«Повелитель миражей»

На руке кружится маленький воздушный водоворот, мягко перетекает от края до края ладони, взбирается на пальцы, лихо покачивается на кончике указательного и вновь плавно перемещается на средину ладони. Не дышу уже минуту, боюсь разрушить мое личное хрупкое чудо.

— Вот так, молодец, у тебя все получается! — голос отца полон сдерживаемой гордости.

Позволяю себе легкий вздох и отпускаю стихию. С легким хлопком миниатюрный вихрь пропадает, оставляя на душе настоящее торнадо восторга и удовлетворения. Я — смог.

В небольшом проеме между бумажных перегородок двери в очередной раз мелькает встревоженное лицо матери — время обеда давно прошло. Затянулся домашний экзамен изрядно. Все как обычно началось с невинной фразы "давай посмотрим, чему ты там научился у старого Макото" и моментально выскочило за пределы изученного. И ведь не оправдаешься незнанием — будет только хуже!

— Закончили, — отец поднялся на ноги и протянул мне руку, — пойдем посмотрим, чем кормят сегодня в этом доме.

Мне и самому любопытно — уж больно необычные запахи витают в воздухе, наверняка мама "помогла" ветру донести до нас ароматы восточной кухни. Уже около года живу в Токио, а все никак не привыкну. Мама всерьез взялась за освоение японских блюд, но чем они изысканнее, тем больше душа тяготится по картошке с мясом. Правда, в открытую такое говорить не стоит — расстроится еще, а я не так часто вижу родителей, чтобы тратить время на обиды. Отец с матерью два месяца из трех в разъездах, слишком много интересов у семьи осталось на старой родине — России. Хотя лично я помню только пепел на месте родового дома, серые лица родителей и вереницу малознакомых родственников, каждый из которых тянулся погладить бедного ребенка. Кажется, все они что-то говорили, но слова отчего-то забылись. Быть может, потому что повторяли друг за другом одно и то же, да обращались скорее не ко мне, а матери, что прижимала меня к груди. Слова скорби, поддержки, пожелания терпения и обещания мести. Через неделю последовал переезд, правда, двое братьев и сестра почему-то не поехали с нами. Родители сказали, они приедут позже, но все никак.

В Японии все было иначе, по-другому — сложно подобрать слова. Мир внезапно сузился до размеров двора возле дома — дальше меня одного не пускал дядя Гриша с его друзьями — они тоже приехали вместе с нами. В город я выезжал пару раз вместе с отцом — суетливое место, слишком много людей, яркая реклама, велосипеды, мотороллеры, потоки автомобилей — дома было куда спокойней, потому я не рвался сбегать из дома на встречу приключений, да если честно — и сил особо не было, после занятий с Макото-саном.

Учителя мне наняли за неосторожное высказывание в духе "а что я буду делать, если вы опять уедете?". Случилось это во вторую поездку родителей, первую я благополучно провел возле телевизора, пытаясь вникнуть в птичье щебетание дикторов — благостное было время! Языка я не знал, учить меня никто и не планировал — семья, как я думаю, хотела вернуться назад, потому первое знакомство с мастером вышло довольно пресно — без уверений в почтении и вводного курса. Старик ткнул в себя, назвал свое имя, а потом выжал из меня все соки физическими упражнениями. На возгласы "я больше не могу" интернационально отвечала тросточка сенсея, каждый раз уверенно доказывая, что вполне себе могу.

Передышки ознаменовывались работой с бахиром — так по-японски называется сила духа, магия, божественная энергия — у каждого народа свое название чуда, что полностью изменило мир в средние века. Потому и названия разные — страны сделали открытие в одно время. Как говорил учитель истории, на планете словно включили огромный рубильник. Фраза вполне может соответствовать истине — в устройстве иных древних сооружений, что стали сотнями обнаруживать после вывода на орбиту первых спутников, так никто и не разобрался. Да и самой силой мы пользуемся далеко не в полном объеме, что не мешает использовать ее в войнах. Бахир позволял значительно усилить человека и даже контролировать стихии, а при достижении вершины мастерства — обрушивать огненные дожди и за секунды выращивать целые леса из ледяных кольев. Правда, далеко не все могли вообще использовать силу, а уж сильных мастеров можно было перечесть по пальцам что в древности, что сейчас — даже в масштабах планеты. С учетом наследования и усиления способностей от поколения к поколению, уже в средние века стали появляться боевые кланы и рода, с которыми очень быстро стали считаться даже правители империй. Умные вожди заключили пакт о дружбе с кланами, признав их главной опорой державы. И так — повсеместно, власть кланов и родов соседствует с властью государственной. Правда, так уж открыто нам не рассказывали — все же, все в государстве живут по единым законам, но додумать не сложно — особенно, когда растешь в одном из боевых родов Российской Империи.

Использовать силу для собственного усиления или убыстрения в тренировках вредный старик запрещал. Только дикой физической усталостью можно объяснить покорное выполнение нудных упражнений — хоть какой-то отдых измученному телу. Первый месяц всего-то водил кончик перышка через лабиринт. Каждое касание узких стенок — проход начинается заново. Адово утомительная работа, а если бы не подсказки в духе "делай как я" от Макото-сана, так завяз бы на первом же задании. Ничего общего с размахом и крушениями на родовом полигоне! Никаких тебе техник в духе уничтожения боевых роботов в Терминаторе-2, даже ни единого деревца не пострадало! Как-то даже пожаловался дяде Грише, но тот почему-то встал на сторону сенсея.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY