Ознакомительный фрагмент книги. Полная версия доступна на ЛитРес.
Тереза Тур САМАЯ ДЛИННАЯ НОЧЬ В ГОДУ
Часть первая
Газета «Вестник Поморья» от 20 декабря 1900 года.
Обращение государя-императора Александра Александровича Радомирова к гражданам Поморья.
«Дорогие мои сограждане! В этот светлый день, когда мы отмечаем очередную годовщину образования нашего славного государства, хочется вспомнить всех, кто стоял у истоков.
Вспомнить первого императора Радомирова, который смог объединить наши земли, раздираемые усобицей. Того, под чьей дланью возникла наша страна. На зависть врагам и на радость нам, благодарным потомкам, простирается она широко и вольно — от Северного моря до Южного, от Западного до Восточного.
Вспомнить солдат и офицеров, которые отстаивали и отстаивают нашу независимость. Целительниц, спасающих жизни. Ученых, благодаря которым мы могущественны и непобедимы. Купцов и владельцев заводов, что преумножают наши богатства. Крестьян и рабочих, что своим тяжелым трудом, дают нам возможность развиваться и идти дальше!
Славься, страна, славься, Поморье!»
НЕБОЛЬШОЙ ЮЖНЫЙ ИМПЕРСКИЙ ГОРОДОК ДЖАНХОТ. ДВАДЦАТЬ ПЕРВОЕ ДЕКАБРЯ. НОЧЬ С ПЯТНИЦЫ НА СУББОТУ. ОНА.
Стоит у моря замок Назло семи ветрам Прекраснейшая Ари Спит сном глубоким там Будто розы цветут во дворце ледяном, — пробуждения ждут снегири. Чтобы встретить тебя красногрудой зарей. Спи, Ари, спиВетер…
Наверное, на всей Земле остался только ветер. Он прилетел внезапным шквалом в наш тихий городок. Властный, сильный, беспощадный и ледяной, он покорил морские волны, заставив их с грохотом обрушиться на берег. Волна свалила старое дерево, растущее на самом краю обрыва, и стон заповедных сосен раздался в горах. А ветер понесся дальше, не обращая внимания на всхлипы и стоны деревьев, не встречая преград на своем пути.
Я никак не могла заснуть. Странно… Ведь когда-то не знала, что такое бессонница. Если была хоть какая-то возможность уронить тело — сознание отключалось мгновенно. До того, как голова коснется подушки. Это было… В другой жизни. С другим человеком. Было — и прошло. А теперь у меня бессонница. Приехали…
Вздохнула, поднялась, хлопнула в ладоши, зажигая светильники в спальне — решила, что буду читать. Наверное, зря я никуда не уехала на эти длинные выходные. Учительницы собрались в небольшое поместье в горах, расположенное всего в нескольких часах пути от нашего приморского городка. Поместье принадлежало родителям одной из них и носило замечательное название: «Анастасиевская поляна». Я любила там бывать, но сегодня отчего-то заупрямилась — осталась дома.
Наверное, у них сейчас ярко горит свет, веранда разукрашена ярко-алыми фонариками, в бокалах белое терпкое вино. И смех… Разговоры до утра. Я любила слушать разговоры коллег. Даже о проблемах, утратах и потерях можно рассказывать так, что остальные — да и ты сама — будешь смеяться. До слез. А потом уже можно будет дышать. Снова.
Жаль, что я им ничего о себе не рассказывала. Мне хотелось, правда. Но я не могла. Когда-нибудь решусь, наверное… Посмеюсь над своей глупостью, наивностью… Над светлой любовью, которая составляла все мое существо, над выгрызающей тоской, поселившейся в сердце…
«Все правильно! Я ведь все сделала правильно… Да?!»
С тех пор, как я сбежала, прошел почти год. Почему же до сих пор так больно? Почему каждую ночь снятся сны — чудесные, яркие, после которых не хочется просыпаться, открывать глаза и возвращаться в реальность, — холодную, серую и бессмысленную. Без него…
«Но я ведь все сделала правильно! Он предал. Он…развлекался. Играл. А я полюбила…»
Полностью поменяв все — город, дом, — я отказалась от части себя тоже…
Больно…
До прошлого года я думала, что знаю о боли все… Я — целительница. Меня учили с пяти лет — как только почувствовала свой дар и прошла посвящение. Дар исцелять дается лишь женщинам.
Все десять лет я была лучшей на потоке. Затем лучшей практиканткой в Императорском военном госпитале. В самой столице! По традиции отличниц направляли работать с военными. Спать по шестнадцать часов в неделю много лет подряд — было нормой моей жизни. Потом я год проработала полноправной целительницей в том же госпитале… Почти год…
А потом жизнь поменялась… Вернее, я поменяла ее. Сама.
Что со мной?! Слезы? Никогда не была размазней — призвание и характер не позволяли.
Девчонки с курса даже прозвище дали — «ледяная язва»… Так они называли меня за глаза. Конечно, многие завидовали. За отличные оценки, за внимание ко мне преподавателей, за то, что выделяли и ставили в пример. Поэтому подруг моего возраста у меня никогда не было. Только учителя и коллеги постарше относились с симпатией — за то, что любила учиться… И лечить… Самозабвенно.
Когда-то.
РЕСТОРАН НА ОКРАИНЕ ДЖАНХОТА. ЭТА ЖЕ НОЧЬ. ОН.
— И скажите, ваше высочество, что мы забыли в этой Небесами забытой дыре? Нет, южное побережье нашей благословенной Империи — это замечательно. Но никак не в декабре! — черные, чуть раскосые глаза князя Алсапова насмешливо блестели. Они достались вельможе от его предка, который происходил из кочевого южного народа. Во времена первого императора этот род бежал из своих краев и осел в Поморье.
Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.
Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY
Комментарии к книге «Самая длинная ночь в году», Тереза Тур
Всего 0 комментариев