейскую. Там уж девушке подсказали, как попасть в королевскую приемную, даже любезно вызвались проводить.

А ведь едва не попалась!

По пути к другой, уже парадной лестнице Кристина и ее спутник наткнулись на разыскивавших беглянку слуг. Судьба смилостивилась над девушкой: король не снабдил их ни описанием платья, ни какими-то особыми приметами таинственной девицы. Заверив, что никого подозрительного не встречала, Кристина благополучно разошлась с охотниками. «Вот уж съездила во дворец! – подумала она, медленно лавируя между стоящими, сбегающими или, наоборот, поднимавшимися по лестнице людьми. – На целый год бы злоключений хватило!»

Увы, Армана в приемной не оказалось. Королевский секретарь заверил, герцог ушел еще полчаса назад.

— Вы не знаете, куда? – пригорюнилась Кристина.

Лакей удалился по своим делам, а она совсем не ориентировалась во дворце. Вокруг чужие лица, напряженные, серьезные. У всех свои проблемы, сплошь государственного масштаба. Кристина здесь лишняя, недаром, стоило ей появиться, разговоры смолкли, все взгляды сразу обратились к ней. Знали ли эти господа, кто она? Возможно. Кристина представила, как выглядит со стороны. Созданный воображением образ не понравился – растерянный ребенок. Нужно срочно расправить плечи, поднять подбородок. Вы меня не любите? Плевать, я невеста Армана Рувеля.

— К сожалению, миледи, — развел руками секретарь и вернулся к своим делам. – Если вы еще что-то хотели…

— Нет, спасибо, — поблагодарила девушка и поспешила покинуть «гадюшник», как она мысленно нарекла приемную.

Арман нашел ее сам. Кристина просто шла по галерее и тут в просвете увидела его.

Сердце радостно затрепыхалось в груди. Прежде герцог вызывал только злость и досаду, а тут девушка с радостью подбежала к нему, едва ли на шее не повисла. И плевать на этикет, тут столько всего произошло!

Глава 17.2

— Разве вы не у королевы? – удивился Арман.

После непростого разговора с королем герцог немного задержался. Не по своей вине – обязанности члена Магического совета налагали некоторые обязательства. Вдобавок скоро выборы председателя, и Арман рассчитывал получить этот пост. В итоге пять минут разговора с одним, пять – с другими, и время пролетело незаметно. Жаль, только без толку. Может, пару сторонников герцог и приобрел, зато так и не продвинулся в деле таинственного мужчины из ювелирной лавки.

И вот торопился в покои Маргариты, чтобы успеть забрать невесту до очередной деловой встречи, а тут она сама едва ли не бросилась к нему в объятия. Совсем не похоже на Кристину! Неужели обнаружила очередную восковую куклу — больше, вроде, напугать ее нечем. А в том, что девушка напугана, Арман не сомневался.

— Нам нужно поговорить! – без предисловий выпалила Кристина и потянула жениха к оконной нише.

Любопытство герцога только усилилось, но он ничего спрашивать не стал, терпеливо последовал за невестой в указанном направлении.

— Мне нужно сказать вам три вещи. Все три неприятные, — на одном дыхании выпалила Кристина и, спохватившись, отпустила руку Армана.

Подумала и отступила на шаг, чтобы не сердить герцога. Случается, забыла ненадолго, что они чужие люди.

— Приятных я и не ждал, иначе не просил бы присмотреться к королеве. Ну!

Взгляд Армана буравил ее лицо, нервировал. Девушка мялась и не знала, с чего начать. В итоге отказалась от желания сократить рассказ до важных моментов и подробно описала все, что делала, видела и слышала.

— Так-так-так!

И без того темные глаза Армана окончательно слились со зрачком. Он задумчиво почесал подбородок, пару раз попеременно взглянул в окно и на невесту.

Кристина нервничала, хотя, казалось, куда еще больше! Герцог явно понимал больше, чем она, но не желал делиться сделанными выводами, ограничился пустым междометием. Нечестно, но кто такая Кристина, чтобы чего-то требовать?

— Вы оказали мне большую услугу, Кристина, — неожиданно поблагодарил Арман. – И не только мне – королю. Полагаю, он многого не знал о жене и ее родне.

— Поэтому и обыскивал ее спальню? Подозревал в измене? – живо уцепилась за его слова девушка.

— Мы во дворце, — напомнил о необходимости следить за языком герцог. – Хотя и за его пределами обсуждать венценосную чету не следует. Странно, что в Благородной школе подобному не учили. Так и тому, что нельзя брать чужие вещи без спроса, — он намекал на духи.

Кристина потупилась. Виновата, не поспоришь.

— Король вас точно не признал? Там, в коридоре.

— Точно! – закивала Кристина, хотя вовсе не была в этом уверена. Просто другой ответ жениха бы не устроил. – Я в тени стояла и очень быстро бежала.

— Полезное умение.

Сначала девушка решила: шутит, а то и вовсе издевается. Оказалось, нет.

— Какими духами пользуется ее величество?

Арман наклонился. Кристина от страха и неожиданности отпрянула, пришлось объяснить, он всего лишь пытался уловить запах.

— Лучше не надо! – пискнула девушка.

Она нанесла духи на шею и почти все смыла. Чтобы учуять запах, Арману придется практически коснуться ее кожи. Слишком интимно для жениха и невесты, связанных исключительно проклятием!

— Я не собираюсь вас насиловать, просто понюхаю, — нахмурился герцог. – В конце концов, мы обручены, и я имею право на некоторые вещи.

Он решительно надвигался, Кристина – отступала. Увы, свободное пространство за спиной быстро закончилось, девушка уперлась лопатками в стену. Пальцы в панике пошарили по сторонам, но ожидаемо не обнаружили путей к спасению. Смирившись с неизбежным, Кристина глубоко вздохнула и прикрыла глаза.

— Нюхайте!

— Вы случайно с поцелуем не перепутали? – усмехнулся Арман.

Поведение невесты изрядно его повеселило – единственная положительная эмоция за прошедшие дни.

Кристина промолчала, в напряжении покусывая губы. Напрасно она: от этого они припухли, сделались цвета спелой вишни. Другой бы воспользовался моментом, сорвал с ветки столь любезно предлагаемый плод, но Арман всегда поступал по-своему.

Девушка вздрогнула и задышала чаще, поверхностнее, ощутив прикосновение мужской ладони. Едва касаясь ее плеч, герцог потянул невесту к себе. Его дыхание обжигало, разбегалось волнами дрожи по коже. Кристина остро ощущала разделявшие их сантиметры, не поднимая век, чувствовала, как они сокращались. Все ближе и ближе, пока… Тут ее сердце пропустило удар, а ладони вспотели. Девушка сама толком не поняла, почему так остро, практически болезненно отреагировала на коснувшуюся шеи прядь волос Армана. Его дыхание на миг заглушило все звуки. Или это пульсация ее собственной крови в ушах?

Герцог не спешил, наслаждаясь моментом. Приятно завоевать крепость, даже если покорять ее не планировал. Может, он поторопился с данным Киру обещанием, и постель Кристины не будет такой уж холодной. Отсюда открывался неплохой вид, очень даже неплохой.

Чтобы еще больше смутить, подразнить девчонку, он позволил пальцам медленно скользнуть вниз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ммм, снова задержала дыхание, гордячка! Вот так, Арман Рувель всегда выигрывает. Но сейчас ему не до любовных развлечений, придется Кристине Имирис подождать до свадьбы.

Глава 17.3

— Я примерно понял, запомнил. – Герцог без малейшего сожаления выпрямился, отступил от жертвы. – Постараюсь купить вам похожие, чтобы ее величество ничего не заподозрила. И проблему с Лайнелом решу. Может, вы и не лучшая невеста в Магрете, но моя невеста, значит, виконту придется закрыть свой рот.

Минутное наваждение улетучилось, Кристина стала прежней и теперь во все глаза уставилась на Армана.

Она, наверное, ослышалась, он не мог обещать ее защитить.

— Что именно вам непонятно? – с привычным высокомерием уточнил герцог. – Или не устроила оценка своей особы?

— Да нет, меня все устраивает, — покачала головой девушка. – Впервые устраивает. Это-то и удивляет.

— Вот и славно, — удовлетворенно кивнул Арман и едко добавил: — Хотя меня тоже удивляет, что вы не закатили очередную истерику. Надеюсь, запас вашего терпения еще не исчерпан. У меня назначена встреча с ректором на час по полудню, после мы пообедаем в городе.

Пообедаем в городе! Пожалуй, стоило пережить покушение и выслушать гадкие слова дальнего родственника, чтобы это услышать. Арман Рувель перестал ее стыдиться, Арман Рувель снизошел до нее с вершин своих устоев! Хотя девушка догадывалась, обед предстоял деловой. Наверняка герцог жаждал услышать подробности насыщенного событиями утра.

— А сейчас вы оправите меня домой?

Ответ очевиден, Кристина спросила для порядка.

— Нет, — не переставал удивлять Арман. – Я возьму вас с собой в академию. Отныне по возможности вы всегда будете рядом. Не хочу сюрпризов. Напоминаю, наши жизни связаны, воздействуя на вас, можно уничтожить меня.

Девушка открыла и закрыла рот, нарочито равнодушно дернула плечиком. Мол, в академию, так в академию. Зато внутри нее все ликовало! Неужели хотя бы частично сбудется мечта, и она вскоре увидит стены места, в котором жаждала учиться?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 18

Кристина могла с закрытыми глазами в три часа ночи воспроизвести краткую справку об Академии магического познания. Некогда она даже сохранила листовку о наборе, выпавшую из чьего-то кармана. Видимо, кто-то из фаттцев попытал счастья и ни с чем вернулся обратно. Неудивительно, Благородную школу имени святой Епифании основали в дыре – нужно называть вещи своими именами. И покровительницу выбрали под стать, такую же занудную, правильную, чтобы у воспитанниц гарантированно не возникло посторонних мыслей в голове. Благочестие, послушание, умение стать украшением любого дома – вот и все, что им полагалось иметь. Академия в эту триаду явно не вписывалась.

И вот Кристина воочию видела стены своей мечты. Они произвели на нее неизгладимое впечатление. Камни буквально дышали историей. Задрав голову, девушка изучала барельефы с гербами факультетов, затейливые медные фигуры фантастических тварей, поддерживавших водостоки, запрокинув голову, считала химер на парапетах. Некогда их заменяли амбразуры – в силу обстоятельств, академии пришлось побывать и крепостью. Арман терпеливо ждал, пока она налюбуется. Странно для него. После покушения герцог неуловимо изменился. Не кардинально, но для таких глыб любые, пусть даже крошечные шаги – подвиг.

Арман перенес их к старым корпусам, выстроившимся в форме каре вокруг древнего донжона. Последний десятки раз перестраивали, расширяли, добавляли этажей, в итоге от фортификационной постройки почти ничего не осталось. Ныне в донжоне располагалось сердце академии – ректорат, канцелярия и прочие административные службы. Нижний этаж приспособили под актовый зал, а на втором проводили торжественные заседания.

— Нравится? – с усмешкой поинтересовался герцог.

Придерживая капюшон накидки, Кристина обернулась к нему. Щеки ее раскраснелись от морозца, глаза радостно блестели.

— Вы сюда хотели поступить?

Девушка кивнула. Не забыл. Сейчас напомнит, что это безумно тяжело, женщине – так особенно.

— И на какой факультет?

— На какой бы взяли, — смутившись, призналась Кристина. – Скорее всего, на бытовую: там конкурс меньше.

— Я спросил, куда бы вы хотели, а не куда бы вас взяли.

Пока невеста размышляла, неосознанно корча забавные рожицы, он огляделся, полной грудью вдохнул пропахший десятками разных запахов воздух. В академии он всегда особенный, не такой, как в городе. Арман успел по нему соскучиться. А ведь всего пару лет назад герцог заправлял тут всем… Он покачал головой, пряча горькую усмешку. Никому не нужен порядок, вот и выдумали, будто Арман Рувель слишком строг. Он справедлив и дотошен, не более. Дисциплина еще никому не вредила. Студенты часто путали академию с трактирами или имениями папенек, Арман всего лишь вправлял им мозги. И вот отныне он всего лишь почетный президент… Издевка, а не должность! Но Конрад напрасно надеялся, будто герцог перестанет радеть за академию, превратится в стороннего наблюдателя, захаживающего раз в год на торжественное заседание попечительского совета. Нынешнему ректору придется держать руку на пульсе, Арман не позволит ему расслабиться.

Собственно, герцог немного лукавил. Никакой встречи ему не назначили, он сам решил посетить бывшее место работы в час по полудню, даже внес в ежедневник. Первые недели нового года – лучшее время для проверки ведомостей, учебных планов и журналов поведения. Ректор мягок, слишком многое прощает. С одной стороны, его можно понять: кое-кто из нынешних студентов в родстве с королевской фамилией. Зато Арману Рувелю никто не мешал отчистить даже самых именитых учеников.

— Стихийной магии.

Герцог заморгал и недоуменно покосился на Кристину. Ах да, он спрашивал у нее про специальность… Тривиальный выбор для носительницы дара льда. Вот заодно его и проверят. Арман желал узнать потенциал невесты – это важно для будущего потомства. В том, что оно появится, он уже не сомневался.

— Я колебалась между алхимией и стихийной, — воодушевленно щебетала девушка. – Первая мне тоже интересна, но очень уж сложная.

— А стихийная магия, значит, легкая! – хмыкнул герцог.

Да если на то пошло, сложнее только темная магия, даже с порталами легче управиться, достаточно предельной точности и неукоснительного соблюдения инструкций.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 18.1

Кристина обиженно фыркнула и вместо ответа стянула перчатку.

— Ну же, ну! – умоляюще прошептала она.

Дар внутри заворочался, пришел в движение, тонкой голубой паутинкой проступил сквозь кожу. Кристина вытянула руку, напряглась и чуть не захлопала в ладоши от радости. Получилось! У ее ног образовался небольшой гладкий квадрат льда. Увы, на этом достижения девушки заканчивались, но не снежинками на стекле же герцога удивлять!

— Недурно.

Кристина насупилась и метнула на Армана молнии из-под ресниц. Она так старалась, а он – недурно?

— Вряд ли вы этим кого-нибудь здесь поразите, — не замечая ее недовольства, продолжил критиковать герцог. – Вдобавок усилия несоразмерны результаты. Вы ведь весь свой резерв потратили?

— Половину, — уже без былого энтузиазма пробормотала Кристина.

Радость ее начала угасать, пока не превратилась в ледышку наподобие той, у ее ног.

Арман прав, плохо. Но если бы ее учили!.. Увы, практическую магию в школе преподавали для галочки: будущей жене графа или барона она не потребуется.

— То есть меня бы не приняли? – упавшим голосом озвучила она то, что читалось между строк.

Яркая мечта рухнула, пронзив сердце острыми осколками.

Этак выйдет, что Кристине действительно безумно повезло стать невестой Армана.

— Я не был бы так категоричен, — неожиданно ободрил герцог, — хотя в числе первых в списках вы бы не оказались. Но при должном старании поступили бы. Идемте!

И он зашагал к донжону. Чуть помедлив, девушка последовала за ним.

В академии было непривычно тихо: сказывались объявленные до пятнадцатого числа каникулы. После дворы и коридоры вновь наполнялся голосами, пушистый снег притопчут. Начнется самая важная пора в жизни любого студента – сессия. Предэкзаменационная неделя миновала, осталась в прошлом году, отсеяв самых слабых. Теперь надлежало побороться за хорошие отметки по предметам, которые определяли будущую специализацию и срок обучения. В академии не тратили время на «троечников», они заканчивали курс на год раньше с соответствующей отметкой в дипломе. Остальных ожидали специальные факультативы и усиленное изучение специализации.

Но полностью академия никогда не вымирала, даже летом. Всегда находились те, кто в силу разных причин не желал возвращаться домой, либо обивал пороги деканатов со слезными просьбами пересдать тот или иной предмет предэкзаменационной недели. Вот и сейчас заснеженный квадрат центрального двора быстрыми перебежками, уворачиваясь от снежков, направляемых умелой рукой товарищей из укрытия, периодически пересекали студенты. Ни одной девушки, сплошь молодые люди. Те, что постарше, при виде Армана притормаживали, почтительно здоровались, но новая поросль его в качестве ректора не застала и должным уважением не прониклась. Немудрено, что один из снежков в итоге угодил в спину Кристины. И если бы просто угодил – с обидным комментарием, сопровождаемым свистом: «Вали к мамке, раззява!»

Арман среагировал мгновенно. Не успела Кристина отряхнуть накидку, как снежный вихрь закрутил, поднял в воздух хулиганов и швырнул под ноги герцогу. Прыти в студентах явно поубавилось. Широко распахнув полные страха глаза, они уставились на руку Армана. Кристина тоже из любопытства глянула. Впечатлило. Жених снял перчатку, и теперь над одним из его перстней клубился череп.

— Мы… Мы это… Мы ее за другую приняли! – не с первой попытки выпалил главный заводила.

— За кого же?

Арман не спешил отпускать жертв, пресекал любые попытки подняться. Череп над его кольцом все разрастался, пока не зажил своей собственной жизнью, подобием негаснущего фейерверка застыл над головами проказников. Тем стало окончательно не до смеха. Хулиганы запоздало поняли, что видели вовсе не одного из преподавателей в сопровождении завалившей предэкзаменационную неделю первокурсницы. Тот, кто подогадливее, даже вспомнил имя герцога, ткнул приятеля в бок и сбивчиво зашептал: «Рувель, Арман Рувель!»

— Приятно, что обо мне помнят! – криво усмехнулся Арман.

Ему явно доставляли удовольствия чужие мучения, но просить за обидчиков Кристина не собиралась. Ушиб от снежка побаливал, да и гадкие слова не забылись. Поэтому, оправившись от потрясения, она слепила и по очереди запустила в лоб каждому студенту по собственному снежку:

— Это вам за раззяву.

Зависший в воздухе гигантский бледно-зеленый череп ее не пугал. Кристина не сомневалась, он ей зла не причинит. Калечить мальчишек Арман тоже не собирался, а немного понервничать им полезно, может, начнут уважать других.

— Не желаете извиниться перед моей невестой?

Устав ждать, герцог развеял чары и теперь давил на провинившихся только собственным авторитетом. Его оказалось достаточно. Парни наперебой рассыпались в глубочайших извинениях и поспешили сбежать.

— Список отчисленных сегодня явно пополнится, — проводив их пристальным взглядом, пробормотал Арман и, повернувшись к спутнице, со сдержанной заботой поинтересовался: — С вами все в порядке? Врачебная помощь не требуется?

— Право, — рассмеялась Кристина, — это всего лишь снежок, даже не камень!

— Иногда малое способно привести к большим проблемам, — покачал головой герцог. – Но раз вы не пострадали, идемте. Узнаете, как выглядит академия изнутри.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Девушка не узнавала жениха. Тот ли это человек, который в самой унизительной форме сделал ей предложение на балу, которому не было никакого дела до невесты еще пару дней назад? Арман услужливо открывал и придерживал двери, предупреждал о скользких ступеньках.

— Нам на самый верх, — любезно подсказал он. – В летнюю пору с террасы ректорского кабинета удобно наблюдать за занятиями студентов на свежем воздухе.

 Глава 18.2

Преодолев ступенек двести, не меньше, Кристина наконец оказалась в небольшом холле. С одной стороны – ректорская канцелярия и рабочее место секретаря, с другой – кабинет руководителя академии. Чтобы попасть в него, надо было подняться еще на пару ступенек.

Кристина вежливо поздоровалась с пожилой женщиной в очках, сортировавшей какие-то бумаги, но ни представиться, ни объяснить цель визита не успела. Стоило показаться Арману, как надобность в этом отпала. Секретарь охнула и мгновенно развила бурную деятельность. Она отдала академии двадцать лет жизни, работала с герцогом и знала все его привычки. Кристина и глазом моргнуть не успела, как их провели в кабинет нынешнего руководителя и оставили дожидаться его в компании обжигающего кофе. Ради невесты бывшего патрона секретарь даже раздобыла пирожное.

— Дора, как всегда, исполнительна, — заметил Арман.

Он по-хозяйски прошелся по кабинету, даже проверил, нет ли на полках пыли, и занял ректорское кресло. Кристина нахмурилась, но замечания делать не стала. Может, так принято? Сама она скромно устроилась в уголке и с любопытством посматривала по сторонам.

Дипломы, почетные грамоты, кубки – награды академии занимали почетное место на стене позади ректорского стола. Тут же – сейф для бумаг. На полках много всякой всячины, не только книги и папки, но и странные предметы. К примеру, круглый сосуд с непонятным содержимым. Сначала Кристине показалось, будто он пустой, но потом воздух внутри него сменил цвет, словно некто капнул в воду чернил. «Наверное, какая-то темная материя», — решила девушка.

Ректор не заставил себя ждать. Вместе с ним в кабинет ворвались снежинки, дыхание морозной зимы.

— Арман, какая честь для нас! Не ждал вас так скоро!

Ректор с широкой, но фальшивой улыбкой шагнул к герцогу и протянул ладонь для рукопожатия. Руководитель академии оказался плотным высоким мужчиной неопределенного возраста, тоже смуглым, но с глазами оттенка кофе с молоком. Волосы коротко подстрижены, но вовсе не ради удобства – таким нехитрым способом ректор маскировал намечающуюся лысину.

— Моя невеста – леди Кристина Имирис.

Арман оставил его слова без ответа, но протянутую руку пожал.

— Мои поздравления, миледи, рад знакомству. – Кристина получила свою долю вежливых улыбок.

— Лорд Витус Асмус, -отрекомендовал своего приемника герцог. – Тоже темный маг.

— Но не такой хороший, как ваш жених, — скромно добавил Витус. – Я всего лишь канцелярская крыса.

И перешел к делу, оставив прежний подобострастный тон:

— Арман, вас привело сюда что-то конкретное, или опять решили перетасовать карты в учебной колоде?

— И то, и другое.

Герцог, наконец, соизволил неохотно подняться с чужого места. Кристина заметила едва уловимый кивок Витуса. Он не так прост, каким хочет казаться. Еще бы, ректор!

— Тогда начнем с ваших дел. – Витус поспешил занять свое законное место, для верности даже повесил на спинку кресла пальто. – Заверяю, академические в порядке, соответствующий отчет я представлю на заседании попечительского совета.

Ага, эти двое явно не ладили. Кристина тоже бы не прониклась любовью к тому, кто пытался бы оспаривать ее решения, не имея на то никакого права, пытался бы руководить.

Тон ректора Арману не понравился, но он оставил замечания при себе.

— Да так, хотел посоветоваться. – Пальцы герцога барабанили по столу. Сам он не спешил садиться, замер возле гостевого кресла. – Вы ведь хорошо знакомы с членами Магического совета?

— Как и вы, — кивнул Витус.

— Мне нужен взгляд со стороны. Видите ли, — Арман максимально осторожно подбирал слова, — в свете грядущего возможного избрания на пост председателя я хотел бы приглядеться к остальным его членам. Не хотелось бы назначить заместителем недостойного человека или, наоборот, обделить достойного. Я часто бываю предвзят, а последние годы и вовсе больше занят уничтожением порождений мрака, как-то не до наблюдений за коллегами. Словом, как, по-вашему, кто из них лучше других смыслит в проклятиях?

Ректор задумался, даже почесал переносицу.

— У нас целых три проклятийника. К примеру, ваш покорный слуга. Хотя, право, не понимаю, зачем вам человек именно с таким даром. Сдается, вы водите меня за нос, Арман. Наверняка речь о покушении на сиятельную леди Изольду.

— Ничего от вас не скроешь! – рассмеялся герцог. – Король поручил мне это дело, а все ниточки ведут к совету. Сами понимаете, действовать открыто нельзя: такой шум поднимется!

— Понимаю, — кивнул Витус, — поэтому советую присмотреться к Герману Ноберу. Маркиз не раз высказывался против брака с валхинской княжной и всячески продвигал свою племянницу.

— Да, слышал, — пожевав губы, кивнул Арман. – На этой почве он даже повздорил с его величеством.

— Совершенно верно, пока вы гонялись за ведьмой в Сфаруме, много чего произошло… Маркиза едва угомонили. Кто знает, вдруг он взял за старое?

— Как, неужели пытался? – изумился герцог.

— Дурак первостатейный, — со вздохом кивнул ректор. – Спасибо, не довел дело до конца, иначе не видать ему не только места в совете, но и головы. К слову, именно после того случая Конрад и попросил его из королевского.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 18.3

В кабинете ненадолго воцарилось молчание. Наконец, видимо, все обдумав, Арман поблагодарил за помощь и попросил об услуге:

— Не взглянете на Кристину? В школах для девочек на такое внимания не обращают, а у вас глаз наметан…

— Вы о даре? – мгновенно догадался Витус. – Конечно! Полагаю, природа дара вам и так известна, а вот потенциал, резерв сейчас оценим. Милая леди, если вас не затруднит, снимите с полки вон тот куб. – Он указал на один из предметов на открытом стеллаже. – Да, верно, с цифрами. Поставьте его, пожалуйста, на мой стол и поколдуйте. Скажем, сотворите снежинку. У вас ведь ледяной дар, как у всех Имирисов? Кстати, слышали, как повезло виконту?

— Нет, — разом обратился в слух, заинтересовался Арман.

Имени Лайнела в разговоре он намеренно не упоминал: тот не проклятийник, мог интриговать только за место председателя, а тут оно само всплыло.

— Как же, — изумился ректор, — все магическое сообщество шумит. Ему перепало наследство, да такое, что можно целое княжество прикупить. На днях Лайнел должен обнародовать завещание дракона. Останется только подтвердить его подлинность, и все, он баснословно богат. Подумать только, — цокнул языком Витус, — последний дракон Снежной гряды завещал все человеку! Как только Лайнела за Ледяное море занесло?

Ну вот одной загадкой меньше, понятно, о чем Изольда говорила с любовником (он ведь ей любовник) в саду. Только Кристину упорно не покидало ощущение, что чего-то они все равно не знают. Но пусть с проблемами разбирается Арман, ее сейчас гораздо больше волновал таинственный куб. Как и просили, Кристина сотворила на его поверхности снежинку и ахнула от удивления, когда на боковой стенке, той, где выгравировали столбиком цифры, проявилась черточка. Она поползла вверх и замерла на отметке «пятнадцать». Много это или мало? Эх, все-таки мало – максимальное деление «пятьдесят».

— Не расстраивайтесь, — приободрил ее ректор, — большинство первокурсников и вовсе начинают с «десятки».

Но всем нам хочется большего. Вот и Кристина догадывалась, что ее потенциал невысок, однако все равно надеялась на чудо.

Лорд Витус Асмус не любил всегда неожиданных визитов Армана в академию. В обществе герцога ему отчаянно приходилось биться за собственный пост. Указ короля для Армана ничего не значил, он по-прежнему воображал себя ректором академии и вел себя соответствующе. Самое гадкое, что многие подчиненные этому потворствовали. Сколько Витус не пенял той же Доре, она спешила выполнять указания Армана по щелчку пальцев. Вот и теперь, проигнорировав вежливый, но категоричный запрет, секретарь водрузила на стол папки с документацией за текущее полугодие.

— Ну, и что вы хотите здесь увидеть? – с трудом сдерживая раздражение, осведомился Витус. – Скоро заседание совета, я представлю…

— Меня пустые слова не волнуют, — подняв ладонь, Арман заставил его замолчать.

Ректор потемнел лицом. Это уже слишком, Арман Рувель обращался с ним как с мальчишкой!

— Ваша светлость, — оправившись от возмущения, твердым голосом заявил Витус, — вся необходимая отчетность будет предоставлена на заседании попечительского совета. Смею напомнить, вы больше не руководите академией. Если у вас возникли какие-либо сомнения относительно моей работы, вы всегда можете инициировать создание аттестационной комиссией.

— Хватит ершиться! – не поворачивая головы, герцог зашелестел страницами. Он стоял, склонившись над столом. – Не в обиду вам, но мы оба знаем, скоро все вернется на круги своя.

— Ну знаете!

Витус промокнул вспотевший лоб и обратился к Кристине, молчаливо наблюдавшей за перепалкой:

— Миледи, может, хотя бы вы вразумите жениха? Объясните ему, что я не временное явление и вот уже несколько лет исправно исполняю свои обязанности. Не стоит вымещать обиду на его величество на мне. Да и, по правде, милорда сместили не без оснований.

— Как же, помню! – усмехнулся Арман и, подтянув к себе верхнюю папку, опустился в гостевое кресло, предварительно развернув его к столу. – Лень и еще раз лень. Я требовал неукоснительной дисциплины, высоко поднял планку знаний, как у студентов, так и преподавателей, поэтому во дворец полетели анонимные писульки.

— Не такие уж анонимные, — поспешил восстановить справедливость ректор.

— Но по-прежнему трусливые. Ни один не осмелился высказать все мне в лицо. А вы… Вы хороший маг, Витус, честный, радеющий за Магрет, но слишком мягкий. К примеру, держите этого субъекта, — герцог развернул к нему папку и чиркнул ногтем по одной из строчек ведомости, — хотя его полагалось давно отчислить. Посредственностям нечего делать в магии.

— А кого вы считаете посредственностями? – вступила в разговор Кристина.

Щеки ее горели, дыхание участилось. Она приняла слова жениха на свой счет, поэтому не могла больше оставаться в стороне. Ни дыхательное упражнение, ни десять раз повторенная фраза про «леди улыбается и не спорит с мужчинами» не помогли. В конце концов, Кристина больше не в школе, никто ей отметку не снизит, в угол не поставить. Разыгрывать перед Арманом благообразный цветочек тоже бессмысленно. Она уже закатила пару скандалов, ожесточенно с ним спорила, еще один раз ничего не изменит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 19.1

Герцог не ответил, и Кристина развила свою мысль:

— Существуют же какие-то критерии? Например, потенциал не меньше двадцати баллов, отметки не ниже «отлично», ни единой осечки, правильная родословная…

— Кристина!

Арман метнул на нее грозный взгляд, но вынужденная много лет сдерживать собственную натуру девушка не желала останавливаться.

— Милорд, — обратилась она к Витусу, — меня бы, к примеру, приняли? Мой дар вы уже оценили, училась я средне, хотя за все годы не получила ни одного «неудовлетворительно»…

— Перестаньте меня позорить! – рыкнул герцог.

Глаза его метали молнии. Зрачок полностью слился с радужкой. Еще немного, и проступят желваки.

— Чем же? – Кристина сделала вид, что не заметила его ярости. Не ударит же он ее, не ухватит за шкирку, как котенка! – Гипотетическим желанием учиться, неидеальным прошлым или некоролевским происхождением? Или, может тем, что не украшаю интерьер, а высказываю собственное мнение?

Арман промолчал, только шумно втянул воздух. Зато Витус живо уцепился за ее слова. Похоже, они его удивили.

— Вы намеревались поступать в академию?

— Да, — пожала плечами Кристина. Что в этом такого удивительного? – Не сейчас, через полгода, но обстоятельства изменились. Поэтому, — она покосилась на герцога, — милорду нечего опасаться. Хотя я по-прежнему не понимаю, что в подобном желании могло его возмутить. Регламент ведь не запрещает женщинам сдавать вступительные экзамены?

— Нет, но… — Ректор пожевал губы, подбирая тактичное объяснение. – В силу ряда причин женщины редко становятся студентками академии. Еще реже они успешно заканчивают ее.

— Но в Магическом совете присутствует женщина, — продолжала упорствовать Кристина.

— Всего одна. После замужества и рождения детей женщинам становится не до магии. Вы ведь не хотели избрать путь старой девы?

«Хотела!» — из чистого упрямства собиралась возразить девушка, но передумала, пожалела обоих мужчин. Ректор деликатно озвучил прописную истину, ту самую, про украшение интерьера. Уважение к женщине определял статус мужа, а не ее образование.

— Но вас бы допустили к экзаменам, — запоздало ответил на самый первый вопрос Витус и украдкой перевел дух.

Кристина стоила своего жениха! Где только Арман ее нашел, явно не в столичных гостиных. Хотя по характеру они схожи, брак может выйти удачным.

— И не ищите намеков там, где их нет, — герцог поставил точку в острой беседе. – Я говорил о конкретных студентах, по десять раз пересдающих зачеты, прогуливавших практикумы, а не о вас. Именно их я считаю недостойными дальнейшего обучения.

— Простите!

Кончики ушей Кристины зарделись. Да, неловко вышло!

— Случается! – буркнул Арман и вновь углубился в изучение чужой работы.

Чай и печенье давно закончились, мужчины оживленно спорили между собой, а Кристина скучала. Она пробовала занять себя пересчетом книжных корешков и чтением грамот, но быстро исчерпала все возможные развлечения. Визит в академию затягивался, обед грозил перерасти в ужин. И Кристина решила, пока сумерки не накрыли столицу, немного прогуляться по академии. Она никому не помешает, за территорию не выйдет и по первому зову вернется обратно. Бросив взгляд на жениха, Кристина убедилась, предупреждать его бессмысленно. Либо Арман не услышит, либо отмахнется, буркнет: «Да идите куда хотите!» Поэтому она тихонечко встала и вышла в приемную.

— Вот чашка и блюдце. – Кристина поставила грязную посуду на край стола секретаря. – Если меня станут искать, я неподалеку, дышу воздухом. Как стемнеет, вернусь.

Кажется, Дора хотела что-то сказать, но раздумала, кивнула. Вот и славно! Кристина с облегчением направилась к лестнице. Только сейчас она поняла, как у нее разболелась голова от бесконечных препирательств нынешнего и прошлого ректоров академии. Их было слышно даже с лестничной площадки. Девушка хмыкнула. Двойные стандарты во всей красе! Женщин давно бы назвали невоспитанными, а мужчины… Все в порядке, мужчины экспрессивно решают деловые вопросы.

Какая все же академия огромная! А ведь когда-то ей, выросшей в небольшом помещичьем доме, и Благородная школа казалась необъятной. Расставленные на территории указатели помогали сориентироваться. Кристина решила сначала ознакомиться с факультетами, а на закуску оставить библиотеку, чтобы унять физический голод духовной пищей. Да и где еще в тепле дожидаться Армана, не в ректорской же приемной! Там у всех свои дела и заботы, не до Кристины.

Она ощущала себя маленькой девочкой, угодившей в сказку. Даже во дворце герцогов Маза было иначе, Кристину с головой не накрывал восторг, предвкушение чуда. Она могла бы часами рассматривать каждую деталь, трогать шершавые камни, представлять себя за тем или иным окном с частым переплетом. Эх, как бы сложилась ее жизнь, если бы проклятие выбрало другую? Ректор заверил, Кристину бы допустили к вступительным испытаниям, а дальше… Дальше она бы зубами вцепилась в свое место. Никакого «замуж» до того, как появится собственное дело, в кармане не зазвенели монеты.

И все же почему она? Прежде Кристина толком не задумалась о кольце. Все казалось логичным: поплатилась за собственное любопытство. Но ведь кольцо мог найти кто угодно, тот же завхоз подарил бы своей пассии. А что, если бы его нашла почтенная мать семейства или старуха? Создавший проклятие человек просто хотел поглумиться, лишить Армана права выбора, или преследовал некую конкретную цель? Помнится, герцог сказал, будто шкатулка, в которой Кристина обнаружила кольцо, некогда принадлежала его семье. Ее украли, а потом она вдруг всплыла на чердаке Благородной школы святой Епифании в Фатте, безумно далеко от столицы, да еще в куче старого хлама. Вывод напрашивался сам собой – ее туда подкинули. Но кто, зачем?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 19.2

Потоптавшись на снегу, Кристина со всех сторон изучила предположение и сочла его верным. Слишком хорошо оно вписывалось в последующие события! Некто очень хорошо знал Армана и надеялся, он не снизойдет до воспитанницы Благородной школы. Или негодяй пошел еще дальше, заранее подгадал, чтобы кольцо обнаружила бесприданница?

— Тогда преступник – Олаж, — хмыкнула Кристина. – Именно он заслал меня наверх, будто служанку. Прятался, скрывал свои способности… А что, идеальное место! Никто бы не подумал на завхоза.

Нелепо, но Арману она идею подкинет. Случалось, преступники и опальные графы и бродягами притворялись. Только вот шкатулку зачем было красть? В качестве эффектной упаковки сомнительного подарка?

Пока Кристина так и этак вертела немногочисленные известные ей факты, ноги сами принесли ее к факультету стихийной магии. Девушкой овладела робость. Переминаясь с ноги на ногу, запрокинув голову, в неверном вечернем свете – зимой день короток – она разглядывала барельеф с аллегорическими изображениями основных сил природы. Его венчала лента с девизом. Каким именно, толком не прочитать. Вроде, «Сила превыше всего». Красиво!

— На пересдачу?

Кристина вздрогнула и обернулась. Ко входу в корпус факультета направлялся высокий светловолосый мужчина, наверное, владевшей стихией воздуха, в крайнем случае огня. Девушка поколебалась и промолчала. «Нет» она всегда сказать успеет, а так, вроде, и не соврала. Признайся Кристина, что никакая ни студентка, ее бы прогнали к жениху. Девушке же хотелось хотя бы одним глазком заглянуть внутрь.

— Чего замерла? Проходи!

Мужчина махнул рукой на крыльцо.

Кристине дважды повторять не требовалось. Она бодро поднялась по заснеженным ступенькам и потянулась за дверное кольцо. В нос ударил запах, который бывает только в очень старых зданиях. Чихнув, Кристина юркнула за дверь и сняла капюшон, потопала ногами, чтобы не наследить.

Сколько же столетий этим плитам? А вон тем столбам, поддерживавшим своды холла? Наверняка они стояли тут еще до объединения Магрета.

Никаких досок с расписанием и других атрибутов учебного процесса, строгость и аскетичность во всем.

Стукнула входная дверь – следом за Кристиной вошел блондин.

— Что-то я вас не припомню, — нахмурился он, рассматривая девушку в теплом свете факелов. Разумеется, магических.

— Я первокурсница, — не стушевалась Кристина.

Судьба подарила ей шанс на полчаса превратиться в студентку, и она им воспользуется.

— Фигово вы начали первый год обучения! – укоризненно пробурчал преподаватель. – С тем же успехом могли остаться у мамки под юбкой.

Следуя выбранной роли, Кристина тяжко вздохнула и опустила глаза. Мол, виновата.

— Ладно, я добрый сегодня, приму пересдачу вне расписания. Чего там у вас?

— Специализация, — наугад ляпнула девушка.

Все равно она ничем, кроме своего дара, не владеет.

— Как раз по адресу. Хотя не помню я вас на занятиях, хоть убей! Работала или хвостом крутила?

И, вроде, Кристина ничего такого не дала, а под тяжелым взглядом незнакомца стало стыдно. Словно она действительно нагло прогуляла весь семестр.

— Идем, горе луковое!

Не дождавшись ответа, преподаватель зашагал к массивной каменной лестнице.

— Учти, — бросил он через плечо, — во второй раз я таким добреньким не буду!

Кристина с замиранием сердца поднималась все выше и выше. Вот и коридор со множеством дверей. За каждой из них скрывалась тайна – вожделенные знания, которые давали только в академии. Девушка полагала, что и классы отличались от тех, в которых они занимались в школе, но ее постигло разочарование. Те же парты, та же доска. Никакой кафедры, чучел обитателей Сфарума и портретов великих магов.

— Так, — на мгновение задержав ней не взгляд и прищурившись, определил блондин, — стихия льда. Потенциала не вижу, но, может, удивишь?

Он скинул пальто прямо на стол и, скрестив руки, развернулся к оторопевшей от такого напора Кристине.

— Давай! Карт-бланш тебе, пока без задания. Докажи, что достойна допуска к сессии.

Девушка стушевалась. Вот так, сразу… Ну ладно, она попробует. Все равно это понарошку.

— Можно? – Она указала на одно из окон со старинным, мелким переплетом.

Преподаватель кивнул. Похоже, он заведомо ожидал от нее провала. Это раззадорило Кристину. Воскресив в памяти все самые обидные слова, высказанные в свое время насчет ее способностей, девушка быстрым шагом подошла к окну и коснулась ладонью стекла. На нем мгновенно разрослись замысловатые узоры, за считанные мгновения заполнившие все пространство.

Развернувшись, она с гордостью продемонстрировала результат своих действий.

— Ну, и какая от этого польза?

Кристина опешила. Разве в академии изучают только утилитарно-полезные вещи?

— Хотя бы воду в лед превратите, за художества допуск не получите, — продолжал свирепствовать преподаватель.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А с виду казался таким милым…

— И где мне взять воду? – растерянно переспросила девушка.

Блондин фыркнул. Мол, ваши проблемы.

— Мозгами пошевелите. Или ногами.

Наверное, шевелить было нечем, раз Кристина не придумала ничего лучше, чем набрать немного снега. Кое-как справившись с заевшим шпингалетом, она распахнула окно и пошарила рукой по карнизу.

— Можете ведь, если хотите! – послышалось за спиной.

Кристина никак слова блондина не прокомментировала. Она усердно множила влажные кучки на подоконнике, лепила из них пирамидку.

— Достаточно! – остановил ее преподаватель. – Теперь лед. Пирамидка должна выйти идеально прозрачной.

Глава 19.3

Это точно допуск к сессии или полноценный экзамен?

Однако размышлять было некогда. Блондин хмурился, готовый вынести неутешительный вердикт. Кристина не собиралась второй раз за день выслушивать о сомнительных способностях женщин и ее в частности и сосредоточилась на деле. Она никогда такого не пробовала, но если постараться…

Грани снежной пирамидки застыли, остановив естественный процесс таянья. Покусывая губы, сопя от напряжения, Кристина усилила нажим. Дар голубыми струйками стекал с пальцев, окутав пирамидку легкой дымкой.

Подошедший взглянуть преподаватель не оценил ее усилий.

— Сразу видно, учебу вы прогуливали. Так только абитуриенты действуют – нахрапом, неумело, вбухав весь резерв. Не видать вам допуска как своих ушей!

Наверное, он рассчитывал на слезы, но Кристина, наоборот, улыбнулась. Может, она и не дотягивала до высоких стандартов академии, но своей маленькой победы добилась. Ледяная пирамидка получилась. Мутная, местами с вкраплениями сгустков материи, однако вышла же!

— Благодарю, господин, простите, не знаю вашей фамилии, но допуск мне и не нужен.

Вытерев руки об юбку, Кристина с самодовольным видом прошлась по аудитории.

— Уже отчислили? – предположил блондин и запер окно.

— Даже не зачисляли, — огорошила его девушка. – Я никогда здесь не училась, даже не пробовала поступить.

— Но… — Мужчина нахмурился и, вновь сложив руки на груди, потребовал: — Назовите себя! Что вы здесь делаете?

— Я невеста герцога Маза. А делаю… Гуляю. Не сидеть же сиднем, пока жених до хрипоты спорит с ректором! Но я могла бы здесь учиться, поступала бы летом, если бы… Словом, спасибо вам огромное. Я ненадолго почувствовала себя студенткой.

Рот преподавателя приоткрылся от удивления. Пока он не пришел в себя, не обрушил на нее поток грозных слов, Кристина поспешила выскользнуть в коридор. Пора возвращаться в приемную ректора, наверняка ее уже хватились.

— Глупая шутка!

Арман ожидаемо не одобрил «попытки» Кристины получить допуск к экзаменам, но, вопреки опасениям, ругать не стал. Возможно, растратил весь свой пыл на ректора. Уступавший ему происхождением Витус оказался крепким орешком, раз за разом отказывался негласно уступить свой пост предшественнику. В итоге из его кабинета герцог вышел измотанным, и на невесту сил банально не хватило.

— Но занятная.

Этого Кристина точно не ожидала. Интерес? Похвала? Да скорее растает Ледяное море, чем Арман Рувель признает годной хоть одну воспитанницу Благородной школы. Справедливости ради, он не считал стоящими внимания почти всех вокруг, и тут вдруг – занятная.

— Мне стало скучно, захотелось испытать свои силы.

Чуть покраснев, Кристина чиркнула носком ботинка по земле.

Арман обещал обед. Стоит ли напоминать? Сама она старалась лишний раз не думать о еде, чтобы не шокировать спутника неаристократическим поведением желудка.

Герцог рассеянно кивнул, вновь погрузившись в собственные мысли. Так, вроде, рядом, а, вроде, порознь они пересекли двор.

— Какую кухню предпочитаете?

Вопрос застал Кристину врасплох. Выходит, обед таки состоится, но как признаться, не потеряв лица, что она не знает никаких кухонь. В мире Кристины существовали только определенные блюда, девушка никогда не задумывалась, из каких стран они попали в меню трактира, столовой или на лоток ярмарочного торговца.

— Хорошо, — Арман верно понял ее молчание, — выберу сам.

— А меня там примут? – забеспокоилась Кристина, мельком осмотрев свой наряд.

Вдруг жених собрался отвести ее в некое помпезное место? Кристина готовилась к обычной прогулке, а не к очередной ярмарке тщеславия.

— Со мной вас примут везде, — с легкой улыбкой заверил герцог и отпустил ее руку, готовясь сотворить портал. – Даже если мы оба оденемся в рубища и обмажемся грязью. Я собираюсь пообедать в отдельном кабинете ресторации «Белый лев». Обычных людей с улицы туда не пускают, мы сможем спокойно поговорить.

— Об изменениях в брачном контракте?

Они еще не перенеслись в «Белый лев», а он уже заранее не понравился Кристине. Наверняка местный швейцар по важности переплюнет их предводителя дворянства, а вилок и ножей на столе столько, что хватит на десяток человек. Кристина с удовольствием посидела бы в шумном, душевном месте, но Рувели едят только среди позолоты.

— Причем здесь контракт? – удивленно поднял брови Арман. – Вы хотели бы внести какие-то дополнения?

— Я? Хотела бы?

Кристина не верила собственным ушам. С тем же успехом герцог мог интересоваться мнением вон того дуба за оградкой. Интересно, откуда он здесь взялся.

— Хватит! – повысив голос, Арман положил конец препирательствам. – Не стоит паясничать, ваше положение изменилось.

Герцог открыл портал нервным, порывистым движением, отчего он вышел нестабильным. Потребовалась пара минут, чтобы черное пламя улеглось, перестало метаться диким зверем. Убедившись, что портал не представляет опасности, Арман кивнул, и притихшая Кристина смело шагнула вперед.

Яркая вспышка, и вот она уже, жмурясь, стоит посреди огромного обеденного зала. Пол и потолок из молочного мрамора многократно преломляли свет, создавая воистину волшебное ощущение воздушности, невесомости. Кристина ошиблась, в «Белом льве» не оказалось позолоты. Владелец выбрал для отделки всего один цвет – всю палитру белых оттенков, от холодных и безжизненных до теплых кремовых. Из общей картины выбивалась только мебель, выполненная из клена.

— Добрый вечер, милорд. Добрый вечер, миледи. Для нас такая честь видеть вас в нашей ресторации!

Пока Кристина вертела головой, любуясь феерией зимы из камня, хрусталя, дерева и ткани, к ним неслышно подошел, хотя правильнее было бы сказать, материализовался из воздуха, метрдотель. Одетый в безупречный, разумеется, белый фрак и зеленую рубашку с воротником жабо, он сдержанно улыбался и при любых других обстоятельствах легко сошел бы за какого-нибудь лорда.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 20.1

— Добрый! – Арман склонил голову в легком кивке.     

Шестеренки в голове Кристины пришли в движение. Герцог не снизошел бы до обычной прислуги, выходит, метрдотель «Белого льва» не последнее лицо в столице. Хотя, возможно, они просто много лет знакомы.

— Давненько вас не было, милорд! – подтвердил ее предположение владелец белого фрака.

— Есть свободный кабинет, Джеф?

— Сейчас посмотрим, милорд.

 Метрдотель жестом фокусника извлек из ниоткуда тонкую книгу в кожаном переплете и зашелестел страницами. Только сейчас Кристина обратила внимание на то, что он в перчатках.

— «Белый лев» — место популярное, — шепнул невесте Арман. – Иногда столика приходится ждать несколько дней.

Популярное? Кристина нахмурилась и еще раз оглядела зал. Он казался девственно пустым. Или записываться нужно было исключительно, чтобы попасть в отдельный кабинет? Так Кристина бы прекрасно поела в общем зале.

— Да, вам повезло, милорд, Грабовый кабинет свободен, — сверившись с записями, важно сообщил Джеф.

— Какой кабинет? Гробовой? – недоуменно переспросила Кристина.

Если там устраивают поминальные ужины или прощание с усопшими, ноги ее в том кабинете не будет!

— Грабовый, миледи, — опередив Армана, невозмутимо пояснил метрдотель. – Каждый из наших отдельных кабинетов оформлен в едином, уникальном стиле из какой-либо породы дерева. Мебель и стеновые панели вашего сделаны из граба. Это очень красивое и редкое дерево, миледи, почти как вы, миледи. Позвольте поздравить милорда с помолвкой со столь обаятельной и, несомненно, прекрасной во всех отношениях женщиной.

Да, воистину, «Белый лев» непростое место! И Джеф – не просто служащий.

— Благодарю, я тоже чрезвычайно рад, — сдержанно принял поздравления Арман и попросил их приводить.

До Грабового кабинета добирались в полном молчании. Кристина на всякий случай не вертела головой: вдруг зал действительно полон? Показалось, или пространство перед глазами иногда искажалось, на краткий миг являя лица и фигуры людей, увлеченных поеданием разнообразных яств?

— «Белый лев» заботится о конфиденциальности посетителей, — будто прочитав ее мысли, вновь пришел на выручку Джеф. – Даже сидящие за соседними столиками не могут видеть друг друга, если не пожелают. Особые кабинеты и вовсе оборудованы первоклассной защитой от любого проникновения и подслушивания. Именно поэтому, миледи, наше заведение неизменно ценят на протяжении вот уже трехсот лет. Без лишнего хвастовства, даже король и королева регулярно заходят сюда на чашечку чая без телохранителей и свиты.

— И сегодня были?

Кристина прикрыла рот рукой, но слова уже вылетели. Когда она научится держать язык за зубами? Сейчас Арман зашипит, одернет. Девушка аккуратно покосилась на него – будто не слышал.

А метрдотель спокойно, будто Кристина ничего не нарушила, ответил:

— Мы не обсуждаем расписание гостей с другими гостями.

— Ну да, конфиденциальность, — понимающе кивнула девушка и вновь, теперь открыто стрельнула глазами по залу.

Ее волновало даже не то, кто сейчас оккупировал столики, а способ, с помощью которого их скрывали от любопытных глаз. Вряд ли работал штатный маг, выходит, хозяин владел неким мощным артефактом, а то и парочкой, создававшими искажения материального поля. Но все равно непонятно, почему тогда они видят Джефа. Не мог же артефакт делать людей невидимыми выборочно! Эх, обсудить бы с Арманом, но для него это слишком мелко. Еще бы, ведь ему не двадцать лет, а голова забита другими заботами. Кристине тоже следовало думать о покушении, но нрав брал свое. Не зря ее в школе вечно ругали, недаром ставили неудовлетворительные отметки по поведению. Сидеть тихо и никуда не лезть – это не для Кристины. Она вечно рвалась то подсказать правильный ответ подруге, то одним глазком заглянуть в новую лавку, то залезть в сомнительный сундук…

Метрдотель коснулся панели под черно-белой гравюрой со спящим львом, и стена отъехала, открыв проход в кабинет. Раздвинув плотные жемчужные портьеры, Джеф зажег свет и посторонился, пропуская гостей.

— Располагайтесь! Официант подойдет буквально через минуту.

Кристина в восторженном ступоре замерла перед овальным столом из того самого граба – древесины цвета тающего снега с изумительными песочными прожилками, настолько тонкими, что они казались нитями солнечного света. Стулья с кожаной отделкой в тон практически сливались с портьерами.

— Создательница миров, сколько же это стоит!

— Немало, — приняв у нее накидку, ответил Арман. – Некоторые дворцовые интерьеры дешевле. Но, по мне, перебор с белым цветом.

— Пожалуй, — чуть подумав, кивнула Кристина и быстро, пока жених не передумал, юркнула на любезно отодвинутый стул.

— Я предпочитаю дуб и эбеновое дерево, но кровать в спальне более теплых тонов, из красного.

Глава 20.2

Кровать. На щеках девушки проступили розовые пятна. Он так запросто об этом говорил!

— Благодарю за словесную экскурсию, буду знать.

— Почему только словесную? – Арман открыл лежавшее на столе меню и сразу перешел к списку вин. – Меньше, чем через месяц, вы увидите все воочию. Наследников рода Рувель вот уже много десятилетий зачинают в одном и том же месте.

Кристина закашлялась и отвернулась.

Если он станет обсуждать с ней подробности брачной ночи, девушка сбежит.

— Что будете пить и есть?

— На ваш выбор, — поспешно выпалила Кристина.

Она все равно не разбирается в местных деликатесах.

Арман кивнул и сделал заказ официанту. Примечательно, перед тем, как войти, тот постучался.

Вскоре принесли напитки, чтобы занять гостей в ожидании приготовлении блюд.

— Ну вот, — герцог с облегчением расправил плечи и откинулся на спинку стула, — теперь можно спокойно поговорить.

— Я тут подумала, тот человек, который подбросил в школу кольцо, — с энтузиазмом начала излагать свои соображения Кристина, — преследовал некие цели. Не проще ли?..

— Стоп! – поднял ладонь Арман. – Ни слова о проклятии, покушении, королях и королевах! Я сыт по горло, Кристина.

— Тогда о чем вам рассказать? – стушевалась девушка.

Речь явно не о брачном контракте, как она полагала сначала. Но какие еще у всесильного герцога общие темы с безродной девицей?

— Расскажите мне о себе. Все, что сочтете нужным. Как видите, — усмехнулся Арман и налил обоим воды и вина, — я пытаюсь узнать вас лучше. С вашим даром мы определились, интересами тоже, в общих чертах, осталась семья, детство, сокровенные тайны. Ну и первая любовь. Любопытно, кто мог привлечь ваше внимание.

Кончики ушей Кристины горели. Целого стакана воды не хватило, чтобы напитать пустыню в ее горле. Арман смотрел на нее так же, как во дворце, когда едва не поцеловал ее. Омуты глаз с плутовскими огоньками на самом дне затягивали. Губы изгибались в едва заметной искушающей улыбке. Сердце против воли начинало биться чаще, тянулось к нему.

— Я… Я никого прежде не любила.

Признание далось с трудом, будто Кристина созналась в тяжком преступлении.

Она могла поклясться, Арман Рувель действительно улыбался, флиртовал с ней, заманивал в сети. Это нечестно! Нужно запретить ему водить пальцем по краю бокала: есть в этом что-то порочное, безнравственное. Особенно, если после мужчина тем же пальцем касался своих губ.

— Так получилось. Я же не спрашиваю, почему вы до сих пор не женаты.

— О, на этот вопрос я легко отвечу! – рассмеялся Арман и, сжалившись над невестой, отвел взгляд. – Во-первых, я не из тех, кого способна привязать женская юбка. Удовольствие – да, но не более, по моим правилам и до тех пор, как я хочу.

— У вас и теперь есть любовница? – окончательно осмелев, прервала его Кристина.

Герцог не торопился с ответом, специально мучил ее. Он не сердился, откровенно наслаждался нетерпением спутницы. Вот уже принесли закуски, а Арман так и не соизволил ответить.

— Конечно, есть, — сделала это за него Кристина и ожесточенно заработала ножом и вилкой, словно вместо нежнейшей ветчины им подали подошву старых сапог. – Я не маленькая, милорд, все понимаю.

Арман усмехнулся и покачал головой.

— Понимающая девственница – ценное приобретение! В вашем случае и медицинского освидетельствования проводить не надо, и так понятно. И у меня нет любовницы, Кристина, временно нет, потому что мы вплотную подошли ко второй причине, из-за которой я до сих пор холост. Могу поспорить, вы грешите на мою привередливость?

— Разве нет? – буркнула с набитым ртом девушка. – Вы меня придирчивее барышника разглядывали и остались недовольны. Да что там я – вас ни одна дама на балу не привлекала, хотя там было полно знатных и хорошеньких.

— Например? Назовите хотя бы одну. И перестаньте краснеть, иначе официант решит, будто у вас случился удар.

— Сестра королевы! – не думая, выпалила Кристина, лишь бы хоть что-то ответить.

Если бы он дал ей время, девушка бы подготовилась, набросала список невест.

— Леди Лягушка? – скривился Арман и смыл неприятное послевкусие от прозвища Изольды глотком вина. – Увольте! Валхинка – последняя, кого я хотел бы видеть в своей постели, даже в качестве любовницы. Дальше? Хоть одна особа, чей вид и чье происхождение не вызывали тошноты и скуки.

Кристина промолчала и тоже отхлебнула вина. Оно оказалось божественным – необыкновенно легким, с яркими фруктовыми нотками.

— Никого, — подытожил герцог. – Но причина даже не в этом. Я мракоходец. Вам известно, что это значит?

Девушка кивнула:

— Так называют темных магов, способных перемещаться по другим мирам, ходить по Грани без риска умереть.

— Совершенно верно, — кивнул Арман. – Поэтому работы у меня хватает, одно королевское поручение за другим. Сами понимаете, не до жены. Но вам я уделю время.

Кристина поперхнулась и замахала руками:

— Лучше не надо! Отдадите супружеский долг и сошлете подальше, как намеревались. Я уже распланировала, чем займусь.

— Вы займетесь мной, — отрезал герцог.

— Эм, зачем? – Девушка недоуменно уставилась на него. – Положим, ребенок, но это быстро. Наверное. Я ведь здоровая, с первого раза смогу.

Уши вновь горели огнем. Кристина боялась поднять глаза, пошевелиться.

Ну почему разговор свернул не туда, зачем Арман ее мучает? Они оба знают, постель будущей герцогини будет холоднее льда. Кристину это полностью устраивало, она не собиралась становиться полноценной женой. Родить сына, получить отступные, продолжить образование – и никакого Армана Рувеля.

Оставалось только гадать, что скрывалось за этим многозначительным междометием. Но, так или иначе, он переменил тему, с привычным вежливым равнодушием попросил рассказать о семье и привычках. Кристина с радостью удовлетворила его любопытство. Лучше уж признаться, что появилась на свет незаконнорожденной, чем обсуждать спальню герцога.

Глава 20.3

— Почему к вашей матери не сватались? – Девушка ожидала какого угодно вопроса, только не такого. – И к кому отошел родовой титул? Насколько я понял, раньше вы были лордами.

— Прямая линия наследования прервалась, — вздохнула Кристина. – Ни матушка, ни я не имеем прав на бывший родовой замок. Последним им владел лорд Руперт Имирис, старший брат деда виконта Имириса. Тот самый, который покорил Ледяное море, но сгинул на обратном пути. Детей у него не было, все отошло его брату, со временем получившему титул виконта. Я же веду род от самого младшего брата Руперта, Эдвина. Когда-то у нас было большое поместье, но Руперт наделал долгов и перебрался в Гильд. Тут он женился на дочке местного торговца шерстью и вот, ни денег, ни славы, ни дара. Руперт – мой дедушка, — на всякий случай пояснила она.

Арман молчал, обдумывая полученные сведения. Хотя что тут обдумывать: дед-картежник, бабушка – торговка шерстью. Странно, но герцог ни слова не сказал о ее родне, в ответ предложил поведать о своей. Тут все оказалось иначе, впору позавидовать. У одного предка корона, у другого – слава великого воина. И жены у них под стать, теперь Кристина понимала, почему жених отказывался даже смотреть в сторону сестры королевы. Может, герцоги Маза и утратили трон, но княжество Валхия для них слишком мелко.

— Постойте, — они уже принялись за основное блюдо, когда Армана осенило. – Лорд Руперт Имирис… Это случайно не о нем сложили легенду? Документальных подтверждений нет, но якобы один из наших магов спас от смерти крылатого ящера, и тот поклялся ему в дружбе, помогал в военной кампании против Брешии?

— Да, это он, — кивнула Кристина. – Народный герой. Только вряд ли это правда. Двоюродный дедушка действительно участвовал в войне с Брешией, но точно не воевал вместе с драконом. Да и откуда ему взяться? Мы даже не знаем, добрался ли двоюродный дед до Снежной гряды. Он был тем еще авантюристом, пока все вокруг женились, рожали детей и делали деньги, добивались почестей, Руперт вечно носился с бредовыми идеями.

— Ну, чтобы встретить дракона, необязательно пересекать Ледяное море, — принявшись за ягненка, заметил герцог. – Я тому живой пример. Правда, я повстречал его в Сфаруме. Вряд ли ваш двоюродный дед был темным магом.

— Не был, — подтвердила девушка, хотя толком ничего о Руперте Имирисе не знала, только со слов матери, которая не особо вдавалась в историю семьи.

Да и до давно ли усопших родственников, когда течет крыша, а случайный муж, с которым она изначально планировала всего лишь скоротать пару долгих зимних вечеров, требует любви и внимания?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ночью большой старый дом кажется особенно мрачным. Кажется, будто из каждой тени, из-за каждого угла к тебе тянутся руки призрака, неведомый самоубийца хохочет, завывает вместе с ветром в печной трубе.

Кристине не спалось. Обхватив колени руками, она сидела у изголовья кровати и гипнотизировала взглядом свечу. Ни молоко с медом, ни заверения, что отныне Кристина точно в безопасности, не помогали. В голову упорно лезли мысли о смерти. Кто-то хотел убить ее… Теперь это доказано, сомнений быть не может. Стоило ненадолго прикрыть глаза, как девушке мерещилась тень убийцы. Он крался к кровати, заносил над ней нож… Всякий раз Кристина вскрикивала, в ужасе скидывала с себя оковы дремы. В итоге она решила не спать вовсе, зажгла свечу и села так, чтобы видеть дверь спальни.

За окном завывала метель. Вечер выдался ясным, но багровый закат пророчил ветреную погоду. Ненастье подкралось ближе к полуночи. Сначала подул ветер, подгоняя кучевые громады облаков. Они напоминали перепачканную в земле вату – такие же плотные и одновременно воздушные. Затем пошел снег. Сначала редкий, крупный, а потом все слилось в единый поток, безжалостно хлеставший по окнам. И без того взвинченные нервы заставляли Кристину вздрагивать, сжиматься в комок, когда очередной сильный порыв грозился разбить стекло. Казалось, еще немного, и оно треснет, непогода ворвется внутрь и погребет девушку под сугробами. Но стекло всякий раз выдерживало, только жалобно поскрипывало.

Сколько сейчас времени, сколько еще ждать рассвета? Может, хотя бы при свете дня Кристина успокоится и сможет немного поспать?

Девушка отважилась откинуть одеяло и спустила ноги с кровати. Босые пальцы тут же поджались от ледяного поцелуя сквозняка. Но ничего, в школе воспитанниц тоже не баловали. Переждав самый первый, острый момент, Кристина нашарила домашние туфли и встала. Часы на камине, отсюда не видно.

Кристину постигло жестокое разочарование. Всего час ночи! Выходит, она бодрствовала всего три часа, а не шесть-семь, как ей казалось.

Проклятый ветер не стихал, тени только становились гуще. Пусть лед – ее стихия, но с ним Кристине не совладать. Он чужой, враждебный, пугающий.

Лучше бы она не зажигала свечу, с ней еще страшнее! Отсюда огарок напоминал мигающее око фантастического зверя.

— Спокойно, спокойно! – несколько раз повторила себе Кристина и опустилась на корточки перед камином. – Мне все только кажется, никого в комнате нет. Сейчас я разожгу огонь, погрею ноги, вернусь в постель и сразу засну.

«Меня хотели убить!»

Упорная мысль снова всплыла в ее сознании, а вместе с ней и Лайнел Имирис. Право, откуда в людях столько ненависти! Он утверждал, будто Кристина опозорила их род… Хм, но ведь если разобраться, она, наоборот, укрепляла его величие. Лайнелу бы порадоваться родству с Рувелями, сам он при всех его амбициях вряд ли женится столь удачно. Изольду Валхинскую троюродный братец точно не получит, королева выразилась однозначно. Положим, Арман и Лайнел – соперники. Если Кристина правильно поняла, они метили на один и тот же пост, так почему не разыграть карту бедной сестрички? Приголубить ее, приласкать, а взамен получить надежного информатора. У Кристины с герцогом брак не по любви, виконту все карты в руки, однако он против всякой логики мечтал расстроить свадьбу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 21.1

— Может, у него тоже внебрачная дочь есть? – предположила Кристина, пытаясь нашарить кресало. – И он собирался подсунуть ее Арману? Не вижу я иных причин, разве только…

Рука девушки замерла, крепко сжав огниво.

Как же полезно иногда размышлять вслух!

— Если только мне после свадьбы не перейдет нечто, что он не хочет отдавать. Многие ставят подобное условие, наделяют долей наследства после замужества. Вдруг покойный дедушка Лайнела что-то завещал брату? Вполне мог. А Лайнел не из тех, кто делится.

Будто соглашаясь с ее мыслями, в окно ударил очередной снежный порыв. Рама затрещала, и перепуганная Кристина метнулась к двери.

Проклятая комната, она здесь точно не заснет! Кто только додумался построить дворец над обрывом!

Кристина глубоко вздохнула, унимая биение сердца. Тяжесть огнива в руке напомнила о первоначальных планах. Она шагнула к камину и замерла, заметив подозрительную тень у гардин. Мог ли кто-то воспользоваться непогодой и под прикрытием вьюги проникнуть в дом?

— Кто здесь? – пискнула девушка и чиркнула кресалом.

Короткая огненная вспышка не добавила ясности, а темнота после нее показалась лишь гуще.

Показалось, или стало холоднее? Будто кто-то действительно ненадолго отворял окно. Не желая разбираться, так ли это, Кристина выскользнула в коридор и, тяжело дыша, привалилась к двери.

Какая гнетущая тишина!

Дверь за ее спиной дрогнула. Волосы на теле Кристины стали дыбом в немом ужасе. Она затравленно огляделась. Где спрятаться, куда бежать? Арман! Он может проклинать ее, оскорблять, пусть только защитит от таинственного убийцы!

Кристина сорвалась с места. Она бежала так, словно за ней гнался целый отряд Вестников смерти. По дороге девушка умудрилась потерять одну туфлю и теперь, сорвав с ноги за ненадобностью вторую, барабанила ей по всем дверям на половине Армана. Увы, в кабинете свет не горел, а она не знала, где находится спальня герцога.

— Какого демона!

Очередная дверь, которую Кристина молотила каблуком, отворилась, и девушка повалилась прямо под ноги рассерженному, сонному Арману. Туфля отлетела и, несколько раз перевернувшись в воздухе, приземлилась на край ковра.

— Вы хотели меня сжечь, словно ведьмака? – усмехнулся герцог, уставившись на левую руку Кристины.

Только сейчас она сообразила, что все это время намертво сжимала в ней огниво.

Кристина неуклюже поднялась и одернула сорочку.

— Вы надумали ускорить первую брачную ночь?

Взгляд Армана переместился на ее грудь. Не понимая, что с ней не так, девушка ощупала ее и густо покраснела. Соски! Затвердев от холода, они проступили сквозь тонкую ткань. Надежно прикрыв грудь ладонями, пунцовая Кристина бочком проскользнула мимо ухмыляющегося жениха. Сначала показала ножки, затем это. Осталось только подол задрать и попросить Армана снять штаны. Они ведь на нем есть, правда? Подгоняемая животным ужасом, Кристина не задумывалась о некоторых аспектах своего ночного визита, а теперь боялась опустить взгляд ниже лица Армана.

— Залезайте под одеяло, — скомандовал он и запер дверь. – Там уж, в зависимости от ваших намерений, либо стягивайте сорочку, либо рассказывайте, в чем дело.

Кристина колебалась. Лечь в кровать к мужчине? Но не вечно же так стоять, пытаясь одновременно прикрыть все части тела?

— Отвернитесь! – потребовала она.

Герцог ухмыльнулся, но таки повернулся к ней спиной. Не теряя времени даром, Кристина рванула к большой, даже больше чем в ее спальне, кровати и юркнула под одеяло, натянув его по самый подбородок.

— Я готова! – прокашлялась она.

Щеки по-прежнему горели, и Кристина прижала к ним прохладные ладони.

— Готовы, но явно не к тому, на что я рассчитывал.

Взгляд Армана пробежался по одеялу и остановился на ее лице. Кристина же, в свою очередь, отважилась взглянуть ниже и с облегчением выдохнула: штаны на герцоге имелись. Правда, кальсоны, из-за длинной рубашки на выпуск толком не рассмотреть, но жених точно не голый. А вот Кристина… Плотно сжав бедра, она пожелала, что для женщин тоже не делали ночных панталон.

— Я приличная девушка, милорд, — напомнила девушка и натянула одеяло еще выше, до носа.

— По вам и без слова видно, — усмехнулся Арман, — но можно же помечтать? Невеста, врывающаяся в мою спальни посреди ночи и предающаяся со мной животной страсти… Ну, — он подошел к кровати и потянулся к свече, чтобы задуть ее, — рассказывайте, что у вас опять произошло.

— Вы?.. – Кристина понадеялась, что ей показалось, но герцог действительно лег рядом с ней. – Вы собираетесь здесь спать?

— Разумеется! – фыркнул Арман. – Это моя спальня и моя кровать.

Ему захотелось немного позлить Кристину, заодно проучить строптивую девчонку, и он привалился к ней, подмял под себя.

Как же гулко билось ее сердце!

Наслаждаясь смущением невесты, Арман коснулся ее ноги и нарочито медленно стал продвигаться выше, к округлости бедра. Когда же она его остановит? Но, вопреки ожиданиям, Кристина онемела и окаменела, позволяя пальцам все ближе подбираться к заветной цели. Когда они коснулись внутренней поверхности бедра, она, наконец, опомнилась, часто-часто задышала и ударила его коленом в живот. Арман покорно перекатился на бок, оставил ее в покое.

— Хм, а вы были совсем не против. Я удивлен!

— Вам показалось! – возмутилась Кристина, порадовавшись, что жених не видит ее лица.

Девушка действительно растерялась, дала слабину. Сама толком не понимала, как и почему это произошло, отчего сразу не отпихнула, не дала по руке. Пока он трогал ее колени, было даже волнительно, но совсем не страшно.

— Допустим, — зевнул Арман, — но вы мне точно не привиделись. Итак, чего вы хотите? Секс, как мы только что выяснили, вас не интересует.

Глава 21.2

Кристина замялась. Прижав подушку к груди, она сидела в кровати жениха и кусала губы. А ведь Кристина сама толком не понимала, чего хотела, всего лишь не оставаться одной в темной спальне. Теперь, немного успокоившись и поразмыслив, она убедилась, что злоумышленник ей привиделся. Никто за гардиной не прятался, а дверь дергалась от сквозняка.

— Я не могла заснуть, — наконец призналась она.

Сейчас Арман ее отругает и отправит восвояси. Но он молчал, и Кристина робко продолжила:

— Мне было очень страшно. Еще и метель…

— И вам захотелось ко мне под бок, — закончил за нее герцог. – Странное желание, но, так и быть, оставайтесь. Хотя я не привык спать с женщинами по-братски.

— О, я вас не затрудню! – Все так же не расставаясь с подушкой, Кристина заерзала к краю постели. – Кровать большая, вы даже не почувствуете…

— А я хотел бы почувствовать и все попробовать.

Кристина взвизгнула, когда сильные руки обхватили ее за талию и перетащили обратно.

— Ну же, отбросьте стыд, — крепко удерживая свою жертву, жарко прошептал на ушко Арман. – Не противьтесь провидению, Кристина. Возможно, хороший секс – это как раз то, что станет надежным фундаментом нашего брака. Зачем ждать свадьбы? Вы ведь знаете, при всем желании я не сбегу, не брошу вас опозоренной.

Невеста разбудила его, но теперь сон пропал. Прижимаясь к Кристине, нарочно вгоняю ее в краску, Арман поймал себя на мысли, что действительно хочет увидеть ее раскрасневшееся от удовольствия личико. Дурочка, чем больше она барахталась, тем выше задирался подол ее сорочки, тем теснее ткань облегала тело. На радость Арману, разумеется.

— Герцог Маза не опустится до насилия!

Она уже не сопротивлялась, понимая, жених сильнее. Но, странное дело, стоило Кристине перестать барахтаться и пинаться, как Арман тут же опустил ее и… рассмеялся. Последнее обескуражило девушку. Она даже бежать раздумала.

— Не понимаю, что здесь смешного! – буркнула Кристина и, убедившись, что герцог не смотрит, оправила сорочку.

— Вы точно не из монастыря? – Арман перекатился на спину и заложил руки за голову. – Никогда прежде не встречал такого наивного целомудрия! Во время первой брачной ночи вы в обморок упадете?

— Ничего я не упаду! С чего вдруг? – насупилась девушка.

Может, она и девственница, но не настолько!

— Мне же придется трогать вашу грудь…

— Трогайте! Можете даже сейчас потрогать, — смело предложила Кристина, — и убедиться, что я не лишусь чувств.

— Ловлю на слове!

Арман приподнялся и потянулся к притихшей Кристине. Она закрыла глаза, но не шелохнулась, когда его пальцы легли поверх сорочки.

— Хм! – многозначительно протянул герцог. – Действительно, пока не падаете. А если так? На вас ведь не будет ночной рубашки.

Одна его ладонь осталась лежать поверх ткани, зато вторая… Кристина крепко зажмурилась и задержала дыхание, когда пальцы Арман сжали ее грудь. Будто этого мало, герцог чуть приподнял ее и принялся поглаживать сосок.

— Нравится? Только честно!

Следовало ответить отрицательно, но Кристина промолчала. Ее сердце то стучало часто-часто, то пропускало удары.

— Еще не определись? А если так?

Теперь он овладел обеими ее грудями и неспешно их ласкал, стремясь пробудить в зажатой девочке чувственное начало. Она трепела в его руках, словно птичка в силке, окаменевшая, но покорная.

Сорочка соскользнула с плеч зачарованной лаской Кристины, и Арман, не позволив замерзнуть, приник к ее груди губами. Девушка испустила легкий стон. Она и подумать не могла, что это так приятно. Возбуждение горячей волной прокатилось по телу, заставило выгнуться навстречу требовательным губам.

Продолжая целовать податливое девичье тело, Арман стащил и выбросил на пол мешавшую сорочку. Кристина и не заметила. Еще бы, он слишком умело отвлекал ее! Не забывая о груди, вновь лаская ее пальцами, герцог скользнул губами ниже. Бедра пока плотно сжаты, но скоро разомкнутся для него. Пора тоже раздеться, чтобы не упустить удобный миг. Это и стало роковой ошибкой. Стоило его плоти коснуться ее бедра, как Кристина вынырнула из пьянящего тумана. Глаза ее в ужасе расширились, уставились ему ниже пояса.

— Вы голый!

Несмотря на весь трагизм ситуации, Арман расхохотался. Будет ему уроком!

— Уже нет, — он с неохотой натянул на себя кальсоны и, отыскав, не глядя кинул Кристине ночную рубашку. – Зато мы оба выяснили, что с брачной ночью проблем не возникнет. Но вы все равно девственная девственница.

Ответа не последовала. Шумно сопя, Кристина натягивала сорочку.

— Можете остаться. – Для верности Арман натянул еще и рубашку. – Я устроюсь на коврике. Или таки проверю вашу спальню, уверюсь, что там нет ни отравленных простыней, ни наемных убийц.

— Благодарю, но спать с вами после такого станет только дура.

Кристина свесила ноги с постели и задумалась. Внутри по-прежнему клокотала злость на герцога, но девушка сознавала, в случившемся была и ее вина. Ей действительно нравилось. Ровно до того момента, как Арман снял штаны, разумеется. Смешанное со стыдом чувство было настолько острым, пьянящим. Наверное, это наследственное, передалось Кристине от матери, потому что добропорядочная девушка с хорошей родословной точно не позволит мужчине целовать свою грудь. Даже если он ее жених. «Нелюбимый и не любящий жених», — напомнила себе Кристина.

— Ну, так вы уходите? – поторопил ее Арман.

Ниже пасть уже некуда, поэтому Кристина останется. В коридоре холодно, идти далеко, да и постель успела остыть.

— Критично вы относитесь к своим умственным способностям! – усмехнулся герцог и соорудил для невесты норку из одеяла. – Залезайте и спите спокойно. Я не стану приставать. Взамен завтра вы составите мне компанию. Прогуляемся в одно место. Если не испугаетесь, разумеется. Идти туда одному небезопасно, а у Кира могут найтись дела поважнее, чем разбираться с почившим драконом.

— Что вы имеете в виду?

Кристина устроилась на самом краю кровати, чтобы в любой момент суметь сбежать, вырваться из рук похотливого жениха. Но тот, кажется, потерял к девушке всякий интерес, повернулся к ней спиной и задремал. Даже обидно! Только что пылал страстью, домогался, а теперь спит. И куда он собрался ее взять? А, завтра узнает.

Сцедив зевок в кулак, Кристина поймала себя на мысли, что тоже хочет спать. А ведь думала, станет бодрствовать до утра… И страхи все куда-то подевались, больше ничего не мерещится. Действенное лекарство у Армана! Но девушка все равно с ним поговорит и в самой жесткой форме потребует извинений.

Арман лениво потянулся и покосился на другую сторону кровати, где, свернувшись калачиком, спала полуобнаженная невеста. Волосы ее во сне растрепались, рот приоткрылся, рождая фривольные мысли. Герцог улыбнулся. Он много чего сделал бы с этим ротиком. И не только с ним. Воспоминание о вчерашней игре сделало улыбку еще шире. Арман едва не получил строптивицу. Глупышка не понимала, что своим упрямством, своим желанием показаться опытной, смелой лишь играла ему на руку.

Герцог на мгновение смежил веки, воскресил в памяти округлости бедер, мягкость девичьей груди. После качнул головой и осторожно, чтобы не разбудить Кристину скрипом кровати, сел. Подсунув подушку под поясницу, Арман пригладил волосы и пошарил рукой на прикроватной тумбочке. Кажется, вчера он оставил это там. Черный матовый шарик ткнулся в ладонь. Да, никуда не делся, на месте. Еще раз обернувшись, проверив, спит ли Кристина, герцог покатал шарик в ладонях, согревая, поднес к губам, прошептав нужное имя, и швырнул о пол. Вопреки логике, удара не последовало. Не долетев до пола, шарик раскрылся, превратился в большое прозрачное круглое зеркало без оправы. Пара мгновений, и в нем проступили подернутые дымкой очертания комнаты. Судя по обилию склянок на полках, лаборатории.

— Арман, ты совсем совесть потерял?! – вместо приветствия окрысился откуда-то Кир.

Вскоре он показался в поле зрения. Некромант выглядел так, словно недавно побывал в эпицентре взрыва: весь в саже, каких-то пятнах, с уложенными в гульку волосами сомнительной чистоты.

— И тебе доброго утра, — поздоровался герцог и посоветовал: — Перестань вымещать на других зло за неудавшийся эксперимент.

— Он бы удался, если бы некоторые, — Кир метнул выразительный взгляд на приятеля, — не отвлекли меня с помощью экстренной связи. Надеюсь, у тебя что-то действительно важное, а то займешь место трупа, который только что испортил.

— Не кричи, Кристина спит.

Арман приложил палец к губам и покосился на девушку. Она заворочалась, но не проснулась. Пробормотав что-то невнятное, Кристина перевернулась на другой бок и затихла.

— Вы уже? – удивленно поднял брови некромант и, позабыв о злости, засыпал друга вопросами исключительно интимного свойства.

— Так и знал, что ты неровно дышишь к моей невесте! – ответил на все разом Арман. – Даже не надейся, третий нам в постели не нужен. А Кристина… — Он специально выдержал паузу и плотоядно улыбнулся, чтобы позлить друга. – Сочный персик.

Пошлое сравнение, герцог никогда не употребил бы его в беседе, но сегодня он проснулся в необычайном хорошем, игривом настроении. И первой его жертвой пал Кир. С другой стороны, если некромант уверится, будто у них все случилось, перестанет делать Кристине авансе. Они раздражали Армана, равно как и слухи, бродившие на кухне. Он сдержал слово, рассчитал невоздержанную на язык кухарку и потребовал от нового дворецкого строго следить за прислугой. Но осадок остался. Неприятный осадок. Все дело в излишнем сближении с Кристиной. Если бы Арман и прежде держал ее на расстоянии, ревности неоткуда было бы взяться.

— Ты только для этого меня вызвал, чтобы хвастаться персиками, яблоками, вишенками и прочими фруктами с твоего стола?

Новость Киру, определенно, не понравилась. Герцог мысленно довольно улыбнулся. Зря он сомневался, думал, не лучше ли пройти в кабинет.

— Сам как думаешь? – усмехнулся Арман. – Мне нужен твой совет, в идеале – помощь и участие. Словом, я решил наведаться на другой берег Эфирного моря, в Пустоши.

По ту сторону переговорного зеркала воцарилось молчание. Кир пристально, не мигая, смотрел на друга, а потом, надеясь, что ослышался, уточнил:

— Ты серьезно?

— Вполне, — пожал плечами герцог. – Я мракоходец, Грань меня не заберет, а другого способа распутать клубок, увы, нет. В идеале мне нужно добраться до тени убитой ведьмы, той, которая опутала меня проклятием. Но на такую удачу я не надеюсь, поэтому пообщаюсь с одним мертвым драконом. Устроишь?

— Ты больной! – со вздохом покачал головой Кир. – Уймись уже! Вот, девушку завел, резвись с ней, детишек плоди, а не играй в шахматы со смертью.

— Тебя вы в актеры, Кир, срывал бы овации. – Речь приятеля Армана не переубедила. – Сколько драмы, сколько штампов! Но давай это все пропустим, просто скажи «да» или «нет».

Однако Кир умудрился уйти от ответа:

— Обещаю подумать, чего и тебе советую.

Только вот Арман не собирался сдаваться. Соскочив с постели, он вплотную приблизился к зеркалу и с прищуром язвительно поинтересовался:

— Когда это Кир Соль превратился в труса?

— Видимо, тогда, когда ты растерял остатки мозгов, — не остался в долгу Кир.

Он ненадолго скрылся из виду. Что-то звякнуло, стукнуло, и некромант вновь возник в поле зрения, уже без сажи на лице.

— Учти, — пригрозил он пальцем, — Лайнел только порадуется, если я соглашусь. Он спит и видит себя во главе Магического совета.

— С его-то даром? – презрительно хмыкнул Арман. – Скорее Герман. С Лайнела хватит места в обоих советах, хотя из одного бы я его убрал. Политик из него еще хуже, чем маг. Через час у тебя, обсудим.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 22.1

Не дав приятелю времени возразить, герцог хлопнул в ладоши, свернув зеркало в матовый черный шарик. Арман наклонился, чтобы поднять его, а, когда выпрямился, встретился с сонным, но крайне недовольным взглядом Кристины.

— Что здесь происходит?

Она пыталась быть грозной, но вызывала лишь улыбку своим нелепым видом. Всклокоченные волосы, глаза-щелочки, сбившаяся на одно плечо ночная рубашка… Взгляд герцога сам собой остановился чуть ниже горловины, и, Кристина, густо покраснев, под его громкий смех с головой нырнула под одеяло.

— Что вы себе позволяете? – пискнула она оттуда.

А, нет, голову таки высунула.

— Вам ведь понравилось.

Стыдиться ночного поступка герцог не собирался, равно как отворачиваться, чтобы стянуть рубашку. Если хочет, пусть смотрит. Насвистывая, Арман кинул ночное одеяние на кровать и в одних кальсонах направился в ванную. «А в чем он вернется после?» – задала себе резонный вопрос Кристина и поняла, что ни в чем, максимум с полотенцем на бедрах.

— Вы дурно воспитаны! Вы меня едва не изнасиловали!

Завернувшись в одеяло, девушка спрыгнула с постели.

— Едва не считается, — донеслось из-за приоткрытой двери. – Да и на изнасилование это походило мало, скорее на урок по теме сексуального воспитания. Тут вы в отстающих, Кристина, твердое «неудовлетворительно».

Кристина в сердцах запустила в дверь ванной подушку. Шум воды скрыл смех довольного Армана. Это получилось еще забавнее, нежели он предполагал, комедия в двух актах. Заодно герцог избавил себя от головной боли в виде утреннего скандала. Сейчас мышка юркнет в свою комнату, переоденется, за завтраком станет краснеть и головы не подымет. Идеально! К тому времени, как она успокоится, они с Киром уже все обсудят.

Предсказания Армана сбылись. Кристина без раздумий бы проглотила тарелку или заново разобрала школьный чердак, лишь бы не чувствовать на себе насмешливый, всезнающий взгляд жениха. Тот настоял, чтобы невеста вышла к завтраку, и с завидным аппетитом проглотил еще два яйца и пару тостов, тогда как Кристина вяло жевала лист салата.

— Вам потребуется много сил, советую налегать на другую пищу.

И опять этот взгляд. Будто Арман намекал…

— Хватит! – не выдержала Кристина и с шумом положила вилку на стол. – Вы поступили дурно, но почему-то стыдно мне.

— Я всего лишь учил вас, — спокойно ответил герцог и напомнил: — К тому же не я полуголый вломился в вашу спальню посреди ночи и забрался в постель.

— Я испугалась, думала… Напрасно, как оказалось. Вы не только заносчивая задница, но еще и озабоченный пошляк.

Выпалив все, Кристина глубоко вздохнула, приготовилась бежать из столовой, только… Она широко распахнула глаза, в изумлении уставилась на Армана. Где приступ гнева? Вместо того, чтобы метать громы и молнии, герцог хохотал. И как! Упоенно, откинувшись на спинку стула, до слез.

— Вы восхитительны, Кристина! – немного успокоившись, произнес он и, не удержавшись, снова фыркнул. – Задницей и озабоченным меня еще не называли.

— Рада стать первой, — буркнула девушка и неохотно вернулась к еде.

— Не беспокойтесь, крепости вашей девственности до свадьбы ничего не грозит, — заверил Арман. – Разумеется, если вы сами не принесете ключи от города.

— Даже не надейтесь, не принесу.

Кристина уткнулась в тарелку. Как она могла?! Это противоестественно, гадко, противно, ее должно было стошнить, но даже сейчас действия герцога возмущали, однако отзывались сладостной дрожью в кончиках пальцев. Когда он накрыл ртом ее сосок… Покраснев по самые плечи, девушка заставила себя думать о еде. Помогло. Оказывается, если последовательно сосредотачиваться на простых действиях, как то: отрезать кусочек ветчины, наколоть его на вилку, отправить в рот, — быстро успокаиваешься

— Ночью я убедился, что вы смелая, — после длительного молчания уже другим, привычным отстраненным тоном заговорил Арман. – Это качество вам пригодится в том месте, куда мы направимся. Возможно, найдется применение и вашему дару.

Заинтригованная Кристина навострила уши. Злость улетучилась, остались только стыд и досада на себя, но с ними девушка кое-как справится.

— Но сначала, — не спешил раскрывать карты герцог, — я наведаюсь к Киру. Вдруг он таки согласится? Вы же на всякий случай приготовьтесь, оденьтесь тепло и удобно и ждите меня в кабинете. Так и быть, — Арман знал, чем ее умаслить, — разрешаю полистать мои книги.

В доме друга герцог оказался минута в минуту, вошел в гостиную вместе с боем часов. Кир тоже не терял времени зря, успел и привести себя в порядок, и позавтракать. Только вот вместо приветственной улыбки некромант встретил приятеля мрачным предупреждением:

— Не вернешься, пеняй на себя!

Арман пропустил его мимо ушей и расположился в одном из покойных, глубоких кресел.

— Значит, ты со мной не пойдешь.

— Ты неисправим! – горестно вздохнул Кир и уселся неподалеку. – Даже появление женщины тебя не изменило.

— А должно было? Жена, долг и работа – разные вещи. Но оставим мою личную жизнь. Ничего не выяснил про доброхота из ювелирной лавки?

Пришло время некроманта таинственно улыбаться. Когда его улыбка доползла до ушей, Арман не выдержал и потребовал немедленно поделиться новостями.

— Но только тебе, не для суда, — предупредил Кир и, наклонившись к другу, перешел на шепот: — Мои методы… не совсем законны.

— У тебя все не совсем законно, Кир. Дальше!

— А дальше у меня для тебя сюрприз. – Некромант сиял не хуже хорошо начищенной медной лампы. – Секретарь ее поздравил.

— Чей? – нахмурился Арман.

Хотелось ухватить приятеля за грудки и вытрясти необходимую информацию. Тот будто специально издевался, выдавал в час по чайной ложке.

Глава 22.2

— Королевского совета, — подмигнул Кир и отстранился, сел прямо. – Вот и думай. Ниточка имеется, направление для работы – тоже.

— Да уж! – немного разочарованно протянул герцог.

Все еще больше запуталось.

— Насчет Пустошей не передумал? – с надеждой поинтересовался Кир.

Арман покачал головой. Если не сделает сейчас, потом станет жалеть.

— Ты ведь помнишь о рисках?

Красные глаза, не мигая, уставились в его глаза.

— Помню, поэтому отправлюсь туда во втором облике: он более устойчив к зову Грани. А ты?..

Молчаливый вопрос повис в воздухе.

— Увы! – тяжко вздохнул Кир и поморщился. – С удовольствием бы составил компанию, честно, Арман, но именно сейчас этот идиот Витус требует с меня план лекций. Будто подождать нельзя!

— Витус? – заинтересовался герцог. – Витус Асмус?

Некромант с самой кислой миной кивнул и пожелал ректору Академии магического познания утонуть в бумагах, чтобы в его голову больше не приходили блестящие идеи насчет спецкурсов.

— Так откажись.

Арман искренне не понимал, в чем проблема. Кир выдумал крайне неубедительный предлог для отказа.

— Король. – Приятель испустил еще один тягостный вздох. – Ему не откажешь. Его величество нашел подготовку некромантов недостаточной и обратился ко мне с личной просьбой. Ну а Витус на радостях потребовал план занятий, мол, без него к студентам не допустит. Можно подумать, он хоть что-нибудь смыслит в некромантии! Послал бы идиота, но тот Конраду нажалуется. Словом, извини, приятель, могу только забрать.

— Тоже сгодится, — кивнул герцог и поднялся с кресла, готовясь открыть портал. – Возьму с собой Кристину.

— Не смей! – подскочив, крикнул уже в завывающие языки пламени Кир и, ухватившись за голову, рухнул обратно в кресло.

Вот зачем он соврал, не было никакого спецкурса. Некромант просто слишком хорошо представлял опасность, исходившую от Пустошей. Она находилась по ту сторону Эфирного моря в Сфаруме и представляла собой первый круг загробного мира. Здесь ожидали решения свой участи погибшие насильственной смертью и проживали вечную загробную жизнь крылатые ящеры и прочие твари с особой, фиолетовой кровью. Но главную опасность представляли не они, а Дыхание Грани. Предсказать, когда над Пустошами пронесется очередной огненный ветер, невозможно. И если тем же драконам даже после смерти ничего не сделается, то любое живое существо, оказавшиеся на пути Дыхания, безвозвратно погибнет.

И вот туда Арман собирался взять Кристину. Немыслимо! Да, формально он прав, в такое путешествие отправляются только с напарником, который держит путеводную нить, но вряд ли на эту роль подойдет юная магесса льда. Нужно помешать, остановить Армана, пока он не натворил бед.

Подхватив из кабинета плащ, Кир ринулся во дворец герцогов Маза, но столкнулся с неожиданной проблемой: защита дома отказывалась пропускать его. Портал некроманта открылся не в холле, а возле парадных ворот.

— Демоновы потроха! – от души выругался Кир. – Я больше не желанный гость в этом доме?

Потоптавшись перед воротами, он попробовал снова, но портал не сработал, схлопнулся, едва открывшись. Пришлось некроманту уподобится обычному посетителю и позвонить в звонок.

Кир ошибся, никаких особых распоряжений на его счет не отдавали, герцог всего лишь озаботился дополнительной охраной своего жилища. Все это по пути к дому поведал учтивый Грег — новый дворецкий Армана. Теперь никто, кроме, пожалуй, короля не мог попасть на территорию дворца магическим способом.

— Разумно, — кивнул Кир.

Раздражение в его душе улеглось. А то он, грешным делом, решил, будто из друзей превратился во врага Армана.

— Обождите здесь, я доложу милорду.

Грег предпринял попытку соблюсти протокол, но некромант отстранил его со своего пути и прямиком направился в покои друга. Он подоспел вовремя: Арман как раз инструктировал Кристину и попутно готовился к переходу.

— А как же твои лекции? – удивленно поднял брови герцог при виде друга.

— Ты важнее. – Некромант так и не признался во лжи.

Его обеспокоенный взгляд скользнул на лицо Кристины. Что-то та сегодня тихая, задумчивая, смотрит в пол.

— Что ты с ней сделал? – нахмурившись, кивнул Кир на девушку.

— Ничего, кроме того, что ты видел. А теперь, будь любезен, — заранее поставил точку в назревающем споре герцог, — либо помоги, либо жди вестей и гоняй по кладбищам студентов.

Разумеется, некромант выбрал первый вариант. Пробурчав для порядка, Арман упрям, его все равно не переубедить, о безумцах и последствиях их поступков, он предложил переместиться в холл:

— Там удобнее. Заодно если что-то испортим, не жалко. Само собой, — он покосился на приятеля, четко дав понять, это не вопрос, а непреложный факт, — девушку с собой не берем?

— Не берем, — кивнул Арман и обернулся к Кристине: — Надеюсь, вы не против?

Она была только за. Идти неведомо куда с Арманом изначально казалось сомнительной идеей, а когда в разговоре всплыли мертвецы, окончательно расхотелось. К тому же герцог вряд ли говорил серьезно, наверняка испытывал ее, а то и вовсе издевался.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Эх, — Кир хрустнул пальцами, — разомну свои изнеженные косточки! А то с королевской службой скоро забуду, как Грань выглядит!

Кристина никогда не думала, что станет скучать по Благородной школе, но, в третий раз выпив чаю и во второй прогулявшись по парадным залам дворца герцогов Маза, она с удовольствием перенеслась бы на один из уроков. Заняться было решительно нечем. Девушка гадала, как коротают свой досуг прочие великосветские дамы. По примеру королевы Маргариты читают? Вышивают, плетут интриги? Положим, Кристина знала, с какой стороны подступиться к пяльцам, но вряд ли усидела с иголкой дольше получаса. Увы, рукоделие никогда не входило в число ее интересов. Интриги – тем более. Она не видела смысла тратить свою жизнь на пакости другим, однако не все придерживались того же мнения. Нашелся же недоброжелатель, который жаждал уничтожить род Рувелей и ее, Кристину, заодно.

О, если бы Кристину мучила только скука! Она не находила себе места, думая о ушедших неведомо куда мужчинах. Сфарум пугал. Это не прогулка по столичным окрестностям, оттуда можно не вернуться! Вдобавок Арман туманно ответил на вопрос, когда стоит ждать его обратно. Он был слишком поглощен подготовкой к переходу и едва ли замечал Кристину. День или два – никакой определенности!

И вот теперь Кристина осталась одна в большом доме, предоставленная самой себе и своим мыслям. Устроившись в глубоком кресле в библиотеке, обложившись подушками, девушка в пятый, а то и десятый раз пробовала прочитать первый абзац наугад вытащенной книги. Мысли неизменно обращались к пентаграмме на полу холла. Пусть Арман строго-настрого запретил смотреть, она все равно незаметно устроилась на площадке второго этажа и, прильнув к перилам, с замиранием сердца наблюдала за странным ритуалом.

Арман и Кир перемещались между мирами по-разному. Некромант уповал на пентаграмму и возможности дара, а герцог... Мракоходцы особенные. Их мало, и каждый на вес золота. Инструментом Армана было черное пламя. То самое, которым он пользовался вместо порталов. Только сейчас Арман воздвиг целую стену огня, непрозрачную дрожащую завесу, разрезавшую холл пополам. Казалось, она поглощала абсолютно все, что по неосторожности касалось ее зыбких границ, даже мельчайшие пылинки. Кристина тогда сильно перепугалась. Стена показалась ей самим Мраком, бесконечной изнанкой Грани, из которой нет выхода, потому что не существует и входа. Зажав рот ладонью, чтобы не закричать, она в ужасе наблюдала за тем, как Арман беспечно переговаривался с Киром в считанных метрах от опасности. Как он в последний раз проверял кольца, активировал артефакты, зачем-то разминал пальцы. Убедившись, что приятель тоже готов к переходу, они условились встретиться у камня Теи, Арман повернулся лицом к Мраку и вскинул руки. По его телу прокатились разряды мириад крошечных молний. Кристина сдавленно ахнула, когда Арман растворился, за мгновение, не больше тонкой струйкой перетек в пугающую черноту. Завеса тут же беззвучно исчезла. А как же взрыв, грохот, хотя бы щелчок или запах озона? Кристина смотрела и глазам своим не верила. Ничего. Будто ей все привиделось.

Увлеченная Арманом, она чуть не пропустила переход Кира. Он выдался не менее эффектным.

Показалось, или некромант уловил ее взгляд, почувствовал чужое присутствие? Так и есть, обернувшись к лестнице, он укоризненно покачал головой.

Нет, ну а что они думали? Что Кристина, как примерная девочка, отправится в свою комнату?

Но если Кир ее и видел, то промолчал. Он вошел внутрь пентаграммы и ногой начертил на полу некий символ – с лестницы не разглядеть, слишком далеко. Линии рисунка вспыхнули, но не черным, а самым обычным пламенем. Оно все разгоралось и разгоралось, пока с диким ревом не поглотило некроманта.

Выждав немного и убедившись, что ритуал окончен, Кристина отважилась спуститься в холл.

Линии пентаграммы Кира прочертили на камнях обуглившиеся черные борозды. Наклонившись, девушка осторожно потрогала одну из них пальцем – едва теплая. Кожу кольнуло, по спине пробежала дрожь, и Кристина от греха выпрямилась, отступила от опасного места. Судя по всему, там еще осталась магия, не стоит рисковать.

Зато Арман вовсе не оставил следов. Каменные плиты выглядели нетронутыми, даже зеркальный блеск не пропал.

— Мракоходцы велики! – приглушенным шепотом Кристина повторила прописную истину.

Прежде она об этом не задумалась, но ее жених поистине уникален. В школе подобные вопросы не обсуждали, но, если Кристина все правильно понимала, сейчас в Магрете всего один мракоходец. Они рождались редко, заранее предугадать, в какой магической семьей появится носитель особого портального дара, невозможно.

И вот теперь минуло четыре часа со времени ухода друзей в неведомые Пустоши. Четыре часа беспробудной скуки.

Смирившись с тем, что читать не хочется, Кристина отложила книгу и встала.

За окном быстро темнело. День выдался облачный, то и дело принимался идти снег. Ветер тоже постепенно крепчал, угрожая обрушить на столицу очередной вьюжный заряд.

Чтобы избавиться от морока страха прошлой ночи, Кристина зажгла все свечи. Ну вот, теперь по углам не собирались тени, за полками не мерещились призраки.

Кристина подумывала, не приказать ли ей подать еще чаю, когда дверь библиотеки отворилась, и на пороге возник Грег. Девушка толком не поняла, почему сердце ее вдруг сжалось, отчего внезапно засосало под ложечкой. Подумаешь, дворецкий принес почту. Разве Кристина не ждала письма от Бернадет? Свое собственное девушка отослала пару дней назад и теперь с нетерпением ждала ответа. Ох, с тех пор столько всего произошло! Кристина даже не знала, хватит ли у нее мужества написать. Наверное, некоторые вещи лучше не доверять бумаге. Речь шла вовсе не о пикантных развлечениях Армана, Кристине хотелось поделиться с подругой соображениями куда более опасного свойства.

Глава 23.1

— Почта, миледи.

Грег почтительно вручил Кристине конверт. Тот показался ей слишком тонким, она даже рассердилась на Бернадет. Кристина сочинила целую поэму, а подруга ограничилась парой строчек.

— Спасибо, Грег.

Она нетерпеливо отпустила дворецкого и, прихватив письмо, устроилась с ним на подоконнике, предвкушая занятное чтение.

Повертев конверт в руках, Кристина не увидела ни обратного адреса, ни оттиска почты на печати. Письмо запечатали темно-коричневым сургучом, приложив к нему перстень с изображением волка. Последний показался девушке до боли знакомым. Желая разрешить сомнения, она сбегала за нужным томом гербовника и проверила. Ошибки нет, перед ней символ рода Рувелей – поднявший морду к небесам серый хищник.

— Странно…

Беспокойство внутри Кристины усилилось, завязалось в тугой узел. Она медлила, не решаясь вскрыть конверт, а потом сделала это одним быстрым, резким движением, словно в воду прыгнула. Внутри оказался лист самой обычной почтовой бумаги. Такую можно встретить в гостинице, присутственном месте – где угодно. Хотя нет, одно отличие таки имелось – Кристина разглядела на просвет водяные знаки. Ей повезло, могла бы и не заметить, положить бумагу на колени, отвести руку от окна. В нижнем правом углу оказалась выведенная особым, с засечками, шрифтом буква «И», увенчанная короной. Сначала Кристина приняла ее за королевскую, но, поднеся бумагу к свече, убедилась, что ошиблась. Корона была очень странной формы – с шариками, напоминающими яйца, и без зубцов.

Оставив попытки разобраться, кто и зачем украсил бумагу столь странными водяными знаками, Кристина наконец обратилась к самому письму. Первое же слово заставило девушку нахмуриться. Писала вовсе не Бернадет, даже не кто-то из знакомых по школе, да и сам тон послания был безмерно далек от дружеского:

«Я дарю вам прекрасную возможность расторгнуть ненавистную помолвку. Просто напишите отказ от любого наследства, которое могло бы достаться вам и/или вашей матери от третьих лиц, не являющихся вашими родственниками, и оставьте под дверью кабинета герцога. После снимите чары со служебной калитки и оставьте ее открытой на ночь. Если вы все это сделаете, проснетесь свободной. Если же нет, пеняйте на себя».

Рука Кристины дрогнула, она едва не выронила письмо. И первой мыслью ее стало: «Какой же наглостью надо обладать, кем себя возомнить, чтобы написать такое!» Если неизвестный хотел ее напугать или получить в ее лице союзника, то не преуспел. Кристина закипала от ярости. Сжав в кулаке «грязные писульки», она перебирала в памяти знакомы и родственников Армана, которым могла бы показать анонимку.

Преступник на редкость удачно выбрал время, будто прознал об отлучке герцога и его лучшего друга, дождался, пока дворец и Кристина останутся без должной защиты. А что, если?.. Капля ледяного пота стекла по спине. Внутренности завязались морским узлом, мешая дышать. Так вот откуда предчувствие! Кристина вдруг ясно поняла, никакое это не совпадение, аноним прекрасно осведомлен, где сейчас Арман и Кир. Мог ли он сам подкинуть в голову жениха идею отправиться в Пустоши? Возможно. Кристина проводила с герцогом не так много времени, не в курсе всех его разговоров. Но кто? Она лихорадочно перебирала имена, стараясь не думать о самом страшном, что преступник – Кир. Он сейчас рядом с Арманом, ему ничего не стоит в любой момент оборвать жизнь друга.

Казалось бы, какая разница, что станет с навязанным заносчивым женихом, но Кристина, подхватив письмо, уже спешила в свои покои, одеваться. Она не допускала и мысли пойти на поводу у анонима. Если не знаешь, к кому обратиться, проси аудиенции у короля. Кристина бросится к нему в ноги, заставит выслушать себя. Неважно, любит она Армана или нет, плевать, как он к ней относится, жених вернется домой живым и невредимым. Стоило только допустить, всего на минуту, что герцога вдруг не стало, как сердце болезненно сжимало, перехватывало дыхание, подгибались ноги.

Нет уж, Кристина на чужом несчастье счастья не построит. Арман Рувель вернется, и точка. И наследство Кристина получит. Она и ее мать не настолько богаты, чтобы разбрасываться нежданными подарками судьбы. Эх, еще бы понять, кто оказался столь щедрым! Может, где-то скончался очередной бездетный богач и, как лорд Руперт в свое время, облагодетельствовал родню?

Кристина резко затормозила, едва не поскользнувшись на каменном полу.

Какая же она дура, почему сразу не сообразила?! Корона на бумаге вовсе не странная, а геральдическая. Сейчас подобные изображения остались в прошлом, сохранились только на очень официальных документах, но прежде встречались на щите любого дворянина, обозначая его социальный статус. Корона – прерогатива не только монарха. Существовали герцогские, графские и тому подобное. Корона с «яйцами» принадлежала виконтам.

— Ну братец! – сжала кулаки Кристина. – Кое-кто совсем обнаглел!

Да, именно так – братец. Пусть Лайнел Имирис сколько угодно обижается, но родство от этого никуда не денется. Он и Кристина – троюродные брат и сестра. И наследство наверняка то самое, из-за которого Арман и Кир отправились в неведомые Пустоши. То, которым так жаждал единолично завладеть Лайнел.

— Хелена, подай кофейное платье с зеленым поясом!

Кристина снежным вихрем ворвалась в спальню, на ходу расстегивая крючки прежнего наряда. Времени принять ванну нет, придется обойтись обтиранием.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— И льда, льда принеси! – не озаботившись проверить, слышит ее горничная или нет, девушка переступила через платье и скрылась в ванной комнате.

Там она критически осмотрела себя, качая головой, отмечая последствия неспокойной ночи. Ничего, лед, пудра и правильно наложенная косметика многое поправят. Ей ведь нужно не соблазнить Конрада, а не посрамить статуса невесты герцога Маза.

— Лишь бы только застать короля, пробиться к нему! – бормотала Кристина, пока Хелена затягивала ее в другой корсет, зашнуровывала лиф платья.

Глава 23.2

Дело слишком серьезное, чтобы доверить его даже секретарю Конрада. Как-никак в нем замешана его золовка. Может, только косвенно, но все же. О таких вещах нужно говорить деликатно, девушка собиралась умолчать о связи Изольды и Лайнела, соврать, будто слышала его разговор с некой дамой, которую не успела опознать. Пусть королева сама разбирается с сестрой, задача Кристины – сохранить жизнь себе и Арману.

Когда к парадному подъезду подали экипаж, успело окончательно стемнеть.

Кристина тяжело плюхнулась на сиденье и велела кучеру гнать. Она впервые без спросу пользовалась гербовой каретой жениха и немного волновалась. Но дворецкий не сказал ни слова, выходит, не запрещено… В любом случае иным путем во дворец не попасть, гербы на дверцах станут самым надежным пропуском.

Прикрыв глаза, девушка старалась упорядочить свои мысли. Нужно уложиться в пару минут, изложить все четко, по делу и без эмоций.

Анонимное письмо обжигало кожу под скромным декольте. Кристина успела выучить каждое слово, закрывала глаза, и строки огненными письменами вставали перед мысленным взором.

Эх, если бы она родилась сильной магессой, вызвала бы мерзавца на поединок, но придется действовать иначе, играть на своем поле.

Как и предполагала Кристина, карету Армана беспрепятственно пропустили, позволили остановиться у парадного входа. Когда распахнулась дверца, девушка на краткий миг перестала дышать. Ей вдруг овладела робость. Ладони вспотели, а щеки, наоборот, бросило в жар. Но Кристина сумела перебороть волнение, степенно, как и полагалось леди в десятом поколении, оперлась на затянутую в белоснежную перчатку руку лакея, ступила на подножку экипажа, а затем на каменные ступени. Она тщательно следила за собой, тем, как выглядит со стороны. Нельзя допустить ни малейшего промаха, иначе ее развернут, отправят обратно.

— Проводите меня в покои его величества.

Кристина не узнавала собственного голоса: когда это она успела обзавестись властными, холодными нотками?

— Простите, вам назначено, миледи? – попробовал усомниться слуга. – Возможно, лучше…

— Делайте, как вам говорят! – раздраженно оборвала его Кристина.

И лакей осекся, склонил голову, подчинился.

Ступая по залитым светом, богато украшенным залам, Кристина мысленно ликовала. Она перестала быть никем, теперь к ней прислушивались. Неопытные, новенькие люди при дворе даже перешептывались, гадали, кто она: маркиза или герцогиня.

Поднятый подбородок, надменный взгляд, игнорирование любых возражений – ради спасения жениха Кристина тщательно играла роль. Скажи ей кто-нибудь на зимнем балу в школе, что она станет тревожиться за Армана Рувеля, девушка рассмеялась бы ему в лицо. Она сама толком не понимала, что переменилось за прошедшие недели, но они с герцогом, определенно, стали другими. Пусть не друзьями, но точно не чужими людьми.

— Обождите здесь, пожалуйста.

Лакей оставил ее в приемной и удалился.

Кристина в сомнении замерла перед диванчиком, а потом решительно направилась к запертой двери, минуя стол секретаря. Того все равно нет, помешать некому. Увы, Кристину постигло жестокое разочарование. Сколько она ни дергала за ручку, она не поддавалась.

— У вас какое-то дело, миледи?

А вот и секретарь собственной персоной. Наверняка попросит изложить все в письменном виде.

— Да, — не стушевалась Кристина. – Я желаю видеть его величество по срочному делу.

— Боюсь, приемные часы давно миновали, — развел руками секретарь. – Но вы могли бы…

— Послушайте, — начинала закипать девушка, — я, кажется, ясно выразилась, дело срочное. Где король?

— Пьет чай вместе с ее величеством, — опешил от такого напора мужчина.

— Прекрасно, благодарю вас!

И Кристина устремилась на половину королевы, уверенная, муж пожаловал к супруге, а не наоборот. Она понимала, что собиралась сделать. За такое могли не только из дворца вышвырнуть, но и в ссылку отправить, только вот тяжело напугать бедностью и изгнанием ту, которая выросла в доме с прохудившейся крышей в далеком Гильде.

Желая предотвратить надвигающуюся бурю, секретарь отправил по следам бунтарки двух гвардейцев, но Кристина опередила их, первой оказалась на пороге знакомой гостиной. Постучавшись и не дождавшись ответа, она вошла и кинулась в ноги обескураженному Конраду:

— Заклинаю, выслушайте меня, ваше величество!

И замерла, ожидая решения своей судьбы.

Вот и тяжелая поступь гвардейцев… Однако Конрад отослал их прочь, не позволил и рта открыть. После склонился над Кристиной и мягко попросил:

— Встаньте! Вот, — он забрал любезно налитый супругой стакан воды и протянул девушке, — выпейте. Ничего не бойтесь и не обращайте внимания на болванов, которые зациклены на правилах.

Кристина против воли улыбнулась. Слышал бы важный секретарь, как его только что назвали!

Глоток воды пришелся кстати. Кристину перестало колотить от волнения, она смогла сесть в любезно придвинутое кресло, даже отважилась взглянуть в лицо его величеству. Вроде, он не сердился, совсем наоборот. Попутно Кристина бегло осмотрела гостиную и выдохнула: Изольды здесь нет, только ее старшая сестра. На лице Маргариты застыла маска притворного участия. Что-то подсказывало, если бы не супруг, королева приказала бы выставить дерзкую девчонку вон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Итак, — Конрад вновь привлек внимание Кристины к себе, — что же вы хотели мне сказать? На вас лица нет!

— Это… Это очень важно и конфиденциально, ваше величество, — сглотнув, таки вымолвила девушка. – И касается моего жениха, герцога Маза. Если позволите…

— Конечно, — без слов догадавшись о сути ее просьбы, кивнул король. – Чай обождет, пройдемте в мой кабинет. Простите, дорогая, — сдержанно извинился он перед супругой, — дела.

— Ступайте, это, безусловно, важнее.

Однако на дне глаз Маргариты мелькнуло нечто, что заставило Кристину насторожиться. Она впервые задумалась о том, не причастна ли к их общим с Арманом бедам королева.

— Ну, и о чем вы хотели со мной поговорить?

Кристина заерзала в кресле, не решаясь поднять глаза на его величество. Наверное, это была плохая идея – вот так ввалиться в гостиную королевы и потребовать срочной аудиенции, но другой на тот момент не пришло.

И это кресло… Казалось, оно предназначалось для кого-то значимого, но никак не Кристины Имирис.

— Ваше величество, речь о моем женихе, Армане Рувеле.

Первое слово сказано, теперь станет легче.

— Продолжайте, что же вы замолчали?

Конрад со сдержанным любопытством рассматривал сгорбленную фигурку перед собой. Казалось бы, серая мышка, но она сумела то, чего не достигали многие. И речь даже не в помолвке с Арманом – единицам удавалось вот так прорваться сквозь секретаря и стражу, убедить принять их. Нет, внутри хрупкой блондинки скрыт стальной стержень. А еще магия. Конрад чувствовал ее. Она напоминала спокойное море, то набегала, то с легким шепотом оставляла берег. Прятать ее Кристина не умела, король без труда считывал каждую пульсацию.

— Наверное, — Кристина, смутившись, отвернулась и извлекла из декольте анонимное письмо, — вам лучше взглянуть самому.

Смятая, еще теплая бумага робко легла на край стола. Король нахмурился, не торопясь к ней прикасаться.

В горле Кристины образовался липкий ком. Неужели даже не взглянет? Она мысленно перебирала свои действия и находила в них столько ошибок. Последнюю девушка совершила пару мгновений назад – посмела повернуться к монарху спиной и подала документ ненадлежащего вида. Сейчас он потянется к колокольчику и велит с позором выставить ее вон… Однако Конрад раздумал, двумя пальцами подцепил записку и подтащил к себе.

— В двух словах, миледи, что я там увижу? – сдержанно осведомился он.

Голос его похолодел, еще немного и начнет обжигать.

— Неприкрытую угрозу расправы, ваше величество. На гербовой бумаге с геральдической короной виконта.

Странно, когда король из заботливого дядюшки превратился в грозного монарха, Кристине стало легче дышать. Ком беспокойства провалился в желудок, там и растаял. Она даже подняла голову, смело смотрела в лицо монарху. По нему не понять, сильно ли гневается Конрад. Брови насуплены, рот плотно сомкнут, но и только.

— Я не люблю, когда ходят вокруг да около. – Ладонь Конрада легла поверх записки, прижав ее к столу. – Говорите прямо, не скрывая имен.

Кристина покачала головой:

— Кто я такая, чтобы клеветать на члена Королевского совета? В моем распоряжении только водяные знаки на бумаге. Письмо не подписано, иных доказательств нет…

— Тогда почему вы явились сюда?

Зрачок Конрада постепенно начинал менять размер, и Кристина поторопилась закончить, чтобы с чистой совестью покинуть дворец.

— Чтобы спасти жизнь своего жениха. Пусть мне доподлинно неизвестно, кто собирается убить его в Сфаруме, но этот кто-то однозначно высказал свои намерения. Я прошу защиты и правосудия, ваше величество, только и всего. А теперь, с вашего позволения…

Девушка могла гордиться собой: она поднялась с кресла плавно и элегантно, с достоинством истинной леди присела в реверансе и направилась к двери.

— Стойте! – полетел ей вслед звонкий рассерженный голос монарха. – Я не отпускал вас, миледи.

И Кристина понуро вернулась обратно, приготовившись к порке. Сама виновата. Она больше думала о том, как попасть к королю, чем о том, что ему скажет. Но Конрад пока не спешил выносить приговор. Он таки развернул листок и углубился в чтение. Король перечитал короткую записку несколько раз. Сначала быстро и раздраженно, затем вдумчиво, медленно, водя ногтем по строкам.

— Водяные знаки, говорите… — пробормотал Конрад и лепестком огня подсветил бумагу. – Хм, действительно. Как неосмотрительно! И кого же из членов моего совета вы подозреваете?

Кристина вздрогнула, когда монарх неожиданно обратился к ней с вопросом, остановил немигающий взор на его лице. Прежде девушка как-то не задумывалась, что перед ней маг, а теперь вдруг ощутила исходившую от него силу. Точно такая же читалась в глазах Армана. Однако несмотря на прокатившуюся по телу дрожь, давление чужого дара, гораздо более мощного, чем ее собственный, Кристина не спешила отвечать. Она вдруг поняла, что они не одни. Схожее чувство посетило ее прошлой ночью в собственной спальне. Кристину объяло то же беспокойство, тот же беспричинный страх иголочками прошелся по позвоночнику, окатил холодной водой. Сначала она подумала, дело в короле, но быстро убедилась: нет, дело именно в третьем лишнем. Его взгляд буравил лопатки, невидимое ухо жадно ловило каждое слово. Но где же он притаился? Рискуя окончательно вывести Конрада из себя, Кристина вновь заерзала в кресле и огляделась. Где же тот некто? За портьерой, за статуей пастушки в углу или и вовсе за одной из дубовых панелей? И, самое главное, почему он внушает девушке такой страх?

— Что случилось?

Заметив, как резко побледнела, заметалась взглядом по кабинету просительница, Конрад поднялся. Кристина тоже поспешила вскочить: сидеть в присутствии особы королевских кровей в таких случаях не дозволялось.

— Мне показалось, что нас подслушивают, — честно призналась она.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 24.1

По лицу Конрада пробежала тень. Не спеша высмеять предположение Кристины, он сосредоточенно замер возле стола. В прошлый раз это был призрак, теперь… Увы, кто бы это ни был, он успел сбежать. Кристина оказалась права, некто действительно присутствовал при их разговоре. Некто живой, весьма быстрый и пластичный. А еще умелый, раз обошел защитные заклинания. Пусть они не так сильны, как в потайном убежище короля, но все равно надежно оберегали от шпионов.

Конрад досадливо поморщился. Пущенный им по следу беглеца поисковый импульс наткнулся на «глушилку». Определенно, с некоторых пор дворец перестал быть надежным местом. «Со времени твоей женитьбы», — неохотно признался себе король. Именно так, до свадьбы с наследницей Валхинского княжества и духи вели себя иначе, и непонятная тревога Конрада не беспокоила. А теперь к ней прибавились головные боли. Один из таких приступов накрыл его во время разговора с Кристиной, сделав нетерпеливым, раздражительным. Бедная девочка наверняка решила, что причина в ней, хотя могла бы тоже говорить по существу. Если хочешь кого-то обвинить, обвиняй, если боишься, молчи.

Ну вот, тупая боль отступила.

Конрад мимоходом коснулся висков и вновь опустился в кресло. Ему не хотелось верить, но факты пока говорили против Маргариты. У нее имелись все основания устранить Армана, она присутствовала при столь эффектном появлении Кристины – да много чего еще. Только вот прямых улик нет, только домыслы. К тому же эта бумага… Литера «И» с королевой никак не связана. Конрад наперечет знал свои титулы и титулы супруги, всех ее родственников – ничего общего с этой «и». Зато Кристина Имирис, а в Королевском совете заседает Лайнел Имирис. Тот самый, из-за которого, как донесли доверенные лица, между сестрами-валхинками случилась крупная ссора.

Интерес супруги к другому мужчине не был для Конрада секретом. И он давно бы убрал, уничтожил Лайнела Имириса, если бы тот поощрял флирт Маргариты. Но ничего такого. Холодность Лайнела не была показной, он абсолютно искренне не желал сближения с королевой.

Кристина тоже поняла: чужак пропал. Она дышала чуть чаще, чем обычно, ну, потели ладони – так это естественно в присутствии монарха. Ни в какое сравнение не идет с животным ужасом ночью или смутным предчувствием беды сейчас.

— Итак, — Конрад вновь сосредоточился на юной блондинке перед собой, — вернемся к Арману Рувелю. Я стану задавать вопросы, вы – отвечать. Четко и правдиво, — особо подчеркнул он.

Кристина кивнула. Всегда можно умолчать о части деталей, это и ложью не назовешь. Однако первый же вопрос короля поставил ее в трудное положение:

— О каком наследстве идет речь?

Поколебавшись, Кристина выдала дальнего родственника:

— Полагаю, дело в старом драконе. Мне неизвестны детали, никто меня о наследстве не уведомлял, но виконт очень на него рассчитывает. Арман, то есть герцог Маза, — тут же поправилась она, — отправился в Сфарум именно с этой целью – выяснить, не ущемляются ли мои права. Мы с виконтом происходим от общего прадедушки, все возможно.

— Как занятно! – почесал подбородок Конрад. – Вы разом ответили на все мои вопросы. Просто чудесно, миледи!

Кристина стушевалась. Он похвалил или издевается? Но, самое главное, что ей теперь делать? Преступник явится в полночь, успеет ли вернуться Арман, неизвестно. Он слишком туманно обмолвился на этот счет. Мол, может, задержится на день, а, может, и два. Кристина понимала, в таких вопросах заранее не угадаешь, но очень хотелось бы ясности. Как она поймет, все ли с ним в порядке, если не знает четкого срока возвращения?

У короля тоже хватало поводов для размышлений. С одной стороны, водяные знаки намекали на виконта Имириса, с другой, он боялся того, что истинной преступницей окажется супруга. Учитывая ее специфику отношений с Лайнелом, Маргарита легко могла его подставить. Достать бумагу несложно, особенно если обладаешь деньгами и определенными возможностями. Почерк тоже не Лайнела – уж что-что, а его докладные записки Конрад читал много раз. Словом, напрашивалось единственно верное решение – король должен сам встретить ночного гостя. Огласка в таком деле смерти подобна, враги Магрета, да что там, семьи Альбертинов, собственные родственники могли воспользоваться ситуацией в собственных целях. Конрад не питал иллюзий, его трон и земли манили многих. Оба кузена с удовольствием бы примерили корону. И детей все нет… Хоть действительно разводись! Хотя с детьми – это и его вина. Надо было настоять, но Конрад легко смирился с чисто дружескими визитами в покои супруги. В первый год между ними еще что-то было, а потом окончательно разладилось.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 24.2

— Успокойтесь, — Конрад ободряюще улыбнулся Кристине и убрал анонимное письмо в потайной карман сюртука, — я дам делу ход. Вам и вашему жениху ничего не грозит. Взамен я хотел бы попросить у вас об одном одолжении.

— Меня – об одолжении? – растерялась Кристина.

— Совсем крошечном, — вкрадчиво заверил король. Ему тоже не хотелось посвящать случайную просительницу, пусть даже будущую герцогиню Маза, в свои тайны. – Показать мне ту калитку, о которой идет речь в записке, и оставить ее открытой на ночь.

Кажется, Кристина начала понимать. Конрад велит устроить там засаду.

— Безусловно, ваше величество, — просияв, закивала она. – Для меня большая честь принимать вас в моем… нашем доме.

— Во сколько вы ужинаете, миледи?

Король говорил и перебирал в памяти имена Магического совета. Не могло быть и речи, чтобы подвергать свою жизнь опасности. У калитки он будет не один, но вот с кем? Нужно нейтральное, не принадлежащее ни к одной придворной партии лицо.

— Когда будет угодно вашему величеству, — уклончиво ответила Кристина.

Сердце ее расправило крылья. Девушка не сомневалась, дерзкого преступника схватят, а завтра или послезавтра – когда там вернется Арман? – они вместе посмеются над его угрозами.

— Тогда в девять, — принял решение Конрад. – Я не обременю вас, наведаюсь на вечерний дижестив. Мои вкусы незамысловаты, уверен, у вас найдется немного моего любимого ликера на терновых ягодах.

Даже если нет, слуги его из-под земли достанут.

— А теперь, — король обошел стол и остановился против Кристины, — я вынужден вернуться к супруге. До скорой встречи, миледи!

Не отрывая серьезного, чуть задумчивого взгляда от ее лица, Конрад запечатлел над ладонью девушки придворный поцелуй и сам открыл ей дверь.

— Еще раз благодарю за оказанное внимание, — уже на пороге вторично присела в легком реверансе Кристина и, воодушевленная, поспешила обратно домой.

По дороге она вновь начала волноваться. Не о преступнике – о том, что Арман уже вернулся, здоровый и невредимый, и отругает ее за проявленное усердие. Однако Грег заверил, что ни господин, ни его друг не появлялись, более того, перед уходом герцог не делал никаких особых распоряжений.

 — Маги уровня хозяина не отчитываются о своих передвижениях, — принимая накидку и перчатки, попытался успокоить он Кристину. – Это нормально. Я служил во многих домах, никому бы и в голову не пришло обсуждать такие вещи со слугами. Мы должны быть готовы к возвращению милорда в любую минуту.

— В таком случае заодно подготовьтесь к королевскому визиту. Хотя бы его время я знаю точно.

Распорядившись насчет дижестива (главное – добыть тот самый ликер), девушка отправилась коротать оставшееся до ужина время в библиотеку. С некоторых пор она стала ее любимой комнатой. Здесь Кристина пила чай, мечтала, писала письма. Сейчас же девушке предстояло прочитать долгожданный ответ Бернадет, который доставили за время ее отсутствия.

Кристина вчитывалась в строки и качала головой. Сколько же времени утекло с момента ее жалоб на Армана! Так и хотелось вступить с подругой в полемику, объяснить, что герцог, конечно, тот еще фрукт, но съедобный. Словом, жить можно.

Однако Бернадет не только перемывала косточки жениху Кристины, тревожилась за нее в чужом доме посреди огромного города, но и делилась собственными горестями, последними школьными новостями.

«Знаешь, такая тоска, — жаловалась она, — целыми днями слоняться по спальням или помогать Брунгильде. Ты в курсе, Анук не терпит праздности, поэтому заставила меня участвовать в инвентаризации. Сама-то она укатила, не иначе кутить на те деньги, которые Рувель выделил школе. Как же, мы тут ни денье не увидим, все пойдет в карман директрисе. Но это ладно, похоже, тетка тоже нашла мне жениха. Зная ее, он совсем не молодой, не красивый и не богатый. Богатого она бы приберегла для дочерей. Собирается сосватать меня в июне, когда кончу курс наук. Ты ведь помнишь, вместе с дипломом нам выдают приданное – целых двадцать ливров…»

Кристине стало противно. Она всегда заочно терпеть не могла тетку Бернадет, а теперь и вовсе возненавидела. Продать племянницу за двадцать ливров! Да она от силы десяток су на ее еду и одежду потратила, за что ее благодарить?

Кристина возмущалась, но умом понимала – нет у них другой судьбы. И не только у бедных воспитанниц школы, у каждой. Анук Мертье готовила брачный товар и никогда этого не скрывала. Вдруг подруге таки повезет, и она получит семью, о которой мечтала. В отличие от Кристины Бернадет всегда видела себя только женой и матерью. Если жених окажется приятным молодым человеком, да еще и не простолюдином, она мигом забудет жалобы на тетку и с радостью примерит кольцо.

Девушка улыбнулась.

А на ней попечительский совет двадцать ливров сэкономил. Как раз директрисе на новую канарейку. Старая скоро задохнется от табачного дыма.

Кристина продолжила чтение и вскоре улыбалась от уха до уха. Бернадет не могла долго грустить, порадовала ее парой курьезных сплетен об общих знакомых. В конце, явно перед самой отправкой, и вовсе приписала про видение: «Забудь все, что я тебе говорила! На мне будет шикарное платье! И кольцо с камушком. Надеюсь, тебя отпустят на мою свадьбу, иначе придется делать Адель подружкой невесты». В этом вся Бернадет! То «не хочу замуж», то «считаю дни до знакомства с женихом». Даже интересно стало, кого она увидела во время транса, вдруг тоже герцога или маркиза. Если он простой землевладелец, вроде отца Кристины, Бернадет придется изрядно постараться, чтобы получить хотя бы поздравление от наследницы рода Сопрено, не говоря уже о ней лично. После окончания школы они перестанут быть соседками по спальне, подружками по парте и так далее, превратятся в леди, графинь и маркиз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 25

— Вот и верь людям, которые называют некромантов авантюристами!

Кир с легким смешком покачал головой и осторожно сделал первый шаг. Арман не ответил, прислушивался к окружающим звукам. В какой-то степени Сфарум можно было назвать его вторым домом. Местом, где обострялись его чувства, поднимал голову спавший внутри волк. Иногда Арман выпускал его на волю. Иногда, наоборот, сдерживал. А, бывало, волк спасал ему жизнь.

Сейчас уже забылось, но изначально Рувели были именно анимагами. Именно поэтому на их гербе до сих пор красовался волк. Не путать с оборотнями! Те обращались в зверя под влиянием эмоций, полной луны и тому подобного, не могли контролировать обращение. Анимаги же всегда оставались людьми, просто временами пользовались чужим обликом, силой, возможностями. Волк всегда жил в каждом из них, в каждую минуту. Он просто спал, ожидая команды хозяина поднять голову, подарить ему свое зрение или нюх.

— Ну, ты не раздумал насчет Пустошей?

С ладоней Кира слетела серебристая дымка и укутала создателя прозрачным коконом. Арман сдержанно усмехнулся. Сам он в подобной предосторожности не нуждался, обойдется без щитов.

— Я вообще редко меняю решения.

Определив, в какой точке их выбросило, герцог решительно зашагал в сторону остова часовни. Ее закопченные стены эффектно контрастировали с вечным закатным небом Сфарума. Солнца не было, но его золотисто-багряные лучи пронизывали воздух, заставляли танцевать мельчайшие пылинки.

Цвет неба был неоднороден, собрал весь спектр алого и оранжевого. Чем ближе к горизонту, тем темнее. У самой земли там, вдалеке, и вовсе парила сама чернота.

— Столько темной энергии! – поежился Кир, осторожно продираясь сквозь колючий кустарник с алыми ягодами. – Даже мне, некроманту, не по себе.

— Все дело в святилище. – Арман махнул рукой на часовню. – С момента его разрушения минуло лет триста, но заходить туда по-прежнему опасно. А ты тут разве прежде не был? – удивленно поинтересовался он.

— Конкретно в этом месте нет. Я специалист по Грани, если ты не забыл.

— Тогда тебе точно надо подойти, постоять на краю той самой Грани, — улыбнулся герцог.

Пара минут ничего не изменят, а Киру точно понравится. Так уж заведено, то, что вызывает неприятие у Армана, приводит друга в восторг.

— Это ведь святилище Айвы, верно? — Так и есть, глаза уже загорелись. – Я бывал в ее доме, забрал пару книг.

У герцога на мгновение онемел язык. Кир ведь пошутил, правда? Гулять по дому Айвы все равно, что совершить добровольное самоубийство. Его атмосфера душила, наводила уныние. Даже самые стойкие воины начинали рыдать, как девчонки. Многие сходили с ума, бросались из окон в Эфирное море. Вынести оттуда какую-либо вещь и вовсе невозможно. Повсюду ловушки, колодцы в Хаос.

— Когда вернемся, покажу, — беззаботно продолжил Кир. – Только никому!

Он приложил палец к губам.

Все еще не пришедший в себя от потрясения Арман кивнул и покорно последовал за другом к часовне. Он даже на расстоянии ощущал исходившие от нее потоки темной энергии. К счастью, спящие. Никто больше не творил здесь жертвоприношения, хотя последовательницы Айвы до сих пор встречались. К примеру, та темная ведьма, которая наградила Армана проклятием. Хотя куда ей до прежних служителей культа! Покойница действовала грубо, творила ритуалы в своих целях, а не напитывала силой святилище. Вероятно, она тоже где-то раздобыла книги Сумеречной принцессы или воспользовалась рецептом кого-то из родственников. Однако герцог надеялся, отныне с темными ведьмами покончено. Оставались подозрения короля, но Маргарита, при всех ее недостатках, о силы тянула только на ведьму.

— Расперум! – полной грудью втянув в себя пропитанный духом смерти воздух, блаженно растянул губы в улыбке Кир.

Он смело направился к руинам часовни, купаясь в пульсации потоков темной силы. Арман за ним не пошел, лишь предупредил: «Внутрь не заходи!» В своей время здесь поработали маги всех четырех стихий, постаравшись сделать так, чтобы Айва никогда не вернулась из небытия, но подобные места безопасными никогда не становятся. Хотя был у них один плюс. Если не брезглив, не чураешься «грязной» силы, всегда можно подпитать свои запасы. Арман неизменно так делал, если задерживался в Сфаруме надолго. Есть у мира темных одна неприятная особенность – его воздух постепенно высасывает энергию. Для мага уровня Армана или Кира это незаметно, но за три-четыре дня все равно набегает порядочно.

Пока друг, восхищенно цокая языком, обходил пронзавшие небо острыми углами развалины, герцог размышлял, каким образом лучше переправиться на тот берег Эфирного моря. На лодке не стоит. Никогда не знаешь, чем закончится подобное путешествие, сколько оно продлится. Если захочет, Эфирное море станет бесконечным, до самой смерти не увидишь его берегов. В тот раз Арману повезло, но стоит ли испытывать судьбу дважды?

Второй вариант – пойти в обход, через Мертвый город, мимо покинутого замка Айвы. Он тоже таил свои опасности, не меньшие, чем Эфирное море. Арман не обольщался, если они до сих пор никого не встретили, это вовсе не означает, будто в Сфаруме они одни. В Мертвом городе за ними станут следить сотни глаз и хорошо, если только следить! Тропка вдоль скал, под замком Айвы на отвесной вершине и вовсе идеальное место для засады.

Правда, существовал и третий вариант, доступный только мракоходцам. Опасный, зато быстрый. Похоже, предстояло воспользоваться именно им, но сначала заручиться согласием Кира. Друг в праве отказаться рисковать своей жизнью.

Глава 25.1

— Кого из своих недругов ты мечтал бросить на место алтаря? – Арман шуткой приветствовал возвращение приятеля.

— Боюсь, даже Айва не справилась бы с удовлетворением моих потребностей! – рассмеялся Кир. – Проще перечислить тех, кого бы я туда не кинул.

— Ну так как? – посерьезнев, он скользнул взглядом по лицу друга. – Пойдем через Мрак?

Пока герцог терзался в сомнениях, некромант уже принял решение. Однако Арман счел своим долгом его предупредить:

— Кир, надеюсь, ты понимаешь…

— Брось! – не дослушав, отмахнулся Кир. – Ты бы мне еще об опасности походов на кладбище рассказал! Дружба, Арман, это прежде всего доверие, а не совместные попойки. Да и разве не идеальный тандем, — с прежней веселостью подмигнул он, — темный маг и некромант. Никакому Мраку нас не забрать!

— Твои слова бы Создательнице в уши! – покачав головой, пробормотал Арман.

Хождение через Мрак схоже с хождением по канату. Герцогу предстояло провести не только себя, но и Кира, то есть проделать путь дважды. Сначала открыть проход, убедиться, что он надежен, ведет в нужную точку, и вернуться за другом. И все – в опасной близости от небытия. Самого настоящего, имеющего конкретные границы.

— Тогда уйдем с берега: так легче.

Кир согласно кивнул. Отныне он во всем подчинялся более опытному товарищу.

Эфирное море напоминало лунную дорожку. Его жемчужные воды неслышно накатывали на берег, тонули в едва различимой дымке. От него пахло туберозой, легко, ненавязчиво.

Приятели специально вышли на берег в стороне от Мертвого города. Он, равно как и замок Айвы, остались за выступом горной гряды. Точно такая же заключала море в объятия с правой стороны. В мире темных ожидаешь черноты, но скалы были белыми, хотя из-за особенностей освещения казались неискушенному наблюдателю алыми. Помнится, в первый раз Арману показалось, будто по ним стекает кровь. И он бы не удивился, если бы это было правдой. В Сфаруме возможно абсолютно все.

— Не нравится мне эта тишина! – пнув прибрежную гальку, пожаловался приятелю герцог.

— Тебе не угодишь! – фыркнул Кир. – Но раз ты хочешь поволноваться, могу показать места упокоения двух стрыг. Хочешь?

— Уволь! – брезгливо отшатнулся от него Арман.

— Ты как раз стоишь поверх одной из них, — не унимался заметно повеселевший некромант.

Герцог как ошпаренный отскочил в сторону. С пальцев скользнула змейка заклинания, готовая в любой момент обратить воскресшую нежить в прах.

Кир беззвучно рассмеялся и укоризненно покачал головой, однако комментировать ничего не стал. Реакция друга предсказуема, отточена тысячами тренировок. Он темный маг, не имеет прочной связи с мертвым, когда как Кир доподлинно знал, опасности нет. Стрыга давно растеряла магию, заставлявшую в свое ее двигаться, убивать. Из нее вышел бы разве только костяк, и то усилия того бы не стоили. Истинная опасность исходила со стороны кровавых скал. Кир пока точно не мог определить ее природу, но чувствовал, внутри жило нечто. Понимая, что Арман временно станет беззащитным, сосредоточится исключительно на прокладке дороги сквозь Мрак, некромант решил его обезопасить. Он осторожно приблизился к скале и положил на нее ладонь.

— Тролль, — спустя пару минут вынес он вердикт.

Каменные тролли считались одними из самых опасных существ. Уничтожить их можно было только с помощью стихийной магии и не абы какой, а магии земли. Остальные заклинания их только злили. Утешало одно, тролль пока далеко, не почуял их присутствия.

— Арман, поторопись! – встревоженно посоветовал Кир и, поколебавшись, пошел на большой риск: — Я ступлю на дорогу Мрака вместе с тобой, не надо возвращаться. Уходить будем через другое место.

Люди ошибочно полагают, будто мир состоит из трех измерений. На самом деле их гораздо больше, некоторые ученые насчитывали целых восемь. Одно из самых загадочных и коварных – Мрак. Он всегда на оборотной стороне света, не бросается в глаза, но незримо присутствует в каждом месте. Именно Мрак помогал Арману открывать в свое время поразившие Кристину порталы. Но если в привычном, людском мире, тропинка от одной точки до другой была прямой и короткой, едва ли больше пары шагов, теперь им предстояло некоторое время шагать в кромешной темноте.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 25.2

Нога Армана нащупала начало тропинки, проверила ее ширину. Он понимал, одно неверное движение закончится падением в нижние, необитаемые миры Хаоса. Смерть настигнет тебя прежде, чем ты закончишь падение, тело превратится в пыль.

Итак, снова зафиксировать в голове границы, запомнить их и протянуть руку Киру.

— Держись за меня. Очень крепко! По возможности стань со мной единым целым. Никогда не ставь ногу, не переноси на нее вес тела, пока не убедишься, что под ней твердь. Молчи, ни о чем думай. Последнее важно, Кир! Я защищен от морока Мрака, а вот ты нет.

Когда за спиной померк свет, Арман ощутил легкое беспокойство. Обратной дороги нет: он тоже почувствовал присутствие тролля, пробудившимся слухом анимага слышал его тяжелую поступь. Пара минут, и тень чудовища накроет кромку воды.

Шаг, еще шаг. Постепенно начинаешь различать тропу: она чуть светлее окружающей ее пустоты.

Арман моргнул, подарив себе зрение волка, и чуть ускорился. Кир за его спиной молчал, ступал след в след, но кто знает, что творилось у него в голове? Герцог должен успеть вывести друга до того, как Мрак сведет его с ума.

— Никогда не думал, что так обрадуюсь Пустошам!

Вытерев пот со лба, Кир с содроганием вспомнил путь над мирами Хаоса. Если бы не многолетние медитации, некромант бы сгинул. Мрак материализовывал страхи и желания чужаков, посылал им видения – словом, делал все, чтобы они запнулись, оступились. Совсем ни о чем не думать не получалось, но Кир еще легко отделался, парочкой миражей.

Арман промолчал и тяжело опустился на выжженную землю. Здесь не было ничего, только земля и камни, даже трава не росла. Пока, вроде, прохладно, Грань дремлет.

Переход над Эфирным морем отнял много сил, и герцог пожалел, что не подпитался у часовни. Но что уж теперь!

— Какой дракон тебе нужен? – не желая оставаться балластом, Кир взял поиски в свои руки.

— Последний дракон Магрета. Тот самый, которого спас Руперт Имирис. Как же его звали?..

Арман задумчиво почесал подбородок. Они ведь знакомы, хотя бы людское, фальшивое имя крылатый ящер ему наверняка называл. Истинное порой неизвестно даже сородичам. Драконы суеверны, боятся порчи.

— Рорарг, — наконец вспомнил он. – Рорарг Белые крылья.

Герцога чуть подташнивало, а еще кружилась голова. Ничего, баланс скоро восстановится, к моменту возвращения Арман придет в норму. Подумав, он позволил зверю внутри обрести полную силу – лишним не будет.

Кир глубокомысленно уставился на друга. «Непривычно» — самое нейтральное слово, которое ему удалось подобрать. Если бы не знание природы Армана, некромант давно нашпиговал бы его заклинаниями как нечисть.

— Надеюсь, ты в таком виде невесте не показываешься? – со скрытой тревогой уточнил он.

Кристина подобного зрелища не переживет, станет его подопечной.

— Когда-нибудь придется, — разумно заметил Арман.

Если уж он надумал связать с девушкой жизнь, ей придется принять его целиком.

— Давай попозже, а? Когда надумаешь разводиться в самый раз.

Герцогу его шутка не понравилась. Он по-волчьи оскалил отросшие клыки и рывком поднялся на ноги. Сменившие цвет с черных на янтарные глаза пылали как две свечки. Покосившись на пальцы приятеля, Кир убедился, когти тоже выросли, лучше перестать дразнить Армана Кристиной.

— Я на нее не претендую. – Нужно прояснить все раз и навсегда. – Леди Имирис может быть сколь угодно симпатичной, но она чужая невеста. Твоя невеста. Вопрос закрыт.

Длина клыков Армана заметно уменьшилась, когти тоже не выглядели столь устрашающе. Значит, принял к сведению, успокоился.

— Мы можем годами блуждать по Пустошам в поисках нужного дракона. Предлагаю его позвать. Вы ведь познакомились не на фоне взаимной неприязни?

Герцог покачал головой. Их шапочное знакомство с крылатым ящером выдалось мимолетным, поссориться они точно не успели.

— Тогда это я беру на себя. Мертвые – моя тема.

Арман мог вечно наблюдал за работой друга. Не зря, ох, не зря король столько лет пытался осчастливить его титулом! Кир не колдовал, а плел кружева. Сложнейшие заклинания ему давались шутя. Более того, некромант их усовершенствовал. Вот и «Зов мертвых» обычно требовал капли крови, пряди волос или кожи покойного, а Кир обошелся собственными силами. Заговорив собственную кровь, он приложил ладонь к татуировке на виске, и чертополох ожил, пустил призрачные побеги. Они множились и множились, постепенно заполняя все пространство. Гигантские лианы, силки для мертвых. У дракона не было шансов, и вскоре Рорарг попался.

Глава 25.3

Арман сначала услышал грозный утробный рык, а лишь затем увидел скелет крылатого ящера. Даже после смерти он поражал, хотя от некогда прекрасных белых крыльев почти ничего не осталось, даже перепонки истлели. Зато глазницы светились привычным для всех мертвецов огнем.

— Он сохранил разум? – шепотом поинтересовался Арман.

Лучше подготовиться заранее, не дожидаться, пока мертвый дракон первым нанесет удар.

— Он даже огонь извергает, — «успокоил» Кир.

Некромант осторожно подтягивал Рорарга к себе, игнорируя его бурное недовольство. Когда расстояние между ними сократилось до критического, Кир дезактивировал заклинание и вернул крылатому ящеру свободу.

— Кто вы? По какому праву потревожили меня? – пробасил дракон и для устрашения взмахнул костяными крыльями.

Арман вышел вперед и почтительно поклонился, демонстрируя дружеские намерения.

— Доброго посмертия, уважаемый Рорарг.

Алые глаза без зрачка сфокусировались на герцоге. Пасть дракона лязгнула, из ноздрей поднялась к мертвому, темно-серому небу струйка дыма.

Арман напрягся. Либо Рорарг нападет сейчас, либо не нападет вовсе.

— Я вспомнил тебя, — после минутного молчания изрек дракон. Он заметно успокоился, хотя для порядка взъерошил пластины гребня на позвоночнике. – Анимаг из Икрема. Так что тебе нужно?

— Достопочтимый Рорарг, я всего лишь хотел уточнить условия вашего завещания. Видите ли, возникли разночтения, как жених одной из заинтересованных сторон, я почел своим долгом обратиться непосредственно к вам.

С драконами приходилось общаться только так: почтительно и высокопарно.

— Я хотел отблагодарить своего друга Руперта Имириса. Но так как век человеческий короток, наследство разделят его потомки. Если твоя невеста докажет родство с Рупертом, она получит свою часть наследства.

В голове Армана начало проясняться. Сжав кулаки, предвкушая серьезную беседу с одним зарвавшимся магом, он задал уточняющий вопрос:

— Должна ли она сначала выйти замуж?

Ответ герцог уже знал, и Рорарг его озвучил:

— Да. И не за первого встречного, а человека благородного, желательно тоже мага, чтобы достойно продолжить род Имирисов.

Арман горько усмехнулся. Так вот почему Лайнел выбрал жертвой именно Кристину! Ее мать браком с управляющим вычеркнула себя из списка наследников, тогда как ее дочь, став герцогиней Маза, рисковала лишить виконта тысяч ливров.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мертвый дракон зашевелил крыльями и чиркнул по земле длинным когтем. В воздух поднялось облачко пепла, напоминая о близости Грани.

Алые глаза сфокусировались на Армане. Два рубина, внутрь которых вставили свечи.

Кир на всякий случай выдвинулся вперед, прикрывая друга. Тот сколько угодно мог быть мракоборцем, анимагом и прочее, но тут требовался некромант. Кир ощущал шевеление внутри Рорарга, то, как волнуется его темная сущность нежити. Вот она – черный сгусток в груди вместо сердца. Кир ударит именно туда, если дракон попробует напасть. Но пока Рорарг выжидал, наблюдал.

— Ты проделал долгий путь ради денег? – Голос крылатого ящера напоминал рокот волн. – Хотел убедиться, что получишь богатое приданое? Как горько ошибаться!

Некромант не ошибся, дракон начинал сердиться. Поразмыслив, он сделал неверные выводы, принял Армана за авантюриста.

— Если ты ошибся, так только в том, что отблагодарил не того человека.

Игнорируя предостерегающее шипение друга, герцог вплотную придвинулся к огнедышащему скелету. Рорарг склонил голову, и они: человек и нежить, — пару минут стояли лицо к лицу, глаза в глаза. Наконец ящер заговорил:

— Ты надеялся получить все?

— Не я, другой человек. Мне не нужно твое золото. Ты так трясся о нем при жизни, спохватился только на смертном одре, когда кости твоего друга давно истлели. Разве не ему ты должен был все отдать? Руперту.

Арманом овладела злость. Да если бы не скупердяйство дракона, Кристине не пришлось бы опасаться за свою жизнь. Деньги бы давным-давно поделили, семейные дрязги бы ее не коснулись. А так Лайнел Имирис пойдет на все, чтобы прибрать наследство Рорарга.

Дракон грозно зарокотал и обдал обидчика горячим дыханием. Арман не пошевелился. Он продолжал вызывающе, как равный, смотреть в алые глаза, и Рорарг дрогнул, признал его превосходство.

— Ты прав, — правда далась ящеру с большим трудом, — я слишком ценил свои сокровища, все медлил. А когда спохватился, Руперта уже не стало. Тогда и я и составил завещание, решил обеспечить его потомков. А чтобы наградить только достойных, выдвинул условие о происхождении и магии крови. Руперт был дворянином с живым льдом в жилах, его наследники должны соответствовать великому предку.

Чуть помедлив, Рорарг с надеждой поинтересовался:

— Их ведь много, не одна твоя невеста?

Арман не стал вдаваться в подробности. Рассказывать об отце Кристины тоже не стоит. Драконы – те еще снобы, чрезвычайно щепетильны в вопросах родословной. Этак он может вспылить и лишить Кристину ее доли наследства. Некромант рядом, Рорарг мог попросить засвидетельствовать свою новую волю. Нет уж, Кристина получит все до последнего су, она заслужила эти деньги.

— Всего двое, — печально повторил Рорарг. На мгновение его мертвые глаза затуманила влажная пелена. – А ведь у Руперта было два брата… Люди перестали думать о будущем! Разве вы драконы, разве вам так сложно отыскать себе пару?

Крылатый ящер клацнул зубами и в сердцах ударил хвостом по земле. Условной земле, потому что настоящей в Пустошах не было. Внезапно он насторожился, поднял костяные остовы ушей.

— Вам пора уходить! – предупредил Рорарг. – Сюда идет магия.

— Дыхание Грани? – нахмурившись, уточнил Кир.

Этого он и боялся! Покосившись на друга, некромант задумался, восстановился ли тот после недавнего перехода. Но выбора нет, придется рисковать. Дыхание Грани беспощадно, разве только Создательница миров могла противостоять ему.

— Нет, — чуть помедлив, покачал головой дракон и опустил костяное крыло: — Кто-то всколыхнул Мрак. Садитесь! Я попробую перенести вас через Эфирное море.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 26.1

Арман в сомнении переглянулся с Киром. Тот кивнул:

— Это самый лучший выход. Ты вымотан, истощен, а путь через Мрак сложен. Если там действительно неладно, лучше не рисковать. Проделаем хотя бы часть пути по воздуху.

Неприятно признавать свои слабости. И вдвойне неприятно, если в глазах других у тебя их нет. Но Кир свой, нет смысла притворяться, что-то доказывать. Путешествие в Пустоши действительно оказалось сложнее, нежели предполагал Арман. Потребуется еще час, а то и два, чтобы резерв пополнился до нужной отметки, и герцог мог снова ступить на путь Мрака. Что-то подсказывало, столько времени ему не подарят. Рораргу нет смысла лгать. Драконы никогда не вступали в коалиции ни с темными, ни со светлыми, помогали конкретным людям по велению сердца.

— Поторопитесь! – подстегнул Рорарг. – Волнение нарастает и может спровоцировать Дыхание грани.

Отринув сомнения, Арман первым забрался по прочным и толстым костям на хребет ящера и кое-как устроился между пластинами. Ноги свисали в просветах между ребер. А ниже, щекоча ледяными мурашками, билось новое мертвое сердце нежити. Вскоре к другу присоединился Кир, и Рорарг поднялся на крыло. Удивительно, как подобное ему существо могло держаться в воздухе! Но крылатый ящер упорно набирал высоту, унося всадников в темно-серую хмарь неба.

— Как мы вовремя!

Кир указал на пошедшую по Пустоши рябь и любовно вылепил между ладоней кнут из синего дыма. Раз, и он рассек воздух, перерубая пополам туловища повылезавшей из глубин Пустошей нежити. Откуда только взялась за считанные мгновения!

— Мерзость какая! – поморщился Арман при виде поросшего поганками циклопа, пытавшегося ухватить дракона за хвост.

— У Грани богатая фантазия, — пожал плечами привыкший ко всему некромант. – Некоторые души она не засасывает, а превращает в подобные дурно пахнущие субстанции.

Сообща друзья расчистили дорогу, и Рорарг без помех вынес их к берегам Эфирного моря. Они разительно отличались от тех, что провожали смельчаков: ни скал, ни отмелей. Глубина начиналась сразу, а вода словно натыкалась на невидимую преграду, не выплескивалась на берег.

Дракон держался как можно дальше от поверхности моря, понимая, в его глубинах обитали чудища похуже циклопа. С высоты он видел мельтешение их тел. Морские твари тенями следовали за Рораргом. Десятки глаз жадно следили за ним, мечтали, чтобы силы покинули крылатого ящера, и они полакомились его седоками.

— После таких прогулок любое кладбище покажется уютным уголком! – прокомментировал Кир и в той же нарочито вежливой манере, что и друг, обратился к дракону: — Достопочтимый Рорарг, могу ли я предложить вам свою помощь? Немного моей подпитки вам бы не помешало.

Искоса посматривая на Армана, некромант понимал, если ящер начнет снижаться, тот не сумеет увести их путем Мрака. Может, освещение Сфарума обманчиво, но даже в нем лицо друга казалось серым, осунувшимся. Все это симптомы энергетического истощения. К счастью, не критического, да и регенерация у Армана быстрая, но лучше не искушать судьбу. Сколько им придется лететь, только Создательнице миров ведомо. О том, что море способно их не отпустить, Кир старался не думать. Он настраивал себя на долгое путешествие, непременно со счастливым концом. Да и как иначе, если некромант не успел закончить опыт! Кир стоял на пороге грандиозного открытия и собирался его сделать.

— Валяй! – не слишком вежливо отозвался Рорарг.

Он успел пожалеть о том, что так опрометчиво предложил свою помощь. Пусть бы эти смертные погибли! Но один из них – жених родственницы Руперта, и дракон чувствовал себя обязанным. И он снова и снова взмахивал костяными крыльями, преодолевая притяжение Эфирного моря, раз за разом вспарывал раскинутый над ним силовой полог.

Заручившись согласием Рорарга, Кир принялся за дело. Он свою работу сделал, может и выложиться. Соразмерив биение собственного сердца с ритмом сгустка в груди мертвого дракона, некромант соединил их тела тончайшими нитями и запустил по ним, как по венам, энергию.

Прилив сил сделал свое дело. Крылья Рорарга заработали усерднее, Эфирное море под ним слилось в бесконечную серебристую гладь. Тем неожиданнее было, когда монотонность пейзажа разрезало закатное небо на горизонте. Вот он, желанный берег! Вскоре показались скалы. На одну из них Рорарг и приземлился по иронии судьбы в непосредственной близости от замка Айвы.

— Благодарю, мудрейший!

Арман первым спрыгнул на камни и помог спуститься другу. Теперь они поменялись местами: герцог чувствовал, что его потенциал восстановился, тогда как Кир напоминал выжатый лимон.

— Обещай подарить Руперту много правнуков! – снова встав на крыло, пророкотал в вышине дракон.

Яркая вспышка, и он исчез, вернулся в Пустоши.

— Грань затянула обратно, — прокомментировал Кир.

Его немного покачивало, перед глазами мелькали красные мушки.

— Все хорошо? – встревожился Арман и подставил другу плечо.

Даже не смотря в его сторону, он чувствовал близость замка Айвы. Казалось, будто темные глазницы окон следили за ним. Неприятное ощущение!

— Пройдет! – беспечно отозвался Кир. – Не в первый раз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Что правда, то правда, он попадал в переделки похуже.

— Тогда давай выбираться, — предложил Арман. – С завещанием мы все прояснили, а ведьма…

Помолчав и на всякий случай проверив магический фон, герцог жестко добавил:

— И до нее дойдет, когда я разберусь с виконтом.

Глава 26.2

Узкая тропка вилась между водами Эфирного моря и алыми скалами. Арман планировал выйти на достаточно широкую отмель и открыть портал. Нет смысла рисковать, выходить к Мертвому городу. Правда, миновать замок Айвы все равно придется.

— Прямо ощущаешь, как жизнь высасывает! – поежился Арман, против воли таки запрокинув голову, покосившись на темную громаду наверху.

— А я не только ощущаю, но и вижу.

Кир и указал на пространство перед собой.

– Приглядись! Он запустил в нас щупальца. Но ничего, — подмигнул он, — сейчас мы их обрубим и немного подпитаемся за чужой счет.

Герцог фыркнул. Только некромант обрадовался бы магии покойной Айвы. Спасибо, никто не видит, а то бы принял Кира за культиста. Он буквально ожил на глазах. Глаза сияли, лицо озарило оживление. Кир ловко подцеплял тончайшие энергетические щупальца и, перенастроив, вливал в себя чистую магию смерти. Арман бы проделать такое не рискнул: велик риск отравиться, остановить собственное сердце.

Вполне бодрый и здоровый Кир зачистил пространство и окружил их щитом.

— В следующий раз, — пошутил герцог, — я тебя вместо себя за темными ведьмами пошлю.

— Надеюсь, следующего раза не будет, — потемнев лицом, возразил некромант и, быстро оглядевшись, перешел на шепот: — С королевой выяснил?

— Откуда?..

Теперь пришло время Армана хмурить брови.

— Заканчивай со своим шпионажем! — предупредил он. — Конрад не посмотрит на твои звания, укоротит на голову.

Кир беспечно отмахнулся, хотел отшутиться, но внезапно дернул друга за руку, привлекая внимание к замку Айвы:

— Смотри! Ты тоже это видишь?

Сначала Арман не понял, о чем шла речь, но потом разглядел колеблющееся пламя свечи. Оно мелькало в оконных проемах второго этажа, то исчезало, то появлялось вновь.

— Групповых галлюцинаций не бывает…

— … значит мне туда надо, — с мрачной решимостью закончил за приятеля герцог.

Помнится, проклявшая его темная ведьма некогда искала спасения именно в замке Айвы, но дойти до него не успела. Возможно, дело в слепом инстинкте, а, может, и нет. Айва мертва, в этом сомнений нет, но в ее обители могли укрыться последователи ее культа.

— Вот уж нет! – воспротивился Кир и заступил другу путь. – Через мой труп! А ты в курсе, убить меня тяжело, практически невозможно.

Пока они спорили, свеча пропала. Прошла одна минута, другая, все десять, но она так и не появилась вновь. Неведомый некто, если он вообще был, ушел. Зато он подготовил сюрприз. Давешний тролль из скал по другую сторону побережья уже спешил за добычей. Разбрасывая валуны словно гальку, осыпая берег кровавой каменной крошкой, он стремительно приближался со стороны Мертвого города. На земле скорость его передвижения несколько замедлилась, но расстояние между ним и магами все равно неуклонно сокращалось.

— Это его рук дело! – Арман в бессильной злобе указал на замок.

Он злился на Кира. Где не надо, друг перестраховывался. Если бы не пустые препирательства, Арман уже поймал бы хозяина тролля, перехватил нити управления. Так же оставалось уповать на портал. Нечего и думать биться с троллем в его родной стихии.

Пока герцог готовился к возвращению в подлунный мир, его невеста заламывала руки в холле. Пару минут назад часы пробили девять, а король все не появлялся. Может, он раздумал, решил, будто записка – плод воображения самой Кристины?

— Что, если он не придет?

Мысль неприятно обожгла, но девушка не спешила ее отгонять. Ей нужно подготовиться, выработать некий план.

Три часа до полуночи. Всего три часа. Или целых три часа – смотря, как посмотреть.

— Я свяжусь с ректором. – Чтобы успокоиться, Кристина рассуждала вслух. – Он не успел лечь, записку передадут вовремя. Может, они с Арманом и не ладят, но в беде лорд его не бросит. Больше звать некого, я даже других приятелей, кроме Кира, не знаю. Итак, я напишу ему, а сама буду готовиться. Дар в последние дни я ни на что не тратила, если сумею правильно настроиться, не запаникую, украшу сад новой статуей. Собственно, выбора у меня нет.

— Выбор есть всегда, — послышался знакомый голос за ее спиной.

Подпрыгнув от неожиданности, Кристина обернулась и увидела Конрада.

— Для короля нет запретов, — сдержанно улыбнулся он. – Мне подвластны любые охранные чары моих подданных. Надеюсь, вы не против, что я явился не в экипаже?

— Что вы, ваше величество! – смутилась Кристина и торопливо присела в реверансе. – Для меня великая честь принимать вас.

— Обойдемся без лести и церемоний. Во дворце и без вас достаточно желающих петь мне дифирамбы. А вот от рюмочки ликера я бы не отказался. За ней все и обсудим.

Кристина дважды едва не сгорела со стыда, пока разливала дижестив. Только каким-то чудом она не разбила рюмки и не облила короля. Руки дрожали, пальцы не слушались. К чести Конрада, он ни словом, ни мимикой не выказал недовольства, наоборот, пытался всячески ободрить девушку. Сама того не сознавая, она с честью выдержала испытания. Прежде монарх сомневался, не деньги и титул ли привлекли ее в Армане, но теперь убедился, Кристина совершенно искренне переживала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 26.3

— Вот уж не ожидал, что вы так любите жениха! – добродушно усмехнулся Конрад и пригубил ликер.

Вяжущий вкус дижестива разлился по языку, приятным теплом стек в желудок. Тут все в меру: и горечи, и сладости.

— Люблю? – растерянно переспросила девушка.

— Ну да, вы ведь так печетесь о его судьбе.

Конрад задержал на ней взгляд, и Кристина покраснела. Он слишком хорошо думал о ней, их с Арманом не связывало ничего, кроме взаимных обязательств. Да, Кристина сделает все, чтобы герцог выжил, но не из любви. Точно так же она поступила бы, если бы опасность грозила Киру, Адель – любому, кого она считала своим близким знакомым или другом. Кристина не спорила, ее отношение к Арману постепенно начало меняться, но любовь?.. Да она видела все его недостатки, не горела желанием быть рядом каждую минуту, не провожала восторженным взглядом. Со временем они станут добрыми друзьями и только.

Все это вихрем пронеслось в голове, но Кристина предпочла промолчать. Пусть король верит в сказку.

— Итак, — допив свою рюмку, Конрад изложил дальнейший план действий, — сейчас мы отправимся к служебной калитке, снимем с нее чары и хорошенько все осмотрим. Надеюсь, — он снова задержал на ней пристальный взгляд, — вы храбрая девушка.

— В меру моих скромных сил, — потупилась Кристина.

Она столько передумала за этот день и боялась в самую ответственную минуту не справиться.

— Придется постараться. Мне нужно, чтобы вы вовлекли преступника в разговор, заманили в ловушку. Не беспокойтесь, — поспешил ответить он на напрашивающийся вопрос, — ловить преступника будут специально обученные люди. Итак, справитесь?

Не дав себе времени на раздумья, Кристина кивнула и добела сжала пальцы.

Лишь бы все не оказалось напрасным, только бы Арман и Кир были все еще живы!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 27

Никогда еще ночь не казалась такой темной.

Боясь обернуться, посмотреть туда, где притаились защитники, Кристина медленно ступала по снегу. Перед глазами уже вырисовывались контуры ограды и служебной калитки. До полуночи осталось от силы четверть часа, скоро явится таинственный враг.

Странно, она должна была бояться, но испытала облегчение. Страх вымотал ее, минуты ожидания сводили с ума, но скоро все разрешится.

Напрасно Лайнел, Кристина по-прежнему не сомневалась, именно он послал анонимное письмо, надеялся на легкую наживу. Даже если бы ей не удалось заручиться поддержкой короля, девушка бы не отступила. Родственник плохо знал ее. Благородная школа многому научила Кристину. Прежде всего – умению бороться. Ей, как и прочим стипендиаткам, приходилось быть сильными, чтобы не сломаться.

Пальцы нащупали припрятанный в рукаве нож для бумаг. Кристина немного изменила правила, не собиралась становиться беззащитной приманкой. В голове, как никогда ясно, всплывали слова медитации, помогавшие погрузиться в глубину дара. Вот он, на кончиках пальцев, играет с ветром.

Но вот и калитка. Чуть помедлив, Кристина щелкнула задвижкой и широко распахнула ее. Встав в образовавшемся проеме, девушка напряженно вглядывалась в темноту.

Для всех в доме она спит. О, они с Конрадом разыграли целый спектакль! Кристина якобы его проводила, он якобы ушел порталом. Монарх предполагал, у преступника могли найтись сообщники среди прислуги, и предложил не рисковать.

Кристина вновь незаметно сжала нож. Он вселял в нее уверенность.

— Ну? – нетерпеливо дерзко вопросила она темноту. – Я устала ждать. Или вы бессовестно непунктуальны?

Девушка вздрогнула, услышав приглушенный, явно измененный заклинанием голос. Она не ожидала, что ей ответят, тем более женщина.

Темнота напротив калитки выпустила фигуру в плаще. Откуда только взялась? Улица была пустынна, порталов тоже не открывали. Внезапно оробев, Кристина отступила, посторонилась. Незнакомка снисходительно усмехнулась, однако не торопилась входить. Она замерла перед калиткой и скользила беспокойным, пристальным взглядом по заснеженному тихому саду и служебным постройкам. Неужели почувствовала, догадалась?

У Кристины засосало под ложечкой. Нараставшая в груди паника толкала к бегству, но девушка усилием воли пригвоздила себя к месту. Она должна убедить незнакомку, что одна одинешенька, и безропотно выполнит все ее условия. Одно неверное движение, и враг ускользнет, заляжет на дно. Кристина и так ошиблась. А ведь все указывало на Лайнела!

— Ну, раз ты здесь, — наконец с прежней уверенностью заговорила незнакомка, — подпиши одну бумагу.

— Отказ от наследства, разумеется.

Женщина запустила затянутую в печатку руку под плащ и извлекла оттуда свернутую в трубочку бумагу. Воспользовавшись моментом, Кристина попыталась рассмотреть ее лицо, но ее постигло жестокое разочарование. Несмотря на то, что ночь выдалась ясной, а луна светила почти прямо на незнакомку, ее черты тонули в дымке. Плотный туман скрывал и фигуру. Не разобрать ни форм, ни одежды, ни цвета волос. Дар кольнул подушечки пальцев Кристины, но она и без него понимала, перед ней магесса. Неужели та самая, из Совета? Вроде, Арман говорил, других сильных в Магрете нет. Но зачем? Кристина искала и не находила причин, по которым эта дама могла желать зла им обоим. Разве только Арман некогда ее обидел. Тогда… «Тогда она могла в сердцах обратиться к темной ведьме», — мысленно закончила девушка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 27.1

— Вот, держи!

Магесса всучила оторопелой Кристине бумагу.

— Ты ничего не теряешь, все равно бы ничего не получила.

— Тогда зачем мне отказываться от наследства? – Чтобы потянуть время, Кристина прикинулась дурочкой. – Вы ведь сказали, я без этой бумаги ни на что не претендую.

— Не твоего ума дело! – разозлилась незнакомка. – Делай, что говорят!

Девушка покачала головой.

— Нас с первого года обучения учили сперва думать, а потом делать.

— Ты издеваешься?! – зашипела магесса.

Резко шагнув вперед, она едва не сбила с ног зазевавшуюся Кристину. Пальцы впились в запястье. Силясь избавиться от ее хватки, Кристина неосторожно взмахнула рукой. Нож предательски выскользнул из рукава прямо под ноги незнакомки.

— О, как раз кстати! – осклабилась она и быстрым движением, на сотые доли мгновения опередив Кристину, подхватила добычу. – Нам все равно потребовались бы чернила, пришлось давать тебе мой нож, чего мне очень не хочется.

Девушка часто заморгала. Нож? Зачем для чернил нужен нож?

— Отказ ты подпишешь кровью, — соизволила пояснить незнакомка. – Чтобы ни у кого не возникло сомнений в его подлинности. Эти драконы такие привередливые, дотошные! – пожаловалась она. – Даже после смерти способны крючкотворством донимать живых.

Кристина в немом ужасе уставилась на нож. Интуиция кричала, что ей ни в коем случае не стоит ставить кровавых подписей. Да и кто поручится, что, получив свое, магесса тем же ножом ее не прирежет?

— Давай, времени мало! – поторопила незнакомка и предупредила: — Если надеешься на жениха, вздумала играть со мной, то не стоит. Вся твоя магия – пшик перед моей.

Кристина фыркнула. Точно так же выразился бы виконт Имирис. Они с незнакомкой точно не родственники? Эх, напомнить бы дамочке, что хвастовство плохо кончается, но она не станет.

— Хорошо, хорошо, я подпишу! – Кристина сделала вид, будто сдалась. – Только здесь неудобно, может, лучше в доме?

Сердце давно ушло в пятки, но девушка не сдавалась. Если она поддастся страху, все кончено. А ничего еще не кончено, ничего! Король верил в нее, Кристина не могла подвести. Всего десяток метров, и ловушка захлопнется. Кристина справится, главное, перетерпеть самый острый момент, когда паника норовит взять власть над разумом. Дальше легче.

— Вот еще! Ты за дуру меня принимаешь?

Какой мерзкий у нее голос! Интересно, какой он настоящий?

— Нет. – Кристина продолжила опасную игру. – Вы мне навесу бумаги подписывать предлагаете? А руку я чем перевяжу? Нет, так не пойдет! Вы получите свое, я тоже хочу в полной мере насладиться свободой, а не истечь кровью.

— Хорошо! – недовольно прошипела магесса и, помолчав, с нотками уважения добавила: — А я и не думала, что ты такая стерва. С виду курица курицей, а внутри сюрприз! Но куда там мужчинам разглядеть истинную натуру! Для них женщина – это мордашка и фигура. Они охотно верят, будто ты глупа, будто ловишь каждое их слово. Правильно, милая, не позволяй себя использовать, всегда используй других. Притворись, создай видимость, выжидай и нанеси удар прямо в сердце.

В коротком монологе незнакомки промелькнули боль и злорадство. Она явно нечаянно поделилась своей историей. Кристина запомнила и отложила в памяти на потом. Сейчас она должна заманить магессу к охотникам.

Сердце колотилось в горле, мешало дышать, когда Кристина, повернувшись спиной к незнакомке, сделала первый шаг по тропинке. Хотелось бежать, выпустить на волю магию, хотя бы позвать на помощь, но девушка понуждала себя молчать и двигаться максимально медленно, осторожно.

— Рада от него отделаться? – полетел в спину вопрос магессы.

От кого, уточнять не требовалось.

— Да, — соврала Кристина. – Участь чужой игрушки меня не прельщала. Может, я и бедная, но у меня тоже есть гордость.

Про гордость – чистая правда. Если сейчас Кристина помогала Арману, то по доброй воле, потому, что увидела в нем не прежнего чурбана с зимнего бала, а совсем другого человека.

Расстояние между девушкой и кустами неуклонно сокращалось. Рядом сарайчик для инвентаря, нужно успеть за ним спрятаться.

Кристина закусила губы. Вышло до крови: рот заполнил солоноватый привкус.

— Боишься? – Следовавшая за ней шаг в шаг незнакомка уловила исходившая от Кристины напряжение. – Правильно боишься. Если вздумала играть в игры, не стоит.

— Игры – это ко мне.

Яркая вспышка заставила обеих женщин зажмуриться. Едкий дым проник в ноздри, вызвав приступ кашля.

Плохо соображая, что делает, повинуясь инстинктам, Кристина упала на землю и перекатилась на бок. В том же состоянии умопомрачения, ничего не видя в густом тумане, внезапно окутавшем все вокруг, она пустила по воздуху змейку льда. Лишь бы заряд достиг цели! Кристина била наугад и жутко боялась задеть его величество. Ведь тем и страшен дар магии льда, что отменить действие заклинание, вернуть человеку жизнь, теплоту крови невозможно.

— Ах ты дрянь!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Судя по ругательству, Кристина таки промахнулась.

Страх липкими пальцами сдавил горло. Вдруг таки в короля?.. Но вот через пару мгновений, казавшихся вечностью, раздался его требовательный голос:

— Прочешите все, не дайте ей уйти!

Пелена тумана постепенно рассеивалась.

Приподнявшись, Кристина увидела темные силуэты. Они заполнили сад, шныряли по тему, словно тени. Временами воздух прорезали короткие цветные вспышки. Пахло озоном и еще почему-то вертивером. Едва уловимая сладость влажного летнего дня тонкой дымкой оседала на заснеженные ветви.

— Нашли, ваше величество!

Глава 27.2

Один из охотников с победоносным видом вскинул над головой руку. Кажется, в ней что-то блеснуло.

Отряхнувшись от снега, Кристина нерешительно направилась к группке мужчин, что-то оживленно обсуждавших у калитки. По дороге девушка бездумно подхватила и убрала в рукав нож для бумаг. Тот самый, который она принесла и в спешке обронила незнакомка.

Можно ли подойти, тоже взглянуть? Имеет ли она право?

Кристина робко переминалась с ноги на ногу в десятке шагов от спины его величества. Ощутив ее взгляд, Конрад обернулся и нетерпеливо махнул рукой. Мол, идите же!

Девушка ожидала увидеть медальон, но в ладони монарха блестел браслет. Несомненно, дорогой, с кабошонами старинной работы. И, кажется, Конрад узнал его, иначе почему так скривилось его лицо? Разочарование, горечь, гнев, досада – сколько разных эмоций!

— Я знаю, кто ваш враг, миледи, — не глядя на Кристину, сухо обронил Конрад.

Рискуя повредить, король стиснул браслет в кулаке. Казалось, он задался целью его раздавить, стереть в порошок. Мышцы на его лице напряглись, задеревенели, выражая крайнюю степень ярости.

— Очень хорошо знаю, — медленно повторил Конрад и, горько усмехнувшись, разжал ладонь. – Потому что именно я подарил ей эту вещицу.

Кристину словно со всего размаха ударили ногой в живот. Она часто-часто заморгала, не в силах поверить, озвучить вертевшееся на языке имя.

Так вот кто подслушивал их в кабинете! О да, для королевы не существовало ничего невозможного!

— Но об этом никому! – Грозно блеснул глазами Конрад.

Ему следовало промолчать, но эмоции на время заглушили голос разума.

Маргарита успела уйти. Они не видели ее лица, но браслет красноречиво свидетельствовал против королевы. До того, как она призвала Мрак, окончательно и бесповоротно выдав свою суть, один из магов успел ухватить ее за руку. И ведь удержал, вытянул бы, если бы Маргарита не пожертвовала драгоценностью, расстегнув застежку.

— Немедленно взять под стражу и никуда не выпускать! – распорядился Конрад, обращаясь к старшему офицеру.

— Слушаюсь, ваше величество! – щелкнул каблуками он и вместе с гвардейцами удалился выполнять приказ.

У открытой калитки остались четверо: Кристина, король и двое сопровождавших его магов.

Конрад устало провел рукой по лбу, смахивая несуществующие капельки пота.

Какой скандал разразится! Но ведь он подозревал, чему удивляться? И все же потрясение оказалось слишком сильным. Собственная жена – темная ведьма! Даже хуже – последовательница Айвы, раз ей доступны дороги Мрака. Немудрено, что она желала Арману смерти. Король сам подставил его под удар, поручив следить за супругой.

— Нам всем требуется немного выпить, — не обращаясь ни к кому конкретному, пробормотал он и, спохватившись, натянул перчатки.

Надо же, столько времени простоял без них и не почувствовал холода…

— Сайрус, организуйте освидетельствование и что-то там еще полагается, — бесцветным голосом добавил Конрад и быстрым шагом направился к громаде дворца герцогов Маза.

Спохватившись, Кристина побежала следом. Она хозяйка, должна распорядиться насчет выпивки и закусок. Ну и ночлега тоже – вероятно, король здесь и заночует.

— С магией больше не балуйтесь, — шепотом посоветовал нагнавший ее маг, тот, которого назвали Сайрусом. – По неопытности могли себя убить. Заряд вышел мощным. Весь потенциал в него вложили?

Кристина виновато кивнула. Она пуста, а все без толку.

— Если герцог разрешит, могу с вами позаниматься, — неожиданно предложил Сайрус. – Я тоже стихийник, но воздушник.

— Большое спасибо, — не веря собственному счастью, пролепетала девушка и на всякий случай уточнила: — Вы ведь не шутите, не издеваетесь?

— Какие там шутки, миледи! – добродушно рассмеялся собеседник и галантно взял Кристину под руку, чтобы та не поскользнулась. – Я не университетский преподаватель, правилами не ограничен. Хочу, беру учеников, хочу не беру.

— А как же мой пол?

Должен же где-то крыться подвох! Вряд ли Кристина настолько его поразила, чтобы забыть аксиому: женщины созданы для кухни, мужчины – для магии.

— Ну, если вы отказываетесь, боитесь…

— Я не боюсь! – раскрасневшись, выпалила Кристина.

И пусть только Арман хоть слово против скажет!

Создательница миров, неужели она сможет развивать свой потенциал, как мечтала! Да ради такого Кристина согласна заключить еще десяток помолвок по проклятию!

— А вы кто? – запоздало поинтересовалась она личностью своего будущего учителя.

— Барон Сайрус Гильбер к вашим услугам. – Окончательно смутив несчастную девушку, мужчина поцеловал ей руку. – Скромный придворный маг его величества. А тот господин, — он кивнул на чуть отставшего спутника, — мой помощник.

— Очень приятно, — сконфуженно пробормотала Кристина, порадовавшись, что Сайрус не видел ее лица. Она, наверное, краснее макова цвета. – Чрезвычайно приятно познакомиться!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мне тоже. И, знаете, — решил вдруг немного пофлиртовать Сайрус, — если герцог раздумает жениться, я первый в очереди ваших потенциальных поклонников.

— Боюсь, вы станете только вторым, — в тон ему кокетливо отозвалась Кристина. – Господин магистр тоже имеет на меня виды.

Да правда ли это, не сон? Кристина Имирис окружена поклонниками, с ней собирается заниматься сам придворный маг. А ведь не прошло и месяца, как она скучала под елкой.

Глава 27.3

— Магистр, говорите? И как зовут этого наглеца?

Сайрус охотно продолжил игру, радуясь возможности немного расслабиться после неудачной охоты. Он слишком хорошо понимал, на ком выместит раздражение Конрад, мысленно готовился к будущей битве с королевой, так почему бы пару минут не провести в обществе обворожительной девушки? Оба они понимали, слова – всего лишь шутка, способ снять нервное напряжение.

— О, боюсь, я не могу вам сказать! – покачала головой Кристина.

— Тогда, может, вы скажете это мне? – едва не заморозил ее полный тихой ярости голос Армана.

Девушка вздрогнула, подняла голову и убедилась, жених стоял рядом, целый и невредимый, только совсем не радостный. Казалось, он задался целью прожечь в Кристине дыру.

Сообразив, что лучше оставить их вдвоем, Сайрус поспешил ретироваться к помощнику. А вот Кристине бежать было некуда.

— Хвала Создательнице, вы живы!

В порыве чувств она хотела обнять жениха, но он отстранился, отвел ее руки.

Плечи девушки поникли, улыбка на губах угасла.

— А где Кир? – сглотнув, поинтересовалась она.

Вместо ответа Арман подбородком указал на ступени дома. Некромант стоял там рядом с его величеством и что-то тихо с ним обсуждал.

— Встречный вопрос: что я только что слышал? Стоило мне отлучиться, как вы нашли мне замену.

— Ничего я не искала! – обиженно выпалила Кристина. – И вообще, я за вас волновалась, извелась вся от страха, а вы этого не стоите!

Слезы подступили к горлу.

Проклятый Арман, испортил всю радость встречи! За что он так с ней, чем недоволен? Или Кристина должна сидеть взаперти, ни с кем не общаться в его отсутствие?

— Сухарь темный! Жаль, вас не тем прокляли! – в сердцах выпалила она и, подхватив юбки, игнорируя этикет, пронеслась мимо удивленных магов.

Ей нужно побыть одной, запереться в спальне и никого не видеть. Раз Арман вернулся, пусть он и хозяйничает. Напрасно Кристина за него беспокоилась, такие в огне не горят и в воде не тонут. Никакая бы королева его не убила, потому что он и так мертвый, человек-ледышка.

— Вы не имеете права!

Арман поморщился. Он услышал возмущенные крики еще издали, еще до того, как вместе с Конрадом свернул в покои королевы.

— Пошли вон, мерзавцы! – не унималась Маргарита.

— Да, тяжело придется Сайрусу! – поджав губы, покачал головой монарх.

Герцог промолчал. Сочувствовать придворному магу он точно не собирался. Пусть скажет спасибо за то, что Арман не стал выяснять, чем тот занимался с его невестой. Герцог предпочел отгородиться стеной молчания и при первой возможности, то есть утром отбыл вместе с Конрадом во дворец.

— Эй! – Король прищелкнул пальцами перед лицом Армана. – Ты вообще меня слушаешь? Складывается впечатление, будто это твоя жена оказалась темной ведьмой.

— Что-то вроде того, — пробурчал герцог и отогнал образ флиртующей Кристины. – Хотя насчет ее величества я не уверен.

— Ты защищаешь ее? – Брови Конрада взлетели. – Но ее поймали с поличным. Я лично держал в руках браслет, лично, слышишь?! И узнал бы его из тысячи.

— На это и рассчитано.

Эмоциональная тирада монарха не произвела на Армана должного впечатления. Напрасно король достал злополучный браслет и теперь в упоении смеси ярости и горечи тряс им в воздухе, герцог привык доверять собственной интуиции, а она советовала не торопиться с выводами.

Глаза Конрада впились в лицо собеседника. Пальцы скрючились, как когти хищной птицы.

— Осторожнее! – Герцог взглядом указал на браслет. – Еще подарите какой-нибудь фаворитке.

Король раздраженно убрал драгоценность в карман и недовольно засопел:

— Вечно ты ходишь вокруг да около! Как-никак, я король и имею право…

— Вот поэтому я и медлю. Вы можете не пожелать услышать мою версию, — едва уловимо улыбнулся Арман и прислушался.

Крики стихли. То ли Маргарита смирилась с унизительной участью узницы, то ли ее заставили смириться.

— Брось! – нервно взмахнул рукой монарх. – Я не из тех, кто живет в мире своих фантазий и казнит за попытку взорвать мыльный пузырь.

Конрад глубоко вздохнул, пытаясь выровнять дыхание, но клокотавшая внутри ярость никуда не делась. Сколько невест, почему он выбрал именно Маргариту Валхинскую? Хотя, что уж скрывать, даже ее портрет сводил с ума. Маргарита умела очаровывать, не всегда носила брезгливую, высокомерную маску. А какая у нее улыбка! А еще кожа, тело… Первые месяцы они проводили вместе, но потом все изменилось, и супруги разъехались по разным спальням. Конрад и сам не мог в точности сказать, что именно произошло. Влечение куда-то делось, взор все больше привлекали другие женщины. А Маргарита… Она даже не пыталась скрыть, что не желает видеть мужа. И если бы родился наследник… Увы, тех месяцев не хватило.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 28.1

— Знаешь, — придержав Армана за рукав, тихо признался Конрад, — я собирался развестись, все искал повод. Теперь с чистой совестью смогу.

Герцог покачал головой.

— Не одобряешь? – уцепился за его жест король.

— Кто я такой, чтобы судить вас! – усмехнулся Арман. – Вы имеете право поступать так, как вам заблагорассудится, только вот обвинения против королевы весьма шатки. Начнем с того, что тот же Сайрус мог подбросить браслет. Да кто угодно, кто бывал в спальне королевы, имел доступ к ее драгоценностям.

Лицо Конрада стало темнее тучи.

— Ее спальне? – медленно повторил он, склонив голову набок. – Что Сайрусу могло понадобиться в спальне моей жены?

Арман мог бы солгать, отомстить придворному магу за слишком явный интерес к Кристине, но не стал. Мелочная пакость обернулась бы казнью. Вряд ли король проглотил бы сообщение об измене жены с одним из своих подданных. Поэтому герцог сказал правду:

— Ничего. Без свидетелей уж точно. Я назвал его имя для примера.

А с ушлым Сайрусом он еще поговорит. Лично. Доходчиво объяснит, что Кристина – будущая герцогиня Маза, и только Арман имел право расточать ей улыбки. И для учения тоже найдется кто-то более надежный, желательно глубоко женатый и в возрасте.

Мышцы Конрада расслабились, перестала бешено пульсировать жилка на шее. С лица тоже ушла тень гнева, осталась лишь усталая озабоченность.

— Дальше! – потребовал он. – Предположением о подмене твои доказательства невиновности Маргариты не заканчивались, верно?

— Никаких доказательств пока нет, всего лишь умозаключения. Как и в случае с Лайнелом Имирисом. Его явно подставили, не такой он дурак, чтобы посылать анонимки на гербовой бумаге!

Конрад недоуменно фыркнул:

— Ты защищаешь соперника?

— Именно потому, что Лайнел мой соперник за кресло председателя, он анонимок не писал. Положим, ему бы все удалось, но обязательно затеяли бы расследование моей смерти, письмо бы всплыло. Или Лайнел надеялся так запугать Кристину, что она спрятала бы бумагу под подушку, где виконт бы спокойно забрал ее после двойного убийства?

— Ты прав, — мгновение поколебавшись, согласился Конрад. – Слишком топорно!

— Поэтому я смиренно прошу дозволения его величества осмотреть покои ее величества и присутствовать при допросе.

— Разрешаю! — кивнул король. – И без всяких – смиренно.

Арман почтительно поклонился и задумался: с чего бы начать? С некоторых пор дела только множились как снежный ком. Хоть разорвись! Герцог решил действовать по порядку. Раз уж он во дворце, начнет с королевы. Затем наведается к виконту Имирису и завершит день беседой с секретарем Королевского совета. Повод заехать к нему всегда найдется. Пора выяснить, кто поделился с лордом Гилбером описанием внешности Кристины и сведениями о ее грядущей помолвке.

Пока Арман перебирал в памяти вопросы, которые следует задать или прояснить, они благополучно добрались до королевской спальни, где предстояло ждать своей участи Маргарите. Заодно стало понятно, почему прекратились возмущенные крики.

— Ай да Маргарита! – не удержался от короткого смешка Конрад. – Выставила их вон!

Действительно, растерянный Сайрус и пара гвардейцев, словно нашкодившие мальчишки, переминались перед запертой дверью.

— Ваше величество, — попытался было оправдаться придворный маг, — согласно вашему приказу я…

Король отмахнулся от его слов и, сделав остальным знак обождать в сторонке, постучался.

— Убирайтесь прочь! – не слишком вежливо отозвались с той стороны.

— Если захочу, то я все равно войду, — напомнил Конрад.

Ключ в замке повернулся, дверь приоткрылась, явив лик разгневанной королевы.

— Как прикажете это понимать?! – Она ткнула пальцем в смятый приказ о своем аресте. – Новые интриги вашего кузена? Мне до печеночных колик надоело презрение Альбертинов. Можно подумать, меня пригрели из милости! К вашему сведению, мой отец…

— Поговорим без лишних ушей, дорогая, — прервал ее монарх, опасаясь, как бы в пылу праведного гнева она не сболтнула лишнего.

Покосившись на Армана, он предложил метавшей громы и молнии Маргарите:

— Прогуляемся? Свежий воздух не помешает нам обоим.

— Только после того, как вы признаете приказ гнусной шуткой и оправите этих господ, — презрительно поджав губы, королева указала на гвардейцев, — вон. Само собой, никакую унизительную процедуру я проходить тоже не желаю.

— Мы все обсудим. После.

Конрад перехватил пострадавший от острых женских ногтей указ и передал Сайрусу. После протянул супруге руку:

— Решайте, миледи. Либо разговор, либо домашний арест.

Поколебавшись считанные мгновения, преисполненная достоинства оскорбленной добродетели, Маргарита положила два пальца на локоть супруга.

— Я вам это еще припомню! – проходя мимо Сайруса, прошипела она.

Придворный маг стоически воспринял ее угрозу, не первую и не последнюю во время его службы, и, повинуясь приказу монарха, стал третьим лишним в грядущей приватной беседе. Оправданная предосторожность – королева все же могла оказаться ведьмой.

Оставшиеся не у дел гвардейцы разбрелись, сетуя на жизнь: «Раньше были приказы так приказы, а сейчас семь пятниц на неделе, в «очко» нормально не сыграть». Арман проводил их задумчивым взглядом. Если он все верно понял, Конрад хотел, чтобы он осмотрел спальню ее величества. Но сделать это надлежало аккуратно, не вызывая подозрений. Пусть слуги видят, что герцог тоже ушел. Он сможет тайком вернуться чуть позже. В интересах же Конрада затянуть выяснение отношений, да и вопрос тонкий, щепетильный, такие за пять минут не решаются.

Глава 28.2

Новости по дворцу разлетались быстро. Если прежде на половине королевы было не протолкнуться от фрейлин, то теперь, почуяв надвигающуюся грозу, они разбежались. Те, кто похрабрей, поднаторели в интригах, дежурили возле сада, пытались подслушать эмоциональную беседу венценосных супругов. Но Арман все равно не стал рисковать и воспользовался той самой лестницей, которую некогда показала Изольда Кристине. Не только она владела этим секретным знанием.

Выждав, пока пройдет караул, Арман скользнул к спальне королевы и, быстро оглядевшись, скрылся за дверью. Он старался действовать максимально быстро и четко: не хватало только столкнуться с разгневанной хозяйкой! Первыми осмотру подверглись флаконы и баночки на туалетном столике. Герцог быстро по очереди откупоривал крышки и вдыхал запахи. Если бы духи или кремы подменили ведовскими снадобьями, он бы почувствовал. Увы, пусть Маргарита пользовалась парой нетрадиционных средств, вреда причинить они не могли.

Опочивальня тоже на первый взгляд не таила секретов. Арману даже удалось обнаружить тайник королевы, но и тут его постигло разочарование. Пачка пожелтевших писем, перевязанных ленточкой, флакон с каплями, помогающим женщинам избежать «интересного положения» — вот и все. Обнаруженная герцогом переписка относилась еще к периоду сватовства и содержала советы юной княжне, как лучше держаться, что говорить и так далее, чтобы примерить корону. Арман рассеянно проглядывал письмо за письмом. Маргарите даже политических интриг не припишешь, все мелочи. Зато у нее явно имелся любовник – флакон наполовину пуст.

Убрав письма обратно за колонку секретера, Арман собрался было уходить, когда его посетила мысль заглянуть в гардеробную. Где еще, если не на самом виду, среди вороха нарядов можно спрятать свой секрет? И он нашел, только вот не совсем то, что искал.

Арман не переставал поражаться, сколько всего нужно женщинам. Казалось, Маргарита запаслась нарядами на обе жизни: нынешнюю и загробную. Осмотреть все это, заглянуть во все ящики и коробки не представлялось возможным. Потребовалось бы дня два, а то и больше. Герцог для порядка осмотрел пару секций и собрался уходить, когда его взгляд упал в большое напольное зеркало. На него в упор смотрела женщина, в которой он не сразу признал Изольду. Серое платье горничной, белый фартук, белый же чепец – сестра королевы постаралась, чтобы затеряться во дворце. В руках она сжимала небольшой сверток, который при виде Армана тут же спрятала за спину.

Герцог нахмурился. Поведение Изольды ему крайне не понравилось.

— Что вы здесь делаете? – строго поинтересовался он, развернувшись к нежданной гостье.

— Могу задать вам тот же вопрос, — не стушевалась сиятельная леди.

Арман смотрел на нее и никак не мог понять, что в ней еще изменилось. И тут он понял: выражение лица. Леди Лягушка не походила на себя прежнюю. Никаких улыбок, никакой беззаботности, если бы не рот, она превратилась бы в копию надменной Маргариты.

— Выполняю поручение его величества, — обтекаемо ответил герцог.

— Вот как! – фыркнула Изольда и сделала шаг вперед. Руку со свертком она по-прежнему держала за спиной, а вот вторую положила на карман фартука. – Сомневаюсь, будто Конрада вдруг заинтересовали тряпки жены.

Если сиятельная леди хотела его обескуражить, ей это удалось. Необыкновенно дерзкая, резкая, она напоминала змею, сбросившую кожу. Арман впервые задумался, что, пожалуй, ничего не знал об Изольде. Она всегда держалась в тени сестры, считалась балластом, придатком. При желании Маргарита могла выдать ее замуж, даже скромное приданое и дефект внешности не помешал бы при таком происхождении и титуле зятя, но никто не спешил делать Изольде предложение. Вроде, она кого-то отвергла, давно, чуть ли еще не при жизни отца, но все равно странно.

— Можете поинтересоваться у него сами, — не поддался на провокацию Арман. – Я здесь на законных основаниях, чего не скажешь о вас.

Он выразительно покосился на ее наряд.

— Ах, это! – с легкой досадой пробормотала Изольда. – Мне всего лишь хотелось покинуть свою комнату незамеченной. Полагаю, — она горделиво подняла подбородок, — вам известно о моих отношениях с виконтом Имирисом? Оставив ненужную куртуазность, с момента ареста виконта дворец только и судачит обо мне. Ну а я теперь под наблюдением. Лайнел ведь предположительно собирался убить вас и вашу невесту. Несусветная чушь!

— Вы правы, — наконец сложив все куски головоломки, согласился с ней Арман, — действительно чушь, потому что все это собирались сделать вы.

— Что? – округлила глаза сиятельная леди и, сильнее стиснув карман, сделала шаг назад. – Вы больны, милорд? Несомненно, больны.

Вместо ответа герцог с помощью портала мгновенно переместился за спину Изольды и победоносно выхватил из ее рук тряпицу. В ней оказалась восковая кукла мужчины в короне и набор иголок. Кончик каждой пропитан кровью.

— Напрасно вы пришли сюда и скинули маску беззаботности, — укоризненно покачал головой Арман. – И слишком уж топорно подставили сестру и любовника. Конрад поверил, но я – нет.

— Вы сумасшедший! – сокрушенно покачала головой Изольда. – Я нашла эту куклу под подушкой и…

— … и принесли сюда, чтобы перепрятать, — скептически усмехнулся герцог. – Сомнительная история!

— Вспомните, милорд, меня пытались убить, и не где-нибудь, а вашем доме. Я не придала историю огласке, но после сегодняшнего вынуждена обратиться к венценосному зятю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Что у вас в кармане?

Арман требовательно вытянул ладонь.

— Вы забываетесь, милорд! – сверкнула глазами Изольда.

— И все же? – упорствовал герцог. – Что вы еще обнаружили под подушкой?

— Ничего, кроме вашей смерти, — с неожиданной лютой ненавистью процедила сиятельная леди.

В следующий миг в лицо ему полетел черный порошок. В последний момент Арман сумел защитить глаза, но ядовитое вещество проникло в нос, разъедая легкие. Закашлявшись, герцог упал на колени. Голова кружилась и стремительно наливалась чугуном. Сердце все наращивало пульс. «Проклятие!» — пронеслось в затуманенном разуме.

В критической ситуации на помощь пришла магия рода.

Изольда в испуге попятилась, когда вместо распростертого на полу задыхающегося человека увидела полного сил… оборотня? Анимаг без труда избавился от удавки проклятия: оно банально на него не действовало. Ломота в теле никуда не делось, но чем больше в Армане становилось волка, тем стремительнее наливались силой мышцы.

— Преступника подводит роковая ошибка, — пророкотал изменившийся, ставший ниже, грубее голос герцога. – Обычно какая-то мелочь. В вашем случае – незнание моей природы. Мракоходец – об этом шептались на каждом шагу, но еще двести лет назад род Рувелей славился другими способностями.

Изольда промолчала. На лбу ее отразилась упорная работа мысли.

— Тогда договоримся? – неожиданно предложила она.

— С вами? Вряд ли! – оскалился Арман.

— Чего так? – подняла брови сиятельная леди. – Брезгуете? Однако я могла бы снять проклятие. Или, — тут она пленительно, словно флиртуя, улыбнулась, — активировать другое. Как видите, я подстраховалась, позаботилась о том, чтобы любой нанесенный мне вред зеркально передался вам. Поэтому давайте, милорд, убейте меня! Или отдайте в руки палачу, пусть ваша невеста вдоволь наплачется.

Губы Армана побелели от гнева. Он стоял против довольно ухмылявшейся Изольды, сжимал кулаки и ничего не мог поделать. Вот она, темная ведьма, на расстоянии вытянутой руки. Герцог поймал ее с поличным и впервые не мог убить. Угрозы Изольды могли оказаться блефом, а если нет? Умирать Арману категорически не хотелось. И уж тем более оставлять Кристину одну. Он слишком хорошо понимал, сиятельная леди расправится с ней. Может, отравит, может, проклянет, а, может, выставит заговорщицей – фантазии Изольде не занимать! Кроме личного существовало еще общественное. Любой мракоборец в первую очередь служил стране. Арман не мог допустить, чтобы корону на свою голову возложила темная ведьма из какого-то княжества. Лучше уж кто-то из Альбертинов, только не она!

— Ну как, ваш пыл немного угас?

Издеваясь, Изольда обошла его по дуге и распахнула один из платьевых шкафов.

— Положите это сюда, — велела она. – Куклу. Прямо на пол, вон за ту амазонку. Иголки рассыпьте в художественном беспорядке. Я хочу, чтобы сначала нашли их, стали проверять, откуда взялись, и отыскали куклу. Прятать ее среди того же нижнего белья слишком топорно. Нет, пусть найдут не сегодня и не завтра. Хотя если дорогой зять таки настоит на своем, — Изольда сделала долгую паузу и фальшиво вздохнула, — дни моей сестрички сочтены. Сайрус, безусловно, дурак, но не слепой, два и два сложит.

Арман не пошевелился. Он не собирался исполнять ее указания.

— Ну же! – нетерпеливо притопнула ногой Изольдой.

— Даже не подумаю. – Герцог обменялся с ней издевательской улыбкой. – С чего вдруг? Как я понимаю, проклятие сработает в случае вашей смерти, поэтому мне ничего не мешает забрать куклу и сделать с ней все что угодно. Равно как, — улыбка его стала шире, обнажив десны, — вы спокойно можете томиться в темнице вплоть до самой моей смерти. Проклятие тоже не сработает, ему ведь неважно, в каком состоянии вы существуете.

Ситуация, видевшаяся совсем недавно в черном свете, постепенно заиграла красками. Да, в рукаве Изольды мощный козырь, но ей очень далеко до Создательницы миров.

Теперь пришло время сиятельной леди насупить брови. Арман же продолжал потешаться, наслаждаясь тем, как она нервно сжимает пальцы:

— И коробочка в вашем кармане тоже пуста. Вы напрасно растратили дорогой порошок. На будущее, если, конечно, оно у вас будет, запомните, он действует исключительно на людей.

— Ничего страшного, у меня в запасе много способов избавиться от вас. — К Изольде вернулось былое самообладание, она вновь вела игру на равных. – Например, прибегнуть к силе фамильных артефактов Рувелей. Но сначала нужно завершить другие приготовления. Ваша смерть их нарушит.

— Какие же? – чуть склонил голову герцог. – Заказать коронационный наряд? Один раз промахнулись, теперь же решили наверняка добраться до трона?

— А, вы об отце! – легкомысленно отмахнулась Изольда. – Ничего подобного, княжество меня не интересовало. Отец просто мешал, грозил сдать мракоборцам. Наивный, он думал, будто я испугаюсь и соглашусь выйти за сына друга его детства! Прозябать с титулом баронессы в какой-то Валхии, пока Маргарита купалась в роскоши! Если бы у дуры-сестрицы хватило мозгов, она давно бы забеременела, отравила мужа и стала бы регентшей при малолетнем сыне. Но Марго всегда жила эмоциями. Ей даже арифметика не давалась, сестра считала ее слишком скучной. Вот бы кого выдать за любителя пострелять куропаток, отличная вышла бы парочка!

Изливая перед герцогом накопившуюся за долгие годы желчь, сиятельная леди постепенно отступала вглубь гардеробной. Арман не придавал этому большого значения: деваться ей все равно некуда. Но он ошибся. Поравнявшись с манекеном, одетым в платье для официальных дипломатических выходов, Изольда резко толкнула его. Тот ожидаемо не удержал равновесия и покатился по полу. Корона и вовсе отлетела прямо в Армана, чудом не попав ему в висок. Воспользовавшись кратковременной суматохой, Изольда надавила на фальшивый простенок и в считанные мгновения скрылась из глаз в зеве тайного хода. Разумеется, Арман бросился следом, но поздно: с легким щелчком сработал защитный механизм, заперев дверь изнутри. Герцогу потребовалось несколько минут, чтобы высадить ее, но, когда, разъяренный, с еще искрящимися от магии пальцами, он ворвался в потайной ход, Изольды и след простыл. Нечего было и думать наугад блуждать по лабиринту. Арман быстро убедился, что разобраться без карты в бесконечном хитросплетении поворотов, невозможно и вернулся в гардеробную.

Герцога разъедала досада. Девчонка провела его, признанного борца с темными ведьмами! Откуда в Изольде столько хитрости, стратегического мышления? Она ведь на год младше Кристины! Но факт оставался фактом, королевская сестрица выиграла оба раунда, но Арман не будет Арманом, если не нанесет ответный удар.

— Нужно поскорей добраться до Лайнела!

Чутье подсказывало, Изольда поспешит избавиться от сообщника. Вряд ли она планировала выходить за него замуж, делать королем, даже соправителем. Такие, как Изольда, властью не делятся. Зато если Арман успеет выхватить соперника за кресло председателя Магического совета из рук смерти, у него появится важный свидетель.

Тюремное заключение Изольды не такой плохой вариант. Герцог выиграл бы пару месяцев, разобрался с проклятием и благополучно отправил бы сиятельную леди на эшафот. Но просто так ее не арестуешь. Слово Армана против слова Изольды. Женщины изворотливы, ей ничего не стоит выставить дело так, что это герцог надумал очернить королеву, а она застала его на месте преступления. Опять же взбешенная наветами в свой адрес Маргарита встанет на защиту сестры, возможно, семья Имирисов, ряд других уважаемых семейств… Нет, Арман должен добыть такие доказательства, которые Изольда не смогла бы опровергнуть.

Герцог мчался по коридорам, расталкивая придворных локтями. Он не тратил время на извинения: дорога каждая минута. Пусть недовольно косятся вслед, обзывают невежей – ему нужно открыть портал.

Мелькнуло и пропало в просвете очередного зала сумрачное лицо короля. С ним герцог тоже переговорит позже.

Глава 29.1

Лайнела Имириса содержали под домашним арестом в его особняке. Он как раз собирался на встречу со своими сторонниками в «Белом льве», когда явился капитан дворцовый стражи и зачитал волю его величества. Однако Конрад напрасно полагал, что виконт станет спокойно дожидаться суда. Да, он не оказал сопротивления, с пониманием отнесся к ограничению своих передвижений – словом, усыпил чужую бдительность. Начни Лайнел козырять своим статусом, охрану бы удвоили, а то бы и надели амагичные браслеты.

Пока Конрад мучился сомнениями относительно супруги, Лайнел потихоньку готовился к бегству. Обычно заключенные предпочитали ночную пору, но виконт выбрал предрассветные сумерки. Именно тогда внимание часовых притупляется, никто не ждет подвоха от мирно спящего узника.

Лайнел скрылся в спальне в обычное время и потушил свет. Он слышал, как несколько раз тихонько отворялась дверь, и то ли слуга, то ли кто-то из гвардейцев проверял, не пустует ли кровать. Но после трех часов ночи приходить перестали, настала пора виконта отбросить одеяло и наскоро одеться для длительного путешествия. У Магрета достаточно врагов, кто-нибудь да приютит бывшего члена Королевского совета. А уж с деньгами Рорарга он и вовсе отлично устроится в любом месте.

Сердце обжигало предательство Изольды. Она всего лишь использовала его, когда как Лайнелу казалось, сестра королевы по уши влюблена и готова убить ради него. А какой Изольда была в постели! Юная, гибкая, она затмила всех его былых любовниц, требовала просить о новой ласке. И при этом до него Изольда не знала мужчин – поразительно!

Виконт Имирис обратил на нее внимание сразу, когда еще, напуганная и растерянная, она прибыла ко двору. Ему требовалось еще ближе подобраться к трону, постепенно стать второй фигурой в королевстве – большеротая сестра Маргариты подходила идеально. Он принялся ее очаровывать, но крепость долго оставалась неприступной. К тому моменту, как они, наконец, очутились в постели, Лайнелом руководил не только расчет. Изольда действительно ему нравилась – не как предмет для услады, как человек. Она оказалась умна, начитана, лишена предрассудков и глупых принципов. Виконт не только делился с Изольдой всеми своими планами, совместно с ней обсуждал способы устранения внезапно появившейся родственницы и ее жениха, но и собирался жениться. Как жестоко он ошибался!

Однако полынную горечь предательства быстро сменила жгучая жажда мести.

Лайнел уничтожит Изольду. Он знал слишком много ее секретов, чтобы вот так выбросить его на помойку.

— Ты еще за все заплатишь, темная лживая дрянь! – прошипел виконт. – А если нет, я лично превращу тебя в кусок льда.

Первые два часа ушли на то, чтобы сжечь компрометировавшие его документы. Обыска пока не было, но уже сегодня наверняка бы пришли с ордером. Лайнел действовал тщательно, следил, чтобы не осталось даже пепла. Затем, в час, когда даже самые стойкие солдаты засыпают на посту, пришло время покинуть столицу. Лайнел верил, что еще вернется. В самом деле, за что королю его наказывать? Во всем повинна Изольда. Ну а чтобы торжество Лайнела было полным, он собирался повесить на нее еще одно преступление и получить-таки вожделенное кресло.

Виконт не стал открывать портал в доме, справедливо полагая, что так его быстро отследят. Зачем, если можно выбраться через старинный потайной ход? Некогда семейство Имирисов выкупило особняк у семейства разорившихся аристократов, и отец Лайнела, будучи пытливым мальчишкой, отыскал и со временем привел в порядок обвалившийся лаз. На планах он не значился, гвардейцам придется попотеть, чтобы понять, куда упорхнула птичка.

Благополучно очутившись на соседней улице, Лайнел надвинул капюшон на лицо и быстрым шагом двинулся к перекрестку. Немного поплутав по кварталам, он остановился. «Пусть ищут! – промелькнула в голове злорадная мысль. – Все равно не догадаются, к кому я наведаюсь». И виконт открыл портал в замок маркиза Германа Нобера. Он знал, что посулить не расставшемуся с былыми амбициями Герману. Лайнел умел манипулировать людьми не хуже Изольды. Во дворец он вернется победителем, выступит с трибуны Магического совета в качестве его председателя и полюбуется на казнь вероломной любовницы.

Поднимавшийся шестью часами позже по ступеням особняка виконта Имириса Арман ни о чем этом не догадывался. Однако его сразу насторожили распахнутые настежь двери. Привычный караул тоже отсутствовал, зато по холлу сновали люди. Узнав подчиненных Сайруса, герцог нахмурился и, отловив одного из них за воротник, потребовал объяснить, что здесь происходит. Несчастный покрылся красными пятнами и отвел глаза. Начинавший терять и без того подпорченное Изольдой терпение Арман встряхнул его:

— Арестованный исчез, — наконец неохотно выдавил молодой маг, судя по едва пробивавшемуся над верхней губой пушку, еще юноша.

Первым желанием герцога со всего размаху впечатать собеседника в стену, но он справедливо рассудил, тот ни в чем не виноват. Если кого и надлежало наказывать, так это караульных. Пусть ими займется командир, гораздо важнее сейчас как можно скорее отыскать Лайнела Имириса.

— Знакомое лицо…

Герцог отпустил мага и почесал кончик носа. Кажется, он где-то видел этого тощего как жердь паренька с копной рыжих волос.

— Вы… вы меня из академии исключили, — покраснев до корней волос, признался паренек. – Ну, перед тем, как ректором лорд Асмус стал. За аморальное поведение.

Арман сокрушенно покачал головой. Чему удивляться, ведомству придворной магии не видать порядка, пока туда нанимают таких, как Николас Ашт. Теперь герцог вспомнил, о каком скандальном происшествии шла речь. Скромник тогда проиграл спор и голым бегал по академии посреди бела дня. Потом и вовсе забрался наверх, чтобы все видели его задницу. Разумеется, огневик вылетел из академии с треском и вот нашел работу у Сайруса.

— Давай, реабилитируйся в моих глазах. Что, где, когда и как?

Николас сомневался, имеет ли он право делиться подробностями с посторонним, но один единственный взгляд герцога стал решающим аргументом. Да и рассказывать было особо нечего. Подземный ход обнаружили, но дальше следы Лайнела терялись. Он не зря выписывал «восьмерки» по столичным улицам – поисковые чары в таком случае становились бесполезными. Они многократно накладывались друг на друга и постепенно истончались. Однако Арман не был бы мракоходцем, если бы не нашел место открытия портала. На этом везение закончилось. Послали за портальщиком, но пока он явится… Словом, герцог предпочел не нарезать круги по заснеженной мостовой, а заглянул к другу.

Голос Кристины он услышал прежде, чем увидел ее. Внутри шевельнулась ядовитая ревность. Хороша невеста! Стоило Арману уехать во дворец, как она кинулась к Киру.

Глава 29.2

— Заходи, не мнись на пороге! – ничуть не смутившись, крикнул ему некромант. – Мы тут с Кристиной как раз способы избавиться от Изольды Валхинской обсуждаем. Твоя невеста подала ценную идею.

Герцога была сложно удивить, но Кир блестяще справился с задачей. От изумления у Армана приоткрылся рот.

— Откуда?.. – только и смог вымолвить он.

Кир неторопливо поднялся из-за столика в гостиной, приказал подать еще одну чашку гостю и только тогда ответил:

— У любого некроманта везде есть уши. Можешь сколько угодно сердиться и грозить гневом Конрада, но я предпочитаю знать обо всем, что происходит во дворце.

— Ты точно плохо кончишь! – укоризненно покачал головой Арман и тяжело опустился на диван подле Кристины.

Он полагал, она отодвинется, но девушка, наоборот, смущенно улыбнулась и предложила налить ему чаю:

— У Кира он изумительно вкусный! Тут какие-то травы, шишки… Я бы литрами пила!

Убаюканная было ревность вновь подняла голову. Остановив потянувшуюся к заварнику Кристину, Арман напрямик спросил:

— Что ты здесь делаешь? Только не говори, будто случайно проезжала мимо!

Думал ли он на зимнем балу в Благородной школе, что станет терзаться возможной близостью случайной невесты с другим? Однако герцога приводила в ярость мысль о поцелуях Кристины, подаренных другому. А ведь между ними по-прежнему ничего нет, откуда вдруг желание безгранично владеть ей?

Кристина заметно нервничала, рассеянно теребила кисти декоративной подушки. Ее пугали черные, как сама Бездна, глаза Армана, его вонзившиеся в обивку дивана пальцы. Она пыталась и не могла понять, чем рассердила жениха. Кристина постаралась объяснить все еще ночью, но герцог не желал слушать. Однако молчать и дальше – признать его право распоряжаться ее жизнью.

— Мы уже на «ты»? – Кристина смерила жениха твердым взглядом. – Я не возражаю, но категорически против попыток ограничивать мою свободу. Я не вещь, милорд, могу общаться с кем и где хочу.

— Прелестное личико со стальным стержнем – идеальное сочетание! – одобрительно прокомментировал Кир и с явным осуждением покосился на друга. – А вот характер без мозгов – дурное. Понимаю, Изольда изрядно попортила твое настроение, но не вымещай зло на невесте. Она совершенно искренне за тебя волновалась, приехала ко мне узнать последние новости. Если ты забыл, — некромант чуть повысил голос, добавил в него грозовых ноток, — Кристина имеет на это полное право. А если ты и впредь станешь вести себя с ней так же отвратительно, она вернет тебе слово.

Арман раздраженно вздохнул и отвернулся. Он действительно поступил не лучшим образом, что ночью, что сегодня. Но одно дело, сознавать самому, другое – слышать из чужих уст. Кир отчитал его как мальчишку!

— Извиняться собираешься? – не унимался некромант.

Несомненно, друг задался целью его добить!

— Не надо, — неожиданно вступилась за Армана Кристина и положила свою ладонь поверх его руки. – Я сама виновата, могла бы предупредить, что собираюсь к вам. Вдобавок Арман устал, толком не выспался, вот и сорвался.

Кир укоризненно глянул на нее, но промолчал. Не хочет преподать жениху урок, ее дело.

— Так что, друг мой, — уже другим, воодушевленным тоном полюбопытствовал он, — наш план узнать хочешь?

Герцог кивнул, и некромант покосился на Кристину. Мол, давайте, идея ваша.

— Несчастный случай, — стушевавшись, скороговоркой выпалила девушка. – Нужно, чтобы сиятельная леди умерла своей смертью, тогда проклятие не сработает.

— И как вы себе это представляете? – Арман воспринял ее предложение скептически.

— Очень просто! – просияла Кристина. – Не беспокойтесь, я все устрою. Изольда ведь не подозревает, будто я в курсе ее сущности. Суровый Арман Рувель и всякое такое. – Щеки ее на миг залились румянцем. – Никого из вас она к себе не подпустит, а меня – да.

Герцог переглянулся с приятелем:

— Ты в курсе?

— Увы! – развел руками Кир. – Наша храбрая Кристина держит план в секрете, но заверяет, все получится. Давай доверимся малышке, а сами попытаемся разобраться со вторым проклятием. Сдается, — некромант поморщился, — придется наведаться во дворец Айвы и оттуда попытаться призвать дух проклявшей тебя темной ведьмы.

— Или припереть к стенке Лайнела Имириса, — мрачно продолжил цепочку размышлений Арман. – Если фамильные артефакты у Изольды, в чем она сама призналась, то ведьму наняла либо она, либо ее любовник. Жаль, — сокрушенно добавил он, — шкатулка, в которой Кристина нашла кольцо, не сохранилась!

— Почему же! – встрепенулась девушка и едва не пролила на себя чай. – Она по-прежнему на чердаке школы. Да Олаж туда добровольно не полезет, он чистюля!

Стрельнув глазами, она с самым невинным видом поинтересовалась:

— Если Бернадет перешлет мне шкатулку, можно мне заняться Изольдой?

Арман нахмурился, но озвучить отказ не успел — Кристина перебила.

— Ну пожалуйста! – взмолилась девушка. – Она пыталась меня убить, я хочу вернуть долг.

— Соглашайся, – посоветовал Кир, — иначе она без разрешения сделает, что еще хуже.

И герцог неохотно сдался, но поставил условие:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Докладывать о каждом своем шаге! План нужно четко проработать, согласовать, а не действовать наудачу.

— Это невозможно!

Кристина закатила глаза и прошлась по кабинету, нарезая круги вокруг невозмутимого Армана.

— Вы все мне запрещаете! – Наконец остановившись, она обвинительно ткнула в него пальцем и налила себе воды. – Забраковали уже десяток вариантов!

— Потому что ни один не подходит, — невозмутимо отозвался герцог. – Я могу по пунктам объяснить…

— Вздор! – взмахнула руками Кристина. – Лучше признайтесь, вы не желаете, чтобы я приближалась к Изольде.

— Не желаю, — согласно кивнул Арман и налил второй стакан, уже себе. – Ваши грандиозные планы… Не спорю, несчастный случай стал бы отличным выходом из положения, но организовать его безумно сложно. Как ни крути, выходит убийство. Но ладно бы речь шла только о моей жизни, я не желаю подвергать опасности вашу.

Кристина нервно расхохоталась:

— Конечно! Ведь по условиям проклятия вы тоже умрете.

— Я умру в любом случае. – Его твердый, серьезный взгляд заставил девушку замолчать, сесть в отброшенное в сердцах кресло, внимать каждому слову. – Речь о вашей жизни, и, Кристина, хотите вы этого или нет, я не позволю вам рисовать. Поймите, глупое создание, Изольда не ваша подружка по школе, она темная ведьма. Не успеете вы потянуться за своим даром, как в вашу кровь уже проникнет гниль проклятия.

— Тогда что же делать? – упавшим голосом поинтересовалась Кристина.

Сгорбившись в кресле, она словно стала меньше.

Язык облизнул пересохшие губы. Арман проследил за ним и поймал себя на мысли, что вдруг захотел поцеловать невесту. Прямо в эту подрагивавшую нижнюю губу.

Пусть Кристина и дальше молчит, тогда он сможет и впредь рассматривать ее, задумчивую и слабую. Но только теперь, потому что в обыденной жизни Кристина Имирис слабой не была. Алчной тоже. Услышав о примерной сумме доли драконьего наследства, она заявила: столько денег ей не нужно. На учебу и домик – столько-то. Матери – еще четверть, чтобы покрыть расходы на имение и обеспечить ей достойную старость, а остальное, если хочет, герцог может забрать себе: «Вы ведь скоро официально станете моим мужем, все по закону». Арман тогда промолчал, что намерен отменить скоропалительную свадьбу. Решение казалось ему правильным независимо оттого, чем закончится история с Изольдой. Если проклятие уничтожит Армана, Кристине не придется носить траур, она сможет остаться на бальный сезон в столице и найти себе жениха по сердцу. С деньгами Рорарга девушка ни в чем не будет нуждаться. Если же оба проклятия удастся уничтожить, несправедливо и гадко связывать Кристину брачными узами. Пусть выбирает сама, кого захочет.

Но один выбор Арман все же за нее сделает. Кристина не приблизится к Изольде, и точка! Задавшись этой целью, он битых три часа один за другим отвергал прожекты невесты. Последним стала ледяная лестница. Кристина собиралась выманить сиятельную леди на прогулку и незаметно превратить ступени в каток. План действительно не выдерживал всякой критики. Если кого тем днем и убили бы, так Кристину. Этого Арман допустить не мог. Он много думал, терзался противоречивыми мыслями до утра, а в предрассветных сумерках обновил завещание. Уже к полудню герцог успел его заверить, взяв в свидетели Кира. Друг назвал его сумасшедшим. Плевать, лишь бы он раньше времени ничего не сказал Кристине.

С некоторых пор все так изменилось! Медленно, по капле отношение Армана к невесте менялось, а когда он увидел ее, смеющуюся, флиртующую с Сайрусом Гильбером, внутри все и вовсе перевернулось. Герцог тогда с трудом сдержался. Каждая улыбка, каждый взгляд, подаренный невестой другому, впрыскивал яд в сердце. У него словно открылись глаза. Какой же Арман дурак! Они столько раз с Киром пренебрежительно обсуждали девиц, с которыми танцевали на балах, жалели, что в них все пропитано тупостью и фальшью, — и вот Кристина. Совсем юная, но не наивная. Бедная, но гордая. Женщина, но умная. Вдобавок красивая и, судя по тому, как она повела себя в постели, в будущем страстная любовница.

Кристина вновь облизала губу. Пожалуй, если она не перестанет, Арман сорвет с нее одежду и зайдет дальше, чем в ходе игры в кровати. Интересно, она вскрикнет, распахнет глаза в немом ужасе или, наоборот, они затуманятся от желания, когда все случится?

— Перестаньте! – хрипло потребовал Арман.

От разыгравшейся фантазии и воспоминаний о гибком теле стало жарко, и он расстегнул пару пуговиц на рубашке.

— Простите? – недоуменно моргнула Кристина.

— Ваш язык… Если вы не перестанете, я засуну собственный в ваш ротик! – пригрозил герцог.

Девушка покраснела и отвернулась. Он явно смутил ее, тем неожиданнее стало тихое заявление:

— Может, я бы не возражала.

Сначала Арман подумал, что ослышался. Не могла воспитанная девушка, более того, прошедшая строгий курс наук в Благородной школе, сказать такое! Конечно, он ослышался, она просто вздохнула, но тут Кристина подняла на него глаза и спросила:

— А вы бы действительно этого хотели? Если да, то почему?

Ее вопрос загнал его в тупик. Герцог сам не понимал природы своего желания. Ему просто хотелось и все. Списать все на зов плоти? Однако на обычное вожделение не похоже. Арман предпочитал не заводить официальной любовницы, довольствовался чередой случайных, иногда задерживавшихся в его жизни на пару лет женщин, и хорошо помнил чувства, которые они вызывали. Да, ему хотелось проделать с Кристиной то же, что и с ними, возможно, даже больше, но одновременно герцогу требовалась ее улыбка, взгляд, разговоры за пределами спальни. Словом, нечто новое, определение чему Арман еще не нашел. И он обратил все в шутку:

— Вы напоминаете преподавателя, зачитывающего вопрос экзаменационного билета.

Кристина чуть закусила многострадальную нижнюю губу, замерла на мгновение и словно в омут с головой бросилась:

— Тогда целуйте!

Глава 30.1

Дважды повторять не пришлось, не успела девушка охнуть, как оказалась на коленях у Армана. Его язык безгранично завладел ее ртом. Сначала он двигался медленно, осторожно, словно изучая диспозицию, а потом перешел в решительную атаку. Арман успокоился только тогда, как лицо Кристины стало красным как свекла, а ее кулачки протестующе забарабанили по его плечам.

— Ну вот, с припухшими губами вам гораздо лучше, — невозмутимо, тоном, не вязавшимся со смыслом слов, заявил герцог и отпустил свою добычу. – Теперь, когда нам больше ничего не мешает, можно вернуться к тому, с чего мы начали.

— Чему это? – мрачно отозвалась девушка.

Она злилась на себя и избегала смотреть на Армана. Знала ведь, что его не возьмешь на «слабо»! Однако ей втайне хотелось этих поцелуев, таких жарких, таких… Кристина украдкой коснулась губ. Словно пчелы покусали, такое не спрячешь. Но стоит ли? Она вдруг поняла, что, наоборот, хочет с гордостью демонстрировать свои губы всем и каждому. Смотрите, их касался Арман Рувель! Не лениво, из чувства долга, не дразня, а как один из тех молодых людей, с которыми тайно встречались некоторые девушки в школе. Это не игра, это те самые взрослые поцелуи, за которые бы Анук Мертье ее немедленно исключила. А еще Кристине на миг показалось, что Арман хотел поцеловать не абстрактную женщину, а именно ее. Дурость, конечно! Достаточно вспомнить его, надменного, неприступного на приеме в день оглашения их помолвки. С тех пор минуло не так много времени, чтобы отношение герцога к невесте изменилось. «А вот мое к нему – да», — с горечью подумала Кристина.

— Вашему очередному плану и моему очередному нет.

Хм, дыхание выровнялось, мысли больше не будоражили девичьи прелести, в сознании прояснилось. Занятно, очень занятно! Надо затем пообщаться с Киром. Он ученый, найдет рациональное объяснение метаморфозе.

— И как тогда быть? – поникла Кристина. – Оставить Изольду безнаказанной?

Арман покачал головой и, ссадив невесту с колен, поднялся.

— Я намерен немедленно доложить обо всем королю.

— Я тоже уже написала подруге насчет шкатулки.

Устроившись калачиком на месте жениха, Кристина буравила его спину тревожным взглядом. Она верила в мудрость его величества, опыт Армана, возможности Совета магов, но боялась, этого будет мало.

— Вы ведь не?.. – с надеждой уточнила девушка.

Закончить вопрос она побоялась.

— Завещание у мэтра Ньюта Дорриса, — подтвердил ее худшие опасения герцог. – Не беспокойтесь, — цинично усмехнулся он, застегивая ворот рубашки, — вы там тоже упомянуты.

Кристина в сердцах запустила в него первым, что попалось под руку, — стаканом, и уткнулась лицом в теплую обивку кресла. Она не плакала, просто не двигалась, прикрыв глаза. Пульс молоточками стучал в висках. Должен же быть выход!

Стряхнув стеклянную крошку с сапог, не проронив ни слова, Арман вышел. На душе было тягостно, но от любых объяснений стало бы только хуже. Он верил, что нашел лучшее решение, и не нуждался в советчиках.

Пасмурная погода с низко стелившимися над городом тучами как нельзя лучше отражали настроение Армана, когда он вышел из портала перед одним из фасадов королевского дворца. В последний раз герцог появлялся тут сутки назад. Целые сутки, перевернувшие все с ног на голову. Арман надеялся переговорить с Конрадом в его секретном кабинете и попросил Кира составить им компанию. Король относился к некромантам настороженно, как и многие другие, с предубеждением, но ему придется смириться, без умений Кира ничего не выйдет.

Арман огляделся, прислушался. Со стороны сада доносился приглушенный женский смех. Показалось, или это смеялась Изольда? Поколебавшись, герцог решил взглянуть. Стараясь неслышно ступать по свежему снегу, он приблизился к ограде. Здесь смех слышался отчетливее. Так и есть, леди Лягушка играет в снежки. Со стороны она совсем не походила на темную ведьму. За исключением одного «но» — только подобные Изольде могли флиртовать и хохотать, отправив сестру под домашний арест и практически обеспечив возлюбленному встречу с палачом.

Опасаясь не выдержать, выдать себя, Арман поспешил уйти.

Интересно, Изольда знала, что он наблюдал за ней? Герцог бы не удивился, если бы она разыграла спектакль ради него. Так или иначе, нужно подстраховаться, отправить одного из духов шпионить за Изольдой.

На плечо участливо легла рука друга.

Арман промолчал и быстрым шагом направился к ступеням. Нужно скорее со всем покончить.

Герман Нобер чрезвычайно удивился, когда поутру застал в обеденном зале бывшего коллегу по Королевскому совету. Лайнел Имирис как ни в чем не бывало вел светскую беседу с Ульрикой, племянницей маркиза. Той самой, которая при ином стечении обстоятельств заняла бы место Маргариты Валхинской. Увы, игры дядюшки закончились для нее плачевно. Из завидной невесты она превратилась в изгоя и после скоропалительной кончины матушки от воспаления легких коротала дни вместе с таким же опальным Германом. А ведь Ульрика была недурна, совсем не дурна, пусть и хороша другой красотой, нежели валхинки. Теплая матовая кожа, темные гладкие волосы, глаза цвета разбавленного кофе. Личико круглое, но при умело подобранной прическе это девушку не портило. Высокая, статная – королева королевой!

— Что вы здесь делаете? – нахмурился маркиз, спросонья пытаясь понять, как Лайнел смог обойти магическую защиту.

— Да вот решил вас проведать, — невозмутимо отозвался дерзкий гость. – Заодно взглянуть на вашу племянницу. Она так подросла! В последний раз я видел ее совсем девочкой.

И то верно, в ту пору Ульрике едва минуло семнадцать. Она и тогда отличалась высоким ростом, но в остальном приятно округлилась только теперь. Лайнел не отказался бы познакомиться с ней ближе. Пусть Изольда не надеется на верность, он быстро утешится с Ульрикой. Девушка, вроде, не против. Ее можно понять, лучше стать любовницей, чем умереть старой девой.

Герман нахмурился. Ему не понравился взгляд, которым Лайнел мазнул по груди племянницы, равно как и то, как она опустила глаза.

— Только после свадьбы, Имирис! – припечатал он. – Тронешь ее раньше, умрешь.

Чтобы зря не сердить хозяина, виконт демонстративно отодвинул стул от Ульрики. Зато она не сдержалась, раскрасневшись, выпалила в лицо дяде:

— Надоело! Я хочу, чтобы меня, наконец, кто-то тронул! Сколько еще ждать? Пока моя кожа превратится в печеное яблоко? Как ты не понимаешь, меня никто замуж не возьмет! Вообще никто!

— И это повод раздвигать ноги под каждым встречным? – окончательно потемнел лицом Герман.

— Я детей хочу! – не унималась Ульрика. – И никакой виконт не первый встречный, а весьма уважаемый маг.

Лайнел восхищенно усмехнулся. Девчонка – огонь! Характером – чистая Нобер. Все они взрывные, чихать хотели на правила. Пока дядя с племянницей вели ожесточенную перепалку нравственного характера, Лайнел пристально наблюдал за обоими и, кажется, нашел способ отомстить всем врагам сразу.

— Минуточку внимания!

Виконт постучал вилкой по графину с водой, привлекая внимания. Убедившись, что спорщики замолкли и внимательно его слушают, он прокашлялся и продолжил:

— Я приехал в ваш дом, маркиз, вовсе не для того, чтобы совратить вашу племянницу. Я намерен на ней жениться и смиренно прошу ее руки.

Если Лайнел обручится с Ульрикой, Герман ему точно не откажет. Одно маленькое проклятие – и честь отомщена. А Ульрика… Если она годилась королю, тем более сгодится виконту Имирису. Заодно он заполучит могущественного союзника в борьбе за вожделенный пост председателя Магического совета. Не всякий маг рискнет идти против проклятийника, сторонников кандидатуры Лайнела значительно прибавится.

Слова виконта произвели эффект грозового раската. Герман недоверчиво таращился на него, Ульрика изо всех сил пыталась скрыть радость. Виконтесса Имирис! Создательница миров, она снова вернется в столицу, станет постоянно бывать при дворе! Да за такое Ульрика душу продаст, не то замуж выйдет.

— Однако прежний вопрос не снимается, — не унимался маркиз. – Как вы сюда попали?

— Порталом. – Успокоившись, Лайнел намазал хлеб маслом. Он решил умолчать о своем аресте, намереваясь поведать лишь часть правды. – Простите, Герман, но ваша защита никуда не годится! Вдобавок ваша племянница любезно меня впустила.

— Ладно, — проворчал Герман и собственноручно налил себе чашку черного крепкого кофе, — допустим, я вам поверил. Когда свадьба? Учтите, Лайнел, — сверкнул глазами он, — забрать слово я не позволю. Хватит!

— Ульрика может смело присматривать кольцо и рассылать приглашения. Мы объявим о помолвке сразу же, как я обсужу с вами детали.

Виконт послал хозяину выразительный взгляд. Тот кивнул. Понятно, Лайнел не мог говорить открыто. Маркиз хмыкнул. Ну да, стал бы виконт Имирис нестись к нему спозаранку ради Ульрики. Она – плата за какую-то услугу. Но, не поспоришь, сделка намечалась шикарная, можно и выслушать условия.

Лайнел и сам не стал откладывать объяснения, сразу после завтрака предложил пройти в кабинет хозяина замка. Убедившись, что их не подслушивают, он в лоб спросил:

— Сколько вы возьмете за проклятие Изольды Ноэль?

Помолчав, виконт криво усмехнулся:

— Может за компанию проклясть и старшую сестру, от кончины Маргариты государство ничего не потеряет.

Герман хрипло рассмеялся и покачал головой.

— Ничего у вас не выйдет!

Наверняка Лайнела подослал Конрад. Король надеялся, мятежный проклятийник возьмется за старое, думал окончательно от него избавиться.

— Полно, — хмыкнул виконт, сам налил себе лафита из графина и залпом выпил, — теперь мы с вами в одной лодке. Можете убедиться, вчера я арестован именем его величества. Именем короля, но стараниями младшей из валхинских сестричек. Она ведьма, Герман, не желаете помогать мне, подумайте о Магрете. Вы хотите смены династии, чтобы эта лживая тварь, — он с трудом удержался от более яркого эпитета, — надела корону? Именно этого она и добивается, устраняет тех, кто мог бы ей помешать. Не удивлюсь, если к лету мы не досчитаемся половины обоих советов.

— Доказательства? – не сдавался Герман.

Пока все выглядело неправдоподобно, слишком напоминало ловушку.

— Можете наведаться в столицу и сами убедиться, — пожал плечами Лайнел.

— Не сомневайтесь, именно так я и поступлю, — процедил маркиз, задумавшись о своем. – Благо повод имеется.

В Изольде, несомненно, умерла великая актриса. Она сидела в опочивальне сестры и изображала самое искреннее сочувствие. Повод имелся весомый: одна из служанок обнаружила ту самую восковую куклу. Сложить два и два было несложно даже при полном отсутствии образования, и к полудню дворец гудел словно пчелиный улей.

— Я не знаю, как та штука там очутилась! – заламывала руки Маргарита.

Простоволосая, растрепанная, в накинутом поверх ночной рубашки пеньюаре, она металась по спальне, не в силах усидеть на месте.

— Не знаю, слышишь! – остановившись против младшей сестры, в отчаянье повторила королева и с надеждой спросила: — Хотя бы ты мне веришь?

— Конечно! – кивнула Изольда.

Естественно, ведь она сама прятала и фигурку, и иголки.

— А никто больше не верит, — сокрушенно обхватила руками голову Маргарита и рухнула в кресло.

— Ты бы оделась, — посоветовала Изольда.

— Зачем? – апатично отозвалась сестра. – Никто не придет. Отныне для всех я проклятая ведьма. Конрад даже записок моих читать не желает, запретил брать. Солдаты на все твердят: не положено, не позволяют выйти из спальни. И фрейлин ко мне не допускают. Как только ты пробралась?

— Ну, были способы, — улыбнулась Изольда. – Я не могла бросить тебя одну.

«И насладиться твоим падением, — злорадно мысленно добавила она, упиваясь беспомощностью сестры. – Ты сейчас такая жалкая, Марго! Строила из себя невесть что, вечно задирала нос, помыкала мной, теперь выкушай!»

— Сестренка!

Расчувствовавшись, Маргарита метнулась к ней и порывисто обняла, зарылась пальцами в волосы.

— Прости, прости меня! – зашептала она ей в макушку. – Я бывала такой стервой, а ты все равно меня любишь.

— Ну что ты, Марго, не надо!

Слова Изольды не вязались с ее хищной ухмылкой – сестра все равно не видит. О да, сиятельная леди умела играть и пока безупречно вела свою партию. Маргарита, так, пустяк, вчера она убрала с пути куда более могущественного врага. Арман Рувель подобрался близко, очень близко. Интересно, догадался ли он, кто натравил на него каменного тролля? А, теперь неважно! Герцог все равно скоро умрет. Юная Кристина – отличная мишень. Арман не сможет быть с ней сутки напролет, к тому же он сам представил ее ко двору – какая роковая ошибка!

Эх, как же люди глупы! Даже самые великие из них!

Изольда участливо гладила сестру по спине и довольно улыбалась.

— Уверена, тебя оправдают. Ну какая ты ведьма!

— Муж давно меня подозревает, — всхлипнула Маргарита.

Ее младшая сестра брезгливо поморщилась. Совсем раскисла!

— Почему ты так решила? – старательно пряча истинные эмоции, поинтересовалась она.

— Видишь ли, с некоторых пор… А, ерунда какая-то!

Маргарита выпрямилась и вытерла слезы. Выглядела она действительно неважно и совсем не походила на величественную даму, поздравлявшую Армана с помолвкой.

— Словом, сначала я думала, дело в виконте Имирисе. Ты ведь?.. – нахмурившись, она покосилась на сестру.

— Все кончено, — не колеблясь, заверила Изольда. – Он преступник. Пусть это больно… Очень больно, Марго!

С тяжким вздохом она отвернулась, закрыла лицо руками. Плечи поникли, голова наклонилась – со стороны казалось, Изольда мучительно переживает предательство возлюбленного. На самом деле она сердилась. Конрад поступил с Лайнелом совсем не так, как рассчитывала сиятельная леди. Всего лишь домашний арест! Немудрено, что виконт улизнул. Он представлял большую опасность: слишком много знал. Но Изольда запрещала себе думать о плохом, портить миг торжества. Лайнел сам выбрал свою судьбу. Уж теперь Конрад исправит ошибку, уничтожит беглеца. А нет, так Изольда поможет. Порчу можно навести на расстоянии, главное, иметь волосы, кровь, слюну и вещи человека. Этого у Изольды имелось навалом. Она сохранила даже одну из грязных простыней, на которых они занимались любовью.

Сам виноват, не стоило высовываться! Но нет, Лайнелу не терпелось унизить троюродную сестру. Дурак! Получил бы и наследство Рорарга, и место председателя Магического совета. Изольда и замуж бы за него вышла: надо же от кого-то родить законного наследника престола? Потом… Потом, правда, супруг бы скоропостижно скончался, но свои амбиции бы удовлетворил. А так сдохнет в какой-нибудь канаве с дырой в боку.

Почувствовав на себе пристальный взгляд сестры, Изольда сообразила, что задумалась, ненадолго потеряла контроль над мимикой. Нужно срочно исправляться, объяснить свой волчий оскал.

— Задушила бы того, кто тебя подставил! Наверняка родня мужа. Они тебя ненавидят.

— И не только они.

Маргарита продолжала хмуриться, по-прежнему не спускала с нее глаз, и Изольда занервничала.

— О чем ты?

Вопрос вышел резким, визгливым.

— Хотя бы о тебе. Я тут вдруг подумала, — взгляд королевы стал жестким, — ты многое бы выиграла от моей смерти.

— Что ты! – всплеснула руками Изольда.

Противный ком подступил к горлу, мешая дышать.

Неужели догадалась?! Тогда плохи дела! Маргарита найдет способ донести на сестру. Человек и не на то пойдет, чтобы спасти свою жизнь.

— Что ты, — с приторной улыбкой повторила Изольда, — ты же моя сестра. Мы могли ссориться, спорить из-за Лайнела, но мы одна кровь.

Маргарита не ответила. Сложно понять, поверила или нет.

Изольда заторопилась уйти. Не стоит ей засиживаться у обвиненной в измене королевы. Это повредило бы будущему Изольды. Повод нашелся – сиятельная леди якобы собиралась серьезно поговорить с Конрадом:

— Не хочет слушать тебя, придется ему выслушать меня.

— Ну, не падай духом! – Она наградила Маргариту быстрым поцелуем в щеку. – Все образуется, истинный преступник понесет наказание.

Вместо ответа старшая сестра крепко сжала ее руку и долго не хотела отпускать, пришлось напомнить о времени, которое работало против Маргариты.

Изольда покинула спальню королевы с непроницаемым выражением лица, безропотно позволила себя обыскать. Ей хотелось на воздух, после атмосферы безнадежности, царившей в комнате сестры, дохнуть счастья и свободы.

«Ну вот и все! – мысленно сказала себе Изольда. – Можно готовить носовые платочки для слез и шить траурное платье. Бедняжке Марго недолго осталось! Уж я позабочусь о новых доказательствах ее вины. Главное, на казни не улыбаться. Эх, — задумалась она, — может, Конрада окрутить? На почве общего горя, так сказать. Уж я-то постараюсь забеременеть, главное, зятя в свою постель уложить. А дальше проще детской считалочки! Я с пузом, с Конрадом беда, и корона переходит мне».

Окончательно выбросив из головы сестру – она уже все равно что мертвая, — сиятельная леди спустилась в сад. В это время дня там всегда было многолюдно, а уж после оглушительного ареста королевы придворные и вовсе перебрались из коридоров в беседки. Конрад рвет и мечет, не стоит попадать под горячую руку, обсуждая щекотливые темы. Изольду, впрочем, сплетни не волновали. Еще бы, ведь она единственная знала правду. Ей требовалось внимание какого-нибудь симпатичного во всех отношениях дворянина. Нет ничего приятнее, чем отметить свой триумф бокалом вина после страстной близости. Так, ни к чему не обязывающей.

Нужного мужчину Изольда заметила издали. Он стоял к ней спиной, беседуя с маркизой Монк. Лорд Гилбер, ее невольная ошибка, к счастью, обошедшаяся без последствий. В тот раз Изольда поссорилась с любовником, слишком много выпила и проболталась, что герцог Маза скоро женится:

— Ищите голубоглазую блондиночку с его кольцом на пальце. Магия привязки сильнющая!

Язык ее заплетался, в голове стоял туман. Рассеялся он стараниями все того же секретаря Королевского совета. К счастью, лорд оказался умным, на утро делал вид, будто ничего не произошло, но слова ее запомнил. И надо же ему было повстречать эту Кристину в городе, поздравить ее!

Изольда пощипала себя за щеки и чуть растрепала волосы.

Старый знакомый лучше новых двух.

— Ах, милорд, как же я скучала!

Оттеснив вмиг замолчавшую маркизу плечом, Изольда затрепетала длинными ресницами.

— Вы исчезли столь внезапно… Право, я не знала, что и думать! Ох, мне так страшно! – Закрепляя результат, сиятельная леди завладела его рукой и настойчиво потянула в глубину сада. – Я боюсь собственную сестру! Как думаете, это она пыталась меня убить на приеме у Армана Рувеля? Вы ведь знаете, — она вздохнула и смущенно покраснела, — как я неравнодушна к вам, а сестра так ревнива! Она грозилась убить любого мужчину, который ко мне приблизится. Ах, я всерьез опасалась, что вы погибли!

— Эээ… — обескураженный таким напором лорд Гилбер не находил слов.

— Какая же я дура! – хлопнула себя рукой по лбу Изольда и рассмеялась. – Дела! Вы же так заняты! Я перечитала дамских романов, вообразила себе невесть что, пока вы воевали с бумагами. Но сейчас вы снова здесь, и, милорд, — шутливо пригрозила она, продолжая улыбаться, — я вас так просто не отпущу! Вы обязаны выпить со мной чаю.

«Заодно выясню, кому и что ты рассказал, — мысленно добавила Изольда. – В твоих же интересах не поминать моего имени».

Глава 31.1

— Почту за честь, ваше сиятельство.

Лорд поклонился.

— О, чудесно! – отпустив его, захлопала в ладоши Изольда. – А то все меня избегают, будто занятие темной магией заразно, передалось мне по воздуху от сестры. Если Маргарита ей увлекалась, то это вовсе не значит, будто я ее одобряю.

— Не сомневаюсь, ваше сиятельство, ни на минуту не сомневаюсь, что ваша душа чиста.

Расчувствовавшись, лорд Гилбер поцеловал ее руку.

«Так просто? – разочарованно подумала Изольда, не забывая изображать влюбленную дурочку. – Он сам себя в подарочной упаковке предложит. Ладно, хоть выясню, что там у него снизу, а то ничего не помню. Проклятое вино!»

Сиятельная леди не переставала щебетать о всяких мелочах. Время от времени она вздыхала и поминала сестру. Пусть лорд старается, утешает. Может, даже поцелует. Увы, лорд Гилбер ограничился только комплиментами и, сославшись на дела, покинул ее.

— В пять часов! Не забудьте! – крикнула ему вслед Изольда.

— Всенепременно! – пообещал лорд.

Сиятельная леди проводила его долгим взглядом и, убедившись, что ее никто не видит, сняла надоевшую маску. Расслабив плечи, Изольда прошлась вдоль заснеженной шпалеры. Одна! Какое блаженство! Все разбежались. То ли тоже вспомнили о своих обязанностях, то ли испугались ее. Вот и славно, а то Изольда устала плакать и улыбаться попеременно. Нужно немного погулять, собраться с мыслями и вновь ринуться в бой. Во-первых, навестить Конрада. Оправдывать сестру она не собиралась, наоборот, мягко бы подтолкнула зятя к казни супруги. Может, и себя бы осторожно предложила. Пес с лордом Гилбером, король важнее. Во-вторых, нужно заняться Кристиной Имирис. Арман быстро оправится от потрясения, найдет лазейку в ее защите, поэтому нужно ударить первой. А дальше… Дальше только бесконечный триумф.

— Изольда Первая, — она опробовала на языке вожделенный титул. – Первая из династии Ноэлей.

Как сладко звучало! И до цели остался всего один шаг…

— Привет, милая!

Изольда дернулась и едва не поранила руку, ухватившись за шпалеру.

Откуда он взялся? Его ведь нет в столице! Одна Лайнел Имирис из плоти и крови стоял перед ней и нагло улыбался. Самодовольно, надменно, холодно, что ей чрезвычайно не понравилось. Будто любовник, а не она сама готовился примерить корону.

— Что, не ожидала меня увидеть?

Лайнел шагнул к ней, Изольда, наоборот, отпрянула. Ей вдруг овладела паника – непривычное, почти забытое ощущение. Изольда ненавидела беспомощность. В последний раз она тряслась от страха в детстве и дала себе слово всегда и во всем брать вверх. И тут вдруг снова…

— Зачем ты пришел?

Однако Изольда умела держать себя в руках. Голос ее не дрогнул, по-прежнему обжигал высокомерием и отстраненностью.

— Как — зачем? – злорадно рассмеялся Лайнел и стал еще на один шаг ближе к любовнице. – Если ты запамятовала, нас многое связывало. Не делай вид, будто мы чужие.

— Все закончилось. Убирайся, а то я позову стражу!

Страх все глубже пускал корни в ее тело. Изольда не могла с ним совладать. Дыхание ее стало рваным, шумным. Мозг лихорадочно просчитывал варианты. Успеет ли она сотворить проклятие? Скорее всего. Но тогда все узнают, поймут… И Изольда выбрала бегство. Зачем подставлять себя, рушить старания многих лет ради какого-то виконта! Она просто позовет на помощь, его скрутят и кинут в тюрьму, откуда Лайнел точно не выберется.

Однако вместо крика из горла вырвался сдавленный писк. Изольда пробовала снова и снова, но с каждым разом выходило все тише. Горло словно натерли наждачной бумагой, а язык приморозили к небу.

А Лайнел стоял и издевательски улыбался.

— Ты! – прохрипела Изольда, запоздало сообразив, в чем дело.

Он маг льда, один из сильнейших!

Словно разъяренный зверь, Изольда метнулась к бывшему любовнику. На ее пальцах дрожала черная пелена проклятия. Однако кто-то другой, третий, сумел разрушить его. Заморгав, Изольда остановилась и оторопело уставилась на свои руки. Это невозможно, Лайнел не способен!..

— Познакомься с моим будущим родственником, милая! – Виконт махнул в сторону ближайших кустов, откуда показался Герман Нобер. – Он любезно согласился помочь мне избавить мир от гадины.

Сверкнув глазами, Изольда смачно плюнула на снег. Ей не требовались слова, чтобы выразить свое отношение к обоим. Но маги просчитались, у Изольды имелся козырь в рукаве – сила Айвы.

Воздух в саду загудел, сгущаясь в черную воронку. Выпустив на волю темную сущность, Изольда собиралась обрушить на врагов всю мощь своего дара. Не успела. Ярости в Лайнеле Имирисе скопилось не меньше, а его реакцию отточили в академии, где каждый спарринг походил на настоящий бой.

Корочка льда стремительно поползла по ногам Изольды, в считанные мгновения добралась до сердца. Оно пробовало трепыхаться, но уступило мощи чужого дара. Ледяная статуя той, которая прежде звалась Изольдой Ноэль, сиятельной леди Валхинской, покачнулась и рухнула на землю, разбившись на десятки осколков. Следом за ней, вцепившись пальцами в почерневшее горло, рухнул Лайнел. Тело его извивалось от боли. Хрипя, харкая кровью, он взглядом просил Германа помочь, но тот лишь сокрушенно развел руками. Проклятие необратимо, даже если маркиз прямо сейчас вырвет его из тела виконта, того все равно не спасти. Пара лишних минут жизни – вот и все, на что он может рассчитывать.

Но вот Лайнел перестал биться в конвульсиях и затих. Из приоткрывшегося рта выпал черный язык, глаза остекленели. «Удавка смерти» сделала свое дело, сработала четко.

Герман прислушался и попятился. Бежать и еще раз бежать! Если его застанут рядом с телом несостоявшегося родственника, признают виновным. Да и с Изольдой разбираться не станут. Герману Ноберу не рекомендовали появляться в столице, он открыто выступал против короля Конрада – аргументов вины достаточно. Проклятия разные, существуют и те, чье действие напоминает стихийную магию. Нет, закончить жизнь на плахе маркиз не хотел. И он прибавил шагу, выискивая место, чтобы безопасно открыть портал.

— Ее сиятельство была где-то здесь, — послышался звонкий голос одной из фрейлин.

Маркиз заскрежетал зубами. Не успеет! Защита над садом не такая непробиваемая, как во дворце, однако понадобится время, чтобы ее взломать. И он не придумал ничего лучшего, как опрометью кинуться в противоположную сторону, к внешней ограде. Если повезет, Герман выиграет пару столь необходимых минут и таки откроет портал. Будь трижды проклят день, когда он согласился помочь Лайнелу Имирису!

— Кто бы мог подумать! – сокрушенно покачал Конрад.

Он стоял рядом с уже окостеневшим трупом виконта Имириса и отстраненно смотрел на то, что осталось от Изольды. Наверное, следовало сказать что-то еще, как-никак скончалась его свояченица, но внутри была пустота, даже на облегчение сил не осталось.

Конрад аккуратно опустился на корточки и коснулся осколка руки. Часть пальцев повредились при падении, но большой и безымянный все еще, даже превратившись в обрубки, стремились друг к другу в характерном жесте. Изольда пыталась закрепить проклятие, но не успела.

— Не могу сказать, что мне жаль.

Король выпрямился и обошел труп одного из своих сановников.

— Мерзкое проклятие! – поморщился он, без труда поняв, что сгубило Лайнела. – Так вот, чем она тебе угрожала, Арман.

Конрад обернулся к сумрачному герцогу, почтительно замершему чуть поодаль. За его спиной крепкие гвардейцы держали под руки Германа Нобера. Закованный в амагичные кандалы проклятийник мысленно смирился с незавидной участью.

У маркиза почти получилось, он почти ушел… Но, как обычно и случается, не хватило какой-то минуты.

Арман напрасно наговаривал на Сайруса Гильбера и его подчиненных, на этот раз они сработали быстро и четко.

— Символичная смерть! – Герцог отважился подойти, встать рядом с монархом. – Обоих погубили амбиции. И оба недооценили друг друга.

Зато Арман переоценил Изольду. Впрочем, она тоже постаралась, нагнала туману, внушила, будто любое воздействие обернется против герцога. Все оказалось проще. Изольда чуточку блефовала, проклятие обрушивало свою мощь только на убийцу и, вероятно, заказчика, если таковой имелся.

— Жаль, очень жаль! – покачал головой Конрад, вновь обратив взор на Лайнела. – При всех недостатках умный был человек. Возможно, со временем я желал бы видеть его во главе совета, но не судьба!

Он намеренно не уточнил, какого именно совета, — маленький укол по самолюбию дальнего родственника. Окажись Арман расторопнее, больше думал бы о королевском поручении, а не о невесте, все сложилось бы иначе.

— Зато ты меня разочаровал, — не стесняясь посторонних, Конрад таки озвучил свои претензии. – Стареешь!

Герцог промолчал, лишь плотнее сжал губы. Король прав, он высказался бы гораздо резче.

— И что нам теперь со всем этим делать?

Конрад, нахмурившись, глянул на Армана. Нельзя вот так, просто, без доказательств обвинить Изольду во всех грехах. Да и Маргарита… При мысли о необходимости извиниться перед женой настроение окончательно испортилось.

— С вашего позволения, я позову магистра Соля, — предложил Арман. – Возможно, удастся допросить душу виконта.

Но не Изольду. Треклятая ведьма унесла на тот свет и тайну проклятия, и место, где она спрятала фамильные артефакты Рувелей. Руки чесались выместить злобу на кустарниках, придать саду неповторимый дизайн, но останавливало присутствие короля. Конрад и так им недоволен, незачем усугублять.

— Здравая мысль, — немного просветлев лицом, кивнул монарх и, развернувшись к арестованному, велел конвойным подвести его ближе.

Свои последние минуты Герман собирался встретить достойно. Выпрямив спину, он, как в прежние времена, дерзко глянул на Конрада как на равного. Пусть его казнят, но никто не скажет, что последний из славного рода Ноберов молил о пощаде.

— Это не моих рук дело, — он покосился на Лайнела.

Ответ Конрада обескуражил:

— Все отчего-то помнят о моей короне и отчего-то забывают о способностях, — улыбнулся он уголками губ. – Я неплохой маг, хотя вы, Герман, вечно утверждали обратное.

— Ваше величество подводит память, — дерзко возразил маркиз, окончательно избавившись от панических настроений. – Я говорил совсем другое.

— Что же? – наморщил переносицу король.

— Что ваших способностей недостаточно, чтобы считаться самым сильным магом Магрета.

Конрад сначала нахмурился, стал темнее тучи, а затем от души рассмеялся.

— Вы не меняетесь, Герман! Даже на том свете не проникнитесь любовью к Альбертинам.

— И вновь ваше величество ошибается. Мое отношение непостоянно и меняется в зависимости от поступков.

— Хватит! – резко оборвал его Конрад.

Глаза короля сверкнули, магия на мгновение серебристой пыльцой проступила на пальцах. Сделав пару глубоких вздохов, чтобы вернуть былое самообладание, он ровным бесцветным голосом продолжил:

— На вашем месте я был бы осторожнее в суждениях. И уж точно не думать, будто вы сможете их мне навязать. Ваша племянница все еще не замужем?

Герман насторожился, по-звериному втянул носом воздух. Невинный с виду вопрос таил опасность. Маркиз был не из тех людей, кто наивно поверил бы, что король решил развестись и взять Ульрику в жены.

— Ее жениха убила ваша свояченица, — неохотно ответил он.

Пусть Конрад не надеется, Герман не укоротит язык.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Хм… — Король задумчиво почесал подбородок.

Краем глаза он следил за маркизом, видел, как несмотря на все видимое спокойствие, всю дерзость, тот нервничал. Пускай! Король еще разберется с его ролью во всей этой истории.

— Кажется, вам запрещено появляться в столице, — нанес удар монарх. – Однако вы здесь и по поразительному совпадению оказались в гуще событий. Положим, проклятие действительно не ваше, но вокруг, — он провел ладонью по воздуху, — достаточно вашей магии. Я хорошо ее знаю, вы сами постарались.

Тут Герман не выдержал. Вырвавшись из рук гвардейцев, он вплотную приблизился к Конраду и, смерив того полного ненависти взгляда, холодно обронил:

— Я никогда не планировал того, на что вы намекаете.

— Нет! – качнул головой монарх, заставив стражников отступить, временно оставить пленника в покое.

Пусть говорит, Конрад всегда успеет его казнить. Причинить ему вред Герман тоже не сможет, разве только ударить. Но до этого вряд ли дойдет: не такой человек Герман Нобер, слишком гордый, кичащийся дворянской честью.

— Милорд, — решив разнять петухов, затеявших бессмысленный бой, вступил в разговор Арман, — расскажите, пожалуйста, что здесь произошло. Ручаюсь, вас не станут перебивать или подвергать ваши слова сомнению.

Конрад тихо фыркнул. Ручается он! Король здесь вовсе не Арман. Однако он прав, пора забыть о былых разногласиях и поставить точку в деле валхинок.

— Пошлите за Киром Солем! – приказал монарх, не обращаясь ни к кому конкретному, после кивнул Герману: — Слушаю вас!

Сначала в маркизе взыграла гордыня. Сложив скованные руки на груди, он демонстративно молчал, но укоризненный взгляд Армана, сопровожденный тихим комментарием: «Глупо!» заставил Германа таки открыть рот. Он поведал все как есть. Как застал в своей столовой виконта Имириса, как взамен на обручение с Ульрикой и ряд привилегий для него самого согласился помочь поквитаться с Изольдой. В точно пересказал все, что скупо поведал Лайнел. Тот не особо вдавался в подробности, но заверял, убийство младшей валхинки – угодное Создательнице миров дело.

— И он упомянул… — Конрад не закончил предложения с первого раза и нервно забарабанил пальцами по бедру. – Сказал о том, что сиятельная леди…

— … его бывшая любовница, сообщница и ведьма, — за него закончил Герман. – Темная ведьма. Признаться, это и перевесило. Вы можете думать обо мне все, что угодно, но я не стал бы принимать участие в перевороте. Но уж в чем вы точно можете быть уверенны, — глаза его сверкнули, голос зазвенел сталью, — так в том, что я ненавидел обеих валхинских княжон.

— Кхм, опасное заявление! Одна из них все еще моя жена, — напомнил король.

Маркиз опустил голову и промолчал. Пусть сам решает, как с ним поступить, Герман не желал притворяться.

Во время рассказа Арману не давал покоя один вопрос, и, воспользовавшись кратковременной тишиной, он его задал:

— В таком случае почему вы не убили леди Изольду?

Герман хмыкнул и покачал головой:

— Я похож на идиота? Загребать жар чужими руками – это не ко мне. Лайнел хотел отомстить, ему и убивать. Я страховал, не более. Ну еще помог с порталом, чтобы не отследили.

Кир Соль прибыл к концу допроса. Он быстро оценил диспозицию и, обменявшись с другом красноречивыми взглядами, приступил к делу.

— Надеюсь, — некромант строго глянул на короля, — положения тела не меняли? В противном случае я умываю руки!

Арман с трудом сдержал улыбку. Если и существовал человек, перед которым пасовали все, — так это Кир за работой. Магистр некромантии даже Конрада превратил в мальчика на побегушках, заставил ассистировать. А нечего хвастаться магическими способностями, если не желаешь их применять. Остальных Кир отогнал за пределы начертанного прямо на снегу круга диаметром в двадцать шагов.

— Так, — он с энтузиазмом потер ладонь о ладонь, — приступим!

— Чур, не кричать, не материться и вперед меня с вопросами не лезть! – озвучил нехитрые правила Кир. – Если уж очень хочется, на ушко мне шептать, сам выпытаю.

Конрад нехотя согласился. Магия мертвых – особая стихия, там он не властен.

Глава 32.1

Со стороны казалось, Кир ничего толком не сделал. Подумаешь, намалевал пару черточек на снегу, оставил капельку собственной крови на лбу покойника, однако этого хватило, чтобы язык Лайнела втянулся в рот, а глаза обрели осмысленное выражение. Окоченевший виконт задергался, попытался встать, но Кир поставил ему ногу на грудь, пригвоздив к земле.

— Следите, чтобы за пределы круга не вырвался! – не прерывая зрительного контакта с мертвецом, приказал он королю.

Из Лайнела получился беспокойный мертвец. Киру и Конраду пришлось попотеть, чтобы лишить его возможности двигаться. Спасибо, виконт был настроен относительно миролюбиво, не пришлось блокировать магический дар. Некоторое время после смерти носителя он оставался активен, чем пользовались нечистые на руку некроманты, призывая покойников в корыстных целях.

— Лайнел, — держа наготове пучок заклинаний, начал допрос Кир, — вы должны ответить на ряд моих вопросов. Советую быть со мной откровенным, в ваших же интересах не испытывать моего терпения.

— Я мертв? – с трудом ворочая почерневшим языком, спросил виконт.

Его выцветший взгляд заметался по саду. Наткнувшись на осколки тела Изольды, Лайнел успокоился. Грудь его поднялась и опустилась, будто бы он вздохнул.

— Да, — подтвердил очевидное Кир. – Вас убило проклятием. Кто это сделал и почему?

— Изольда Ноэль, сиятельная леди Валхинская, — бесцветным голосом ответил мертвец.

Он монотонно повествовал об их совместных планах, предательстве любовницы, союзе с маркизом Нобером ради мести. Молчаливо слушавший его Конрад с каждой минутой все больше темнел лицом, под конец и вовсе сжимал кулаки. Нелегко признавать, что тебя одурачили, особенно, если это рук дело того, кого ты не воспринимал всерьез.

Воспользовавшись возможностью, Кир задал пару вопросов о Кристине. Лайнел подтвердил, что хотел убить ее ради наследства. Однако следующее его признание шокировало:

— Проклятие, наложенное на герцога Маза, — тоже моих рук дело. Изольда помогла найти темную ведьму. Сама она рисковать не могла: след от проклятия непременно привел бы к его создателю. А тут так удачно подвернулась адептка культа Айвы. Взамен на жизнь и увесистый кошелек она охотно пообещала связать герцога с Кристиной. Я знал, убить ее не составит труда, а так я легко устранял обоих.

— Почему именно такой вид проклятия? Почему не простая зависимость? – выпытывал Кир.

— Понятия не имею. Я сказал, какого результата хочу, детали меня не волновали.

— Но откуда-таки взялось кольцо? Оно ведь утонуло в Эфирном море. И как оно попало в шкатулку герцога, оказалось на чердаке Благородной школы в Фатте?

— Изольда была в замке Айвы, когда герцог убивал ведьму, видела, куда он выбросил кольцо, и приказала морским гадам достать его. Про шкатулку ничего не скажу, я впервые о ней слышу.

Губы мертвеца двигались все неохотнее, голос постепенно затухал. Вскоре взгляд Лайнела вновь померк, и душа окончательно оставила тело.

— Замок Айвы, — задумчиво повторил Арман. – Сдается, мы найдем там недостающие ответы.

Сегодня доставят шкатулку, в которой прятали кольцо. Если ниточка от нее потянется в Сфарум, герцог прав. Но и без недостающих частей мозаики вырисовывалась достаточно четкая картина.

Изольда была не просто темной ведьмой, она занимала высокое место в иерархии адептов Айвы. Ее авторитет заставил более слабую сестру по дару выслушать Лайнела. Наверняка он при встрече показал некий знак, иначе бы рисковал не вернуться живым. Темные ведьмы с магами не дружили, понимали, они несут только смерть. Деньги, несомненно, требовались для бегства, чтобы спокойно устроиться в другой стране и продолжить свои черные ритуалы. Но Арман помешал. Гонимая страхом, темная ведьма укрылась в Сфаруме, затем прокляла его. Лайнел утверждал, будто не знал, отчего она выбрала именно ту форму, но присутствие Изольды все объясняло. Покойная валхинка явно встречалась с ведьмой и передала заряженное фамильными артефактами кольцо – требовалось, чтобы герцог без труда нашел невесту. А дальше… Дальше пока пробел. Возможно, Изольда навещала школу, возможно каким-то иным способом закинула шкатулку на чердак и внушила завхозу желание отправить туда Кристину. Недаром же ее наказали столь странным образом – слишком похоже на слепое исполнение чужой воли.

Ничего, Арман найдет недостающие ответы. Понадобится, с помощью Кира душу Изольды достанет — в Сфаруме возможно многое. А пока можно заново допросить Джейка. В свете новых обстоятельств он заказчика отравления покрывать не станет. Интересно, кто из двоих: Лайнел или Изольда?

Дождавшись, пока Кир закончит ритуал и сотрет круг, Конрад сокрушенно вздохнул:

— И это один из людей, которым я доверял судьбу королевства! Какие же тайны хранят остальные? Так и подмывает разогнать оба совета, чтобы лишить магов соблазна строить подобные козни.

Никто ему не ответил, да и король не нуждался в рекомендациях. Быстрым шагом, едва не задев Армана плечом, он направился к дворцу. Уже миновав шпалеру роз, Конрад резко обернулся и отрывисто отдал распоряжения:

— До выяснения обстоятельств маркиза Нобера поместить под арест. Остальным держать язык за зубами.

И все, поднятая ботинками снежная взвесь скрыла короля из виду.

Сайрус с облегчением выдохнул. Могло быть хуже. Хотя король еще вполне мог обрушить на подданных всю силу своего гнева. Придворный маг пострадал бы в первую очередь. Именно он проморгал опасно приблизившуюся к трону темную ведьму.

— Как думаете, ее собрать?

Сайрус переминался с ноги на ноги, не зная, как поступить с останками Изольды. С одной стороны, она все еще сестра королевы, ее должны с почестями захоронить. С другой…

Арман злорадно усмехнулся. Теперь Сайрусу явно не до Кристины.

— Ну не бросать же таять до весны! – неприязненно обронил он и, поманив за собой друга, тоже покинул место происшествия.

— Как думаешь, нас ждут перемены? – Кир намекал на судьбу Маргариты.

— Полагаю.

Арман пожевал губы и, кинув быстрый взгляд через плечо, не подслушивает ли кто, добавил:

— Нужно не допустить усиления партии Картена. Если Конрад женится на ком-то из кузин, нас ждут веселые времена!

— Предлагаешь поискать ему невесту? – усмехнулся Кир.

— Так в обязанности магов входят не только битвы за почести, пусть о благе страны задумаются. Заодно Королевский совет подключится, а то совсем разжирели на своих заседаниях.

Некромант прыснул в кулак и покачал головой:

— Похоже, с председателем Магического совета все решено. Лайнел мертв, а остальные от страху перед девицами на выданье сбегут. Ты только не забудь за хлопотами со своей невестой разобраться. Наверняка со смертью сладкой парочки проклятие сдулось, надо колечко проверить.

— А я уже разобрался, Кир, — предельно серьезно ответил Арман. – И проклятие тут ни при чем.

Кристина с тревогой смотрела на Армана. Она хотела и боялась задать ему вопрос, который мучил ее весь последний час.

Наверное, это гадко, но новость о смерти троюродного брата вызвала облегчение. С другой стороны, Кристина не видела от Лайнела добра, с чего вдруг ей горевать? Преподаватели Благородной школы наверняка считали иначе. Та же госпожа Сукрен строго отчитала бы и напомнила о приличиях. Чувства надо скрывать, показная скорбь обязательна, нужно носить траур и бла-бла-бла. Только Кристине было плевать. Не желала она жалеть мерзавцев и точка.

— И что теперь? – украдкой облизав губы, Кристина все же спросила.

Взгляд ее приковала знакомая шкатулка с волком. Та самая, серебряная, в которой девушка некогда отыскала кольцо.

— Нужно вернуть артефакты.

Арман сделал вид, что не понял подоплеки вопроса. Пусть он и заверил Кира, что все решено, на самом деле герцог до сих пор колебался. Он мог поступить, как привык поступать прежде, а мог рискнуть, впервые довериться чужому свободному выбору. Только вот последний страшил. Странно, даже узнав о проклятии, Арман кое-как принял, смирился с неизбежностью, а тут… Он боялся. Да, именно так, поэтому медлил, оттягивал неприятный разговор.

— Они ценные, да?

Кристина осторожно провела пальцами по крышке с гравировкой.

Не сговариваясь, оба взглянули на простенькое колечко на пальце девушки.

— Можно попробовать его снять, — глухо озвучил свои страхи Арман.

Да, именно этого он и боялся – что кольцо снимется.

— А как же?..

Кристина отвернулась. На лицо ее набежала тень.

Герцог, наверное, счастлив. Он целый месяц мечтал избавиться от ненавистной невесты. Безусловно, Кристина получит хорошие отступные, сумеет нанять репетиторов, подготовиться к поступлению в академию, только почему на душе так горько?

— Как же что?

Кристина грустно покачала головой. Ну вот и прежний холод вернулся. Она снова дочка управляющего, а он – следующий председатель Магического совета.

— Ничего, — чуть слышно ответила девушка и предложила: — Давайте скорее с этим покончим.

Зачем оттягивать неизбежное, все равно, что отрубать собаке хвост по частям. Помнится, она где-то читала странный рассказ о мужчине, который жалел больного пса и не отрубил этот несчастный хвост сразу.

— Так вам хочется скорее… Понятно!

Арман сделал глубокий вздох, но больше ничем себя не выдал. Он справится. Не так уж и сложно вести себя с ней как с прочими женщинами: слегка надменно, свысока, отстраненно. Да и разве они не чужие люди? Но почему внутри тогда будто разверзлась большая дыра? Почему ему вдруг захотелось выпить, чем-то залить эту пустоту? А еще так тяжело заставить себя посмотреть на профиль Кристины.

Обычная девушка. Он не потерял головы, видел все ее достоинства и недостатки. У влюбленных так не бывает, верно? Нет ни томления в груди, ни эйфории, ни, тьфу ты, бабочек в животе. Арману просто требовалось знать, что Кристина рядом. Что она жива, в безопасности, и, если захочет, он в любой момент может ее увидеть.

Герцог таки переборол себя, заставил посмотреть на Кристину. Шейка ее чуть подрагивала, будто девушка сдерживала рыдания. Она напряженно буравила взглядом стену. Кулачки сжались, Кристина, наверное, и не заметила.

— Мне казалось, этого хотите вы, — не сводя с нее пристального взора, недоуменно пробормотал Арман.

Кристина явно нервничала, но отчего? Ей бы радоваться – возможно, через пару минут она освободится от данного из-за давления обстоятельств слова.

Девушка промолчала и с трудом расцепила пальцы. Теперь руки безжизненно повисли вдоль туловища. Словно плети.

— Если вас тревожит общественное мнение, брачный контракт, то я все устрою, — торопливо добавил Арман.

Возможно причина в этом, а он и не догадался! Еще бы, ведь для герцога это сущие мелочи, а девушку могут затравить.

— И, конечно, я заплачу вам. Не думайте, будто я откажусь от обязательств только потому, что вы получили наследство.

Молчание Кристины стало нестерпимым. Оно давило на уши, звоном отзывалось в голове. Казалось, Арман говорил правильные слова, но почему Кристина вела себя так, будто он раз за разом допускал ошибку? Не выдержав, герцог шагнул к ней и развернул к себе.

— Вы плачете? – удивленно вымолвил он, заметив, как неестественно блестели ее глаза.

Кристина вырвалась и метнулась к окну. Перед ней простиралась почти вся столица, но девушка ее не замечала. Вцепившись в подоконник, словно утопающий в доски разбитого корабля, она закатила глаза к потолку, чтобы не расплакаться. Свидетельница Создательница миров, Кристина пыталась попрощаться достойно, но последняя фраза Армана выбила почву из-под ног. Ей казалось, за месяц они успели узнать друг друга, и тут вдруг все вернулось к исходной точке. Прежде герцог покупал себе невесту, теперь выписывал чек за разрыв помолвки.

— Все хорошо, милорд, я сейчас, — сдавленно пробормотала она, тыльной стороной ладони вытерев-таки проступившие слезы. – Такое потрясение!.. Я все еще под впечатлением от смерти виконта Имириса.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Арман распознал ложь сразу. Дело в нем. Он сделал что-то не так.

— Кристина, — герцог приблизился и завладел одной из мокрых ладоней, — что случилось? Это явно не слезы радости.

— Со мной все в порядке, — упрямо повторила девушка.

Он не узнает. Как же глупо! Ни в коем случае нельзя говорить, Арман только посмеется и правильно сделает. Кристина сама ощущала себя круглой дурой. Она не понимала себя. И эти слезы… Кристина не Бернадет, почему же она ведет себя, как героиня любимых романов подруги?

— Кристина! – укоризненно вздохнул Арман и, преодолев легкое сопротивление, заключил девушку в объятия.

Она оставалась напряженной как струна, по-прежнему избегала смотреть на него.

— Хотите, я вас поцелую?

Герцог и сам не знал, зачем это спросил, вырвалось.

На самом деле она хотела, больше всего на свете, но тогда бы окончательно стала жалкой. Арман перестанет ее уважать, если Кристина растечется лужицей у его ног. Она должна уйти с высоко поднятой головой, а после… После можно вдоволь поплакать в подушку.

— Лучше попробуйте его снять, — напомнила девушка о кольце.

Герцог кивнул и отпустил ее. Кристина сделала пару медленных вздохов, приводя сердцебиение в порядок, и протянула руку. Когда Арман дотронулся до нее, пальцы были как ледышки.

— Кристина, — взявшись за металлический ободок, герцог не спешил дернуть, — сначала я должен вам кое-что сказать. Вне зависимости оттого, действует проклятие или нет, вы…

Как же нелегко давались слова! Но со второго раза, глядя в лицо, возможно, бывшей невесты, Арман уверенно закончил:

— Вы должны знать, что не обязаны покидать мой дом. Вы можете остаться здесь на любых условиях.

— Гостьи, экономки? – горько усмехнулась Кристина и перевела взгляд на полоску металла.

Снимется или нет? Должно, ведь заказчик проклятия мертв, второй творец чар тоже.

— Невесты.

Ну вот, он это сказал. Мосты сожжены.

— Невесты? – Зрачки Кристины расширились.

— Да, если вы пожелаете. Я понимаю, мы почти незнакомы, мы могли бы восполнить этот пробел и решить, подходим ли друг другу. Но, — потемнев лицом, сдавленно добавил Арман, — если для вас неприятна даже мысль о браке со мной, я не стану настаивать и немедленно аннулирую помолвку.

Зажмурившись, герцог дернул за ненавистное кольцо. Оно поддалось, соскользнуло с пальца и затерялось где-то на полу.

Кристина засуетилась, опустилась на корточки и принялась шарить рукой по каменным плитам.

— Кристина!

Окрик Армана заставил ее замереть, поднять голову. Герцог смотрел на нее, не мигая. Губы плотно сжаты, руки сложены на груди. Переносицу разделила надвое короткая морщинка. Он казался таким грозным, что Кристина опешила. Она не понимала, чем прогневала Армана. Кольцо нужно найти, разве нет? Вдруг очередной недруг герцога воспользуется, наведет на него порчу. Или на нее, Кристину – подставлять себя под удар тоже не хотелось.

Глава 33.1

— Вы слышали, о чем я вам говорил? – сурово поинтересовался Арман.

Его бесило небрежение Кристины. Будто он ей прогуляться после обеда предлагал! Неужели герцог ошибся, принял желаемое за действительное? Кристина казалась такой… другой, а теперь, как обычная выпускница обычной школы невест, трясется над кольцом. Да пропади оно пропадом! Арману нестерпимо захотелось найти его первым и расплющить. Сначала изо всех ударить сапогом, выпустив пар, а затем закончить дело магией.

— Да, милорд, слышала.

Кристина тяжело опустилась на пол. Щекам стало жарко. Чтобы хоть немного охладить их, девушка приложила к ним ладони. Так, фактически зажав голову между пальцев, она и смотрела на Армана бесконечно голубыми глазами. На мгновение герцог утонул в них. Кристина не владела гипнозом, понятия не имела о приворотах, но он не двигался, не в силах отвести взгляда. Даже злость улетучилась. Арман не мог сердиться на эту девушку. Ну вот, сам не заметил, как улыбнулся. Да что же это такое!

— Так что же, леди Имирис? – спохватившись, он принял отрешенный светский вид.

— Я не леди, — покачала головой Кристина. – Моя мать…

— Да плевать мне на вашу мать! – взорвался герцог. – И на отца тоже. И на образование, дар. Я хочу и буду считать вас леди, понятно?!

Кристина испуганно закивала. Никогда прежде она не видела Армана таким взволнованным, разве только тогда, когда он приревновал к Сайрусу Гильберу. В таком состоянии герцогу лучше не перечить, со всем соглашаться.

— Так вот, леди Имирис, — прочистив горло, уже спокойно продолжил Арман, — согласны ли вы дать мне шанс, или нас связывало только проклятие? Его больше нет, как видите, кольцо снялось.

Как же ей хотелось ответить «да», но девушка молчала. Предложение герцога поставило ее в тупик, она не могла понять, какую выгоду он извлечет из столь сомнительной связи.

— Какого рода шанс, ваша светлость? – Кристина тоже сменила тон и попросила помочь ей подняться. – Я не могу дать вам ответ, не зная деталей.

— Это не сделка, Кристина, — покачал головой Арман и, наклонившись, протянул ей руку. – Никаких условий, деталей. Я прошу дозволения ухаживать за вами. Как обычный человек, не герцог. Я понятия не имею, чем все закончится. Может, вы вернетесь домой, а, может, я на вас женюсь. Я пока не знаю, Кристина, но очень хочу узнать.

Девушка словно окаменела, герцогу пришлось самому сжать ее пальцы и аккуратно поставить невесту на ноги.

— Я… я очень польщена, милорд, — пролепетала ошеломленная Кристина.

— То есть «нет»? – нахмурился Арман.

Этого он втайне опасался, этого он ожидал. Арман дурно обходился с Кристиной, с чего вдруг ей принять его ухаживания, да еще с туманными намерениями?

— Нет! – замотала головой девушка. – То есть да! Я согласна, милорд, я…

Она сделала судорожный вздох и тихо закончила:

— Мы могли бы попробовать. Наверное.

Под ногами Армана будто разверзся портал. Порывисто притянув к себе Кристину, он приник к ее губам. Ответное, пусть и робкое движение, стало желанной наградой.

Руки лихорадочно шарили по девичьему телу. Арману приходилось сдерживать себя, чтобы не напугать Кристину. Как же ему хотелось овладеть ей! Прямо здесь и сейчас, наплевав на Кира, короля, Магический совет! Остаться с ней до утра, болтать и заниматься любовью. Только вот Кристина вряд ли оценит подобный порыв. И герцог с видимой неохотой отпустил ее, на всякий случай отстранился, чтобы не поддаться соблазну. Со всей этой историей с проклятием и темной ведьмой он совсем забыл об одной из сторон жизни и теперь расплачивался за воздержание. Арман даже задумался: не связаны ли странные, пока неясные чувства к Кристине с рядовыми потребностями тела, но убедился, нет, тут другое.

Герцог мельком бросил взгляд на пол и усмехнулся. Вот и кольцо нашлось, поблескивало под столом, будто издевалось. Арман не удивился бы, если бы заговоренная сразу двумя темными ведьмами полоска металла оказалась с характером. Он поднял ее и убрал в карман. Надо посоветоваться с Киром, решить, как поступить с кольцом. Выбросить точно нельзя, может, переплавить? Зато что надо сделать точно, так это подарить Кристине новое кольцо взамен старого.

— Все так неожиданно…

Кристина робко коснулась его рукава. Арман улыбнулся и похлопал ее по ладони.

— Жизнь состоит из неожиданностей. Мы наивно полагаем, будто все просчитали, упиваемся своей властью над судьбой, а Создательница миров рано или поздно указывает нам место. Так случилось с вашим родственником, с Изольдой Ноэль.

Девушка рассеянно кивнула и, скользнув пальцами по ткани рубашки, вновь отошла к окну. Однако теперь она не плакала, задумчиво смотрела на крыши столицы.

— Вы так и не сказали, чем ценны артефакты, которые украла сестра королевы. Полагаю, теперь я имею право знать.

— Конечно! – кивнул Арман и, подойдя к Кристине со спины, опустил руки ей на плечи.

Девушка не пошевелилась, только тихо вздохнула.

— Это артефакты рода Рувелей, анимагические. Я ведь чуточку волк, Кристина, отсюда и герб.

Он боялся, она испугается, но Кристина кивнула:

— Я читала.

— Так вот, — продолжал Арман, — без одного из этих артефактов моя сила слабеет, я не могу целиком обращаться. Второй амулет долголетия. Все в нашем роду жили долго, во многом благодаря магии. А третий, — он поддался искушению и едва уловимо коснулся губами ее волос, вдохнул их простой и вместе с тем упоительный запах, — достанется вам, если у нас дойдет до свадьбы. Он помогает при родах.

Кончики ушей девушки покраснели, и герцог продолжил пытку:

— Помнится, я обещал регулярно бывать у вас. Я от своих слов не отказываюсь, наследником не ограничусь.

Кристина оттолкнула его и возмущенно насупилась. Арман же от души рассмеялся. Есть в неопытных девушках своя прелесть, так потешно смущать их.

— Я еще не давала согласия на брак, — оправившись, нанесла удар Кристина. – И, возможно, никогда не дам.

Однако герцог тоже не остался в долгу.

— Помнится, — лукаво заметил он, — вам очень нравилось то, чем мы занимались в постели. Если вы не хотите повторить, не желаете продолжения…

— Вы несносны! – в сердцах выпалила Кристина и, порывисто обернувшись на шум шагов, потребовала от вошедшего в комнату Кира: — Скажите ему, что он несносен!

Некромант в недоумении перевел взгляд с еле сдерживающего смех друга на шумно сопевшую Кристину и констатировал:

— Вижу, вас можно поздравить.

Арман неопределенно пожал плечами. С Кристиной никогда не знаешь, да и сам он не спешил связывать себя настоящим словом. Зачем торопиться, нужно сначала понять, подходит ли тебе женщина. Так что придется Киру обождать с поздравлениями минимум до лета.

— И тебя персонально, Арман, — таинственно добавил некромант и похлопал рукой по карману.

— Ты?.. – нахмурился герцог. – Только не говори, что без меня наведался в замок Айвы!

— Хорошо, не стану, — беззаботно отозвался Кир и по-хозяйски плюхнулся в кресло. – Я некромант, знаешь ли. Может, порталы удаются мне хуже, зато темные ведьмы о меня зубы сломают, хоть мертвые, хоть живые. Я изрядно опустошил хранилище Айвы. Мне энергия нужнее, на те же опыты пойдет. Заодно вещички Изольды забрал, она в замке кое-что хранила. Твои артефакты, например.

Некромант с довольным видом вытащил из кармана связку амулетов и положил на стол. Кристина живо вытянула шею, чтобы рассмотреть их до того, как Арман спрячет. Один матовый, с головой волка. Второй круглый, с незнакомым камнем в серебряной оправе. Третий и вовсе обычная подвеска в форме луны.

— Спасибо! – сдержанно поблагодарил приятеля Арман.

— И все? – разочарованно поднял брови Кир. – Я, между прочим, старался, жизнью рисковал, по окраине Мертвого города прогулялся, пока вы тут миловались. А если бы меня горный тролль задрал?

— Тебя? – скептически хмыкнул герцог. – У него бы несварение случилось.

— Фи, Арман, при даме! – наморщил нос Кир. – Не будь жадиной, с тебя поход в «Белого льва» и персональное приглашение на свадьбу, если она состоится.

— Королевскую? Запросто! – сделав вид, будто не понимает намеков, легко согласился Арман. — Маргарита все равно на троне не задержится. Конрад всерьез за нее взялся, не удивлюсь, если помимо заговора сестры еще что-то всплывет. Не любит наш король извинятся, ох, как не любит! Ему проще новое расследование начать и твою вину доказать.

Друзья понимающе переглянулись.

— Ну как, Кристина, — после полюбопытствовал Кир, — не жалеете, что Арман выдернул вас из школы посреди учебного года?

— Я? – скромно улыбнулась Кристина. — Нисколько! К тому же учебу я продолжу. Правда, Арман? – строго глянула она.

Занятый артефактами герцог рассеянно кивнул.

Кир с легкой грустью улыбнулся. Повезло другу! Оставалось надеяться, он по достоинству оценит свой приз. А если нет, Кир миндальничать не станет, отобьет Кристину. Будет Арману наука.

Маргарита с тоской провела пальцем по богато расшитому жемчугом наряду. С ним придется расстаться. С бриллиантовой тиарой тоже: отныне Маргарита больше не королева Магрета. Доходов от Валхинского княжества явно не хватит, чтобы жить на прежнюю широкую ногу. Однако Маргарита все еще надеялась. Пока бумаги о разводе не подписаны, у нее еще есть шанс. Ах, если бы она смогла забеременеть! Но, увы, Конрад общался с ней исключительно через посредников, а при личных коротких встречах вел себя сухо. Маргарита горько усмехнулась. А ведь когда-то он любил ее… Не следовало слушать сестру, нашептывавшую, что обе они достойны лучшего. Это все Изольда… Маргарита одернула себя. Она тоже хороша! Задрала нос, вздыхала по Лайнелу Имирису и мысленно повторяла, что времени еще достаточно, успеет нагуляться и родить наследника.

С Конрадом не сложилось с самого начала, пора это признать. Но от столь лестного предложения не отказываются. Вдобавок Маргарита побоялась ослушаться воли отца. Магрет – важный союзник, он защитил бы маленькую Валхию от врагов, не позволил бы уничтожить наследие предков. «Ах, если бы у меня родился сын!» — не раз любил повторять покойный князь. Не сложилось. На свет появились две дочери, а до второго брака не дошло. Маргарита не вдавалась в подробности почему, даже радовалась. Ей нравился титул наследницы. Ровно до того момента, как за него пришлось расплачиваться.

Брак – это сделка.

Маргарита вздохнула и вновь коснулась пальцами гладкой прохладной ткани.

Сжав губы, она представила будущее безрадостное существование. Клеймо отверженной жены, требования валхинского дворянства сочетать себя узами брака с кем-нибудь из них. А это конец. Никаких балов, никакой власти, бесконечное вышивание, редкие визиты супруга, время от время заканчивающиеся беременностью. Презрительные взгляды, шепотки за спиной.

Маргарита расправила плечи. Нет, в Валхию она не вернется, сегодня же переговорит с Конрадом, попросит прощения и обещает до конца года подарить ему здорового наследника. Надо, Маргарита призовет на помощь всех лекарей королевства, но разрешится от бремени до очередного зимнего бала. Лишь бы только Конрад с ней лег!

Королева быстрым шагом покинула гардеробную и решительно направилась к двери спальни, как была, с распущенными волосами, непричесанная, в утреннем пеньюаре. Встречные придворные поглядывали на нее с интересом, но пропускали, почтительно расступались.

Сердце Маргариты билось часто-часто. Когда она вошла в покои супруга, оно и вовсе комом застряло в горло. Чуть ли не впервые за всю жизнь Маргарита утратила уверенность в собственных силах. Всегда надменная, она готова была умолять, чтобы ее впустили.

— Ваше величество? – удивленно глянул на нее королевский секретарь.

Маргарита никогда не вставала так рано, предпочитала лежать в постели до позднего утра, когда как Конрад был ранней пташкой. И уж точно королева никогда прежде не появлялась в приемной, словно обычная просительница. Какое у нее растерянное лицо! Секретарю даже стало жалко бедняжку. Он, как и все при дворе, знал, дни Маргариты в качестве королевы сочтены. Конрад согласился подождать с разводом на время похорон и недельного траура по Изольде, но юристы уже вовсю трудились, составляли проект расторжения брака.

— Его величество у себя? – стараясь не замечать многочисленных любопытных взглядов, королева подбородком указала на дверь кабинета. – Один?

— Нет, то есть да, — стушевался секретарь и, поднявшись с места, добавил: — Я сейчас доложу.

Маргарита кивнула и терпеливо замерла возле двери, спиной ко всем остальным. Их для нее не существует, пусть разглядывают сколько им влезет. «И ведь не один, — больно кольнуло в груди, — не оказал мне должного почтения. Для всех я уже просто валхинская княжна, даже хуже, потому что княжнам тоже кланяются».

Конрад по обыкновению просматривал проекты законов перед еженедельным приемом просителей, когда ему вдруг доложили о визите почти бывшей супруги. Подняв взгляд от бумаг, он переспросил секретаря, правильно ли расслышал.

— Если угодно вашему величеству, я могу отказать.

— Нет, не стоит, — после коротких раздумий, покачал головой Конрад. – Впустите!

Королю стало интересно, что же скажет Маргарита, как себя поведет в новой роли.

Выслушав вернувшегося секретаря, королева с облегчением выдохнула. Она постояла немного на пороге, собираясь с силами, и вошла.

Конрад даже не поднял головы. Маргарита понимала, он делал это намерено, желал унизить. Ничего, она переживет, ради титула королевы и привилегий, которые он дает, можно и не такое стерпеть. Маргарита дождалась, когда за ее спиной закроется дверь, стихнут шаги секретаря, и только тогда заговорила:

— Дражайший супруг, я хотела бы переговорить с вами.

— Говорите! – по-прежнему не поднимая головы, разрешил Конрад.

Королева стояла и кусала губы. Все еще хуже, нежели она предполагала. Монарх же, покончив с одним проектом, взялся за правку другого. Перо скользило над строками, безжалостно вычеркивала двусмысленные и неугодные формулировки.

— Ну что же вы! – поторопил Конрад. – Мой день расписан по минутам, поэтому поторопитесь.

— Хорошо, — совладав с обидой, сдавленно произнесла Маргарита, — я не отниму у вас много времени. Я всего лишь сообщить его величеству, что готова исполнить свои обязанности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Какие же? – насмешливо уточнил Конрад.

Он наконец отложил перо и взглянул на жену. Губы тронула злорадная улыбка. О, такая Маргарита нравилась ему больше! Она готова просить, умолять, даже назвала «дражайшим супругом».

Королева облизнула губы и, отведя взгляд, ответила:

— Речь о супружеском долге и зачатии наследника.

Конрад хмыкнул.

— Вы больше не интересуете меня как женщина, госпожа.

— Мне все равно. Я не требую вашей любви, всего лишь шанса на прощение.

Слова давались ей не легко, но Маргарита упрямо укрощала гордость, ломала себя. Пусть муж торжествует, пусть считает ее жалкой, никчемной, лишь бы оплодотворил.

— Вот как вы заговорили!

Конрад нахмурился и почесал кончик носа.

— Прямо сегодня, госпожа, безо всяких обещаний!

— Я согласна, — понурившись, глухо пробормотала Маргарита.

— Даже здесь? – заинтригованный, поднял брови короля.

— Даже здесь и сейчас – как будет угодно вашему величеству.

Ну вот, она сделала все, что могла, ниже пасть уже некуда. Теперь оставалось только ждать решения Конрада. Он не спешил. Встав из-за стола, король прошелся по кабинету. Он несколько раз останавливался рядом с женой, но всякий раз ограничивался лишь пристальным, тяжелым взглядом. В очередной раз поравнявшись с ней, Конрад приказал:

— Раздевайтесь!

Маргарита сглотнула и обернулась на дверь.

— Как, прямо тут? – растерянно пробормотала она.

— Можете уйти. Я предложил, вы отказались, — жестко поставил перед выбором монарх.

Королева тяжко вздохнула и потянулась к завязкам пеньюара…

Она ощущала себя шлюхой. Пока Конрад застегивал брюки, Маргарита не сводила невидящего взгляда с потолка. Он взял ее стоя, заставил опереться на стол и грубо раздвинул ноги. Маргарита чуть не плакала от боли и унижения, но молчала, терпела.

— Вы довольны? – наконец с трудом разлепила пересохшие губы она.

В голове билась мысль: «Если ты после такого вышвырнешь меня из дворца, я тебя убью!»

— Вполне, — кивнул король и кинул жене пеньюаре. – Приведите себя в порядок! Я навещу вас вечером. Надеюсь, уже через месяц увидеть результат.

— Я сделаю все возможное, — сдавленно пробормотала Маргарита.

Она кое-как выпрямилась, одернула задранный до пояса подол ночной рубашки. Щеки ее горели от стыда.

— Это наказание, дорогая, и последнее предупреждение. Второго шанса я вам не дам. И благодарите всех святых, что вы не унаследовали ни капли способностей сестры!

Маргарита вздрогнула и в неосознанном жесте прижала ладонь к груди. Ей действительно несказанно повезло родиться бездарной. После разоблачения Изольды Маргариту пытали различными опытами. Чуть ли не все члены Магического совета пытались найти в ней признаки темной магии. К счастью, ничего.

— В какое время мне ожидать ваше величество?

Маргарита накинула пеньюар и с особой тщательность, успокаивая нервы, завязала ленты. Все хорошо, он взял ее, она родит ребенка.

— Я поужинаю с вами. Надеюсь, вы опустошили свой тайник? – Конрад намекал на средство, которое она принимала.

— Заверяю, — натянуто улыбнулась королева, — ваши усилия принесут плоды.

— У вас месяц, Маргарита, максимум два. Если вновь ничего, я дам ход разводу, — пригрозил король.

— Результат будет, — твердо повторила супруга и оставила короля наедине с государственными делами.

— Слышали новость?

Кир по обыкновению вошел без стука, заставив Кристину испуганно отпрянуть от Армана. Ничем таким они не занимались, герцог всего лишь объяснял непонятное место в книге, но стороны могло показаться… Особенно, если девушка слишком низко наклоняется к мужчине. Судя по выражению лица гостя, он то самое и подумал. Кир понимающе хмыкнул и с лукавой улыбкой погрозил другу пальцем:

— Не совращай девушку!

— Даже не думал, — пожал плечами Арман.

Ну, может, только самую малость. Он ведь мог встать, подойти, но специально сделал вид, будто не может оторваться от писем. Наградой стал чрезвычайно соблазнительный вид. Определенно, столичная мода Кристине к лицу, Арман не отказался бы, если бы дома она носила еще более декольтированные платья.

— Я документы в академию подаю! – поделилась своими успехами Кристина.

На щеках играл легкий румянец, и она поспешила погасить смущение стаканом воды. Нехорошо получилось! Репутация – крайне важная вещь для незамужней особы. Если с Арманом у них не заладится, то возьмет замуж девицу, обживавшуюся и целовавшуюся с мужчиной при посторонних.

— Поздравляю! На какой факультет?

— Стихийной магии, конечно! – Арман укоризненно глянул на друга. Мол, и младенцу понятно. – Я договорюсь.

Румянец стыда на лице Кристины мгновенно сменился румянцем возмущения.

— Не смей! – притопнула ногой она и послала Арману убийственный взгляд. – Узнаю, на всю столицу опозорю! Нет, на все королевство!

— Как же? – заинтригованный герцог поднял брови.

— Еще не решила, но точно сделаю что-то страшное, — насупилась девушка и с книгой забралась в пустующее кресло.

Кир тихо рассмеялся. Пусть парочка официально перенесла свадьбу на неопределенное время, всем и каждому говорила, что помолвка под вопросом, некромант на мгновение не сомневался в их совместном будущем. Они ссорились как влюбленные, почти все свободное время проводили вместе. А тут еще решение Армана пристроить Кристину в академию. Скорее Эфирное море засохнет, чем герцог замолвит за кого-то словечко, воспользуется своим положением. Да и одного взгляда на друга хватило, чтобы заметить разительные перемены. Кир почти не видел прежнего надменного выражения лица. Глаза Армана сияли, уголки губ больше не ползли к подбородку. Влюбился, хотя никогда в этом не признается.

— Так что там за новость? – запечатав очередное письмо, полюбопытствовал герцог. – Если ты об освобождении маркиза Нобера, то я в курсе.

— Королева беременна.

В кабинете ненадолго воцарилась тишина. Даже Кристина оторвалась от книги, перестала шелестеть страницами.

— Вот так да! – сокрушенно покачал головой Арман. Он не одобрял решения короля сохранить брак. – Я полагал, Конрад умнее.

— А вот я с тобой не согласен, — вступил с ним в спор Кир. – Наоборот, король проявил редкую мудрость. Маргарита сейчас как шелковая, опять же соседи притихли, не получили жирную кость. Им только дай волю, такой хай поднимут!

— Она сестра темной ведьмы, — не унимался герцог.

— Но не ведьма. Да и следят за ней, круглосуточно следят, чтобы даже мыслей о заговоре не возникло. Я лично парочку духов приставил. Очень удобно! Маргарита их не видит, думает, будто она, может себя выдать. Но пока она занята будущим ребенком. Да что там, Арман, у них будто медовый месяц!

— Знаю я цену этого меда! – саркастически усмехнулся Арман, но признал чужую правоту.

Неважно, кто станет королевой, Маргарита или другая особа высоких кровей, лишь бы Магрету ничего не грозило. Может, она и одумалась, слишком жестокий урок ей преподали. Со временем королева, конечно, заведет любовника, но к тому времени родит не одного наследника, то есть выполнит долг перед государством. Да и окружающие Конрада люди проследят, чтобы она спала с безобидным дворянчиком.

— Я вам тут заодно приглашения завез, по случаю. — Кир выложил на стол два тисненых конверта с королевским вензелем. – Прямо из рук его величества. Но вы, конечно, не пойдете…

— Почему это? – насупился Арман. – Кристине нужно развлечься.

Некромант состроил серьезную физиономию и, чуть картавя, парадируя местного жреца, торжественно произнес:

— Благословляю вас, дети мои!

— Мы еще не решили! – хором ответили Арман и Кристина.

— Так решайте быстрее, — подмигнул Кир. – А то затянете до осени, а там уже какая свадьба? Кристина по уши в учебе, одна сессия на уме. Право, не знаю, дождется ли Арман, вдруг за пять лет другая подвернется?

Он откровенно провоцировал, но девушка не поддалась уловке.

— Твоя судьба всегда тебя найдет. А если мужчина не дождался, то и не твой он, порадуйся, — процитировала она фразу из умной книги, которую рекомендовала к прочтению Бернадет.

Они активно переписывались, и Кристина клятвенно обещала приехать на ее свадьбу, стать одной из свидетельниц.

Кир покосился на Армана и сокрушенно цокнул языком.

— Знаешь, — медленно произнес он, — я был не прав. Развращай девушку и поскорее!

Кристина задумчиво почесала кончик носа и с самым невинным видом поинтересовалась:

— Кир, не напомните имя и фамилию старой девы, которая не давала вам покоя? Думаю, нужно выхлопотать приглашение и для нее, личным примером показать, что и как делать. Убеждена, Арман целиком и полностью доверяет вашему опыту и не откажется понаблюдать за уроком по совращению девиц.

Некромант потемнел лицом и замахал руками. Герцог же от души рассмеялся и, раскрыв объятия, попросил:

— Иди уже сюда, моя юная стервочка, не пугай бедного Кира! Мы как-нибудь сами, обойдемся без учителей.