«Наследие звездного дракона. Отбор»

Наследие звездного дракона. Отбор Любовь Черникова

Снег валит хлопьями — последний привет не желающей сдавать позиции зимы. Правда, из-за темноты и шторы-гирлянды, украшающей большие окна кофейни, разглядеть толком что-то, кроме собственного отражения в стекле, невозможно. Стас, пять минут как окончательно и бесповоротно мой бывший, гипнотизирует тарелку «Цезаря». Я тоже молчу, пытливо его разглядывая и мысленно подгоняя: «Ну же! Давай скажи!»

Но он продолжает упрямо стискивать в линию губы. Эх! Кажется, мы даже толком поругаться не способны. Взять, что ли, эту его тарелку и грохнуть об пол?

Идиотскую паузу в и без того вялотекущем разговоре, который нормальной ссорой и назвать нельзя, прервал телефонный звонок.

— Оль, ты нужна. Срочно.

Наш заведующий говорил так, что и не отличить взволнован он, бесится или смертельно устал. Всегда собранный будто военный. И все же я научилась чувствовать его настроение по малейшим оттенкам голоса. Потому сразу поняла, сейчас точно нельзя отказать. Да и продолжать общение со Стасом нет смысла, ключи от квартиры он мне вернул, так что можно прощаться.

— Еду, Герман Владимирович.

Собеседник, не тратя больше времени, положил трубку. Пара нажатий сенсора и я, вызвав такси, убрала телефон в сумочку. Снова посмотрела на бывшего. Все. Пора ставить точку.

Он отреагировал, только когда поднялась из-за стола и сняла с вешалки пальто. Выплюнул:

— Медсестричка, чертова! Позвал и побежала!

Ого! Неужели ревность? Даже приятно.

— Не медсестричка, а операционная сестра. И форма у меня настоящая, как и грудь. Не то, что у твоих… — я не стала договаривать. — Чао!

Подмигнув, направилась к выходу, чувствуя облегчение. Этот этап жизни закончен.

Маменькин сынок Стасик сам далеко не пампусик, чтобы там его родительница не утверждала. Едва ли не с первых недель наших отношений я заподозрила адюльтер, но не придала значения, считая, что не пойман — не вор. Да и не в моих правилах верить наветам. Зато стоило только укрепиться в подозрениях и намекнуть о них, как мне вменили все грехи, и отдельной статьей ночные дежурства, во время которых я якобы далеко не жизни спасаю. И все это таким рациональным менторским тоном, что я себя истеричкой почувствовала.

Уверена, это все его мать, она меня сразу невзлюбила за прямолинейность. Не подходящая из Ольги Железновой невестка, по ее мнению. Недостаточно покладиста, в рот никому не заглядывает, вот и пыталась отвадить любыми способами.

На все попытки снова обсудить происходящее, Стас старательно хлопал глазами и весьма достоверно строил из себя пай-мальчика, убеждая, что мне показалось, что это происки завистников, что я устала после дежурств или же просто дурочка, если продолжаю верить слухам. И вообще, он же терпит мои дежурства, доверяет и от меня ждет того же. А мама, ну она же мама, придется просто смириться. Я успокаивалась, внимала голосу разума и некоторое время все шло своим чередом.

Так было до вчерашнего вечера, когда Валентина попросила поменяться дежурствами. Я хотела сделать сюрприз, а в итоге нарвалась на сюрприз сама. Пышная блондиночка, полная моя противоположность, выскочила из моей же кровати, стремительно кутаясь в короткий халатик. Что меня прямо добило, так это ее наряд развратной медсестры из магазина эротических товаров. Н-да. В тот миг я молча развернулась и ушла из собственной квартиры назад на работу, не отвечая на звонки.

Оказалось, я очень тяжело переживаю предательства. Мотнула головой, отгоняя не лучшие воспоминания.

И как только могла на эту удочку попасться? Не заметить сразу такое несоответствие содержания и оболочки. Мне совершенно непонятно желание казаться иным, чем ты на деле есть. Ну если кролик, то и оставайся честным кроликом, и такого полюбят. Дракон? Будь драконом. Не могу я мужчинам спустить такое лицемерие. Так что долгожданный взрыв эмоций у всегда здравомыслящего и рассудительного Стасика, вызвал некоторое удовлетворение.

Вместо вполне уместных извинений и, как водится, взаимного пожелания удачи, он принялся поносить меня, припоминая былое и мнимое, но именно теперь стало видно его истинное лицо. Смотрела и не верила, как я могла так вляпаться? Похоже, была после третьего подряд дежурства.

Не прощаясь, покинула кофейню и села в такси, а через десять минут вышла возле ворот городской больницы. Тихо ругаясь, попыталась преодолеть извечный водоразлив на въезде, из-за которого к крыльцу не подойти, и едва не села в грязь, поскользнувшись на льду. Новое молочного цвета пальтишко покрылось темной крапинкой по подолу — после достойного актеров цирка Дю Солей кульбита на ногах удержаться пыталась. Эх! Темно. Непонятно. Может, просто намокло от брызг? Ладно, не до того сейчас, нужно торопиться.

Работа встретила привычными запахами лечебного учреждения, которые так пугают обывателя, и особой патогенной микрофлорой, что на деле гораздо страшней. А ведь еще сам Пирогов говорил, что больницы нужно сжигать каждые пять лет и строить заново. Эх… Сначала это знание действовало на нервы, потом как-то свыклись. Дышим.

Пока переодевалась и готовилась ассистировать, заглянула санитарка:

— Оленька, ты уже здесь?

— Здесь, Люд, что случилось-то? Сегодня же Валентина дежурить должна?

— Валечка в луже этой окаянной поскользнулась и лучезапястный повредила, как бы не перелом даже. А я ей говорила, шпильки — это опасно, рановато еще на шпильках, льда навалом…

— Вот блин! — Искренне посочувствовав Вале, спросила: — Кого оперируем?

— Девчонку привезли, девятнадцати лет. Ейный парень, придурок, посадил на мотоцикл сзади, да еще и без каски. А погода какая? Скользота! Расшиблись они, значит. Сам-то так, ерунда: легкое сотрясение, да палец сломал, а девонька та вылетела и еще под машину попала на встречке. Обоих к нам привезли. До центра она не дотянула бы, ждем оттуда докторов.

— Да уж, — я воздержалась от рвущегося с губ ругательства.

В коридоре обнаружился и сам горе-байкер. Сидел на стуле, обхватив волосатую голову руками и, тихонько подвывая, покачивался из стороны в сторону. Перебинтованный палец, да еще и средний, торчал так нелепо, что я едва не хихикнула. Нервно и, без сомнений, неуместно. Но тут же разозлилась: упакованный подлюка, и шлем вон рядом на полу лежит. Одна штука. На себя напялил!

Крепче стиснула зубы пытаясь абстрагироваться. Вдох-выдох. Все же Стасик меня раздергал, плохо контролирую эмоции. Нужно срочно брать себя в руки, мне ведь работать.

У дверей операционной настиг тихий голос:

— Я не хотел… Пожалуйста, умоляю, спасите их!

Я замерла, словно пораженная громом. Их? Она еще и беременна?! Оборачиваться не стала, побоялась, что просто возьму шлем и разобью им же его патлатую голову.

В операционной вовсю шла подготовка к операции. Маленькая хрупкая блондиночка на столе выглядела гораздо младше девятнадцати, сама еще ребенок. Я крепче стиснула зубы, стараясь не обращать внимания на слипшиеся от крови светлые локоны. Что-то не могу собраться, не ко времени нервы расшалились, стоп!

Кроме пациентки, здесь уже был Герман Владимирович, который ввиду экстренного случая и отсутствия под рукой операционной сестры сам готовил ассистентский стол, и наш анестезиолог Иннокентий, для своих Кеша, за глаза — Саб Зиро с легкой руки одного из пациентов. Он уже занимался наркозом.

Коллеги быстро ввели меня в курс дела. Еще два хирурга из центра должны были скоро подъехать, случай сложный, нужны профильные специалисты. Но ждать времени нет, приступаем. Когда все заняли свои места, завотделением не то прокомментировал состояние пациентки, не то ввел в курс дела, озвучив привычную присказку:

— Делаем, что можем.

Делаем, что можем. И все. Никаких прогнозов. Больше от него до конца операции мало услышишь, разве только по великой надобности. Привычка такая, после одного случая. Руки работали, а в голове зрело понимание, что все это зря. Иногда сразу видно, невозможное не сделать, мы же не волшебники. Девушку точно пожевали и выплюнули. Слишком все это, даже для меня слишком.

И настоящее чудо, что жизнь еще теплится. У обоих. К горлу против воли подкатил комок. Боже, как несправедливо!

Ч-черт, что угодно сделала бы, лишь бы их спасти!

Подумала, и мир изменился.

Сначала крепко заложило уши, потом словно бы помехи пошли, только в реальности — картинка смазалась, и тут же снова стала четкой. Уронив катетер, ухватилась за край операционного стола, чтобы не упасть на пациентку. Мало ей без меня досталось?

Посмотрела вниз под ноги и… Если бы я была ранимой барышней, наверное, завизжала бы. Вместо этого, выпучив глаза, принялась медленно отступать. Шаг, другой, третий… Тут меня кто-то остановил, придержав за плечи, но я все никак не могла отвести взгляд от той, кто лежал на полу — от самой себя…

Если выбирать между завизжать или крепко и витиевато выругаться выбираю второе. Мне помогает. Вот и сейчас помогло взять себя в руки.

— Ого! Вот это талант — негромко восхитился шелестящий вкрадчивый голос над ухом.

Его обладатель продолжал осторожно удерживать меня за плечи. Посторонние в реанимации?! Я скосила глаза на его руку и обнаружила приличные такие когти. Черные, блестящие, сантиметра три каждый, заостренные и чуть загнутые на концах. Честно говоря, такого я не ожидала узреть и от испуга шарахнулась в сторону.

— Ну что же ты так? — произнес пришелец, укоризненно глядя глазами с вертикальными зрачками.

На этот раз я совсем дар речи потеряла и даже выругаться не смогла, лишь беспомощно оглянулась на Германа Владимировича в поисках поддержки. Нашего завотделением и сам черт не испугает. Но тот, словно памятник всем хирургам, застыл, с занесенным над пациенткой скальпелем. Поодаль в совсем уж неестественной позе замер Кеша. Он только-только собрался присесть на табурет, но так и застыл на полпути, чуть наклонившись вперед. Нарочно таким макаром долго не простоишь.

Что за чертовщина творится? Может, я нечаянно себе что-то вколола, и ловлю глюки?

— Ну, успокоилась? — привлек внимания странный мужчина, если существо напротив так можно было назвать.

Ну не женщина же? Скорее демон, судя по внешнему виду. Кажется, начинаю верить в потусторонние силы… Мамочки!

— К-кто вы?

Стараясь не поддаться панике, во все глаза уставилась на лысого мужика средней комплекции. Не субтильный, но и статью не блещет. Одет в деловой серый костюм с иголочки, в руках дорогой кожаный портфель. Прямо страховой агент какой, или скорее юрист — золотые часы на руке выглядят дорого и серьезно, не похожи на бутафорскую подделку. А вот когти вместо ногтей, сероватая кожа, по-кошачьи желтый цвет радужки и выпирающие бугры на лысом черепе, напоминающие короткие рожки откровенно пугают.

— Меня зовут Бальтазар, Хельга, — голос демонюки звучал спокойно, даже вкрадчиво. И он явно обращался ко мне. — Ты пожелала, я услышал. Готова к сделке?

— Какой еще сделке? — как любой русский человек, привыкший, что везде дурят, насторожилась и снова глянула на Германа Владимировича.

Мужик тяжко вздохнул и наклонил голову. Повторил, тщательно выговаривая слова:

— Ты — пожелала, я — услышал. — И пояснил точно ребенку: — Ты, вроде как, только что была готова сделать все, чтобы спасти этих двоих, — он небрежно кивнул в сторону стола.

— Это ты с ними сделал? — ответила вопросом на вопрос, указав подбородком на докторов, и тут заметила, что данные на приборах тоже застыли. — Если пациентке не помочь, она умрет! Она беременна, — добавила, вспомнив про нерожденного еще малыша.

— Да, их не спасти вашими способами, — отрезал лысый и добавил: — Но есть иные, если ты готова на кое-какие жертвы. Так как?

— Я ничего не говорила, только подумала.

Нет уж, не проведешь меня на мякине, демон!

— А вот тут правильно угадала. Демон и есть.

Он что, подслушал мои мысли?! Нервно хихикнула. Кажется, я недалека от истерики. Нет, ну точно препараты! Но сама не могла, неужто кто-то подшутил? Может, Стас решил подстроить каверзу напоследок и подсыпал что-то в кофе? А ведь действительно вкус странным показался. Теперь даже не сомневаюсь, с этого гада станется.

Уверившись, что нахожусь во власти галлюцинаций, немного расслабилась. Осмелела.

— Если глюки, то все не по-настоящему. Да ведь, лысый козел? — а чего церемониться с нечистью? Не в наших это обычаях.

Демон только головой покачал, продолжая вежливо улыбаться, но глаза его оставались холодными, а взгляд оценивающим. Будто препарирует. Брр!

Села на стул и спрятала лицо в ладонях. Затем выпрямилась и ущипнула себя за ляжку. Как следует, без халтуры. Чуть слезы из глаз не брызнули. К сожалению, ничего не изменилось. По-прежнему нелепо корячился над стулом Иннокентий, хищно примеривался скальпелем завотделением, молчали приборы и, неестественно вывернув вбок голову, валялся на полу мой двойник.

Лысый демон тоже никуда не делся. Печалька…

— Ну все, достаточно, некогда больше в игрушки играть, — совсем другим тоном, холодным и деловым заговорил демонюка. Похоже, он не отличался терпением. — Расклад такой: ты подписываешь бумаги и идешь со мной, а эта молодая женщина и ее нерожденный ребенок получают шанс и… — он снова пристально, точно рентгеном прошелся по мне взглядом, от которого волоски зашевелились в прямом смысле, — всю жизненную энергию твоего организма. — Демон хищно улыбнулся. — Так-с, делим на двоих, у детеныша аура мощная… Думаю, вытянут, — принялся он прикидывать вслух. — Точно выживут, особенно с помощью ваших местных методов. Теперь уверен.

Кивнув собственным мыслям, он продолжил:

Отказываешься, получаешь анафилактический шок средней степени, твоя аллергия на медикаменты развивается, и быстро. Если откачать успеют, все равно тебе здесь больше не работать, да и, вообще, в больнице. Плакало образование, хотя и это не самое страшное. Ну, ты знаешь, — намекнул он, заставив внутренне съежиться. — Время пошло.

Вот и что делать? А демонюка продолжает:

— Тебе и терять-то особо нечего. Родня есть, но такая дальняя, что ты ее сама даже не знаешь. По отцу родственники с тобой знаться не желают, не тот уровень. Остается одна работа, да и та уже под вопросом. Мужика нет, семьи нет, детей нет, подруг… Можно сказать, тоже нет. Даже не с кем выпить с горя, кроме коллег, которых как уже говорилось, скоро не станет.

— А вот это жестоко!

— Я знаю, — растянул в широкой улыбке темно-серые губы лысый, продемонстрировав заостренные кончики зубов.

— Ну так что, подписываем? — он ловко выудил из портфеля планшет и сунул мне в руки: неведомо как оказавшись рядом.

Вот только что стоял там у стены и прыг! Нет, не прыг. Просто моргнула, а он уже здесь. Обгадиться можно!

Вздрогнула так, что едва со стула не свалилась.

— А это я еще не в боевой форме, — опять прочел Бальтазар мои мысли.

Никак гордится зараза?!

Я снова взглянула на пострадавшую, в тот же миг на мониторе пациента вместо данных о состоянии, возникли часы. Одна минута на раздумья, пошел обратный отсчет. Тик-так. Прямо как в фильме — время до взрыва бомбы, а все герои сплошь готовы жертвовать жизнью направо и налево. На деле же людям ой как умирать неохота. Я — не исключение. Зажмурилась до боли, отгоняя жуткие воспоминания из прошлого…

— Кровью подписывать?

Демон картинно вздохнул:

— А чем же еще?

Пробежала по диагонали документ. Глазам не верю, стандартная форма договора. Пунктов не так чтобы много, но занудные: одно да потому, как принято в юридических документах. Благо всего страничка и шрифт крупный. Главное, чтобы самые «пикантные» подробности не были в приложениях скрыты, которые мне «забыли» показать.

И, что характерно, ни слова про душу.

Смысл прочитанного как-то в голове не отложился, а перечитывать уже некогда, секунды тают быстрее, чем мороженое на жаре. Я закрутилась в поисках острого предмета, которым пустить кровь, двинулась было к столу с инструментами, но демонюка перехватил мою руку и чиркнул когтем по подушечке большого пальца. Меня передернуло от подобной антисанитарии, но не до сантиментов. Кровавый отпечаток расплылся в отмеченном рамкой месте как раз на последних секундах. Готово!

В то же мгновение стало плохо.

Упасть не дал все тот же Бальтазар, удержал в вертикальном положении.

— Терпи. А как ты думала? Делиться энергией в вашем мире неприятно, — просветил демон, а я точно рыба открывала рот, наблюдая, как бытие приходит в движение, будто кто-то снял реальность с паузы. Только отчего-то голосов не слышно — сплошная пантомима. Вот Кеша наконец-таки сел, но тут же вскочил и бросился ко мне. То есть, к моему двойнику, по-прежнему без движения валяющемуся с противоположной от него стороны операционного стола

Нахмурились брови заведующего. Сдернув маску, он что-то прокричал в сторону выхода, но пациентку не оставил. Двери тотчас распахнулась, внутрь буквально ввалились два незнакомых мне доктора, уже готовых к работе. Один немедля занял мое место, лишь раз покосившись в сторону анестезиолога, пытающего заставить дышать моего двойника. На пороге, прижав ко рту руки застыла Людочка, но быстро пришла в себя и куда-то рванула.

— Ух, какая ты славная! — плотоядно шепнул на ухо демонюка, погладив меня по плечам. — Как много у тебя жизненных сил, обеим хватит и блондиночке этой юной, и ее нерожденной дочурке. Не беспокойся, точно теперь выживут, а нам пора.

Последнее, что я увидела перед тем, как Бальтазар бесцеремонно ухватил меня под руку и с неожиданной силой толкнул прямо на стену, были ожившие пики графиков на мониторе пациента.

Я едва успела закрыть ладонями лицо, ожидая столкновения с холодным кафелем, но вместо этого, по ощущениям, пробежала на несколько шагов дальше, чем позволила бы мне стена, и остановилась, будто увязнув в уплотнившемся воздухе. Замерев от удивления, выждала немного и только потом рискнула приоткрыть глаза. Я очутилась в странном кабинете, и такого у нас в больнице точно не было.

Просто не могло быть!

Осмотрелась, но демонюки нигде не увидела. На ад тоже непохоже. Ни котлов, ни сковородок, ни языков пламени, ни орущих и корчащихся в мучениях грешников. В помещении царил полумрак, повсюду горели свечи, свечная же люстра свисала с потолка. Тот — высокий метра четыре, расчерчен на квадраты коричневыми балками. Более темного оттенка пол и мебель.

А на удивление гармонично, несмотря на скудность палитры!

Стена справа полностью забрана под забитые до отказа шкафы с книгами и свитками. Оставшиеся «радуют» глаз каменной кладкой, и камушки такого размера, что не грех из них соорудить пирамиду. Чуть в стороне стол, заваленный какими-то хламом: склянками, пожелтевшими бумагами и предметами непонятного мне назначения. Нашелся там даже маленький глобус, а рядом со столом еще один — напольный, сделанный в классическом стиле и, что характерно, ни на том, ни на другом очертания материков не были знакомыми…

Правую стену оживляет композиция из нескольких рисованных портретов неизвестных мне, но показавшихся странными людей. По центру между ними — большое полотно, изображающее фэнтезийную битву с парящими островами, тщательно выписанными драконами и другими существами. Столько деталей, что отсюда и не разглядеть.

Пол как попало устлан коврами, словно каждый новый бросали на другой как придется, лишь бы закрыть голое пространство. И как только они здесь убираются? Неудобно же!

Позади меня входная дверь, а напротив единственная стена с окнами — вошедший не сразу разглядит помещение из-за льющегося в них света. Но это днем, а сейчас их наглухо зашторили тяжелыми на вид портьерами все в той же гамме — цвета горького шоколада.

Простенки между окон украшены головами бутафорских чудовищ, все как одна — страшенные до жути! Олени или там медведи какие у них тут, похоже, не в чести. Помещение походило на музей или скорее перфоманс, из-за темноволосого мужчины за письменным столом. Он настолько увлеченно писал, склонив голову над листом, что до сих пор не обратил внимания на мое появление. Но не его невнимательность или безразличие поразили меня, а то, как именно он писал. Нетерпеливо, точно в раздумьях постукивал по столу пальцами, сосредоточенно глядя на бумагу перед собой, а перьевая ручка стремительно двигалась по листу без всякой посторонней помощи. Ловко перепрыгивая на новую строку, и время от времени окуная кончик пера в чернильницу.

Я нервно хихикнула, возвращаясь к мыслям о затяжной галлюцинации. В этот момент мужчина вскинул голову. Перо разом прекратило двигаться и, чересчур громко брякнув в тишине, безжизненно упало, притворившись обычным предметом. Я невольно икнула и отступила на шаг.

Промеж бровей хозяина кабинета залегла вертикальная складка. Он ничего не произнес, просто поднялся из-за стола, не сводя с меня чуть сощуренных глаз и неспешной уверенной походкой человека, которому нечего бояться, направился в мою сторону. Выглядел он так, будто совершенно не удивлен присутствию неведомо откуда взявшейся здесь девицы. С каждым его шагом у меня все сильнее сохло во рту, быстрее колотилось сердце и потели ладошки.

Узкие бедра, в меру широкие плечи. Мужественный, покрытый легкой щетиной подбородок. Темные волосы забраны в хвост, но у висков выбиваются непокорные прядки, добавляя легкой небрежности в облик. Небрежности и какой-то первобытной дикости. Ну вылитая рок-звезда из клипа! Холодные голубые глаза, обрамленные длинными ресницами, загнутыми на концах, дополняли облик. Вот она мечта каждой женщины. Это я про ресницы, а вы что подумали?

Он остановился в каком-то полушаге, возвышаясь надо мной, и я осознала, что самым невежливым образом пялюсь на него в упор. Поняла и смутилась. Перевела взгляд на его одежду, отметив, как идет мужчине черный цвет, как ладно сидит этот кафтан или камзол — не сильна я в средневековых нарядах. Но вот уверена почему-то, что не бутафорский он, а самый настоящий. Добротный и наверняка дорогущий. Материал, из которого он был пошит, я затруднилась определить, но видно — прочный, стежки ровные, украшен серебряными клепками и пуговицами, на каждой красуется распростерший крылья дракон.

Невольно вспомнила собственные мысли: Дракон? Так и будь драконом!

Снова смутилась, точно на первом вскрытии. Да что такое-то?! Будто мужиков раньше не видела. Ведь видела! И таких, и голеньких и даже мясом наружу! Злость на себя помогла совладать с эмоциями и сделать то, что должно в подобной ситуации — поздороваться:

— Кхм… Здравствуйте.

Он многозначительно промолчал, а меня жаром окатило, заставив пожалеть о таком смелом поступке. Стоило снова посмотреть ему в глаза, как моя галлюцинация плавно перетекла в эротическую фантазию. Я больше не смогла отвести взгляда, жадно рассматривала крепко… Нет! Идеально сложенного мужчину, красивого истинно мужской красотой. Не слащавой, а такой, какой нужно. Ух! И это я считала Стаса красавчиком? Да он просто плюгавенький, по сравнению с этим представителем… Даже дыхание сбилось!

Поняла! Никакие это не глюки. Просто долгая операция наложилась на внеплановое дежурство, да еще и расставание мне жилы вытянуло, вот я попросту и вырубилась. А теперь нервная система компенсирует нагрузку. А это — самый странный сон в моей жизни, в котором страхи, мечты, фантазии и тайные желания — все слилось воедино. Вероятно, и аварии той не было, и беременной девочки. И демон мне привиделся, и вот этот молчаливый секс-символ тоже…

Да, такой точно может существовать только во сне! Я вдохнула поглубже, наслаждаясь будоражащим ароматом мужественного красавчика, и уже без зазрения совести уставилась ему в глаза. Ну же, действуй!

Незнакомец усмехнулся одни уголком рта, в серых глазах зажглись лукавые огоньки, и он двинулся, обходя меня по кругу. Его взгляд беззастенчиво и почти осязаемо заскользил по моей фигуре, заставив прерывисто втянуть воздух. По коже побежали мурашки. Боже! Я такого даже в лучшие моменты ни с кем не испытывала. Идеальный, горячий. Хочу! Ммм… Только бы сон слишком рано не закончился…

Мужчина, завершив круг, снова остановился напротив. В себя привела недоуменно изогнувшаяся бровь и снисходительное выражение, проступившее на его лице. Неожиданно он выдал:

— Бальтазар, кого ты сюда притащил? Она озабоченная!

Густо покраснев, я шарахнулась от него.

Нет, вот что я за человек? Даже нормальный эротический сон посмотреть спокойно не могу! Не обращая ни на кого внимания, прошла к ближайшему креслу и устало опустилась на мягкое сидение. Что-то ноги уже не держат. Села и вдруг поняла, что на мне нет ни маски, ни шапочки, глянула на руки — перчатки куда-то делись, а я одета только в медицинский халат и собственное белье. Как и когда я все это добро снимала, совершенно не помню.

Почувствовав взгляд, подняла голову. Вот черт! Демонюка-то никуда, оказывается, не делся. Стоит себе у входной двери, подпирает плечом косяк, сложив на груди когтистые руки.

— Хельга, это не сон.

Бальтазар вальяжно оттолкнулся и медленно двинулся к центру кабинета.

— А это не бутафорские, а самые настоящие головы демонов в боевой ипостаси, — указал он на бошки чудищ, развешанные по стенам. — Здесь изображена битва во время Первого Прорыва.

Его рука переместилась к батальной сцене, и тут же нацелилась на стол, за которым минуту назад восседал мистер Рок-звезда.

— Перо драона Абданкена пишет не само по себе, а при помощи магии, и порядок в этом кабинете, как и во всем замке, поддерживается тоже, — не забыл он упомянуть про ковры.

Бальтазар неспешной походкой приблизился к брюнету.

— А это — сам драон Дрейк Абданкен, властитель сего места. Отчасти я даже рад, что он тебе так сильно пришелся по душе, — демон самым подлым образом припомнил мой прокол. — И да, мне неприятно, когда ты зовешь меня демонюкой даже в мыслях. Это все равно, как если бы я назвал тебя человечишкой. Так что драон Бальтазар куда как уместнее.

Я подавилась воздухом и закашлялась, а вышеназванный драон Абданкен молча отошел к столу, плеснул в кубок из графина, вернулся и так же молча протянул его мне.

Благодарно кивнув, поднесла питье ко рту, но прежде украдкой принюхалась. Сон не сон, подозрительно…

— Это просто вода, Хельга, — вновь прочитал Бальтазар мои мысли. — Тебе здесь нечего бояться.

Осторожно отпив глоток, решила этим ограничиться. Полегчало и ладно. Мужчины выжидательно смотрели, и я не нашла ничего лучше, чем спросить:

— Так это и правда не ад?

— Ад?! Нет, все гораздо хуже, девочка, — за демона ответил драон Дрейк Абданкен.

О, что это за голос! От него внутри точно вибрирует все… Стоп! Девочка? А мне вот кажется, мы ровесники, или я настолько предсказуема, что все на лице написано?! Ну уж нет! И тебе, гадина рогатая, жирно будет! Драон Бальтазар в мыслях? Ага, сейчас!

Я уставилась на хозяина кабинета без прежнего вожделения и не смогла сдержать, нервный смешок, но, вопреки опасениям, истерики не случилось. Видимо, слишком устала для чрезмерных проявлений эмоций. А заодно сделала весьма важное открытие: оказывается, я вполне способна прятать свои мысли, стоило лишь захотеть. Больше эти двое их не слышат, судя по отсутствию возмущенных комментариев. Век живи, век учись! И где бы я сейчас ни находилась, что-то подсказывает — придется научиться еще большему и быстро. Следом пришла и странная уверенность: назад дороги нет, и я не проснусь на диванчике в ординаторской. Происходящее — реальность.

Судя по напряженному молчанию демона и вопросительному взгляду, который он бросил на драона Абданкена, я права. Они больше не знают, о чем я думаю. Вот и славно!

— То есть, назад меня не отпустите? — решила сама нарушить воцарившуюся тишину.

— Во-первых, потому что тебе некуда возвращаться, твоя оболочка отдала всю энергию беременной женщине и ее малышу. Они выжили. Ты же для всех умерла. Анафилактический шок тяжелой формы. Потеряла сознание и при падении ударилась об угол, счет шел на секунды, тебе нельзя было помочь. Ужасно конечно…

— Выходит, я сама себе подписала смертный приговор?

Демон рассмеялся:

— Не приговор, всего лишь контракт. Я выбрал самую предпочтительную и привычную для тебя форму перехода. Твой мир — немагический, открытие «окна» требует огромного количества сил и энергии. К тому же необходимо было твое согласие, данное добровольно. И, желательно, с положительными эмоциями. Никакого обмана, заметь. Все остались живы: блондиночка, ее ребенок и даже ты. Просто они — там, а ты — здесь.

— Не поняла только как, если я ударилась об угол головой?

— Чисто технически — этого не было. Я просто создал качественную иллюзию, эманаций смерти в стенах той лечебницы хватило с лихвой. Точная копия, кроме всей этой защитной бутафории, которую я решил с собой не тащить.

Бальтазар светился от гордости.

— Тело точь в точь такое же — от малейшего шрамика и родинки, до расположения и особенностей внутренних органов. — Он глянул прямо на меня, расплывшись в многозначительной улыбке, и пояснил: — Успеют даже похоронить, прежде чем развеется.

— Отвратительно!

А что тут еще скажешь? Вдохнула поглубже и попросила:

— Я могу перечитать контракт?

Задавая этот вопрос, ни на что, если честно, не надеялась. Тем неожиданнее показался ответ:

— Конечно.

Демонюка точно из воздуха извлек знакомый уже планшет и протянул мне.

— Можешь себе оставить экземплярчик.

Надо же, не думала, что снова его увижу! Выхватив контракт из когтистой руки, принялась жадно читать:

…Помощник администратора мероприятия в дальнейшем «Мероприятие» в лице Бальтазара Странника, действующего на основании приказа императора номер пятьсот семьдесят три, именуемый в дальнейшем Заказчик, с одной стороны, и Железнова Ольга Викторовна, именуемая в дальнейшем Исполнитель, с другой стороны, заключили настоящий контракт, в дальнейшем «Контракт», о нижеследующем:

Даже сейчас, когда буквы больше не плясали перед глазами, не тикал, нагнетая панику, таймер и не вещал вкрадчиво голос демона, продираться через юридический слог было тяжело. Не мое это.

…Заказчик поручает, а Исполнитель принимает на себя обязательство принять участие в Мероприятии, содержание и график утверждается организаторами…

Исполнитель обязуется:

…добровольно последовать за Заказчиком…

…следовать указаниям организаторов во время Мероприятия…

…Честно выполнять свои обязательства перед Заказчиком…

… Нести полную ответственность…

В общем, поняла я одно: что согласилась участвовать в каком-то там «Мероприятии» согласно какому-то императорскому приказу, уже бред? Участвовать нужно честно, делать, что говорят организаторы и не халтурить. В случае победы, обещают главный приз, а также обязуются предоставить собственное жилье, землю и гражданство. Хм, звучит неплохо, но весьма подозрительно.

Также я имею право на утешительный подарок. Почему-то в этом пункте не было никаких уточнений, да и остальные тоже вызывают вопросы. К примеру, как вам такое? Организаторы не гарантируют Исполнителю полную безопасность во время Мероприятия, зато в случае преждевременной гибели во время и на территории проведения Мероприятия, обещают вернуть в «исходную временную точку минус десять единиц местного времени» до подписания Контракта.

Что подразумевается под единицами? Секунды? Минуты? Года? А что будет, если я погибну не на территории Мероприятия? Это насовсем?

Как-то печально. Кажется, мне бы не помешал опытный юрист. Умею влезать в авантюры, ничего не скажешь. Сначала ипотека, теперь вот это…

— Ознакомилась? — звучало участливо, но я уже понимала, от демонюки толку не добиться.

— Между прочим, там была моя жизнь!

— И тебе есть, о чем жалеть? Вся твоя жизнь заключалась в дежурствах. Крохи, что ты зарабатывала тяжёлым трудом, уходили на ипотеку, но что тебя ждало в новой квартире? Холодная постель и одинокая старость с десятком-другим кошек в прогнозах?

— Это жестоко!

Пытаясь переварить информацию, откинулась на спинку кресла, чувствуя, как накатило безудержное желание поспать. Нервное истощение «детектед».

— Бальтазар? — негромко привлек внимание, вернувшийся за рабочий стол хозяин кабинета.

Демон, сидевший на корточках подле кресла, поднялся и сделал легкое движение когтистой рукой перед моим лицом. Я отключилась, но пришла в себя быстро. Стоило только осознать произошедшее и сосредоточиться, как окутавший голову туман рассеялся. Правда, ни шевельнуться, ни издать звук не могу. Чертовщина какая-то…

Нет! Ма-ги-я.

Господи, и с этим мне теперь придется жить? Чтобы не свихнуться, решила, поступить как мудрая Скарлетт О’Хара и подумать об этом завтра. А как мудрая Ольга Железнова, постараться хоть чуточку во всем разобраться, вдруг тоже эдак смогу? И да, тоже завтра.

Скосив глаза до предела, — отчего-то их не затронуло наведенное оцепенение, — увидела, как мои новые знакомцы расселись у стола и тихо беседуют. Тут вдруг я сделала еще одно интересное открытие: похоже, эти двое считают, что я все еще сплю. Что ж, пусть так и остается. Чуйка подсказывала, как раз сейчас и узнаю много важного. Может, я все же попала к сектантам? Или стала жертвой какого-то идиотского розыгрыша? Не зря же у убитого горем байкера был перебинтован именно средний палец… Но, с другой стороны, Герман Владимирович не стал бы участвовать в подобном фарсе, да и девушка на столе была настоящая…

Так, хватит! Голова уже трещит.

Усилием воли отогнав навязчивые и совершенно бесполезные мысли, закрыла глаза и превратилась в слух.

— Не пойму, зачем тебе понадобилась женщина из немагического мира? Надеюсь, в ней найдется хоть капля магии или хотя бы толика таланта к ее использованию. Но даже если так, она заведомо не годится на роль жены наследника.

Это они о чем? Про какую еще жену наследника идет речь?

— Ты потратил столько сил, чтобы открыть «окно» межмирового портала принудительно, а притащил сюда эту… никчемность!

Я даже рассердилась и приоткрыла глаза. Никчемность?! Так бы чем-нибудь тяжелым и кинула! Волосатик разом потерял сотню очков. — Ты неправ, Дрейк. А впрочем, — голос Бальтазара приобрел уже знакомые, вкрадчивые нотки, — поспорим на череп с навершия твоего магического посоха? Если диали Хельга все же окажется полезной, ты передашь его мне. Но!

Он предупреждающе воздел указательный палец, остановив открывшего было рот собеседника.

— Не просто так. Проведешь ритуал передачи артефакта новому владельцу по всем правилам.

— Хрен тебе драконий, а не череп, — весьма невежливо ответил благочестивый доселе, как там его, драон Абданкен?

Странное слово «драон». Наверное, что-то вроде мистер у местных, или сеньор, или лорд? А меня демонюка назвал, диали? Запомним.

Тем временем в руках мужественного волосатика возник черный, отполированный до блеска посох, увенчанный вытянутым вроде как хрустальным черепом, лишь отдаленно напоминавшим человеческий. Подышал на него и демонстративно отполировал рукавом кафтана, после чего посох снова исчез.

Я, наверное, вздрогнула бы, если могла. Как-то жутко, когда вот так из ниоткуда появляются предметы и исчезают в никуда. Нам, немагическим никчемностям, такое непривычно.

— Тогда кольцо, — невозмутимо предложил лысый.

Похоже, он изначально не питал надежд, что ему обломится такая ценность, как магический посох. Небось, посохи-то маги берегут пуще зеницы ока.

Драон Абданкен продемонстрировал средний палец недвусмысленным жестом. Могла бы, прыснула. Впрочем, было неясно, посылает он собеседника в привычное пешее, или правда предлагает серебряный с виду перстень, украшенный вытянутым камнем, черным как сама тьма.

— Ну что ты! Как я могу даже заикаться о фамильной реликвии Рейгель? К тому же оно меня выпьет быстрее, чем успею на палец надеть.

Некоторое время они препирались и поддевали друг друга, точно дворовые пацаны. Вот ведь! И в этом мире мужики, что мальчишки. Даром что один вовсе демон. Кстати, а второй? Я приняла драона Абданкена за человека, но теперь не уверена, есть ли тут люди вообще.

Демону так и не удалось развести твердого как скала и совершенно неазартного мистера Рок-звезду на спор, и он вернулся к первоначальной теме разговора. То бишь, ко мне.

— И все же, я настаиваю, чтобы ты включил мою находку в список невест.

— Тогда прежде следует проверить ее на пригодность, — с явной неохотой возразил Дрейк.

Это он сейчас, о чем? Я даже насторожилась.

— Но ты ведь просто так не отстанешь, да?

Демонюка не ответил, лишь расплылся в коварной улыбке.

— Хорошо. Одной больше, одной меньше. — несмотря на ворчливый тон, уступил хозяин кабинета. — Все равно вылетит на первом же испытании. И что нам тогда с ней делать?

— Не знаю, останется работать здесь прислугой. Или твоей личной помощницей, если захочешь.

Не слишком приятные для меня рассуждения прервал стук в дверь.

— Ставлю десять драконов, что это посланник императора, — глаза демонюки азартно сверкнули.

— Бальтазар, я не стану с тобой спорить не при каких обстоятельствах. Тем более, что так оно и есть.

Дрейк Абданкен посмотрел на меня, пришлось срочно притвориться спящей.

— Ты ее надежно спрятал?

Даже по имени не называет гад!

— Обнаружит, только если решит сесть в то же кресло, — с усмешкой в голосе ответил ему демон.

Дверь отворилась, и внутрь буквально ворвался еще один мужчина. Интересно, тут, вообще, женщины есть? Что-то мне захотелось хоть одно женское лицо увидеть… Ну так, для психологического комфорта.

Гость остановился, не дойдя до стола, снял украшенную пышным синим пером шляпу и отвесил присутствующим поклон. Показалось, или он неприязненно и даже опасливо, покосился на демонюку?

Больше не таясь, принялась рассматривать вошедшего. Сливового цвета камзол, или все же кафтан? Надо будет выяснить. Весь его облик ассоциировался с мушкетерами. Клиновидная бородка, высокие сапоги ботфорты с пряжками и приличными такими шпорами. Надо сказать, шпоры привели меня в ужас. Это же какой должен быть конь, чтобы в него такими тыкать?! Сразу насквозь? Практическое применение подобного пыточного устройства казалось абсурдным, но и на простое украшение они не тянули. Да как он только с такими ходит?

— Драоны, доброго вам вечера! Я прибыл узнать, все ли готово к началу мероприятия?

О! «Мероприятие», я сделала стойку, точно заправский сеттер.

— Драон Маррен, стоило тащиться в такую даль, не проще ли было воспользоваться магическим кристаллом? — как-то совсем невежливо буркнул мистер Рок-звезда.

— Его императорское высочество лично поручил мне роль инспектора. Я должен своими глазами увидеть, как идет подготовка.

Посланец остался невозмутимым, а по сузившимся глазам драона Абданкена и ставшей еще более елейной улыбкой Бальтазара стало окончательно понятно, его визиту здесь не так уж рады. Мой взгляд привлекло необычное украшение, такого мне еще не доводилось видеть.

Точнее, не так.

Я не видела на нем этого украшения, а теперь вдруг отчетливо вижу, как бордовая змейка, обвившая шею драона Маррена, переливается и мерцает. Красиво, но есть чувство, что оно доставляет неудобства владельцу.

Сосредоточившись, хотела податься вперед, чтобы рассмотреть волшебное украшение получше, но шевельнуться так и не вышло, зато змейка сразу стала ярче. В этот момент императорский посланец, поднял руку и сделал такой характерный жест, точно желал ослабить отсутствующий галстук. Палец легко прошел через украшение насквозь, коснувшись пышного жабо на вороте. Тем временем драон Абданкен ворчливо возмущался самим фактом проверки, а демон его уговаривал. Вроде как: «Ну его! Пускай смотрит».

В общем, отпустили «мушкетёра» с миром, но провожать не пошли, а после снова вспомнили обо мне. Я так увлеклась разглядыванием визитера, что пропустила момент и не успела притвориться спящей.

— Смотри-ка, уже очнулась! — удивленно вскинул брови мистер Рок-звезда.

Я нарочито медленно перевела взгляд с одного мужчины на другого. Ага, в общем-то, совсем не спала, но вам, господа, это знать не обязательно. Мало ли как жизнь повернется.

Демон удивленно воздел брови, и клыкасто и, как мне показалось, довольно улыбнулся.

— Вот видишь, Дрейк, думаю, Хельга еще не раз нас удивит. — Бальтазар повернулся ко мне и обманчиво ласково спросил: — Деточка, ты слышала наш разговор с посланцем?

Какая я тебе деточка, демонюка?! Проглотив рвущееся с губ ругательство, ответила вполне мирно, заодно обнаружив, что голос и мимика мне снова подвластны:

— Немного, но ничего толком не поняла, кроме того, что упоминалось некое «Мероприятие». Подозреваю, то самое, что упомянуто в подписанном мной контракте. И что к вам прислали ревизора, а вы не так чтобы этому рады. Не готовы?

Изобразила фирменную улыбку «наивной стервы», как называла моя коллега Валя подобное выражение лица. Мужчины недоуменно переглянулись, не до конца осознавая, серьезна ли я, и инстинктивно чуя подвох. Затем драон Абданкен хмыкнул, а демонюка расплылся в хищной улыбке. И тут я спросила, просто так, чтобы не дать им ляпнуть очередную гадость в мой адрес:

— Кстати, а зачем ему этот ошейник? Ведь мешает.

— Какой еще ошейник?

Мистер рок-звезда жестом остановил Бальтазара и, даже поднялся со своего места. Подошел ко мне и склонился близко-близко, уставившись прямо в глаза. Я затаила дыхание, невольно пялясь на его губы. Нет, а куда тут еще пялиться? Встречаться взглядами как-то совсем не хотелось? Помню собственную реакцию. Неловко. На нос смотреть странно, на таком расстоянии глаза сложатся в кучку. А губы… Да и на губы неловко, как ни крути… И снова сухо так во рту. Облизнулась и сглотнула, чувствуя, что не могу контролировать свою реакцию. Даже в ушах зашумело.

Мужчина, кажется, понял, что все вопросы идут мимо моего мозга, пока он так близко. Отодвинулся. Фух! Как полегчало-то. Что это, черт возьми, со мной такое происходит?

— Она безнадежна! Твоя идея теперь мне кажется попросту опасной, Бальтазар. Я жалею, что тебя послушал.

— Дело сделано, ты уже внес ее в список невест, дальше решать не нам. — Демон встал и тоже подошел ближе, присел на корточки: — Хельга, лапушка, скажи-ка дяде Бальтазару, что такого странного с тем человеком?

Гадкая рожа демона мгновенно развеяла весь эротический туман в моей голове.

— Сначала освободите, у меня спина затекла.

— Прости, — искренне спохватился демонюка и мановением когтистой руки вернул контроль над телом.

Так-то лучше, а то чувствую себя точно пленница, и это мне совершенно не нравится. Встала на ноги, прошлась разминаясь. Покосилась украдкой на каждого. Демон выжидательно-вежливо лыбится, а рок-звезда таращится на глобус, всей своей могучей спиной выражая нетерпение. Так и захотелось их специально помучить, что бы там они ни замышляли. Кстати! Насчет жены наследника надо будет прояснить ситуацию. Звучит заманчиво, но вот что-то подсказывает, что это не мое.

— Хельга? — в голосе Бальтазара снова послышался холодок.

Ладно-ладно, попозже спрошу, так и быть.

— В общем, у этого посланца странное ожерелье или ошейник на шее. Сначала его вроде не было, а потом постепенно появился. Сделан в виде красной змеи. Прозрачный, и будто переливается. Волшебный, да? Когда драон тер шею, его рука проходила насквозь, точно и нет этого украшения, но мне показалось, что эта штуковина давит, мешает.

Мужчины переглянулись.

— Это то, что я думаю? — спросил Бальтазар.

Ответа не последовало. Хлоп! И оба мгновенно исчезли.

Нет, исчезли они беззвучно, но как же эффектно!

Постояла немного, раздумывая, что же делать? Нервное возбуждение не позволяло оставаться на месте. Теперь, когда я одна в кабинете, можно и осмотреться как следует. Обошла помещение по кругу, разглядывая, но ничего не трогая. Мало ли что здесь может оказаться опасным. Невольно покосилась на мирно спящее перо на письменном столе. Ну как подскочит и воткнется прямо в глаз?

Но перо оставалось недвижимым, как и прочие вещи, а сам стол тянул к себе как магнитом.

Так. Бальтазар упоминал какие-то списки, неплохо было бы на них взглянуть. Я инстинктивно обернулась и посмотрела на дверь, хотя мозгом понимаю, что в этом привычном действии больше нет особого смысла. Что-то подсказывало, как драоны ушли, так могут и обратно вернуться: Хлоп!

Ладно, если что совру, будто хотела выглянуть в окошко, они же все расположены с той стороны. Но прежде подошла и проверила дверь — та не поддалась, заперта похоже.

Быстренько и зачем-то на цыпочках рванула к столу. А хлама-то, хлама! Три стопки бумаг с добрый свадебный торт высотой, а нужный мне список, если и был, то куда-то исчез. Покосившись на кипы документов, решила: рыться в них не стану. И плевать мне на мораль. От излишнего любопытства уберегает несколько иное чувство: банальный страх лишиться головы. Кто знает, какие у них тут законы?

Толстенный фолиант с пожелтевшими страницами, раскрытый и для верности заложенный плетеной закладкой, так и притягивал взгляд. Ладно, я только одним глазком. Даже листать не стану, спрячу руки за спину подальше от соблазна.

На первой странице схематично была изображена какая-то клякса с глазами, на другой — куб, прямо как на уроках классического рисунка. Такой же, как этот — на столе.

Раньше, чем сообразила, что все равно не умею читать на местном, надпись под кляксой сложилась в слово «морф».

Меня даже жаром обдало. То, что я понимаю местный язык, как-то изначально не смутило, приняла как данность. Да и контракт был на русском, но здесь-то совсем другие буквы! Снова глянула в книгу, немного сосредоточилась и вуаля! Незнакомых очертаний символы на глазах приобрели четкость и сложились в слова.

— Надеюсь, это не какое-нибудь смертельно опасное заклинание, — некстати вспомнились сцены из фильмов, где чрезмерно любопытные герои тупейшим образом зачитывали вслух древнее заклятье, и начинался кошмар. — Нет уж! Мне и без того страшно. Ведь страшно?

Поняла, что действительно страшно. До этого как-то держалась, а тут прямо ужас накатил. А кто бы не испугался в такой ситуации? Нахожусь неизвестно где, творится вокруг не пойми что, непонятно толком с кем и зачем и совершенно не знаю, что со мной будет в следующий момент. Может, вообще, сожрут. Я опасливо покосилась на висящие по стенам головы.

Чувство, что на меня кто-то смотрит пришло внезапно. Я обвела взглядом враз показавшийся недружелюбным кабинет.

Посмотрела на стол и вздрогнула. Попятившись, наткнулась на отодвинутое кресло и с размаху уселась в него.

Ну вот! Не стоило читать ни словечка!

— Изыди! — замахала руками, наблюдая, как два большущих и каких-то по мультяшному выпуклых глаза ползут по поверхности черной коробочки с ее верхней части на боковую.

«Это чтобы лучше видеть тебя, внученька» — не к месту раздался голос в голове.

Тем временем глаза стали еще выпуклей, отстали от поверхности коробки. Оказалось, они принадлежат какой-то желеобразной массе с мой кулак размером, при том полупрозрачной и… совершенно бесформенной!

— Клякса! — потрясенно прошептала я, сопоставив рисунок из книги с увиденным.

У кляксы тут же наметилась полосочка рта, которая обиженно скривилась. Я прижала руку к колотящемуся сердцу. И зачем-то спросила:

— Не клякса?

Странное существо неожиданно и энергично закрутило верхней частью своего тела. Той, что с глазами.

— Так ты и есть морф!

Меня неожиданно обуяло чувство чужой радости. Существо согласно заурчало, а затем, оглянувшись на дверь, приняло испуганный вид и заскакало на месте.

— Ты чего-то боишься?

Снова согласно урчит и кивает.

Живенько преобразив нижнюю часть организма в подобие ноги улитки, морф бодренько так пополз по столу к фолианту, а затем и прямо страницам. Я дернулась было, чтобы остановить, но прикоснуться не решилась. Только зажмурилась, ожидая появления влажного следа на бумаге, но нет. Тем временем самое странное существо из всех, что я видела, превратилось в подобие морской звезды, вставшей на два нижних конца, как на ножки. Вытянуло конец-ручку и указало на страницу. Потом еще раз, настойчивей. Глаза просительно смотрели на меня.

— Хочешь, чтобы я это прочла?

Урчит, кивает.

— А это не опасно? Демона не вызову?

Клякса снова изобразила испуг и даже покосилась на дверь, приложив конечность ко рту, вроде как к тишине призывает.

— Ты прав, Бальтазар сейчас здесь точно лишний.

Склонилась над книгой, решив, если там какое заклинание, то всегда можно не дочитывать до конца. Да и вслух читать не стану. Но текст на поверку оказался энциклопедической статьей. Осмелев, я даже взглянула на обложку — так и есть. «Большая энциклопедия магических существ Флигенерде».

Что еще за Флигенерде? Фамилия? Страна? Принялась читать дальше:

Морфы — магические существа, условно разумны, условно неуязвимы (степень зависит от магической плотности морфа). Могут изменять облик, маскируясь под любой не слишком крупный предмет или небольшое животное (размер зависит от магической плотности морфа). Невозможно подчинить. Плохо изучены. Условно опасны.

— Вооружен и условно опасен? — покосилась я на маленькую прозрачную амебку с грустными глазами, сложившую ручки-щупальца в умоляющий жест.

Вредоносные существа, подлежат уничтожению. При обнаружении следует немедленно обратиться к ближайшему магу-чистильщику или в администрацию инсалера.

Последнее слово тоже было непонятно

— Ты и правда настолько зловредное существо, что мне следует обратиться к магу кхм… чистильщику? Жуть какая!

Морф испуганно отшатнулось и затрясся от ужаса.

— Успокойся. Не похож ты на такую страшную тварь, как тут описывается. Может, просто еще маленький?

Существо развело подобием ручек. Не поняла, что это значит. То ли да, то ли нет? Боже, я разговариваю с амебой! Иначе как наркотическим бредом такие глюки не назовешь. Ну или еще от наркоза бывает… Помню, одна женщина, приходя в себя после операции, говорила, что она большая спираль из прозрачных шариков и улыбалась, глядя на свои руки.

Морф активно завертел той частью туловища, где разместились глазки, и выражение этих самых глазок было весьма встревоженным. Я устало опустилась на краешек кресла.

— Ладно, будем думать, что с тобой делать. Отвечай, только честно, — придала голосу строгости и соврала: — Ложь распознаю, и сразу отправлю тебя к магу-чистильщику.

Существо совсем поникло и снова сложило конечности в умоляющем жесте. Даже жалко его…

— Ты замышляешь какой-нибудь вред, кому бы то ни было?

Морф активно замотал условной головой.

— Собираешься применять любые заклинания?

Снова ответ отрицательный.

— Если помогу тебе спрятаться, обещаешь слушаться меня и не делать ничего плохого? Никому!

Существо радостно закивало.

Интуиция молчит. Никакой угрозы не чувствую. Будем надеяться, что не ошиблась.

— Хорошо. Давай-ка подумаем, куда тебя спрятать, хотя мне кажется в этом ты и сам мастак.

О, какая волна гордости!

— Тут написано, что ты можешь принять вид любого предмета?

Радостный писк, и вместо морфа передо мной на столе появилась искусно выполненная тиара, мерцая россыпью голубоватых камней.

— Очень красиво, морфик, но… Как бы это сказать? Нужно что-то понеприметнее. Чтобы не бросалось так сильно в глаза.

Представила, как надену ее и с невозмутимым, будто так и было, видом стану общаться с вернувшимися волосатиком и демонюкой.

Существо протянуло ко мне конечности.

— На ручки? — Еле сдержала нервный смешок.

Согласное: «Уррр!»

Вздохнув поглубже, решилась и прикоснулась пальцем к прозрачному животику. Почему-то думала, что на ощупь морф будет как гель для волос или медуза, но он скорее напомнил плотную силиконовую подушечку на эргономичном коврике для мыши. Сухую и даже слегка теплую.

Поднялась и уже без прежнего недоверия взяла его в ладошки, и тут началось…

Похоже, морфик решил показать все, на что способен. Сперва я обзавелась не менее потрясающим и таким же «незаметным», как и тиара, кулоном в форме драгоценного дракона на массивной цепи, затем браслетом-драконом из той же коллекции.

— Стоп! Не превращайся в украшения, у меня их нет, и здесь все про это знают.

Морфик выразил искреннее удивление и дальше пошел по элементам гардероба, которые я отмела сразу за вычурность.

Похоже, степень разумности тоже зависит от магической плотности морфа, а мне какой-то жиденький достался.

— Понимаешь, я здесь как бы это сказать? Новичок. У меня нет никаких вещей с собой. Все, кроме того, что имею при себе, будет слишком подозрительно выглядеть.

Взбодрившийся морфик, изрядно ожил с момента знакомства. Приняв бравый вид, он вдруг юркнул мне за шиворот халата.

— Э-э! Ты чего это?

Чувствуя, как он быстро проваливается вниз задрала подол, обнаружив… Панталоны! М-да… Видел бы только кто этот «изыск»! Все как надо: кружавчики, ленточки, рюшечки. Облокотившись на стол, я от души рассмеялась, стараясь делать это по возможности бесшумно. Похоже, нервное. Расценив мой смех верным образом, морф тут же изменил концепцию, приняв вид… Пояса верности! Кондового такого, железного…

Дохохоталась до боли в прессе и слез на глазах. Смеяться больше не было сил.

— Ну хватит! Смерти моей хочешь? Прекрати сейчас же!

Я потянула нелепый предмет, и тот послушно соскользнул, превратившись в кляксу. Затем снова оформился морской звездой и развел в стороны ручками.

— Как ты, вообще, умудрился попасться с такими-то способностями?

Ответом стал черный куб, в который превратился морфик.

— Эта штука? — покосилась на копию, что была на столе. — С ее помощью тебя поймали?

— А как ты выбрался?

Морфик пожал импровизированными плечиками.

Я склонилась над книгой, чтобы почитать про ловушку. Принцип действия и история создания сего инструмента для поимки зловредных морфов, ни о чем не сказал, так что, из относительно полезного, я усвоила только одно. Если морф пойман, индикатор — красный, иначе голубой. Наверняка драон Абданкен сразу определит, что его пленник сбежал, и меня заподозрят в первую очередь. Я посмотрела на загадочный куб и сглотнула, в этот момент дверь в кабинет осторожно приоткрылась.

Я замерла, застигнутая врасплох. Теперь уже не отмажусь, что в окошко смотрела. Тем временем дверь продолжала тихонько открываться, как в фильме ужасов, только без скрипа, а мне все не было видно, кто там за ней. Тут я испугалась еще сильнее: Морф! Глянула на стол, подумывая, сгрести и сунуть нового знакомца в карман, но не потребовалось. Кляксы на прежнем месте уже не было, а мой халат едва заметно потяжелел спереди. Выждав еще с минуту, так никого и не заметила, и украдкой глянула на себя, отметив, что на халате стало вдвое больше пуговиц. Выдумщик! А похоже-то как, не отличить! Даже петельки обработаны точь-в-точь.

Долго любоваться на пуговицы некогда, все мое внимание занимала дверь, ведь до сих пор в нее никто так и не вошел.

Ан нет! Ошиблась.

Огоньки свечей в большом канделябре на столе с глобусом, на миг потускнели. Ого! Поняла, что имею дело с невидимкой. Присмотрелась — так оно и есть. Что-то или кто-то сюда проник и теперь потихоньку перемещается. Что характерно, меня или не замечает, или делает вид. Бальтазар хорошо спрятал диали Хельгу от императорского посланца, есть ли шанс, что его чары все ещё действуют?

Надеюсь, что так, а то страшно как-то. Я продолжала наблюдать, как невидимый гость, не спеша, пробирается по кабинету, явно направляясь в мою сторону или просто к столу. Я так пристально следила за его перемещениями, что постепенно начала различать очертания. Не слишком высокий, чуть ниже меня по ощущениям. Передвигается крадучись, после каждого шага замирает. Прислушивается, наверное. Мягкие сторожкие движения, крутые изгибы едва различимой, будто пленка мыльного пузыря, фигуры. Это женщина! Ошибки нет. Да и не гостья она ни фига. Шпионка или воровка какая.

И чего же тебе здесь нужно? Кто ты? Враг? А, может, несчастная жертва обстоятельств вроде меня? Что же делать? Обозначить свое присутствие и познакомиться? Нет, не в том я пока положении. А ну как шандарахнет фаерболом, не спросив, как зовут. Я ведь сейчас еще не на территории «Мероприятия». Не вернусь во временной отрезок «за пять минут до», или сколько там в договоре сказано? Надо сначала присмотреться, разобраться что тут и как, а уж потом искать друзей и союзников.

Незваная гостья, вдруг ускорившись, пробежала оставшееся расстояние на цыпочках. Завернув за стол, встала почти на то же самое место, где только что была я. Не знаю, как успела подвинуться, чтобы она меня не задела? Шпионка, что-то почувствовав, резко обернулась. Долго и тщательно изучала пространство. Ее невидимое лицо оказалось в каких-то двадцати — тридцати сантиметрах от моего. Я даже дышать перестала, медленно по волоску отстраняясь назад. То, как тщательно она всматривалась в пространство сквозь меня, нагоняло жути. А вот ее черт рассмотреть толком было нельзя.

Наконец, шпионка уверилась, что находится одна в кабинете, и снова отвернулась к столу. На совесть Бальтазарка колдует. На совесть. Как там? Увидит, только если сядет в то же кресло? Читай — меня можно раскрыть, только прикоснувшись. Тут я даже зауважала демонюку. Силен в маскировке! Я вот эту мадам хоть маленько, да различаю, а она меня совсем нет.

Рискнула еще чуток отодвинуться. На всякий пожарный, мало ли. На этот раз гостья не отреагировала, увлеченная раскрытой страницей книги. Про морфа читает! Закончив изучать статью, она взяла со стола черный куб — ту самую ловушку для морфов. Повертела в руках, а затем простерла над ним ладонь и принялась водить, рисуя круги. Между ладонью и ловушкой воздух засиял, образовав столбик голубого света. Магичка, как-то недовольно передернулась и вернула куб на место. Причем неосторожно им хлопнула, будто ее что-то расстроило. Тут надо было быть полным идиотом, чтобы не понять, ей морфик нужен! Отчего-то этот факт заставил меня воспылать к шпионке негативом. Нет, дорогая, мы теперь точно не подружимся. Я порадовалась, что моя невидимость и на Кляксу тоже сработала.

Кажется, чрезмерно любопытная незнакомка что-то не так сделала, и по углам кабинета замерцали сиреневые всполохи, похожие на ветвистые молнии. Даже озоном запахло. Ого! Что это, местная сигнализация? Пр-равильно я не стала этот кубик трогать.

Невидимка среагировала мгновенно. Обогнула стол и больше не таясь, стремглав бросилась к выходу. Выскочив из кабинета, не забыла захлопнуть дверь за собой. Блин! А я? как же я?! Почти в точности повторив ее спринтерский маневр, выйти уже не смогла и в панике принялась дергать ручку, а внутри все сжалось в ожидании испепеления. Тщетно. Обернулась, приготовившись к смерти, и… не обнаружила ни одной сиреневой молнии. В кабинете царили покой и тишина, как и до появления таинственной гостьи.

Испытав мгновенное облегчение, прижалась к двери. Обхватив себя руками, некоторое время постояла так, пытаясь унять колотящееся сердце. Ровно до тех пор, пока позади не исчезла опора. Дверь отворили, и я полетела наружу. Начав падать, царапнула коротко стриженными ногтями по косяку. Ухватиться не получилось, но все же я остановилась, уперевшись спиной в чей-то живот. Вдобавок меня подхватили под руки, не давая окончательно свалиться, а вот ставить на ноги не спешили.

— Бальтазар, она еще и бешеная. На людей бросается. — Затем драон абданкен обратился ко мне: — Это в вашем мире так принято охотиться, нападая из засады?

Я глянула наверх. Прямо в наглючие серые глаза, которые смеялись, несмотря на серьезное выражение лица их обладателя. Да чтоб тебе! Возмущение, вызванное нелепым заявлением, тут же перекрыло удивление. Мы так близко с длинноволосым красавчиком, еще не были, но никаких одуревших мурашек на этот раз! Чертовщина какая-то. Или я так перенервничала, что сейчас не до влажных мыслей? Блин! Да как, вообще, можно было о чем-то подобном думать в такой ситуации?

И все же я вдруг осознала, несмотря ни на что, я просто по-человечески рада его видеть. Уж лучше конкретный и хоть немного знакомый драон Абданкен, чем странные невидимки, шастающие по замку. Пауза подзатянулась, и я, таинственно понизив голос, выдала многозначительно:

— Это вы еще не знаете, что у нас с добычей потом принято делать!

Как бы в подтверждение моих слов в животе громко заурчало.

— Боюсь даже представить, — как-то неожиданно и по-доброму усмехнулся драон Абданкен и вернул меня в вертикальное положение. — Бальтазар, уже поздно. Проводи диали Хельгу в ее покои, да не забудь распорядиться насчет ужина, не то она столь грозным рычанием перепугает нам гостей.

Бог мой, покои! Звучит по-королевски!

Бальтазар повел меня простым и понятным способом — ногами. И слава богу. Во-первых, это хоть какая-то возможность осмотреться, а во-вторых, хватит с меня на сегодня магии. Устала.

Путь не занял много времени и, вообще, оказался довольно простым. По длинному и мрачному коридору со сводчатым потолком и каменными стенами мы дошли до широкой лестницы, спустились на этаж и свернули в другое крыло. Здесь ровно горели продолговатые светильники, я их определила как магические, а вот планировка несколько отличалась. Сам коридор втрое шире, и не имеет дверей по обе стороны. Вместо них, слева попадаются боковые ответвления — насчитала уже три, а по правую руку — сплошь тянутся огромные окна с узкими простенками между ними. Строго говоря, это и не коридор вовсе, скорее галерея.

Снаружи совсем темно. Не видно ни зги, лишь выделяются зубцы крепостной стены на фоне неба, украшенного редкими звездами. Прохладный ветерок порывами задувает внутрь, заставляя поежиться и вспомнить, что из одежды на мне лишь несчастный халатик, на котором все так же исправно притворяется пуговицами морфик.

— Сюда, — привлек мое внимание демон и свернул в четвертое по счету ответвление.

Неширокий и короткий коридор через несколько метров закончился тупиком. Влево и вправо вели две вычурные, украшенные каменными цветами арки, вход в которые был затянут непрозрачной перламутровой пеленой.

— Прошу, — приглашающим жестом демонюка указал на правую. — За этим порогом начинаются твои владения. Никто посторонний сюда не сможет войти без разрешения.

— Даже ты?

Бальтазар, точно и не заметив панибратского обращения, охотно ответил:

— Я могу пройти куда угодно. Ты уже имела возможность в этом убедиться. Только вот не думаю, что мне будет, чем здесь заняться, — он, многозначительно меня осмотрев, усмехнулся. Брр!

Подумала, не попросить ли его показать мне покои, но что-то не хотелось опускаться до просьб, да и продолжать общение тоже. Ладно, разберусь как-нибудь. Не маленькая. Но демон сам задержался. Пристально посмотрел на меня, будто что-то решая и, наконец, выдал:

— Все, что там есть, теперь твое, согласно пункту шесть-два контракта. Так что можешь со спокойной душой всем пользоваться. Осматривайся пока, ужин принесет камеристка, она также поступает в твое полное распоряжение и получает доступ в покои. С любыми бытовыми вопросами обращайся к ней. Если служанка тебе не понравится по какой-либо причине, скажи о своих предпочтениях драону Абданкену завтра, ее заменят. Доступ в покои у нее пока есть, но ты сможешь его запретить, просто выскажи запрет вслух в любой форме.

Ответит на вопросы? Вот и чудненько! Даже полегчало.

— Спасибо.

— Не благодари меня, диали, — демон хищно улыбнулся, снова продемонстрировав заостренные зубы.

Брр! Вот теперь я точно не засну.

Смело шагнула в арку и очутилась в небольшом помещении вроде прихожей. Неярко горели магические светильники, уютно журчал миниатюрный фонтан с разноцветными юркими рыбками, рядом каменная скамеечка с подушками и несколько вазонов с живыми растениями на полу. Таких мне не доводилось видеть. Крупные, отдаленно похожие на гибискус бутоны бледно-голубого цвета мерцали по краю лепестков, точно посыпанные блестками. Красиво!

Налюбовавшись вдосталь, отворила дверь. В покоях царила темнота и тишина. Так. А свет тут как включается? Для эксперимента похлопала в ладоши. Вуаля! По стенам один за другим вспыхнули магические светильники. Удобно! А что? Не знаешь языка, заклинаний, не владеешь магией вообще, или не ведаешь, на какую кнопку нажать, да и где она эта кнопка тоже не в курсе? Похлопал, и свет загорелся — все для людей.

Обрадовавшись успеху, приступила к осмотру вверенной территории. Блин! Вот что значит покои. Покоищи! Моя скромная однушка в новостройке на окраине города вся целиком меньше, чем здесь гостиная, или как называется эта комната для досуга и отдыха? Ого, и спальня ненамного меньше! А здесь у нас что? Похоже, кабинет.

Про роскошь убранства и говорить не хочу, зря подозревала, что засадят в узилище какое-нибудь. Обеспечили как принцессу! Это я вернулась в спальню и дверь гардеробной открыла. И под нее здесь отведена отдельная комната, напоминающая средних размеров бутик. Это что, теперь тоже все мое? Сглотнула. Да у меня за всю жизнь столько одежды не было, не тряпичница. Необходимое держу, да пару вещиц на выход и все.

В гардеробной имелась огромная зеркальная стена. Я даже вышла наружу и дверь прикрыла, чтобы немного отдышаться. Затем снова открыла и медленно приблизилась к зеркалу, всматриваясь в собственное отражение.

Вроде я, а вроде и не я. Так хорошо не выглядела даже после салонных процедур перед отпуском. Кожа светится, точно отфотошопленная. Никаких морщинок, и прыщиков. Не то чтобы я от них страдала, просто не бывает вот так — совсем без изъянов. Где мои круги под глазами, спрашивается? А волосы! Стянула резинку и помотала головой, распуская хвост. Цвет стал темнее, насыщеннее, сами гуще и длинней. Сколько ни старалась, так и не нашла седых волосков и ни одного секущегося кончика! Глаза тоже как будто ярче стали и такие зеленые, точно я в линзах. А ресницы! Это я еще Мистеру рок-звезде позавидовала? Фи!

Что-то намудрил Бальтазарка, не иначе. Огладила себя, натянув на груди халатик, и вдруг вспомнила

— Морфик? Мо-орф?

Мнимая застежка тут же спрыгнула на загодя подставленную ладошку. Существо выглядело сонным.

— Ты что, спал?

— Я тоже хочу. — Неожиданно, даже для себя, зевнула. — Надо отыскать здесь пижаму или что-то в этом духе, во что можно переодеться. И еще бы душ принять. Не знаешь, где здесь ванная комната?

Морф вдруг превратился в маленького прозрачного дракончика, и взмыл в воздух.

— Ого! Ты просто потрясающий! — восхитилась я. — Выглядишь хм… Изящно!

Одобрительно заурчав, мой новый друг принялся красоваться и облетел вокруг меня несколько раз, прежде чем направиться в спальню. Ну да, логично.

Дверь в ванную комнату оказалась искусно замаскированной под облицовку. Стены в покоях были отделаны резными деревянными панелями, а по верхней трети отштукатурены и украшены весьма качественными фресками. В гостиной изображались сцены с парящими островами и драконами, в спальне же взор услаждал дивный сад и влюбленная парочка. Символично.

Ванная оказалась выше всех похвал. Боже! И вода уже набрана, я присела и окунула руку — горячая! Отлично. Не дожидаясь камеристки, плюнула на все и скинула надоевший хуже горькой редьки халат, за ним белье. Если что — вот они полотенца, на специальной вешалке рядом. Только руку протяни. Морф, все еще в образе мини-дракончика, спикировал и ухватил с большой тарелки шарик — там была целая пирамидка таких, и все разноцветные. Соль, наверное. Морфик бросил шарик в воду, и от него тут же с шипением повалила пена, приятно запахло цветами. Не с чем сравнить, да и ладно. Главное, мне нравится.

Здесь тоже имелось большое зеркало, и я удовлетворила-таки любопытство. Так и есть, подозрения оправдались: не единого волоска на коже там, где обычно их приходится удалять. Грудь стала выше, будто мне снова восемнадцать, а не двадцать восемь. Живот по-прежнему плоский — тут мало что поменялось. И, что характерно, никакого целлюлита совсем. Смотрю на себя впервые в жизни с идиотской мыслью, что не грех и в конкурсе красоты каком-нибудь поучаствовать…

Может, все не так страшно, как я думала?

Пенная шапка над купелью манила, и я, прекратив страдать нарциссизмом, направилась к ней. Прогнав тень мысли об аллергии на незнакомую химию, вероятную антисанитарию или какую-нибудь агрессивную микрофлору, погрузилась в воду. Кайф!

Почти сразу подоспел и ужин. Сначала раздался стук и неуверенный голос.

— Доброй ночи, диали Хельга! Я Карли, ваша камеристка, — затем ближе. — Диали, вы здесь? Не пугайтесь, вхожу.

Судя по робости в голосе, девушка и сама меня побаивалась. Мало ли чего ей наговорил Бальтазарка-шутник.

— Я в ванной, Карли, входите, пожалуйста.

Дверь приоткрылась и внутрь осторожно заглянула… Мать моя женщина! Девушка-лисица. Симпатичное человеческое лицо, острый носик, огромные желто-зеленые глаза, пышные рыжие ресницы и самые настоящие лисьи уши. Аккуратно заплетенные в косу волосы и роскошный рыжий хвост, торчащий наружу сквозь прорезь в длинной юбке — я не могла оторвать от него глаз, когда девушка засуетилась вокруг.

— Я Карли, диали Хельга, ваша камеристка, — представилась она снова. — Давайте, помогу вам вымыться.

— Еще чего не хватало! — искренне возмутилась я.

Рявкнула и осознала, что моя реакция на предложение девушку расстроила, огромные глаза влажно заблестели, на хорошеньком личике появилась растерянное выражение. Она даже остановилась на полушаге и сложила руки на груди. Нужно было срочно как-то смягчить сказанное.

— Спасибо, Карли, но я просто не привыкла к такому обращению. Там, откуда я родом, это не принято.

Может, где и принято, но пояснять не хотелось.

— Это вы меня простите, диали. Мне стоило быть тактичнее и помнить, что у каждой, иномирянки свои обычаи.

Лисичка выглядела совсем юной, неопытной и такой виноватой. Мне стало ее жаль.

— Не стесняйся, спрашивай. Я не кусаюсь, — перешла я на ты. — Давай так, я пока быстро помоюсь, а ты помоги мне, пожалуйста, с одеждой для сна и, если несложно, еще что-нибудь на утро приготовь. Такое, что здесь носят. Ты ведь разбираешься?

Лисичка радостно кивнула. Ну вот, пусть отвлечется, почувствует себя полезной, а я решу «тряпочный» вопрос. Что-то нет желания изучать ассортимент гардероба на ночь глядя. Горячая ванна меня разморила, спать хочется, сил нет.

— Будет сделано!

Карли радостно встрепенувшись, выскочила за дверь, а я ухватила мочалку и, прежде чем сообразила, что топлю трепыхающегося морфика, успела-таки потереть им пятку.

— Сам виноват, — флегматично прокомментировав произошедшее, отложила Кляксу в сторону.

Морф, видимо от растерянности, снова принял вид морской звезды и, картинно изобразив обморок, прикинулся мыльницей. Быстро покончив с водными процедурами, я вышла из ванной, закутавшись в полотенце. Расторопная Карли тут же набросила мне на плечи вполне земного вида махровый халат и усадила в кресло.

— Можно? — спросила, собираясь заняться моими волосами.

И как-то меня расслабило после всех приключений, что я согласно махнула: вроде как — валяй! Надо сказать, руки у нее были волшебные, а массаж головы пришелся весьма кстати. Затем Карли гладко расчесала волосы и высушили одним щелчком пальцев. А вторым заплела простую свободную косу.

Мое восхищение вызвало счастливую улыбку лисички.

— У меня высший балл по магии причесок, — похвасталась она.

— Молодец! А у меня руки не оттуда растут, я только пучок собрать, да косу заплести умею. Все, что посложнее вызывает тихое бешенство и желание побриться на лысо.

— Ужас! — Карли удивленно покачала головой и уточнила: — Так вы еще и собственными руками это делаете?!

Я кашлянула, чуть не подавившись от неожиданности, и ворчливо протянула:

Девушка непонимающе на меня посмотрела.

— Что? Я тут одна не умею колдовать?

Глаза лисички стали еще шире, она точно в ужасе закрыла рот ладошкой.

— Так! Прекращай пугать и рассказывай, почему это так страшно? Хотя… Пожалуй, сначала я поем.

Карли ушла, оставив меня сонной, сытой и в полном смятении чувств. Хлопком ладоней погасив свет, я завалилась на кровать. Тут же откуда-то выпорхнул морф снова в полюбившемся образе дракончика. Облетев спальню, он избрал местом для ночевки балдахин и, немного повозившись, затих. Вот и славно, предпочитаю спать без посторонних существ в постели по возможности. Только вот сон что-то не идет, хотя думала, стоит только коснуться головой подушки. Одолели мысли.

Мне не понадобился юрист, оказалось достаточно хорошей камеристки. Я узнала, что за зверь пресловутое «Мероприятие», и поняла — я конкретно попала.

По какой-то причине, лисичка не смогла толком объяснить, зачем наследнику престола потребовалась невеста-иномирянка. Но не все так просто. Миры, откуда должно приглашать невест указал непосредственно Рр'ах Атмин — дыхание дракона. Какой-то местный артефакт, за счет которого мир и существует. Взрыв мозга, да? Он самый, особенно для человека с Земли с традиционным пониманием мироустройства.

А если по порядку, то так: я попала в мир Флигенерде. Здесь живет много разных существ, но коренные обитатели и правящая каста, если хотите, люди-драконы. Досточтимый драон Дрейк Абданкен тоже из них. Этому миру грозит беда, а помочь может только свадьба наследника. Что за беда? Предполагаю: есть угроза войны, а невеста, несомненно, должна обеспечить силовую поддержку? Но ведь это предположение сразу разбивается… об меня. Ну какую спрашивается поддержку я могу обеспечить целому миру, населенному магами? Вряд ли наш господин президент согласиться послать сюда войска.

От такого нелепого предположения окончательно потеряла сон. Поднявшись с постели, подошла к окну и сделал то, что давно хотела — выглянула наружу. Темнота. Даже звезд не видать, только силуэт воистину гигантской тучи странной формы едва вырисовывается на фоне черного неба. Ну и ладно. Зябко поежившись, вернулась в кровать.

Карли сказала, что тем, кто пройдет первое испытание, все подробно объяснят. Нам — это невестам. НЕВЕСТАМ! То есть, медицинская сестра Ольга Железнова, попала в реалити-шоу «Холостяк»? Мама дорогая! И главное, я не могу отказаться. Контракт, Бальтазар его подери! Мне даже схалтурить нельзя, чтобы быстрее вылететь. Придется стараться изо всех сил, чтобы заполучить наследника, будь он неладен. Кстати, родители его, насколько я знаю, тоже живут и здравствуют. Правят себе потихонечку, к чему тогда смена власти? Непонятно…

Ладно, как только все это закончится, решу, что дальше делать. Предполагается, что можно остаться здесь на постоянку, или же попроситься обратно в свой мир. Да и девушка-лисичка утверждает, что никто выбывших невест насильно тут держать не станет, каждая вольна уйти. Теперь, когда узнала, что есть такая возможность, во мне вдруг проснулась жажда исследований. Давненько я не была в отпуске, да и мир охота посмотреть. По природе я довольно любопытна, а тут даже не родная Земля, не замшелый Египет какой, а Флигенерде!

Есть у меня и другая задача — морф. Надо его спрятать, найти место, где он будет в безопасности, подальше от черных ловушек и загадочных невидимок с недобрыми намерениями. Чувствую, рано или поздно, мне придется ответить на неудобные вопросы.

Утро наступило довольно неожиданно. Оказывается, не так уж и долго я маялась без сна. И еще бы повалялась в постели, если бы не девушка-лисичка.

— Доброе утро, диали!

Жизнерадостный голос камеристки рассеял прекрасный, вопреки всем ожиданиям, сон. Тот мгновенно забылся, но могу поклясться, что гнусная рожа Бальтазара мне не привиделась ни разу. Карли, свежая и бодрая, порхала по комнате, раздвигая шторы на окнах, а я с интересом за ней наблюдала, заново удивляясь самой возможности существования расы зверолюдов. Н-да… Кто бы мог подумать. И главное, ничего общего с оборотнями, эти создания идут отдельной статьей.

— Скорее поднимайтесь, диали Хельга. Вас ждет первое испытание — одно из самых важных!

После этих слов я мгновенно подскочила.

— Карли, почему ты вчера ничего не сказала?!

Лисичка хитро захлопала ресницами.

— А зачем? Вы бы разволновались и не выспались.

Аргумент! Возвела очи горе, чувствуя, как нутро сковывает нервная дрожь, точно перед экзаменом. Сдержав рвущиеся с языка ругательства, спросила будто невзначай:

— И что за испытание?

— Драон Абданкен вам сам все расскажет.

Дрейк Абданкен стоял на южной крепостной стене, где располагалась пристань. Вдыхал напоенный утренней свежестью воздух и созерцал свои владения. Впереди, чуть правее, розовела в лучах восходящего солнца, окутанная дымкой громадина второго по величине парящего острова, входящего в его инсаль. Туда тянулась гигантская магическая цепь, одна из тех, что удерживают все острова вместе, используя рассеянную по всему Флигенерде энергию — Рр'ах Атмин. Островов в инсале Дрейка было не так чтобы много, но каждый представлял великую ценность.

Цепь, в пределах видимости была крепкой и надежной. Увидеть их все целиком Дрейк мог, просто прикрыв глаза и сосредоточившись, что и сделал, использовав связь инсальера-владетеля со своей землей. К счастью, остальные тоже оказались в порядке, но тревога все равно не отпускала. Причин для нее было предостаточно. Еще одно «окно» из мира Бьосангриф открылось в Дальних Пределах. Там, где действие артефакта постепенно ослабевает.

Рр'ах Атмин не хватило, защита инсаля, состоявшего всего из трех небольших островов не сработала. Отряд проклятых тварей не только смог прорваться, но и успел уничтожить одну из магических цепей, удерживавших острова инсаля вместе, а также увести в рабство почти все население. Кого не увели, просто перебили. Третий остров — тот, что оторвался, успел отдрейфовать в сторону, только благодаря этому некоторым жителям удалось спастись. Маги из дворца, исследовавшие обрывки цепи, как один утверждают, что ее словно бы лишили жизни. То есть дело не только в том, что не хватило энергии артефакта. Похоже, кто-то нарочно так поступил. И тут напрашивается новый вопрос — сделано это намеренно, чтобы спасти оставшихся на острове, или же это действительно дело рук демонов Бьосангрифа?

Глубокая складка залегла между бровей. Отец решил усилить артефакт ценой своей жизни. Мать пойдет следом, она отказывается оставаться одна. Но это неправильно! Они еще не понянчили внуков, не пожили всласть, путешествуя по мирам, передав бразды и тяготы правления потомкам, как это принято делать. Вспомнился дед, который поступил также, но осознанно. Прожив долгую и счастливую жизнь. Кажется, это случилось только вчера… И вот, теперь отец. Если так дело дальше пойдет, династия Рейгел очень быстро закончит свое существование, что тогда станет с Флигенерде? Ведь наследие звездного дракона не только дарует императорской чете долгие лета жизни, но и сам от нее зависит. Что-то определенно изменилось, кто-то искусственно ускорил цикл, и теперь у династии Рейгел остается все меньше времени.

Как обычно в подобные моменты одолело чувство вины. Вдобавок он и сам всех подвел, лишив императорскую династию старшего наследника. А младшего, — права на выбор. Чтобы это хоть как-то компенсировать, Дрейк делал, что только мог. Если уж Лайнелу не суждено быть с любимой, то нужно, чтобы невеста ему досталась самая-самая, та — чья сила поможет спасти родной мир.

Но и этого мало.

Были у Дрейка Абданкена еще кое-какие соображения, но чтобы их проверить, требовался хотя бы один живой морф — большая по нынешним временам редкость. Когда-то их поголовно уничтожали по приказу советника-изменника, оказавшегося выходцем из мира Бьоснагриф. Он сознательно завысил опасность этих, по сути, безобидных существ. К счастью, один экземпляр удалось-таки сберечь. Морф сохранился живым прямо в ловушке, вот только открыть ее пока не получалось. Черный куб, вообще, не открывался и был предназначен для уничтожения пойманного морфа. Несколько недель Дрейк бился над тем, чтобы вскрыть ловушку, не убив заключенное внутри существо. Только вот незадача, сегодня утром она оказалась пуста, а кто, когда, а главное, как именно освободил морфа — вопрос. И куда тот делся — тоже. Хотя и на этот счет у Дрейка имелись соображения, которые он собирался проверить в ближайшее время.

Бальтазар появился, как обычно, бесшумно, но драон Абданкен заранее ощутил его присутствие и даже не стал оборачиваться.

— Ты все же решил лететь? А не проще отправить диали Хельгу прямо во дворец вместе с остальными невестами через «окно»? К чему такие сложности?

— Я так решил, — Дрейк не желал раскрывать все карты.

— Никак не возьму в голову, зачем тебе вдруг это понадобилось. Даже если девушка переживет полет с тобой и не простится от страха с жизнью, — Бальтазар многозначительно двинул бровями, — все равно ей уже сегодня придется познакомиться с остальными. Ты действительно собираешься ее угробить еще до проверки?

Дрейк Абданкен ни на миг не поверил, что демон удивлен или расстроен, слишком много циклов этому созданию и слишком давно они знакомы.

— Лучше скажи, зачем тебе потребовалось заключать с Хельгой Контракт? К чему было подписывать его именно кровью? Теперь она не может отказаться от испытаний. Ты усложнил жизнь всем нам.

Демон довольно расхохотался и развел руками:

— Такова моя суть. — И добавил вкрадчиво: — А что, так понравилась?

Дрейк не стал отвечать, просто отвернулся, демонстрируя, что беседа окончена.

Через сорок минут я была полностью готова, и даже сумела позавтракать. Отсутствием аппетита не страдаю, профессия обязывает. К моему удивлению, вместо ожидаемого платья с кринолином, ну или без, Карли приготовила мне совершенно неожиданный наряд. Черный и кожаный, отдаленно похожий на легкую броню. К нему прилагались сапоги — высокие ботфорты. Почти такие же, что были у «мушкетера», только без монструозных шпор. Облачившись и с помощью камеристки затянув все ремешки, осмотрела себя в зеркало. Н-да… Что-то среднее между Цири — той, что из игры, и Гретель — той, что из фильма.

Странный чепец, который попыталась натянуть мне на голову Карли, категорически отвергла — и зимой-то шапки редко ношу. Волосы лисичка укладывала несколько дольше, чем вчера. От пробора к вискам по обе стороны она магически заплела французские косы, так чтобы они не давали спадать волосам на глаза, а концы уже вручную убрала в черную сетку, украшенную похожими на бриллианты драгоценными камнями.

— Так они не запутаются, — пояснила камеристка. — Когда прибудете на место, лучше избавьтесь от сетки. Достаточно вынуть вот эту шпильку, и она соскользнет сама. И не беспокойтесь, волосы лягут как надо, я оставила простенькое заклятьице. Потом научитесь, — добавила она и покраснела, видимо решив, что ляпнула лишнее.

— Спасибо, Карли! Ты настоящая волшебница!

Ха! И это даже не в переносном смысле.

— Пора, диали Хельга. Драон Абданкен уже ждет.

Мы вышли из покоев, но в последний момент, Карли замешкалась и вернулась, чтобы прихватить забытые мной перчатки. А я, уже набрав скорость, миновала арку и тут же в кого-то врезалась. Два упругих, внушающих благоговейный трепет полушария, на секунду приняв меня в могучие объятия, сработали батутом и вытолкнули обратно. Упасть не позволила крепкая рука.

— Прошу прощения, диали.

Бархатистый голос отвлек от созерцания самых больших грудей, что мне когда-либо доводилось видеть. И самых… зеленых.

Сглотнув, медленно подняла глаза на их обладательницу.

— Ы… — даже голос пропал от неожиданности. — Кхм!

Передо мной стояла высокая и мощная девица с оч-ч-чень крутыми изгибами фигуры. Это я и о бицепсах-трицепсах в том числе. Светло-зеленая кожа, крупные черты, мясистый рот с темно-коричневыми губами, густые медно-рыжие волосы заплетены в многочисленные косы. Чуть выступающая челюсть и торчащие вверх аккуратные белые клыки. Несмотря на столь колоритную внешность незнакомка одновременно производила впечатление ухоженности и женственности. И от нее прекрасно пахло, напомнив, что я так и не научилась пользоваться духами — никак не удается подобрать аромат по душе.

Совладав с эмоциями, напустила невозмутимый вид и решила быть вежливой:

— Доброе утро, диали. Это вы меня простите, я слишком спешила.

Вдруг осенило: да ведь она тоже невеста! Йошкин кот! Напрашивается закономерный вопрос — а как же тогда выглядит наследник — потенциальный жених?

— Орана, — девушка, клыкасто улыбнувшись, представилась.

— Хельга, — отчего-то я на автомате назвала местный вариант имени и протянула руку.

Орана некоторое время на нее смотрела, а затем осторожно, но крепко пожала.

— Ты мне нравишься, Хельга. Храбрая. Не каждая рискнет подать руку принцессе орков.

Она что, орчиха?! Серьезно? Еле сдержала глупый вопрос, о существовании эльфов. Вместо этого, спросила другое:

— Спасибо. А что тут такого?

Улыбка орчихи стала шире.

— Поладим, — вынесла она вердикт и добавила, переходя на неофициальный тон: — Отлично выглядишь, Хельга.

— Ты тоже.

Я отметила, как идет ей легкое утреннее платье канареечного цвета, больше похожее на пеньюар. Это не может не радовать. Значит, и мне впредь не придется паковаться в триста юбок сразу.

Махнув на прощание, новая знакомая скрылась в арке напротив, мы с ней, оказывается, соседи.

— Диали, вы в порядке? — встревоженная лисичка выскочила из покоев.

— Да, а что?

Карли даже растерялась.

— Вам не следовало выходить без меня! — Она покраснела. — Простите. Это я не должна была вас оставлять.

— Да в чем дело-то?

— Ваша соседка, — лисичка указала легким кивком арку, в которую вошла Орана. — Она может быть опасной.

— С принцессой орков, мы уже познакомились. Нормальная она…

Ресницы лисички испуганно захлопали.

— Карли, мы вроде бы спешим?

Камеристка встрепенулась.

— Да, идемте скорее!

Она так быстро зашагала по коридору, что я едва поспевала следом. Перед самым выходом из галереи что-то спикировало с потолка и размаху шлепнулось на мое плечо. Раздалось тихое: «Урр!»

Морфик! Напугал гаденыш! Хорошо, что у меня нет привычки орать, сейчас бы пришлось объясняться.

Покосившись, ничего не увидела, разве что… Ну конечно! На куртке добавился новый элемент отделки — тисненая эмблема на левом плече изображала распростершего крылья дракона, удивительно напоминающего одного моего хорошего знакомого. Мастер маскировки! Не знаю, хорошая ли идея брать морфа с собой, но сейчас уже ничего не поделаешь. Что-то подсказывает, у лис отличный слух, Карли может заподозрить неладное, если начнем препираться.

Достигнув лестницы, мы, вопреки ожиданиям, повернули не вниз, а наверх. Миновав еще несколько этажей, все время только поднимались. Высокий замок у драона Абданкена! Наконец, свернули в широкий коридор с плоским потолком, выход из которого заливал яркий свет. Здесь было ощутимо прохладнее, и я порадовалась предусмотрительности Карли, выбравшей подходящее случаю облачение.

В какой-то момент лисичка остановилась и, придержав меня за руку, тихо сказала:

— Диали Хельга, никому не рассказывайте, что не владеете магией. Не нужно, чтобы знали.

— Спасибо, — я благодарно стиснула ее ладонь и, кивнув на прощание, одна направилась к выходу.

Чем ближе подходила, тем сильнее колотилось сердце. Неосознанно ускорив шаг, буквально вылетела наружу. Боже! Даже дух захватывает!

Здесь оказалось что-то вроде пристани, с выступающими каменными пирсами, только вместо водной глади во все стороны расстилалось бескрайнее небо. То, что я вчера приняла за огромную тучу, просто потрясало воображение. Это было остров! Гигантский покрытый зеленью и парящий прямо в воздухе, остров! На нем скала, с которой срывался водопад. Над хрустальными струями клубился розовый в лучах восходящего солнца туман. Вода текла дальше и снова падала, теперь уже с края острова вниз, исчезая в непроглядном белесом мареве или же облаках, пока не пойму. Над островом кружили внушительных размеров птицы, а внизу на самой выступающей части виднелось сооружение, отдаленно напоминающее маяк.

Я смотрела и не могла насмотреться. То ли от ветра, то ли от переизбытка эмоций по щекам скатились две слезинки. Увидеть Париж и умереть? В Париже побывать так и не довелось, но, кажется, теперь я вполне готова к смерти. Ничего волшебнее увидеть просто невозможно. Именно в этот момент я осознала, что полюблю Флигенерде всей душой.

— Ну как, понравилось?

Подошел и встал рядом драон Дрейк Абданкен.

— Просто нет слов, — обратила восхищенное лицо к владетелю сего места, и покачала головой. — Ничего красивее в жизни не видела!

Я говорила искренне.

Его резковатые черты чуть смягчились:

— Прости, если задел тебя вчера. Я был несколько невежлив, это недостойное поведение.

Говоря это, мужчина смотрел куда-то вдаль и выглядел смущенным. Мистер рок-звезда не привык извиняться? А еще мне показалось, его что-то гложет. Дрейк, почувствовав мой пристальный взгляд, повернулся. Некоторое время мы играли в гляделки.

— Я не просилась сюда, у меня не было выбора. Точнее, был. Но…

— Я понял. Бальтазар умеет находить веские доводы.

Кивнула, решив не поминать былое. Если драон Абданкен вынужден заниматься подбором невест, наверное, уже на всяких дам насмотрелся, вот и меня не оценил по достоинству. Ладно, мужикам простительно. Взять хотя бы ту же Орану, я куда как менее колоритна, да к тому же не маг.

— Хельга, ты боишься высоты? — вопрос прозвучал неожиданно и даже чуточку коварно.

Демонстративно осмотрелась. Стою на длинном каменном языке, выдающемся метров на семь в никуда, и шириной здесь всего-то метра четыре будет. Причем нет никакого ограждения. И не боюсь ведь! Просто восторгаюсь видами.

— Нет, — ответила, с легким недоумением глядя в честные-пречестные глаза Дрейка.

— Вот и отлично, — он улыбнулся и коротко свистнул.

Одна из птиц над соседним островом, круто изменив траекторию, направилась в нашу сторону. По мере ее стремительного приближения я осознавала — и никакая это не птица. Это, мать его, самый настоящий драконистый дракон! Понятно. А я никакая не невеста, а банальный корм. Таких немагических никчемностей здесь у флигенердцев принято использовать в качестве завтрака для домашних зверюшек.

Темно-серая чешуйчатая тварь, похожая на крокодила-переростка, только в сто раз страшнее, приземлилась всего в несчастной паре метров от нас. Гигантские когти высекли искры, оставив на камне глубокие царапины. На морду ящера и глянуть было страшно. Крокодил-бульдог. Представили?

Впервые в жизни одолела такая паника, что я даже ориентацию в пространстве потеряла. Заново осознала происходящее, только когда почувствовала, как чья-то рука успокаивающе гладит по спине.

— Не бойся, Хельга. Дымок тебя не тронет, он смирный.

Ой как же неловко! Поняла, что пытаюсь вжаться в Мистера рок-звезду, насколько возможно, и ни за что не вспомню, каков был изначальный план. Может, я просто бежала, а он на пути попался? Ага, а чего тогда вцепилась мертвой хваткой? Держу, чтобы не упал случайно? Н-да… Неправильно вот так липнуть к драону Абданкену, прямо посреди его драонского двора, наверное… Представились «покерфейс»-лица стражников на стенах, которые тактично делают вид, что ничего не случилось.

Зато как уютно, и уже почти не страшно… И дракона так совсем не видно, особенно если не оборачиваться и глаза не открывать. Кстати, если еще и голову куда-нибудь подмышку засунуть, то этот самый Дымок ее уже не откусит. О том, что с такой пастью можно откусить не только голову, но и тело от головы, старалась не думать.

Дракон громко фыркнул, обдав теплом спину. Между прочим, через одежду из добротной кожи! Инстинктивно еще сильнее притиснулась к Дрейку, превращая объятия в настоящий медвежий капкан. Всерьез подумала, не обхватить ли его и ногами для верности? Если дракон нас сожрет, то теперь только вместе. А нечего!

— Хельга, не обижай дракошу, он просто хочет с тобой познакомиться.

— Ч-чего?! Неа!

Дрейк осторожно, но как-то подозрительно легко отодрал меня от себя и развернул лицом к морде зверюги. Или правильнее говорить рептилюги? Хорошо хоть не стал вперед подталкивать, так что я все еще напоминала прилипший к холодильнику магнитик. Мистер рок-звезда, приобняв меня левой рукой за талию, взял правую в свою и протянул вперед.

— Знакомься, Дымок. Это Хельга.

Откинула голову назад, желая не только спиной, но и затылком чувствовать надежную опору, и едва сдержалась, чтобы не начать вырываться. Дракон, в свою очередь, осторожно вытянул шею и как-то очень по-собачьи обнюхал мою ладонь.

Мамочки! Да у него только одна бошка с лошадь!

Отвлекла рука, соскользнувшая с талии выше, на миг прижалась крепче там, где отбойным молотком колотилось сердце.

Команду сопроводил небрежный жест рукой, точно муху отогнали, и дракон одним прыжком взмыл ввысь. Драон Абданкен повернул меня к себе лицом. Нахмурился:

— Хельга, ты так сильно его боишься?

Открыла рот, чтобы ответить и не смогла, чувствуя, что вот-вот позорно разревусь, как девчонка. Вдохнула поглубже, обретая самообладание. Недоуменно посмотрела на собственные руки, неизвестно как оказавшиеся на груди мужчины. Пальцы мелко дрожали. Сжала кулаки, унимая тряску, и взглянула Дрейку в лицо.

— В моем мире нет драконов.

Он совершенно неожиданно меня обнял, и сразу как-то хорошо и спокойно стало. Будто и не кружил над головой никакой гигантский ящер.

— Ни один дракон не нападет без команды, кроме диких и тех, у кого нет связанного хозяина. Но и дикий здоровый душой и телом дракон, не станет нападать, если не показывать страх и не бежать. Известны случаи, когда потерявшиеся дети отгоняли дракона простой палкой, хотя не стоит следовать этому примеру. Правда, как и у всех, бывают поведенческие отклонения, поэтому бдительность сохранять все же стоит. Также нельзя подходить к чужому дракону без дозволения хозяина или в его отсутствие.

— Как там? К собакам не надо поворачиваться спиной и лучше не гладить без спроса?

Наверное, и с булькрокодилами следует вести себя так же?

— Так и есть. Я бы хотел тебе помочь, но не могу совсем избавить от контактов с ними. Общаться с драконами придется, и часто. Опять же, контракт, провались он в Бьосангриф…

Я уже порядком успокоилась. Знать наверняка, что ничего не угрожает, все легче. А учиться, похоже, придется. Что ж, не впервой справляться со страхами. Теперь вот кажется, что Дымок — монстр куда как лучше и честнее того же Бальтазара. Тихонько и нехотя высвободилась из крепких мужских рук, и решительно шагнула вперед. Поди, не сожрет… Задрала голову и крикнула:

— П-привет, Дымок! Как жизнь?

Дракон тут же осторожно опустился передо мной, на этот раз никаких царапин и искр. Стало видно, в воздухе его держит не столько могучие крылья, сколько магия. Я протянула руку, теперь уже сама, и затаила дыхание, но не от ужаса, а от тяжелого запаха. Н-да совсем не похож на изящного морфика. Дюже грозен, но и по-своему красив. Ладонь коснулась крепкой гладкой чешуи между ноздрями. Там, где не было шипов и наростов. Осторожно погладила. Не знаю, чувствует ли он, вообще, сквозь такую-то броню? Послышался утробный звук: что-то среднее между лошадиным храпом и кошачьим мурлыканьем.

— Эм… Ему нравится? — стрельнула глазами в сторону драона Абданкена.

— Считай, что удостоилась высшей похвалы. Теперь можно лететь спокойно, выкрутасов не будет.

— Лететь?!

Вот тут-то я и поняла, как попала! Тем временем дракон по-особому изогнул крыло, уперев его в землю. Подхватив меня на руки, Дрейк лихо взбежал по нему, как по лестнице, и вскочил в седло, которое я раньше не заметила.

— Если сядешь по-мужски, будет удобнее, — шепнул он мне на ухо.

В этот же миг дракон сделал мощный скачок с пирса и камнем понесся вниз.

В ушах засвистел ветер, мир размазался в цветовое пятно. Нет, я не завизжала, не имею такой привычки. Даже на американских горках не ору. Крик есть, но как бы безмолвный. Внутренний. Когда, наконец, смогла вдохнуть, шепнула одними губами:

— Держи! Держи меня, пожалуйста, крепче!

Рука Дрейка тут же притиснула сильнее. Неужели услышал? Падение прекратилось, превратившись в плавный полет. Дракон надежно встал на крыло и лениво планировал вдоль соседнего острова, постепенно подлетая ближе и ближе. Оказавшись совсем рядом с громадиной, круто накренился и, отвернул, избегая столкновения. Мощно махнул несколько раз крыльями, мгновенно набрав высоту. Мы вышли из тени, прямо под лучи солнца. От открывшейся взору картины дух захватило, а все страхи разом отошли на второй план.

— Надень-ка, — драон Абданкен сунул мне в руки подобие очков. — Так намного лучше.

Мы летали долго, я даже потеряла счет времени, впитывая каждой частичкой души увиденное. О предстоящем испытании не говорили, Дрейк в основном или отвечал на мои вопросы, или рассказывал о своем мире. Он оказался прекрасным собеседником, и я от души смеялась над его историями или слушала затаив дыхание. Меня уже не смущало, что мы сидим вот так близко, прижавшись друг к другу. Что его рука согревает мне талию, а порой хватает и усаживает обратно, когда я с криками восторга вскакиваю в седле, совершенно привыкнув к подобному способу передвижения. Мне нравится слышать, как голос Дрейка, густым рокотом отдается где-то внутри меня. Нравится исподтишка подсматривать за выражением его лица, когда делает вид, что этого не замечает…

В какой-то момент Дымок приземлился на одинокий, дрейфующий остров. Совсем небольшой и весьма живописный. Погуляли немного, полежали на усыпанной цветами поляне, любуясь игрой разноцветных бабочек. Мне было хорошо, как никогда, но вместе с тем где-то глубоко внутри зарождалась тихая паника. Все это скоро кончится, и я не могу себе позволить влюбиться. Я ничего толком не знаю об этом мужчине, кроме того, что он мне глубоко симпатичен, а еще у него есть собственный дракон, посох мага и самопишущее перо. Да! А еще собственный инсаль с внушительным замком на закуску.

А у меня нет ничего, кроме сомнительных обязательств. Бальтазаров контракт! Опять же, как отнесется наследник к тому, что одна из потенциальных невест, неровно дышит к другому мужчине? А вдруг Дрейка за это покарают? Кстати, а с чего я взяла, что, вообще, ему интересна? Ну подумаешь, поулыбался и прокатил на драконе… У нас тоже мужики улыбаются и баб на тачках катают, только вот о любви там далеко не всегда идет речь.

— Хель? — позвал Дрейк, лениво пожевывая травинку.

— О чем задумалась?

— О предстоящем испытании. Разве мы не опаздываем? — я многозначительно глянула на перевалившее зенит солнце.

— Прибудем к самому концу, раньше там все равно делать нечего.

— Ты хочешь сказать, что испытание уже началось?! Я же нарушу условия контракта!

— Не нарушишь. Фактически это только отборочный этап. Из всех участниц всего тридцать девушек признает артефакт. Если, конечно, в этот раз наберется столько. Остальным уже сегодня придется отправиться домой.

— Домой? — ухватилась я за слово.

— Тебе у нас так не понравилось? — серые глаза чуть заметно сверкнули обидой.

— Что ты! Очень понравилось!

— Ладно, нам и правда пора. Я позабыл о времени.

Мы снова взгромоздились на спину Дымка и дальше летели молча, поддавшись внезапной грусти. Каждый думал о чем-то своем. Мимо на разных уровнях проносились большие и маленькие парящие острова, которые встречались все чаще. Появились и всадники, почтительно огибавшие нас по широкой дуге. Наверное, потому что Дымок значительно крупнее других драконов? Когда вывернули из-за очередного парящего острова, глазам открылось непередаваемое зрелище.

Еще один, воистину огромный остров — такого по пути не доводилось видеть. По центру возвышается сверкающий снежной белизной и золотом дворец. Легкий, воздушный, рвущийся вверх к небесам. Он точно был построен из воздуха или кружева. Покрытые золотом крыши ослепительно сверкали на солнце, а над центральной башней — самой высокой, кружили драконы. Они сновали туда-сюда, то приземлялись на многочисленных пристанях, то взлетали, унося на спине седоков. Кроме них, тут хватало и иных чудес. Чего только стоили лодки и корабли с ячеистыми парусами; суда, отдаленно напоминающие воздушные шары и дирижабли. Когда приблизились, я стала различать людей, похожих на ангелов, летящих на собственных крыльях. Хватало и тех, у кого крылья были искусственными. В общем, есть над чем задуматься.

Вокруг дворца концентрическими кругами раскинулся утопающий в зелени и цветах город тоже сплошь белокаменный. Мы долетели до самого дворца, и опустились на одной из ближайшей к Драконьей башне пристаней. Дрейк спешился сам и помог мне. Только сейчас я увидела такие же жуткие шпоры на его сапогах, как и у того «мушкетера». Оказывается, они вставляются в особые зазоры в сбруе дракона, удерживая седока в седле, а на земле просто складываются, чтобы не мешали.

Едва коснувшись земли, Дрейк развернул длинный плащ, до этого момента ловко смотанный на спине наподобие рюкзака, и накинул глубокий капюшон на голову. Тот скрыл его лицо почти до самого подбородка. Дымок тут же взлетел, присоединяясь к круговороту других ящеров, а к нам уже спешил какой-то человек в мундире и при мече.

— Изгнанник, вас уже заждались! Идемте скорее, — обошелся он без приветствий и тотчас поспешил обратно, мы — следом.

Изгнанник? Что это еще значит?

— Хель, — Дрейк придержал меня за локоть, чуть отставая. — Есть вопросы, которые нужно решить до того, как окажемся у артефакта.

— Я вся внимание? — что-то насторожило в его словах.

— Ответь, ты что-нибудь подозрительное видела в моем кабинете? Что-нибудь трогала? Кто-то туда входил? — он даже остановился и ухватил меня за плечи.

Я еле сдержалась, чтобы не посмотреть на придавленного его ладонью морфа, который продолжал притворяться эмблемой. Что делать? Не время. Недостаточно я еще разобралась во всем этом. Надо сначала спрятать морфика, а потом уже и выяснять детали.

— Молнии. Они вдруг засверкали по углам комнаты, и я испугалась, — не стала открывать всей правды.

Кивнула, чтобы не развивать тему, но, кажется, Дрейк мне не особо поверил. Стыдно-то как…

— Ладно. Ты права, не время и не место, — озвучил он мои собственные мысли.

Легкий и воздушный дворец, показался полной противоположностью суровой мощи замка драона Абданкена, хотя после природных красот Флигенерде, меня было сложно удивить. Может, позже смогу оценить убранство, сейчас же мешают тягостные мысли, которые всколыхнул Дрейк.

— Прошу, — наш провожатый указал на одну из арок, затянутую такой же непрозрачной перламутровой пленкой, как и та — в моих покоях.

Драон Абданкен снова притормозил:

— Когда окажемся в зале артефакта, просто помалкивай и выполняй указания жреца. Я сам тебя представлю. Впредь называйся только так и никому не говори, откуда ты родом.

— Легко сказать, когда тут кто угодно способен прочесть мои мысли, — закинула я удочку.

Пусть пока думает, что я сама об изменениях не подозреваю, а заодно проверю так ли это. Вдруг меня просто умело водят за нос?

— Уже нет. Уверен, теперь это невозможно, сам пробовал.

— И что это значит? — не смогла скрыть возмущения.

— Магия нашего мира тебя меняет, — охотно пояснил драон Абданкен. — Впрочем, это нормальный процесс.

— Я не об этом! Зачем тебе лично мои мысли понадобились?

Дрейк улыбнулся из-под своего капюшона. Это получилось загадочно и как-то оч-чень соблазнительно. Нет, не так, как тогда. Когда я, точно обезумевшая мартовская кошка, на него отреагировала. А просто соблазнительно, по-человечески. В хорошем смысле. Сглотнула, глядя на его губы. Кстати, не помню ни строчки о том, что должна хранить наследнику верность. Да гори синим пламенем этот контракт! Я так хочу поцеловать Дрейка, и будь, что будет…

— Драон Абданкен, поспешите. Умоляю!

Голос провожатого разрезал сгустившийся между нами воздух. Оказывается, он никуда не делся, и теперь едва ли не пританцовывал от нетерпения. Того и гляди, начнет нас в спину подталкивать. Дрейк шагнул в арку первым, и я за ним следом. Где именно мы очутились, осознала не сразу. Отчасти, потому что обзор закрывала широкая мужская спина в плаще. Отчасти, потому что ко мне ринулась целая стая лупоглазых стрекоз. Они принялись облетать нас по кругу, а одна уселась прямо на плечо — туда, где еще недавно изображал эмблему морфик. Но сейчас его не было! Куда же и когда подевался мой подопечный?

Подумав о морфе, отчего-то вспомнила и напутствия Карли. И, пока никто меня не видит, быстро вынула из волос шпильку, что держала сетку, покачала головой, помогая волосам выпрямиться.

— Изгнанник, — заставив вздрогнуть и отвлечься, пророкотал низкий голос, от которого, казалось, затряслись стены. — Зрители заждались. Представь нам скорее последнюю претендентку. Надеюсь, ты не потерял ее по дороге? Ума не приложу, отчего ее со всеми прочими не отправил, неужто в портал не пролезла?

Как же язвительно прозвучало! Все еще подозревая, что морфик просто переменил обличие, протянула стрекозе палец, и та бесстрашно на него перебралась, уставившись на меня огромными фасеточными глазищами.

— Клякса? — шепнула едва слышно, но насекомое ничем не выдало своей принадлежности к виду морфов.

— Я доставил диали Хельгу Ферро в целости и сохранности, тогда, когда посчитал нужным, — ответил невидимому мне громогласному гиганту Дрейк.

Ферро? Это он так Железнову исковеркал? Звучит как-то по-французски. Впрочем, неплохо. Новый мир, новое имя, новая жизнь. Новая — я.

Драон Абданкен тут же отошел в сторону, открывая присутствующим мою скромную персону, стрекоза тоже вспорхнула и зависла в непосредственной близости, продолжая лупато таращиться. А моему взору, наконец, предстало помещение, где предстояло пройти отборочное испытание. Больше похожий на просторную пещеру зал, но не мрачную, а, наоборот, светлую. Неровные каменные стены местами отсутствовали, и в эти промежутки снаружи задувал свежий ветер и проникал солнечный свет, пятная каменный пол густыми тенями там, где лучи встречали на своем пути преграду.

Кажется, не наступит то время, когда я перестану удивляться богатству и разнообразию жизненных форм Флигинерде. Чуть в стороне справа от меня прямо в воздухе зависло странное существо, похожее на небольшого росточка субтильного мужчину с живыми глазами, длинным сегментированным хвостом и неуловимо мелькающими стрекозиными крыльями. Он живо дирижировал сразу четырьмя руками, а вокруг вилась целая стая стрекоз. Стрекозел, как я его тут же окрестила, был весь какой-то юркий и нервный, он то и дело опускал одну пару рук, оправляя полы явно неудобного сюртука, а перед ним прямо в воздухе застыл лист бумаги, на котором шустро строчило перо вроде того, что мне уже доводилось видеть у Дрейка.

Но я быстро позабыла даже о нем, когда взгляд привлекло нечто совершенно удивительное и прекрасное. В центре пещеры, разбрасывая мерцающие искорки, светилось не что иное, как артефакт. Тот самый, что звался Рр’ах Атмин — дыхание звездного дракона. Тот, чья сохранность гарантировала существование этого мира…

Больше всего артефакт напоминал огромный — от пола и до потолка граненый кристалл неправильной формы. Будто от некогда цельной драгоценности неосторожно откололи приличный кусок, сотканный из уплотненного голубовато-фиолетового света и воздуха. Вокруг по орбите вращались кристаллы и кристаллики поменьше, вплоть до осколков размером с пылинку. В самом сердце артефакта я видела настоящую вселенную…

— Давайте поживее с этим покончим! — бесцеремонный громоподобный голос разрушил все очарование. — Из-за вас я обед пропустил!

Моргнула, наконец, встретившись взглядом с его обладателем. И никакой это вовсе не гигант! Оказалось, звуки пароходного гудка издает весьма невысокого роста коренастый мужчина, с пышной, заплетённой в вычурные косы бородой и густыми. Падающими на глаза бровями. Вылитый гном!

— Простите, драон… — сочла необходимым извиниться и украдкой покосилась на Дрейка.

Точнее, на его губы, которые только и были мне видны из-под капюшона.

— Не драон. Жрец-хранитель, диали Ферро, — ворчливо прогудел Гном, раздраженно отмахнувшись от вездесущих стрекоз. — Подойдите скорее.

Будто не вытерпев, жрец сам поспешил навстречу. Ухватив меня за руку гипертрофированной ладонью-лопатой, почти потащил за собой. Я преодолела разделяющее нас расстояние, чувствуя на себе взгляды. Присутствующих было не так чтобы много. Насчитала человек десять, но яркий свет, льющийся снаружи, не давал толком их разглядеть. Только резко очерченные силуэты, по которым едва можно было определить — где мужчины, а где женщины.

— Встаньте сюда. Смотрите в центр артефакта. Ни о чем не думайте, для вас это должно быть несложно.

Вот ведь язва бородатая! Мило улыбнувшись, ответила:

С удовольствием вернулась к созерцанию вселенной внутри артефакта, чувствуя приятную щекотку между лопаток и покалывание в кончиках пальцев.

Не помню, как и когда растворилась в ней настолько, что ощутила себя воистину огромным существом, с сердцем-артефактом, удары которого отдавались в ушах, и расходились рябью по распростертым над мирами крыльям.

Послышалось похожее на стон любви протяжное «А-ах!..»

— Довольно! — Будто сквозь вату донесся встревоженный голос драона Абданкена.

Я распахнула глаза, заозиралась по сторонам, не понимая, что происходит. Пошатнулась. Кто-то тут же поддержал за талию. Это Дрейк. Чувствую его запах. Хорошо… Странное раздвоение сознания отступило не сразу. Перед внутренним взором еще мерцали звезды и туманности, рождались и умирали миры. Замутило было, но порыв ветра снаружи, обдал прохладой лицо, и сразу снова стало легче. Окружение тоже постепенно обретало резкость. Убрал руку и отступил в сторону пришедший мне на помощь драон Абданкен, и тут же склонил голову, приветствуя превосходящего по рангу.

К нам не спеша двигался один из силуэтов. Внушительный рост, широкие плечи — мужчина. Чем ближе он подходил, тем сильнее проявлялись, становились четче черты. Длинные, чуть волнистые волосы, в которых всполохами играют фиолетовые отблески света артефакта. Мужественные черты лица, губы так похожие на те, что были видны мне из-под капюшона…

Уставилась на них, уже не в силах отвести взгляд, а внутри будто что-то оборвалось и полетело в пропасть. Достигнув дна, откликнулось внезапным желанием. И все… Сорвало крышу, как тогда в кабинете у Дрейка, только с одной разницей: теперь я не транслировала свои эмоции и мысли на всех вокруг. По крайней мере, очень надеюсь, что это мое состояние осталось тайной. Наверное, так и было для всех, кроме… Драона Абданкена. Молча развернувшись, он быстрыми шагами покинул помещение, оставив меня один на один с незнакомцами.

Я едва обратила внимание на его уход. И на то, как тихо растворились в арке остальные, исчезли даже Гном и Стрекозел со всеми своими стрекозами, оставив нас вдвоем. А я застыла, не в силах дышать, не в силах оторвать взгляда от соблазнительного изгиба губ. Тем временем внутри шла борьба не на жизнь, а насмерть: здравый смысл сражался за меня с нездоровыми инстинктами.

— Хм, обиделся… — произнесенные незнакомцем вслух слова, как ни странно, помогли справиться со идиотским режимом мартовской кошки. — Да, мы с братом почти не похожи, хоть и выросли в одной утробе. — Незнакомец по-своему расценил мое молчание. — Я Лайонел Рейгель, прекрасная диали Хельга. Тот самый несчастный жених, — невесело улыбнувшись, мужчина развел руками.

— Дрейк, на меня обиделся? — отчего-то это первое, что я произнесла вслух и обернулась, посмотрев на затянутую перламутровой пеленой арку.

Стоп! Если Мистер рок-звезда так отреагировал, значит, я ему не безразлична? Нет, конечно, глупо думать о возникшем за столь короткое время чувстве, но искра между нами определенно проскочила, этого нельзя отрицать. Мысль оказалась приятной, и я улыбнулась, но тут же расстроилась, ощутив себя виноватой. Блин!

Снова повернулась к собеседнику, гадая, что ему нужно. Потенциальный жених и наследник престола, надо сказать, оказался весьма хорош собой. И, слава богу, никаких стрекозиных крыльев, лисьих хвостов или козьих морд не имел. Ну а мало ли? Тут чего угодно можно ожидать. Стоило только подумать о Лайонеле Рейгеле, как о мужчине, и снова в животе запорхали бабочки. Медленно и глубоко вдохнула. Да что ж ты будешь делать! Наследник же с интересом меня рассматривал, точно кот диковинную птицу, по ошибке залетевшую в форточку, явно раздумывая, съесть сразу или немного поиграть.

Стало как-то неуютно, и чтобы разрушить неловкую паузу, шагнула чуть ближе к артефакту и спросила:

— Странное испытание. Я так и не поняла, прошла его или нет?

Пожалуй, именно этот вопрос сейчас должен волновать меня больше всего. Ведь так?

— Еще как прошли, диали Ферро! Такого еще видеть не доводилось, хотя сегодня и насмотрелся на много лет вперед — претенденток было больше трех сотен. Признаться, успел заскучать, и лишь чувство долга удержало на месте. А брат хитро поступил, доставив вас сюда последней.

— Ничего не понимаю.

— И не нужно, со временем во всем разберетесь. — Наследник подошел сзади, его руки осторожно легли мне на плечи. Погладили. — Что-то я притомился, Хельга. Не желаете составить вероятному мужу компанию на прогулке?

Если отринуть накатывающие волнами нездоровые животные инстинкты, больше всего на свете мне хотелось убежать и разыскать Дрейка. Но что-то подсказывало, не самая хорошая идея отказывать в такой малости наследнику. Ладно. Они тут вроде не похожи на дикарей. Даже демон на мою честь не покушался. Надеюсь, так будет и впредь, а Лайонел Рейгель не станет исключением.

…Не то она, честь, того гляди не выдержит и радостно сдастся…

— Диали Хельга, желаете взглянуть на Драконью башню?

Блин, отчего мне предложение кажется пошлым?

— А там есть драконы? — изобразив восторг, буквально заставила себя высвободиться из рук Лайонела и повернулась.

Мне подарили снисходительный взгляд, так смотрят на несмышленых детей. И правда, заданный вопрос достоин силиконовой блондинки, что-то я на глазах деградирую… А то, что там драконы, это как раз хорошо. Надеюсь, один вид грозных ящеров отобьет мне все желание…

Просто отобьет желание.

— Идемте скорее, драон Рейгель. Мне не терпится взглянуть на драконов.

Кстати, никто мне не объяснил, как здесь принято обращаться к наследнику, а тот не поправил. Ну и ладно, поди голову за такое непочтение не отрубят?

Следуя за Лайонелом Рейгелем, я снова миновала арку, затянутую мутной перламутровой пленкой, и остановилась.

— Вас что-то тревожит диали?

— Нет, все нормально. Идемте.

Дрейк уже успел рассказать, что на самом верху Драконьей башни расположены несколько этажей с инкубаторами, где в непосредственной близости от Р’рах Атмин созревают самые ценные экземпляры. Именно здесь рейтары — драконьи наездники выбирают себе спутника на всю жизнь. Дикие или выращенные в другом месте драконы, редко для этого годятся, с ними не возникает магическая связь. Инициация сейчас возможна только в непосредственной близости от Р'рах Атмин. В стародавние времена вроде как было иначе, а место и происхождение рептилии не имело значения.

— Поэтому каждый дракон, родившийся здесь, такой ценный, — резюмировал Лайонел, едва ли не слово в слово повторив мне эту историю, пока поднимались по каменным ступеням винтовой лестницы.

На середине он вдруг остановился и, безо всякого предупреждения прижав меня к стене, поцеловал. От прикосновения губ наследника потеряла связь с реальностью окончательно. Пока всеми силами и остатками здравого смысла боролась с цунами ощущений, которое породило внутри его нехитрое действие, все закончилось. Лайонел Рейгель, выпустив меня, поднялся на ступеньку. Пытаясь отдышаться, принялся ерошить волосы, разглядывая потолок. Выглядел он, точно нашкодивший мальчишка.

— Надеюсь, вы простите мне эту вольность. Просто захотелось.

Вот есть такой тип мужчин, которым за одну лишь улыбку женский пол способен спустить с рук любое хулиганство. Принц уже повернулся, желая идти дальше, когда я смогла собраться настолько, чтобы хоть как-то обсудить произошедшее.

Что-то слабо толкнулось в плечо, и мир словно преобразился. Точно спало душное марево, а Ольга Железнова, наконец, перестала расплываться теплой лужей. Мужчина рядом определенно был хорош и все такое, но отдаться ему прямо здесь и сейчас больше не тянуло.

— Драон Рейгель, смею ли надеяться, что ничего подобного больше не повторится, до окончания мероприятия?

Наследник остановился на полушаге. Повернулся всем корпусом, возвышаясь надо мной своим немалым ростом, увеличенным разницей в пару ступеней. Одна половина его лица была освещена, вторая тонула в тени:

— Мероприятия? Хм. — Он как-то совершенно иначе на меня посмотрел и пророкотал эротично так: — Обещать не стану, но постараюсь тебя не обидеть.

Расплывчато, сомнительно, но и то хлеб…

Наследник двинулся вперед, а я, наконец, смогла глянуть на свое плечо. Так и есть! Там снова красуется неприметная эмблема — искусно выделанный из кожи дракон. Почувствовав внимание, он подмигнул мне одним глазом, прежде чем вновь притвориться элементом одежды. Осенило: это морфик меня защищает! Именно его присутствие развеяло эротический туман или флер. Вопрос: зачем Дрейку и Лайонелу такое понадобилось, ведь и без того мужики видные? И еще, они так на всех действуют, или только на меня одну? Надо при первой возможности разузнать о методах магических воздействий и обзавестись каким-нибудь защитным амулетом. Если по чужой воле можно вешаться на шею к незнакомому мужику, то и с крепостной стены сигануть вниз тоже можно. Брр!

Лайонел пока больше не выказывал никаких неожиданных порывов из категории «просто захотелось». Он показал мне гнезда, в которых лежали драконьи яйца самых разнообразных расцветок. Потом мы поднялись на этаж выше и долго любовались на неуклюжих, попискивающих и совсем неказистых пока драконят. Тут я совсем позабыла о своих страхах и времени.

— Поднимемся на самый верх? Оттуда открывается чудесный вид, там и пообедаем или уже поужинаем.

Не стала отказываться, есть и правда хотелось зверски.

Мы миновали еще один этаж, и морфик на плече едва заметно дернулся. Принц явно не собирался показывать это помещение, и я поинтересовалась:

— А там что?

Обернувшийся Лайонел погрустнел.

— Там мало хорошего, диали Ферро. Не думаю, что нам стоит заходить, аппетит испортится.

Наверху, на открытой площадке нас уже ждал небольшой столик в специально отгороженном месте на самом конце далеко в сторону выдающегося пирса. Отсюда открывался потрясающий вид на раскинувшуюся у подножья башни столицу и дальше, на кутающиеся в облаках острова. Солнце уже устремилось к закату, залив все вокруг мягким оранжевым светом. Красиво, но после полета с Дрейком этим меня уже не удивить. Мы расселись, принялись вкушать яства. К слову, никто не стал мучить разнообразием приборов, но невольно я беспокоилась все больше, отчего аппетит пропорционально уменьшался. Чем закончится этот вечер, и не пора ли мне домой?

— Хотите взглянуть, что в мире творится? — нарушил тишину наследник.

Я едва не подавилась салатом. Сделала глоток терпкого с кислинкой сока из незнакомого фрукта и только потом спросила:

— У вас что, есть телевиденье?

— Не знаю, о чем ты, но маговиденье точно имеется. Свой маговизор я всегда ношу при себе, иногда очень полезная штука, но можно и для развлечения использовать.

Я ожидала яблочко по блюдечку не меньше, но Лайонел вынул из кармана небольшую плоскую коробочку, похожую на серебряный портсигар, открыл и сыпанул содержимое в сторону. Посмотрел пристально, на зависшие в воздухе блестящие фрагменты, и те сами принялись складываться в полотно. Они удивительным образом напомнили мне о сотах и… стрекозах. Все происходило настолько быстро, что уже через пару мгновений в воздухе повис большой, почти как в кинотеатре экран! Завороженная, я наблюдала за творящейся магией. Вот так вот! Ничто человеческое флигенердцам не чуждо.

На экране тем временем проступило изображение замельтешили, забегали какие-то фигуры, затем показалась миловидное веснушчатое лицо. Раздался голос диктора:

— А теперь о главном, — заявила остроухая коротко стриженая блондинка до боли знакомой с детства интонацией. — Сегодня стартовал долгожданный конкурс невест. Совсем скоро самый завидный холостяк империи, наследник и будущий дракон-властитель Лайонел Рейгель окажется связан брачными узами.

На экране крупным планом возник самодовольно улыбающийся принц. Оригинал напротив меня поморщился и с кислым выражением лица отложил вилку. Виновато пояснил:

— Ничего не могу поделать, приходится участвовать во всем этом. Народ должен знать, что происходит, а болтунам только того и нужно.

— Позади первый этап отбора, — продолжал голос диктора за кадром, а нашему взору предстала пещера Р’рах Атмин, но теперь там было яблоку негде упасть. Девушки, разодетые в пух и прах, теснились, кучковались, косились друг на друга и перешептывались, отчего в помещении стоял равномерный гул точно в улье. От нарядов пестрело в глазах, от разнообразия лиц и обликов — тоже. Бледные и, наоборот, почти черные. Красные, зеленые, синие. Острые уши, длинные когти, витые рога, татуировки везде, где только возможно. Закрытые наглухо целомудренные наряды и, напротив, такие, которым на мой неискушенный взгляд самое место в спальне.

Среди наиболее ярких кандидаток показали и Орану. Безупречного вкуса принцесса орков с независимым видом стояла одна, а вокруг образовалось пустое пространство.

— Как и заведено, артефакт одобрил только тридцать девушек, пусть и не сразу, — вещала репортерша. — Опасения, что женой будущего дракона-властителя может стать только иномирянка не подтвердились, и среди одобренных Р’рах Атмин девушек оказались несколько наших соотечественниц.

— Сами удивились, — пояснил Лайонел. — Все на это указывало, но, похоже, флигенердкам дали шанс.

Тем временем мелькали кадры предварительного отбора. Басил Гном, в своей не слишком вежливой манере командуя невестами. Одни, робея, заходила за очерченную вокруг артефакта линию, другие — высоко подняв голову. Ждали некоторое время, а затем либо окутывалась мерцающим сиянием, либо сразу отскакивали назад как ошпаренные. Таких мгновенно списывали со счетов. Они не успевали выйти из зала, как тут же раздавался монотонное: «Следующая!»

Невест было много, и процедура изрядно затянулась. Полет-прогулка на драконе над островами в компании приятного мужчины, охотно рассказывающего обо всем на свете, или толкотня в духоте в ожидании своей очереди? Выбор очевиден.

— Похоже, мне стоит поблагодарить драона Абданкена за то, что не пришлось потратить впустую столько времени.

— Абданкена? — Лайонел как-то зло глянул на меня и почти что рыкнул. — Рейгель он! До сих пор не пойму, какого Бьосангрифа отцу понадобился весь этот фарс с изгнанием.

Я даже вздрогнула, но все же спросила:

— Вы близки с братом?

— Хм, ну Дрейк не раз вытаскивал мой з… Кхм! Помогал мне в сложных жизненных ситуациях.

Внимание снова привлек сюжет на экране

— Неожиданностью стал кандидатура тридцатой невесты, она появилась самой последней, когда остальные уже покинули пещеру. Всех прочих кандидаток артефакт отверг. Диали Хельгу Ферро доставил драон Дрейк Абданкен, он же Изгнанник, как негласно зовут его в народе..

На экране фигура Дрейка, закутанная в темный плащ, скрытое капюшоном лицо на миг показали крупным планом, заставив сердце пропустить удар. Я покосилась на морфика, отметив, что тот никуда не делся. Значит, это моя собственная реакция? Вот мужчина отошел, и я увидела себя со стороны. В тот же миг ракурс изменился. Вынув шпильку, я покачала головой, расправляя волосы и повернулась, глянув на зрителей сверху вниз. Съемку явно замедлили, судя по тому, как неспешно моргнула. Мастерски! Даже мурашки побежали.

Подтверждая мои мысли глаза наследника замасленели.

Тем временем я уже шла к артефакту. Стоило пересечь черту, как меня окутало сияние. Приподнявшись над землей на полметра, я зависла, раскинув в стороны руки. Выгнулась, откинув голову, и испустила тот самый блаженный стон, что послышался тогда будто со стороны. О боже! А лицо-то какое при этом! Даже неловко…

Наступила моя очередь краснеть и откладывать вилку.

— Такого еще за всю историю отборов зафиксировано не было! Это определенно добрый знак. — Восторженно комментировала диктор. — Следующие эксклюзивные кадры, вы можете увидеть только у нас!

Кстати, я так и не поняла, когда и как все это засняли? А на экране снова я за несколько минут до. Смотрю прямо в камеру и тихонько произношу: «Клякса?»

Стрекозы! У меня даже внутри все упало. «Это провал, подумал Штирлиц». Хорошо, хоть на весь мир не назвала морфа Морфом…

— Вот вам и еще одна загадка, — не унималась диктор. — Что за заклятье произнесла диали Хельга Ферро перед самым испытанием? Могло ли оно повлиять на происходящее? Почему ее выделил наследник и еще до первого настоящего испытания пригласил на ужин?

— На обед, — сморщившись, поправил Лайонел и тяжко вздохнул. — Все-то они знают! Внимание тебе обеспечено, но поздравлять не стану.

Я сглотнула, окончательно теряя аппетит. Вряд ли для меня это обернется чем-то хорошим.

Дальше новости пошли по кругу, показали отрисованные дворцовым художником портреты участниц, прошедших отборочное испытание. Мой, кстати, у них был тоже и не слишком мне понравился. Наверное, наспех рисовали. И когда только успели? Диктор сказала, во сколько можно будет пересмотреть полную версию предварительного этапа отбора, а затем перешла к другим новостям.

— Оракулы сразу четырнадцати инсалей как один утверждают, что будущий правитель обретет свою истинную пару, и строят иные предположения одно другого невероятней.

На экране замелькали лица: бородавчатая старуха, бледная как мел девушка с жуткими глазами без зрачков и длинными спутанными волосами. Разбойничьего вида мужик, никак не ассоциирующийся у меня с оракулом, дева-бабочка… — все они что-то вещали, но их перекрывал голос диктора, огласившего обобщенное мнение.

— Болтуны! — Лайонел досадливо махнул рукой, и экран принялся распускаться как бабушкин шарфик, маленькие с половину ногтя детальки ниточкой втягивались в серебряную коробочку. Три удара сердца и вместо экрана глаз снова радует небо и закат.

— Хельга, ответь мне на один вопрос.

— Слушаю, драон Рейгель.

— Ты хочешь победить?

Признаться, не сразу нашлась, что сказать, и некоторое время выдерживала его пристальный взгляд.

— Сделаю, что смогу, — отвечая, смотрела на горизонт.

— Понятно. Тебе пора возвращаться, нельзя опоздать на первый совместный ужин невест. Идем, провожу.

Мы спустились назад в зал артефакта, вышли сквозь мерцающую перламутровой пеленой арку и оказались в большом холле, где снова были арки — целый ряд.

Не в чести у них тут обычные двери, что ли?

— Спасибо за ужин, диали Хельга. С вами я отдохнул душой.

— Благодарю за оказанную честь, драон Рейгель.

Я изобразила что-то отдаленно похожее на поклон. Не знаю, как здесь принято общаться с королевскими особами, но, думаю, так будет правильно.

— Наедине зови меня Лайонел.

Принц подошел к одной из арок и сделал приглашающий жест.

— Этот переход доставит тебя прямо в главный холл Оплота Изгнанника. Сюда можно попасть точно так же, но я вполне понимаю, почему Дрейк поступил иначе.

— До свидания, Лайонел.

— До скорой встречи, диали Хельга.

Принц остановил, когда я уже шагнула в пелену.

— Постарайся выиграть, — он хитро подмигнул.

Ответив улыбкой, заодно невзначай проверила, со мной ли морф. Вопреки опасениям, Клякса примерно изображал эмблему. Хорошо. Теперь можно спокойно возвращаться. Продолжая улыбаться, я шагнула сквозь портал, но на душе вовсе было не так безмятежно, как старалась продемонстрировать принцу. От проявления повышенного внимания со стороны будущего правителя, становилось дурно. Их ведь и обидеть лишний раз нельзя, раскатают и не заметят. Почему-то мне кажется, это во всех мирах одинаково устроено.

Сразу подумалось о Дрейке. Надо же! Оказалось, Мистер рок-звезда — изгнанник и одновременно родной брат будущего императора, да еще и старший. О, боже! Это ведь именно он должен сейчас быть на месте Лайонела. Я даже остановилась, осознав, как неприятна мне эта мысль. Воистину ситуация хоть плачь, хоть смейся. Отступив в сторонку от арки, — не хватало обратно во дворец провалиться, — прислонилась спиной к стене. Интересно, у них тут есть психолептики? Что-то сама уже не справляюсь, нервной системе потребен допинг.

Поставленный женский голос выдернул из размышлений:

— Диали Хельга! Что вы тут делаете? Или думаете, теперь вам дозволено каждый раз опаздывать?

Передо мной высоко подняв голову стояла миниатюрная старушка. Хотя нет, назвать ее старушкой язык не поворачивался. Прямая осанка, горделиво поднятый подбородок, несколько старомодная, но сидящая по фигуре и определенно дорогая одежда. Седые волосы, прибранные в аккуратную прическу, и кокетливо выпущенная прядь. Испещренное морщинами лицо с необычайно живыми глазами. Пожилая аристократка, вот что сразу приходило на ум. Вздернув бровь, она снисходительно на меня глянула сквозь драгоценного вида лорнет.

— Простите, диали…

— О, звездный! Что за невежда? — пробормотала женщина, подняв очи горе. — Ко мне следует обращаться деора Агенси. Вы бы это знали, диали Хельга Ферро, если бы сегодня утром не проспали завтрак. Как и то, что я старшая сваха императорского двора. О времена, о нравы!

Я не проспала завтрак! Кашлянула в кулак, решив, что если выматерюсь, то окончательно упаду в глазах старейшей… Тьфу! Старшей свахи. Интересно, кто ей наболтал о том, что я проспала? Тем временем деора Агенси, тяжко вздохнув, смилостивилась.

— Переодеться вы уже не успеваете, режим есть режим. Идемте ужинать, заодно и познакомимся.

Развернувшись, она направилась к арке в противоположной стене. Н-да… Любят же тут все-таки порталы. Миновав вслед за ней очередную перламутровую пелену, я очутилась в просторной и светлой столовой. Высокие потолки, большие распахнутые настежь окна, за которыми догорал закат. Повсюду волшебные огоньки. Длинный уже накрытый стол и девушки, если можно так назвать сидящих за ним существ разных рас. Ладно, буду называть их просто невестами.

Все как одна замолчали и повернули в мою сторону головы. Доброжелательно смотрела, наверное, только Орана. Н-да… Чую, здороваться с ними нет смысла. Похоже, они все уже видели новости, и вряд ли мне пожелают того же.

— Не стойте же, присаживайтесь! — поторопила деора Агенси.

Свободного места меж тем я не обнаружила, но не успела уточнить этот момент.

Принцесса орков призывно махнула рукой и нехорошо так исподлобья глянула на соседку слева. Похожая на человека рыжеволосая девушка, побледнела и поспешно уступила мне стул, одарив недобрым взглядом.

— Диали Аспилата Орд! — как заправский прапорщик рявкнула сваха. — Первое предупреждение! Попытка нанесения физического или магического вреда карается исключением с пожизненным лишением права участия в отборах невест Флигенерде и штрафом эквивалентным нанесенному ущербу.

— Простите, — классическая рыжая ведьмочка, хрупкая и зеленоглазая, мило стушевалась, а затем повернулась ко мне и уже с совершенно наглым выражением лица выдала: — Извини, рефлексы.

— Когда это у ведьм досточтимого рода Орд стало принято насылать порчу рефлекторно? — не спустила ей с рук сваха. — Пожалуй, стоит заслать в вашу общину мага-ревизора.

— Простите, такое больше не повторится!

Девушка покаянно поклонилась, скрестив на груди руки

Нормально! Тут я надо сказать сильно напряглась, по-новому оглядев невест. Острые уши, у двоих даже рога, фантастические лица отдельных девушек подсказывали — каждая может быть очень опасной. Я ведь совсем не умею защищаться от магии. Да я даже не понимаю, что мне причиняют вред! Принялась себя осматривать, прислушиваясь к ощущениям. Порча в нашем мире это что-то такое, во что вроде и не веришь, а как-то не по себе становится при одном упоминании.

— Не беспокойтесь, диали Хельга. Ваша защита сработала безупречно, никаких последствий, — отмахнулась старушенция, и снова обратила строгий взор на рыжеволосую. — А вам, диали, всем стоит задуматься, что будет, если каждая начнет пакостить другой. Чем это закончится? К примеру, что сейчас было бы с вами, Орд, если бы защита Ферро не нейтрализовала, а зеркально отразило ваше воздействие?

Рыжая, было, открыла рот, но тут же его захлопнула, снова побледнев. Это чего она так испугалась? Неужто насмерть била?!

— То-то же! — назидательно изрекала деора Агенси.

А я задумалась, откуда у меня могла взяться столь надежная защита? Снова морф?

— Ужин стынет, — в очередной раз мне ненавязчиво напомнили, что я всех задерживаю.

Не заставляя себя уговаривать, я села рядом с Ораной, но теперь уже Орд осталась стоять.

— Что такое, диали Аспилата? — устало спросила сваха, устраиваясь во главе стола.

— Но… Здесь больше нет места, — возмутилась ведьма.

Притихшие девушки, затаив дыхание, наблюдали за развитием событий.

— Как же так? — делано удивилась деора Агенси, оглядывая стол. Всплеснула руками: — И правда! А ведь здесь точно было тридцать стульев для невест. Куда же один из них мог деться?

— Это Фло Миттернат его выбросила!

Вскочила остроухая… Э-э-э… Ну пусть будет эльфийка, лицо которой украшала необычная татуировка. Она обличительно ткнула пальцем, указав на темноволосую, бледную как мел, девушку, что сидела, уставившись в пустую тарелку.

— Взяла и выбросила прямо в окно!

Одна из эльфиек, сидевших ближе ко мне, чуть наклонилась к соседке и шепнула:

— Что за манеры!

— А что ты хочешь? Она только что из леса, — ответила ей вторая, и они обменялись снисходительными улыбками.

Справа от меня недовольно засопела Орана. Их переговоры пришлись не по вкусу принцессе орков.

Брюнетку я отметила сразу, еще и потому, что она единственная, кто так и не взглянул на меня. Заслышав обвинения, мрачная невеста подняла испуганное совсем юное лицо. В необычных кораллового цвета глазах блеснули слезы.

— Держите себя в руках, диали Фло, — с ноткой сочувствия в голосе предупредила сваха. — Необходимо быть сильной.

— Простите. Я не должна была так поступать… — раздался приятный, но исполненный печали голос.

Деора Агенси не дала ей договорить.

— Какой же трудный вечер! Вот что значит невесты-иномирянки. Я столько лет проводила отборы для самых уважаемых драонов, и никогда такого беспорядка не случалось! А ведь каждая из вас претендует на место императрицы! — Строго глянув на эльфийку-стукачку, она скомандовала: — Диали Эльталло, сядьте уже. — А потом куда-то в воздух: — Принесите стул для диали Орд!

Когда все угомонились, появились слуги, перед которыми левитировали подносы с едой. Каждой из нас подали разные блюда. У Ораны на тарелке оказалась внушительных размеров рулька, на которую принцесса уставилась чуть ли не с ужасом. Мне подали салат с морепродуктами. Креветки, если я правильно определила этих невероятно крупных морских гадов. Эльфийкам раздали плоды каких-то ярко-оранжевых фруктов, остальным тоже соответствующее предпочтениям.

— Поделишься? — шепнула принцесса орков, брезгливо отодвигая рульку в сторону.

Я еще была сыта, после позднего обеда с принцем, так что не стала жадничать:

— Конечно. Угощайся.

Когда все насытились, недовольная деора Агенси огласила дальнейшие планы. Знакомство переносилось на завтрак, и это было прекрасно, мне ведь еще легенду сочинять. После предстояло учиться. Из тридцати одобренных артефактом невест, только три оказались коренными флигенердками, да еще несколько иномирянок жили здесь давно и знали местные обычаи. Остальным нужно было срочно осваивать азы.

Помимо основных занятий, невестам предлагалось выбрать несколько дополнительных по своему желанию из предложенного списка. Но это меня беспокоило в меньшей степени, гораздо больше напугало первое же испытание, назначенное на послезавтра. Чувствую, на нем-то я и засыплюсь. Придется продемонстрировать магию, да не любую, а какое-то уникальное умение. Приплыли…

Так получилось, что столовую мы покидали последними. Стоило всем невестам скрыться в арке, как Орана, чинно и неторопливо вкушавшая листья салата, без суеты выудила откуда-то из складок юбки посудину с крышкой и поместила туда рульку.

— Сгодится, — немногословно пояснила она.

— Орана, у тебя есть что-нибудь от нервов? — спросила я запасливую орчиху, когда шли по коридору к нашим покоям.

Принцесса удивленно посмотрела на меня, будто что-то решая, и, наконец, ответила:

— Найдется, — она многообещающе ухмыльнулась.

Задорно так. Подозрительно.

Через десять минут, мы сидели у нее в покоях и пили весьма забористую штуковину из рюмочек, размером едва ли больше наперстка. Ну а что? Тоже своего рода успокоительное, если не злоупотреблять. Хотя размер посуды несколько смущает. Орчиха окончательно прониклась, когда я, не поморщившись, намахнула первый «наперсток» и не стала закусывать. Чай, не спирт медицинский. Орочья настойка отдавала горькими травами и имела заковыристое название «Ыгхыр’кхыр». Орана сказала, это значит «разорви-бошка».

Настойка под рульку шла хорошо, да и нервы расслабляла эффективно, настраивая на благостный лад.

— А ты кто в своем мире? — спросила разомлевшая принцесса.

— Необычное занятие для благородной харры.

Пьяненькая и зарумянившиеся Орана стала многословнее и все чаще переходила на родной язык. Впрочем, я ее прекрасно понимала.

— Да никакая я не благородная! — махнула рукой. — Нет в нашем мире подобных понятий.

— Да? — орчиха удивилась. — Это же как так?

— Лень объяснять, — ответила честно, чтобы не вдаваться в подробности земного мироустройства. — Может, в другой раз, под настроение?

Принцесса окинула меня помутневшим взглядом, а потом махнула рукой.

— Ну и ладно. За победу!

Мы чокнулись, выпили, снова закусили припасенной рулькой.

— Знаешь, я сегодня смотрела эти их живые картинки. Ну, про то, как артефакт одобрял невест…

Я подсказала:

— Новости.

— Ага. Диковина! Мы и тут, и вроде как там одновременно. Видала раньше такое?

Похоже, телевидение было для Ораны в новинку.

— Так ты тоже не из Флигенерде?

— Нет, конечно! Здесь нет орочьих орд.

— Иномирянка, значит? По контракту?

— Какой еще такой контракт? По приглашению. Отца удостоили великой чести, вот он и отправил меня.

— Вот как?

Оказывается, других приглашали, а меня приволок демон, да еще и связал обязательствами. Есть над чем подумать.

— Нехорошо они это сделали.

— Ага, — легко согласилась я и вдруг застыла.

Что?! Она тоже мои мысли читает?!

Покосившись на принцессу, на всякий случай уточнила:

— А что именно?

— Показали вас с наследником, тем самым изначально настроили против тебя остальных невест.

Выдохнула. Не читает Орана мыслей, просто рассуждает. Я, кстати, с ней совершенно согласна. Вспомнив о коварстве рыжеволосой ведьмы Орд, задумалась. Ну а что? Между прочим, мне сейчас преотлично усыпили бдительность. Напоили каким-то «хыкыхкыром» или «гыхынтыром». Тьфу! Бери тепленькой. Одна надежда — морф, если только он сможет хоть чем-то помочь. Однако, шевелиться желания не было, но я не смогла не спросить:

— Ну а ты, Орана? Что насчет тебя?

— Я в отборе участвую по воле отца, — орчиха погрустнела и уставилась перед собой. — Да и зачем мне наследник, спрашивается? Мелковат он…

— Так уж и мелковат!

Я прищурилась, сопоставляя габариты. Здоровенный это Лайонел, даже для немаленькой принцессы орков вполне.

— О! Это ты просто моего Раг Ши еще не видела. Какие у него ручищи! Будто две узловатые коряги. Силища — во! Врагов напополам может рвать. А как стиснет в объятиях, того и гляди душа тело покинет от восторга. А живот? Что у него за живот! Будто каменная плита! Я лично пробить пыталась. И руками, и даже ногой. Изо всех сил лупила, а он только скалился довольно.

Орана томно зарделась.

— А клыки! Видела бы ты его клыки! А уж…

Так мы и до обсуждения сексуальной мощи неизвестного мне орка докатимся, чего бы совершенно не хотелось.

— Раг Ши твой жених? — прервала я внезапный поток красноречия, от обычно лаконичной, как наш завотделением, Ораны.

— Не совсем.

Орчиха как-то разом скисла.

— Раг Ши сын вождя союзного племени. Я влюблена в него с детства, и он в меня тоже. Обещал посвататься, да так и не успел… Ну а ты? Тебе-то наследник понравился? Ты его заинтересовала уж точно, раз выделил из всех прочих в первый же вечер.

— Знаешь, мне кажется, я тоже влюблена, — обернулся неожиданным открытием дурман в голове, подтолкнув ответить откровенностью на откровенность. — Вот только не в Лайонела Рейгеля…

Мы еще долго болтали, обсуждая мужчин, невест и предстоящие испытания. Похоже, в лице принцессы орков я обрела близкую подругу. Мы обе были одиноки в чужом мире, обе вынуждены проходить испытания. И обеим наследник был до лампочки и по барабану одновременно, только деваться ни ей, ни мне некуда. Меня связывал контракт, Орану — воля отца. В общем, решили будем участвовать хотя бы для того, «чтобы всем показать». На этой воинственной ноте я сподобилась подняться и покинуть клюющую носом орчиху, которая, не замечая меня, что-то невнятно бормотала что-то на своем языке.

Оказавшись в коридоре, я не пошла к себе, а прежде захотела освежить неприятно гудящую голову. Коварная эта настойка! Опершись на широкий каменный парапет галереи, кудда привели меня ноги, всей грудью вдохнула напоенный ночной прохладой воздух и выглянула наружу в темноту. Отсюда было видно, как внизу на стене ходит стража, а на дальнем острове светится огонек маяка, едва рассеивая кромешную тьму — отчего-то на небе почти не было звезд.

Прокручивая в голове наш разговор, задумалась: несмотря на весь боевой настрой, первое испытание я вряд ли пройду. Я ведь не маг и ничего такого не умею, что я им покажу? Карточные фокусы?

Неожиданно черноту разрезал столб синего пламени, в вышине замелькала огромная тень — еще более черная на черном. Завороженная невероятной картиной, я уставилась на беснующегося в небесах дракона, и вдруг тот будто тоже заметил меня. Сделал мертвую петлю, и, недолго думая, стремительно понесся вниз, прямо ко мне.

Скованная ужасом, я застыла, глядя в лицо приближающейся смерти. Потеряв несколько драгоценных мгновений, наконец, развернулась и побежала. Ноги двигались нехотя, как в замедленной съемке, и заплетались, бросая от стены к стене. Воображение рисовало живописную картину: гигантская рептилия просовывает голову в коридор и пыхает мне вдогонку огнем. Красивым таким, синеньким…

Проскочив сквозь перламутровую пелену арки, я по инерции сделала еще несколько шагов, прежде чем остановилась, осознав: что-то здесь не так.

Это не мои покои! Я попала в совершенно иное место.

Нет. То, что арки по своей сути — порталы, я уже поняла. Но как же так вышло, что моя привела в чужую спальню? Мужскую, судя по обстановке. Тут не было никаких фресок с влюбленными или пейзажей. Мрачно. Несколько свечей здесь и там тщетно пытались разогнать темень. Пол абы как устлан звериными шкурами. Знакомый уже мне мощный камень стен и нетопленный, ощерившийся черным зевом, камин. Напротив огромная кровать, застеленная темного цвета покрывалом. Справа два зашторенных окна и шкаф с книгами. Рядом стол, заваленный какими-то свитками, напомнивший о кабинете Дрейка.

Слева была совершенно голая каменная стена, не считая сложного чертежа на ней и вмурованные в стену кандалы, напугав до чертиков. Это что для жертвоприношений?!

Не удивлюсь, если здесь обитает Бальтазар, и что-то подсказывает, он будет не слишком рад незваной гостье. Пора рвать когти, пока хозяин сего милого места не объявился. Я повернулась, чтобы выйти, как пришла, но позади никакой арки попросту не было.

Ни арки, ни обычной двери, лишь ровная кладка стены, да пара картин…

— Вот так сюрприз! — раздался позади голос драона Абданкена.

Я резко обернулась, беспардонно вытаращившись на абсолютно обнаженного мужчину, который неторопливо огибал кровать. У Дрейка в руках было полотенце, не сводя с меня насмешливого взгляда, он старательно промокнул концы волос и небрежно отбросил его на кровать. Даже не подумал прикрыться, позволив рассмотреть себя как следует.

Плечо моей куртки все еще украшал морф, но это совершенно не исключало ту бурю чувств, что я испытывала. Во рту стало сухо, то и дело тянуло сглотнуть. Живот налился тягучей тяжестью, а еще не успокоившееся после бега сердце вынуждало диагностировать тахикардию: «Бей, бойся, беги».

Бег уже был, боюсь я прямо сейчас…

— Может, все же взглянешь мне в глаза, Хельга, не то заподозрю, что оказался прав при нашей первой встрече.

Я поспешно сделала, как велено. А посмотреть, кстати, было на что, уж поверьте медицинскому работнику. Великолепно сложенный мужчина во всех смыслах, хоть статую ваяй! Не портили его ни многочисленные шрамы на груди, бедрах и руках. Ни вязь татуировки, украшающей плечо и переходящей на спину. Встретившись с Дрейком взглядом, я почувствовала, как загорелось лицо. Я вообще-то не стеснительная, так что будем считать — это от бега.

— Мой брат произвел на тебя впечатление, могу понять. Наследник куда как интересней изгнанника. Ничего не меняется. В каждом из миров одно и то же…

Уголок рта драона абданкена чуть дернулся, выдавая презрение, а я вдруг разозлилась и стало немного легче переносить его общество. Тем временем Дрейк медленно приближался, не сводя горящих недобрым огнем глаз. Не знаю, что меня ждет, но вряд ли что-то хорошее. Невинные ангелы так не смотрят, скорее хищники на жертву, с которой хотят поиграть. Покосившись на кандалы, стала отступать шаг за шагом, пока нога не зацепилась за край шкуры. Дрейк молниеносно оказался рядом, поддержав за талию. Заговорщически понизив голос, спросил:

— Что, не можешь передо мной устоять?

Его рука, случайно проникшая под куртку, чуть дрогнула, опалив кожу через тонкую ткань блузки. Никогда прежде я не испытывала такого от одного простого прикосновения. Вздрогнув всем телом, издала похожий на сдавленный писк звук, глаза распахнулись шире, сердце… А ну его это сердце!

— Хочешь меня? Вижу, хочешь, — промурлыкал куда-то мне в шею Дрейк и резко отпустил, рявкнув в лицо: — И его хотела! Так неужели Лайонел тебя не смог удовлетворить?

Отшатнувшись, я уперлась спиной в стену. Матерь Божья! Это что, сцена ревности? Парень остынь, мы с тобой едва знакомы!

— С Лайонелом мы просто пообедали, — я постаралась говорить спокойно.

Неизвестно на что способен разъяренный драон, а уж если он еще и псих…

— Поэтому ты возвращаешься заполночь и смеешь заявляться в мою спальню даже не удосужившись переодеться и вымыться?

Его лицо снова оказалось в опасной близости, руки уперлись в стену по обе стороны, не давая сбежать. Он наклонился и буквально обнюхал меня, ткнувшись носом в декольте, в шею, а затем лизнул длинным движением от ключицы до подбородка. После чего, серьезно так и немного удивленно посмотрев в глаза, спросил совсем уже другим тоном:

— Ты пахнешь желанием, орком и… алкоголем?

Пытаясь унять неконтролируемый ужас вперемешку со сладким трепетом и головокружением, вызванным его действиями, ответила шепотом:

— Мы снимали стресс в покоях принцессы Ораны.

Усмешка сползла с губ, что будили во мне темное и первобытное. Пронаблюдав, как медленно вздымается и опадает грудь мужчины, втянула ноздрями воздух и облизнула пересохшие губы. Мне определенно понравился запах его тела, такой свежий и дикий. Когда Дрейк это увидел, то словно закаменел. Не удержавшись, я сама подалась навстречу, преодолев остаток разделяющего нас расстояния. Со стоном впилась пальцами в еще влажные волосы, свободно раскинувшиеся по плечам.

Он тут же перехватил инициативу, обрушившись на меня неотвратимо, как цунами на прибрежный город. Снося напрочь весь здравый смысл и устои, затапливая огнем и силой своего желания. Поцелуй терзал, отнимая дыхание и волю. Куртка полетела на пол, затрещали и осыпались драгоценные пуговички на блузке. Не прерывая поцелуя, Дрейк приподнял меня под зад и понес. Плавясь под его руками и губами, я гладила и ласкала его сильное тело, стараясь удовлетворить нестерпимую жажду ощущений в собственных ладонях.

Это было какое-то безумие, нам обоим напрочь снесло крышу. Стянув чашечки бюстгальтера вниз, он мял и целовал мою грудь одновременно, с нетерпением мальчишки, распаковывающего новогодний подарок, пытаясь справиться со шнуровкой на моих штанах. На целостность упаковки ему было плевать — главное, получить то, что скрыто внутри. Штаны быстро сдались, немного потрещав для приличия. Дрейк приспустил их, и его губы занялись моим животом, а пальцы принялись изучать и осваивать отвоеванную территорию. Едва не плача, я изгибалась, подставляя свое тело, желая его как никого еще в жизни, пока взгляд случайно не наткнулся на распроклятые кандалы, вид которых как рукой снял все желание.

Придержав его наглую руку, спросила:

— Д-дрейк, зачем это здесь? Дрейк!

Он смог остановится не сразу, пришлось немного осадить. Щекотно дыша в пупок, спрятал лицо у меня на животе. Потом сел и обвел глазами комнату, посмотрел на меня и неожиданно зло накрыл возбужденные чресла краем покрывала.

— Тебе лучше уйти.

Холодно. Сухо. Отстраненно.

Вскочив точно ошпаренная, я принялась одеваться, чувствуя себя униженной. Натянула обратно треснувшие по боковому шву штаны с оторванными завязками. Подняла с пола блузку, надела, запахнув абы как. Пуговиц не осталось, и пришлось завязать ее спереди узлом. Пальцы тряслись, когда застегивала поверх куртку. Отчего-то вспомнились слова Лайонела, сказанные извиняющимся тоном: «Просто захотелось…»

Вот и сейчас, да? Душа будто изморозью покрылась, как бывает в моменты, когда у других принято лить слезы. Не менее холодно спросила, превратившегося в изваяние мужчину:

— Как мне отсюда выйти?

Он медленно поднял голову:

— Как и пришла.

Гениально! Отступившая было злость, тут же всколыхнулась с новой силой. Я до хруста стиснула кулаки и рыкнула, роняя слова точно камни:

— Я шла в свои покои, а оказалась в твоей спальне! Я не чертов маг, и без понятия, как это могло произойти. Но мне совершенно не нравится, что надо мной издеваются все кому не лень. Своей магией вы с братом вьете из меня веревки: превращая в мартовскую кошку, а потом предъявляете претензии. Да за последние сутки я увидела уже столько, впору с ума сойти. Я согласилась на ваш дурацкий отбор, но я беззащитна. Вы читаете мои мысли, заставляете вас хотеть, наводите порчу, выбрасываете стулья в окно и жжете драконьим огнем. Мне. Нечем. Ответить!

Он замер, удивленно глядя на меня.

— И еще, Мистер-рок звезда, мне, что ваши наследники, что изгнанники, что хрен драконий — все одно! Я требую к себе уважения! — проорав последние слова, тяжело дыша, уставилась на мужчину.

Драон Абданкен таращился так, будто первый раз меня видит, от его взгляда, накрыло окончательно. Сердце выстучало: «Бей!» Ухватив оказавшуюся поблизости подставку для ног, я от души запустила ею в его самодовольную рожу, вложив в удар все силы.

Дрейк даже не шелохнулся, лишь дернул головой в сторону, пропуская мимо летящий предмет. Поинтересовался спокойно:

— Что, говоришь, вы там пили?

Не сводя с разъяренной меня глаз, он нащупал длиннополый халат, накинул. Я не выдержала и прыснула. Потом низко надсадно засмеялась. Истерика… Ощутив, насколько пьяна, пошатнулась. Дрейк снова оказался рядом, обнял так же нежно, как утром, когда я испугалась дракона. Это подействовало неожиданно умиротворяюще и усыпляюще одновременно. Как будто после вспышки гнева, я сдулась точно лопнувший шарик. Ноги совсем отказались держать, и я обмякла.

— Ц-ц-ц, — покачал он головой, подхватывая меня на руки. — Орочья настойка, подумать только!

В следующий же миг мы очутились посреди моей спальни. Засыпая, я слушала, как Дрейк тихо бормочет всякие ласковые глупости и осторожно гладит меня по волосам.

— Диали Хельга, ну вставайте же! — тормошила меня Карли.

Я открыла было глаза и тут же сощурилась от яркого света. Попыталась ответить, но пересохший рот оказался не способен издавать членораздельные звуки:

— Ыгхыр’кхыр…

Даже без акцента, блин!

— Это что по-орочьи? — удивленно обернулась через плечо садистка-лисичка, безжалостно раздвинувшая шторы.

Ага. Теперь понимаю, почему название настойки переводится как «разорви-бошка». Вот орком я сейчас себя и чувствую. Матерым таким урук-хаем. И изо рта пахнет так же, наверное…

— П-пить, — выдала хриплым шёпотом.

— Ой! Я сейчас!

Подав кубок с водой, камеристка куда-то делась, а я, жадно напившись, рухнула обратно на подушку, натянув на лицо покрывало. Никуда сегодня не пойду, гори все синим драконьим пламенем. Но камеристка быстро вернулась и принялась совать мне что-то в руки. Вяло отмахнувшись, я попросила голосом умирающего:

— Карли, дай сдохнуть спокойно, а?

— Диали Хельга, заранее прошу прощения, но у меня нет иного выбора.

Она щелкнула пальцами, и я вдруг очутилась в ванной, прямо над наполненной водой купелью. Бу-ультых! Вынырнула, отфыркиваясь и отплевываясь. Холодно!

— Ка-арррли!

Моему рыку позавидовал бы и матерый оборотень, если тут таковые водятся.

— Вот, примите это снадобье, пожалуйста, — подоспевшая лисица с невозмутимым видом протянула мне зеленый флакон.

— Что это?

С некоторых пор я стала настороженно относиться к незнакомым снадобьям.

— Обычное лекарство от похмелья. Все симптомы как рукой снимет.

Уговаривать меня больше не было нужды. Муторно настолько, что все одно — снимать симптомы или прерывать мучения умирающего. Глоток, и мятного вкуса жидкость разошлась по венам, очищая кровь и мгновенно принося облегчение. Вода в ванной тоже стремительно теплела, поэтому я передумала выбираться. Устроившись удобнее, спросила осторожно:

— Карли, а что вчера было?

Лисичка пожала плечами.

— Я прождала вас допоздна, но вы так и не вернулись. Я ушла спать, оставив записку, которую вы так и не прочли.

Это что же получается, меня Дрейк переодел? Стыдно от этой мысли почему-то не стало, скорее появилось ощущение некоей пикантности. Я видела его, он — меня. Квиты. Хотя при случае по морде надо бы дать для порядка.

Отослав Карли под предлогом гигиенических процедур, тихонько позвала морфа:

— Клякса, ты здесь? Клякс?

Морф ничем не выдал своего присутствия, и что-то мне подсказывало, его, вообще, в ванной нет. Стало тревожно. Может, он отлучился, чтобы раздобыть еды? Сама я как-то об этом не подумала. Кстати, а что едят морфы? В той книги не было ни словечка о рационе этих существ. Мысли снова вернулись к Дрейку. По-хорошему, мне нужно с ним многое обсудить. Как-нибудь осторожненько выведать, что делал морф на его столе и намекнуть об интересовавшейся им невидимке. Уверена, это важно. Только вот как-то неловко просто взять и подойти после вчерашнего. Может, не надо было швыряться в него предметами?..

К завтраку спускалась без пропавшего морфика, зато вместе с принцессой орков. Та снова выглядела безупречно, но я успела заметить страдальческую гримасу на зеленом лице.

— Орана, что-то случилось?

— Рано утром ко мне явился драон Абданкен собственной персоной и конфисковал все запасы «Ыгхыр’кхыра», да еще и внушение сделал, пригрозив позорным отчислением за несанкционированное распитие спиртного в его замке. Стыдоба…

— О-о! Сочувствую…

Мысленно я перекрестилась. В следующий раз обращусь за успокоительными к Карли.

Строгая деора Агенси поджидала невест в холле замка, и только когда последняя спустилась к завтраку, разрешила войти в столовую. На этот раз стульев хватило на всех, и разместившись за уже накрытым столом, девушки принялись за еду, поглядывая друг на друга. На всех были надеты платья легких простых фасонов и нежных пастельных или просто неярких тонов. Мне Карли тоже подобрала подобное — цвета молочного шоколада, а еще порадовала, что я вполне могу одеваться почти как привыкла, за небольшим исключением. Брюки и, вообще, всяческие штаны, носить повседневно здесь не было принято, кроме особых моментов. Как вчера, например. То есть мое появление у артефакта в одежде для полетов, само по себе было вызовом общественности.

— Ну что ж, диали, будем знакомиться, — заговорила деора Агенси. — Время дорого, поэтому достаточно встать, представиться и сказать о себе пару слов, не больше. Имя, откуда родом, чем занимаетесь. Для начала этого вполне достаточно, подробности нам пока ни к чему. Но, прежде чем начнем, я обязана вас предупредить.

Сваха внимательно посмотрела на каждую невесту, прежде чем продолжить.

— Мне странно, что я должна, вообще, говорить об этом вслух, но таковы обстоятельства.

Неожиданно она посмотрела прямо на меня, заставив почувствовать себя нашкодившей школьницей. Кажется, никто не придал этому никакого значения, разве что Орана

— Пока не закончатся испытания, и думать забудьте смотреть на других мужчин, кроме Лайонела Рейгеля. Императрицей может стать только девушка с незапятнанной репутацией. Просто держитесь в рамках приличий, что бы ни произошло. Ничего сверх того, что подобает благородным диали, не правда ли?

Невесты закивали и стихли, скромно потупив взгляды. Мы с Ораной едва заметно переглянулись.

— А теперь о приятном. К нам за завтраком присоединится инсальер драон Дрейк Абданкен, хозяин этих островов и замка.

Боже! Я вдруг поняла, что морально не готова увидеть Мистера рок-звезду прямо сейчас. Мне нужно время… Я должна собраться…

Деора Агенси подняла перевернутый непрозрачный стакан, выпуская пяток стрекоз. Операторы новостного канала Флигенерде тотчас с тихим стрекотом крыльев взмыли в воздух. Одна поднялась повыше, вторая двинулась вдоль стола, поочередно зависая перед каждой девушкой.

Дрейк соткался прямо из воздуха, рядом с деорой Агенси и отвесил изящный поклон.

— Доброе утро, диали, — прозвучал его голос, порождая у меня внутри пприятную вибрацию.

Он был настолько свеж, хорош и соблазнителен, что пересохли губы. Да что же это такое! Когда я перестану на него так реагировать? Представила, как он сейчас выглядел бы с фингалом, если бы я вчера не промазала. Полегчало чуток. Над столом раздался шелест голосов, переросший в нестройный хор приветствия. Я промолчала, уставившись в свою тарелку.

— Глазки строят! — недовольно шепнула на ухо Орана.

Я принялась украдкой наблюдать за реакцией невест. Редкая девушка не преминула томно взмахнуть ресницами, а особенно старались вчерашние эльфийки. И те, что городские, и та, что из леса. От демонесс осязаемо повеяло похотью, одна даже плотоядно облизнулась, чем привлекла к себе внимание Мистера рок-звезды, и вызвала мое неудовольствие. Похоже, тут никто и не собирается следовать наставлениям свахи!

Тем временем Дрейк сел на свободный стул рядом с деорой Агенси, а по левую руку от него очутилась незнакомая мне блондинка. Нежная и безумно красивая. Что-то мне уже есть совершенно не хочется…

— Не любишь омлет? — снова Орана покушается на мою еду.

Блондинка тем временем коснулась руки Дрейка, и что-то в этом жесте мне показалось неправильным. Точнее, наоборот. Слишком уж привычным он выглядел. Естественным. Так, будто она уже множество раз сидела за одним столом с императорским отпрыском. Ох… Слишком знакомым было то удушливое чувство, что сейчас обожгло изнутри грудь. Слишком мало времени прошло с тех пор, как я его испытывала в последний раз… Ревность, глупая и неуместная, кислотой опалила желудок, окончательно отбив аппетит.

— Так что, насчет омлета? Меняешься на бифштекс?

— Ешь, — кивнула я, не отводя глаз от блондинки.

Та, потянувшись к Дрейку, что-то тихо ему сказала. Он, склонился чуть ближе, выслушивая, а затем согласно кивнул. Девушка просияла, но тут же скромно потупившись, занялась завтраком. Так. Все. Довольно. Не создана я для романтических бредней. Они вот для таких блондиночек, с незамутненным взором, пора бы давно это понять. А мне бы стоило кого-то попроще и понадежней в будущем присмотреть. Это потом, когда разберусь с обязательствами по контракту.

Устав за сутки от эмоциональных качелей, с облегчением погрузилась в спасительную апатию и принялась вяло пилить ножом кусок подметки, что по ошибке назвали бифштексом и вдруг почувствовала, как на меня кто-то смотрит, даже спина покрылась мурашками. Подняв голову, столкнулась взглядом с сидящей на той стороне стола диали Миттернат. Той самой невестой, что выбросила вчера в окно мой стул.

Сегодня бледного вида брюнетка выглядела намного спокойней, и смотрела на меня без прежней ненависти. Она тут же отвернулась, а я с тоской отодвинула тарелку с бифштексом «лоу-лоу» прожарки. Да что там? Откровенно сырым куском мяса! Выступившая под ножом кровь совершенно не прельщала, и я немного позавидовала Оране с наслаждением дожевывающей мой омлет.

Нет, со всем этим определенно пора что-то делать.

— Что ж девочки, пора начинать, — провозгласила сваха. — Пожалуйста, диали, вы первая, — дала она слово блондинке.

Та грациозно поднялась, вежливо кивнув всем нам. Ее голос зазвенел, точно хрустальный колокольчик. Такой чисто девичий, но отнюдь не противный:

— Меня зовут Перфекта Левантер, я урожденная флигенердка, выпускница академии Стеллариона. Маг-универсал.

Над столом пронесся шепот. Похоже, она сказала что-то неожиданное. В общем, умница и красавица, как и предполагалось, да и с Дрейком они хорошо смотрятся… Тьфу! Оборвала собственные разрушительные мысли. Кыш из моей головы!

Блондинка села, но прежде бросила на Дрейка исполненный нежности взгляд. Я поспешно уставилась на следующую невесту. Длинноволосая, в нежно-зеленом платье и с необычайно яркими губами кораллового цвета. Она представилась, но не имя, не название мира мне ни о чем не сказали. Заковыристые и непривычные, они скользили мимо сознания не задерживаясь.

Открытий для меня и так было предостаточно за последнее время, я краем уха слушала невест, думая о своем и усиленно стараясь не смотреть на Дрейка, и попутно узнавала все новые факты. Оказывается, есть множество миров, жители которых свободно путешествуют туда-сюда, ведут торговлю, заключают союзы. И, главное, практически везде есть люди, или похожие на нас расы.

А еще я узнала, что остроухая Эльталло с покрытым золотой татуировкой лицом никакая не эльфийка, а дриада. И ее односоставное имя означает «росток, тянущийся к солнцу». Настоящие эльфийки — те, что сидели неподалеку — услышав об этом, прыснули, скрывшись за чашечками с утренним напитком. Кстатию, каждой из нас подали что-то свое. Мне, к примеру, приготовили обычный кофе с молоком. Сладкий. Я такой люблю, пристрастилась в больнице. Порция углеводов бывает жизненно необходима после ночного дежурства.

Стоило вспомнить о кофе, как желудок скрутил голодный спазм. Я принюхалась и с наслаждением сделала глоток, отметив как Орана тоскливо на меня покосилась. Нет уж! Кофе не отдам! Поняв это без слов, принцесса орков брезгливо дернула носом над целой бадьей какого-то пойла. Без шуток, посудина размером напоминала маленькое ведро, и оттуда резко пахло полынью или чем-то подобным. Едва пригубив, орчиха поморщилась и отставила питье с тяжким вздохом. Я внимательно посмотрела на невест, остальные девушки ели и пили с видимым удовольствием. Мне кажется, или здесь что-то не так?

Знакомство продолжалось. Безрогая демонесса на деле оказалась суккубом, закадычные подружки-эльфийки прибыли из разных миров и сошлись по интересам уже здесь. Змеедева-нагайна умело скрывала за иллюзорными ногами длинный хвост. Чем ближе подходила моя очередь, тем сильнее я волновалась по поводу того, что следует сказать. Неспроста, ведь мне было велено представляться измененным именем? Жаль Дрейк так и не объяснил, почему именно.

Наступил мой черед, и я неспешно поднялась, но прежде, чем начать говорить, глянула на Дрейка. Он впервые за все утро удостоил меня взгляда, в котором читалось предостережение. Прекрасно! Буду лаконична, как принцесса орков.

— Хельга Ферро, москвичка, лекарь.

Больше всего я переживала, что начнут задавать вопросы о моем мире, но никто и ухом не повел. Судя по лицам, если что-то и удивило невест, так это род занятий. Тем лучше. С облегчением села, уступив слово Оране, и снова украдкой глянула на Дрейка. За время моего краткого выступления, он больше ни разу на меня не взглянул, да и сейчас мерно пережевывал завтрак, глядя себе в тарелку.

Когда и с ужином, и с представлением было покончено, первой из-за стола поднялась деора Агенси.

— А теперь, диали, идемте в малую гостиную, — скомандовала она. — Уладим очень важный момент с вашей безопасностью.

Она первой направилась к выходу, вслед за ней разноцветными лепестками цветика-семицветика на сквозняке потянулись невесты. Миновав просторный холл, мы парами вошли в одну из многочисленных арок и оказались в уютной гостиной, заставленной диванчиками и креслами. Было заметно, что некоторые были поставлены здесь позже, чтобы всем хватило места. Нас уже ожидал драон Абданкен, который явно не утруждал себя ходьбой, а просто переносился в нужную точку замка, не тратя зря времени.

— Диали, я отвечаю за вашу безопасность, пока вы находитесь в моих владениях. Обстановка в мире сейчас тревожная, поэтому вас и разместили здесь, а не в императорском дворце.

Руку подняла короткостриженая магичка, самая неприметная на вид и с плохо запоминающимся именем.

— Простите, но получается, императорский дворец плохо защищен?

У Дрейка не было моей проблемы с именами.

— Это не так, диали Ландерброк. Просто все вы — величайшие сокровища Флигенерде, и на каждую могут открыть охоту по какой-либо причине, поэтому вас и укрыли здесь.

— Ага, в пещере дракона, — шепнула Орана. — Все как положено.

Я улыбнулась такому сравнению.

— Ш-ш! — шикнула на нас деора Агенси, строго глянув сквозь лорнет.

— То, что вас признал артефакт уже само по себе ценно, — продолжал драон абданкен. — Это означает, что каждая может составить отличную партию сильнейшим мужчинам Флигенерде. Именно ваши дети гарантированно могут стать полноценными рейтарами. Ни одной не придется беспокоиться за собственное будущее в нашем мире, если, пожелаете остаться.

Куда деваться, прямо племенное поголовье! Я еле сдержалась, чтобы не высказаться вслух. Нет, наверное, это хорошо, судя по оживленному шепоту, пронесшемуся над головами. Я хотела было задать вопрос Оране, но под пристальным взглядом свахи не стала снова нарушать дисциплину. Ничего, про рейтаров позже спрошу.

— Диали, подходите по очереди и вставайте вот сюда.

Дрейк указал на нарисованный синей краской прямо на паркете круг, пересеченный линиями и загигулинами, пододвинул ближе какую-то коробочку. Позвал:

— Диали Левантер.

Блондинка подошла и встала в круг, как было велено. Смотреть, как Дрейк осторожно убирает на сторону волосы Перфекты, застегивая на ней кулон на тонкой цепочке, оказалось неприятно. Ее томный вид вызвал глухое раздражение, красавица явно наслаждалась процессом и не собиралась этого скрывать. После Мистер рок-звезда поправил прическу девушки и, держа за плечи, прикрыл глаза. Линии на полу вспыхнули, на миг блондинку окутало голубое сияние и тут же погасло, опав к ее аккуратным ступням в симпатичных туфельках.

— Диали Хорестон, — Дрейк вызвал следующую.

Процедура повторялась: называлось новое имя, девушка отходили в сторонку, а в круг вставала другая невеста. Постепенно дошла очередь и до меня.

— Диали Ферро.

От звука нового имени, произнесенного его голосом, кровь втрое быстрей пустилась по венам, а несколько шагов до круга дались с превеликим трудом. Холодным огнем жгла сердце глупая обида за то, что все вчерашние слова ушли в никуда. И за то, что меня снова ломают, заставляя испытывать это ненормальное влечение.

— Расслабься, — делая вид, что колдует с застежкой кулона, Дрейк шепнул совсем тихо.

Холодный прозрачный камень, похожий на осколок горного хрусталя, лег в ложбинку промеж грудей. Его близость, его свежий, точно воздух после грозы запах вскружили голову. Теплое дыхание обласкало шею, а от легких, будто нечаянных прикосновений рук, по коже забегали пошлые мурашки, куда уж без них. Физиология, мать ее! Дрейк положил ладони мне на плечи, и пришлось стиснуть зубы, чтобы не зажмуриться. Надеюсь, никто не заметил, предательски затвердевшие соски, торчащие сквозь тонкую ткань платья. Я мысленно позвала морфика, но предатель и не думал меня выручать, оставив совершенно беззащитной перед чарами Изгнанника.

Сияние прокатилось по телу, отдалось приятными иголочками в кончиках пальцев рук. Мне показалось, что Дрейк удерживает меня много дольше, чем требуется, и тут же все закончилось. Наступил черед оставшихся невест.

Когда все закончилось, Драон Абданкен выглядел устало и даже с лица спал.

— Вот и все, диали. Теперь я смогу вас найти, пока надеты эти кулоны. Постарайтесь не снимать их без надобности, ради вашей же безопасности. Каждая защищена от однократного смертельного физического или магического воздействия. Если потребуется, попросите мысленно, и кулон перенесет вас в выделенные вам здесь покои даже из другого мира. Если вы потеряете сознание, перенос осуществится сам по себе, без мысленного приказа. Помните, кулоны одноразовые, после использования разрушаются.

Пожелав нам доброго дня, он вышел за дверь на своих двоих. Хм. Не осталось сил на телепортацию? Звонко хлопнула в ладоши деора Агенси, привлекая внимание уставившихся вслед Дрейку девиц.

— Не расслабляться, диали! Не советую тратить время на заигрывания с драоном Абданкеном. Ни одной из вас Изгнанник не пара, даже не надейтесь. Разбирайте расписание.

Она помахала пачкой желтых листов, исписанных аккуратным каллиграфическим почерком с завитушками. Стоило взять в руки свой, как незнакомые символы уже привычно замылились на миг, и стал ясен смысл написанного. Это был тот самый распорядок дня с указанием времени, места, рекомендаций по внешнему виду. Слог был официально-вычурным, но в остальном вполне понятным. Орана первой направилась к двери, будто невзначай прихватив меня.

— Надо торопиться.

Она права. В короткой вступительной части говорилось о том, что неукоснительное следование графику — еще одно растянутое во времени испытание. За любое нарушение в виде прогула, опоздания, ненадлежащего событию облика или иной провинности, нам будут начисляться штрафные баллы. Если их количество достигнет пяти, невеста будет исключена. Надо бы обзавестись часами.

На ходу я глянула на лист. А картинка-то изменилась! Первый пункт стал крупнее, будто кто-то увеличил на компьютере шрифт. Остальные, наоборот, побледнели, и поверх них появился большой, нарисованный чернилами подсолнух, у которого на глазах отрывались и вылетали за грань листа, тающие уже в воздухе лепестки. Чудеса! И почему мне это напоминает обратный отсчет?

К счастью, лепестков было довольно много. К сожалению, исчезали они тревожно быстро. По прикидкам получилось, каждый лепесток — это примерно пять секунд времени. Задание гласило, что необходимо переодеться в подобающий случаю наряд и отправляться на урок истории Флигенерде.

— То есть утреннее платье для учебы не подходит? — недовольно буркнула я, глянув на Орану, и та так удивилась, будто услышала несусветную глупость.

— Нет конечно!

У входа в покои, перед тем, как ненадолго расстаться, орчиха остановилась и потрясла своим листом:

— Хельга, что-то мне подсказывает, эту штуку лучше не терять.

Согласно кивнув, я направилась в свою арку.

— Карли! — кликнула с порога камеристку. — Карли, ты здесь?

— Здесь, диали, — лисичка отозвалась сразу. — Я ждала вас.

— Знаешь, что делать?

По ее чуть растерянному виду, я поняла — не знает, и сунула ей грозный лист, подсолнечник на котором уже лишился четверти лепестков.

— А, «пель»! — обрадовалась Карли неизвестно чему. — У нас такие же в академии были.

Пробежав текст задания глазами, она кивнула. Рыжей молнией мелькнул хвост, скрывшись в недрах гардеробной. Выдохнув, я присела на кровать — требовалось несколько секунд покоя, чтобы собраться с мыслями. На всякий случай тихо позвала:

Морф никак не выдал себя. Мучили сомнения, не пора ли начинать за него беспокоиться? Хотя, рано, наверное… Что я, вообще, знаю о морфах, их повадках и привычках? В любом случае искать его сейчас некогда. Во-первых, нужно еще раз изучить распорядок, только как бы увидеть остальные пункты? Стоило пожелать, и цветок поблек, отодвинувшись на задний план, а полное расписание стало видно отчетливо. И, кто бы мог подумать! В верхнем правом углу проявился изящно изображенный циферблат со стрелками, показывающими половину девятого. Распорядок на листе охватывал сразу два дня, а время не отличалось от земного, на первый взгляд. Та же двадцатичетырехчасовая суточная модель, хотя я и не могу пока понять, есть ли разница в продолжительности часа? По ощущениям, если и есть, то совсем небольшая.

После «Истории Флигенерде», несомненно, нужным и важным предметом для любой иномирянки, следовал «Этикет и политес», потом «Придворные танцы», а четвертый урок необходимо было выбрать из предложенного списка. Но только один. И не ясно, раз и навсегда, или выбор придется делать каждый раз? И, что характерно, едва ли не к каждому занятию требовался новый наряд. Прямо не день, а дефиле какое-то!

Дальше по графику шел обед, который предполагал, как совместное принятие пищи в столовой, так и индивидуальное питание в покоях. Послеобеденное время, с одной стороны, трактовалось, как свободное, но с другой — его рекомендовалось тратить на уход за собой и самообразование. Ужин требовал обязательного присутствия всех невест в столовой. В скобках уточнялось: подведение итогов, общение с прессой.

Кудесница Карли вернулась быстро и с трофеем в виде темно-синего платья с белыми кружевным воротничком и нижней юбкой, выглядывающей снизу. Ради интереса, я даже не стала отмахиваться от корсета и чулок. После лисичка исполнила несколько сложных пассов руками, и мои волосы сложились в замысловатую косу. Из зеркала на меня смотрела прелестная институтка, лет на десять моложе. Невольно я улыбнулась столь невероятному преображению. Даже слегка на смех разобрало, от идеи заявиться к Дрейку в подобном виде. Интересно, как тут у них дела с ролевыми играми обстоят? Это я для расширения собственных горизонтов так сказать. Судя по Стасику, мужикам такое должно нравиться.

Тут некстати вспомнились кандалы на стене, и я решила остаться пока при собственных горизонтах. Вероятно, мсье Абданкен и без сопливых знает толк в извращениях. Или того хуже — проводит перед сном бесчеловечные ритуалы над девственницами. Тьфу ты!

— Спасибо Карли, можешь идти, — отпустила я камеристку и украдкой глянула на лист с расписанием. Оставалось еще чуть больше четверти отпущенного времени.

— Диали, знаете, как добраться до комнат, где устроены классы?

За всякими глупостями, я чуть не упустила действительно важный момент. Предположила:

— Не знаю. Спущусь в холл, и меня там встретят?

— Верно, но, позвольте, расскажу про одну маленькая хитрость. В академии все студенты этим пользуются. Нужно попросить мысленно, и «пель» укажет, куда идти. В академии Стеллара он так работал.

— «Пель»? Это ты про распорядок?

Я указала на лист, и лисичка согласно кивнула.

— Да. Адепты его называют Путеводитель, но выговаривать долго, вот и появилось сокращение.

— Понятно. Спасибо, Карли, — от души поблагодарила я служанку.

Это действительно может пригодиться впоследствии. Еще бы эта их магия меня послушалась в ответственный момент. С другой стороны, я ведь свет в покоях зажигаю, может чего и выйдет? Мало ли как жизнь повернется. Что-то подсказывает, стоит ждать сюрпризов, ведь вся эта затея дает массу шансов подставить соперницу. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться: проверка в том и заключается, что будущая императрица должна уметь всегда достойно и подобающе ситуации выглядеть — ни в этом ли заключается цель многочисленных переодеваний?

Опять же уметь распределять время и быстро усваивать информацию. К тому же на занятиях невестам придется больше взаимодействовать друг с другом, а значит, неизбежны конфликты. Скорее всего, нас и здесь будут тестировать. Нужно внимательно смотреть, нет ли поблизости стрекоз. Наверняка, в этом мире пресса тоже не дремлет.

Карли покинула покои, а я, глянув на тающие лепестки подсолнуха, снова попыталась позвать морфа. Даже в поисках пробежалась по комнатам. Тщетно. Клякса не отзывался. Тревожно мне как-то. Что если друг попал в лапы невидимой воровки?

Ладно, пора идти. Нехорошо опаздывать на первое же занятие. Если меня выгонят, я точно уже ничем не смогу ему помочь.

Как я и думала, в холле нас поджидала деора Агенси. Придирчиво осмотрев нас сквозь лорнет, она принялась щедро раздавать штрафы:

— Диали Сан-Дор, штрафной балл за прическу.

В глазах дочери гроз сверкнули холодные огни, искорки пробежали и по распущенным сиреневым волосам, но она тут же взяла себя в руки и сделала книксен.

— Диали Фротт, неподобающая длина юбки.

Демонесса… Тьфу ты! Суккуб скрежетнула зубами, хотя и потупилась для вида. И правда, пышный подол ее платья больше напоминал балетную пачку, едва прикрывая зад. О чем она думала?

— Диали Гюльнефли, не подходящий времени суток цвет одежды. Штрафной балл.

Напоминающая экзотическую птицу в своей ало-оранжевой форме, Гюльнефли выделялась ярким пятном среди прочих. Она расстроено тряхнула тугими локонами, и с ее головы вспорхнула стайка мелких разноцветных бабочек. Да уж, необычное украшение, ничего не скажешь! И почему мне представляется, как по утрам она вычесывает трупики насекомых из спутанных кудряшек?

Всего порицанию подверглись девять девушек, их отослали исправляться, остальных пригласили в класс. Я специально замешкалась, пытаясь заставить лист с распорядком показать дорогу. Ко мне повернулась Орана:

— Все хорошо?

Оставив в покое «пель», ответила:

— Все нормально. Идем.

В классе, больше похожем на бальный зал, были расставлены парты со скошенными крышками столешниц, навеявшие воспоминания о безоблачном детстве. Только не исписанные нерадивыми учениками, а новенькие, блестящие лакированной древесиной, а вовсе не неровной с потеками краской. Изящные завитки, мерцающие волшебной зеленью прожилки — тонкая работа. На каждой лежал комплект тетрадей и письменных принадлежностей, среди которых обнаружилось и самопишущее перо. Ручек совсем не наблюдалось, и это меня взволновало. Что, если не управлюсь с письменностью?

Появление преподавателя заставило вздрогнуть. Некоторое время я ждала, когда уже почти привычно материализовавшаяся у кафедры фигура приобретет четкие очертания, но так и не дождалась. Пожилой мужчина, внешне напомнивший французского патологоанатома семнадцатого века Леона Крювелье, по-прежнему просвечивал насквозь. Ладони разом вспотели. Призрак?!

— Я Нелдон Кадж, преподаватель истории из академии Стеллариона, — представилось привидение шелестящим потусторонним голосом, от которого дыбом встали волоски на теле. — Прибыл во владения драона Абданкена по приглашению Его высочества, чтобы познакомить вас, диали, с историей Флигенерде, мироустройством, а также со сложившейся ныне обстановкой и сформированной несколько веков назад практикой отбора невест.

Нет, они это серьезно? Препод-призрак?!

Быстро привыкнув к интонации преподавателя, я с удовольствием слушала, стараясь не упустить ни словечка, и очень надеясь узнать больше о морфах, ведь он был свидетелем многих исторических событий. Но мои надежды не оправдались, Кадж будто специально обходил эту тему стороной, а спрашивать самой было не с руки. Зато я узнала, что мир и острова полностью зависят от Р’рах Атмин — дыхания звездного дракона. Именно артефакт обеспечивает круговорот магической энергии в мире. Ей здесь пропитано все, чего не коснись. Благодаря ей же существуют парящие острова, а драконы способны летать.

Еще одна интересная и важная местная особенность — возможность с относительно небольшими магическими затратами открывать проходы в другие миры — порталы, но здесь их называют «окнами». Иногда переместиться из мира в мир напрямую сложно или вовсе невозможно, Флигенерде играет роль транзитного мира. Оказывается, тут есть целые инсали с постоянно работающими «окнами», время и место открытия которых регламентировано, и ведется строгий учет путешественников. Аэропорт, да и только!

Практика отбора невест возникла тоже не на пустом месте. При открытии «окна» во Флигенерде попадает толика чуждой магии. Со временем баланс магических энергий изменяется, Р’рах Атмин перерабатывает иную магию в родную этому миру, а императорская чета вроде предохранителя при нем. Я сделала такой вывод: Артефакту необходим местный правитель из династии Рейгель. Тому, в свою очередь — жена, способная помочь совладать с инородной магией. Как только баланс энергий меняется, и тройка «артефакт-Рейгель-жена» перестают справляться, требуется смена состава команды. Как раз сейчас это и происходит, но есть одна особенность: магической энергии в этом мире становится меньше. Первый признак — магические цепи, удерживающие острова инсалей вместе. В удаленных от артефакта уголках они стали рваться, а инсали — терять острова.

Как оказалось, это не единственная проблема Флигенерде. Будто узнав об этой напасти, поднял голову извечный враг— демоны мира Бьосангриф. К слову, демонических миров существует множество, но с бьосами еще никому не удалось наладить отношений. Они признают лишь одно: порабощение или уничтожение тех, кто не желает покориться. По местной легенде на заре времен создатели миров объединились и заключили Бьосангриф в защитную сферу, с тех пор покинуть этот мир весьма сложно.

Я подняла руку.

— Да, юная диали

Призрак прямо оживился, увидев хоть у кого-то искренний интерес к предмету, даже стал ярче. Остальные невесты беззастенчиво скучали, лишь некоторые старались сохранить вежливое выражение на лицах.

— Сложно, но ведь возможно?

Профессор развел руками:

— К сожалению, так.

— Спасибо.

Брр! Стоило представить, как полчища злобных монстров вываливаются из «окошка», и живот подозрительно скрутило. Не позавидуешь династии Рейгелей. Интересно, у меня одной возник логичный вопрос: чего тогда так рваться в невесты? Впрочем, ответ прост: возможность путешествовать по мирам. Налицо экономическая и политическая выгоды для всех невест, кроме меня. Представила нашего президента за столом переговоров с орочьим вождем, получилось на удивление гармонично. Верю!

Некоторые диали настороженно переглянулись. Тревожное внимание Миттернат я отметила боковым зрением. Сидящая за первой партой Перфекта, обернулась и, не скрываясь, окинула меня взглядом, лихо заломив бровь. Вид у нее сейчас был отнюдь не невинный, а очень даже стервозный, из разряда: «Надо же, мебель разговаривает!»

Упс! Девочка из высшей лиги меня только что заметила? Ничего, мы тоже могем! Я отзеркалила ее выражение лица. Красотка часто заморгала, ответив недоумевающей улыбкой, и отвернулась.

С затаенным вздохом посмотрела на чистый лист перед собой, с магическим пером я так и не сумела совладать, а вручную не вышло, строки постепенно истаивали, будто и не было. Вдруг замерцал спрятанный под тетрадку распорядок. С началом урока на нем расцвел новый рисованный подсолнух, и теперь его лепестки закончились, как и первое занятие.

Следующий урок — «Этикет и политес» вела сама придворная сваха деора Агенси, и делала она это с особым фанатизмом, хорошо хоть переодеваться снова не заставила, зато не жалея, раздавала штрафные баллы особо заскучавшим ученицам. От ее едких замечаний, не убереглась ни одна из нас. Намекнув, на что именно стоит потратить то самое свободное послеобеденное время, нам вручили по талмуду с правилами поведения.

Следующим уроком шли танцы, для которых предписывалось переодеться и сменить прическу. Без Карли я бы точно не справилась. Лисичка убрала мои волосы в аккуратный узел на затылке, и приготовила вишневого цвета платье с облегающим верхом, открытой спиной и пышными шлейфами, прикрепленными к рукавам. К нему прилагались довольно удобные туфельки на пятисантиметровом каблуке.

Преподавателя танцев я с ходу окрестила Французом. Вытянутое лицо, тоненькие усики, трепетные пальцы рук, и чрезмерно вывернутые в стороны стопы. Он даже грассировал во время речи, а двигался мягко и грациозно. Все девушки, так или иначе, умели танцевать, я тоже не испытывала затруднений. Еще в школьные годы успела позаниматься классическим танцем. Это помимо стрельбы, фехтования, плаванья, и конкура. Да, в десять папа отдал меня на пятиборье, но многое изменилось с его гибелью.

После танцев снова шел получасовой перерыв — время, чтобы переодеться. Только сначала нужно определиться с предметом, который стану изучать дополнительно. Из полутора десятков предложенных, я скромно выбрала «Основы магического искусства». «Искусство полетов» с сожалением отвергла, как бы ни хотелось снова испытать тот головокружительный восторг, что подарил вчера Дрейк.

Пока определялась, яростно вчитываясь в список, рядом нетерпеливо пританцовывала Карли, рыжий хвост которой ходил из стороны в сторону, выдавая волнение. Я уже выяснила, что она своего рода практикант или стажер, и от того останусь ли я довольна, зависит ее карьера в качестве придворной камеристки.

— Какой? — не выдержала она.

— Этот! — я ткнула пальцем в выбранный предмет.

Коротко кивнув, лисица скрылась среди бесчисленных вешалок гардеробной. Здорово все-таки, что здесь нет понятия размера одежды, любой наряд садится по фигуре при помощи магии. Исключение — вещи бедняков или ношеные. Вишневое платье, сменило нечто невообразимое. Глядя на свое отражение в зеркале, я начала истерично хихикать. Изящные танцевальные туфельки уступили место бутсам на мощной подошве и со шнуровкой, отдаленно напоминающие знаменитые «Гринды». Темно-коричневая, почти черная хламида из толстого сукна укрыла тело бесформенным чехлом, к ней присовокупился недлинный, примерно до середины бедра, плащ с глубоким капюшоном. На руки полагались перчатки или, скорее, краги. На голову — остроконечная шляпа. Я с сомнением покосилась на совершенно спокойную лисицу:

— Карли, ты уверена, что следует одеться именно так?

— Да, диали. Это стандартная форма магов-первокурсников академии Стеллариона.

— Хм. Может, мне полагаются метла, котелок и связка лягушек на шею?

Искреннее удивление отразилось на конопатом личике:

— Это еще зачем? В вашем мире так принято?

— Просто предположила, — усмехнувшись, ответила я, но задумалась.

Чем-то ведь обоснована невероятная схожесть? Не иначе наши миры уже имели контакты в прошлом. Решив не сомневаться в прозорливости камеристки, — в конце концов, Карли еще ни разу не ошиблась, — поспешила на урок. Идти предстояло самостоятельно, так договорились с Ораной, чтобы друг друга не задерживать. Принцесса орков заранее знала, какой именно предмет выберет. Она ужасно скучала без тренировок, поэтому едва не запрыгала от радости, обнаружив в списке «Искусство владения холодным оружием».

На галерее было пустынно. Убедившись в этом, я извлекла из складок хламиды-мантии лист с распорядком. Ну-ка, попробуем. Сосредоточилась, мысленно приказывая волшебной вещице показать мне путь. Не сразу, но удалось! Очередной лепесток, оторвавшись от подсолнуха, вылетел за грань бумажного листа и, вместо того, чтобы истаять, замерцал серебром, сделал круг в воздухе и целенаправленно устремился вперед по галерее к выходу на лестницу. Оторопев от восторга, я не сразу направилась следом. Лепесток замер на расстоянии, и не исчез, когда я осторожно спрятала «пель» в карман. Прекрасно!

Стоило сдвинуться с места, и лепесток снова полетел. И чем быстрее шла, тем шустрее он перемещался, держа дистанцию. Из галереи мы вырулили к главной лестнице, а затем и вниз в холл с арками. Там обнаружилось целых двенадцать девушек, которые чего-то или кого-то ждали. Едва я, такая красивая, показалась, в мою сторону повернулись все головы. Послышались тихие и не слишком смешки и перешептывания. Не останавливаясь и не обращая на них внимания, пересекла холл по направлению к арке, которую указал лепесток, услышав презрительное в спину:

— Знахарка, что с нее взять?

Голос принадлежал дриаде. Эх, Эльталло, покажу я тебе знахарку при случае! Но времени осталось не так уж много, а далеко ли идти, не знаю, да и штрафные баллы получать не хочется. Не обращая внимания на язвительные комментарии, шагнула в указанную арку и очутилась в знакомом мрачном коридоре, который освещался настоящими факелами. С одной стороны монотонную каменную кладку нарушали мощные, похожие друг на друга двери, Все это создавало вполне подходящую под мой ведьминский наряд атмосферу Хэллоуина.

— Привидений только не хватает.

Нервный смешок вырвался сам по себе, гулко отразившись от стен. Брр! Как назло, подумала о преподавателе истории, вспомнив, что привидения в этом мире реальность.

Время почти иссякло, когда, наконец, серебристый лепесток остановился у одной из дверей и закрутился на месте. С облегчением я подскочила к ней и почти вежливо постучала. Да ладно. Панически затарабанила, чувствуя тяжелый взгляд в спину. Дверь открылась наружу. Вовремя, вспомнив о собственном казусе «выпаданки» в такую же, успела заранее отодвинуться в сторону. И тут поняла, что стучу не в такую же, а в эту же самую дверь!

Как и в прошлый раз, хозяин кабинета восседал за столом, и его перьевая ручка уверенно и быстро двигалась по бумаге. Дрейк медленно поднял на меня взгляд и, даже не стараясь достоверно сыграть удивление, выдал:

— Хельга? Вот так сюрприз!

Я едва не испустила стон разочарования. Предстать перед Дрейком в костюме ведьмы на Хэлоуин? Глупее не придумаешь! Платье для танцев выглядело куда как эффектнее, да и наряд институтки тоже. Может, не стоило слушать Карли? Ладно, что уж теперь. Лицо — садово-огородный инвентарь, и уверенным шагом потопали-потопали. Бутсы, зараза, тяжеленные, в таких с непривычки от бедра не очень-то и походишь…

Ковры! Эту мысль додумывала, уже в полете, не хватает метлы для полноты картины… Как обычно спас меня Дрейк, отличная у мужика реакция.

— Кхм. Сдается, у этих половиков еще и охранная функция есть. С непривычки не пройдешь незамеченным, — я потихоньку высвободилась из рук спасителя моего лица и в прямом, и в переносном смыслах.

— Может, кое-кто просто немного неуклюжий?

Нет, это уже оскорбление! Сдержав гневное сопение, сузила глаза, собираясь ответить колкостью, как вдруг поняла по затаившейся в уголках глаз улыбке: да он же просто надо мной подтрунивает! Почему, если кто-то нравится, всегда так сложно нормально реагировать? Стоило посмотреть на так близко находящееся от меня лицо Дрейка, как разом стало трудно дышать. Будто кувалдой в грудь ударили со всей дури, и вышибли до капельки воздух, разум и прочие мысли, наполнив голову и сердце только им одним. Я жадно прошлась взглядом по резко очерченным скулам, по линии подбородка, по губам, еле сдержав потребность закусить свою. От неожиданного перебоя в сердце стало страшно. Мо-о-о-о-о-орф!

Клякса никак не отреагировал на мой панический мысленный призыв и не соизволил появиться. Придётся, Железнова, тебе как-нибудь самой с этой напастью справляться. Подавив непреодолимое желание вернуться в предыдущую позицию — у драона Абданкена в руках, уставилась на носы собственных ботинок. Незаметный, но глубокий вдох. Так, хорошо. Чуть задержать дыхание, выравнивая биение сердца. Медленный выдох сквозь стиснутые зубы. Теперь требуется экстренная прочистка мозгов. Патанатомия здесь точно не сработает, так что припомним пару моментов из практики по паразитологии.

Филярии, лоа лоа, бычий цепень… Яркие образы из учебников помогли-таки абстрагироваться. Фу! Теперь даже подташнивает немного. Супер! Я, наконец, пришла в себя настолько, чтобы заговорить.

— Ботинки неудобные, — указала на ни в чем не повинную обувь.

— Стандартные защитные ботинки класса «новичок», — пожал плечами Мистер рок-звезда и спросил: — А ты, вижу, во всеоружии?

— Скажи честно, я выгляжу глупо? — не стала ходить вокруг да около.

Не люблю, когда льстят по поводу внешнего вида. Лучше знать, что именно не так, чем ходить и думать, почему это за спиной люди мерзко хихикают?

— Ты выглядишь, как прилежная ученица академии Стеллариона. Только отчего-то этот образ у меня с тобой никак не вяжется.

Во взгляде Дрейка промелькнуло что-то темное, пробирающее до мурашек. Я даже переступила с ноги на ногу, опасаясь, что снова придется думать про глистов…

— Нет, — ответил он на полном серьезе.

Похоже, идиотский наряд ведьмы и правда совершенно не смущал Изгнанника.

«Изгна-а-анник и ве-е-едьма», — затянул в мыслях голос Игоря Николаева, и я тряхнула головой, пытаясь избавиться от странного тумана, разжижающего мозги и неизбежно застящего реальность, когда я рядом с Дрейком.

— Такое принято носить в академии Стеллариона?

— Только в первый год обучения, да и то на практических занятиях, пока у адептов еще нет понимания, как правильно взаимодействовать с магическими энергиями. Это приличная защита, способная уберечь от последствий ошибок.

— И даже шляпа? — недоверчиво поинтересовалась я.

— Конечно! Она отводит избыточные энергии, если заклинание было построено неверно. Каждый элемент формы до мелочей продуман.

Мистер рок-звезда замолчал, пристально меня рассматривая, а потом вдруг спросил:

— Только я не понял, как ты планируешь заниматься? Почему, вообще, выбрала этот предмет?

Горло вдруг перехватило от запоздалой обиды на ту первую нашу встречу.

— Кхм! Ты сказал, что я никчемность в магическом плане, но это не так. Я определенно могу использовать магию, но не знаю толком, что именно и как. В нашем мире магов нет. Те, что так себя называют, большей частью шарлатаны, которые обманом вытягивают деньги из доверчивых людей.

Высказалась и сразу стало легче. Уже намного спокойнее я добавила, с трудом сдерживаясь, чтобы не заговорить голосом Матроскина:

— А еще я могу зажигать свет в покоях и пользоваться навигатором.

— Чем-чем?

— Эту штуку ваши студенты называют «пель», насколько мне известно.

Выудив из кармана свернутое расписание, продемонстрировала Дрейку.

— У меня получилось найти путь сюда при помощи магии. Да! Еще не стоит забывать, что именно я первой увидела змею на шее мушкетера.

Бровь драона Абданкена вопросительно дернулась.

— Посланца. Ревизора, — пояснила я. — Ну, у того мужика, за которым вы с Бальтазаром потом понеслись как угорелые.

Вот черт! Я снова не сразу заметила скрытое веселье в глазах Мистера рок-звезды. Он же просто подтрунивает! Подавив желание пихнуть его в грудь, со всей серьезностью выдала:

— Уверена, ты понял, что это такое, как только я сказала.

— Ошейник подчинения, — вдруг пояснил Дрейк уже вполне серьезным тоном. — Жертва выполняет приказ хозяина любой ценой, а после заклятье его убивает — вытягивая все жизненные силы. Постфактум сложно обнаружить настоящую причину смерти. Ты права. Разглядеть его невооруженным глазом почти невозможно. Не понимаю только, как тебе это удалось?

Пожала плечами.

— Посланец был одет весьма специфично, я принялась его рассматривать. Показалось, что-то необычное вижу. Вгляделась, а эта штука будто проявилась, стала ярче.

— Хорошо, что ты тогда сразу сказала нам об этом. Удалось предотвратить беду.

— Дай угадаю, император его не посылал. Бьосангриф?

Дрейк опять удивленно двинул бровями, а я пояснила:

— У меня сегодня был урок истории Флигенерде.

Во время разговора драон успел отойти и присесть на крышку стола, и я дышала и чувствовала себя намного спокойнее, но теперь же он оттолкнулся и двинулся ко мне. Я кожей почувствовала горячую волну, коснувшуюся моего живота намного раньше, чем он приблизился. О, Нет! Нет-нет-нет! Стой лучше там! Подавив желание отступить, из чувства самосохранения, пригвоздила себя к месту, по чуть-чуть вдыхая воздух.

Он остановился в полушаге, глядя сверху вниз. Задумчиво произнес:

— Я по-прежнему не могу определить, наличие у тебя магического потенциала, Хелли, но ты права. Мне определенно стоит извиниться за преждевременное суждение. Может, я ошибся насчет облика прилежной ученицы?

От того, что он извиняется, от его голоса и от ласкового обращения, физически ощутила, будто таю. Как… как мороженое, как ириска на языке, как долбанная снегурочка! Против желания зарделась и опустила глаза, не выдержав его взгляда.

— Так, и что бы ты хотела узнать?

Уродцы в формалине! Паразитология, роди-и-има-ая! Вдох-выдох! Вдох-выдох! Сжав руки в кулаки и впившись ногтями в ладони, я не позволила им лечь на грудь мужчины. И Чтобы я хотела узнать? Блин! Сотню уроков самосохранения… Тьфу! Самообладания в присутствии тебя!

Голос прозвучал поразительно спокойно, лицо — каменное. Надеюсь, с ладошек кровь не капает.

— Что-то, чтобы не выглядеть белой вороной среди прочих. Вокруг множество магических вещей, а я без понятия как с ними обращаться даже с простейшими. Я даже лекцию записать не могу…

Вместо ответа, Дрейк приобнял меня за плечи, превращая в комок оголенного противоречия и борьбы желания с разумом, и повел прямо к своему столу. Усадил в собственное кресло и осторожно снял с моей головы дурацкую шляпу. Ох! Надеюсь, сердце не слишком громко стучит, а то чувство, что от такого давления скоро кровь прямо сквозь поры брызнет.

Положив передо мной чистый лист, обмакнул в чернильницу и подал самопишущее перо:

— Держи. Попробуй теперь что-нибудь написать.

Склонившись, он обхватил мою руку. Пряди его волос щекотали щеку. Терпкий запах грозы, ледяного ветра над горными вершинами и горькой травы, окутал меня, контрастируя с его теплым дыханием. Я просто зависла, точно снова оказалась внутри артефакта. В голове опустело от его нехитрых действий. Внешнее спокойствие давалось ценой неимоверных усилий, но я стиснула зубы до скрипа и сосредоточилась на твердом предмете в руках, а не на теплой мужской ладони, так уютно лежащей поверх моей.

Тш! Нужно постараться узнать как можно больше, ведь у меня есть к Дрейку вопросы, это ли не шанс? Красивым почерком я похвалиться не могу, а тут еще и перо, и рука! его рука! Старательно, хоть и коряво, я вывела первое, что пришло в голову:

«Бальтазар перенес меня сюда незаконно?»

Рука Дрейка застыла, а потом и вовсе выпустила мою. Я украдкой выдохнула, одновременно с сожалением и облегчением. Как же сложно, когда он настолько близко.

— Как ты догадалась?

— Говорю же, посетила урок истории Флигенерде, вот и сделала выводы.

— В общем, лучше пока не распространяться, откуда именно ты к нам явилась. Слышал за завтраком ты назвалась москвичкой, что это значит?

— Город, где я родилась, называется Москва. Ты зачем-то переделал мое имя, и на всякий случай я не стала представляться землянкой.

— Все верно. Знаешь, до этого момента я не считал, что это так важно. Но теперь… Мне необходимо кое-что выяснить, а ты постарайся сохранить свой мир в тайне как можно дольше. Если мои подозрения оправдаются… — недоговорив, он наклонился и, подцепив пальцем цепочку, на которой висел защитный амулет, вытащил его наружу. От случайного прикосновения его кожи к моей, меня едва наизнанку не вывернуло, а затем завернуло обратно. Я сглотнула ставшую тягучей слюну.

— Я… Я не знаю, какие еще есть миры. Что отвечать, если начнут спрашивать?

— Погоди-ка.

Дрейк стиснул в ладони камень и прикрыл глаза, а когда выпустил — тот приобрел густой фиолетовый оттенок. Внутри блеснул и погас росчерк голубой молнии. Я поспешно спрятала амулет под одежду, а он повернулся к книжным полкам и жестом приманил какой-то талмуд. Тот завис перед ним в воздухе и стремительно зашуршал страницами, пока не остановился на одном из разворотов. Драон Абданкен потер покрытый короткой щетиной подбородок.

— В общем, есть захолустный мирок ничем особо непримечательный, называется Москавиния. Гости оттуда редкость, да и магия развита слабо. В основном знахарское дело, предсказательство невысокого уровня точности…

— Подходит! — уцепилась за удачное совпадение я. — Этим можно объяснять мои скромные способности и отсутствие элементарных знаний.

— Точно. С миром разобрались, продолжим урок. Возьми перо, сожми в пальцах или покатай в ладонях, передавая тепло. Это всего лишь инструмент, которым ты способна управлять, но необходимо настроиться. Подумай, что бы ты хотела, чтобы он сделал? Подними его своей волей.

Дрейк говорил тихо и размеренно, а я точно в трансе пыталась выполнить его рекомендации, чувствуя, как от рокочущего где-то у меня под кожей голоса по телу прокатываются волны мурашек и невероятной энергии. И вдруг на миг ощутила невероятное могущество, после чего сумела отпустить перо, и оно вертикально зависло над листом, едва заметно вибрируя. Я уставилась на сотворенное чудо, дрожа от странной смеси возбуждения и напряжения, не похожего ни на что испытанное мной ранее. Внутри точно ожили и боролись разные личности. Старательно игнорируя озабоченную барышню и внутреннего скептика, я едва сдерживала ликование и пыталась остаться собой — спокойной и твердой Ольгой Железновой.

Сосредоточив все мысли на том, чего хочу от пера, внезапно подумала: несмотря на кандалы, Дрейк мне очень нравится. Дергаными рывками перо сдвинулось-таки с места. Точно калека плюхнулось в чернильницу и, оставив на столе по пути движения две приличные кляксы, вернулось к листу. Где, не менее коряво, чем я сделала бы это сама, вывело фразу:

«Ты мне нравишься, несмотря на кандалы»

После чего рухнуло подбитым мессершмитом. Зуб даю, оно прямо излучало облегчение! Я в ужасе уставилась на содеянное. Похоже, так увлеклась процессом, что позабыла о сути написанного.

— Неплохо. Твои способности и остроумие приятно поражают.

Я подскочила оборачиваясь. Вышло так резко, что снова не справилась с адской обувью, зацепилась за ножку кресла и потеряла равновесие. Дрейк мгновенно подхватил меня за талию, не давая упасть и удариться об стол. Прямо карма какая-то!

— Это ты написал? Признайся! — Попыталась я уличить Мистра рок-звезду в коварстве.

Вместо ответа, он вдруг притянул меня еще ближе и легонько коснулся моих губ, остановившись на мгновение. Словно давал право выбора. Хотя какое там право? Сплошное принуждение! Разве я могу противиться той всеобъемлющей силе желания, что обуревает меня каждый раз в его присутствии? Что уж говорить о том, когда он меня касается?

В общем выбора не было. С болезненным стоном я подалась вперед, и точно посчитав это за сигнал Дрейк точно сорвался с цепи. Так страстно и уверенно меня еще никто не целовал. Не знаю, что все же заставило нас остановиться. Мы смотрели друг на друга тяжело дыша. Слова не шли. Дрейк первым пришел в себя.

— А ведь уже время обеда. Тебе не стоит его пропускать. Знаешь, Хельга. Пожалуй, на сегодня урок окончен. Идем, провожу.

Эти слова прозвучали по меньшей мере странно, учитывая, что он просто взял меня за руки, а в следующий миг мы уже очутились в коридоре у входа в мои покои. Я не позволила ему отнять руки, стиснув в своих.

— Дрейк, что теперь будет?

Вместо ответа, он насторожился и посмотрел на что-то позади меня.

— Мне лучше уйти.

И все. Мои руки теперь сжимали воздух. Дрейк исчез. В тот же миг из галереи едва ли не бегом вывернула Орана. Орчиха в боевом облачении, хоть и без оружия, выглядела весьма грозно, я поспешила отскочить с ее пути.

— Что-то случилось? — осторожно спросила я ее уже в спину, удивленная ее состоянием.

Принцесса застыла перед своей аркой и некоторое время так стояла. Потом медленно повернулась и, открыв рот, пошевелила губами, силясь что-то сказать. Ее щеки покоричневели от густого румянца, глаза блестели влагой, пальцы подрагивали, выдавая крайнее волнение.

— Прости… — она крепко зажмурилась и мотнула головой. — Я лучше к себе пойду.

— Обедать не идем?

— Я не голодна. — Она поспешно скрылась в арке.

Странное дело. Мне показалось, или Орана сейчас расплачется? Честно говоря, я и сама все еще была в некотором замешательстве и медленно потопала к себе. Поведение Дрейка так резко изменилось, а первый же серьезный вопрос он ловко проигнорировал. Неприятно настолько, что во рту появился привкус горечи. Даже если допустить, что ничего серьезного он в отношении меня он не собирался предпринять, то в его желании я не сомневаюсь. От возникшего в голове предположения, я остановилась на полушаге.

Что, если и я на него оказываю подобное влияние? Вдруг он так же на меня реагирует? Постаралась припомнить нашу первую встречу. То, как он обошел меня по кругу, точно рассматривая диковинную птицу. Тогда он мог прочесть мои мысли, но его — мне были недоступны. Кто знает, о чем он тогда думал? Из сегодняшнего урока я поняла, что во Флигенерде часто сталкиваются с магическими новшествами и отклонениями. Если их артефакт сейчас работает неправильно, может и на нас это как-то повлияло?

В животе громко заурчало. Одними науками сыт не будешь, а я не из тех барышень, которым чувства портят аппетит. Дрейк прав, пора подкрепиться. Переодеваясь, я думала попросить обед в комнату или сходить в столовую. Похоже, мне нужна передышка. Вызвав Карли, попросила, чтобы она принесла мне сюда двойную порцию. Что-то подсказывает, мне снова придется поделиться с Ораной. В потерю аппетита я не верила, хотя и немного беспокоилась за нее. Принцесса явно была в смятении, вдруг случилось что-то такое, из-за чего ее отчислили? Эта мысль мне не понравилась совершенно. Она пока единственная моя подруга, не считая Карли. Но Карли — все же персонал, я не могу судить, где кончается ее расположение и начинается желание идеально выполнить свои обязанности. Кстати, не стоит об этом забывать. Во все временя слуг пытались подкупить и все такое.

Лисичка в точности выполнила мои указания, доставив тяжелый поднос источающий чудесный аромат. Это было мясное рагу, салат из местных овощей, напоминающих по вкусу помидоры, какие-то маленькие булочки и фрукты. Не теряя времени, я решила кое-что выяснить.

— Карли, что будет если кто-то захочет без приглашения войти в мои покои?

— Он не сможет этого сделать, диали.

— М-м… И как это проявится?

— Просто не сможет пройти сквозь арку. Это все равно, что упереться в стену. — понятно.

— Тогда еще один вопрос. Может такое быть, что одна и та же арка ведет в разные места?

— Все зависит от настроек.

— Хм. Но это же не любой маг может сделать? К примеру, Перфекта маг универсал. — Закинула я удочку. — Может она поменять настройки моей арки, чтобы я вышла к примеру за крепостную стену, а затем обратно, будто так и было?

Камеристка испуганно на меня глянув прижала руки ко рту, а затем вдруг рассмеялась:

— Не-ет, диали! Вы меня прямо пугаете такими мыслями — В замке драона Абданкена, только он сам как инсальер имеет право на подобное вмешательство. Да и то в пределах стен замка. Дальше действуют совсем другие законы.

Это что же получается? Сам Дрейк и направил меня к себе в комнату? Интересно…

— Уже легче. А может такое быть, чтобы кто-то специально наложил такие чары, чтобы другой человек или существо испытывал к нему сильное влечение?

— Тсс! — Лисичка аж подпрыгнула, сделав испуганные глаза. — И думать забудьте привораживать принца! Это величайшее преступление!

— Чего? Да сдался мне ваш принц! — Наблюдая недоумевающий взгляд, пояснила на всякий случай: — Карли, никого я не собираюсь привораживать. Упаси боже! Наоборот, хочу узнать, мог ли жених повысить собственную привлекательность для невест? — и мысленно добавила: чтобы одну магическую никчемность коротило, как при замыкании, стоило оказаться в одной комнате?

— Зачем ему бы это понадобилось? Любая за счастье посчитает такое высокое внимание.

Прямо так и каждая! Ну-ну. Высокое внимание с низкими помыслами. Но вслух спросила другое:

— А если, к примеру, речь не о принце, а об обычных флигенердцах. Я иномирянка, не знаю, какие тут порядки.

— Почти все пользуются магией. Низкоуровневые вмешательства легко определяются амулетами или защитными чарами. Так что вряд ли кто и пытаться станет. Если же влияние сильное, этого тоже нельзя не заметить. Да и неестественно все будет выглядеть. Жертва на вид будет точно одурманенная, может ползти за объектом почитания, умоляя о внимании. Или потеряет сон и аппетит, забросит привычные дела. Это сразу заметят окружающие. Нет. Не верю. В высокоразвитых магических мирах приворотов давно не используют. Против природы не попрешь.

— Понятно. Спасибо. — Отпустив камеристку, я принялась за еду.

После поискала по традиции морфика и, не обнаружив, решила выяснить что же случилось у Ораны. К тому же мы договаривались, что она попробует показать мне какую-нибудь магию. Никто не отменял грядущее испытание, а я так и не выяснила, что буду демонстрировать жюри. Не корявый же почерк?

Уже стоя с подносом у арки в соседние покои, я задумалась, а как же сюда войти? Стукнув для приличия по косяку пару раз, осторожно протянула руку и коснулась поверхности арки. Рука прошла насквозь, никакой стены. Ну и хорошо. Из объяснений Карли я поняла, что нарушителя не выбросит и не разорвет на клочки, а значит, мне сюда можно. Орану я застала в гостиной. Перед ней на низеньком столике стоял поднос с открытым баранчиком, на котором лежала свиная голова, с которой в тарелку уже натекло крови. Орчиха, уже успевшая сменить воинское облачение, на легкое желтое платьице, сидела напротив, безучастно на нее пялясь.

— Орана? — позвала я негромко.

Подруга медленно подняла голову и взглянула на меня:

— Мне начинает казаться, что надо мной издеваются…

— Ничего. Мы их найдем и отомстим. —

Жизнерадостно подмигнув, я водрузила собственный поднос на стол, а тарелку с почти сырой головой не сомневаясь вышвырнула в окно. Следом полетел и кувшин, наполненный чем-то вонючим. — Вот.

Принцесса порядком оживившись, подскочила и заключила меня в объятия, снова едва не вмяв лицом в могучий бюст. И тут же приступила к трапезе.

— Я погорячилась. Есть сильно хочется. — Пояснила она между делом. — Вызвала прислужницу, но она при виде меня дрожит точно ослиный хвост. Стараюсь реже прибегать к ее помощи. Раздражает.

Я согласно кивнула, и плеснула себе и ей в чашку травяного отвара. Орана довольно втянула носом воздух.

— Так вот. Попросила я еду. Она принесла.

— Может, стоит объяснить ей, что ты такое не ешь?

— Пыталась. Бестолковая. Бесполезно.

— Может, это повар что-то перепутал?

Орана пожала плечами.

— Голодный орк — злой орк. Я должна лучше себя контролировать. — Она стыдливо оглянулась, будто кто-то мог нас подслушать. — Мне нельзя выходить из себя. Я… — она чуть помедлила, точно решаясь: — Я — Глас Стихий. — Видя мое непонимающее лицо, она тяжко вздохнула. — Из какого ты мира?

— Москвиния, — ляпнула я, судорожно соображая, говорила ли во время вчерашней попойки про Землю.

Видимо если и говорила, то орчиха была в таком же состоянии, и вряд ли хоть что-то толком запомнила. Поэтому она только кивнула и продолжила:

— Я могу быть опасна, если моя магия выйдет из-под контроля. А тут во Флигенерде мне особенно трудно держать себя в руках. Представляешь. Я сорвалась на учителя и… призвала стихии.

— Ого! — Я слабо представляла, о чем говорит принцесса, но мне показалась, что это что-то серьезное. — То есть ты его убила? Труп куда дела? Помочь спрятать?

Честно говоря, я просто пыталась развеселить подругу, но та глядела так серьезно.

— Да шучу я!

— Фууу! Думала, ты это взаправду. Твое хладнокровие меня испугало.

Зашибись! Меня боится принцесса орков. Дожилась, Железнова.

— …Тем более, что ты недалека от правды.

Я даже отваром подавилась.

— Расскажешь, как это случилось? — спросила между кашлем.

— Ох… — Орана снова залилась краской. — Ну… Эта… Кхм!

Вид у орчихи был непередаваемый и какой-то… влюбленный! Такой же, как тогда, когда она описывала своего ненаглядного Раг Ши!

— Орана? Он тебе что, понравился?

Орчиха покоричневела еще сильней, и я не стала в шутку напоминать ей о сыне вождя лишний раз. Тем более, что из ее сбивчивых рассказов, в моем воображении нарисовался весьма заносчивый тип.

— Представляешь! Он такой… огромный! Ах, как он сражается с двумя кылышами! Просто мельница смерти! Я едва успевала отбивать удары, а когда пропускала, он бил плашмя и улыбался. Это меня просто выводило из себя! Это и то, что он надо мной подтрунивал. «Ну же малышка»! Ты представляешь? Я — малышка!

— А как тебя звал Раг Ши? — Нет ну правда стало интересно.

— Принцесса лягушек, — она произнесла это с такой нежностью, что я чуть не прыснула.

— Знаешь, я все же за малышку.

— Ну тут, конечно, контекст важен. А почему принцесса лягушек?

— В нашем клане у женщин принято удалять лишние волосы на теле. И еще я… — Орана наклонилась ближе и сделала такое лицо будто собиралась признаться в постыдном: — Я — маленькая.

Чего?! При моих честных ста семидесяти шести, Орана была на две головы выше, имела мощные широкие бедра, просто огромную на мой взгляд грудь и довольно тонкую талию. Она была крепкой, хотя и не производила впечатление громадины. Особенно когда привыкнешь. Но маленькой я ее назвать не могла…

— А этот твой учитель, он сам кто?

— Он местный, из Флигенерде.

— Но он человек?

— Да. И в нем сильна кровь рейтаров. Наверное, поэтому он такой крупный.

— Ты хочешь сказать, что он…

— Он выше меня и с легкостью носил меня на плече.

— Неплохо вы там потренировались…

— Это уже потом, когда я сорвалась и случайно призвала молнию… Разряд был такой, что прожег на плацу воронку в три моих роста.

— Страшно представить, что от этого покойничка осталось!

— Почему покойничка? Он вылез, пообещав дать мне по заднице… Догнал и дал, — принцесса понурилась. — Как я теперь на следующее занятие пойду? Так стыдно!

В общем, толку от принцессы не было. Научить меня хоть какой-то магии она была сейчас не в состоянии, и я отправилась к себе, чтобы потренироваться письму, или попросить помощи у Карли. Стоило войти в покои, как в окно спальни влетел маленький переливающийся на солнце дракончик и с размаху упал мне в руки, превратившись в бесформенную кляксу. Было видно невооруженным взглядом — морф в крайней степени истощения.

— Клякса? — Я поднесла ладони с амебкой к лицу. — Клякса, выглядишь неважно.

— Урр… — морф издал тихий звук, и по нему пробежала рябь. На короткий миг он снова принял форму дракончика, но будто не смог в ней удержаться.

— Ка же ты долетел, маленький? — Сердце тревожно заколотилось, я неосознанно заметалась по комнате, не зная, что делать. — Эх! Был бы ты человеком, а так…

Я не могу даже пульс у него проверить, не знаю признаков, по которым можно определить состояние морфа. Одно вижу — ему плохо. Я погладила вдруг задрожавшими пальцами ставшее внезапно таким дорогим существо. Что же делать? Может рискнуть и отнести его к Дрейку? Неожиданно раздался мелодичный перезвон, я даже вздрогнула, силясь понять, что происходит. Перезвон повторился, заставив меня озираться по сторонам.

— Кто здесь? — громко спросила и…

Неожиданно провалилась куда-то. Чувствуя себя бесплотным духом, я вдруг увидела со стороны короткий коридор, ведущий к нашим с Ораной покоям. У моей арки хмурясь и переминаясь, нетерпеливо притопывал ногой Бальтазар.

— А этому-то что здесь надо? — досадливо проговорила я вслух и неожиданно снова оказалась в собственной спальне, только теперь почему-то сидела на полу. — Прости! — Я поспешно разжала пальцы и от испуга принялась дуть на едва не задушенного морфа. Надеюсь, я не добила беднягу, тот выглядел почти неживым. — Прости Клякса! Может водички, ты, вообще, что пьешь? Пьешь ли вообще? Покажи, чего хочешь? Как тебе помочь?

Переливчатый звук превратился в оглушительный набат. Похоже гость выходил из себя, нужно было его срочно отвадить. Сунув морфа под покрывало, так, чтобы прикрытые глазки оставались над его краем, будто он укрытый лежит на подушке, я бросилась в гостиную, а оттуда в прихожую с фонтаном. Остановилась у арки. Как дверка-то открывается? Вроде демон говорил, да не помню. Проще всего было выйти самой, что я и сделала.

— Неужели спишь? — ехидно спросил демонюка вместо приветствия.

— Угу, задремала, — не стала я спорить. Зачем что-то придумывать, если собеседник уже и сам предложил объяснение.

— А стоило бы с большей пользой проводить время. К примеру, готовиться. Может, впустишь? Не разговаривать же прямо здесь. Это может оказаться… — он немного задумался, — не выгодным.

— Входи. — Я сделала приглашающий жест рукой.

Демон с легкостью прошел сквозь преграду. Эх! Я вдруг поняла, что втайне надеялась посмотреть, как он стукнется об нее. Не срослось. Бальтазар вошел, осмотрелся и расположился на низеньком диванчике.

— Ты помнишь, что завтра первое испытание?

— Угу, — хмуро кивнула.

— Готовишься?

— Интересно, как? — Пожала я плечами.

— Что за народ пошел, никакого усердия! — Сокрушенно покачал головой демон. — Ну хоть немного стоило бы напрячь мозги?

— Что может эдакого продемонстрировать простая знахарка из захолустной Москвинии?

— Разве что, кого-нибудь вылечить?

— Ага, вызову добровольца и сделаю интубацию самопишущим пером прямо на виду у зевак. Без рук. Вот все удивятся!

Демон в ужасе посмотрел на меня, а затем от души расхохотался.

— Неплохо! У тебя темное чувство юмора.

— Черное, это если бы ты это не рассказала, а сразу сделала.

— Пожалуй, не могу не согласиться. — Я хмуро улыбнулась и решила, что это мой шанс. — Бальтазар, помоги пожалуйста, а? Научи хотя бы простейшему приему или как-тут у вас принято? Заклинанию? Я не понимаю, зачем я здесь, но раз уж ты так настоял, на моем участие в конкурсе, думаю мало толку, если я не пройду первое же испытание.

— Мои услуги дорого стоят, — задумчиво протянул он оценивающе на меня глядя.

Не выдержав, я очень грубо высказалась на непечатном русском, что именно думаю о нем и его расценках.

— Между прочим в некоторых из миров эти слова имеют мощную разрушительную силу и приравниваются к запрещенным заклинаниям. — Часто моргая, немного обиженно прокомментировал демон.

— Отлично! Тогда их-то я и продемонстрирую завтра на испытании. По рукам?

— Хорошо! Умеешь ты уговаривать, знахарка из Москвинии. — Он иронично усмехнулся. — Смотри.

Щелчок пальцев, и на столике появилось какое-то маленькое существо, похожее на «стрекозла» из дворца, только размерами едва ли больше моей ладони. Существо испуганно заозиралось по сторонам. Взлетело, на трепещущих крылышках, но оказалось пойманным когтистой рукой демона. Тот поднес его к самому своему лицу. Прошипел:

— Терпеть не могу поганцев!

Зажав двумя пальцами маленькую голову, он приставил к его горлу кончик острого когтя. Существо что-то пропищало на незнакомом мне языке, дрыгая ножками, тщетно попыталось высвободиться. Наблюдать за пыткой было неприятно.

— Не бойся, сейчас ты его вылечишь.

— А если не смогу?

— Одним виссаром больше, одним меньше, — философски скривил рот демонюка. — Тебе-то что?

— Я не знаю его анатомии, не понимаю принципов лечения магией, не умею…

Не дожидаясь, пока я приведу все доводы, Бальтазар чиркнул когтем, распарывая одну из маленьких рук от плеча до локтя. Существо пронзительно запищало, неловко плюхнулось на поверхность стола, баюкая раненую руку, которую уже целиком залила зеленая жижа, заменяющая ему кровь.

— Но как! Здесь разве есть аптечка? Антисептики?

— Просто. Наложи. Руки! — Рявкнул демон.

— На себя что ли? — сорвалась я на тот самый темный юмор.

— На него! Подумай, как восстанавливаются ткани, как зарастает рана. Не жалей энергии, но и не вливай слишком много.

Последнее я не слишком осознала, ну да ладно. Упав на колени возле столика, осторожно поместив стонущего виссара к себе на ладонь. Расположила над ним вторую и попыталась представить, как излечивается рана. Вскоре перед внутренним взором появилась картина: — раненый стрекозлик, которого окутывает мягкое нежно-зеленое свечение, источаемое моей рукой. Я старательно представляла процесс лечения, насколько это было возможно, даже попыталась распределить свечение так, чтобы оно было не слишком сильным. Открыв глаза, обнаружила, что так все на деле и есть. Рана на глазах затянулась, даже не осталось и намека. Существо село, осмотрела руку и широко улыбнулось. Я подняла голову, чтобы сообщить Бальтазару об успехе, но демона в комнате уже не было.

— Ну все. Кажется, я справилась. Лететь можешь?

Виссар встал на ноги и изящно поклонился, приложив все три пары к местам, где, наверное, у него располагались сердца. А после взмыл в воздух и… вылетел в окно. Я всего долю секунды размышляла на тему: а влетают такие штуки в покои так же запросто, как и вылетают? После чего бросилась к морфику.

Безжизненный Клякса был совсем плоским, серым и почти утратил прозрачность. Не медля больше ни секунды, я принялась вливать в него энергию, радуясь своевременной науке. Оказывается и от Бальтазара может быть толк. Свечение, приобрело фиолетовый оттенок и с жадностью поглощалось тельцем морфа, внутри которого то и дело возникали всполохи, вращались какие-то мерцающие пылиники, то и дело появлялись вспышки света как будто где-то далеко. Красиво… Все это становилось ярче и ярче, завораживало, одновременно я ощущала наваливающуюся все сильнее слабость.

Кто-то плеснул мне в лицо водой, я фыркнула и попыталась увернуться. Тут же поток прохладного воздуха обдал лицо. Открыв глаза, я увидела перед собой морфа. С обеспокоенным выражением лица он махал большими крыльями бабочки, отчего и создавался этот поток воздуха. Увидев, что я очнулась, он издал радостный звук и, выполнив мертвую петлю, с размаха шлепнулся мне на грудь и обнял лапками.

— О! Ты в порядке?

Морф снова взмыл в воздух и что-то защебетал.

— Если коротко, ты рад меня видеть?

Дракончик кивнул и растянул челюсти в натуральной улыбке.

— А теперь рассказывай, где ты был и что с тобой случилось. Ну или показывай, — уточнила. Все равно ведь язык не понимаю.

Морфик отшатнулся и помотал головой.

— Начинается… — тяжко вздохнула я, и тут же послышался голос Карли.

— Диали? Вы здесь?

— Я в спальне, Карли. Заходи.

Морф плюхнулся на комод, превратившись в резную статуэтку на мгновение раньше, чем лисичка показалась на пороге.

— Простите меня, диали! Я… я опоздала. Хотя… Мне нет прощения…

В ужасе схватив «пель», выдохнула, до ужина еще было время. Примерно минут десять. Успею, если буду быстро собираться.

— Приготовь одежду, что-то темное и простое.

Я бросилась к зеркалу и схватилась за расческу и просто расчесала волосы. Приятного синего цвета платье в пол с приталенным силуэтом, v-образным вырезом и широким поясом оказалось находкой. Оно выглядело просто и одновременно благородно. Защитный кулон отлично подходил к нему, нашлись и мягкие удобные туфельки на семи-сантиметровой шпильке. Уже по пути к выходу лисичка, показавшаяся мне грустной, сделала пасс рукой, и волосы сами подобрались у висков. Что там в итоге вышло, разглядывать было некогда. Я поторопилась в столовую. Успеваю. Но вот что-то заставило меня остановиться у выхода в галерею.

Мимо прошли две эльфийки. Надо же, они тоже где-то здесь обитают? Странно, что раньше я их не встречала. Легкий толчок в грудь, и я обнаружила морфика-дракона, который обвил собой кристалл амулета превратив его в изящное украшение. Ура! Теперь никакие силы больше не заставят меня так вот запросто целоваться с драоном Абданкеном. Ну… Надеюсь, не заставят. Уж больно не понравилась мне его реакция, на заданный вопрос.

Я тихонько вышла из коридора и, стараясь не стучать каблуками, направилась следом за эльфийками, невольно прислушиваясь к их разговору.

— Да как она, вообще, осмелилась заявиться на отбор с такой-то рожей? Какой нормальный мужчина в своем уме посмотрит на орчиху? — возмущенно вопрошала светловолосая Иилима из дома Кавеларов, выглядящая как привычная по книгам и фильмам эльфийка.

— Это всего лишь дань традиции, — ответила ее подружка Экс, явно прибывшая из прогрессивного мира, судя по слишком коротко стриженым для эльфийки рыжим волосам с голубыми прядями и платью, у которого передний край подола даже колен не прикрывал. — Пригласили, вот и пришла. Отказаться было бы невежливо.

У Экс было какое-то зубодробительное полное имя, которое я даже с третьего раза не запомнила.

— И все равно, вонючим оркам среди нас не место!

Смотрите, какая расистка! Я бы тут поспорила, травяные духи Ораны гораздо приятнее, чем цветочно-сладкое нечто, которым благоухали обе остроухие невесты.

— Тогда уж и демонессам не место.

— Экскалиара, ты что, ее защищаешь? — Подозрительно прищурилась светленькая.

— Успокойся. Тут каждый сам за себя. Я разве уже объявляла о выходе из коалиции? Увидишь, на ужин принцессе лягушек снова подадут «нечто особенное».

Я даже приостановилась. Как-как она Орану назвала? Но тут же на цыпочках поспешила следом, чтобы не пропустить что-то важное. Да я им почти в затылок дышала и через плечо заглядывала, а они меня так до сих пор и не заметили. Где же тот хваленый эльфийский слух и все такое? Или, может, тут в другом дело? Здесь тридцать невест, которые целый день ходят туда-сюда, но я до сих пор кроме орчихи так никого на галерее и не встретила ни разу. Может, магия какая?

— Я сумела убедить повариху, что опаленные куриные лапы — это то, чего достойна зеленокожая.

— Она твоего лица не видела?

— Мои иллюзии идеальны, повариха считает, что выполняла распоряжение старой карги.

Тут мы вышли на лестницу, и эльфийки переключились на разговор о нарядах. Задумавшись, я не сообразила немного от них отстать, поэтому случайно наступила замедлившейся на верхней ступеньке Иилиме на задник туфельки. Эльфийка споткнулась и к моему ужасу полетела вниз.

Лишь на мгновение я растерялась, и тут же устремилась за ней, едва не загремев следом.

— Идиотка! — заорала, вскочившая точно мячик дочь дома Кавеларов, нервным жестом поправляя взлохмаченные во время феерического полета волосы. — Если ты хотела таким образом от меня избавиться, то сильно просчиталась!

И где, спрашивается, голосок, звенящий хрустальным колокольчиком? Визг эльфийки бил по нервам не хуже бензопилы.

— Прости, я нечаянно. С тобой все в порядке?

— Диали, что произошло?

От одной из арок к нам уже спешила деора Агенси.

— Она хотела меня… — начала было эльфийка, и я поняла, что сейчас меня обвинять во всех грехах и отчислят.

Может, и фиг с ним? Единственное, что меня тут держит это морф, которого я всегда могу забрать с собой. И Дрейк… Но эта причина эфемерная. И все же…

— Я знаю про заговор, — шепнула я, и эльфийка закончила явно иначе, чем собиралась.

— …Мне помочь!

Иилима зло зыркнула, прежде чем напустила на себя невинный вид и повернулась к свахе. Та, внимательно осмотрев нашу троицу сквозь лорнет, вынесла вердикт:

— Раз все в порядке, поторопитесь, диали. Вы и так едва не опоздали, минус балл всем троим.

Вот так. Счет открыт.

Не считая поданных Оране куриных лап в желе и присутствия стрекозла, ужин прошел относительно спокойно. Пришлось поделиться впечатлениями о первом дне испытаний на камеру, в роли которой выступали сразу четыре стрекозы, снимающих каждую девушку с разных ракурсов. Вот почему присутствие на ужине обязательно — общение с прессой, так понимаю. Эльфийки то и дело мило мне улыбались, вызывая своим вниманием нервоз у Ораны. Я не стала говорить подруге, чьих рук дело ее странное меню, вдруг рассвирепеет и жахнет этих дурищ молнией, вроде той, о которой рассказывала? Неизвестно, справятся ли с такой напастью амулетики, которые выдал всем Дрейк.

Решив, что лучше разобраться с эльфийками позже, я, уже привычно разделив ужин на две половины, неспеша ела свою перепелку или похожую на нее птицу, как вдруг раздался возмущенный голос Эльталло:

— Украшения и драгоценности запрещены, но она напялила!

Я даже не сразу поняла, о ком идет речь. Только когда Орана пихнула меня в бок, посмотрела на дриаду. Та в обличительном порыве указывала на меня пальцем. Отметив, что нас продолжают снимать — все стрекозы с обеденного зала собрались вокруг — я постаралась затолкать страх за разоблачение морфика куда подальше, исполнилась величия и, взглянув прямо на дриаду, спокойно произнесла:

— Вероятно, диали Эльталло плохо изучила справочник этикета Флигенерде?

Говоря это, я надеялась, что, как и в любом справочнике по этикету, там непременно должно быть сказано, что показывать пальцем нехорошо.

— Браво, диали Хельга! — сваха медленно двинулась в сторону дриады, замысловатый рисунок на лице которой полыхал праведным золотом. — Диали Эльталло, участницам отбора не запрещено использовать ухищрения, чтобы придать защитному амулету благопристойный и соответствующий наряду и обстоятельствам вид. На ужине подобное украшение уместно, а выбранная тематика не противоречит духу мероприятия.

Сваха еще немного поругала дриаду, лишив ту очередного балла. Похвалила меня, и напомнила всем нам о важности роли этикета в жизни будущей императрицы и любой приличной диали, а под конец напутствовала, чтобы хорошенько выспались и были готовы к испытанию в императорском дворце. Подробности следовало искать в листе распорядка.

Из столовой сегодня выходили все вместе, хорошо хоть не за ручки и парами, как в детском саду. В фойе нас уже ждал одетый с иголочки драон Абданкен, от безупречного вида которого у половины невест маслянисто заблестели глаза. Он был не один, позади выстроилась целая шеренга каких-то людей.

— Добрый вечер прелестные, диали. Рад вас снова видеть, — залился соловьем Мистер рок-звезда, и меня неумолимо потянуло огреть его палкой.

Ну хоть не целоваться тянет, и то хлеб. Спасибо морфику.

— Сегодня каждая из вас выбрала один предмет, который пожелала изучать во время отбора, — продолжал тем временем Дрейк. — Похвально, что ни одна из вас не отказалась от лишних знаний.

— А что, было можно? — Раздался громкий шепот за спиной.

Кажется, это снова Эльталло. Мое внимание тем временем приковал монументальный, бугрящийся мышцами мужик, скалой возвышающийся над остальными. Его лысый череп и лицо были покрыты татуировками, а габаритами он мог поспорить с танком «Армата». Я даже засомневалась в его принадлежности к человеческой расе. Да такой на Валуева бантик нацепит и на плечо как первоклассницу с колокольчиком посадит. Я мгновенно поняла — это он. Учитель Ораны. Могучий как тучи образец генетических девиаций, тепло улыбаясь, смотрел куда-то в нашу сторону. Я украдкой обернулась, осознав, что стоявшая только что рядом со мной принцесса, плавно перетекла за мою спину.

— Не шевелись, — едва слышно прошептала она, когда я попыталась обернуться.

Зуб даю, она даже немного присела, чтобы казаться поменьше. Что-то тут явно было не так.

— Диали, сейчас я представлю ваших учителей, и вы сможете обсудить с ними план занятий на оставшееся время, а также задать вопросы, которые помогут пройти завтрашнее испытание. Кроме того, в ваше распоряжение поступает терраса и прилегающий к ней участок сада. Можете без опаски гулять там и наслаждаться свежим воздухом.

О! А вот это уже дело!

Дрейк закончил, и учителя с ученицами группами и парами разбрелись по холлу и террасе. Даже Орана на трясущихся ногах рискнула подойти к своему гиганту деору Дертану и, заливаясь краской, положила руку на сгиб локтя. Одна я в недоумении стояла перед сухоньким старичком с белоснежной, торчащей клинышком бородой.

— Диали, Хельга. У вас есть ко мне какие-то вопросы? — с вежливой улыбкой спросил Дрейк, уже собираясь уходить. Или скорее исчезать, как у него принято.

Да, твою дивизию! У меня есть вопросы. Например, что это за дед и почему ты назвал его моим учителем основ магии?! Нет, я могу понять, что не по уровню Дрейку меня учить, или времени свободного нет — государев человек как никак. Или нет педагогического образования, но… Блин! До чего же обидно.

— Да, я кое-что желаю спросить. Если можно, — извинившись, я сделала вежливый книксен, как учила деора Агенси, и поспешила к Дрейку. Он подал мне локоть и повел по саду.

Сухо-то как… Что-то внутри разом упало.

— Дрейк, что случилось?

— Ничего. Просто вспомнил о своих обязанностях в качестве организатора отбора невест. Я должен заботиться не только о сохранности, но и моральном облике участниц отбора.

Вот так просто он рвал в клочья, едва зародившееся чувство. Морфик уберегал меня от гипертрофированного влечения, но совершенно не защищал от той боли, что неожиданно пронзила грудь. Невольно я коснулась висящего на шее амулета. Плохо соображая, оглянулась по сторонам и, ощутив, что не могу побороть растерянность, сделала книксен, прежде чем молча удалиться. К седобородому дедушке идти совершенно не хотелось, как и участвовать в завтрашнем испытании, поэтому я направилась в сад, раз уж разрешили погулять.

Я вышла в сад и присела на лавочку у небольшого пруда. Голова была совершенно пуста. Отринув все мысли, я принялась наблюдать за парой странных птичек, которых и птичками было сложно назвать. Забавные существа представляли собой что-то вроде миниатюрных пеликанов, но вместо перьев, покрытых гладкой, как у морских котиков, шерстью. Исключение составляли кожистые как у дракона или летучей мыши крылья. Эти создания кружили в завораживающем брачном танце, судя по тому как менялась на глазах их окраска, переливаясь всеми цветами радуги.

Старик, назначенный моим учителем магии, проявил настойчивость и сам подошел ко мне:

— Разрешите составить вам компанию, диали Хельга?

Я кивнула, и он, откинув фалды показавшегося старомодным сюртука, опустился на лавку рядом. Немного помолчал, не спеша начинать разговор. Все еще ошарашенная переменами в Дрейке, я тоже не стремилась нарушать молчание.

— Удивительные создания, не правда ли? — спросил пожилой драон спустя минут десять.

Я кивнула, и он улыбнулся:

— Вы поразительно немногословны для женщины, диали Хельга. И невероятно печальны для той, кто удостоена чести принять участие в отборе невесты для наследника империи.

Вместо ответа, пожала плечами. Н-да, так скоро превзойду Орану в лаконичности выражения мыслей. Но в то же время не хотелось показаться невежливой.

— Простите, драон… — я осеклась, осознав, что не запомнила имени собеседника

Дрейк его называл, да только в тот момент я не придала значения.

— Драон Кикарос, диали Хельга, — подсказал учитель магии. — Позволите предположить?

— Да, несомненно.

— Подозреваю, вас угнетает завтрашнее испытание? Мне передали, что вы никогда не учились магии и сами не знаете толком, на что именно способны?

— Все верно. Сегодня я кое-как научилась пользоваться самопишущим пером, но боюсь на этом мои скромные достижения и заканчиваются. Каллиграфией мне никого не поразить.

Драон Кикарос снова улыбнулся и предложил с хитринкой:

— Мне также известно, что вы неплохой лекарь. Так как насчет попробовать сделать невозможное?

Я даже вздрогнула от неожиданности. Не знаю почему, но вдруг вспомнился наш завотделением и его присказка. Сколько раз мы балансировали на грани, когда казалось, что надежды нет?

— Невозможное? Пожалуй, это именно то, что мне уже приходилось делать. И не раз.

Я ничуть не покривила душой.

— Вот и прекрасно. Уточните, пожалуйста, ваше умение ближе к знахарскому мастерству или к управлению энергиями?

Я не была уверена, можно ли рассказывать о том, чему меня научил Бальтазар. Черт бы побрал Дрейка с его не ко времени проснувшейся моралью! Надо его подробно расспросить, до какой степени важна конспирация. С другой стороны, может, я зря проявляю излишнюю бдительность? Знахарка из Москвинии, скорее всего, должна обладать подобными способностями.

— Моя работа не имела отношения к магии, это… Хм. Хирургия.

Старик внимательно на меня посмотрел.

— О! Но я слышал еще и другое. А хотите кое-что выясним прямо сейчас?

Его тон, хитрый прищур и то, как лихо развернулся на лавке в мою сторону — все источало научный азарт, оказавшийся весьма заразительным. Я легко согласилась:

— Почему бы и нет?

Несмотря на обиду и упадническое настроение, я всегда тянулась к знаниям и совершенствованию. А тут такой шанс.

Щелчком пальцев драон Кикорос материализовал на собственной ладони вполне обычную земную белую мышь. Прежде чем я успела что-либо сказать, у животного на лапке появилась маленькая царапина, из которой выступила капля крови. Вот так просто — сама по себе, безо всякого рукоприкладства. И этот туда же! Ладно хоть мышь. Это как-то естественнее, чем человекоподобное существо, способное ярко выражать страх и страдание. Мышандра же ранку она особо не заметила. По крайней мере, не запищала, не залилась слезами и не принялась корчиться от боли. Она деловито обнюхивала ноготь на большом пальце мага, видимо, намереваясь попробовать на зуб.

— Простите, я не подумал, — вдруг стушевался учитель, накрыв ее второй рукой. — Вы случаем не боитесь?

— Мышей? Нет. Я больше боюсь кошек и тех, кто может наносить раны взглядом.

Я с опаской взглянула на учителя.

— Наносить раны взглядом? — Маг снисходительно усмехнулся. — Это не так просто, как кажется. Как-нибудь я вам объясню принцип. И не беспокойтесь, во владениях драона Абданкена вы в полной безопасности.

Все повторилось, я вылечила мышь наложением рук, после чего у нас с драоном Кикаросом завязалась весьма содержательная беседа о природе существ и магических методах их лечения. Сложив все признаки, я сделала вывод, что морфик — относится к чисто магическим сущностям, а значит и питается только энергией. Такие, как он, могут быть сильными и неуязвимыми. И в то же время беззащитными, если найти способ лишить их накопленной энергии, или если они сами ее отдадут добровольно.

Теперь мне вдвойне интересно, что же случилось с Кляксой, ведь из него явно высосали энергию до критической отметки.

— А еще мне намекнули, что вы можете видеть невидимое, — вдруг задумчиво произнес маг, развеяв в воздухе вылеченную мышь.

Я снова пожала плечами:

— Возможно, так оно и есть. Только для меня почти все в новинку, и я попросту не понимаю, на что именно смотреть.

— Я вас понял, диали. Хотите еще один эксперимент? Я подскажу, где примерно искать, а вы попробуете это обнаружить?

— А давайте!

Почему бы и нет? Ведь только что я доказала себе, что одной силой своего желания могу лечить ранки и царапины. Как-то так работает моя магия, принцип таков: искренне хочу помочь, и у меня получается. Представляю, как это может способствовать в работе. А если вдобавок научусь видеть, чем человек болен на самом деле, или хотя бы просто намек на проблемную область, насколько же быстрее и легче смогу ставить диагноз. Решено! Если придется остаться здесь, знаю, чем займусь. Что-то подсказывает, врачи пригодятся в любом мире. Есть же у них здесь какие-то курсы для лекарей? Да что курсы, пойду прямо в эту их академию Стеллариона поступать, получу диплом и стану доктором.

Мои мечты прервал учитель.

— Диали Хельга, для начала взгляните на эту пару оллотэлэ. — Он указал жестом на пеликанов и пояснил: — Эти создания не из нашего мира, но что же их отличает? Что странного видите именно вы, диали Хельга?

Нормальный такой вопрос, учитывая, что они мне и так кажутся странными до безобразия. Я присмотрелась как следует. И так, и этак, и даже прищурилась. И глаз один закрывала, но меховые минипеликаны никаких новых свойств не обнаруживали.

— Иногда, чтобы увидеть, следует закрыть глаза, — дал подсказку учитель.

Ну что ж, как слышится, так и пишется. Не мудрствуя лукаво, я зажмурилась и ожидаемо перестала видеть вообще. Но не успела выразить, что думаю по этому поводу, как драон Кикорос тихо добавил:

— Поверьте, что можете видеть не только глазами. Воссоздайте их образы в мыслях.

Я попробовала, и в какой-то момент перед внутренним взором затанцевали оллотэлэ, вокруг которых переливался большой радужный пузырь, напоминающий мыльный. Я открыла глаза. Ожидаемо больше никакого пузыря не было, а сами пеликанчики, как и раньше, переливались радужным светом. Рассказала об этом учителю.

— Вы правы, диали Хельга. Оллотэлэ действительно окружает магическая сфера, которая и позволяет нам видеть этих чудесных существ. Без нее здесь во Флигенерде они попросту невидимы.

— Ого! Знаете, а мне еще учиться и учиться…

Маг с улыбкой протянул мне книгу:

— Тогда начните с азов. Учебник сам определит ваш язык, с чтением не возникнет проблем.

— Спасибо!

Довольный ученицей драон Кикорос поднялся с лавки.

— Подведем итоги, диали. Вы и правда инстинктивно, безо всяких специальных знаний способны видеть невидимое. Уверен, вас ждет большое будущее, если станете развивать эту грань вашего дара. Но главное, можете даже не сомневаться, что завтрашнее испытание вам по плечу. Просто будьте как можно внимательней.

Утром меня пришла будить возбужденная Карли, но я и сама уже проснулась незадолго до того. Не дали спать нервы, как будто снова волнуюсь перед экзаменом, и в сотый раз пытаюсь штудировать билеты. На деле перечитывала «пель», смущала одна фраза в описании:

Продемонстрировать уникальное умение или проявить творческий подход и мастерство в распространенном.

Боюсь, у меня не совсем та направленность…

С появлением камеристки завертелся вихрь подготовки. Сегодня к платью прилагался кринолин, к счастью, не слишком пышный. Ткань юбки переливалась от спокойного синего, до светло-сиреневого и слегка мерцала на волнах драпировки. Открытый лиф дополнялся отдельно надевающимися рукавами, которые от локтя спускались длинными отрезами ткани почти до самого пола. Простой покрой, если бы не выполненное в неизвестной мне технике украшение. Корсаж по краю, талия и передняя часть нижней юбки, что мелькала в разрезе при ходьбе, рукава — все это было украшено объемными серыми цветами, на которых точно росинки блестели мелкие и наверняка драгоценные камни. И нет — это было не кружево, да и серебром там не пахло. Лишь спокойный серый цвет. Благородно и очень красиво. Я так загляделась на искусно выполненные цветы и веточки, что Карли пришлось меня окликнуть, напомнив о времени.

Магия смешалась с искусством, превратив Ольгу Железнову в холодную красавицу, что надменно смотрела из зеркала. Прекратив кривляться и строить высокомерные рожи, я улыбнулась и повела рукой, демонстрируя лисичке длинную газовую ткань, спускающуюся от локтя.

— Мило, но боюсь, свалится в неподходящий момент?

— Это платье сшито одним из лучших магов-портных. Поверьте, диали, оно не свалится. Вам будет удобно, надо только поносить немного, и ткань подстроится под вашу ауру и тело.

— Отлично.

Усаживаясь в кресло, я все-таки умудрилась прищемить один рукав, и неловко поерзав, освободилась.

— Главное, не зацепиться ими при ходьбе, или не наступить. Представляю как позорно навернусь откуда-нибудь с края острова в тартарары.

Руки Карли, уже совершающей магическое плетение, замерли, так и не завершив пасс.

— Диали Хельга, даже не смейте о подобном думать!

Опомнившись, она недовольно поморщилась и резким жестом заставила мои волосы рассыпаться по плечам.

— Ох, и напугали вы меня! Даже сбилась. Придется начинать заново.

Время поджимало, и я не стала задавать никаких вопросов, чтобы не отвлекать камеристку. По сосредоточенному лицу той было видно, магия причесок требует высокой концентрации. Наконец, раздалось радостное:

Лисичка соорудила мне высокую замысловатую прическу, лишь несколько прядей живописно спускались на лицо. Я встали и снова подошла к ростовому зеркалу в гардеробной. И откуда только эта привычка взялась? Не помню, чтобы раньше страдала нарциссизмом. Хотя, как по мне, идеально выгляжу. И все же защитный амулет сильно выбивался из созданного образа, я даже подумала попросить морфа изобразить что-то приличное, но, вспомнив его вчерашнее состояние, не стала. Вчера вечером он так и не объяснил мне, где пропадал и что с ним стряслось. Вдобавок пришлось его снова подпитать, после чего я ощутила такую усталость, что сразу уснула.

Решение оказалось верным, к тому же мы могли попасться, когда Деора Агенси, построив нас в холле, собственноручно подошла к каждой и прикосновением какой-то штуковины, которую я про себя окрестила волшебной палочкой, коснулась амулетов, после чего они тут же приняли вид подходящих к нарядам украшений. Мое стало точь-в-точь как элементы декора на платье.

Сегодня все девушки выглядели совершенно по-разному. Видимо, все зависело от того, какие именно магические умения, собирались показать. К примеру, Орана щеголяла в боевом облачении, похожем на то, в каком я встретила ее тогда в коридоре, но только парадном. Клепаные наручи, высокие сапоги, с усиленным носом. Кожаные полосы юбки до колена укреплены блестящими металлическими пластинами. Левый наплечник скалился искусно выполненной из кожи и металла волчьей пастью. Множество ремешков огибали могучую, прикрытую подобием кольчуги грудь, отдаленно напоминая мне об адептах ролевых игр пожестче. При этом орчиха не пренебрегла ни прической, ни макияжем и выглядела внушительно и привлекательно одновременно. Ничего не могу с собой поделать, но принцесса мне кажется красоткой. Наверное, начинаю привыкать к этому миру.

— Будешь боевые навыки демонстрировать? — спросила подругу.

— Ага. Учитель посоветовал.

Она вдруг зарделась, и я многозначительно глянула на нее, приподняв бровь. Поинтересовалась тихонько:

— Мне кажется, или этот громила произвел на тебя неизгладимое впечатление?

Мы еще немного помаялись ожиданием, и вдруг я поймала себя на мысли, что прочие невесты слились в разноцветное пятно, а я шарю глазами по холлу, в поисках затянутой в черное фигуры Дрейка. А еще среди невест не было Перфекты. Нутро неприятно обдало холодком, стоило представить, что этим утром он выбрал ее, чтобы прокатить на своем драконе…

От мысли, что сегодня придется быть как все, стало кисло во рту. И когда только мистер Рок-звезда умудрился проникнуть так глубоко под кожу? Подавив тяжкий вздох, я вслед за Ораной шагнула в арку, переместившую нас во дворец. Я снова восхитилась убранством, хотя и пожалела, что в этот раз не испытаю того восторга от полета и вида парящих островов и инсаля-столицы.

Во дворце нас встречала целая команда разодетых девушек, которых я определила как фрейлин, имелся и почетный караул из стражи. Грянула музыка, к нам устремились стрекозы, застрекотали вокруг, то и дело зависая перед лицами. Если Перфекта будет смотреть репортаж вечером, не хочу, чтобы она увидела хоть тень отражения того разочарования, что я сейчас испытываю. Психуя уже от одной подобной мысли, нацепила на моську доброжелательно-заинтересованное выражение.

С видом хозяйки здесь всем заправляла наша деора Агенси. Будто флагман флотилии невест, она двинулась впереди, высоко подняв голову. Идти далеко не пришлось коридор закончился холлом с единственной большой аркой, миновав которую мы очутились не то на сцене, не то на арене под открытым небом. Половину ее окружности занимал забитый зрителями амфитеатр с императорской ложей по центру. Там я увидела приветственно улыбающегося Лайонела и величественную чету постарше — видимо, император с императрицей. От наследника мне достался персональный взгляд, и рой мурашек сразу пробежал по телу — морфа я оставила в покоях, попросив ни в коем случае никуда не отлучаться, пока я не вернусь. Уж больно много вопросов у меня оставил разговор с учителем Кикоросом об энергиях. А если состояние Кляксы вызвано тем, что он защищал меня? Не успокоюсь, пока не выясню точно.

Маг-распорядитель вышел на сцену, где нас построили полукругом, и принялся представлять, напоминая зрителям, кто мы такие есть. После он огласил правила конкурса. Заявленные ограничения не противоречили тому, что я могла показать. Главным образом запрещалось использовать способности во вред кому бы то ни было, если только это не боевые умения. Их, естественно, разрешалось применять только на арене. За выступление полагались баллы, если у невесты уже имелись штрафные, благодаря деоре Агенси, они вычитались из полученного числа. Так что больше десятка невест сразу ушли в минус.

— Вот и еще один стимул прилежно заниматься и хорошо себя вести, — шепнула я Оране.

Орчиха согласно кивнула. Она была сосредоточена и молчалива, явно настраиваясь на соревнование. Тут нам предложили пройти на специально отведённые места сбоку — три ряда по десять кресел. Большой экран напротив трибун и стрекозы давали зрителям возможность видеть нас и то, что будет происходить на сцене крупным планом. А серьезно у них все здесь!

— Напоминаю, господа, — продолжил маг-распорядитель, когда мы расселись, — вся собранная сегодня магическая энергия пойдет на поддержание Р’рах Атмин. Будьте щедрыми!

Я чуть не упала. Да тут еще и благотворительность есть?! Тем временем перед экраном прямо в воздухе материализовался ряд больших прозрачных колб, над каждой соткалось маленькое изображение с портретом невесты, и мой в том числе. Распорядитель еще не договорил, а некоторые колбы уже стали заполняться мерцающим сиреневым цветом. Так, а это еще что такое?

— Чем искренней ваши эмоции, тем больше очков вы сможете принести фаворитке. Система защиты жестко контролирует степень искренности, лучшие маги академии Стеллариона разработали ее совместно с экспертами из других миров. Смухлевать не получится. Все, полученное сверх, также будет собрано уловителями и использовано, но в зачет фаворитке не пойдет.

Колба, над которой зависло изображение Перфекты, наполнялась на глазах. Публика оживленно загудела, а я невольно посмотрела на предназначенное для блондинки место в первом ряду. Надеюсь, мисс Пафос свалилась с дракона в эти самые неназываемые тартарары, которых так боялась Карли. Интересно, а кто-нибудь будет за меня болеть? Подумалось с тоской при взгляде на девственно прозрачную колбу с моим портретом.

Впрочем, расстраиваться еще рано, у большинства невест-иномирянок та же самая ситуация.

— Эмоции императорской семьи по понятным причинам тоже не учитываются, зато у невест будет шанс лично обратиться к наследнику, если возникнет на то необходимость, — продолжил распорядитель. — И еще одно объявление. — Он сделал эффектную паузу, перед тем как благоговейно провозгласить: — Диали Перфекта Левантер!

По центру арены вдруг образовалось белесое марево, сформировав что-то вроде арки перехода. Присмотревшись повнимательнее, я увидела, как земля под ней расцвечивается едва заметными красноватыми линиями. Но через миг из арки вышла богомерзкая блондинка, а сам портал тут же пропал.

— Диали Перфекта.

Распорядитель протянул магичке руку, подводя ближе к зрителям. В тот же миг рядом с ними материализовался Лайонел Рейгель. Видимо, в пределах дворцового инсаля он тоже мог передвигаться, как и Дрейк на своем острове. Вокруг них тут же с двойным усердием замельтешили стрекозы, транслируя изображение лиц крупным планом на экран позади. Из любопытства я посмотрела в императорскую ложу, и мне показалось, что в глубине виднеется еще одна закутанное в темное фигура. Сердце трепыхнулось: Дрейк? С тем же успехом это мог быть и стражник, с такого расстояния не разглядеть.

Лайонел заговорил своим глубоким приятным голосом, как и у распорядителя усиленным магией:

— Сегодня ночью диали Перфекта Левантер, оказала короне неоценимую услугу. К сожалению, сей благородный поступок привел ее к временному магическому истощению. Она не сможет продемонстрировать нам то, что планировала.

— Я готова попробовать, мой дракон.

Блондинка робко положила руку на плечо принца. Тот, перехватив ее, сжал пальчики. Изображение на экране до мельчайших деталей передавало весь спектр эмоций. Зал затаил дыхание.

— Ни в коем случае, диали! Наша благодарность безмерна. К сожалению, я не могу рассказать всем, о случившемся, но речь идет о безопасности Флигенерде. Я обладаю правом вето на каждом испытании и теперь желаю им воспользоваться. Мое слово: диали Перфекта Левантер сегодня неприкосновенна.

Колба Перфекты мгновенно наполнилась до краев

Право вето! Надо же. Если блондинистая магичка знала об этом заранее и была способна что-то эдакое подстроить, то весьма искусно воспользовалась ситуацией, чтобы получить высший балл и одновременно оставить любую из понравившихся наследнику невест без защиты и гарантированно вывести ее из игры. Но кого же…

О боже! Меня! Меня она боится! По ее мнению, я не способна продемонстрировать что-то стоящее, но все помнят день моего появления и то, что Лайонел пригласил меня на ужин. Вот же! Даже приличных слов нет, чтобы ее назвать. Но что она такого сделал, чтобы получить признание заслуг перед короной?

Пока звучали аплодисменты, а деора Агенси отвлеклась, среди невест началось волнение. Кто-то возмущался, кто-то подозревал наследника в предвзятости, кто-то просто ругался. Пожалуй, только Орана оставалась невозмутимой как скала и отрешенно смотрела куда-то вдаль. Между делом я приглядывалась, как учил драон Кикорос. Ну а что? Вдруг что-то полезное увижу.

Тут ко мне повернулась Аспилата Орд, сидевшая во втором ряду.

— Эй, знахарка? Уже поняла, что таким как ты тут делать нечего? Пакуй вещички.

Неужели и ведьма догадалась? Я снисходительно глянула на нее и спросила:

— Не знала, что ты носильщиком подрабатываешь.

— Ну как? Думала, поможешь мне чемоданы нести.

Сохраняя внешне спокойствие, я насторожилась, помня про смертельные проклятья, которыми Орд разбрасывается направо и налево.

— А давай поспорим, что ты уже сегодня вечером отправишься в свой захудалый мирок? — прищурилась та.

— Давай. Но если я выиграю — ты пострижешься налысо.

Наблюдавшие за нашей перепалкой демонессы и эльфийки, захихикали. Я на миг прикрыла веки и тут же часто заморгала, не поверив своим глазам. На шее рыжей, прямо на защитном амулете, замаскированном под связку драгоценных листьев, висела прозрачно-красная змея! Такая же, как у того посланца в кабинете Дрейка. Только эта была поменьше и, вместо горла девушки, обвивала камень амулета, который я теперь видела в первозданной форме, без иллюзий от деоры Агенси.

— Не стоит вставать на пути ведьм клана Орд, подумай об этом! — протянула рыжая, и ее глаза полыхнули потусторонней зеленью, хотя о каких сторонах может быть речь теперь, когда я знаю о существовании множества миров?

При этом никаких подозрительных ощущений я не почувствовала, остается гадать, посмела она колдовать снова или же использовала внешний эффект, чтобы меня напугать? Одно ясно — теперь мы точно враги. Неприязнь только усилилась, и можно ждать чего угодно, любой пакости, но, в отличие от местных, я не умею играть во все эти магические игры, и из-за собственной неосведомленности уязвима куда больше прочих.

Я снова взглянула на красную змейку. Когда обнаружила подобную в прошлый раз, Дрейк с Бальтазаром пулей сорвались с места. Еще бы! Учитывая, каких бед может натворить подчиненный чужой воле человек, а тем более маг. Но посланец выглядел иначе, змейка ему явно мешала, а ведьма ведет себя вполне как… Ведьма. Интересно, Аспилата всегда такая гадина, или тоже находится под чьей-то властью?

Опять тщетно поискала глазами Дрейка. Что же делать? Посмотрела на Лайонела, который как раз помогал усесться Перфекте. Как и в прошлый раз, наследник ошеломлял своей аурой, ослеплял истинной мужской красотой, и излучал уверенность в собственной неотразимости.

— Добрый день, диали, — поздоровался он негромко, одарив невест коронной во всех смыслах улыбкой.

Девушки издали совместный не то всхлип, не то томный вздох, и улыбка наследника стала еще чуточку шире и самодовольней. Зуб даю! От этой мысли очарование развеялось, и я вдруг осознала, что, несмотря на отсутствие морфика, не чувствую желания броситься ему на шею, как в прошлый раз. Вместо этого, почему-то вспомнился Дрейк в день испытания артефактом. Его скрытое капюшоном лицо, из-под которого видны только губы и мужественный, покрытый короткой щетиной, подбородок…

Отсутствие драона-рок-его-звезды-Абданкена меня все сильнее беспокоило. Если он в ответе за невест, почему его самого здесь нет? А я даже не знаю, могу ли демонстрировать умение видеть скрытое? С другой стороны, интуиция подсказывает, что такой козырь, мне еще пригодится. Решено — буду лечить, пусть это и не столь эффектно с творческой точки зрения.

И все же я решила осмотреться, пока есть время. Вдруг обнаружу что-то интересное? Наследник тем временем уселся на отведенное ему место напротив нас и кивнул распорядителю: дескать, начинай испытание. Маг тут же сделал широкий жест рукой, рассыпав сотню маленьких разноцветных шариков, сотканных из света. Шарики поплыли по воздуху прямо к нам.

— Диали, выберите тот, что вам больше по душе, и крепко сожмите.

Я поймала светло-сиреневый. Во-первых, мне нравится этот цвет, а во-вторых, он хорошо сочетается с моим платьем. Сжала, как было сказано, и сквозь пальцы просочился свет. В кулаке потеплело, а на коже от локтя до запястья проступила сетка рисунка, которая сразу впиталась. В тот же миг мое имя и миниатюра портрета на экране переместились на четырнадцатую строчку. С остальными происходило то же самое. Оказывается, это мы так жребий тянули! Интересно.

Наконец, перетасовка невест закончилась, и снова заговорил распорядитель:

— Диали, если вам потребуется что-то особенное для демонстрации своих умений, сообщите это моему помощнику.

К нам приблизился второй маг, совсем еще юноша на вид. Перед ним в воздухе висел планшет с блокнотом и «Паркер» местного разлива. Он пошел вдоль ряда, тихо опрашивая нас. Стрекозы поднялись выше. Видимо, чтобы не выдавать зрителям интригу прежде времени.

— Я желаю продемонстрировать умение лекаря, — сообщила, когда пришла моя очередь.

— Вам нужен кто-нибудь, кого вы сможете вылечить, диали?

— Да. И лучше, чтобы это кто-нибудь действительно нуждался в помощи, — уточнила на всякий случай.

Если честно, поднадоело, что каждый раз кого-то ранят, в то время как можно было бы вылечить того, кто на самом деле болен. Скептично хмыкнула Орд. Повернулась, окинув меня оценивающим взглядом, Перфекта. Прыснули эльфийки, и зашушукались демонессы. И что им, спрашивается, не понравилось?

Первой выпало выступать Гюльнефли. Дева-бабочка по сигналу распорядителя вышла в центр арены, сделал реверанс и свет погас. Да-да. Это притом что мы находимся под открытым небом! Хотя я не так чтобы уж очень удивилась, начинаю привыкать к этой их магии. Гюльнефли с приподнятыми руками застыла в пятне света, заиграла музыка. Ее платье вдруг зашевелилось, распавшись на сотни бабочек! Но не успели затаившие дыхание зрители разглядеть ее тело, как место прежних заняли другие, тем самым изменив фасон и цвет наряда. Это повторилось несколько раз, а сама невеста тоже не стояла на месте, а танцевала и, надо сказать, неплохо. Ее крылатые помощницы то создавали вокруг цветные вихри, дополняя рисунок танца. То выстраивались в сложные фигуры, а в конце и вовсе объединились в огромные крылья, которые подняли ее над ареной. Очень эффектно и красиво! И, кажется, я единственная из невест, кто ей аплодировал… Н-да.

Танец закончился, снова стал светло, а распорядитель произнес короткую речь, в которой пояснил, что основная сложность этого трюка — объединение в рой огромного количества особей и виртуозное управление ими. Естественно, это умение можно применять и при иных условиях. Наверное, отводить с полей саранчу?

Номером два шла диали Марр — женщина-кошка. Эта девушка отличалась необычной внешностью, и относилась к расе зверолюдов, как и моя Карли. Красные глаза, обрамленные абсолютно белыми ресницами, поначалу нагоняли на меня жуть. Кроме этого, у нее были крупные кошачьи уши, со вставленными в них серьгами-кольцами, полосатый хвост и волосы необычного оттенка — белые у корней и темнеющие к концам. Марр мне показалась спокойной и сосредоточенной, как и обычно. Я не заметила за прошедшие дни, чтобы она с кем-то общалась. Кошка всегда держалась особняком. Сегодня на ней было интересное платье, состоящее из множества кожаных ремешков, которые зазывно колыхались при каждом ее шаге, а ходила она как, хм, кошка. И она тоже танцевала под ритмичные удары невидимых барабанов, удивляя противоестественной гибкостью тела. Ритм ускорялся, а танец все больше напоминал бой. На арене стали появляться иллюзорные фигуры каких-то чудищ, и я убедилась, что не ошиблась, когда кошка принялась кромсать их вдруг отращенными когтями.

Стали закрадываться нехорошие подозрения, что я не совсем правильно определила формат испытания. Станцевать, конечно, смогу, но вот еще и лечить при этом налево направо…

— Орана, ты тоже будешь исполнять танец?

Орчиха недоуменно покосилась:

— С чего ты взяла?

Я указала глазами на арену.

— Когда особо нечем похвастаться, то красиво упаковывают то, что имеют.

— И у нас все точно так же, — согласилась я с некоторым облегчением.

Третьей выступала демонесса… Тьфу! Суккуба, наряд которой сегодня у меня ассоциировался с гейшей. И… Ура! Она не танцевала. Она пела.

Ее чарующий голос раздался в пространстве, слова незнакомого языка вызывали резонанс где-то внутри. Искушающий взмах ресниц, особенный взгляд. И меня точно пронзила молния, пульс участился. Нет, определенно что-то сейчас произошло. Мужчина и женщина в первом ряду — пожилая и чопорная на вид семейная пара, вдруг повернулись друг к другу. Их взгляды сияли, точно они впервые заметили друг друга. Муж взял руку жены и медленно, поднес к губам. Он не сводил с нее глаз, и женщина словно расцвела в тот же миг. Приосанилась, будто роковая соблазнительница. Я и сама ощущала нечто странное. Во рту пересохло, и безудержно тянуло посмотреть на Лайонела. Я невольно поддалась этому желанию. Наследник задумчиво наблюдал за происходящим, его указательный палец был прижат к губам. Почувствовав мой взгляд, он чуть прищурился и послал мне едва заметный воздушный поцелуй.

Я поспешно отвернулась. К счастью, как только «Песнь первой встречи» закончилась, все наведенные ощущения и эмоции схлынули, хотя по лицам в зале еще было заметно, что многие под впечатлением. Распорядитель сказал, что эффект можно применять и на поле боя, и для обновления семейных отношений. Что ж, тоже полезно.

Следующей пришла очередь дриады Эльталло, чье выступление окончательно убедило меня, что зрелищные номера только приветствуются. Под приятную и очень нежную музыку она отрастила золотое деревце. При этом татуировки на ее лице мягко сияли, переходя на кожу рук, а дерево причудливо двигалось в такт плавному завораживающему танцу, затем распустилось цветами и принялось плодоносить. В конце для тех, кто за внешней красотой исполнения, не понял ценности умения, распорядитель, как обычно, вкратце разъяснил, где и как это можно использовать.

Грозовая Сан-Дор эффектно сверкала глазами и молниями в голубых волосах. Создавала шаровые молнии, жонглировала ими, и запускала в мишени.

Демонесса Шарралин, чьи лихо закрученные рога, сегодня были обильно украшены, продемонстрировала виртуозное владение магическими боевыми кнутами. Огненными.

Я так засмотрелась, что и не заметила, как подошла моя очередь.

— Номер четырнадцать. Диали Хельга Ферро, целительница из Москвинии! — провозгласил распорядитель.

Ой! Что-то я волнуюсь.

Стоило занять место по центру арены, как напротив образовалась арка портала, из которой вышла молодая женщина с ребенком. Она была скромно одета, затравленно озиралась по сторонам и держала на руках девочку лет четырех-пяти на вид. Я едва слышно выругалась. Мечущийся взгляд незнакомки наткнулся на распорядителя, и тот указал на меня. Женщина повернулась, ее губы дрогнули.

— Помогите, диали. Моя дочка…Спасите ее!

Женщина тихо заплакала и, поставив девочку на землю, подтолкнула ко мне. Я уставилась на белокурое голубоглазое чудо с кривыми бантами в растрепанных косичках, и обомлела. Не знаю, получится у меня или нет, но в одном я точно уверена: если какой-нибудь идиот решит ее ранить, порву голыми руками!

Стараясь не напугать ребенка, я осторожно приблизилась. Девочка часто моргала, ее рот кривился, будто она готовилась заплакать, но держалась изо всех сил, маленькие кулачки сжимались.

— Привет! — поздоровалась я тихонько и улыбнулась. — Какое у тебя красивое платьице!

— Спасибо, диали.

Девочка попыталась изобразить неуклюжий книксен и пошатнулась. Я поймала ее, не дав упасть. Она крепко зажмурилась, а я почувствовала, как напряглось ее хрупкое тело. Наконец она открыла глаза и на миг мне показалось, что ее зрачки расфокусированы.

— Вы красивая, диали. И ваше платье намного лучше моего.

Она говорила грустно и как-то монотонно.

— Как тебя зовут, принцесса?

Девочка улыбнулась и на ее лице появилось подобие улыбки.

— Алана. И я не принцесса, что вы!

— Ничего, это дело поправимое, Алана. — Я коснулась кончика курносого носа пальцем и добавила: — Подрастешь немного и выйдешь замуж за принца.

— Я не вырасту, я ведь скоро умру.

Она выдала это так спокойно и серьезно, что у меня ком подступил к горлу.

— Кто тебе такое сказал?

— Наш лекарь. Мама теперь все время плачет…

Я посмотрела на несчастную женщину, которая не сводила с нас глаз, инстинктивно сложив руки в умоляющем жесте.

— Послушай, крошка. Хочешь немного побыть принцессой, пока я поговорю с твоей мамой?

Девочка со всей серьезностью кивнула. Я подмигнула ей и безжалостно оторвала болтающуюся на рукавах ткань. Зал охнул от неожиданности, зрители загомонили и начали переглядываться и качать головами. Кажется, они совсем не поняли, чем я занимаюсь. Даже маг-распорядитель нахмурился и как-то вопросительно посмотрел на меня. Не обращая ни на кого внимания, я одним лоскутом украсила ее талию, на манер второго слоя юбки, вторым задрапировала верхнюю часть.

— Теперь я как принцесса?

— Вылитая!

Я наклонилась и, подмигнув, доверительно прошептала, указав на невест:

— Боюсь, наследник выберет тебя, и все они останутся с носом.

Отправив девочку рассматривать колбы, подошла к ее матери. Та напоминала обхватившую себя руками статую. Спохватившись, она низко склонилась, застыв в такой позе. Блин! Как же непривычно-то.

— Диали… Деора, — поправилась я, полагая, что скорее всего она замужем.

— Суна, диали. Я не замужем и не знатного рода, — она очень смутилась

— Простите, я иномирянка и мало что знаю о местных традициях. Так как мне к вам обращаться?

Посмотрев, что делает девочка, которая на радостях пустилась было в припрыжку, я обнаружила, что та сидит на земле.

— Дасси, что с твоей дочерью?

— Она умирает, диали. Нет никакой надежды.

Женщина снова ударилась в слезы. Алана тем временем поднялась и с серьезным видом заложив за спину руки, рассматривала колбу Перфекты, которая красиво мерцала энергией в отличие от остальных, наполненных едва ли на треть.

— А подробнее? Что у нее болит?

Суна Дасси даже плакать перестала, удивленно уставившись на меня.

— Не знаю.

— Нормально! Вы ее мать?

Женщина кивнула.

— И вы сказали маленькой девочке, что она умирает?

— Не я. Наш лекарь Сейт Макар.

Имя она произнесла с ударением на первый слог, но от этого мне не стало менее весело. Отчего-то я сразу невзлюбила этого Макара, наверняка низкоквалифицированного. Пришлось задавать наводящие вопросы, спиной чувствуя недовольный взгляд мага-распорядителя. Не помню, есть ли здесь какой-то регламент? Что если время закончится и девочку уведут раньше, чем я смогу попытаться ей помочь?

— Дасси, поспешите!

Из сбивчивого рассказа несчастной матери удалось выяснить вот что: они жили на одном из тех инсалей, на которые напали демоны. Алана оказалась в числе пятерых пленников, которых удалось освободить живыми. Внимание! Благодаря драону Абданкену! Неизвестно, что демоны Бьосангрифа успели сделать с плененными людьми, но все, кроме Аланы умерли в течение недели. То ли им не смогли помочь, то ли не захотели. Одно ясно — пресловутый Макар был не в стоянии это сделать сам. Малышка все еще держалась, хотя чувствовал себя нехорошо. Часто падала в обморок, стала забывала себя и родных, жаловалась на головокружение, головные и сердечные боли, мучилась от нарушения координации движений. Местный лекарь ей тоже ничем не мог помочь, и даже не решился поставить диагноз.

Тем временем к нам направился маг-распорядитель. По его плотно сжатым губам, я поняла, что недалека от истины и пора закругляться. В поисках поддержки обернулась на Лайонела, но тот был занят — строил глазки невестам.

— Диали Хельга, зрители скучают, ваше время выходит, вы гото…

В этот момент Алана вдруг повалилась набок. Оттолкнув мужчину, я подхватила юбки и бросилась к ней. Первым делом нужно проверить голову и сердце. На этот раз я даже прикрывать глаза не стала. Стоило только немного поднапрячься, как моему взору предстали обширные сияющие красным светом области. Не представляю, как это сочетать с существующими на земле диагнозами.

Предположив, что это повреждения магического характера, я уселась на землю, положив голову девочки себе на колени. Разместив ладони над ее лбом и сердцем ощутила холод, даже запястья занемели. От неожиданности я зашипела и отдернула руки. Рядом упала на колени мать, она больше не плакала, просто прижимала ко рту руки и переводила взгляд широко распахнутых глаз с меня на дочь. Я снова посмотрела на девочку. Красные области расширялись, и я вдруг четко поняла — как только два пятна сомкнуться, наступит конец.

Собравшись, я стиснула зубы и снова расположила руку над пятном. Ломота охватила запястье, но пятно тут же остановилось в росте. Черты лица Аланы на миг поплыли перед глазами, исказив их и одновременно сделав до боли знакомыми. Нет! Боже, как же я хотела ей помочь! Капнули слезы, и мир снова приобрел четкость. Больше не раздумывая, я разместила вторую руку над сердцем, остановив рост второго пятна, а затем принялась вливать энергию. Чем больше я вливала, тем быстрее уменьшались пятна. И тем хуже я чувствовала себя сама.

Пятна уменьшились вдвое, когда я поняла, что не могу продолжать. Руки тряслись.

— Помогите мне, — шепнула я сдавленно.

Дасси сообразила, что меня нужно поддержать, чтобы не упала. Тут уже дураку бы стало ясно: недуг Аланы высасывает жизненную энергию. А я не в силах закончить начатое без риска для жизни. Как будто делая последний рывок я напряглась и вскинула голову. Взгляд сам по себе наткнулся на наполненные энергией колбы.

А что, если…

У меня получилось. Я знала это. Чувствовала, теряя сознание. Дасси оттащили в сторону. Забрали Алану. Я лежала на твёрдой земле, и видела похожее на сердце облако. Кажется, это конец, но я счастлива. Я спасла ее, не в том, так в это мире… Одно лицо, сменилось другим.

Чья-то рука убрала с лица прядку, и я отчетливо увидела браслет на запястье. Почему-то стало смешно — рука мощная, покрытая волосками, а браслет как детская игрушка, с бусинками. На этом сознание окончательно меня покинуло.

Дрейк. Вечер накануне испытания

От работы отвлек срочный вызов. Маговизор я использовал с большей пользой, чем половинаи населения Флигенерде, поэтому на его экране появилось хмурое лицо Тиля Дертана, вместо хорошенькой репортерши.

— Изгнанник, ты нам нужен, — пророкотал командир тяжелых рейтеров, передав мне метку перехода. — Бальтазара прихвати, лишним не будет.

— Что случилось? — спросил я.

— Какая-то странность. Патруль в Дальних пределах потрепали, снова бьосы лезут!

Несколько крепких выражений о половых взаимоотношениях жителей Бьосангрифа между собой, наверное, и Бальтазара заставили бы покраснеть как девственницу.

— А подробнее?

— Я перенаправил тебе копию вызова, но стрекоза сдохла, мало что удалось разобрать.

Лицо друга исчезло, его сменил бегущий рейтер. Воин находился в движении, и, судя по всему, от кого-то отбивался, пытаясь одновременно вызвать подмогу. Мне было видно только как двигается его рука, пуговицы и портупея на боевом облачении, изредка мелькало напряженное лицо. Изображение было нечетким и все время плыло и прыгало. Похоже, стрекоза вот-вот погибнет. Тем не менее, он успел сообщить, где находится. Затем проорал команду, стрекоза повернулась, открыв заросшее папоротниками пространство, фигуру высшего демона и стремительно приближающуюся клыкастую тварь. Почти сразу ослепительно полыхнуло, и экран погас. Выжил тот рейтер или нет? Пришло мое время ругаться.

— Бальтазар!

Я использовал магический зов, и друг материализовался посреди моего кабинета сразу же.

— Как раз направлялся к тебе. Спасибо, что помог добраться быстрей.

Связанный добровольной клятвой, он обязан был являться по первому слову, и теперь язвил. Впрочем, не больше, чем обычно.

— Готов к заварушке?

Демон только хищно осклабился. Он, как и я, ненавидел бьосов.

На безымянный инсаль в Дальних пределах мы прибыли немногим позже Тяжелых. Дертан со своими воинами уже успели разведать обстановку и, не тратя времени, Тиль изложил свои мысли:

— Бьосы — шушера. А вот высший — та еще заноза в заднице! У него есть что-то, с чем нам еще не доводилось сталкиваться. Может, тебе лучше не лезть в это, Дрейк?

Тиль положил мне руку на плечо.

— Спасибо, мамочка, но это пусть Лайонел трясется за свою царственную задницу. Я теперь — изгнанник. И раз уж ты сам меня сюда вытащил, идем!

Демоны будто догадывались о нашем появлении, хотя вероятно так оно и было. Мы встретили остатки их отряда прямо посреди пути. Мелочь, точно взбесившись, с самоубийственной отвагой набросилась на нас скопом, и почти мгновенно полегла. Драконий огонь и мечи тяжелых не оставили им шансов. Но оказалось, это ловушка. Со всех сторон открывались арки, выпуская десятки тварей и демонов-солдат. Порыв ветра сорвал с моей головы капюшон накидки, и в глазах высшего мелькнуло узнавание.

— Дрейк Рейгель, — прорычал он.

Не вопрос — утверждение. Время точно замедлилось. Краем глаза я видел, как растворяется Бальтазар, а его крылатая проекция еще только формируется между мной и высшим — другу не терпится спасти мне жизнь и скинуть бремя добровольной клятвы… Дымок распростер крылья, готовясь увернуться от любого заклятья. В его нутре зарокотал зарождающийся магический огонь, я чувствовал это телом, но понимал, мы уже не успеем воплотиться в единое существо. В мою сторону уже несся сгусток непроглядной тьмы. Повеяло нездешним холодом, и противно заломило зубы, словно кто-то использовал пустотную магию. Наверное, так оно и было. На инстинктах я отклонился вправо. Дымок, повинуясь, накренился, уходя с траектории заклятья. Вытянул шею, и из его пасти вырвалось синее пламя.

Я уже не увидел, что стало с высшим. Остаточная энергия его заклинания задела мою ауру краем, разом лишив всех сил и энергии. Стеллар Великий! Спасибо, что не насмерть! Если бы не шпоры, зафиксированные безо всякой магии в гнездах седла, я бы точно разбился в лепешку, когда мой дракон продолжил переворот не ограничившись креном, а я повис тряпичной куклой на его спине, беспомощно наблюдая, как болтаются за головой руки.

В себя привела увесистая оплеуха

— Дрейк, будет тебе отлынивать! Пропустил все самое интересное.

Тиль снова занес надо мной ручищу, и мне подумалось, что еще одной такой оплеухи может хватить, чтобы задумка высшего удалась. Я поспешно открыл глаза, но еле смог шевельнуть рукой.

— Довольно! Он уже уже очнулся!

Его руку перехватил Бальтазар, который с привычной ироничной улыбкой смотрел на меня сверху вниз.

— Еще раз ударишь, и я откушу тебе голову!

Хорошо хоть голос прорезался. Хотя какой это голос? Так, шепот.

— Пустотник? — спросил я, не интересуясь, чем все закончилось.

Раз есть время надо мной толпиться, значит разобрались с бьосами.

— Думаю, да, — подтвердил мои опасения хмурый Дертан.

— Хорошо, что только один, — оптимистично добавил Бальтазар.

Обычная магическая защита любой направленности от пустотных атак не спасет, заклятье разом высосет всю энергию из цели. Нужно покрыть весь объем — отдать больше, чем было заложено и при этом себе оставить. Это же целая прорва! Я бы сказал флигенердцы не могут подобное себе позволить. Не сейчас. Я закрыл глаза, собираясь с силами, чтобы поделиться догадками. Состояние — будто я пустая бутыль, в которой ветер свистит.

— Его срочно нужно доставить во дворец.

— Домой, — отрезал я.

— Дрейк, тебе надо показаться лекарю.

Судя по тому, что чувствую, я не ранен, мне лишь нужна магическая подпитка, и силы восстановятся.

— Домой в замок Изгнанника. Я все сказал!

— Дрейк не упрямься, — принялся было уговаривать меня Тиль. — Ты внешне цел, но тебя бы подпитать.

— Ни один лекарь не сможет подпитать инсальера лучше, чем собственный остров.

— Или Р’рах Атмин, — вставил словцо Бальтазар.

— Твой отец будет недоволен, когда узнает, — пробурчал командир Тяжелых.

— Если узнает. Уверен, стоит ему узнать о моем состоянии, он за ухо меня потащит в башню. Вот только именно этого и нельзя допустить. Понимаете? Я знаю свой резерв. Чтобы его наполнить, артефакт отдаст столько энергии, что это гарантированно приблизит уход отца и матери!

Ошарашенные друзья уставились на меня. Нет, во дворце с этой бедой мне определённо нельзя. было появляться. Вот только с утра я непременно должен быть там. Силы снова меня покинули, перед глазами поплыли круги, стало дурно.

— Я погружусь в анабиоз, чтобы сохранить энергию. Не будите меня до утра. И… Тиль? Если ослушаешься, откушу голову!

Мне снился чудесный сон. Очень хотелось пить, и меня вдруг заполнил сияющий поток, утоляющий жажду, ласкающий прохладой горло и обжигающий грудь. Я заморгал и смазанные черты девичьей фигуры потихоньку приобрели знакомый облик.

Нет, это скорее кошмар. Причем наяву…

— Что ты здесь делаешь?

Судя по внутреннему чувству времени, до утра еще далеко, и тем не менее я чувствую себя значительно лучше. Подпиткой инсаля такое не объяснишь.

— Как сюда попала?

Диали Перфекта Левантер, одна из первых умниц и красавиц Флигенерде, пожала плечами.

— Милый, ты забыл, что я маг-универсал?

— Я тебя не звал.

В голове перебирал случаи, когда это я мог снять защиту с собственных покоев.

— Не беспокойся, это все Бальтазар устроил, он не мог бросить тебя в подобном состоянии, а сам ты не догадался бы попросить. — Она подарила участливый взгляд: — И я тоже не могу тебя вот так бросить.

Брови той, кого не смогу простить, едва заметно нахмурились. Перфекта могла быть твердой, если это ей нужно. Не обращая внимания на мой слабый протест, она откинула одеяло и положила ладонь мне на грудь чуть повыше солнечного сплетения. Брезгливо поморщившись, я спросил:

— Обязательно ко мне прикасаться?

— Нет. Но ты же знаешь, что так будет намного легче и приятней.

— Приятней…

Именно это больше всего и пугало меня. Ненормальная, болезненная тяга к этой женщине, которая возникла после того ритуала. До проблем с Р’рах Атмином я проводил ночи без сна, стараясь найти путь избавления, но штудируя старинные фолианты я раз за разом убеждался, что моя свобода может стоить существования Флегинерде.

Маленькая ладошка нежно погладила грудь. От нее мощными толчками исходило тепло и такая необходимая мне энергия. Это действительно было приятно. Даже чересчур. Я стиснул зубы, комкая в кулаках простыню и еле сдерживаясь, чтобы не завалить маленькую дрянь на кровать и не отодрать так, чтобы и дорогу забыла в мои покои. Еще немного, и все. Я не в силах буду противиться этому соблазну.

Спасением стал образ Хельги. Я вспомнил ее такой, какой она впервые оказалась здесь — в моей спальне. Неожиданно это помогло взять себя в руки и снова стать себе хозяином. Почувствовав, что тело вновь мне подчиняется, а слабость отступила, я совершенно невежливо отшвырнул руку Перты прочь.

— Довольно!

— Но я могу дать еще…

— Спасибо. Империя тебя не забудет. Свободна!

Лишь на миг на прекрасном лице промелькнуло недовольство, но отточенное годами мастерство помогло Перте совладать с чувствами. Она поднялась на ноги и учтиво поклонилась.

— Дрейк… Мне так жаль. Я… Я не думала, что все так получится.

Всем своим видом Перфекта выражала глубочайшее раскаяние.

— Ах, если бы я только могла предполагать, чем все обернется, я бы никогда в жизни не стала проводить тот ритуал! Ты веришь мне?

Я не стал отвечать, и она продолжила:

— В тот раз я поступила как эгоистка, и поплатилась за это.

— И ценой стала жизнь твоей глупой подруги!

— Та ведьма Орд не была моей подругой, но ты прав. Мне нет оправдания. И я сверх меры благодарна тебе, за то, что ты не предал огласке мою… — она эмоционально всплеснула руками, подыскивая слова: — оплошность. И я очень хочу хоть как-то тебе отплатить. Помочь избавиться от последствий ритуала.

Слова Перфекты сливались в одуряющий фон, били по ушам, ввинчивались в мозги, откликаясь в теле жгучим желанием заткнуть ей рот.

— Знаешь, а ведь все свободное время я провожу в библиотеке. У рода Левантер она весьма обширная, и содержит много старинных манускриптов. Некоторые из них настоящие сокровища! Я пока еще не все проштудировала, но я очень прилежна.

Я поморщился. Так долго оставаться с Пертой один на один было непросто, а тонкое покрывало совершенно не скрывало моего желания. И вместе с тем, я хотел одного: чтобы Перфекта убралась отсюда вон.

— Корроче! — рявкнул я, не в силах слушать ее душевные излияния, в которые я ни капли не собирался верить.

Перфекта почувствовала, что я не шучу и зачастила, переходя к сути.

— Дрейк, кажется, я нашла способ все исправить! Н-но… Потребуется очень много энергии.

Тоже мне новость! Я и сам уже нашел как минимум четыре способа. Рявкнул безапелляционно:

— Сразу нет!

— Перта! — я намеренно назвал ее так, как она ненавидит, с удовольствием отметив, как скрежетнули ее зубы, и намекнул на проблемы Р’рах Атмин: — Я думал ты неглупая, и понимаешь, что происходит.

— Дрейк, я узнала о морфах. Ах, если бы раздобыть хотя бы одного из них, тогда…

— Тогда я бы использовал его, чтобы усилить артефакт, а не для того, чтобы исправлять последствия недоразумения, содеянного одной эгоистичной, капризной и избалованной девчонкой!

— Ты прав! Как всегда, прав. Я не подумала. И я готова еще тысячу раз попросить у тебя прощения.

При этих словах девушка сбросила с себя накидку, под которой абсолютно ничего не оказалось, кроме изящного пояса-цепочки на талии. Полюбовавшись долгое мгновение на аккуратные алебастровые полушария грудей с розовыми торчащими вершинами, плоский животик и гладкий лобок, я резко подскочил с места. Прижав соблазнительницу к каменной стене, смерил ее взглядом так, что она покраснела:

— Прости, что не могу принять твои извинения, Перфи.

Стена за спиной Перфекты подернулась пленкой, превратившись по моей воле в арку, ведущую в ее покои. Толчок. И я наблюдаю удивление и разочарование на ее лице, сменившееся на привычную каменную кладку. Издав звериный рык ударил кулаками в стену, ненавидя себя за слабость и за то, что был вынужден принять эту энергию. Если бы мог, выжал бы себя досуха как прачки выжимают магией белье, чтобы избавиться от каждой капли.

Понимает ли маленькая дрянь, что все это только усугубило нашу связь? Понимает ли, что делает меня рабом? Уверен, Перта лицемерит. Ей нравится иметь надо мной власть. Ведь даже убив ее, я не смогу избавиться от истинных уз, что связывают рейтера и его дракона…

Я сам виноват, что допустил наши отношения. И ту проклятую ночь… Перфекта была такой роковой и уверенной, что я и представить не мог, что она еще девственница. Как оказалось, это был не самый главный сюрприз. Дурында-ведьма из клана Орд, польстившись на богатство и связи рода Левантер, убедила Перфекту, что сумеет помочь «завоевать меня». Одержимая жаждой эксперимента, она сказала ей, что знает верный метод, который ничего общего не имеет с приворотом и прочей ерундой, которой балуются несмышленые дети. И, как ни странно, оказалась почти права, только вот это стоило ей жизни, а между нами с Перфектой действительно возникла крепкая связь, только вот о любви здесь нет речи.

То, что произошло, до жути похоже на извращенный ритуал выбора. Я много думал и утвердился в мысли, что это так, подобная связь возникает, когда впервые находишь своего дракона. Возможно, будь на моем месте кто-то другой, это бы не сработало, но я — истинный рейтер, обладающий силой единения, и это сыграло не в мою пользу…

После того, как все случилось, перепуганная Перфи, воспользовалась моей растерянностью и чувством вины и стребовала с меня клятву. Я пообещал ничего не рассказывать ее отцу. Ни о потере невинности, ни тем более о запретном ритуале. Она была такой несчастной и расстроенной, что я согласился. Мой отец был в гневе, когда я ему рассказал, что теперь я опасен и не могу стать наследником престола. Связанный клятвой, я не назвал ему имя Перфекты, обвинив во всем погибшую ведьму. Я добровольно заявил о собственном изгнании.

Отец признал мою правоту и провел ритуал исторжения из рода, я не имею больше права называться Рейгелем, и артефакт с тех пор не признает меня, а Лайонел бесится, что оказался вынужден занять мое место. Пожалуй, это единственный приятный момент, хотя и сомнительный. Всегда любил задирать младшенького, но это у нас взаимно.

По телу пробежала знакомая дрожь. Э, нет! Пусть Перфекта сколько угодно утверждает, что она здесь не при чем, ни за что не поверю. Я посмотрел на кандалы, и снова вспомнил Хельгу. Эх, знала бы она…

Утро, встреченное в цепях, не способствует доброму расположению духа. Онемевшие кисти, и ободранные до крови запястья саднили, был вынужден снова приковать себя, чтобы побитым псом не потащиться за Перфектой. И не кружить в небе, объединившись с Дымком по чужой воле. Кажется с самого того дня, как начался отбор невест я не спал в собственной кровати. Как же надоело!

К счастью, в голове прояснилось, и я вновь обрел над собой полный контроль, но все равно освобождаться не спешил, прислушиваясь к ощущениям. Нельзя больше допускать, чтобы она хоть как-то на меня влияла, будь то подпитка или секс. Не думаю, что вчера она предлагала себя из щедрости. Пусть Перта и держит меня за дурака, но я давно понял: став изгнанником я сразу перестал ее интересовать, и она переключилась на Лайонела, иначе зачем бы просила не препятствовать ее участию в отборе?

Время утекало сквозь пальцы, мне пора отправляться во дворец, чтобы отец ничего не заподозрил. Резерв еще не полон, нет у Перфекты столько энергии, да и инсаль за такое время меня не смог бы восстановить, но и того, что удалось восполнить вполне довольно, чтобы ничем внешне себя не выдать.

Я еще немного выждал, убеждаясь, что действительно обрел над собой власть, и только после этого позвал:

— Бальтазар!

Старый друг появился мгновенно.

— Эк тебя накрыло в этот раз. Даже стену поцарапал.

Он указала на оставшиеся на каменной кладке следы внушительные борозды от когтей.

— Ничего не помню, как обычно, — ответил я чистую правду.

— Перфекта продолжает кружить тебе голову? — насмехался демон.

— Вроде того. Представляешь, вчера она заговорила со мной о морфах.

— Вот как? Так ты считаешь… — Брови Бальтазара уползли вверх, и он выжидательно прищурился.

Я мотнул головой.

— Не думаю. Уверен, у Перфекты пропавшего морфа точно нет. Его энергия настолько яркая и мощная, что обязательно оставила бы след на ее ауре, да и если бы он был где-то поблизости, мы бы тоже заметили.

— Ты прав. Скорее всего, его нет на инсале. Эти существа всегда умели хорошо прятаться.

Утратив обычное спокойствие, я зло дернул цепи.

— Ты снимаешь это с меня наконец?

Бальтазар щелкнул пальцами, и оковы жалобно звякнули, освободив меня из плена.

— Кстати, диали Перфекта Левантер уже некоторое время ошивается под дверью, и всей душой желает тебя видеть.

— Я бы сказал тебе, чего желаю для диали Перфекты…

Демон хохотнул.

— Она, конечно, девочка взбалмошная, но кто не делал ошибок в юности? Тебе сстоит ее выслушать. Как-никак, вчера ее помощь пришлась весьма кстати.

— А об этом нам с тобой еще предстоит поговорить, — я не стал скрывать недовольства.

И все же я оттягивал момент встречи так долго, насколько позволяло время, и даже подумывал переместиться сразу во дворец, но Перфекта неожиданно использовала зов, несказанно меня разозлив.

— Что, Бьосангриф тебя поглоти, ты делаешь?! — проорал я ей в лицо, осознавая, что у нее не вышло лишь по единственной причине — она магически истощена.

— Дрейк, у меня беда.

Диали Перфекта Левантер представляла собой само спокойствие и выдержку, это не считая безупречного внешнего вида. Выглядела она превосходно, а белая одежда, только подчеркивала свежесть и невинность облика.

Такую обманчивую невинность…

Я стиснул кулаки, испытав отголосок вчерашнего вожделения, но сумел задавить его в зародыше.

— Дрейк, я не смогу участвовать в конкурсе. Вчера я растратила резерв почти полностью, а ты… Ты обязан мне помочь.

Испытания в императорском дворце

Наблюдая за ходом первого испытания, я стоял позади всех в глубине ложи и, кажется, прятался. Прятался от участливых взглядов матери и отца, а во рту все еще было кисло от почестей, что пришлось воздать Перфекте.

Она первый человек, кто вынуждает меня кривить душой перед близкими. Рассказывая о причине ее истощения, я несколько приуменьшил критичность своего состояния, но мама со всей искренностью поблагодарила ее и пожелала для меня такую же невесту. Судя по тому, что она даже не попыталась нас свести, ее императорское величество даже не сомневается в победе Перты, и уже видит ее в невестках. Да и Лайонел, похоже, испытывает к ней интерес.

Забавно, но даже если расскажу всю правду, тогда уж мне самому будет не отвертеться. Отец велит жениться на обесчещенной дочери советника Левантера. И вот ведь ирония, до того ритуала я и сам был готов сделать Перфи предложение, но вот после… К тому же она сама, дрожа от страха, попросила не выдавать нашу тайну и не просить ее руки. Вести себя так, будто совершенно ничего не произошло. Так что для всех — в ту ночь я собирался развлечься с ведьмочкой Орд, что в нашем кругу не редкость. Доступные, умелые, обладающие легким нравом и не обремененные условностями, они частенько составляют компанию неженатым аристократам, совершенно не стесняясь этого. Да и кто посмеет их осудить?

Я внимательнее присмотрелся к одной из невест. А ведь и правда, чего она здесь забыла? Не помню, чтобы ведьмы так уж стремились связывать себя брачными узами, свобода им дороже. Да и для их магии так лучше, иначе слишком много ограничений.

Мысли еще немного путаются. Наверное, это последствия пустотного заколинания. Надо же, пустотник! Надо найти как можно больше информации об этой разновидности магии, нехарактерной для Флигенерде. Мы должны быть готовы дать отпор в следующий раз. Пока размышлял, наступила очередь Хельги. Я вдруг ощутил укол совести. А ведь я начинаю привязываться. Наша встреча была столь неожиданной, а ее реакция на меня столь искренней и… приятной, что я расслабился и позволил себе чуточку больше. Вероятно, еще и присутствие Перты повлияло, из-за нее я все время чрезмерно возбужден, вот и откликнулся на такие необходимые мне эмоции, позабыв, что невесты неприкосновенны.

Кстати, что там происходит? Ольга стоит и разговаривает с плачущей женщиной, и ничего особенного не демонстрирует, а у ее колбы заполнено лишь донышко, и это тревожит…

Распорядитель подошёл, чтобы ее поторопить и тут события завертелись. Эх, жаль, что я не обладаю правом вето как Лайонел, а брат уже его использовал по моей же просьбе… Я грязно выругался про себя, невольно обвиняя Перфекту во всех грехах. Вот же проблемная баба! Даром, что на вид эдемский ангелочек.

Девочке стало плохо, и Хельга, не дослушав распорядителя, бросилась к ней. На экране крупным планом показали безжизненное лицо ребенка и заплаканное — ее матери. А ведь эта пара мне знакома! Точно! Девочка была среди пленников бьосов, которых мы освободили месяц назад, когда эти дерзкие вторжения начались. Кстати, она единственная из тех пленников осталась жива. Но кто, Стеллар его покарай, додумался привести ее сюда?! Кто дал Хельге такое испытание?! Это же заведомо провал! С неизвестной болезнью местный лекарь так и не совладал, к тому же идиот не удосужился доложить во дворец. Я сам только на днях узнал об этом, но совсем не было времени разобраться, да и не моя эта задача — лечить больных.

А вот Хельга, похоже, справляется, хотя для нее это непросто. Наблюдая, как дрожат ее распростертые над девочкой руки, как упрямо стиснута челюсть, я не заметил, что оказался у самого парапета, а ветер треплет слетевший с головы капюшон и волосы. Но сейчас мне все равно, потому что важнее то, что я чувствую — ее силы на исходе, а она не останавливается. Бьосы в глотку! Да она ведь наверное и не в курсе, что такое окончательное истощение! После подобного если и выживешь, магом уже не быть.

Что-то предупреждающе кричал маг-распорядитель, но даже не пытался ее остановить. Идиот! Я, не задумываясь, переместился на арену. Прах с договором и Отбором, не могу допустить ее гибели! Хельга вскинула голову, издав сдавленный звук, словно поднимала тяжелое, и колба Перфекты разом опустела. Стиснутые в кулаки ладони снова распрямились, и она разом закончила начатое, отдав все до капли. Но как?! Как можно так быстро делиться энергией такого просто не бывает!

Все произошло настолько быстро, что, материализовавшись рядом, я не успел даже сделать шагу, а Лайонел, бесцеремонно оттолкнув меня в сторону, подхватил Хельгу на руки. К матери и девочке подбежали помощники, а я просто стоял и смотрел ему в глаза. Брат отвечал мне тем же, и даже неосознанно притиснул ее ближе. Мы несколько мгновений мерялись взглядами. Хотелось ударить его, выхватить ее из рук, сказать ему, что бы даже дышать не смел в сторону этой женщины, потому что…

Почему, Дрейк? Спрашивал я сам себя и не мог найти ответа. Может, потому что впервые в жизни я чувствую что-то подобное? Потому что в груди сейчас тянет и жжет? Потому что хочется немедленно забрать ее отсюда и спрятать ото всех, чтобы владеть единолично и безраздельно? Я вдруг похолодел, осознав, что едва не сцепился с братом, с наследником империи на глазах ее подданных. На глазах всего мира. Многих миров.

На трибунах наступила небывалая тишина, лишь жесткие крылья стрекоз оглушительно трещали вокруг, и это немного привело в себя.

— У нее истощение, — глухо сказал я.

Лайонел только кивнул и исчез, оставив меня одного на арене. Я огляделся. Зрители загомонили. Маг-распорядитель стушевался, он понял, что ему еще предстоит дать ответы. Невесты, одинаково напуганные и бледные, вели себя по-разному: одни не скрывали торжества в глазах, на лицах других мелькало сочувствие. Пожалуй, только принцесса Орков была искренне возмущена, и едва не подпрыгивала на своем месте, не сводя с меня прямого вопросительного взгляда. Да еще Перфекта, которая явно больше всего переживала о своей опустевшей колбе.

— Девочка здорова! — громкий выкрик дворцового врачевателя заставил внутренне вздрогнуть. — Только сегодня утром я провел обследование, ее состояние стремительно ухудшалось, а теперь…

Я среагировал мгновенно. Нельзя прямо сейчас объявлять во всеуслышание о пустотной магии, а тем более о том, что у нас есть кто-то, кто может бороться с последствиями ее применения. Да, в том, что случилось с пленниками, я больше не сомневался — как раз на себе и испытал подобное.

— Не надо, — я предупреждающе посмотрел на доктора, и тот понятливо опустил веки.

— Диали Хельга Ферро истинный лекарь, готовый отдать все за пациента. Нет сомнений, что она блестяще справилась с задачей, продемонстрировав нам исключительное упорство и самопожертвование! Подобные качества достойны будущей императрицы, вы согласны? Остается надеяться, что она сумеет восстановиться и сможет продолжить участие в Отборе невест! — провозгласил подскочивший к нам распорядитель и сам же первый захлопал в ладоши.

Зрители взорвались аплодисментами, и я с удовлетворением отметил, как стремительно наполняется колба Хельги. Проняло. Врачеватель уже что-то тихо говорил плачущей от счастья матери спасенного ребенка. Расслабились на своих местах невесты, только Перфекта не сводила с меня требовательного взгляда, будто говоря: «Ну сделай же что-нибудь!»

Нет, дорогая, мой альтруизм на сегодня закончился. Как маг универсал, ты вполне могла помочь — подпитать Хельгу, объединив силу девушек, но даже не подумала такое предложить. Ответив ей кривой улыбкой, в которой не было ни капли приязни, я накинул на голову капюшон, скрывая лицо и переместился на инсаль, где находился лазарет.

Судя по тому, что я уже не на арене и совершенно не помню, как меня оттуда унесли, я ненадолго потеряла сознание. Прислушавшись к себе, поняла, что та невероятная схожая с предобморочной слабость уже отступила, и сейчас я чувствую себя вполне сносно. Но по опыту знаю, что и бодрость бывает обманчивой. Потому я не спешила вскакивать с высокой и узкой постели, а приподнявшись на локтях принялась осматриваться.

Место, где я оказалась хоть и не вязалось с больничной палатой в привычном мне смысле слова, но не было сомнений — это она самая и есть. Я здесь еще не видела подобного ложа. Моя кровать, та, что в спальне Ораны и у Дрейка — все они отличались королевскими габаритами. Да и подобие высокой тумбочки, на которой стоит ваза с красивыми белыми цветами ассоциируется отчего-то с лечебным учреждением, а не с гостиной. Но главное не это, и даже не длинный узкий стол вдоль стены, уставленный странного вида артефактами. Главное — запах. Похоже, в любом мире лечебницы обладают особым специфическим запахом, который невозможно ни с чем перепутать. Невольно задумалась о наличии здесь патогенной микрофлоры и усмехнулась. Да, давненько я не была по ту сторону больничной койки, если можно так выразиться. Здоровье у меня крепкое, никакая зараза с детства не берет.

Приглушенные голоса за дверью привлекли внимание, заставив насторожиться и прислушаться. Разговаривали мужчины, но о чем именно, было не разобрать. Я осторожно села и, убедившись, что голова не кружится, спустила босые ноги, порадовавшись, что никто не догадался снять с меня платье, лишь шнуровка корсажа была немного ослаблена. Как по мне — хороший признак. Говорит о том, что мое состояние не так уж плачевно. Кстати, а что, собственно, со мной произошло? Я вроде как надорвалась, или как правильно назвать то, что со мной случилось?

Я соскользнула с высокого ложа и, придерживая подол, подошла к приоткрытой двери, но выходить сразу не стала. Остановилась, прислушиваясь, и осторожно выглянула. Напротив, на небольшом диванчике с резными ножками, сидел Лайонел Рейгель, отсюда мне была видна его рука с закатанным рукавом белой рубашки, все остальное закрывал собой Дрейк, стоящий ко мне спиной.

— Я проверю, вдруг она очнулась.

— Не стоит. Драон Лакрис сказал, Хельге нужен покой.

— Через час невесты должны присутствовать в пещере Ррах’Атмин. Нужно понять, сможет ли она…

— Погоди! — прервал Дрейка Лайонел. — Нет, ты это видел, а? Признаться, я поражен искусством орчанки! Кстати, не задумывался, каковы они в постели?

— Нел! Ты можешь хоть иногда не думать о подобных вещах?

— Кто бы говорил!

Мужчины напряженно замолчали, но вскоре снова заговорил наследник:

— Я же не просто так интересуюсь, вдруг случится, что именно зеленокожая принцесса станет моей женой? Мне придется лечь с ней.

— По экзотике — это к Дертану.

Лайонел тяжко вздохнул и протянул печально:

— Жалко Хельгу, она мне нравилась.

— То есть, ты уже списал ее со счетов?

В голосе Изгнанника послышалось непонятное мне напряжение, будто он затаил дыхание, ожидая ответ.

— Я искренне сочувствую девушке, но она больше не может бороться за меня в качестве невесты. Хотя, я готов ей предложить…

— Только попробуй!

Дрейк подался к брату, и я решила, что стоит вмешаться. Мне тоже не понравился тон Лайонела и явно грязная идея, но не думаю, что стоит допускать драку. Не люблю драки, после них в реанимацию попадают. Коллегам лишняя работа.

— Драоны, вы здесь? А что с Аланой? — задала я весьма интересующий меня вопрос, одновременно уводя разговор в иное русло.

Мужчины удивленно уставились на меня, затем переглянулись.

— С той девочкой!

Я даже рассердилась на такое равнодушие, но мой голос прозвучал слабее, чем я планировала, а резкое движение вызвало головокружение, и я оступилась. Зажмурилась, хватаясь за дверь и тотчас почувствовала, как кто-то осторожно поддержал за плечи. Это был Дрейк, его запах заставил трепетать ноздри и вдохнуть поглубже.

— Спасибо, — улыбнулась ему, чувствуя, как больно сжалось сердце.

Этот всего лишь вежливость, и я толком не успею насладиться теплом его крепкой руки, как она исчезнет. Но шли мгновения, а Дрейк продолжал меня придерживать, с тревогой заглядывая в лицо. Лайонел с интересном прищурился и чуть склонил набок голову. Так. Пожалуй, лучше я сама.

— Я в порядке.

Мягко освободившись, повернулась к развернутому в воздухе экрану, на котором, размахивая двумя широкими кривыми саблями, демонстрировала боевые навыки Орана. Немного понаблюдав безумную пляску молний вокруг нее, отметила:

— Впечатляет.

— Она завершает испытания. Потом час отдыха и… — хмуро начал Дрейк.

Лайонел мягким движением точно большущий кот, поднялся с дивана и подошел ко мне.

— Хельга, — он взял меня за руку, и замолчал, уставившись на наши пальцы.

Дрейк дернулся, но остался на месте, лишь нервно набросил на голову капюшон плаща. Теперь я не видела его глаз, лишь жесткую линию рта. Тем временем Лайонел продолжил с тяжелым вздохом:

— У нас печальные новости. Спасая ту девочку, Алану, ты растратила свой резерв до капли. Мы не ожидали ничего подобного, и не успели тебя остановить. Ведь ты же лекарь, никто и подозревал, что ты не знаешь о подобных вещах. В качестве компенсации, от имени правящей семьи…

— Так что же с девочкой? — поморщившись, я невежливо его перебила, инстинктивно отказываясь воспринимать смысл его слов. — Мне удалось ее спасти?

— Да, она абсолютно здорова, — отозвался Дрейк.

Я двинулась к дивану, от облегчения ощутив слабость в ногах. У меня получилось! Получилось! Я ее спасла!

— Значит, я покидаю отбор? — перебила я и его. Дождавшись кивка, выдохнула: — Ну и слава богу.

— Чему ты улыбаешься? — Лайонел с тревогой заглянул мне в глаза, он, так и не выпустив моей руки, шел со мной и сел рядом

— Ну не плакать же? Мне ведь можно остаться во Флигенерде? Я хотела бы поступить в академию Стеллариона, отучиться на врачевателя и продолжать заниматься тем, что умею.

Дрейк, будто решившись, порывисто подошел к нам и плюхнулся на диван по другую сторону от меня и тоже взял мою руку.

— Хелли, — от этого нежного обращения я вдруг забыла, как дышать. — Ты не поняла, у тебя окончательное истощение. У тебя больше нет магии. Совсем.

Дрейк стиснул мои пальцы, укутав ладошку в своих, а меня вдруг охватила паника. Оказывается, я уже успела привыкнуть к тому, что я маг, но теперь все планы и мечты рушились…

В поисках поддержки я стиснула руки братьев, желая немедленно найти доказательства того, что они ошиблись. Зажмурилась чисто инстинктивно, тут же увидев, что на руке Лайонела тот самый браслет, что я видела перед тем, как потерять сознание — так вот кто принес меня сюда! И с облегчением выдохнула, успокаиваясь. Снова посмотрела на его запястье — браслета точно не бывало, но теперь уже не потребовалось усилий, чтобы его разглядеть при малейшем желании. О боже, да!

— Нет! Я не потеряла магию! Вы что-то путаете.

С чувством величайшего облегчения подскочила на ноги и, потрясая правой рукой наследника заявила, обращаясь к Дрейку:

— Здесь — невидимый браслет, но я его прекрасно вижу!

— Не может быть! — воскликнули в один голос братья.

Дрейк даже скинул капюшон и со смешанными чувствами уставился на меня, потом перевел взгляд на Лайонела и издав облегченный смешок, спросил:

— Так, ты до сих пор его носишь?!

Наследник неожиданно стушевался и, забрав у меня руку, по-детски спрятал ее за спину. Смутился еще больше, поймав себя на ребячестве и, ругнувшись, содрал и бросил браслет в угол. Дрейк только многозначительно поднял бровь и поджал губы, проводив безделушку взглядом.

— Как ты его смогла его разглядеть? — повернулся Лайонел ко мне.

— Это другая моя способность, проявилась здесь в вашем мире. Драон Кикорос, мой наставник магии, научил как ей пользоваться.

Дрейк подтверждающе кивнул, а я вдруг вспомнила, что видела перед испытанием.

— Кстати! Драоны, у диали Орд на защитном амулете змея, похожая на ту, что была у посланца. Помнишь, Дрейк?

Принцы переглянулись, и Мистер рок-звезда мгновенно исчез, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

— Никак не привыкну, — посетовала я и принялась оглядывать комнату.

Отчего-то было неловко оставаться вот так наедине с Лайонелом. Образовалась неловкая пауза и, чтобы ее нарушить, я спросила:

— Если не секрет, что это за браслет?

Думала наследник не ответит, но он точно нехотя буркнул:

— Подарок невесты.

Это что получается? У Лайонела была любимая, с которой они намеревались пожениться, а теперь из-за отбора она побоку? Припомнились его слова за ужином о том, что ему самому это все не в радость. Я подошла и протянула руку, дотронувшись до его плеча.

— Сочувствую.

Лайонел тут же перехватил мои пальцы, притянул к губам и легонько коснулся, прежде чем отпустить.

— Пустое. Это было давно и между нами не возникло чувств. Она тогда была ребенком.

— Не успела я ответить, как в помещении материализовался сухонький старичок с длинной завитой в три перекрученных между собой косицы бородой.

— Диали Хельга! — всплеснул он руками. — Кто вам позволил вставать?

— Простите, но я хорошо себя чув…

— Это я определяю, кто здесь и как себя чувствует, — не дал он мне договрить.

— Драон Лакрис, — в свою очередь перебил его наследник. — Диали Хельге и правда намного лучше. Кажется, вы впервые ошиблись с диагнозом. Осмотрите ее, пожалуйста, и, если все в порядке, мы должны отправляться в пещеру Р’рах Атмин.

Ворча и причитая, главный императорский лекарь затащил меня обратно в «палату».

— Удивительное дело!

Он несколько раз повторил эту фразу-присказку, рассматривая меня так и эдак. Махнул рукой и мою голову окружила цепочка каких-то камней, которые принялись двигаться по орбите, будто я Сатурн какой. Зажужжало какое-то магическое устройство, непонятного мне назначения. А лекарь уставился на него напялив на голову замысловатый прибор отдаленно напоминающий отоларингологический рефлектор. Банально измерить пульс и проверить зрачки драон Лакрис тоже не погнушался.

— Удивительное дело, диали Хельга Ферро! — воскликнул он как бы подводя итог своим действиям, но ваше состояние и правда уже не вызывает никаких опасений. Истощение несомненно имеется, но теперь я не стал бы ставить на вас печать.

— Образно, — добавил он, наблюдая мои округлившиеся глаза. — Это лишь выражение.

— У нас в таких случаях говорят — поставить крест.

— Крест? Хм, интересно. Но у нас это несколько иной ритуал с совершенно другими последствиями.

Я рассмеялась, а доктор отошел и снял с головы налобные зеркала, или что это там у него такое.

— Можете идти, но никакой магии в ближайшие три дня!

— Хорошо, — кивнула я с радостью, и одновременно попыталась вспомнить расписание испытаний.

Хотя чего я так волнуюсь? Может, я и это не прошла, и меня уже сегодня отправят куда подальше.

В смежной комнате наследника не оказалось, вместо него обнаружилась пара незнакомых мне девушек. Красиво одетых в короткие едва достающие до колена платья и… абсолютно похожих.

— Диали-Хельга, нас прислала ее императорское величество по просьбе его императорского высочества принца Лайонела, я Хэнни.

— А я Фэнни, — плавно продолжила вторая. — Мы фрейлины-телохранительницы.

— Наша задача… — начала Хэнни.

За нее продолжила Фэнни:

— Сопроводить вас в пещеру Р’рах Атмин к остальным невестам.

— С-спасибо, — поблагодарила я несколько ошарашенная такой манерой и напором.

Девушки тут же подскочили с дивана, куда на мгновение присели. Весело щебеча и выражая восторги по поводу прохождения мной испытания, принялись приводить меня в порядок. Надо же! Оказывается я завоевала симпатию самой императрицы.

Тем временем мне магией поправили платье и прическу, придали лицу свежий вид, принесли обувь и едва не вытолкали за дверь, когда мой рассеянный взгляд упал на сиротливо валяющийся в углу браслет. Все едва не забыли о нем, но ведь Лайонел неспроста хранил его много лет? Отчего-то стало жаль эту наивную детскую безделушку.

— Погодите, — я метнулась обратно.

— Диали Хельга, что это? — спросила с подозрением одна из девушек.

— Мы обязаны проверить.

Хэнни или Фэнни протянула руку, я безропотно вложила в нее браслет.

— Это принадлежит вам?

— Да. Просто талисман, ничего такого, — зачем-то соврала я раньше, чем успела подумать, зачем это делаю.

Не хотелось выдавать секрет Лайонела, потом сама ему отдам.

Одна из близняшек провела рукой над браслетом и, пожав плечами, передала сестре. Та проделала то же самое, после чего вернула его мне.

— Не доверяете друг другу? — усмехнулась я.

— Мы видим по-разному. Фэнни лучше замечает негативную энергию, а я наоборот.

— Вот как? Интересно.

Я автоматом натянула браслет на руку, выходя в обычную дверь, распахнутую передо мной одной из сестер. Ну хоть где-то обошлось без арок.

Без порталов все же не обошлось, и прежде чем мы оказались в пещере Р’рах Атмин, пришлось преодолеть три арки. Все невесты уже собрались и переминались в ожидании, стоя на своих двоих — присесть здесь никому не предлагали. С удовольствием пронаблюдав вытянувшуюся рожу Перфекты Левантер, я тепло улыбнулась гному-жрецу, и поискала глазами ведьму Орд. Аспилата, почувствовав мой взгляд, повернулась и недоуменно приподняла бровь. Я и ей улыбнулась. Говорят, это бесит. Надеюсь, так оно и есть. Наверняка рыжая тоже радовалась, посчитав, что я выбыла из игры. Кстати, интересно, чем она удивляла зрителей? Летала голяком на метле? И почему она сама все еще здесь?

— Как ты? — тихо спросила Орана, рядом с которой я остановилась.

— Порядок.

Мы замолчали, наблюдая как вперед выходит жрец. Гном поднял свой посох и пробасил, не слишком-то церемонясь:

— Диали, сейчас дух Стеллариона определит, кто из вас достоин продолжить участие в отборе, а чьему духу тут больше и быть не след.

После затянул нараспев на незнакомом мне языке не то молитву, не то куплет, и, судя по мотиву, я процентов на пятьдесят уверена, что это какая-то похабщина. Деоры Агенси на него нет! Тем не менее артефакт засиял, а стрекозы спустились ниже, стараясь не упустить ничего. Чуть в стороне тускло поблескивали фасеточные глаза их господина, вызывающего во мне чувство омерзения пополам с любопытством: интересно взглянуть, как он устроен изнутри.

От артефакта во все стороны поползло свечение, постепенно заполняющее пещеру, оно катилось точно сиреневый туман и до колена скрывало ноги присутствующих. Пялиться по сторонам стало некогда. Как только туман достиг меня, я оказалась под звездное небом, точно космос многократно стал ближе и расстилался во все стороны. Остальные невесты куда-то подевались, но до слуха глухо донесся голос жреца:

— Диали, артефакт закончил отсев!

Последовало ощущение, напомнившее падение в сне, и я ошарашенно распахнула глаза. Я все еще в пещере Р’рах Атмин, а вокруг бледные невесты, не мигая глядящие на артефакт, кто с благоговением, а кто и с ужасом. Хм. А мы точно одно и то же видели?

— Диали Перфекта, артефакт считает вас достойной бороться за право стать будущей императрицей, — провозгласил жрец, и голову Перфекты опоясал мерцающий венец из света.

Та с облегчением выдохнула и заулыбалась окружившим ее стрекозам.

— Диали Орана, артефакт считает вас достойной бороться за право стать будущей императрицей.

Вокруг головы моей подруги возник такой же, и она, клыкасто улыбнувшись, прикоснулась к нему рукой.

— Поздравляю! — одними губами шепнула я, получив в ответ такой же едва заметный кивок благодарности.

— Диали, Сан Дор, артефакт считает вас достойной бороться за право стать будущей императрицей.

Жрец назвал еще несколько девушек, прежде чем очередь дошла до рыжей.

— Диали Аспилата Орд.

Гном нахмурился, а ведьму вдруг приподняло надо всеми, и она застыла, широко раскинув руки и не в силах шевелиться и говорить, лишь бешено вращала глазами на радость жадным до скандалов стрекозам. Вокруг нее замерцал переливающийся мыльный пузырь, похожий на тот, что я видела на животных в парке. По тому как ахнули невесты и немногочисленные присутствующие придворные, я поняла — теперь все видят змею на ее артефакте. Гном нацелил на девушку сияющее навершие своего магического посоха.

— Выявлено нарушение правил, зафиксировано использование усилителя магической энергии, — выдал он официальным тоном, и добавил уже в своей обычной манере: — А то, что источником этой энергии был использовали защитный артефакт невесты, попахивает особым цинизмом! На клан Орд будет наложен денежный и магический штраф, а диали клана на пятьсот циклов лишаются права участия в Отборах невест. Всех.

Над головами пронесся всхлип ужаса. Аспилата побледнела еще больше, ее зеленые глаза заблестили влагой.

— Нет! Пожалуйста, нет! — наконец, ей вернули способность говорить. — Накажите меня! Не трогайте наших ведьм!

Освобожденная, она кинулась к ногам жреца, но тот лишь небрежно махнул рукой, и рыжая исчезла. В пещере повисла гробовая тишина, которую как ни в чем не бывало нарушил гном:

— Диали Флоринда, артефакт считает вас достойной бороться за право стать будущей императрицей.

— Диали Санна Хорестон, артефакт считает вас достойной бороться за право стать будущей императрицей.

С каждым именем неназванные кандидатки волновались все больше.

— Диали Ал иль Толла, выявлено нарушение правил. Зафиксировано использование чар воздействия на зрителей.

Смуглокожая магичка не стал оправдываться и безропотно отправилась домой. Остаться во Флигенерде ей не разрешили.

— Диали Хельга Ферро…

Лишь когда прозвучало мое имя, я вдруг вспомнила, что на моей руке посторонний предмет, который возможно обладает каким-то запретным действием и испугалась. Вот же глупость! Если это так, то мне не позволят остаться во Флигенерде! Я вдруг остро почувствовала, насколько прикипела к этому миру и совершенно не желаю отказываться от него.

— …артефакт считает вас достойной бороться за право стать будущей императрицей.

Вокруг моей головы засветился световой венец, и я ошарашенно заморгала от облегчения. Помимо нарушительницы выбыли еще три претендентки, и нас осталось двадцать пять.

На инсаль Дрейка мы вернулись только к ужину. Ни его, ни Лайонела я так больше и не видела. Поели тихонько, переживая каждая свое, и даже деора Агенси не зверствовала, а Оране подали нормальную еду. Вскоре невесты парами и тройками потянулись к выходу, и мы тоже не стали задерживаться. Когда подошли к лестнице, ее уже преодолели задумчивые и неспешные демонессы, но на галерее оказалось тихо и пусто, я впервые это отметила.

— Орана, куда они делись?

— Фротт, Холо и Шарлин.

— Шарралин. Анжезара Шарралин, — поправила меня орчиха. — Тебе нужно тренировать память на имена, чтобы не опозориться, когда станешь императрицей.

Мы обе замолчали, уставившись друг на друга.

— Я хотела сказать, если станешь.

— Не пугай меня так.

Своей оговоркой Орана сбила меня с мысли, и я вспомнила про мучивший меня вопрос, только лежа в кровати, но как следует подумать о том, куда пропали демонессы не успела, провалившись в сон под ласковое урчание морфика, который вздумал перебирать мои волосы. Наверное, вздумал свить себе гнездо.

За завтраком, пришедшие в себя после вчерашнего невесты, бурно обсуждали испытания: щебетали эльфийки, косились на других и хихикали демонессы, а я вспоминала обрывки странного сна, что видела ночью. Все смешалось: драконы, знакомые и незнакомые лица. Поцелуй с Дрейком — рефреном и будто со стороны. Камнем падающий с неба дракон, и вспышка темного пламени. Неотвратимая и всепоглощающая.

Тихое ругательство Ораны привлекло внимание, выдернув из раздумий, и я в ужасе уставилась в ее тарелку.

— Что это?!

— Гигантский степной скорпион, — едва скрывая раздражение пополам с отвращением ответила она, и зло ее отодвинула подальше, подозрительно принюхиваясь к стакану зеленоватого сока.

— И ты, естественно, такое не ешь. — констатировала я и спросила: — Почему не пожалуешься деоре Агенси?

— Не думаю, что она оценит такую беспомощность. Я ведь уже ходила на кухню, повара всеми богами клянутся, что выполняют инструкции свахи. Вдруг это очередная проверка на выдержку?

— Почему тогда только для тебя?

Орана пожала плечами, и предположила:

— Может для каждой невесты предусмотрели такую проверку?

Я даже открыла рот, чтобы сказать ей, кто на деле виновен в ее вынужденной диете, но остановилась. У меня нет иных доказательств, кроме того, что я подслушала разговор. Вот бы поймать их за руку или как-то припугнуть. Опять же не стоит провоцировать конфликт. Вдруг Орана разозлится и ненароком молнией шарахнет, а ее с позором исключат? Почувствовав неловкость, отдала ей свой омлет, сославшись на то, что не голодна. От меня не укрылось, как переглянулись эльфийки. Чувствую, сегодня на обед мне принесут каких-нибудь мокриц. Допила густой с кислинкой сок оранжевого цвета, отдаленно напоминающий манго, промокнула губы салфеткой и поймала направленный на меня напряженный взгляд Миттернат. А этой что от меня нужно?

Сегодня нам предоставили день отдыха, и я не ожидаясь принцессу, у которой были свои планы, одной из первых покинула столовую, намереваясь прогуляться по залитому утренним солнцем парку и подучиться видеть невидимое.

Фло Миттернат нагнала меня в холле.

— Хельга, постой! Надо поговорить!

Когда я остановилась и обернулась, она подскочила ко мне, не сбавляя ходу, и бесцеремонно ухватила за левую руку.

— Откуда у тебя это — она указала на подобранный мной браслет, который я со вчерашнего дня забыла снять.

Что-то эдакое читалось в ее взгляде, и я сказала как есть:

— Нашла вчера во дворце.

Осенила догадка:

— Погоди! Так он твой?!

Фло отпустила мою руку, ее бледное лицо, оттененное темными прядями волос, помрачнело. Я утонула в ее глазах, засмотревшись на потрясающие необычным оттенком радужки, которые то вспыхивали огненным закатом, то становились темно-фиолетовыми как ночь. Миттернат отвела взгляд в сторону и тихо поведала:

— Я сделала его для своего жениха еще в детстве. То есть, это я была еще девочкой, а он — взрослым красивым парнем, в которого невозможно было не влюбиться.

Я вдруг остро ощутила ее одиночество и отчаяние. Каково это, столько лет быть невестой принца, не помышлять о другом муже и чувствах и в одночасье этого лишиться?

— Браслет прогоняет кошмары. — Фло смущенно улыбнулась. — Точнее, все эти годы я забирала их себе. А сегодня… сегодня я впервые не увидела его снов, но видела твой.

— Фло, я знаю о ком ты. И я всей душой тебе сочувствую.

Стащила браслет и протянула ей.

— Ты его действительно любишь, раз пошла на такие жертвы.

Она смотрела на меня снизу вверх, маленькая и несчастная, а в невероятных глазах плескались слезы. Фло опустила веки, прогоняя их. Качнула головой.

— Хочешь, вместе погуляем? — предложила я.

Миттернат грустно улыбнулась и кивнула, мы бок о бок шли к парку, и неловко молчали, не зная как продолжить разговор, и вместе остановились у пруда с парой волшебных пеликанчиков.

— Извини за стул. Этот ужин с лайонелом… Я была вне себя от ревности, но теперь знаю, кому принадлежит твое сердце и… тоже сочувствую.

Я непонимающе на нее уставилась. Фло внимательно осмотрелась вокруг, и понизив голос, выдала:

— Дрейк Рейгель стал изгнанником не просто так. Не знаю, что именно с ним произошло, трудно отделить истину от сонного морока, даже для танцующей. Но опасайся Перфекту Левантер. Если она узнает, что ты неровно дышишь к драону Абданкену, со свету сживет.

— Почему ты меня предупреждаешь?

— Сегодня ночью я узнала о тебе чуть больше.

Фло Миттернат улыбнулась и протянула мне браслет.

— Отдай, если он станет искать.

— Х-хорошо, — от удивления я даже сбилась.

Она уже собралась уходить, когда я все же решила полюбопытствовать.

— Фло, а что значит танцующая?

— Танцующая во снах, — охотно пояснила она. — Не все девы ночи на это способны, только избранные. Те, кто способен видеть чужие сны и не сойти с ума.

— Но… Это же все равно, что подглядывать?

— Не совсем. Это не так просто, как кажется, к тому же нужен предмет вроде браслета и добровольное согласие его надеть. К тому же клятва при посвящении запрещает выдавать тайны чужого сновиденья. Сегодня я невольно танцевала в твоем сне, и теперь многое знаю о тебе и твоих чувствах.

Да уж, приятного мало, но придется смириться и впредь быть внимательнее к безобидным на первый взгляд безделушкам.

— А на что способны танцующие во снах без браслетов?

— На многое, если это не запрещено клятвой.

— А ты можешь немного подкорректировать сон, не проникая в него?

Фло с подозрением на меня уставилась.

— Зачем тебе это нужно?

— Есть здесь пара диали, которые поступают некрасиво по отношению к конкуренткам.

Я рассказала ей про эльфиек, и в глазах девы ночи зажглись хулиганские огоньки.

— Действительно некрасиво, я им устрою такую ночку, они и думать забудут о пакостях!

— Это точно не будет нарушением клятвы?

— Нет. Во сне невозможно солгать, я лишь активирую их совесть. Сами себя измучают.

— Спасибо.

Кажется, я начинаю обретать если не друзей, то союзников, думала, глядя вслед Фло Миттернат. Немного побродив по парку, я вернулась в свои покои, где меня встретил бордрый с виду морфик.

Протянула ладонь, и прозрачный дракончик с живыми глазками уселся мне на пальцы. Почесав ему горлышко точно коту, пожаловалась:

— Вижу, ты в полном порядке? Расскажешь, где был?

Мордочка морфа приобрела задумчивый вид. Он будто сомневался, стоит ли. Я вдруг осознала, что не сомневаюсь в разумности морфа, ведь он понимает мою речь и, хоть и не отвечает словами, но его поступки говорят сами за себя.

— Слушай, я признаю твое право иметь собственные тайны, но я за тебя волнуюсь. И мне будет очень горько, если с тобой случится что-то плохое. Поэтому давай договоримся: ты будешь оповещать меня об отлучках и сообщать, когда планируешь вернуться, а я не буду зря волноваться.

Согласно кивнул дракончик, и ухватив меня лапками за палец, яростно замахал крылышками, точно повел за руку. Я рассмеялась, чувствуя, как хорошо и легко на душе, когда он рядом. Морф привел меня в гостиную прямо к бюро, где лежал учебник, выданный мне драоном Кикоросом, и с многозначительным видом уселся на него.

— Учиться, учиться и еще раз учиться? И потом ты мне все расскажешь?

Безапелляционный кивок подтвердил правоту утверждения.

Спину ломило, и шея затекла так, что казалось скрипела на всю гостиную, когда я наконец подняла голову от учебника. С грохотом упало самопишущее перо, стук отдался легкой болью в висках. Несмотря ни на что я собой довольна. Давно не училась с таким упоением, да и к магической письменной принадлежности привыкла и прониклась глубочайшей симпатией. Руками так быстро не умею, и даже на компьютере выходило медленней. С наслаждением потянувшись, потерла уставшие глаза, жалея, что нельзя так же потереть и утомленный знаниями мозг. Хотя вряд ли эта процедура принесла бы такое же физическое облегчение.

Карли давно была здесь, сидела тихо как мышка на диване, стараясь не отвлекать меня от учебы. Стоило мне подняться со стула, она вскочила и улыбнулась. Только вот на этот раз лисичке не удалось меня обмануть. Я минут как пятнадцать наблюдала за ее отражением в отражении полированой дверцы.

— Карли, ты скажешь мне, что происходит? — спросила вместо приветствия.

Камеристка даже опешила и заморгала, невольно стрельнув в сторону глазами.

— Где происходит?

Она попыталась сделать недоумевающий вид.

— Не где, а с кем. С тобой естественно. Думаешь, я ничего не замечаю?

Лисица, потупившись, молчала, ее руки комкали форменный передничек.

— Карли, если это личное, не стану лезть. Но если я могу хоть чем-то помочь, скажи.

Нет ответа.

— У тебя дрожат пальцы, когда ты делаешь мне прически. Ты все время озираешься, точно что-то ищешь. Я доверяю тебе, и мне совершенно не хочется разочаровываться.

Камеристка побледнела, и глянула на меня едва не плача. Я глубоко вздохнула. Подозрения оправдываются, здесь явно что-то не чисто.

— Карли, ты имеешь доступ в мои покои, не хочу, чтобы серебряные ложки стали пропадать.

— Ди-диали! — возмущение на миг перекрыло страх.

— Это образно. Слушай, я хоть и из другого мира, но не дура и прекрасно понимаю, страсти накаляются. С каждым следующим испытанием станет только жёстче, а невесты начнут из кожи вон лезть, чтобы устранить конкуренток, и, знаешь что? В нашем мире очень часто действуют через прислугу.

Да, жестко. Возможно, необоснованно. Но что-то совершенно не хочется разочаровываться. После короткой паузы, во время которой я смотрела на лисичку испытующим взглядом, она вдруг всхлипнула и упала на колени, обхватывая мои бедра, прижимаясь к ним щекой и горько плача. Я застыла. В голове билась одна мысль: нет, только не Карли!

— Ди-диали! Я… Вы… Вам следует меня выгнать, — выпалила она и, вопреки сказанному, прижалась теснее и зарыдала.

— Карли. Карли? Карли!

Окрик помог привлечь ее внимание. С трудом разжав ее руки, я заставила камеристку подняться. Усадив на диван, принесла стакан воды и просто дождалась, пока всхлипы затихнут. Она некоторое время сидела, комкая в руках расшитый носовой платочек и боялась поднять на меня взгляд.

— Рассказывай.

Блин! Чувствую себя садюгой, но как же неприятно получать под дых.

— Не могу. — Она снова вознамерилась плакать.

— Прекрати реветь! Просто скажи, что ты натворила?

— Ничего! Клянусь, диали!

Она на миг отважилась встретить мой взгляд.

— Но, я права?

Карли кивнула и еще больше понурила голову, едва не спрятав лицо у себя на коленях. Как-то неправильно видеть жизнерадостную и бойкую лисичку такой, и от этого тошно внутри. Вдруг осенило:

— Карли, это еще тогда началось?

— Ты что-то устроила в моих покоях? Проклятье? Чары, способные навредить? Может, платье порезала?

— Нет, диали, клянусь! Нет!

Она снова вскинула широко распахнутые, полные мольбы глаза.

— Диали, я не хотела. Вы мой шанс! Моя мечта… Теперь, когда я вас подвела, я никогда не смогу попасть во дворец!

Она снова горько расплакалась.

— Кто? — задала я ключевой вопрос, потому что «на кого ты работаешь», показалось донельзя неуместной фразой

— Не могу сказать. Я поклялась.

— Тебя заставили?

Молчание. Она даже не смотрит на меня, только кусает губы.

— Карли, давай так. Я не верю, что ты пошла на предательство по собственной воле, но я должна все знать. Я уже знаю, что ваши магические штучки, дело серьезное, но есть же способ? К примеру, я буду говорить, а ты просто стукни по подлокотнику пальцем, если я мыслю верно. Тебя заставили?

Тонкий пальчик с аккуратным короткостриженым ноготком дрогнул, легонько хлопнув по бархатной поверхности.

После десяти минут содержательной беседы, состоящей из моих предположений и «морзянки» от Карли, выяснилось, что наша умница-красавица Перфекта прижала лисицу и угрожая своим высоким положением принудила докладывать о происходящем в моих покоях, а заодно потребовала клятву о неразглашении, с весьма печальными для семьи Карли последствиями. Это, кстати, было хитро с ее стороны. Я осмотрела Карли, но не увидела на ней никаких контролирующих змеек. Но самое интересное было в другом. Белобрысую волновала не столько я, сколько «необычные существа или предметы в моих покоях». Я скрипнула зубами, стиснув кулаки.

Эта сука обижает моих слуг и, зуб даю, ищет моего морфика!

Связанная клятвой Карли не может ей отказать и не может не выполнять условий.

— Диали Хельга! Клянусь я ничего плохого вам не сделала и не сделаю, даже… Даже если…

— Ой, лучше молчи! Неизвестно как эта твоя клятва сработает.

— Теперь вы меня прогоните?

— Вовсе нет. Продолжай в том же духе, пусть считает, что все под контролем и не беспокоится. И не расстраивайся так, придумаем что-нибудь, чтобы тебя освободить.

Лисичка робко улыбнулась, и всплеснула руками и вдруг вскрикнула

— А! Диали, вы опоздали на ужин!

Очень хотелось встать на крыло и нестись к закату, разрезая крепким точно закаленная магией сталь телом пространство, головокружительно срываясь в пике, и вновь взмывая в высоту до тех пор, пока не станет трудно дышать, а биение сердца не замедлится. До тех пор, пока холод-из-вне не подскажет, что дальше смертным делать нечего.

Как и бессмертным.

Но сегодня следует сидеть в замке, запасаясь энергией родного инсаля, восстанавливая силы и резерв. Перфи, конечно, помогла, но это лишь капля росы в море тумана. Я не стал ужинать, аппетита не было, но и усидеть в кабинете не было мочи. Гуляя по парку, прокручивал в голове вчерашние события. Сразу после испытания Хельги, мне пришлось покинуть дворец. Со мной навязался и Лайонел, утверждая, что раз уж ему временно запрещено участвовать в боях с бьосами, это не значит, что он и от всего прочего должен отстраниться и жить под хрустальным колпаком безвылазно. Он был прав. В конце концов, все это дерьмо свалится именно на его плечи. В конце концов он — Рейгель и мужчина. Я не стал препятствовать.

Отряды патрульных поймали бестелесного бьоса-разведчика, вселившегося в местную девушку. Боевым магам удалось запечатать его в ее теле, благодаря чему состоялся допрос. Маги-экзекуторы дело знают, только вот пленник знал намного меньше, да и тело-носитель выбрал слабое и неприметное. Подтвердились только сведения о новых пустотных заклинаниях, да еще удалось выяснить, что использовать их может не каждый. Девушку подлатали и стерли воспоминания, поместив под особый контроль. Жестоко, но гораздо лучше, чем смерть от призрачных рук злобного духа, который никогда не покидает носителя как следует не натешившись.

Отогнав картины пыток несчастной, потянулся сознанием к инсалю, проверяя цепи. Хоть я и застыл на месте с закрытыми глазами, присутствие Перфекты не стало сюрпризом, как бы она не старалась. Увидев, что я ее заметил, Перта учтиво, но с достоинством склонила голову приветствуя меня.

— Дрейк. Я так надеялась, что ты составишь нам компанию за ужином.

— Спасибо, не голоден.

— Но нас все бросили! Деора Агенси и та не явилась, а слуги предупредили, что ее срочно вызвали во дворец, вот я и подумала…

— Перта, я вам не нянька!

— Да? — В ее голосе послышалась добрая доля иронии. — А я вчера подумала иначе, когда ты, рискуя здоровьем и магией, кинулся к этой девке!

Я даже на миг опешил, от того, как внезапно она перешла на обвиняющий тон.

— Неужели ты совсем не оценил моих усилий? Я рисковала всем, чтобы тебе помочь, а ты…

— Перта! О чем ты? Ты о себе, что возомнила? — устало спросил я. — Ты решила, что вправе так говорить со мной? Не забывайся!

Я сделал шаг вперед, нависая над ней и ненавидя себя за то ощущение, что во мне будила ее близость. Липкое, ненатуральное, навязанное чужим колдовством. Из-за этого я не мог к ней относиться по-прежнему. Она выбивала меня из колеи, но в дурном смысле.

— Дрейк! — возмущенно воскликнув, она вскинула она голову. — Я просто хочу сказать, что ты поступил неразумно, ведь твоя магия…

— Моя магия — не твоя забота, Перфи!

— Дрейк, — протянула она, сменив тон на мурлыкающий, и подалась навстречу, прижимаясь ко мне своими прелестями.

Ее рука поднялась, коснувшись подушечками пальцев моей скулы, и я отдернул голову в сторону.

— Ты… Обожаю, когда ты такой. Властный. Сильный… Настоящий…

Она потянулась ко мне, а я точно скованный не мог сойти с места, проклиная обряд, что установил между нами гибельную для меня связь, и не в силах побороть идиотскую радость ожидания от прикосновения ее губ, но оставаясь безучастным внешне к ее потугам. Перта едва поцеловала меня, когда на дорожку вывернула Хельга и остановилась как вкопанная, увидев нас. В этот момент мне точно на голову ковш ледяной воды вылили. Отпустило.

Едва ощутив мягкие губы Перфекты на своих, я аккуратно отстранил ее, хотя в душе хотелось швырнуть в кусты. Я был зол на то, что она не понимает, что пытается сломать меня. И боялся, что когда-нибудь устану от этого ярма и просто убью ее в приступе неконтролируемого гнева.

— И не смей больше так делать!

— Вон! — Почти шепот, вибрирующий от раздражения.

Она сделал книксен и быстро зашагала дальше по дорожке. Хельга стояла, не двигаясь. Лишь на миг приподнялась ее бровь, а линия губ изогнулась, будто девушка проглотила горькое. Я сделал лишь шаг в ее сторону, когда она резко вскинула руку, коснувшись ладонью солнечного сплетения, и я остановился, не веря собственным глазам.

Я буквально впрыгнула в приготовленное Карли платье, она одним взмахом руки, уложила мои волосы, уже по пути к выходу — еще никогда раньше мы не собирались так быстро. Бегом преодолев как всегда пустующую галерею, я громко топая каблуками слетела по лестнице, преодолела холл и заскочила в арку столовой. Все невесты уже сидели на своих местах, хотя их теперь было меньше — двадцать четыре, вместо тридцати, плюс я. Не задерживаясь, кивнула в ответ на подзывающий жест орчихи и, столкнувшись взглядом с Фло Миттернат, поймала ее едва заметную улыбку. Понятно, дружбу афишировать не станем, не зачем.

Морально я уже приготовилась к неизбежной выволочке, но деоры Агенси не оказалось на привычном месте. Мы тут были совершенно одни.

— Что происходит? — тихо спросила Орану, недоверчиво опускаясь рядом на стул.

Она небрежно указала на наши тарелки, в которых колыхалась совершенно одинаковая сероватая масса с сомнительным запахом нестиранных носков. Я даже не стала пытаться идентифицировать это блюдо, и тем более пробовать. Просто молча поднялась на ноги.

— Диали, — я ни на кого не смотрела, и обращалась сразу ко всем. — Мне это страшно надоело. Я не обладаю терпением принцессы Ораны и гораздо быстрее выхожу из себя. Особенно когда, голодная.

Раздались шепотки и переглядывания. Ко мне повернулись все лица.

— А самое забавное, я знаю, чьи это проделки.

Я не стала уточнять, о чем именно говорю, виновные и так поймут. Одарив эльфиек прямым взглядом, многозначительно шевельнула бровями. Ну а что? Пугать, так пугать. Ага! Остроухим красоткам удалось сохранить невозмутимое выражение лиц, но по тому, как сжались пальцы Иилимы на вилке, я поняла, мои слова услышаны.

— Тот, кто лишил меня ужина, в ответ лишится сна. Это для начала.

— А на что еще ты способна? — привлек мое внимание наглый голос рогатой демонессы.

Она и ее товарки смотрели с интересом и вызовом. Кажется, происходящее их збавляет.

— Да, — встряла суккуба. — До смерти залечишь?

Они глумно захохотали.

— Ну, как-то мне довелось вспороть живот, вытащить все кишки наружу, вымыть их, сложить обратно. Пациент выжил, но ощущения… Да, кстати, это было без магии. Совсем.

Про наркоз я специально не стала упоминать, с удовлетворением отметив, как побледнела добрая половина невест. Некоторые даже отодвинули в сторону тарелки. Ага! Так мы, оказывается, неженки! Я мило улыбнулась эльфийкам, которые уже без прежнего аппетита посматривали на свою еду.

Усаживаясь обратно, тихо сказала Оране:

— Зови слуг, проси поменять нам эту гадость на что-то нормальное.

Орчиха посмотрела на меня долгим взглядом и спросила:

— Ты действительно знаешь, кто к этому приложил поганую руку?

— Да. Деора Агенси и испытания не при чем, но я тебе позже все расскажу, ладно? Сохраняй спокойствие.

Орчиха послушалась и позвала слугу. Подняв взор, я встретилась взглядом с Экс и, не удержавшись от хулиганской выходки, сделала страшные глаза и провела ногтем большого пальца по горлу, развеивая последние сомнения. Если Фло не подведет, их ждет та еще ночка. Надеюсь, сучки подумают в следующий раз как над другими измываться.

После ужина мы не стали задерживаться в столовой. По пути в покои почти не разговаривали, Орана явно злилась. И злилась она на меня. Я остановила ее прямо посреди галереи, разворачивая к себе.

— Ты психуешь из-за того, что я тебе не сказала?

— Я думала, мы подруги.

— Мы и есть подруги, если ты не считаешь иначе.

— Ты видела, как я страдаю и…

— И делилась с тобой своей едой.

Орчиха замолчала, уставившись куда-то в сторону.

— Послушай, я не хотела, чтобы тебя отправили домой. Ты ведь сама мне рассказывала, что тебе необходимо сохранять над собой контроль постоянно. К тому же нужно было придумать, что делать, раз ты не пожелала поставить Агенси в известность.

— Ты так и не сказала, кто они.

— Не важно. Вдруг ты переломаешь им кости, на следующем же испытании?

— Этого мне и хочется.

— Вот видишь.

Снова гнетущая тишина.

— Так, как?

— Подслушала разговор случайно. Здесь в коридоре.

— Неправда! — от ее рыка я даже вздрогнула.

— В смысле?

— Это невозможно. В этом коридоре нельзя просто взять и встретить кого-то.

— О чем ты говоришь?

Орана указала куда-то в пространство:

— Разве не видишь, тут всегда пусто!

— Положим, пусто. Ну и что?

— А то! Для каждой невесты коридор свой свой собственный. Невозможно встретиться. Облегчает охрану. Опять же волосья друг другу никто не повыдергает. Не скинет соперницу с балюстрады. Не метнет незаметно проклятьем.

Я на миг опешила, усваивая информацию. Так вот почему я дышала эльфийкам в затылок, а они даже ухом не вели. Но… Выходит, что я могу видеть все коридоры, если пожелаю. Плохо, что способности мои спонтанно проявляются, а я так мало знаю и о себе, и об окружающем меня мире.

— А как же мы?

— Инсаль сделал нас соседками, значит велика вероятность, что мы подходим друг другу. Но если выйдем на галерею поодиночке, то встретимся только на лестнице.

И я поняла, почему тогда толкнула эльфийку.

— Орана, иногда я могу видеть скрытое, просто не всегда осознаю, что это.

— Чем докажешь?

— Пузыри вокруг отэлэ в парке.

— Оллотэлэ, — поправила меня принцесса. — Ты могла прочитать про них, или кто-то тебе рассказал.

— А если скажу, что разглядела змею на медальоне ведьмы Орд еще до начала испытания?

Орана молчал и хмурилась, а мне надоело что-то доказывать. Вины за собой я не чувствовала, как не считала, что должна держать перед ней отчет. Об этом и заявила прямо, добавив:

— В общем, как хочешь. А я, пожалуй, прогуляюсь.

Развернувшись, я потопала обратно к выходу. Сидеть в покоях в одиночестве меня не прельщало, просить Карли составить мне компанию не хотелось. Я еще не отошла толком от новости о ее шпионской деятельности. Морфик после обеда снова пропал, а с Ораной мы кажется в ссоре. Пойду по парку прогуляюсь. Цветочки понюхаю, да потаращусь на оллотэлэ-пеликанов.

Ни с кем, кроме слуг, спешащих по своим делам, я по по пути не столкнулась. Да и к лучшему, что-то у меня не то настроение. Пеликаны приелись, и я не стала около них задерживаться. Побрела по дорожке дальше, свернула раз, другой. Над головой сквозь ветви деревьев выцветало вечернее небо, в облаках догорали оранжевые блики. Благоухали какие-то цветы, тяжелый сладкий запах которых ассоциировался с южными приморскими городами. Цвенькала, то и дело заливаясь трелью какая-то птица, словно сопровождая меня на протяжении всей аллеи. Вдоль дорожек уже разгорались разноцветные магические шары, окрашивая пространство в мягкие голубые, розовые и желтые тона. На громадине соседнего острова, что располагался в пространстве чуть выше этого вторя им засветились маяки, напоминающие гигантские одуванчики.

Внутри потихоньку отпускало. На следующем повороте решила идти назад по параллельной аллее, чтобы не возвращаться потом в сумерках. Мужской и женский приглушенные голоса я услышала лишь мгновением раньше, чем предо мной выросли две фигуры. Блин!

Дрейк целовал Перфекту прямо глядя на меня. Может если бы не видела его глаза, не почувствовала бы этой резкой боли в районе солнечного сплетения. Я даже скривилась от неожиданности. Точно кто-то ударил под дых без предупреждения. Что за день-то такой? Кажется меня добило увиденное. Я смотрела на него, не в силах вдохнуть. Господи! Да что же такое? Я ведь даже никаких прав на него не имею… Но как же обидно!

В груди жгло так, будто у меня прямо сейчас открывается язва с кулак размером. Боль становилась сильнее и сильнее, я еле держалась, чтобы не обхватить себя руками, сгибаясь пополам. Даже слезы выступили. Мутная из-за них фигура Дрейка двинулся было ко мне, в этот момент стало еще хуже, и я, не выдержав, прижала ладонь к груди.

Вдруг разом стало легче. Я наконец вдохнула полной грудью, смаргивая влагу и по-детски стирая ее кулаками. Побледневшее лицо Дрейка надо было видеть! А он-то чего испугался. И тут я тоже увидела. Прямо передо мной в каком-то полуметре замерла, тихо шипя и чуть подрагивая, шаровая молния. Самая настоящая!

От страха я напрочь забыла, что следует делать при встрече с шаровой молнией и хотела только одного — убежать подальше.

Невольно попятилась, и маленький сгусток энергии подался за мной. Взвизгнув, инстинктивно толкнула его руками, и застыла в ужасе, наблюдая, как молния, подчинившись моему движению, несется в сторону Дрейка.

В руках драона Абданкена материализовался черный посох с навершием-черепом, виденный мной еще в первый день. Он сделал движение, будто отбил мяч, и светящийся шарик, изменив траекторию, с сухим звуком ударился о ближайшее дерево, разнося его в щепки. Как в замедленной съемке разлетелся ослепительный сноп искр и огня, вспучился точно распираемый изнутри ствол, разорвавшись на большие и маленькие куски. Долей секунды позже послышался похожий на взрыв грохот. От страшной картины загородил Дрейк, заключив меня в объятия, спрятав за собой. С запозданием подумала, если бы не он — я бы сейчас вся была утыкана «занозами» размером с полено.

Представив как его спину прошивает сотня деревяшек, отстранилась в ужасе, и он тут же выпустил меня, заставив сожалеть об ушедшем мгновении непередаваемого счастья и ощущения правильности, которое, несмотря ни на что, я успела испытать, прижимаясь к нему.

— Ты как? Твоя спина…

— Ты так за меня беспокоишься, будто и не пыталась убить минуту назад.

От него так и веяло скепсисом. Я уже начала его обходить, чтобы оценить степень полученных повреждений, но остановилась, глядя прямо в глаза.

— Что? Убить?!

Даже голос сел.

— Ну а как это, по-твоему, называется?

Он подтянул край черного плаща, демонстративно стряхивая с него несуществующие соринки, и я увидела, что его спина совершенно цела. Осмотрелась недоумевая вокруг. Земля поблизости была сплошь усеянна щепками, но у нас под ногами остался чистый участок земли. Похоже, он использовал какую-то магическую защиту, зря я так испугалась. Было приятно, что он бросился меня спасать, и в то же время обидно — ведь это все, потому что он отвечает за невест. Уверена, он бы сделал то же самое для каждой. Интересно, а целуется он тоже со всеми? Может, я и Перфекта-Дефекта не исключение?

Надо бы его поблагодарить, но из-за гложущей нутро обиды не получается выдавить ни слова. Злит и то, что уж очень хочется снова его обнять, прижаться всем телом, вдохнуть кружащий голову запах, почувствовать на себе его руки… Стоп!

— Убить… Признаюсь, была такая мысль, — с запозданием ответила я на вопрос.

Тут уже Дрейк удивленно поднял брови и криво улыбнулся. Боже! Как же он хорош, собака! И чем дальше, тем сложнее сохранять самообладание. Ольга, окстись! Он лижется с Дефектой Блевантер, не унижайся!

— Но я бы использовала другие методы.

— И какие же? Ваши местные?

— Ага, казнь через барабульку.

— Никогда не слышал, а как это? — на полном серьезе спросил он.

Я нервно хихикнула.

— Лучше тебе и не знать.

И вдруг обнаружила, что задыхаюсь от того, что Дрейк стоит слишком близко, едва не касаясь меня. Смотрит сверху вниз, вынуждая запрокинуть голову и говорит так тихо, а от его рокочущего голоса внутри что-то вибрирует. И губы саднит от предвкушения, потому что до его рта несчастные сантиметры, которых становится все меньше и меньше…

Украдкой вытерла потные ладошки о подол. Нет-нет-нет! Не надо со мной так! Я же начну психовать, когда ты мне снова заявишь, что следует соблюдать правила и бла-бла-бла. Кажется мужики ни в одном из миров за свои слова не отве…

Отпрыгнув назад, вывернулась из едва коснувшихся моей талии рук, и не оборачиваясь припустила обратно к замку, наплевав на чувство собственного достоинства. Быстро к себе! В кровать! Под одеяло с головой!

Хельга бежала прочь, как от огня, а я чувствовал себя раненым в самое сердце. Стеллар великий! Может ли такое быть? Она совершенно не осознает, что именно произошло, а я только слышал о подобном. Но как? Как, не обладая никакими знаниями и совершенно не разбираясь в магии, она смогла призвать «возмездие неверному»? Ведь я не ошибся? Получается, она — моя истинная пара?

Я тут же перенёсся в свой кабинет. Словоформа запроса, завершающий жест, и вот у меня в руках материализовалась книга из личной библиотеки императора. Опустившись в кресло, заставил себя расслабился, унимая лёгкое головокружение. Пожалуй, назад понесу этот талмуд руками, и пусть меня как в детстве отругает старый маг-хранитель.

Так, посмотрим.

— Раздел истинные пары.

Книга зашуршала страницами, распахнувшись на нужном развороте. Нет. Этим здесь не обойтись. Отложив книгу, я потер виски и приказал доставить мне ужин прямо в покои, туда же перенесся и сам. Нужно восстановиться, прежде чем что-то делать, иначе я не выдержу. Желание освободиться от уз, наложенных Пертой победит, и я натворю что-нибудь непоправимое.

Вечер в постели за книгами, лишь утвердил меня в намерениях. Я нашел еще один способ, и ранее я его даже не рассматривал, но теперь… Осталось только всё рассчитать как следует. Вывести новые формулы, переделать рунные комбинации и чертеж. Все перепроверить на тысячу раз. Это моя последняя надежда.

Отложив фолиант в сторону, откинулся на подушки, прислушиваясь к себе и впервые за сегодня позволил себе расслабиться и почувствовать счастье. Всеобъемлющую радость и восторг от того, как вот прямо сейчас меняется моя жизнь. О Лайонеле и отборе я старался не думать, и о том, чем все закончится — очень уж страшно узнать, что Хельга окажется истинной парой и для него тоже.

Резкое пробуждение «порадовало» колотящимся сердцем и тянущим чувством в солнечном сплетении. Нет, это точно не зов холодильника, есть не хотелось. Здесь что-то другое.

Спальню залил мягкий свет шарообразных огоньков-светильников, я вскочила на ноги и потерла тупо ноющую грудь. Бестолково осмотревшись, направилась из спальни в гостиную.

Прямо мне в руки спикировал морф.

— Клякса! Когда ты вернулся?

Вместо ответа, перебравшийся ко мне на плечо дракончик, вытянул шею и точно кот потерся головой об подбородок. Тепло и гладенько на ощупь. А еще это отвлекло от того непонятного ощущения, что заставило между делом подойти к самой арке. Морфик, замахав крылышками, уцепился в бретельку ночнушки, оттаскивая меня подальше.

— Что происходит?

Дракончик не успокоился, пока мы не вернулись в гостиную. Ощущая легкое беспокойство, я села на диван. Куда это я едва не ушла? Что, вообще, происходит?

— Урр! Урр!

Встревоженно порхал вокруг меня Клякса, но сделав несколько кругов вдруг точно осекся, махнул вразнобой крылышками и неловко опустился мне на колени, изобразив тяжелое дыхание.

— Кляксыч, дружок? Выглядишь неважно. Дай угадаю, ты снова был там, где и в прошлый раз?

Морф, осмысленно глянув на меня, кивнул.

— Давай-ка, мы тебя взбодрим немножко.

Я наложила руки и уже привычно и со знанием дела начала вливать энергию малыми порциями — прямо как по учебнику. Не зря он намекал мне, что надо бы его прочитать. Теперь знаю, что раньше делала это по-дилетантски и с большой опасностью для самой себя.

Дракончик потерся об мою ладонь, будто бы благодаря и одновременно говоря, что достаточно.

— Урр! — кивнув, он взмыл в воздух и проделал пару кульбитов, показывая, что снова полон сил.

Зависнув над большим блюдом с фруктами, морфик выбрал большой оранжевый плод малиссы, напоминающий по вкусу малину и спелое манго, и принес его мне.

— Поняла. Мне теперь надо подкрепиться.

Приняв из его лапок фрукт, с наслаждением впилась зубами в податливую мякоть, чувствуя, как потек по руке липкий сок, и подошла к окну. Отодвинула занавески на миг застыв перед пустым темным проемом. Никак не привыкну, что узкие окна здесь представляют собой ничем не забранный проем в стене, просто прикрытый шторами. Кстати, именно они и регулируют поступление снаружи свежего воздуха. Выглянув наружу, вдохнула ночную прохладу. Темнота. Как и раньше на небе ни звездочки. Но еще более темной казалась громадина соседнего острова, похожая на тучу. Интересно, сколько сейчас времени, нужно найти «пель» и глянуть.

Истошный, полный ужаса крик раздался так неожиданно, что я выронила фрукт, канувший в темноту. Сердце заколотилось как бешеное, руки заломило от испуга, я задышала часто-часто. Приложив к солнечному сплетению руку, уставилась на не меньше меня встревожившегося морфика. Тот, судя по выражению мордочки, явно разделял мою тревогу.

— Помогите!

— Блиииин!

Затоптавшись на месте перед аркой, обхватила себя руками. С кем-то случилась беда, а я так боюсь выйти. Новый крик оборвался так резко, что заломило виски.

— Клякса, нет!

Я в ужасе проводила взглядом вылетевшего сквозь арку морфика.

Да что же такое! Оглядевшись вокруг, не нашла ничего более подходящего для самообороны, чем самопишущее перо с острым кончиком. Смех да и только! Но не с вазой же наперевес выходить? Но и такое импровизированное оружие хоть немного, но добавляло уверенности. В конце концов, мне нужно только забрать морфа. Хотя, может, зря я боюсь? Вдруг одна из невест просто неловко упала с лестницы и сломала ногу, вот и орет как резаная, тогда тем более стоит пойти и оказать первую помощь. Клякса наверняка все уже понял, раз так бесстрашно ринулся первым.

Успокоив себя таким образом, вышла из своих покоев. Если бы не морф, я бы все же позвала Орану с собой. С ее бойцовскими способностями было бы намного спокойнее. Только подумала, как из соседней арки показалась сонная физиономия принцессы орков, а следом и она сама в коротеньком розовом халатике облегающем мощную фигуру.

— Хельга? Ты кричала? — поинтересовалась она хрипло.

— Странно. Идем поглядим.

Мягкой походкой готового к нападению воина, орчиха пошла первой. Спрятав руку с зажатым пером за спину, я двинулась следом. На галерее было пусто. Как обычно, ничего нового. Осмотревшись, я подошла к парапету, и выглянула вниз, опасаясь увидеть на каменных плитах двора тело. Никого

— Стражи нет! Подозрительно. — почему-то шепотом сказала Орана, оттаскивая меня за плечо в сторону. — Посмотрим на лестнице

А я вновь ощутила пропавшее было сосущее чувство в солнечном сплетении, которое заставило проснуться. Шла, оглядываясь и то и дело прилипая взглядом к смазывающимся магическим огням факелов, постепенно отставая от широко и бесшумно шагающей впереди орчихи. В какой-то момент резкая боль в груди заставила и вовсе остановиться. Охнув, я пронаблюдала, как поплыл в стороны коридор галереи, и прикрыла веки, пытаясь сфокусироваться.

Вдруг что-то изменилось.

Тот же коридор и одновременно другой. Фонари уже совсем не горят, и в пространстве властвуют густые тени. Ораны нигде нет, зато передо мной на полу, шагах в десяти, сияет синим светом большая окружность, исчерченная сложным узором из ломаных линий. Каждая — шириною в ладонь. Четко по центру лежит тело. Девушка. Руки и ноги раскинуты, из груди торчит рукоять ножа. Темным пятном вокруг расплывается кровь. Там, где она попадает на линии, они сияют особенно ярко.

Сжав покрепче свое смехотворное оружие, огляделась вокруг. Что, мать твою, происходит?! Свидетелем какого еще гребаного ритуала я стала?

— Орана? — позвала шепотом, заранее зная — орчиха не услышит.

На цыпочках приблизилась к кругу, вытягивая шею. Так и есть, я ее знаю. Блин! Это же та самая тихая и почти незаметная девушка с короткими серыми волосами, неяркой внешностью и зубодробительным именем, которое я, как ни странно, запомнила — Эстринда Ландерброк. Маг-поисковик. Судя по ее состоянию, ее бы лучше не кантовать, но чуйка подсказывает — оставлять в круге совсем плохая идея. Как и то, что это все нифига не к добру, иначе зачем было тыкать острыми предметами в сердце?

Я с опаской коснулась большим пальцем правой ноги синей линии. Ничего. Никаких ощущений. Уже смелее наступив на колдовской рисунок, схватила несчастную за плечо и выволокла наружу, оставляя широкую кровавую полосу. Линии круга загорелись ярче. Может, какая химическая реакция? Неизвестно же, чем их тут рисуют. Не придавая этому большого значения, проверила сонную артерию — пациент важнее. Ожидаемо пульс не прощупался, да и предмет, торчащий у Ландерброк из груди, мало походит на нож, скорее на эдакий металлический кол с поражающей частью в виде восьмилучевой звезды. На глаза попался осколок медальона, выданного Дрейком для защиты. Он точно взорвался, разлетевшись на осколки, и на цепочке осталась только часть.

— Не сильно помог…

И все же отсутствие пульса — сомнительный признак смерти. А с ножом в сердце люди иногда выживают, бывали случаи. Один — у нас на столе. Следует бороться! Вдруг я сумею помочь? Вдруг тут умеют лечить и не такое? Понадеявшись на новые способности, расположила руки вокруг торчащей из груди девушки рукояти, попыталась передать ей немного жизненной энергии и тут же осознала собственную ошибку. В сознании всплыли строки из учебника об опасности передачи жизненных сил мертвому телу.

Ощущение такое, будто ледяной рукой ухватили за сердце и дернули, одновременно ударив электрошокером под дых. Издав кашляющий звук, я откинулась навзничь, больно приложившись затылком о каменный пол. Охнув, стала подниматься, и тут в меня врезался морфик, едва не уронив обратно. Сейчас он не урчал, а с паническим писком раз за разом принялся врезаться в меня, точно отгоняя подальше.

Я уже и сама все поняла. Почувствовала, как что-то меняется. Свет над рисунком разгорался все ярче, собираясь постепенно в фигуру животного с двумя головами. Когда она оформилась, круг разом погас. Раздалось глухое спаренное рычание и скрежет когтей по камню. К этому моменту я уже успела пробежать две трети расстояния по направлению к лестнице. И нет, я не стала оборачиваться и рассматривать, кто же это там за мной гонится и воняет сероводородом. Вот совершенно не интересно, что за тварь пытается меня сожрать. Шлепая босыми ступнями, я неслась сломя голову, оглушенная собственным визгом.

Разбег получился такой основательный, что вылетев на лестницу, я перепрыгнула через несколько ступеней раз, другой, на третий промахнулась ногой мимо края ступени и полетела бы носом вниз, если бы не Дрейк. По уже сложившейся традиции он перехватил меня в полете одной рукой, разворачиваясь следом по инерции. Я увидела стоящую перед лестницей хмурую Орану в розовом халатике, накинутом на пеньюар. Ее наряд представлял дичайший контраст с решительным выражением лица.

Коротко рыкнув на орочьем, она вскинула сжатый кулак, и совсем рядом шандарахнула молния. Так близко от нас, что я оглохла и едва не ослепла. Дрейк притиснул меня к себе сильней, и в следующий миг мы перенеслись в противоположный конец большого холла, подальше от чудовища. Отсюда открылась жуткая картина: глухо рыча, на Орану наступал монстр размером с добрую лошадь, отдаленно напоминающий двухголовую собаку с пастями, открывающимися сразу на четыре стороны, точно бутоны монструозного цветка каждый лепесток которого усеян рядами мелких и острых зубов.

— Если что, сразу в арку! — указал Дрейк на ближайший проем и переместился обратно.

Когда он возник рядом с принцессой, в его руке появился черный посох.

— Ларэла мори канис!

Глаза черепа-навершия вспыхнули синим огнем, два луча слились в ослепительный сгусток света и, сорвавшись, отоварили чудовище прямо отвратительным мордам. Затем еще и еще. Драон Абданкен тоже не стоял на месте, посох превратился в двуручный меч. Зрелищно крутанувшись, Дрейк одним ударом снес сразу обе поганых головы. Хлынула черная жижа, и от мгновенно распространившейся по холлу вони пришлось заткнула рот и нос. Все.

Когда охранные чары разбудили меня, я не сразу в это поверил. Бьосы здесь в оплоте изгнанника?! Слившись с инсалем и определив местоположение прорыва, и вовсе пришел в недоумение. Но как?! Чтобы призвать демона на галерею, надо чтобы предатель находился внутри. Учитывая, что для каждой пары невест покои и галерея расположены в своем собственном измерении, и попасть туда может только ограниченное число обитателей, это не трудно выяснить. Но… Чтобы на такое пошла одна из невест?

Натянув штаны и накинув рубашку я переместился к месту прорыва. Погасшие магические фонари и истончившиеся границы между коридорами — из них взяли недостающую для «прокола» энергию, затухшие линии магического рисунка — он свою задачу выполнил, больше отсюда никто не придет. Одного взгляда на мертвое тело хватило, чтобы определить виновницу. Как и то, что она действовала не по собственной воле. А от увиденного в конце коридора я и вовсе похолодел. Демон-ищейка гнался за Хельгой, и они прямо на моих глазах выскочили на лестницу в холл.

Я переместился вовремя и даже правильно определился с местом, выхватив падающую Хелли из пасти у твари. В то же мгновение по демону ударила Орана. Молодец принцесса! Нравится она мне. Смелая и честная девушка, вот бы такую Лайонелу. Оставив Хельгу в безопасности, вернулся, чтобы добить демона, — неправильно, заставлять невест выполнять мою работу, — и одновременно позвал Дертана:

— Тиль, жду тебя в оплоте. Сейчас. И прихвати двух рейтаров-следователей, из ближнего круга.

Нужно все как следует перепроверить, не вынося сор из избы.

Чуть позже в моем кабинете мы опросили девушек. В третий раз выслушивая рассказ Хельги, кутающейся в шерстяной плед, я чувствовал непреодолимое желание подойти и обнять ее, спрятать на своей груди от кошмара, что довелось пережить. И, чего уж там, под своим одеялом. Именно потакая собственному эгоизму, вместо того, чтобы отправить ее отдыхать в покои, я попросил ее снова все пересказать, хотя и так почти было ясно. Просто нравилось слышать ее голос, наблюдать за ней. Видеть, как она хмурится, вспоминая подробности или неосознанно улыбается, снисходительно описывая собственную реакцию и действия.

О, да! Она улыбалась, хотя многие другие заливались бы после такого слезами и просились бы домой. Она же ни словом об этом не обмолвилась. Принцесса Орана, похоже вполне комфортно чувствовала себя в своем халате, но я отметил, как время от времени румянятся нежно-зеленые щеки, когда дружище Тиль плотоядно поглядывает в ее сторону. Ах же ты горный великан!

В холле тихо переговаривались невесты, ожидающие отмашки деоры Агенси. Я стояла рядом с Ораной и молча таращилась на лестницу, не в силах забыть достойную самого страшного фильма ужасов картину. Но хуже всего то, что я вспоминала и воспринимала произошедшее действительно как фильм. Всего лишь фильм. Спустя два дня уже почти не верилось, что это случилось на самом деле. Забавная все-таки штука — человеческая психика. Но лучше так, чем просто сойти с ума от осознания существования подобных тварей.

На следующий день после происшествия во время завтрака в столовой появился Дрейк и честно сообщил всем о зверски убитой Эстринде Ландерброк, пообещав разобраться и покарать виновных. Не знаю, как отреагировали родные девушки, об этом нам до сих пор никто ничего не сказал. Умолчал он только о демоне-ищейке и о нашем с Ораной участии в его уничтожении. Хотя мое заключалось в основном в высокохудожественном визге… Блин! До сих пор стыдно.

Занятия отменили, нам посоветовали оставаться в своих покоях и воздержаться от прогулок в этот день, пока инсаль проверяется и ставиться дополнительная защита, а всем желающим позволили покинуть отбор немедленно. Несколько невест так мудро и поступили, кстати. Самыми бесстрашными оказались мы с Ораной, эльфийки, суккуб и ее компания в виде двух демонесс, гроза Сан Дор, бабочка Гюльнефли, дриада Эльталло и кошка Марр иль Толла. А так же моя тайная союзница Флоринда Миттернат и моя соперница в борьбе за сердце Дрейка — Перфекта Левантер. Куда уж без нее…

На плечо легла рука орчихи. После той ночи, мы забыли все разногласия и старались держаться вместе.

— Вспоминаешь?

Выстроившись в шеренгу, невесты проходили сквозь арку, а вскоре наступил и наш черед. Миновав портал в холле, мы очутились под открытым небом. Я закрутила головой и улыбнулась, увидев на соседнем острове замок, а по центру этого — приметную скалу и водопад.

— Я так хотела здесь побывать! — поделилась впечатлением с Ораной. — Каждый раз, глядя в окно гостиной, об этом думала.

— И я. Очень красиво!

Остальные невесты, так же как и мы, казались приятно удивленными. Особенной радостью светилась дриада Эльталло, даже татуировки на ее лице мерцали ярче. Подружки-эльфийки сегодня тоже выглядели намного лучше, чем накануне. Похоже, Флориана дала-таки им передышку перед испытанием, позволив выспаться. Мы с ней так и не решили: дожимать их, чтобы извинились, или довольствоваться тем, что все питаются нормально.

К слову, демонстративно поинтересоваться у них, как спалось у меня не получилось, потому что из-за ночного происшествия наутро я чувствовала себя так же неважно, как и они. Хорошо хоть нас снова освободили от занятий, и я легла сразу после завтрака, без зазрения совести проспав до самого обеда. А на следующий день уже было не актуально.

— Стрекозы, — предупредила Орана.

— Угу, — кивнула я.

Следует быть предельно внимательной и не допускать ошибок. В отличии от арены, на природе эти папарацци гармонировали с окружением и не так бросались в глаза. Легко попасться за каким-нибудь неприглядным занятием, так что зад не почесывать и так далее.

Последней из арки вышла деора Агенси, и та мгновенно растворилась, будто и не было.

— Как думаете, что придется делать? — тихо спросила стоявшая поблизости суккуб у подружек.

Я навострила уши. «Пель» давал какие-то уж очень мутные инструкции по этому поводу. Одеться требовалось «удобно опрятно, и подобающе, если вдруг нагрянут высокие гости». Еще прилагались длинные и пространные рассуждения на тему чести, приличий и прочей белиберды, точно из учебника по этикету. К тому же полагалось содержать в чистоте как жилище, так и помыслы. Мы с принцессой решили, что однозначно ждет какой-то подвох, и пообещали друг другу быть максимально осторожными и внимательными.

Рядом со свахой материализовался уже знакомый маг-распорядитель.

— Деора Агенси. Диали. Рад приветствовать вас вновь!

Он отвесил нам поклон, и поцеловал пальчики старой свахе, а затем снова отправил в нашу сторону несколько десятков разноцветных световых шаров, и снова я предпочла сиреневый, хотя сегодня не носила подобных цветов.

К слову, на мне было надето нечто потрясающее и приводящее в восторг мою не чуждую модным веяниям душу. А именно темно-серые узкие брючки, поверх которых соответствующая приличиям юбка с запахом того же оттенка. Удобные сапоги на невысоком каблуке и бордовый камзол в стиле милитари на кипенно белую блузку. Ну по крайней мере именно с этим стилем у меня ассоциировался двойной ряд пуговиц, воротник-стойка, самые настоящие эполеты с бахромой и массивный пояс. Ей-богу, был бы хлыст — прихватила бы и его для полноты картины. И треуголку. Да!

Я мысленно поблагодарила Карли. Не иначе, она что-то знала о грядущем испытании. А вот камеристки демонессок точно нет, судя по их едва ли не вечерним нарядам.

Тепло в кулаке, и сетка рисунка, покрыла руку от запястья до скрытого рукавом камзола локтя. Но на этот раз мы не видели ни колб, ни экрана. Не знали на каком месте в рейтинге находимся.

— Диали, каждой из вас предстоит в одиночестве провести здесь на острове весь день до захода солнца, после чего мы соберемся в большой столовой Оплота Изгнанника и подведем результаты, — инструктировал распорядитель.

Несколько невест подняли руки, и деора Агенси милостиво разрешила задать вопросы.

— А что нам придется делать? — спросила нагайна.

— Что посчитаете нужным и уместным, — сваха усмехнулась.

— О каких высоких гостя идет речь? — это дева-гроза Сан Дор.

— Если вас удостоят посещения, вы увидите сами.

На все последующие вопросы ответы оказались столь же уклончивыми, точно старушенция специально тренировалась. Их поток быстро иссяк, а нас пригласили к большой арке посреди поляны, которая ранее была невидима. Мы с Ораной переглянулись, одними взглядами желая друг другу удачи и призывая к осторожности. Несмотря на заверения Дрейка, что подобное больше не повториться на его территории, было немного тревожно.

Стоило пройти сквозь арку, как я и правда осталась одна, но поняла, что все еще нахожусь на этом же самом острове, хотя и в другой его точке. Судя по тому, что Оплот Изгнанника теперь видно не справа, а слева, и по центру по-прежнему возвышается гора, я на противоположной стороне. Отметив, что и здесь вокруг хватает любопытных стрекоз, принялась осматриваться. Взгляд почти сразу уперся в избушку на опушке леса. Неподалеку со скалы срывался небольшой водопад, превращаясь не то в речушку, не то в ручеек, что с веселым журчанием убегал куда-то вниз по склону. Светило ласковое утреннее солнце, обещая теплый, если не жаркий денек, но пока еще было прохладно.

Решив, что домик тут не просто так, прежде обошла поляну по кругу, и лишь потом поднялась на скрипучее крыльцо и осторожно потянула за ручку. Дверь оказалась не заперта, и я опасливо скользнула внутрь, миновала сени и очутилась в просторной светлой кухоньке.

Кроме кухни здесь была еще одна комната — спальня, судя по наличию шкафа и кровати-полуторки. Быт не слишком отличался от земного деревенского, разве что дизайн мебели можно было назвать необычным. А еще все внутри покрывал толстый слой пыли. Если придется принимать гостей здесь, неплохо было бы для начала прибраться.

Осторожно, чтобы не испачкать одежду вышла наружу, обратив внимание, что в сенях имеется большой ящик вроде сундука, а также несколько лоханей, пара веников, тряпки — все это как бы намекает. На всякий случай я попыталась осмотреть поляну и дом на предмет скрытого, но то ли ничего такого тут не было, то ли у меня не получилось. Ну и ладно.

Я вдруг ощутила небывалый энтузиазм, будто приехала после зимы на дачу. Скинув кафтан аккуратно повесила его на ветку яблони или очень похожего на нее дерева, подумав, размотала юбку, оставшись в рубахе и штанах. Эх! Белая рубашка этого не выдержит. Наплевав на стрекоз, я и ее сняла, благо снизу было надето что-то вроде топа или мягкого корсета. Карли сказала, это у них называется «сарьи», и его допустимо носить просто так, только не в общественных местах. В общем никто все равно меня не видит, не считая стрекоз и доброй доли жителей Флигенерде, но это уже их личные трудности. Ага.

Набрав из ручья воды в две бадьи, принялась за дело с таким удовольствием, будто нет ничего приятней, чем уборка. Начала со стирки занавесок, скатерти и белья. И если для последних в шкафу нашлась замена, то на окна больше нечего было повесить.

Солнце перевалило зенит, когда я довольная собой и проделанной работой присела на крыльце. За домик мне было не стыдно, пусть хоть император с императрицей приезжают. Про стол я бы того же не сказала, хотя в духовом шкафу доходил пирог с похожей на крупную малину без косточек ягодой. Сохранялись в тепле уха и жаренная на огне рыба, которая обнаружилась еще живой в расставленных чуть ниже по течению сетях, а неподалеку и заросли кустов, сплошь усеянных спелой ягодой. Как я все это добывала и готовила, стараясь не испачкаться — отдельная история. Мука, соль, сахар, приправы, утварь — все было в том ящике в сенях. Наверное, не по-королевски? Да и пусть. Чем богаты, тем и рады. Сама я уже зверски проголодалась и с удовольствием все съем, если в течении часа никто не заявится.

Передохнув немного, отправилась к водопаду с твердым намерением вымыться — денек действительно выдался жарким. Прихватив выстиранную простыню, приладила к веткам нависших над водой кустов вроде ширмы и осмотрелась. Так и есть — я уже некоторое время совсем не вижу стрекоз. Ни одной. Ну и слава богу, встречать гостей потной мне бы не хотелось. Наскоро раздевшись, быстро ополоснулась в холодной воде, только голову трогать не стала. Магия Карли сохранила волосы чистыми и аккуратно прибранными. Покончив с гигиеническими процедурами, оделась. Натянула рубашку и даже набросила камзол.

Предчувствие меня не обмануло. Стоило вернуться к домику, как на крыльце увидела знакомую фигуру, тактично стоящую ко мне спиной.

— Блин… — прошипела сквозь зубы я, глядя на улыбающегося Лайонела, который уже повернулся на звук шагов.

— Доброго дня, прекрасная диали Хельга! — радостно воскликнул он, расплываясь в своей коронной улыбке и выдвигаясь навстречу.

Моя рука тут же оказалась в его, тыльной стороны ладони коснулся поцелуй. Несмотря на отсутствие морфа, — Кляксу я не стала брать с собой, — поняла, что совершенно не реагирую на него как раньше. Даже ничего нигде не екнуло. Вот и славно. Может, иммунитет вырабатывается? Наследник тем временем распинался о том, как он рад остаться со мной наедине снова. О том, что тут нас никто не побеспокоит, что даже стрекоз нет, потому что это закрытая часть испытания, важная для него лично и можно быть раскованными, такими, какие есть.

Его красноречие прервал могучий рев у меня в животе, заставив покраснеть. Совсем немного, самую малость.

— Может, к столу? У меня там рыбка, и пирог… — устало предложила я, пытаясь уловить какую-то мысль.

Он поддержал идею, и первым взбежав на крыльцо отворил дверь, приглашая меня внутрь. Я не торопилась. Жара спала, на улице было очень хорошо и совершенно не хотелось сидеть взаперти. Даже в компании такого роскошного мужчины как Лайонел.

— Давай вынесем стол сюда? — предложила я. — На свежем воздухе как-то приятнее ужинать.

— Вспоминаешь? — мурлыкающим тоном спросил принц и небрежным взмахом руки материализовал на указанном мной месте застеленный белоснежной скатертью столик и пару стульев.

— Ну или так, — не слишком довольно пробормотала я, пока он, приобняв меня за плечи, усаживал за накрытый стол.

Несмотря на все удовлетворение, которое я получила от такого созидательного занятия как уборка, внутри все закипело от осознания того, что скорее всего никто больше так не заморачивался. Прямо вижу, как Перфекта рукой махнули аки царевна-лебедь, и готовенько. Чистота-красота. Едва ли не с отвращением я уставилась на тарелку с парующим куском нежнейшего даже на вид мяса. От упрямства и какой-то обиды даже голод затаился.

— Что-то не так? — спросил Лайонел, усаживаясь напротив.

Его глаза внимательно смотрели на меня.

— Есть перехотелось…

Избегая зрительного контакта, я задумчиво уставилась в сторону, решая, как бы потактичнее сказать, что мне все это надоело хуже запашистых носков анестезиолога и попросить выгнать или отчислить меня на этом этапе испытаний. Если надо, даже признаюсь, что в моем сердце другой, и что не вижу для себя смысла дальше оставаться в отборе. Но слова никак не шли, и я встала — на ногах мне лучше соображается. Видимо Лайонел принял это за сигнал.

— Отлично, я тоже не голоден.

Он тут же оказался рядом, приобнимая за талию одной рукой, а другой погладил мое плечо.

— У меня есть мысль поинтереснее.

Его шепот пощекотал мне шею, и я отпрыгнула как ужаленная от последовавшего поцелуя. Ничего похожего на прежнюю реакцию я не испытала, а от прикосновения его губ стало неприятно. Аккуратно высвободившись, я холодно спросила:

— Я так понимаю, слово Лайонела Рейгеля пустой звук?

Что-то в интонации и в выражении лица, с которым наследник задал этот вопрос показалось неправильным и одновременно очень знакомым. Осенило: это не Лайонел! Прикрываясь тяжким вздохом, я опустила веки уже почти привычно сосредотачиваясь. Так и есть!

— Бальтазар! — взревела я и передернулась от осознания что мою шею целовал лысый демонюка.

Рука непроизвольно поднялась и потерла то самое место.

— Фу! — не сдержалась и скривилась от отвращения.

Образ принца поплыл, и передо мной предстал тот, кто своим появлением перевернул мою жизнь.

— Так уж и «Фу!» — недовольно протянул он и непонятно добавил: — И, вообще, это побочный эффект.

Неужто и правда задела?

— А выиграешь отбор, что будешь делать, когда тебя станет целовать Лайонел Рейгель?

— Настоящий Лайонел — не ты. Мы сумеем договориться.

Я нагло усмехнулась, не отведя взгляда, даже когда в глазах демона полыхнул злой огонь. Он чем-то недоволен?

— Не смей отказываться от участия, сосуд! — рыкнул без улыбки демон.

— Что? Как ты меня назвал?!

Бальтазар, проигнорировав мой вопрос, предупредил:

— Нарушишь договор, и им конец!

Его рука очертил полукруг перед моим лицом, и я вдруг очутилась в палате. Реанимация. На высокой кровати та девушка… Нет, молодая женщина. Будущая мать. Она спит. Под глазами залегли глубокие тени, синяки, бинты, трубки, из-под одеяла вниз тянется еще одна. Монитор пациента говорит мне, несчастная стабильна. Им удалось!

Им удалось ее спасти, если это не иллюзия, созданная раздраженным демоном.

И все же я была уверена — удалось. Удалось, несмотря на то что случилось со мной во время операции.

Громкий всхлип, мой собственный, вернул в реальность. Ни Бальтазара, ни стола с ужином больше не было. Я закрыла лицо ладонями и сделала глубокий вдох, успокаиваясь. Потерла тупо занывшие виски. И нервно усмехнувшись от души и со вкусом выкрикнула вслух, выплескивая злость на демона:

В горах разнеслось эхо. С ближайших деревьев снялась стайка ярко-зеленых птиц. Надеюсь, адресат тоже услышал. Я устало опустилась на ступеньку крыльца, и некоторое время так сидела, восстанавливая душевное равновесие и думая о том, как демон меня назвал. Сосуд. Это что еще за фигня?

Изнутри доносились вкусные запахи пищи, и в животе снова заурчало. Война войной, а обед по расписанию. Довольно ожиданий, у меня уже живот к спине прилип. Я поднялась на ноги, уверенно распахнув дверь, вошла внутрь и чуть не взвизгнула от неожиданности, оказавшись в объятиях Дрейка. Внутри тут же всколыхнулась целая буря чувств: радость, счастье, умиротворение, ощущение правильности происходящего. И главное: мне не нужно было проверять, он ли это, я и так это знала. Чувствовала всеми фибрами.

— Как ты здесь оказался?

— Я — инсальер.

Позволив себе обхватить его руками, прижалась к груди щекой и просто молча стояла, ощущая себя севшим телефончиком на подзарядке. На душе постепенно легчало, и я непроизвольно прижалась тесней, наслаждаясь этим ощущением покоя и безопасности. Продолжалось это недолго. До тех пор, пока желудок снова громко попросил есть. Мы оба уставились друг на друга и прыснули.

— Здесь очень вкусно пахнет, — произнес Дрейк глядя на меня сверху вниз с улыбкой. — Накормишь, хозяйка?

Я готова была его расцеловать. Приятно, когда твой труд не обесценивают походя.

— Конечно. Мой руки и садись за стол.

Он выпустил меня не сразу, точно нехотя. Отходя к плите, я была не в силах разорвать зрительный контакт. Хотелось смотреть на него и смотреть. Прямо какой-то откат, после недолгого, но заставившего перенервничать общения с Бальтазаром. Я выставила на стол все, что приготовила, разлила уху по тарелкам, подала рыбу, нарезала пирог.

— Сделать чаю? — спросил Дрейк.

— Давай, — не стала я противиться, хотя вода уже закипала на плите.

Глоток травяного чая из намагиченной Дрейком чашки, пришелся как нельзя кстати. Мы принялись за еду, и довольно мычащий и сыпящий удовлетворенными междометиями мужчина радовал мою женскую душу на уровне инстинктов: накормила! Я вдруг поняла, как важно это почувствовать. Нет, вряд ли бы я так радовалась, стоя у плиты каждый день, но сейчас… Это снова было как-то правильно.

— Ты улыбаешься, — констатировал Дрейк.

— Мне нравится смотреть, как ты ешь.

— В некоторых мирах это важный признак, — он хитро сощурил глаза.

— Знаю, — усмехнулась я в ответ и неожиданно для себя призналась: — Ты мне нравишься. Сильно. И это совсем не то, что ты прочел в моей голове в первый день.

Я на миг закрыла глаза, борясь с обуявшим смущением и почувствовала, как Дрейк взял мои ладони в свои, прижался к ним лбом и так некоторое время сидел. Потом поднял голову и очень серьезно посмотрел.

— Я сейчас тебе кое-что расскажу, ты должна сама решить, как действовать дальше.

— Сначала я! — перехватила инициативу, опасаясь, что не получу ответа на очередной вопрос. — Почему Бальтазар назвал меня сосудом?

— Сосудом?!

Дрейк нахмурился, внимательно глядя на меня. Его рука на столе дрогнула, показалось, что он хотел ко мне прикоснуться, но не стал. Губы плотно сжались, будто мужчина принял какое-то решение.

— Это многое объясняет, но почему…

Он не договорил, а просто потянулся и, подцепив пальцем цепочку, извлек мой защитный амулет на свет. Ощутив касание его пальцев, я непроизвольно прикрыла веки и с трудом сдержалась, чтобы не потереться о его руку щекой. Стиснув камень в кулаке, Дрейк кивнул сам себе.

— Хельга, с этого момента я буду ежедневно или через день проверять состояние твоего защитного амулета.

Его слова меня насторожили.

— С ним что-то не так?

— Хм. Не совсем так. Мне сложно объяснить, прежде необходимо подтвердить одну догадку, но на это потребуется время.

Конечно, я согласна, это ли не повод видеться с Дрейком чаще?

— Так что ты хотел мне рассказать?

Новый вздох, пальцы на камне стиснулись крепче. Цепочка была короткой, и нам пришлось наклониться друг к другу через стол, не скрываясь я с наслаждением вдыхала его свежий запах, то и дело касаясь взглядом губ. Боже! У Дрейка идеальные губы, а я всегда была придирчивой к их форме. Ответ последовал не сразу, и я успела налюбоваться его сосредоточенным лицом, пока он что-то творил с моим амулетом.

— Я долго думал и понял, демон ищейка гнался именно за тобой, Хелли. Именно ты представляешь для Бьосангрифа ценность. У меня не нашлось иного объяснения. Будь это не так, демон действовал бы совершенно по-другому. К тому же тебя приманили криком. Мне удалось выяснить, что его слышала только принцесса Орана и ты, другие девушки безмятежно проспали всю ночь, и их ничего не беспокоило. Только одно никак в толк не возьму: как ты сумела перейти из своего коридорного пространства в иное. На подобное способен только инсальер, то есть я в данном случае.

Я пожала плечами.

— Без понятия.

— Спишем это на твои нераскрытые способности. Зачем ты вообще вышла из покоев?

Испугалась за морфа, но об этом я говорить не могу.

— Просто хотела помочь, — не соврала, скорее недоговорила я.

Для меня тут не все так однозначно, ведь Клякса прилепился к ночнушке, когда за нами гнался демон. И позже в кабинете Дрейка я старательно прятала кружевного дракона под пледом, опасаясь, что флигенердцы его почувствуют. Я скорее поверю, что бьосы искали именно морфа, а не меня. И все же не выдержав, закинула удочку:

— Мне кажется, ты ошибаешься. Зачем им такая как я магическая никчемность?

Все же глубоко засели эти обидные слова в сердце. Не так-то просто их теперь оттуда выполоть.

— Не говори так, Хелли. Я уже признал, что был не прав. Не стирать же тебе память о нашей первой встрече, чтобы ты не обижалась на меня каждый раз, как ее вспомнишь. Считаю это слишком жестоко.

Дрейк усмехнулся.

— Эй! Даже не думай ничего мне стирать! Еще не хватало! Я хочу помнить каждое мгновение рядом с тобой!

Улыбка драона Абданкена стала еще шире, а потом он резко посерьезнел.

— Хельга, несмотря ни на что, ты должна остаться в отборе и дойти до конца. Теперь я в этом твердо уверен.

Он остановил меня жестом.

— Сейчас я скажу тебе самое важное. Насколько сильно ты любишь свой мир? Ты ведь не желаешь ему гибели?

— Какое это имеет отношение к нам?

Спросила севшим голосом, ощущая, как внутри что-то обрывается. Да уж. Недолго продлилась иллюзия счастья…

— Если бьосы покорят Флигенерде, остальным мирам несдобровать. Они без раздумий используют порталы, для того мы им и нужны так сильно. Все миры окажутся в опасности, твой — не исключение. Особенно теперь, когда им нужна ты.

На секунду я представила на улицах наших городов «окна», откуда вываливаются твари вроде двухголового пса, а то и страшней. Уверена, есть у них и похуже. А из пистолета такую убьешь? Из пулемета? Что-то подсказывает, что без магии земляне будут почти беззащитны. И все же, несмотря на весь патриотизм, спросила эгоистично-главное:

— Но ты? Что чувствуешь ко мне ты?

Желваки Дрейка дрогнули, складка между бровями стала глубже.

— Это не важно, пока идет отбор.

Он выпустил амулет, увеличивая пропасть, образовавшуюся между нами.

— Мне пора. Спасибо за чудесный ужин, Хелли.

Он исчез. Еще с минуту я не мигая пялилась в никуда, продолжая ощущать невесомое прикосновение его губ к уголку рта и думать, показалось или нет. Потом поднялась на ноги и обхватила плечи руками. По телу пробежал озноб, когда амулет скользнул в ворот рубашки. Я достала его и взглянула на камень. Теперь он стал густо фиолетовым, почти что черным и снова ожил, заиграв искрами в темной глубине.

Вяло подумалось, а ведь и правда, я не придавала значения тому, что со временем мой камень немного потускнел. Интересно, это что-то значит? Надо будет у учителя Кикороса спросить. Продолжая мусолить в голове наш разговор, перебирая сказанное и недосказанное, я направилась прямиком в маленькую спальню и рухнула без сил на кровать, там-то меня и нашли маги-распорядители крепко спящей, когда пришли на закате.

Ввиду позднего часа, ужинали сегодня в покоях. Я никого не желала видеть, даже Орану. Орчиха в свою очередь не стала меня беспокоить визитом, чего не сказать о Карли.

— Диали, жлаете посмотреть по маговизору, как проходили сегодняшние испытания?

Лисичка была возбуждена, ее глаза сверкали, а пышный хвост в нетерпении ходил из стороны в сторону. Я хотела было отказаться, но подавленное состояние так раздражало, что я злилась сама на себя.

— Конечно хочу! — согласилась я, будто себе в наказание.

Будто назло собственной хандре.

Лисичка радостно открыла коробочку с маговизором, и большой экран соткался прямо посреди гостиной. Она поколдовала еще, словно перематывая изображение назад, и я увидела невест, которые по очереди заходили в арку.

— С которой начнем? — спросила меня Карли.

— С любой, — прозвучало равнодушно.

Правильно расценив мой взгляд, она пояснила:

— Покажу только самое важное. Это может помочь вам лучше понять соперниц.

На экране появилась Перфекта Левантер. Осмотревшись на поляне, она подобрала юбки платья, похожего на дорожное, и потопала прямиком к дому. Осмотрев временное пристанище недовольно наморщила нос и принялась колдовать. Собственно, как я и предполагала, с помощью магии Перфекта привела в порядок дом, и это отняло совсем немного времени. Создав удобное кресло, она уселась в него, материализовала в руках толстый томик и принялась читать.

— Ну тут дальше скучно.

Карли сделала пасс рукой, и изображение сменилось. По падающим теням было понятно, дело к вечеру — время появиться гостю. Блондинка тоже будто что-то заметила, отложила книгу, развеяв ее вместе с креслом, вместо появился накрытый стол. Немного подумав, она намагичила себе другое платье — понаряднее. Уселась на стул и принялась чинно ждать, а вскоре на поляне появился… демон.

— Ох ты ж! — не выдержала я и даже привстала с дивана.

Нет, это был не Бальтазар, а кто-то совсем иного толка. Огромный, со страшной нечеловеческой мордой, обнаженным мускулистым торсом и большущими, — куда-там нашим демонесскам, — рогами экземпляр. Зуб даю, с сальной улыбкой он вразвалочку направился к магичке. Та, как будто на миг растерялась, но быстро взяла себя в руки и, не отвлекаясь на разговоры, жахнула по гостю фиолетовым шаром, развеяв того на молекулы. После на экране увеличилось изображение колбы, которая все время маячила в нижнем углу, она на глазах наполнилась до краев, сверху побежали какие-то многозначные цифры. Затем показали турнирную таблицу и место — один. Все время показа на заднем плане происходящее комментировал диктор, рассыпаясь в комплиментах диали Перфекте Левантер.

— Давай дальше.

Карли включила Флориану Миттернат. Начало испытания моей тайной подруги мало чем отличалось. Я не ошиблась, уборку здесь предпочитали делать при помощи магии. Вечером к Фло пришел Лайонел. Стрекозы крупным планом сняли ее лицо. Сколько эмоций отразилось в ее бездонных, меняющих цвет глазах, словами не передать! Мне стало искренне жаль танцующую во снах деву ночи. Как только ее сердце кровью не изошло до сих пор? Но стоило наследнику поцеловать ей пальцы, как лицо Миттернат изменилось, превратившись в каменную маску с пристойным моменту выражением. Взмахом изящной руки она развеяла иллюзию, которую создал незнакомый мне маг, обеспечив тем самым себе второе место.

Мы с Карли стали смотреть дальше. Те, кто не умел пользоваться бытовой магией, наводили порядок сами, а целых две невесты психанули по поводу неподобающего положению занятия и напрочь отказались заниматься уборкой. Это была дева-бабочка Гюльнефли, но она мне и так казалась не от мира сего. И, к моему удивлению, Экскалиара из дома Натод — темная эльфийка. Похоже, от недосыпа нервы сдали или просто захотела домой. Неожиданностью стало отчисление дриады Эльталло, которая поддалась обаянию лже-Лайонелла. Все трое в итоге выбыли из испытания.

На себя я особо не желала смотреть, но ровно до тех пор, пока лисичка не принялась собирать в коробку экран. Тут уж я совсем заподозрила неладное.

— Карли, а я?

— Я думала, вам не интересно, — растерялась моя камеристка. — То есть вы же и так там были…

— Включай! — безапелляционно скомандовала я и терпеливо дождалась, пока лисичка не соберет экран вновь.

Начало и впрямь ничем не могло удивить.

— Дальше, дальше, дальше, — торопила я ее, чтобы поскорее добраться до самого главного.

Как оказалось, помывку мою все же снимали, но только издалека. Ничего предосудительного зрители не увидели. Маленькое изображение колбы в нижнем углу наполнилось едва ли наполовину, когда появился Бальтазар в обличии Лайонела, а дальше я едва не потеряла дар речи.

— Карли! Но все было совершенно не так! Я… я… я раскрыла иллюзию!

В полном шоке я наблюдала, как лже-Лайонел покрывает поцелуями мою шею, а я довольно хохочу, обвивая его руками, и мы вместе отправляет в дом.

— Я поэтому не хотела вам показывать… Думала, вам будет не очень приятно

— Но этого всего не было, Карли! Этого не было!

После этой выходки приток энергии в мою колбу резко прекратился, ярко иллюстрируя изменившееся отношение флигенердцев. Голос диктора за кадром иронично намекал, на убойное обаяние и любвеобильность принца, перед которым тяжело устоять. И на провинциалок, что плохо знакомы с нормами морали. В общем, диали Хельга Ферро, уже не в первый раз демонстрирует раскованность и легкость нрава, чего только стоит ее наряд на испытании артефактом.

Не удивительно, что я заняла последнее место. Странно, что тоже не выгнали. Впрочем, это тут же было объяснено: оказывается наследник использовал право вето, чтобы оставить меня среди претенденток. Вот так.

Уверена, всему виной происки Бальтазара. Похоже, задела я демона за живое своим пренебрежением. Не надо было говорить «фу» и «козел». Вот мерзость!

Девять невест, и я в их числе, собрались вместе. Позади был несложный участок лабиринта, который мы только что преодолели без потерь, не считая времени — дважды забрели в тупик и дважды пришлось вернуться к исходной точке, прежде чем выбрались сюда на обширную округлую площадь. Проход позади мгновенно зарос непроходимым плющом, будто его и не было, а перед нами предстали целых пять проходов, совершенно одинаковых на вид.

Пока все негромко препирались, решая, что делать дальше, вперед вышла Иилима из дома Кавеларов. Без подружки она стала более замкнутой и хмурой, и почти ни с кем не общалась без особой на то необходимости. Губы эльфийки шевельнулись, выдав мелодичную тираду на неизвестном мне языке. На ее ладони материализовалась белка. Эльфийка улыбнулась зверьку, ласково о чем-то попросила и, дождавшись кивка, осторожно опустила на пол. Грызунья повела носом от одного прохода к другому, подумала немного и смело ускакала в центральный коридор.

— Сюда, — заявила Иилима и первой двинулась следом.

— Стоять! — недовольно рявкнула суккуб. — Не помню, чтобы кто-то назначил тебя лидером.

— Думаешь, мы доверимся твоей крысе, трава? — ухмыльнувшись поддержала ее Анжезара Шараллин, презрительно сверкнув красными с поволокой глазами.

Демонессы и примкнувшая к их компании Сан Дор и не думали идти следом

— Ты что себе позволяешь, рогатая? — вздернула подбородок дочь дома Кавеларов.

— Нам бы еще кто-то, вроде тебя, не указывал! Две твои соплеменницы уже вылетели, дело за тобой.

— И за твоими падкими до утех придатками, — добавила Лайли Холо, красноречиво скосив фиолетовые без зрачков глаза на меня.

Я стоически промолчала, как и раньше игнорируя все выпады в свою сторону. Стрекоз в лабиринте не видно, но это еще не значит, что их нет, и за нами не наблюдают. Наоборот. Уверена, сейчас на экраны маговизоров Флигенерде передается каждый шаг, каждый жест и каждое слово, а позора мне хватило за эти три дня. Невесты, не стесняясь, отпускали остроты и колкости, стараясь побольнее задеть. Иногда я отвечала им тем же, но чаще просто молчала, пребывая в упадническом настроении, причиной которого снова был Дрейк.

Каждый день после ужина мы встречались, и он что-то творил с моим амулетом. Тот тускнел ровно за сутки, а драон Абданкен возвращал ему яркость и жизнь. Общались мы сухо, он почти не смотрел на меня во время процесса, и лишь запах свежести и грозового неба, что я вдыхала против воли полной грудью, до боли расширяя легкие, был тем интимным и близким, что нас объединяло в эти моменты.

— Ели вас что-то не устраивает выбирайте свой путь, — прервала перепалку Левантер и, обогнав эльфийку, первой зашагала в центральный туннель.

Видит бог, в этот момент я почувствовала благодарность к блондинке за то, что выдернула из меланхоличных мыслей. К тому же, как я ни старалась не смогла разглядеть что-нибудь эдакое. Все пять увитых зеленью туннелей выглядели совершенно одинаково и не вызывали подозрений.

— Идем за ними? — спросила тихо у Ораны.

Та пожала плечами и не стала спорить, мы двинулись следом, а замыкала наше почти дружное шествие Флориана Миттернат. Кошка Марр иль Толла, выбрав собственную дорогу, уверенной мягкой походкой, вошла в соседний — четвертый туннель. Демонессы и дева-гроза выбрали первый, к ним присоединилась и змеедева Сакхираша Шашш.

Некоторое время шли прямо, следуя унылому зеленому коридору, который никуда не сворачивал. Старались не шуметь, прислушиваясь и приглядываясь к высоким, смыкающимся в аркообразный потолок стенам. Потом коридор начал вилять. А тишину нарушили шорохи, раздающиеся то впереди, то где-то сбоку за плотной стеной из сплетения веток. Изредка доносился громкий треск и скрежет.

Орана насторожилась, по привычке нащупывая на поясе краш-панч, шепнула:

— Не нравится мне это.

Но оружия на законном месте не было, все невесты вошли в Лабиринт Откровений и Слез босыми, простоволосыми и одетыми в одни лишь белые хламиды — эдакие ночнушки типа «кулек», узкие у горла и расклешенные к низу, с просторными рукавами. Ткань, из которой они были сделаны, казалась эфемерной, сквозь нее едва заметно просвечивало тело на выпуклостях и изгибах, придавая беззащитности и уязвимости.

Шло третье по счету испытание невест.

Интересно, чем здесь все закончится? Нужно будет просто найти выход? Но как рассудят нас, когда мы просто идем группой? Чувствую, будет впереди какой-то подвох. Кстати, насчет подвохов. Никак не могу выбросить из головы краткий разговор с Дрейком по поводу искажения результатов.

— Как это понимать? — я не сдержала возмущения.

— Поверь, так было нужно.

— Но это же подлог! Дрейк, как я могу тогда вам верить. А Отбор? Выходит его результаты так легко подтасовать?

— Нет! Хельга, ты не права. Но твой случай — исключение. Бальтазар действовал по обстоятельствам и должен был отвести от тебя излишки внимания. К тому же никто не знает про твои способности видеть скрытое, пусть и дальше так остается.

— Хорошо, пусть так. Но нельзя ли было это сделать как-то по-другому?

— Согласен, не слишком удачный ход.

— О да! Выставить меня девицей легкого поведения действительно не очень удачный ход, особенно с моей точки зрения.

Я решила, что при случае обязательно отомщу ему каким-нибудь изощренным способом. Пусть на своей шкуре прочувствует, гад!

— Не обижайся, Хельга. Если бы ты его раскусила прямо перед стрекозами, твоя уникальная способность стала бы общим достоянием. Это может еще больше заинтересовать бьосов. Уверен, пока они этого не знают.

Разговор, что я уже в который раз прокручивала в голове прервал истошный крик, раздавшийся из-за правой стены. Не сговариваясь, мы остановились как вкопанные.

— Марр иль Толла… — тихо произнесла Миттернат позади.

Шли мгновения одно за другим, но ничего не происходило, не считая того, что мои ноги стали замерзать.

— Идем? — как-то не очень уверенно оглянулась на нас всех Перфекта, точно искала поддержки.

Разом стало как-то не уютно. В туннеле будто стемнело, скрежет и шорох за стенами стал перемежаться с шепотом, или это казалось. Мы инстинктивно сомкнули ряды, на миг позабыв о соперничестве, и двинулись дальше, ступая еще осторожнее. Все время хотелось оглянуться назад — не покидал ощущение, что в спину кто-то смотрит. Кажется и другие чувствовали себя не лучше.

Флориана переступала, плотно обхватив себя руками за плечи и гладя на землю перед собой. Орана стиснула кулаки и хмуро озиралась намного чаще, чем это было нормально. Левантер протянула руку и запустила в воздух несколько ярких светлячков — боевую магию здесь нельзя было применить, но простенькие заклинания и умения срабатывали.

Интересно, а я ничего подозрительного не вижу, потому что ничего здесь нет, или потому что это слишком крутая магия, чтобы мне ее разрешили использовать? Нервный смешок вырвался сам по себе, заставив идущую впереди эльфийку вздрогнуть всем телом и обернуться ко мне. Раздалось укоризненное:

— Извини, — ответила я ей почему-то шепотом.

В этот момент заорали слева вдалеке. Сначала один голос, затем второй. И практически сразу же испустила вопль Левантер.

Не сдержав крепкое словцо, я схватилась за сердце. Мгновенно убедившись, что нет никаких видимых причин так громко себя вести, оттолкнула бледную Иилиму и бросилась к ней. Перфекта застыла, широко распахнутыми глазами глядя в никуда и зажав побелевшими пальцами уши вопила на одной ноте.

— Тише! Эй?

Рот красотки-блондинки закрылся, но лишь для того, чтобы набрать в грудь побольше воздуха. После чего она перешла на ультразвук.

— Что происходит? — как-то надрывно и с нотками паники спросила орчиха.

Она снова бестолково озиралась по сторонам и то и дело тянула руки к отсутствующему оружию.

— Прекрати!

Я с силой тряхнула Перфекту за плечи, и та, отшатнувшись, упала навзничь, проваливаясь сквозь, казалось бы, неприступную стену лабиринта.

— Нет-нет-нет-нет… — повторяла принцесса орков. — Нет-нет-нет-нет!

Я, часто дыша и ощущая как противный поток леденит мне ноги, наблюдала за тем, как Орана встает на колени, затравленно глядя куда-то наверх.

— Нет-нет-нет-нет…

Исчезнувшую Левантер сменила Иилима, огласив пространство не менее противным визгом. Новая матерная тирада, немного помогла сосредоточится. Я подняла потяжелевшую вдруг руку и ударила себя по щеке. Уж больно не нравилось мне, как вело себя пространство. Стены лабиринта разъехались в стороны, путь впереди и позади стремительно зарастал, а земля под ногами принялась кружиться со все нарастающей скоростью. Взгляд вдруг выхватил Фло Миттернат, стоящую прямо посреди этой вакханалии. Ее необычные глаза стремительно меняли цвета.

Фиолетовый-сиреневый-розовый-красный…

— Дай мне руку! — отчетливо приказала она.

…малиновый-пурпурный-фиолетовый…

Привычная тишина операционной ударила по ушам. Попискивали приборы. Напротив, хмурился Герман Владимирович.

— Сколько тампонов, Ольга?

— Ч-то? — не веря глазам, осмотрелась вокруг.

Вопрос показался нелепым, вдобавок давило на уши, не давая вспомнить важное.

— Сколько?

Герман Владимирович не кричал, но в его вопрос давил точно многотонная плита, заставляя ощущать себя ничтожеством. Я постаралась собраться и осмотрелась. Так. Что мы имеем? Судя по набору инструментария, заляпанному кровью халату и зашитому пациенту на столе — закончена многочасовая большая полостная операция. Вот только я совершенно не помню, сам процесс. Прислушалась к себе. Ноги гудят, спина ноет, шея затекла. Я тут явно давно, но почему… не помню?

— Что с вами, Ольга? Вы трижды подаете не подходящий инструмент, роняете его, а теперь вот это. Так сколько тампонов было использовано?

Быстро пересчитала окровавленные комки в кювете, поняла, что я в душе не чаю, сколько их подавала. Подавала ли вообще? И, кстати, где ассистент? И анестезиолога не видно. И операционная какая-то грязная, мониторы не работают. Я вообще, где? А пациент зашит огромными неаккуратными стежками суровой ниткой, а лицо закрыто простыней.

— Ты убила его. Ты! — обвиняющие нотки все же прорезались в голосе заведующего.

Сердце глухо било у горло так не должно быть! Так не должно быть. Все какое-то неправильное. И… почему я ничего не помню? Вдруг стало важно узнать, кто же там лежит. Во рту сухо от паники, пот катится градом, а спине и ногам жутко холодно. Я протягиваю руку не решаясь откинуть неизвестно откуда тут взявшуюся застиранную серую ткань с полустертой казенной печатью… Состояние такое, будто сейчас грохнусь в обморок. Бросает в жар и в холод. Пальцы трясутся, я то и дело промахиваюсь, не выходит подцепить уголок. Нашатыря что ли понюхать, комната плывет перед глазами.

— Дай мне руку! — рявкает вдруг Владимир Германович, и это что-то мне напоминает.

Что-то важное настолько, что не могу отказать.

Крепкие пальцы до боли стискивают мою кисть, и вместо заведующего меня держит какая-то странная девица.

— Фло Миттернат, — шепчу неожиданно всплывшее в сознание имя.

— Я! — радуется она. — Хельга, я еле достучалась! Наверное, было ошибкой, начать именно с тебя.

— Я… Из-за меня…

— Не оборачивайся! — предупредила Флориана. — Это все не настоящее. Просто сон. Кошмар, завязанный на твоих страхах. Чем больше смотришь, тем будет страшней. Сосредоточься на деле, отринь все лишнее, и идем поскорее! Нужно выручить других. Я чувствую, лабиринт можно пройти только так.

Она потянула меня следом, а я вдруг вспомнила все: Флигенерде, Дрейка, Отбор…

— Мне трудно делать это в одиночку, — продолжала Миттернат, — будь моим проводником, пожалуйста. В тебе достаточно для этого силы, я чувствую.

— Хорошо, но я не знаю как.

— Просто реши, кто следующий. Назови имя и веди меня за собой.

Насчет первой части я ни капли не сомневалась. Конечно же Орана. В первую очередь я помогу принцессе, а эльфийка и Перфекта пусть немного помучаются, им будет полезно. Мелочно? Мстительно? Да ни капельки!

— Кто следующий? — стиснула руку Фло. — Не медли, меня надолго не хватит.

— Орана, принцесса орков.

Не знаю, есть ли у подруги фамилия или вроде того, но здесь ее представляли именно так.

В тот же миг мы оказались в степи, пыль, топот множества ног, безжалостное солнце, и спины-спины-спины. Бесплотными призраками мы проходили их насквозь. Крепко вцепившаяся в мою кисть Миттернат не позволила мне поверить в их реальность, но без нее я бы точно повелась. Мы миновали толпу, вылетев на свободное пространство — собравшиеся орки образовали круг, в котором на коленях сидела принцесса. Прямо перед ней лежали поломанные клинки, а напротив стоял огромный орчара, попирая ногой мертвую голову ее учителя — Тиля Дертана.

Толпа скандировала:

— Позор! Позор! Позор!

Конечно, на орочьем, но я понимала.

— Это ее больше всего пугает? — удивилась Миттернат.

— Похоже на то…

— Орана! — позвала орчиху дева ночи.

Никакой реакции.

— Знаешь, орки особенные. Мне трудно до нее достучаться… Не уверена, что сумею пробить, созданный ею кошмар.

— Может вместе попробуем?

Не знаю, как там правильно, но я просто подошла и села перед орчихой на колени.

— Орана, это все неправда! Ты герзишь. Очнись!

Ноль эмоций.

Я обернулась на Фло, и та кивнула: дескать, продолжай.

— Орана, Дертан жив и очень хочет отшлепать твою зеленую попку за то, что ты тут решила хандрить.

Не обращавшая на все мои прежние слова орчиха, на этот раз подняла голову и в глазах блеснуло осмысление.

— Дай мне руку! — попросила оказавшаяся рядом со мной Миттернат.

Недоверие исказило черты орчихи, принцесса оскалилась.

— Дай мне руку! — я присоединила свой голос к голосу Фло и не вытерпела: — Давай же!

— Хель-га? Флориана Миттернат? Что здесь…

Узнавание? Ну наконец-то!

— Перебрали твоей настойки. Забористая гадость! Дрейк нам ввалит за это, если сейчас же не уйдем, — порола я, что пришло в голову, стараясь породить как можно больше воспоминаний.

— Настойка? Да, идем…

— Хельга, — раздался тихий голос Фло в моей голове. — Орана мне не помощница, она слишком сильно вложилась в собственный кошмар. Боюсь, ее нельзя брать с собой. Ты мне снова нужна.

Кажется, пора закругляться, да и Фло выглядит неважно.

— Не вопрос. Иилима из дома Кавеларов, — не стала растягивать «удовольствие» я.

В тот же миг мы очутились на обширной смотровой площадке, устроенной у кроны высоченного дерева. Внизу куда ни глянь полыхал пожар. Дыма здесь не было, его сносил в сторону ветер, и он же заставлял танцевать языки пламени, что распространялось все дальше и дальше. Золотые вершины сияли на солнце там, куда еще не добрался жадный огонь, но лес гиб. Гибли и его жители. Снова и снова гибла с каждым из них эльфийка…

Снова прозвучало:

— Дай мне руку!

Иилима отозвалась и пришла в себя намного быстрее, чем Орана и я. Ей даже не пришлось ничего объяснять.

— Перфекта Левантер.

Называя последнее в списке имя, я порадовалась, что демонессы пошли собственным путем. Посещение чужих страхов, то еще занятие, не хотела бы я узнать, чего боится та же Анжезара.

Вот что значит не упоминай в суе, блин! Подумалось, когда увидела, как рыдающая Перфекта уложила магическим ударом огромного страшенного демона. Тот рухнул так, что сотряслась земля. Вокруг воистину творился ад: повсюду темные окна порталов из которых лезут жуткие твари, по сравнению с которыми двуглавый собакин, что хотел меня сожрать, домашняя зверюшка. На земле и в воздухе шел бой. Драконы сходились с крылатыми тварями, те и другие в равной степени падали поверженными.

— Перфекта, дай мне руку! — потребовала Миттернат.

— Фло! — та отозвалась, мгновенно очнувшись.

Стоило пальцам девушек соприкоснуться, как я открыла глаза. Все мы лежали абы как вповалку внутри образованного лабиринтом круга. На моих глазах Перфекта выбралась из вполне обычных кустов, которые теперь совсем не казались страшными. Почти у всех лица были в слезах, я, пожалуй, исключение.

— Господи! — воскликнула я и расхохоталась.

Неужели самое жуткое, что я сумела представить, это то, что так пугало меня еще в интернатуре? Забыть тампон или салфетку внутри пациента? Перепутать или уронить инструмент? Получить нагоняй от хирурга? Причинить вред пациенту? А я думала, этот кошмар забылся раз и навсегда. Выходит, что нет. Глубоко засел.

— Почему мы все еще заперты? — спросила Иилима, поднимаясь с земли.

Левантер нахмурилась и огляделась, а затем метнулась к лежащей чуть поодаль Миттернат.

— Скорее! Ей нужно помочь!

Мы все подскочили к мечущейся словно в бреду деве ночи. Она крутила головой из стороны в сторону, точно у нее был сильный жар. Под плотно стиснутыми веками лихорадочно двигались зрачки.

— Флориана забрала наши страхи, и теперь они все разом ее мучают. Просто делимся энергией, с остальным она сама справится. — Магичка оглядела нас по очереди и уточнила: — Никому ведь не надо объяснять, как это делается?

Нам не надо было объяснять.

Я наложила руки на ее виски и закрыла глаза, и тут что-то случилось. То ли желание помочь было настолько сильным, то ли это еще одна моя способность, но я вдруг очутилась рядом, в какой-то незнакомой комнате. Похоже, Перфекта ошиблась. Наши кошмары для Фло были чем-то незначительным, переживала она только свой. Девушка безутешно плакала, уронив голову на диван, на котором с отстраненным лицом сидел… Лайонелл.

— Кошмары, что ты видел все эти годы, это все я… Я не должна была так постпать. Была юной и глупой… Не знала, как еще привлечь твое внимание. Прости! Пожалуйста, прости! Я знаю, что очень плохо поступила…

Новые рыдания сотрясли ее ссутуленную спину. Наследник молча поднялся, намереваясь ее покинуть. У меня от горя и чувства вины свело желудок, потребовалось усилие, чтобы отринуть чужие эмоции.

— Флориана, дай мне руку.

Миттернат подняла заплаканное лица.

— Это все неправда, твой секрет останется при тебе до тех пор, пока ты сама не раскаешься.

При этих словах, что-то внутри меня дрогнуло. Дева ночи внимательно посмотрела на меня и протянула ладошку, после чего мы сразу очутились в лабиринте.

— Благодарю, диали. Вы мне очень помогли, — с достоинством кивнула Флориана, намекая, чтобы мы отошли. Пошатнувшись, она встала на ноги. В этот же миг, сигнализируя об окончании испытания, впереди расступилась стена лабиринта. Подавленные и погруженные в собственные мысли, мы двинулись в освобожденный проход. Подавленные мы двинулись вперед. У меня в голове билась одна мысль — скорей бы все это закончилось. Что-то подсказывает, если так будет продолжаться, не всем удастся сохранить здравый рассудок.

— Что это за лес? — вдруг тихо спросила Флориана.

— Ссаат’хай Дэ Итхэ — Лес Вечной Осени. Моя родина… — ответила так же тихо Иилима.

— Очень красиво, — добавила я.

— Все это здорово. Я про взаимовыручку и прочее, — вклинилась Перфекта, обернувшись к нам. — Но это не сделало нас подружками.

Орана ухмыльнулась.

— Даже не надейся, — пробормотала я под нос невежливо.

— Что ты сказала? — окрысилась на меня Левантер.

— Да кто же в здравом уме с тобой дружить захочет?

Скорчив снисходительную мину, я просто обошла ее, едва удержавшись, чтобы не задеть плечом. Что-то внутри так и подбивало на подобный поступок.

— Диали, держите себя в руках! — предупредила Миттернат. — Испытание еще не закончилось…

Как же она оказалась права!

Если до этого сквозняк холодил ноги, то теперь поток раскаленного воздуха кипятил голову, заставляя ненавидеть всех и вся. Я случайно оглянулась и едва совладала с нехорошими мыслями. Ненавижу их всех. Орану за идиотский цвет кожи и эту манеру держаться, точно индеец из племени сиу. Левантер за то, что она слишком во всем: слишком красивая, гордая, умная, слишком близка к Дрейку. Кстати, его я тоже ненавижу, и аргументов могу привести немеряно…

Я впилась ногтями в ладони и зашагала быстрее, запретив себе смотреть на других. Хорошо, что иду впереди и никого не вижу, правда досаждают опасения, что кто-нибудь из этих змей не выдержит и отоварит меня по голове сзади…

Отпустило так же резко, как и накрыло. Одновременно зеленые стены расступились, выпуская из плена. Мы очутились в огромной пещере, которую пронизывал свет, падающий из отверстий в потолке, посередине поблескивала темная гладь озера, разукрашенная светлыми пятнами. А на той стороне ждала арка выхода.

— Озеро откровений… — провозгласила Миттернат и не останавливаясь двинулась вперед, прямо в темную воду.

Ткань белого одеяния намокла, было видно, как ее стремительно напитывает вода, поднимаясь все выше и выше. Как просвечивают стройные ноги девушки, когда она пересекает освещенные места. Миттернат преодолела уже треть расстояния, но вода так и не поднялась выше колена. Я старательно запоминала, как она шла. Хотя, что там запоминать? Просто напрямую к арке, никуда не сворачивая и ничего не огибая.

— Стоять! — осадила Левантер эльфийку, которая было тронулась следом. — Лучше идти по одной, если не хочешь разделить пополам все… Все чувства. Боюсь, тебе это не выдержать.

Она ядовито улыбнулась, на что Иилима лишь выше задрала нос. А я задумалась, о чем это она.

На середине озера Фло замедлилась, а спустя несколько неверных шагов и вовсе остановилась. Даже отсюда были видны ее стиснуты кулаки, дрожащие от напряжения.

— Да что с ней такое?! — не выдержала я.

— Чувство вины, осознание содеянного и… Не важно, — осекла сама себя Левантер.

Но по ее бледному лицу я поняла, Перфекта точно знает, что с ней будет и это не внушает магичке радости. Это, блин, беспокоит! Нет, я точно тут двинусь. Громко всхлипнув, Флориана сдвинулась с места. Она снова плакала, но шла вперед все быстрей и быстрей. Добравшись до противоположного берега, остановилась на мгновение, вытерла лицо, отжала слишком мокрый подол и, высушив его одним небрежным жестом, пустилась бежать к арке. А в озеро уже вошла Перфекта Левантер.

Следующей озеро преодолела эльфийка, а потом и Орана — я пропустила вперед принцессу орков. Даже не знаю, зачем. Наверное, в тайне боялась, что она решит пойти вместе со мной, чтобы попытаться облегчить мою участь. Орчиха явно хотела отплатить за спасение от страха. Но я не желала ни с кем делить то, что меня ждет.

В это же время рядом с нашим открылся новый проход и оттуда вышли демонессы и Сан Дор. Кстати, а где змеедева? Да и кошка Марр так и не появилась до сих пор, и интуиция подсказывает, что не появится.

— Остались вы двое? Неожиданно, но я рада, — хищно улыбнулась суккуб, показывая острые зубы.

— Ты ошиблась, наша группа дошла целиком.

Я старалась сохранять спокойствие, хотя не чувствовала себя в безопасности одна с этими тварями. Ну не могу я назвать их сейчас девушками. Что-то поменялось в их облике, они давили какой-то темной энергией, и я с трудом сдерживалась, чтобы не ёжиться.

— Ты врешь!

Я скорчила мину: мне все равно, что ты думаешь.

— Но… Как вам удалось?!

Суккуб была крайне раздражена, а я снова промолчала, мысленно подгоняя орчиху, которая шла неуверенно и часто останавливаясь. Хорошо, что ей осталась меньше четверит пути.

— Так, вы не поубивали друг друга? Странно. Я надеялась, что ты придушишь суку Левантер.

Демонесса с завитыми книзу рогами мягкой походкой двинулась в мою сторону. Как же странно на ней выглядит белый балахон, натянутый на темных сосках высокой груди. Глаза Анжезары нездорово сверкали. Мне кажется, или на эту компанию зона агрессии подействовала намного сильней? Может, им труднее держать себя в руках? Быстрей, Орана. Быстрей!

Что-то мне подсказывало, когда я войду в озеро, они не осмелятся меня трогать.

— Мне кажется, или у вас кого-то не хватает?

— О! Нам оказалось не по пути с хвостатыми, — мелодичным голосом ответила Лайли Холо, заходя с другой стороны.

— Понятно. Про взаимовыручку такие как вы не слыхали.

Я снова украдкой оглянулась на подругу. Хвала всем богам, та уже выбралась на берег.

— А нет, — я радостно посмотрела за спину надвигающихся на меня агрессивно настроенных иномирных баб. — Сакхираша привет!

Подняв руку, я махнула, и «невестушки» разом обернулись. Не теряя ни секунды, я побежала по воде, стремясь оказаться подальше от берега. Если это волшебное озеро обладает подобием разума, то сей час оно явно опешило от вопиющего неуважения. Задрав подол повыше, я мерно шлепала босыми пятками, дыша точно на пробежке.

Вдох-раз-два-три-четыре, выдох. Затылок прямо холодило страхом, но не липким и вязким как в кошмаре, а простым человеческим. Рожденным нежеланием быть битой. Водную гладь озарила вспышка молнии. Сухой треск заставил подняться дыбом волосы и попрощаться с жизнью. У-у-у! Камешек! Надеюсь, Дрейк тебя починил…

Мгновением раньше пространство впереди расчертила молния. Почти ослепленная я выронила подол. Тот тут же намок, и я в нем запуталась, ноги не обнаружили опоры, и я полетела вперед. Мне хана. Не утону, так током прибьет…

Раздался приглушенный всплеск, уши и нос залила холодная вода, сомкнувшись над моей головой. Темно и не ясно, где верх, а где низ. Мгновение паники, и вдруг меня перенесло в прошлое. В момент, о котором я предпочла бы забыть…

— Нет, пожалуйста нет! — кричала я мысленно, но озеро безжалостно выворачивало душу, заставляя вновь пережить роковые моменты.

— Вы точно этого хотите? — спрашивала средних лет медсестра, подготавливаясь к процедуре.

Мой голос звучит твердо и немного зло. Ни грамма сомнений.

— Уверены?

Она словно бы давала мне шанс одуматься, но тщетно.

— На все сто процентов.

Тяжкий вздох.

— Вас предупредили о возможных последствиях

Предупредили о последствиях… Предупредили о последствиях… Предупредили о последствиях…

Гремело набатом, и горькие слезы душили, не давала дышать вина. Это было моим собственным решением отказаться от ребенка. Прокручивая события назад, я в ужасе осознала, что не было никаких серьезных предпосылок для подобного поступка, а теперь… Теперь я больше не могу иметь детей.

Силы покидали, воли для борьбы не осталось, как и воздуха в горящих огнем легких. Вдруг перед глазами возникло детское лицо в ореоле белокурых волос. Голубые точно небо глаза, глядели с мягким укором и беспокойством, совершенно по-взрослому. За мной пришел ангел? Странно, по всем каноном стоило ждать кого-то вроде Бальтазара…

— Вы должны бороться, диали Хельга! — зазвенел голосок Аланы, и я, наконец, узнала девочку. — Вы спасли нас, — она вдруг заговорила хором, но никого больше я не видела. — И спасете еще множество жизней. Дайте мне руку, диали!

Алана нахмурились.

— Диали, ну же!

Остатки воздуха вырвались изо рта пузырями, когда я на последнем усилии потянулась к детской ладошке. Пальцы наткнулась на опору. Уцепившись за твердый, скользкий каменный выступ, подтянулась и сумела приподнять над водой лицо. Судорожный вдох, и снова под воду с головой, но теперь только для того, чтобы лечь животом на узкий мостик и подтянуть колено. Я выбралась как раз в большом пятне света. Солнечные лучи пронизывали водную гладь, позволяя разглядеть уходящую в две стороны каменную тропу, шириной примерно в полметра. Совсем не глубоко, не то что по обе стороны справа и слева.

Спеша убраться из этого места, поднялась на ноги и на секунду зажмурилась, борясь с головокружением — не хватает снова сверзиться в озеро. Меня трясло от холода, мокрая ткань облепила тело, сделав меня почти обнаженной. Не обращая на это внимания, я шла, аккуратно переставляя ноги. Шла, преодолевая последние метры. Шла, не оборачиваясь назад. Я пережила и это и то, и теперь знаю, что надо делать.

Горячие слезы смешивались с холодной водой, текущей с волос. На миг я прикрыла веки, преодолевая арку и сразу попала в объятия Дрейка. Мне не нужно было его видеть, я по запаху, по теплу его тела, по ауре спокойствия, что окутала меня защитным коконом знала — это он. На плечи легла тяжелая ткань плаща изгнанника, лицо скрыл, наброшенный на голову капюшон. Обняв меня за плечи, Дрейк куда-то двинулся, увлекая меня следом.

Я переставляла ноги как сомнамбула, желая поскорее оказаться в своих покоях, и одновременно умоляла вселенную, чтобы этот путь не закончился. Хочу вечность чувствовать его бок, его надежную руку на собственном плече, его молчаливую поддержку и его заботу.

— Пожалуй, стоило вместо письменности, научить тебя сушить мокрую одежду, — шепнул он едва слышно.

От легкой насмешки в его голосе, вдруг разом стало легче. Одновременно тела и лица коснулся теплых поток воздуха. Я ощутила, как высохли рубаха и волосы. И мои мокрые щеки тоже. Это произошло слишком быстро, чтобы списать на естественный процесс.

Я не сдержала улыбки. Кажется, ради этого можно снова пересечь озеро.

— Диали, я так за вас переживала! — в очередной раз заломила руки лисичка.

Мы уже в четвертый раз пересматривали по маговизору запись вчерашнего испытания. Признаться, блуждания по лабиринту казались откровенно скучными. Кстати, я была права — нас действительно снимали, а вот суть наших страхов никто не увидел. Когда наступил тот момент, зрителям просто показали, как невесты повалились на пол, где кого настигло. Одни кричали, другие бились в конвульсиях, третьи плакали навзрыд. Особенно жутко страдали демонессы, рыча и меняя облик точно в малобюджетном фильме ужасов. Хорошо, что они шли не с нами, не хотелось бы наблюдать подобное в живую.

Исключением оказалась Фло Миттернат, продержавшаяся до момента, когда мы все очнулись. Демониц привела в чувство Дайана Фротт, ее способностей хватило для этого, дева-гроза очнулась сама, а вот Марр и Сакхираша, не прошли этот этап. И если первой просто некому было помочь, второй помогать никто и не думал. Кстати, перед озером демоницы еще и между собой передрались, пока определили очередь.

Испытание закончилось, когда нас порядком измученных и едва держащихся на ногах доставили в пещеру Р’рах Атмин. Особенно неважно выглядели змеедева и кошка. У первой даже не было сил, чтобы поддерживать иллюзию ног, и из-под длинного подола выглядывал толстый, покрытый чешуей змеиный хвост.

Жрец в привычной манере, воззвал к артефакту, и тот вынес вердикт. Ожидаемо исключили тех, кто не прошел испытание, и Сан Дор за коварный прием с концентрацией статики. Колдовство не боевое, а скорей бытовое — внешний эффект, призванный меня напугать. И ей удалось! Я едва не утонула. В общем, так ей, электрической гадине, и надо. Остальные теперь три раза подумают, прежде чем правила нарушать. На этот раз в рейтинге сильно упали демонессы, а я, напротив, вскарабкалась с последнего места на четвертое.

Запись закончилась, и я попросила Карли запустить ее снова.

— Сколько же можно, диали?

— Не спорь. Я анализирую поведение конкуренток, составляю психологические портреты и вычисляю слабые и сильные стороны. Для этого ничего нельзя упустить.

На деле меня интересовали всего несколько секунд, от которых заходилось в томлении сердце — выражение лица Дрейка в момент, когда я падаю в воду. Он так сильно стиснул поручень балкона, что побелели пальцы. Испугался за меня, это ведь что-то да значит?

Карли со вздохом отдала команду маговизору, и я стойко вытерпела целых пять скученных минут, прежде чем не выдержала:

— Пожалуй, ты права. Давай-ка сразу на момент, где мы выходим к озеру.

Наконец, момента, где бегу, стиснув в кулаке длинный подол дурацкой рубашки. Вокруг заискрили молнии, я оступилась и полетела в воду, а на экране появилось лицо Дрейка. Боже! Моя бы воля, поставила бы этот кадр на паузу и любовалась вечер напролет.

Не подавая виду, как меня будоражит это зрелище, и по-детски боясь себя выдать, лениво положила в рот виноградину и спросила будто от нечего делать:

— Кстати, как там Перфекта? Ты ее уже видела?

— Да, диали. Она приказала доложить, как вы себя чувствуете, — охотно отозвалась Карли. — Что мне ответить?

— Скажи, что я подавлена… Хотя, нет. Скажи, я в порядке, полна энтузиазма и сил. И намереваюсь победить, пусть побесится.

— Диали Перфекта могущественный маг. Может, не стоит лишний раз ее дразнить? — неуверенно спросила лисичка.

— Мне все равно, Карли. Если эта информация способна испортить ей сон, пусть так и будет.

— Как прикажете. Я вам еще нужна до ужина?

— Нет. Подай мне вон те учебники, пожалуйста, и можешь быть свободна. Исполнив просьбу, Карли ушла, весьма кстати оставив включенным маговизор.

— Ну-ка, ну-ка…

Я воровато обернулась камеристка вслед, хотя без разрешения она больше не могла сюда войти, и приступила к эксперименту. Тридцать минут нечеловеческих усилий, головная боль и прокушенная губа — это я случайно с дивана свалилась, когда наконец сумела добиться результата, и предо мной предстало лицо Дрейка во всей красе. Я жадно рассматривала правильные, хищные черты: сошедшиеся к переносице брови, плотно сжатые губы, которые умели так потрясно целоваться, непередаваемое выражение глаз…

Невольно вспомнился вечер, когда я случайно очутилась в его комнате. Представила, как это могло бы быть, если бы я не отвлеклась на кандалы, и внизу живота разлился тягучий жар, требуя выхода. Коснувшись рукой напряженной груди, вздрогнула. я так завожусь от одной мысли о нем, что это со мной делается? До ужина еще осталось немного время, и я, расслабившись, откинулась на подушки, в приступе мазохизма погружаясь в несбыточные мечты.

Морф, ошалевший и растрепанный, если нем так можно выразиться, влетел в окно совершенно невовремя, и я быстро отключила маговизор. Первая мысль: “Надо же! С первого раза получилось”. И вторая: “Видел или нет? Если видел, сообразил что к чему?”

Блин! С каких это пор я домашних питомцев стесняюсь?

— Клякса! Тебе, стоит предупреждать о своем появлении! — решила сделать морфу выговор.

В конце-концов он разумный. Раздалось вопросительное “урр”, и дракончик захлопал глазками, предварительно отрастив подлиннее реснички.

— А вдруг я тут чем непотребным занимаюсь, м?

Морф изобразил миниатюру в виде кровати с подозрительно двигающимся бугром одеяла.

Не смей краснеть, Железнова! Кто здесь главный в конце-то концов?

— Даже если и так, я взрослая женщина. Вдруг я раздета?

Клякса продемонстрировал несколько миниатюрок со мной в главной роли. Я моюсь в ванной. Я разгуливаю обнаженной по спальне и гардеробу. Я, стоя у окна в одном белье, почесываю зад. Все схематично и мультяшно, но очень даже похоже. Морф весьма точно копировал жесты и походку.

Закатила глаза:

— Тебя не переспоришь! Иди лучше сюда.

Клякса перебрался на мои колени и завозился, устраиваясь поудобнее. Я накрыла его ладонями, и принялась вливать энергию, приговаривая больше по привычке:

— Вот скажи мне, наконец, куда это ты каждый день таскаешься?

Морф не отвечал, только щурился от удовольствия.

— Ладно, если хоть чем толковым занят, а то, может, по кляксобабам шляешься, а я тут тебя откачивай…

— Повозмущайся еще!

Едва мы закончили, раздался мелодичный перезвон, оповестивший о госте. Это камеристка вернулась, чтобы помочь мне одеться. Тащиться в столовую совершенно не хотелось, но деваться-то некуда. Осмотрев предложенный Карли наряд, я впервые отказалась его надевать.

— Дай-ка мне что-нибудь черное.

— Но, диали…

— Черное, Карли. Пожалуйста.

Пусть бунт. Пусть Агенси снимает баллы, но я утвердилась во внезапно принятом решении. Раз влюбилась в Изгнанника, отныне и до конца отбора стану носить только этот цвет. Его цвет.

Камеристка отсутствовала минут десять, после чего вынырнула из гардеробной с азартным блеском в глазах и победным выражением на лице, которое едва выглядывало из-за ворохом черных тряпок. Я уважительно поджала губы, оценив объем этой кучи, превышающий ее собственные габариты и, пожалуй, даже вес. Многозначительно на меня глянув, Карли демонстративно разложила платья на кровати. Получилось примерно слоя четыре, но я оценила. Чего тут только не было, и это только лишь платья!

Длинные и короткие, в обтяжку и струящиеся по полу. Ошеломляющие покроем и фасонами. Силуэт русалка, годэ, юбка солнце… С открытой спиной, с провокационными разрезами по самое некуда. А ткани! А цвета! Воистину, пятьдесят оттенков черного предстали моему взору. Чернота чернее черного. Чернота, плавно переходящая в серебро или в золото, в алый, а то и вовсе в морскую синеву.

Кстати, а никто и не говорит о трауре.

Радовали текстуры и фурнитура: бархат, кружево, атлас, пайетки, вышивка. Материал, напоминающий по виду чешую, кожа, драгоценные камни. В общем есть из чего выбрать и не повториться ни разу.

— Вот видишь, все не так уж плохо, — опередила я все, что сказать Карли.

Та только согласно кивнула и ловким жестом заставила мои волосы собраться в свободную прическу. Подумав, мы выбрали платье с открытым левым плечом и красивой серебряной вышивкой по правому боку. Большой изящный цветок начинался от лифа и тянулся вдоль шва до самого подола проходя и по прозрачной вставке, обнажающей бедро. Если я и сомневалась, то не больше мгновения. Отбор подходит к концу, все участницы стремятся принарядится лишний раз, чтобы представить себя в выгодном свете. Я не стану исключением. Еще одним поводом была встреча с Дрейком после ужина, он снова намеревался шаманить с камнем на моем амулете.

В столовую направились вместе с Ораной, которая так же, как и я, оделась нарядно, выбрав густого оранжевого цвета платье в пол. Ресницы и губы орчихи были слегка подкрашены, ногти тоже.

Как оказалось, старались мы не зря. В холле было полным-полно стрекоз, а по центру застыла в ожидании деора Агенси. Следом за нами подтянулись прочие невесты, которые не меньше расстарались с нарядами. Всех превзошли демоницы, и на их фоне я выглядела сдержанно, чем заслужила одобрительный взгляд придворной свахи. Ну вот, а Карли боялась.

— Диали, сегодняшний ужин состоится во дворце, — объявила Агенси, осмотрев всех нас сквозь лорнет. — Хорошо, что вы это почувствовали. Будущая императрица должна иметь развитую интуицию. Вижу, вы обладаете нужными качествами. Она ненадолго замолкла, глядя на нас, а затем, двинула зажатым в руке лорнетом, скупо выразив радость.

— Хорошие новости, диали. Нескольким выбывшим из испытаний невестам, драоны высшего круга сделали предложение, и трое даже получили согласие.

Деора Агенси сделала паузу, позволив нам осмыслить случившееся, и тут в холле появился Дрейк. На этот раз он не материализовался, как делал это раньше, а неторопливо спустился по лестнице, поправляя перчатку для полетов. У меня перехватило дыхание, когда он встретился со мной глазами. Несчастное мгновение, а в душе все перевернулось вверх дном.

— Добрый вечер, диали! — поздоровался драон Абданкен, остановившись на последней ступеньке. Оглядев нас, улыбнулся и отпустил комплимент: — Стены этого замка отродясь не видывали подобной красоты. Как истинный дракон, я испытываю непреодолимое желание запереть вас в сокровищнице, — говоря это он снова будто невзначай задержал взгляд на мне, состроив бесподобно-алчное лицо, а потом вдруг переключился на сваху: — Вас, деора Агенси, это тоже касается.

От неожиданности пожилая деора испустила смущенное «хо-хо», чем вызвала улыбки и сдержанные смешки среди невест.

— Сегодня ужин переносится во дворец императора, но прежде я анонсирую следующее испытание.

Миновав большую арку по центру холла, мы очутились на одной из пристаней Драконьей башни, драон Абданкен, однако, за нами не последовал. Нас уже ждала целая свита из слуг, репортеров и охраны. Прямо звезды, только а вместо вспышек телекамер мерно трещат крыльями стрекозы, то и дело навязчиво зависая перед лицами. Деора Агенси отошла и тихо переговаривалась с какой-то дамой, и я отвлеклась на потрясающий вид раскинувшеся у подножья столицы. Никогда не устану любоваться.

— Смотрте, Дрейк Рей… Абданкен!

Возглас Фло Миттернат заставил повернуть головы и посмотреть, куда указывала девушка. Такого я еще не видела. Разве что Флориана и Перфекта могли подобным опытом похвастаться. Напротив пристани, чуть поодаль, прямо в воздухе возникло яркое пятно света. Вытянулось в вертикальную линию и, на миг ослепительно вспыхнув, развернулась в полноценное «окно», переливающееся ртутью. Я никогда не видела “окон”, но уверена это нон самое. Не успело сердце сделать двух ударов, как оттуда появился огромный дракон. Знакомый мне дракон, на котором я однажды летала.

— Дымок! — шепнула еле слышно, ощущая как дрожь восторга пробегает по телу.

Верхом на величественном драконе, чешуя которого блестела металлом, восседал драон Абдан… Нет! Сам Дрейк Рейгель, демонстрируя истинную мощь. Гигантский ящер завис на мгновение в воздухе, а затем, сделав сложный разворот, ушел в штопор. Над самыми маковками крыш выровнялся, становясь на крыло. Возвращаясь, исполнил мертвую петлю и разом бочку. И как у Дрейка только голова не закружилась? Зависнув в верхней точке, Дымок испустил глухой рев и пыхнул огнем метров на двадцать, а то и все тридцать, а после медленно спланировал, приземлившись на ближайший к нам пирс. Стало так тихо, что звук царапнувших о твердокаменную поверхность когтей заставил вздрогнуть.

Дрейк выбрался из седла, ловко спрыгнув на землю, привычным жестом поправил плащ и, размеренно стуча каблуками сапог, двинулся к нам. Его губы были плотно сомкнуты, брови нахмурены, голова высоко поднята. По мере приближения все сильней ощущалась его сногсшибательная аура, и я с удивлением осознала, что так остро его чувствую. Сила и властность просто зашкаливали, впору было скальпелем резать. Такие мужчины, вообще, бывают?! Восторг! Боже! Вот что должен внушать своим присутствием истинный правитель мира.

Украдкой посмотрела на прочих невест, похоже они тоже чувствуют это, только не совсем так, как я. Особенно тяжко приходится демоницам, точно невидимая рука клонит их головы к земле. Интересно, а Лайонел так может?

Положение спасла Перфекта Левантер. Подав пример растерявшимся невестам, она первой присела в реверансе, остальные с облегчением, присоединились к ней, и я углядела нечто магическое в этом жесте. Я за ними не последовала, нет внутри подобной потребности, да и платье этого не позволяет. Кажется… Думать было уже некогда, и так успела выделиться, отбившись от коллектива, поэтому я предпочла неглубоко поклониться, прижав к груди руку и лишь на миг опустив взор. Надеюсь, не поставят это в минус.

Дрейк остановился в трех шагах от меня и заговорил совсем иным тоном, чем в фойе оплота изгнанника. Теперь в его голосе слышались грусть и даже горечь:

— Диали, полеты — неотъемлемая часть нашей жизни.

Он по-очереди посмотрел в глаза каждой.

— Ситуации могут быть разные, и далеко не всегда мы используем “арки” и “окна”. Многим флигенердцам они и вовсе недоступны, а живем мы все на островах. На поддержание порталов расходуется магическая энергия. Настали сложные времена и, чтобы ее сэкономить знать пересела в седла. Как не велик ваш страх, придется понять, принять и научиться летать самостоятельно.

Он снова замолчал, убеждаясь, что мы восприняли его слова.

— На драконах летают лишь избранные. Рейтары и их близкие, остальным приходится использовать другие варианты. В этом и будет заключаться следующее испытание. Ни она из вас не ограничена в средствах, и за счет казны вы сможете приобрести любой вид существующего в нашем мире транспорта, нанять учителей или доставить собственный из ваших миров.

Если от его слов меня уже накрыла легкая паника, то от последнего предложения я, и вовсе, чуть не подавилась. То есть я могу притащить вертолет, «Боинг» или даже «Сушку», если гонки на скорость? Эх, еще бы уметь с этим добром управляться, а у меня нет подобного навыка, только права категории В.

В этот момент Дымок решил своевольничать и направился к нам, отчего-то тоже заходя с ближней ко мне стороны. Так, Железнова, только не бояться. Не время и не место искать защиты у Дрейка в объятиях. Дракон остановился совсем рядом и принялся нас рассматривать, наклонив вбок голову и втягивая ноздрями воздух. А потом вдруг громко фыркнул, резко задрав на длинной шее свою бульдожью морду. Ну не красавец ты, Дымок. Не красавец.

Невесты, дружно пискнув, как по команде отпрянули назад, одна я осталась на прежнем месте, изо всех сил скрывая безотчетный страх перед этой зубастой махиной.

— Привет, Дымок, — поздоровалась я, протянув открытую ладонь. — Как поживаешь? Соскучился?

Надеюсь, тут умеют пришивать конечности, на случай если ящер успел меня позабыть. Дракон потянулся, и подлез под нее мордой. Фух!

— Признал?

Нащупала то самое гладкое местечко между роговыми наростами и погладила. Наградой стало характерное мурлыкобульканье. Все же зря я на него надумываю, добрейшей души существо…

Идиллия разрушилась неожиданно. Дымок резко вскинул голову, чувствительно меня толкнув. Не удержавшись на шпильках, я стала падать, с удовлетворением оказавшись в мужских руках. Снова Дрейк подоспел. Наслаждаясь мгновением близости и прикосновением горячих ладоней к коже, размышляла: может, стоит вот так вот почаще? Захотелось пообниматься — подошла к краю лестницы и хоба! вниз головой. А он тут как тут. Поймает, глядишь, и не отпустит больше. Уж я постараюсь…

Коварные мысли прервал тоскливый не то свист, не то вой, который испустил Дымок. Дрейк непонятно рявкнул на него, и ящер скачками направился к пирсу, откуда взмыл в небо. Повсюду ему вторили другие драконы, а следом поднялись и бесстрашные стрекозы.

Все уставились на возникшую вдалеке точку, что приближалась рваными рывками, то теряя высоту, то набирая вновь, пока не превратилась постепенно в дракона. Дрейк, убедившись, что я крепко стою на ногах, выпустил меня и приложил ко лбу ладонь на манер козырька.

— Рыжик? — прошептал он едва слышно. — Гилберт, нет…

Я покосилась на Изгнанника, еще не совсем понимая, о чем он. Но минуту спустя и сама уже смогла разглядела тело, которое дракон держал в лапах. Вряд ли этот человек жив. Подлетев достаточно близко, отливающий медью ящер задрал голову и, точно прощаясь, испустил полный отчаяния вопль, после чего начал набирать высоту, хотя давалась это ему непросто — крылья зияли рваными дырами. Поднявшись, насколько хватило сил, он вдруг выпустил тело рейтара и, извернувшись, пыхнул вдогонку огнем. Последний взмах крыльев развеял оставшийся от сожженного трупа пепел.

Дрейк медленно стянул с головы капюшон плаща, и резкий порыв ветра растрепал выбившиеся из хвоста пряди. Он все еще стоял рядом, и я в непроизвольном жесте поддержки положила руку ему на плечо, наблюдая, как осиротевший дракон, сложив крылья, камнем падает вниз на соседний скалистый остров. Сомнений нет, после такого не выживают даже драконы…

Я прикрыла глаза, не желая видеть момент его гибели. Плечо под моей рукой двинулось, Дрейк отошел на несколько шагов, постоял так, глядя за горизонт, а затем повернулся и заговорил чуть надтреснуто:

— Диали, вы стали свидетельницами похорон истинного рейтара. Досточтимый драон Гилберт Маргери погиб в бою, следом, оказав почести своему рейтару, ушел и его дракон. Это огромная потеря для Флигенерде, для нас, — он осекся, — истинных рейтаров, кто еще не утратил способность к единению с драконом.

Он испустил прерывистый вдох, и сделал несколько шагов к пирсу, я едва ли не физически ощутила его боль. Это пришло как жжение в желудке. Как взрыв, который распирает стенки грудной клетки и не находит выхода. Как душный ком у горла. Никогда раньше не чувствовала так сильно другого человека. Что со мной такое?

Дрейк рывком набросил капюшон на голову, снова скрывая лицо. И даже его голос теперь звучал глухо.

— Есть легенда, что Стеллар, создатель нашего мира, создав драона, разделил каждого на три части: мужчину, Дракона и его Сокровище. Когда драон становится истинным рейтаром, он обретает утраченную драконью суть и получает заложенные создателем силу, способность к полету и магическую мощь. Но что есть Дракон без Сокровища?

Он на миг замолчал, словно бы задумавшись над ответом на свой же вопрос.

— Знаете, как рейтар обретает дракона? Когда-то довольно было поискать на островах и выбрать подходящее яйцо или птенца. Теперь это возможно сделать только здесь — в Драконьей башне под сенью Р’рах Атмин. Но момент, когда обретаешь своего дракона не передать словами. Это как вспышка, как любовь. Что уж говорить об истинной паре? Ты, наконец, живешь и готов делить миры на двоих. С ней — миры, с драконом — себя самого, а все трое есть единое целое.

Не вижу из-за капюшона, куда именно смотрит Дрейк, но приятный зуд по коже подсказывает — на меня. Остальные невесты застыли, едва решаясь дышать и внимая каждому слову. Кажется, даже стрекозы тише заработали крыльями.

— Пожалуй, лишь правящий род продолжает и поныне соблюдать традиции. Но вот в чем загвоздка: истинную пару может обрести лишь настоящий рейтар, тот кто может объединяться с драконом. Таких к сожалению все меньше, а причина всех бед — артефакт, который едва способен обеспечить нас магией, необходимой для защиты. К тому же Бьосангриф только и ждет момента, чтобы прорваться сюда и заполучить доступ к «окнам» в другие миры, и результат их попыток, вы только что видели собственными глазами. Но я вам обещаю, что пожертвую всем, чтобы их остановить. чтобы каждый мог обрести свое Сокровище.

Круто развернувшись на каблуках, Дрейк размашистым шагом направился к пирсу. Черный плащ развевался словно сама тьма за его спиной, когда он вдруг побежал. Я еле сдержала крик, наблюдая за безумным прыжком. Благо откуда-то снизу взмыл Дымок, приняв рейтара на спину. А дальше случилось что-то невероятное: ящера и его седока озаряет вспышка, и вот уже вечернее небо режет другой дракон — угольно-черный с блестящей в лучах закатного солнца чешуей, по которой пробегают синие искорки молний. Усилившийся к вечеру ветер донес до обоняния запах озона, ледяного ветра и горькой травы…

Ужин в королевском дворце прошел спокойно и почти без эксцессов, в малом приемном зале нас встретила сама императрица Марибэль, стройная крепкая женщина с темной, сложного плетения косой до талии и короной, украшенной камнями, подозрительно напоминающими осколки Р’рах Атмин. На ней было надето платье отдаленно похожее по покрою на мое, разве что чуть менее откровенное. Несколько неправильные черты — нос с горбинкой, великоватый рот и высокие скулы, складывались в удивительную композицию. Ее лицо нельзя было назвать красивым, но однозначно — привлекательным.

Императора Годрика и сыновей здесь не было, они все вместе отправились туда, где объявились бьосангрифцы. Это и то, что случилось на пирсе, несколько нарушило планы мероприятия.

Когда расселись за столом практически в тесном кругу, все невесты хранили молчание, ожидая, когда королева заговорит первой. Аппетита толком ни у кого не было, видимо тому виной случившееся на наших глазах. Чтобы разрядить обстановку Марибэль принялась рассказывать нам о своей семье, постепенно увлекая и нас в беседу, заставляя раскрыться. Я даже спросила, почему драконы носят такие забавные имена: Рыжик, Дымок.

— Как еще может назвать пятилетний мальчишка, едва вылупившегося неуклюжего птенца?

Иилима попросила рассказать про истинные пары. Оказывается, такое понятие существует во многих мирах, кроме нашего. Я слушала ответ, затаив дыхание и чувствуя, как все сильнее колотится сердце, обнаруживая у себя очередной признак. Безудержное желание, острое восприятие его запаха и то, как я успокаиваюсь в его объятиях, несмотря ни на что. Мои реакции на Дрейка не назвать нормальными. И это я еще не могу оценить магическую составляющую по неопытности.

Неужели… Неужели я для него — Сокровище Дракона. Его истинная пара. А он, выходит, моя?

Возвращались мы поздно и по пути в покои обсуждали с Ораной испытание.

— Как думаешь, летательный аппарат без магии из моего мира здесь заработает?

— Вряд ли.

— Неужели законы физики отличаются?

— Основные — нет, но магическое поле планеты может сильно повлиять на формулы. Вот если собрать его здесь…

Я тяжко вздохнула.

— Что ж, я так и знала, что просто не будет.

— Умеешь ездить верхом?

— Без разницы. Волки, ящеры, лошади.

— На лошади сносно могу.

— Прекрасно. Завтра пошлю за своей виверной Ындыкар, попрошу прихватить еще одну для тебя. Думаю, справишься.

— Давай. Не стала я отказываться.

Пожелав друг другу доброй ночи, мы разошлись по покоям. Меня встретил морфик, мгновенно почуяв, что я чем-то встревожена. Настойчивое «урр-уррр-ур» было переполнено вопросительной интонацией, и я принялась рассказывать обо всем.

— Вот такие дела, — кивнула я задумчиво притихшему морфику, который внимательно меня слушал, сидя на коленях. — Может, ты мне чего посоветуешь? Орана все же не местная, вдруг тебе больше известно?

Дракончик широко улыбнулся, а затем взмыл в воздух и завис на уровне моего лица, имитируя плавные взмахи крыльями — это ему удавалось не очень все же при небольших габаритах, ими приходится чаще работать.

— Не поняла.

Морф закатил глаза и повторил трюк, отрастив крылья немного побольше.

— Ты предлагаешь лететь на тебе?

Клякса активно замотал головой и видоизменился, превратившись в мутного дракона, вместо хрустального, и даже изменил формы, чтобы казаться немного страшнее.

— Дымок? Очень похож. Только вряд ли Дрейк сможет мне его одолжить на время испытания. Да я одна на него и не рискну сесть…

Разочарованный клякса шлепнулся с размаху на столик, расплывшись прозрачной лепешкой. Вылитый Лизун из старого мультика, только не зеленый. Собравшись обратно в кляксу, он постучал рукой-отростком по месту, где должен располагаться лоб. И снова превратился в дракона, несущего на спине всадницу с моими чертами, но почему-то голую…

— Клякса, прекрати издеваться!

Моя фигурка тотчас «приоделась» в наряд для полетов, а затем морф вернул себе привычный облик хрустального дракона и вопросительно уставился на меня.

— Нет, этот способ мне, к сожалению, совсем не подходит. Я же не рейтар. Может, есть что-то другое? Может плот с парусом? Я такие видела, когда летала с Дрейком. Кажется с ними несложно управиться?

Клякса страдальчески вскинул голову и превратившись в плот стал медленно и неуклюже двигаться.

— Я поняла, не тот формат. Да и скорость…

Кивнув, мой друг снова превратился в дракончика и, расслабившись, рухнул мне в ладони, подставляя мягонький животик, который я тут же принялась машинально почесывать.

— Ладно. Утро вечера мудреней.

Отложив недовольно пискнувшего морфа, я направилась в ванную. Быстро покончив с водными процедурами, даже сумела успешно высушить волосы магией и не спалить их нафиг, как на уроке у драона Кикороса. Да-да, между испытаниями, я прилежно училась управлять даром, осваивая новые навыки. Погасив свет, легла в постель, пожелав доброй ночи морфику и… принялась крутиться с боку на бок не в силах уснуть. Мысли сами по себе вернулись к истинным парам.

Теперь я совершенно с другого ракурса рассматривала происходящее. Взгляды Дрейка, его тяга ко мне, и его ярость тогда в спальне, вызванная непониманием и инстинктивным отторжением происходящего. Его попытки избегать меня, как результат осознания, и в то же время удивительная способность оказываться рядом, когда это необходимо. Боже! Выходит, нам суждено быть вместе дополняя друг друга, как части целого?

Интересно, а сам-то он знает? А если знает? Что, если я выиграю отбор?!

Я даже подскочила с постели и застыла посреди спальни. Как-то все быстро закончилось. Не думаю, что пройду последнее испытание. Может, самое время красиво слиться? И все же, Дрейк говорил, что супостаты из Бьосангрифа точат зуб не только на Флигенерде, и что их могут заинтересовать земляне. Кстати, я так и не поняла для чего? Ресурсы планеты? Беззащитные души? Брр! Ничего лучше, чем штампы из фантастических фильмов, не приходит в голову…

И тут осенило: надо пойти, и прямо сейчас спросить у самого Дрейка.

Ночи во Флигенерде теплые. Накинув поверх минималистичной шелковой пижамки из маечки и шортиков, халатик чуть подлиннее, я осторожно, чтобы не потревожить пускающего пузыри в прямом смысле морфа, выскользнула из покоев. Эх, сейчас бы, как тогда, сразу очутиться в его комнате…

Но нет, арка сработала стандартно, выпустив меня в тишину ведущего к галерее коридора, и сразу вспомнилось ночное приключение. Я поежилась, как-то мне не по себе, может, попросить Орану меня проводить? Нет, плохая идея. К тому же, если кто нас застукает, это может выйти принцессе боком. Я осторожно выглянула, осмотрев галерею в обе стороны. Никого.

Весь путь до покоев Дрейка преодолела на цыпочках крадучись, и замерла, поджимая озябшие ноги перед обычной дверью, не решаясь постучать. Соберись, Железнова! Это всего лишь Дрейк, вы неплохо ладите, откуда это робость? Вдруг изнутри донесся приглушенный стон. Нет, я точно, не перепутала.

Меня вдруг обдало жаром. Вот же дура! Что если он не один? Что если он там развлекается с… какой-нибудь девицей? Да той же Перфектой, не зря же она к нему липнет! Даже уши загорелись от обуявшей меня ревности. И дышать стало сложнее. Подняв голову к закопченному, теряющемуся в тенях потолку, я беззвучно рассмеялась. Истинная пара? Такая большая, Железнова, а в сказки веришь. Нет, ну что со мной не так, а?

Разом обессилев, прижалась лбом к твердому дереву. Неожиданно дверь подалась, и я буквально ввалилась внутрь. «Охранноковровая» система отработала идеально, я полетела на пол, и никто в этот раз меня не поймал, а потом я увидела Дрейка…

В покоях царил привычный полумрак, трепетали огоньками свечи и пахло терпко по-особенному, но вопреки моим опасениям, никаких девиц в постели Дрейка не было, как и его самого. Когда я его увидела, искренне решила, уж лучше бы девицы…

Драон Абданкен сидел на полу, привалившись спиной каменной стене и свесив на грудь голову. Растрепанные, слипшиеся сосульками волосы, скрывали его лицо. Левая рука была прикована и задрана наверх, а правая покоилась на коленях вместе с вывороченными из стены оковами. На полу вокруг полыхал голубыми линиями чертеж, отдаленно напоминавший в основе пентаграмму, но гораздо более сложный. Из-за яркого свечения подозрительные потеки вокруг показались мне черными, и как бы не хотелось думать иначе — это была кровь. Даже отсюда тревожный солоноватый запах пробивался сквозь благовония.

Стирая колени об ковры, я как была на четвереньках бросилась к Изгнаннику, едва замечая, как от зарождающейся паники ёкнуло сердце. Первым делом проверила пульс — нет его! Путаясь во влажных прядях волос, приложила ухо к груди — не бьется! Да и сам Дрейк холодный какой-то. А откуда кровь?

— Заигрался ты, мистер Извращенец! — выдала вслух, чтобы просто услышать свой голос, чтобы было не так дурно…

Не от крови, крови я ясное дело не боюсь, от страха, что опоздала, что не успею ему помочь. От разверзающейся внутри пустоты и сожаления, что все закончилось, так и не начавшись…

Никогда раньше я не переживала так за пациента. Вот! Пациент. Я должна сейчас относиться к Дрейку именно так. Быстрый осмотр обнаженного до пояса драона Абданкена показал отсутствие критических повреждений, не считая неестественно вывернутого плеча, на прикованной руке и свежезатянувшихся ран на груди и руках — словно драли когтями и подсохших потеков. Но кто мог такое с ним сделать?

— Дрейк? — позвала, но реакции ноль.

Наложила руки ему на грудь и осторожно попробовала влить энергию. Получилось! Он ее принял, а, значит, жив! Теперь я знаю точно, хотя бы потому, что однажды попыталась влить энергию в мертвое тело. Вот точно, такой опыт не пропьешь! Действуем смелее! Я принялась постепенно увеличивать порцию. Под ладонью вдруг стукнуло. Раз-другой…

Закусив губу, поднажала, отдавая больше. Кстати, странно, но я совсем не чувствую истощения, как бывает с морфиком, хм…

Толчки в груди становились, отчетливее, чаще. Каждый отдавался где-то внутри меня, принося облегчение. Сердце Дрейка стучало все быстрее, и вдруг он резким движением вскинул голову. Его глаза распахнулись, напугав по-звериному вытянутыми зрачками. Все случилось так неожиданно, что я, неготовая к подобному, инстинктивно отпрянула от неожиданности и, потеряв равновесие, упала навзничь.

Дрейк тут же ухватил меня за лодыжку и молча потянул к себе. Что-то мне совершенно не нравится его выражение лица — закаменевшее, с немигающим взглядом рептилии. И то, как он чересчур сильно стискивает мою ногу

— Эй, ты же не планируешь меня съесть! — я нервно хихикнула, неумолимо приближаясь, несмотря на попытки вырваться.

Отбиваться второй ногой не хотелось, вроде только покойничка откачала…

— Дрейк! Отпусти! Ты мне делаешь больно!

И все же пнула его по вцепившейся в меня руке. Он выпустил лишь на миг, но я успела отползти в сторону, чудом увернувшись от новой попытки меня ухватить. Звякнула цепь, вторая рука неестественно вывернулась, но драон Абданкен, даже не обратил на это внимания и, по-прежнему не издавая ни звука, с каким-то голодным блеском в глазах попытался до меня дотянуться. Это уже откровенно пугало.

— Не жилось же мне спокойно!

Дважды вышла ночью из покоев и оба раза нарвалась на приключения. То демон за мной гонится, то Изгнанник пытается сожрать, судя по выражению морды лица… Прослеживается тенденция и вывод: больше ночью из спальни ни ногой! Опять же, кандалы тут давно. Может, Дрейк каждую ночь вот так «развлекается»? Тогда могу лишь посочувствовать…

Я совершенно растерялась, не понимая, как дальше действовать. Уговоры и попытки воззвать к разуму — ни к чему не привели. Но уйти и оставить его без помощи кажется неправильным, а спросить совета не у кого. Хотя…

— Бальтазар! — крикнула я в потолок, не особо надеясь быть услышанной. — Бальтазар, мать твою, рогатую! — присказку я добавила шепотом, но демон услышал.

— Оставь в покое мою матушку, стерва! Знал бы, какой у тебя характер поганый, поискал бы кого еще, — пробормотал недовольно появившийся в покоях демон.

Надо сказать, его неприятный для меня облик сейчас показался комичным. Вместо привычного делового костюма, он был одет в халат, остроносые тапочки с загнутыми концами и колпак для сна. Так и подмывало участливо спросить: мерзнет лысина?

— Ага, все ясно. Он все же попытался.

Демон спокойно посмотрел на методично сотрясающего кандалы Дрейка. Я не разделяла его спокойствия.

— Что происходит? Что с Дрейком?

— Доброй ночи, драон Бальтазар! — занудно-нравоучительным тоном начал демонюка. — Помогите, пожалуйста.

Нет, он издевается надо мной!

— Послушай, просто помоги ему и все! Он же вроде как твой друг?

— Верно. Как и то, что Дрейку Рейгелю в данный момент совершенно ничего не угрожает, чего не могу сказать о тебе самой.

Демон коварно улыбнулся, а я, сглотнув, глянула на все больше отходяще от стены крепление кандалов.

— Он меня хотя бы не сожрет, а то вид уж больно странный?

— При других обстоятельствах, я бы сказал, что нет, но… В этот раз не могу обещать.

Демон явно веселился.

— Так ты поможешь? Дрейк явно не в себе.

Если бы ты была повежливее, я бы, может, и согласился помочь. А так… В общем, разбирайся-ка ты сама, девочка. Тут, — он окинул взглядом пространство покоев, — есть все необходимое для этого.

— Эй, постой!

Я ухватила демона за рукав халата, но он исчез прямо из моих рук, а появился у входной двери. Уже стоя на пороге, он стянул с головы свой дурацкий колпак, отвесив мне шутливый поклон.

— Ему нужна ты, Хельга. Только ты способна ему сейчас помочь, — непонятно ответил он, и затворил за собой дверь.

Раз Дрейку ничего не угрожает, а как облегчить его странное состояние я все равно не знаю, то и оставаться здесь незачем. Разговора все равно не получится. Я бросилась следом, но дверь оказалась заперта. Сюрприииз…

Позади жалобно звякнули цепи.

Так, главное не терять голову. Раз демонюка сказал, что тут есть все необходимое, чтобы я смогла привести Дрейка в чувство, скорее всего так оно и есть. В этот момент до меня донесся приглушенный рык.

— Мамочки! — выдохнула едва слышно.

Интересно, могу я, к примеру, жахнуть в него молнией? Ну, как в тот раз, в саду? Это конечно сомнительная помощь для самого драона Абданкена с моей стороны, но ничего лучше в голову не приходит. Я, отчасти, чтобы найти «необходимое», но, скорее, чтобы протсо спрятаться направилась подальше от этого нового странного Дрейка в глубь покоев. Взгляд уперся в массивную дверь, спрятанную за драпировками. Ванная! Точно! Спрячусь там. Что-то мне совсем не кажется, что мистер Рок-звезда сейчас способен перемещаться или пользоваться магией. Да и, вообще, блистать интеллектом.

Слегка озверевший драон Абданкен снова зарычал, придав мне ускорения. Я обогнула большой стол, тщательно глядя под ноги и стараясь не запнуться об дурацкие ковры, и заглянула в ванную. Дверь удачно открылась внутрь, а там по центру обнаружилось возвышение с тремя ступенями, ведущее к небольшому бассейну. Отлично! Остается найти, чем ее подпереть. Внутри ничего подходящего…

Выходить совершенно не хотелось, но надо. Осторожно выглянув, я заранее присмотрела тяжелую банкету у изножья кровати, вроде резной лавки — то, что надо! Дрейка все еще был на прежнем месте, только рывки цепи участились. Волоча тяжелый предмет мебели к двери, я зацепила край покрывала, и с кровати что-то упало. Действуя по наитию, я отбросила покрывало в сторону и подобрала толстую книгу. Не то, чтобы я думала, что придется здесь поскучать несколько часов, а книга скрасит ожидание, но мало ли…

Скрип и металлический лязг по камню раздался в тот момент, когда я, наконец, установила тяжеленную лавку враспор между массивной дверной ручкой и первой ступенькой, и устало опустилась на нее.

Через мгновение дверь сотряс мощный удар, заставивший не то что подскочить, подлететь к потолку, точно испуганную кошку. На этот раз дверь выдержала, а снаружи послышалась какая-то возня, которая отдалилась. Вроде как ко мне потеряли интерес.

Подождав еще минут пять, я немного успокоилась и поднялась выше, по пути обратив внимание на брошенный впопыхах фолиант. Вернувшись, подняла книгу с пола и, поднявшись на верхнюю ступеньку, принялась ее рассматривать. Темно-синюю обложку, украшало тиснение, а уголки были укреплены красивой металлической вязью. И никаких заголовков.

Похоже, Дрейк читал ее, лежа в кровати, я открыла первую попавшуюся страницу. Да уж, это точно не любовный роман и не детектив на ночь. Больше всего книга напоминала учебник. Или справочник схем и чертежей. Кстати, загнут уголок страницы. Ай-яй-яй! Терпеть не могу, когда так делают. Неужели тяжело использовать закладку?

Взгляд зацепился за знакомый элемент рисунка. Без сомнений — тот самый, что я видела на полу под Дрейком. Сердце застучало чаще. Может, об этом и говорил Бальтазар? Ответ в книге? Я попыталась прочесть описание, прилагающееся к чертежу, но буквы неохотно складывались в слова, а смысл казался искаженным. Или что-то не так или это не флигенердский!

Текст напоминал переведенные китайским переводчиком заголовки к товарам на «Али Экспресс». Вот что такое, к примеру, «первой свежести сок настоящей половины?»

Очередной удар раздался неожиданно и был такой силы, что не выдержала моя завалка и вместе с оторванной дверной ручкой полетела в меня. Долей секунды раньше я шарахнулась от испуга, и нога соскользнула с края. Я пронаблюдала пролетающую в считаных сантиметрах надо мной лавку и с громким плеском плюхнулась в воду, погрузившись с головой.

Вода, мягко говоря, оказалась не то, что холодной, ледяной! Это заставило меня пробкой выскочить на «берег». Я фыркнула, отплевываясь и замерла, едва сделав вдох, упершись взглядом в босые ступни. Сглотнула, прежде чем проследить взглядом затянутые в узкие штаны ноги, кубики пресса, вязь татуировки поднимающейся к горлу, посчитав по пути шрамы, и только потом украдкой заглянуть в окаменевшее лицо Дрейка

— П-привет! — прошептала я и без того осипшим от холодной воды и страха голосом.

Дрейк не шевелился, и я решила по крабьи отползти в сторонку. Он моргнул и, наклонив в сторону голову, втянул ноздрями воздух. Он что, меня не видит?!

Боясь дышать и стараясь двигаться предельно медленно, я отодвинулась еще немного, но драона Абданкена вдруг заинтересовало что-то иное. Он опустился на корточки и, протянув руку, коснулся пальцами пола. Только сейчас я увидела, что на светлом камне выделяется бурое пятно. Кровь? Дрейк прикрыл глаза и понюхал пальцы. Воспользовавшись моментом, я отползла еще немного, прихватив по пути длинную острую щепку, отколовшуюся от сломанной лавки — это на случай, если вдруг молния, как тогда, у меня не получится. Я, конечно, надеюсь, но все равно без понятия как их делать.

Когда Дрейк снова открыл глаза и посмотрел на меня, его взгляд был уже осмысленным, а зрачки — нормальными. Ничего не говоря, он вытянул вперед открытые ладони, точно успокаивая, затем быстро осмотрел ванную, непроизвольно почесав в затылке, и, снова повернувшись ко мне, вдруг сделал такое виноватое лицо, да еще и губу прикусил, что я нервно хихикнула, от неожиданного контраста.

— Это все я натворил, да?

Помедлив, осторожно кивнула, не опуская направленной на него острой щепки.

— Больше не буду. Слово дракона, — в подтверждение своих слов, он приложил к сердцу ладонь. — Не бойся меня, пожалуйста.

Дрейк осторожно присел напротив, не делая попытки приблизиться, и просто протянул руку:

— Хелли, дай мне это, пока еще больше не поранилась.

В ответ на мой недоумевающий взгляд, он подбородком указал в мою сторону. Только тут я увидела, что с моей ладони по запястью стекает алая струйка крови и капает на пол, смешиваясь с водой, что натекла с волос. Поранилась! Я принялась осматривать ранку у основания большого пальца — похоже, зацепила окладом, когда книга падала из руки.

— Я понял! Погоди немного, не залечивай, — вдруг воскликнул Дрейк и убежал куда-то в комнату. Но тут же вернулся:

— Кстати, Хелли, а почему ты мокрая?

— Да вот, давно хотела оценить удобство т-твоей ванной, — ответила я, все еще не в состоянии совладать с ознобом, и, наконец, позволила забрать щепку.

— Ну и как? — спросил Дрейк, расцветая в очаровательной улыбке, от которой разом стало легче.

— Так себе удовольствие, — не стала кривить душой.

Он рассмеялся и, выпрямляясь, походя высушил мою одежду и волосы, а затем смех резко оборвался, а сам драон Абданкен уставился прямо в бассейн. Отмер, что-то сказав себе под нос на непонятном языке, судя по интонации, Очень неприличное, и щелкнул пальцами. В его руках тотчас материализовался утопленный мной фолиант, причем уже высушенный. Но это мало помогло, судя по страдальческому выражению лица его владельца — страницы склеились и отпечатались друг на друге, так что больше ничего было нельзя разобрать. Упс… это я, да, негодовала насчет загнутого уголка у странички?

— Это же… это же… — Дрейк покачал головой и расстроенно опустился на ступеньку. — Хранитель оторвет мне голову и будет прав…

Я положила ему на плечо руку.

— Прости, уронила нечаянно, когда ты сюда ворвался.

Дрейк немного помолчал, а потом просто взял мою руку и провел ладонью над уже полузатянувшейся ранкой, кожа тут же стала гладкой, от повреждения и следа не осталось.

— Спасибо.

Я задумалась на миг, а потом спросила:

— Дрейк, что с тобой сейчас было такого, что ты едва не убил меня лавкой?

— Амулет бы тебя защитил, — почти отмахнулся он.

— Поверю на слово, но ты не ответил на мой вопрос.

— Ритуал. Я немного ошибся с трактовкой. То, что ты видела — побочный эффект. Ничего страшного, если бы…

— Если бы не пришла я? — закончила за него.

Дрейк кивнул.

— Что за зверские опыты ты сам над собой ставишь?

— Как бы это сказать? Попал в нехорошую историю и не могу найти способ из нее выпутаться. Точнее, думал, что нашел, наконец, но теперь…

Он красноречиво посмотрел на испорченный томик и горько усмехнувшись, посмотрел мне прямо в глаза.

А у меня в голове неожиданно сложился паззл:

— Моя кровь…

— Для ритуала нужна кровь истинной пары — сок настоящей половины, в книге так было сказано. Моя кровь. Да, Дрейк?

Он молчал, не отводя взгляд, лишь желваки заходили ходуном.

— Ты собирался мне об этом сказать?

— Да, — почти без паузы.

— Но после отбора?

Он кивнул, а взгляд стал напряженней.

— А что если я его… — из-за бешено стучащего сердца и подкатившего к горлу кома не сразу смогла закончитт фразу, — я его выиграю. Ты отдашь меня Лайонелу?

Эти слова прозвучали все равно, что признание, но и не сказать их я не могла. Дрейк молчал, глядя куда-то в пол, и все больше хмурился, а я ласкала взглядом упрямо сжатые челюсти, решительный изгиб губ и мечтала поцелуями разгладить вертикальную складку промеж бровей.

— Теперь не уверен, — ответил, наконец, он.

— Ладно, я все понимаю, — решила я больше мужика не мучить.

В том, что касается чувств, у них всегда черте что в голове. Дрейк посмотрел исподлобья на меня, и на его лице отразилось удивление.

— Идем? — я направилась к выходу из ванной.

— Закончим твой ритуал.

Я решительно направилась к месту, где еще недавно он сидел в кандалах. И зашла прямо в центр непогасшего до конца рисунка. Стоило это сделать, как линии засветились ярче. Его я почувствовала прямо за спиной. Дрейк стоял очень близко, но не прикасался, и от этого по телу побежали мурашки. Не выдержав я подалась назад, едва сдержав стон, когда наши тела соприкоснулись. Он обнял меня за талию, и я зажмурилась, ощутила его горячее дыхание в своих волосах. Все было так приятно и правильно, будто мы две детали, которые как ни приложи — подходят по форме, потому что друг для друга предназначены

Погладив его руки, взялась за цепи, свисающие с кандалов, спросила:

— Зачем они тебе?

— Чтобы удерживать тогда, когда я не в состоянии сдержать себя сам.

— Почему не снимешь?

— Не могу.

— А кто может?

— Бальтазар. Он их сделал для меня.

— Халтурщик, твой Бальтазар. Как такие хлипкие, вообще, тебя могли сдержать?

Я демонстративно помахала выворченными из стены креплениями. Дрейк пожал плечами:

— Раньше этого вполне хватало, но сегодня мне была нужна ты.

Комплимент? Констатация факта? Не знаю. Я просто развернулась прямо в кольце его рук и, потянувшись, поцеловала в уголок рта. Замерев на миг не разрывая поцелуя, затаила дыхание в ожидании реакции. Ответом стал тихий на грани рык, даже скорее вибрация, зародившаяся внутри его груди и отдавшаяся острой вспышкой желания внизу живота. Я чувствовала, как тяжело бьется его сердце, а мое уже подстроилось, застучав в унисон.

Объятия перестали быть невинными, Дрейк прижал меня крепче, давая ощутить степень своего желания, а его руки взялись за меня основательно. Никогда и ни с кем в жизни мое тело не было таким чувствительным, никогда не откликалось таким фейерверком ощущений на любое прикосновение. Ткань мало что прикрывающей пижамки и без того не была помехой, но когда его горячие ладони проникли под нее погладив спину от поясницы до основания шеи, обласкав полечи, я застонала. А они уже возвращались, и не задерживаясь скользнули в шортики, стиснув ягодицы, и словно невзначай проникли дальше, всего лишь на краткое мгновение, прежде чем выскользнуть обратно, оставив легкое разочарование.

Желая оказаться ближе, боясь, что он, как обычно, возьмет себя в руки и отстранится, я согнула в колене ногу, обхватив его ею. Обвила руками за шею, безраздельно завладев его губами. Наши языки сплетались в древнем танце, исследуя и лаская. Я и не осознала, когда вертикаль, стала горизонталью, это было не важно. Дрейк освободил меня от одежды, не отвлекаясь стянул свои штаны, и я дала волю рукам, пока его рот одаривал ласками мою грудь.

Позабыв и о ритуале, и о том, что кровать совсем рядом, мы просто наслаждались друг другом, словно умиравшие от жажды, дорвавшиеся до свежей воды. Упивались теплом, близостью, пожаром вспыхнувшей страсти. Под нами в буквальном смысле плавился камень, а линии рисунка пульсировали словно завораживая. Дрейк сегодня терпением не отличался, да и я, впрочем, тоже. Но почувствовав его внутри целиком и полностью я вскрикнула от неожиданной и резкой боли.

Дрейк замер, но я видела как непросто ему сдерживаться. Неприятныое ощущение быстро исчезло, сменившись новой волной вожделения.

— Не останавливайся, — шепнула я и поцеловала его, обхватив лицо руками.

Подалась навстречу бедрами, поощряя к действию.

— Я должен был…

— Не останавливайся!

Решил наверное, что я девственница? Да при таких внушительных кхм… данных любая себя девственницей почувствует. Мы очень хотели друг друга и, кажется, так давно, что мгновенно достигли вершины. Я стонала и кричала, не стесняясь и не сдерживаясь. Слава богу здесь нет докучливых соседей. Ни к месту вспомнилось, как Стасик нам меня шикал, стоило чуть ярче проявить эмоции. Вспомнилось и забылось.

Чтобы не раздавить меня Дрейк скатился на пол и теперь лежал на спине раскинув руки, со счастливой улыбкой наблюдая за мной из-под прикрытых ресниц. Я не сумела отдыхать долго и, едва отдышавшись, уселась на него верхом. Настроение было раскованным и шаловливым, а от одного его вида вот такого расслабленного да еще и с кандалами на запястьях, снова скрутило низ живота в тугой узел. Я потерлась об него, чувствуя, как он мгновенно приходит в готовность. Сдвинулась чуть выше, одновременно наклоняясь и дразня его грудью. Его губы тут же поймали сосок, заставив замереть от прострелившей тело вспышки. Пережив момент, я все же добралась, до цепей на руках и потянула, вынуждая его сесть и повернуться, облокотившись спиной на стену.

— А а я думала, это здесь для ролевых игр.

— Что это значит?

Не думаю, что вопрос вызван неосведомленностью. Скорее, он хотел, чтобы я сказала вслух о своих желаниях. И я вдруг многое поняла о себе. В частности, что и сама не прочь поиграть.

— Это когда двое, занимаясь любовью, представляют, что они не те, кто есть на самом деле.

— И зачем? — продолжал допытываться Дрейк.

— Для остроты ощущений, — пожала плечами я и потянула цепи вверх, вставляя крепления в развороченные отверстия в стене.

К моему удивлению, стена тут же восстановила целостность, крепко ухватив металл. Я подергала цепи и попробовала на них повиснуть. Дрейк тут же напряг мышцы, доказывая, что все по настоящему. Не сдержавшись, я погладила его руки, ощущая особенную сухость во рту и предвкушение.

— Значит сейчас ты в моей власти.

— Ага, — охотно согласился он, слишком хитро улыбаясь для прикованного цепями пленника. — И что будешь делать?

Не позволив себя смутить и испортить игру, я крепко ухватила его за волосы, заставив запрокинуть голову, и глубоко поцеловала, прикусывая губы. Выдохнула ему в рот: — Пытать.

Звякнули цепи, когда Дрейк инстинктивно попытался меня обнять или схватить, но у него не вышло. Прикусывая его скулы, шею, чувствительно провела по груди и животу ногтями, с удовольствием отмечая, как напрягаются его мышцы. Перемежая поцелуи с укусами принялась спускаться ниже, то почти делая больно, то выводя языком узоры на коже. Дрейк больше не улыбался, только часто дышал, глядя на меня потемневшим взглядом. Я не стала останавливаться, упиваясь властью над ним, обхватила губами его гордость, наблюдая из под ресниц за реакцией.

Послышалось тихое ругательство на незнакомом мне языке, Дрейк запрокинул голову, цепи звякнули, и его руки напряглись, взбугрившись мышцами. Разжались и сжались кулаки.

— Что ты со мной делаешь, Хелли?

Понятно, что вопрос риторический, и я не стала на него отвечать, продолжая делать задуманное и дико возбуждаясь от процесса. Вскоре мы уже вместе стонали, и я не в силах больше тянуть, оседлала его, впившись пальцами в плечи. Дрейк подтянулся на цепях, приподнимая нас над полом и задвигал бедрами, вбиваясь в меня сильнее. Я вцепилась в его волосы пальцами, легла сверху, прижимаясь всем телом. Чувствуя грудью, его горячую кожу, и ощущая острую нехватку ответных ласк.

— Жаль, что ты не можешь меня обнять сейчас, — прохныкала ему в ухо, изнывая от желания поменяться ролями.

— Могу, — шепнул Дрейк в ответ, и его руки тотчас обхватили меня, вырвав довольный стон и буквально бросив к грани, за которой неминуем взрыв. Почти не прервавшись, Дрейк поднялся на ноги, развернув меня спиной к стене и прижав. И снова камень показался мне мягким, но думать об этом было недосуг. Горячее и твердое средоточие мужской власти забирало все силы и внимание. Голова кружилась, я выдыхала и выстанывала его имя, перемежая вскриками удовольствия, граничащего с болью, от каждого могучего толчка. Едва не теряя сознания, я достигла пика, с невероятным наслаждением чувствуя, как внутри пульсирует он.

Дрейк уложил меня на кровать, и обнял. Говорить не хотелось, хватало ощущения напряженных объятий. Таких, будто я могу убежать. Таких, будто меня могут вырвать из рук. Я почти задремала, лениво блуждая взглядом по комнате, когда вдруг осознала, что рисунок на полу больше не светится.

— М? — сонно протянул он.

— Мы забыли про ритуал.

— Бьосы с ним. То, что ты со мной сотворила, намного лучше. И определенно это был какой-то ритуал, — пошутил Дрейк.

— Кстати, что это было? Кандалы, теплый и мягкий камень? Мне не показалось?

— Не показалось, я не мог допустить. Чтобы ты поранилась. А кандалы… Бальтазар!

Демонюка явился мгновенно, я едва успела укрыться с головой одеялом.

— Сними их. Надоели.

Освободив Дрейка, тот тут же пропал, не отпустив ни единого замечания.

— Так мне непонятно, что с ритуалом?

Мистер Рок-звезда, сияя лишающей меня воли улыбкой, вдруг очутился сверху, принявшись недвусмысленно играть с моими сосками.

— Знаешь, у меня ощущение, что все получилось. Но так просто это нельзя проверить, — ответил он, втянув один в рот.

Я поморщилась, еще не готовая к новым ласкам. Хотела отодвинуть его в сторону, но увлеклась. Тем временем руки Дрейка гладили мои бока и бедра. Хм… Кажется уже снова нравится.

— А как же сок… Тьфу ты! Кровь? — спросила, пока еще в сознании. — эту твою книженцию вампиры писали?

— Ага, как догадалась? — на полном серьезе ответил он мне.

Я просто ругнулась, удивившись. И еще немного от того, что он со мной делал.

— Я так понимаю, спать мне не придется? — прерывисто спросила я, вздрагивая от каждого движения его языка, танцующего под моими коленями.

Дрейк развел мне в стороны ноги, которые сам же поднял вверх, и просунув между них взлохмаченную голову, спросил:

— Ты предпочитаешь поспать?

— Теперь не уверена, — ответила честно, вторя снова зародившемуся желанию.

Лицо Дрейка стало вдруг серьезным.

— Да, насчет крови. Почему ты не сказала мне, что девственница. У нас свободные нравы, я и не подумал… Я постарался бы быть нежней.

— Но я не девственница.

— Теперь уже да, но была ею. Вот доказательство.

Он погладил меня по внутренней части бедра. Я приподняла голову и действительно увидела пятнышко на коже.

Виверна била крыльями, скребла землю лапами и злобно скалилась, вытягивая горбатую шею. Я в легком недоумении остановилась там, куда она не могла достать лапами, ударить крыльями или шипастым хвостом.

— Понимаю, мы обе сегодня не в настроении. Ты — по своей сволочной сути, я просто от недосыпа.

Ытарга, — вот же чудесное имечко! — будто в подтверждение моих слов взвилась в воздух, насколько позволяла удерживающая ее цепь, и в очередной раз попыталась мной позавтракать. Я демонстративно зевнула. Вот воистину, чем прекраснее ночь, тем тяжелее потом день.

— Оседлай же ее, — неожиданно подтолкнула меня принцесса орков.

Я поспешила вернуться на прежнюю позицию и с сомнением посмотрела на сравнительно небольшое по сравнению с габаритами мерзкой твари седло, что держала в руках. Отчего-то считалось важным закрепить его самостоятельно.

— И как, по-твоему, я должна это сделать?

— Не знаю. Силой или магией.

Орана сама простота! Виверна же, явно не желая быть оседланной, сделал новую попытку оторвать от меня кусок, демонстрируя усеянную похожими на иглы зубами пасть.

— Знаешь, Ытарга, вряд ли мы поладим. Орана, мне кажется, легче будет за эти дни приручить дикого дракона. Прости, что причинила тебе беспокойство и спасибо.

Я сунула седло орчихе в руки, отметив, что на ее невозмутимом зеленом лице все же мелькнула тень разочарования, но она проявила великодушие:

— Как пожелаешь.

— Похоже, только самые храбрые способны совладать с ездовыми вивернами, а мне это все слишком в новинку.

— Понимаю. Не каждый орк может покорить виверну.

Орана направилась к своей любимой Ындыкар. Между ними царили гораздо более теплые отношения. Виверна было зашипела, но, получив кулаком в незащищенный подбородок — принцесса явно была приверженцем силового метода, — заурчала и стала вести себя тише, позволив орчихе невозбранно вскочить в седло. Звякнула о камень ненужная больше цепь, и всадница взмыла в небо, а за ней на некотором расстоянии последовал рейтар.

О как! Не каждый орк, оказывается, куда уж мне? Я снова покосилась на наблюдающую за мной ящерицу-переростка, прикованную цепью к огромному кольцу, встроенному в стену и побрела в замок. Один из приставленных к нам для охраны и сопровождения в тренировочных полетах рейтаров жестом спросил, ухожу? Я кивнула и махнула рукой на прощание. Все, больше им не над кем смеяться.

Оказавшись в покоях первым делом вызвала Карли.

— План А ожидаемо провалился, приступаем к плану Б.

— Легкий парусник, планер, бабочка и грифон ждут вас на выделенной вам пристани, — перечислила она оговоренные заранее варианты. — Идем прямо сейчас, или желаете передохнуть, диали?

— Сейчас, Карли. Что-то мне подсказывает, что у меня не так уж много времени.

Со вздохом я вышла из покоев. Несмотря ни на что, Дрейк посчитал важным, чтобы я закончила испытание. Во-первых, чтобы не нарушить договор. Неизвестно, что за последствия это может повлечь. Вдруг меня на месте развеет, или я вернусь в свой мир навсегда. И то и другое не устраивало нас обоих. Вдобавок он очень внимательно расспросил, что именно я чувствовала, когда артефакт совершал выбор, и сказал, что Стеллар благоволит мне, а божество не стоит оскорблять. Так что придется мне стиснуть зубы и терпеливо закончить начатое.

Был и несколько обидный для меня момент: даже истинной паре не полагалась помощь в испытаниях. Я все должна сделать сама. Ну и ладно. Это прямо вызов. Тем временем мы вышли на маленькую пристань, и ход мыслей нарушила Карли:

— С чего или кого начнем, диали?

Я не ответила, пялясь на диковинных существ. Грифон был весь такой… настоящий и величественный. Он величаво стоял рядом с инструктором и с достоинством орла наблюдал за происходящим. На меня он не отреагировал, и то хлеб, а то вон какой клюв большой. Я кивнула инструктору и двинулась дальше.

Бабочка… Этот вариант я отмела сразу, особенно когда она шевельнула тонким брюшком. Я ничего против бабочек не имею, но все же это, во-первых, насекомое. А в таких масштабах — гигантское насекомое. А чем больше насекомое, тем большее омерзение оно вызывает у меня.

— Гадость, — прошептала я под нос, понимая, что никогда на нее не сяду.

— Не стоит отбрасывать этот вариант. Бабочки, по крайней мере, не станут пытаться вас съесть, диали. Да и вообще обладают покладистым нравом.

— Аргумент, но давай сначала попробуем парусник.

Я направилась к пришвартованной у пирса лодке с мерцающим на солнце треугольным парусом, точно составленным из медовых сот размером с кулак. Через полчаса теории, и пробного полета с инструктором, я разочарованно высадилась на берег.

— Да тут надо быть мореходом, да еще и магом? — возмущалась я. — Мне и за месяц столько не освоить!

— Согласна. И магия у них специфическая. Нужно быть универсалом, или же стихийником, предсказателем и магинженером одновременно, — согласилась со мной Карли.

А у меня рухнула самая большая надежда. Местный планер выглядел как игрушка: палка и два больших веера на концах, да ручки, за которые следует держаться. Не уверена, что решусь на таком лететь. Я вернулась к грифону и бабочке. «Орлолев» на поверку оказался не таким уж и покладистым и тоже требовал притирки. А бабочка… Если бы даже я сумела смириться с ее брюшком, то все равно требовалась ментальная подстройка, только так ею можно было управлять. Но я и здесь оказалась профаном, и не сумела обнаружить в себе никаких подходящих способностей.

— Не расстраивайтесь, диали. Я еще подумаю и к вечеру подготовлю список.

Решив, что не стану вот так сразу отказываться от грифона, я поспешила на занятия с драоном Кикаросом, планируя и его тоже хорошенько помучить на тему полетов. Возвращалась удручённой еще больше. С одной стороны маг подкинул сразу несколько здравых идей, а с другой донес очевидное: никому здесь не сравниться с драконами, ни единому существу. И хотя никто не станет устраивать гонки, прилететь в числе первых немаловажно. А, главное, и у Перфекты Левантер и у Флорианы Миттернат драконы есть. Понятно, когда другие прибудут на авто класса «люкс», на хромой кобыле подъехать будет не комильфо…

В покоях меня ждал обед — Карли побеспокоилась, зная, что я задерживаюсь. Почти сразу заглянула Орана, поинтересоваться, что я в итоге решила. Я рассказала ей весь расклад.

— Ытарга в твоем распоряжении, Хельга. Виверна — это почти дракон. Она не только может нести тебя на спине, но и защитит, если понадобится. Я бы посоветовала направить все усилия, чтобы найти способ с ней поладить.

— Спасибо, — я от души поблагодарила орчиху, ставшую мне настоящей подругой и спросила: — Думаешь, стоит ждать новой провокации? Оставшиеся невесты вроде не дуры, пример Сан Дор до любой бы дошел.

— Они не обязательно станут действовать в открытую, а ты все же не воин, да и как маг вряд ли что-то сможешь сделать.

Я нахмурилась, признавая ее правоту. Случись что в воздухе, и мне придется только на себя надеяться. На себя и на защитный амулет, выданный Дрейком.

— Ты уже решила, что наденешь на бал? — тем временем сменила тему разговора орчиха.

— Да, тебя же не было на обеде. Демонессы прознали, а Левантер подтвердила. Вечером после последнего испытания будет бал. Вероятно, его устроят в честь победительницы.

— Хм. Даже передохнуть не дадут? Я поняла, что перелет получится длительный, нужно пройти все контрольные точки. Последние могут явиться только к закату. Как раз с корабля на бал, — я усмехнулась.

— Так ты вс же решила лететь на корабле? — нахмурилась Орана.

— Это просто поговорка. Так значит, нужно еще и наряд продумать?

Я принялась вспоминать все виденные мною черные платья. Нужно выбрать самое шикарное

— Опять наденешь черное? — прочла мои мысли принцесса.

— Угадала.

— Слыхала, как тебя прозвали журналисты?

— О чем ты? — я и вправду удивилась.

— Посмотри запись с ужина, ту часть, где нас встречают на пристани. — Орана замялась, а затем улыбнувшись выдала: — Ты и драон Абданкен. Вы выглядели как пара.

Я немного смутилась. Орана явно многое поняла. А потом я решилась.

— Мы и есть пара, Орана. Истинная.

То, что меня стиснут в могучих объятиях, приложив лицом к мягкой и огромной груди я совершенно не ожидала. И даже захихикала, представив, как на моем месте порадовался бы мужчина.

— Как же я за тебя рада! Это так здорово, Хельга! — тем временем приговаривала принцесса. Наконец, выпустив меня, она понизила голос: — На балу будут гости. И Раг Ши тоже приедет.

— Здорово!

Теперь уже я обняла орчиху, но та не казалась веселой, скорее взволнованной.

— Или… не очень?

— Теперь не знаю.

Принцесса опустилась на низкий диванчик и уставилась куда-то себе под ноги.

— Еще несколько дней назад я бы действительно порадовалась, но сейчас… Хельга, Тиль Дертан сделал мне предложение.

Я только открывала и закрывла рот от такой откровенности. Собравшись, осторожно спросила:

— И что ты ответила?

— Отказала.

— Отбор, — понимающе протянула я. — Это могло быть проверкой.

Орана кивнула.

— Но он сказал, что не отдаст меня Лайонелу, даже если я одержу победу.

— Никто не даст Лайонелу, — неожиданно пропела я, и мы уставились друг на друга, а затем рассмеялись.

Остановились, только когда начались колики.

— Орана, что если и Раг Ши тоже сделает тебе предложение?

— Не знаю. Раньше мне не с кем было сравнить. Теперь вижу, Раг Ши во многом еще мальчишка. Он привык, что всем нравится. И… Быть малышкой мне нравится гораздо больше, чем принцессой лягушек.

Подкинув мне еще одну задачку, принцесса ушла. И в этот момент в окно влетел морф и, судя по его виду, сегодня он не нуждался в подпитке. Больно бодрый. Без обиняков, он завис напротив меня и, дернув подбородком, красноречиво помахал крыльями. Как будто спросил: «Ну что у тебя с полетами?»

— Как-то тухло пока, — я вкратце поделилась впечатлениями с дракончиком. — Нужны еще варианты.

Клякса вздохнул и, описав круг по комнате, показал, что хочет, чтобы я подставила руки.

— Соскучился?

Я протянула ему ладонь, но стоило нам соприкоснуться, как что-то случилось. Меня словно затянуло в звездную круговерть. Пространство кружило и ослепительно мерцало, отдаленно это напоминало первый контакт с артефактом. Вдруг все разом прекратилось, и я пошатнувшись, зажмурилась, успокаивая взбунтовавшийся желудок. А потом открыла глаза и прошептала:

К счастью, Клякса уже вился рядом. Резким движением я схватила его, точно муху, добившись возмущенного писка.

— Это ты меня сюда перенес, негодник?

Морф немного подумав, кивнул.

— И что нам за это теперь будет?

Вместо ответа, дракончик задергался, требуя ослабить хватку. Вытащил переднюю лапку и приложил ко рту. Проникнувшись таинственностью и совершенно неподдельным опасением, что за несанкционированное проникновение в Драконью башню императорского дворца можно и по ушам получить, я спряталась в тень

Убедившись, что поблизости никого нет, спросила шепотом:

— Клякса, это же инкубатор!

Дракончик состроил непонимающее выражение мордочки и развел лапками.

— Яйца тут, говорю, драконьи. Ценность.

Морф закивал, и ухватив меня за рукав, потянул из спасительной тени к гнездам.

— Погоди! Ты что реально считаешь, что я выберу себе яйцо и через семь… нет, уже через шесть дней у меня будет полноценный дракон и все такое? А насколько это будет правомерно?

Клякса задумался и, присев мне на плечо и весьма красноречиво почесал в затылке, а я медленно побрела вдоль огороженных низеньким заборчиком рядов, разглядывая драконьи яйца. Здесь царили чистота и строгий порядок, все будущие дракончики были рассортированы по цветам и размерам. От белых до черных и все оттенки между ними. А еще я вдруг ощутила, что мне здесь хорошо. Несмотря на все проблемы мысли и чаяния, я чувствую умиротворение. Я потянулась и легонько одними пальчиками коснулась золотого яйца размером с небольшое кресло.

Я задышала часто, осознавая, что произошло. Как будто котенок мокрым носом ткнулся, но только сразу в самую душу. Ощущение было настолько неожиданным и странным, что я опешила, и повторять эксперимент не стала. Поняла, нельзя. Пошла дальше держа вытянутую руку на расстоянии, но не касаясь скорлупы. Я чувствовал, что они живые, что кто-то из них скоро появится на свет и уже жаждет встретить своего рейтара. Такие тянулись ко мне, и я понимала, что нельзя обнадеживать их прежде времени. И еще, что они — дети. Вспомнился ответ императрицы Мирабель на мой вопрос.

— Вот тебе и Дымок, и Рыжик…

Я добралась до самого последнего ряда и позвала морфа, который остался у входа на стреме.

— Клякса, они же маааленькие… Ты уверен?..

Дракончик изобразил пожатие плечами и, вновь ухватив меня за рукав лапками, потянул прочь из инкубатора и вверх по винтовой лестнице. Я зашептала:

— Да иду я! Лучше смотри по сторонам, чтобы нас не заметили.

Следующий этаж был отведен под ясли, здесь я тоже уже была с Лайонелом. Но не успела я ничего сказать по поводу того, что и тут все драконы для меня еще маленькие, как поняла, что с морфиком что-то твориться. Он завис, трепеща крылышками и уставился куда-то наверх, а затем обернулся и с каким-то отчаянием посмотрел на меня. Ей богу! Мне почудилось, что в его глазах блестят крупные слезы.

Слезы капнули на пол, разбрызгавшись серебристыми пятнами, которые тут же поднялись в воздух и развеялись. Красиво! Я завороженно уставилась на невидаль и едва не пропустила момент когда морф рванул наверх. Я поспешила следом и успела увидеть как дракончик на следующем этаже повернул в то самое помещение, которое отказался показать мне Лайонел. Лишь на секунду я задумалась, стоит ли туда входить без разрешения. Но… Морф плакал. Морф!

Стоило сделать шаг в полумрак как сердце стиснуло от навалившегося ощущения скорби. Я еще не успела ничего увидеть, но уже чувствовала — здесь царят безнадега и смерть. Немного привыкнув к освещению я медленно пошла вдоль рядов больших клеток. Обычные немагические прутья загонов, призваны были сдержать разве что совсем обессиленное создание, вроде больного дракона, который умирает…

— Мамочки…

Невольно поежившись я медленно шла вдоль рядов клеток, которых тут было не меньше, чем гнезд в инкубаторе. Или садков в яслях. Как же их много! Некоторые драконы лежали безучастно уставившись в одну точку мутными глазами и не обращали на меня никакого внимания. Некоторые просто спали. Другие были пободрее, они поднимали головы, вытягивали шеи в мою сторону, проявляя вялое любопытство, но тут же теряли его и возвращались к своим делам. Несмотря, на то, что эти выглядели нормально, они мне показались надломленными. Словно бы утратившими часть себя. Так не должно быть! Это словно противоестественно.

Кстати, куда делся Клякса? Я принялась осматриваться.

— Морф, ты где? — позвала тихо, не столько боясь привлечь чье-то внимание, сколько не желая нарушать покой в «палате».

Пошла вдоль расходящихся в обе стороны рядов, заглядывая в каждый, но только когда добралась до самого конца слева в последнем загоне увидела сиреневый свет. Я побежала, подчинившись голому инстинкту, перемахнула запертую дверцу, точно мальчишка и приземлилась прямо перед драконом, над которым в воздухе завис мягко сияющий морф. Клякса распростер крылья и не двигался, что не мешало ему оставаться в воздухе. При этом он будто увеличился в размерах, а вниз струился тот самый сиреневый свет. Точно осыпая магическим песком тушу черного дракона.

Я мгновенно поняла, что морфик пытается передать тому энергию, но дракон ее не принимает! «Песок» скатывается по бронированной шкуре и рассеивается в воздухе. В этот момент Клякса будто рассердился. Свет погас, а прямо на дракона упали еще две слезинки. Отчаянно пискнув, морф подлетел к его морде и заколотил крыльями и лапками. Дракон остался недвижимым.

— Я могу помочь?

Вместо ответа весь свет, что мерцающим туманом висел внутри загона вдруг устремился ко мне мгновенно всосавшись в мой амулет, я даже пошатнулась, точно от толчка.

— Значит, могу.

Я присела у самой морды. Не сразу решившись, подойти так близко к кому-то кроме Дымка. Этот был маленьким по размерам, почти втрое меньше, и намного красивее. Его голова была изящной и узкой. Я осторожно коснулась гладкого места промеж ноздрей и погладила. Холодно. Такой контраст по сравнению с яйцами… если не умер, то близок к этому, значит надо бы поторопиться. Но как это сделать?

Поудобнее устроившись перед драконом прижала ладони туда, где примерно должны быть виски. Закрывая глаза, я уже знала, просто передать энергию здесь недостаточно. Нужно передать и волю к жизни, смысл. Здесь не шла речь о болезни или к примеру проклятии — драон Кикорос по моей просьбе уже научил меня определять такие вещи, после нашего знакомства с Аспилатой Орд, это не выходило у меня из головы. И все же этот дракон хотел умереть. А точнее она. Это была самка!

— Эй! А ну вернись немедленно!

Проговорила я сдавленным от застрявшего в горле кома голосом.

Неожиданно пришел ответ. Нет, это были не слова, но словно все существо вопрошало: «Зачем? Мой истинный рейтар от меня отказался… Я никому не нужна…»

— Ты чего? Ты такая красавица! Сильная и гордая девочка! Как он мог!

«Он не пришел. Бросил меня… Я чувствовала, он есть… существует где-то… Ждала-ждала…»

В простой фразе было столько горечи и обиды, что я в прямом смысле ею захлебнулась и не смогла сдержать слез.

— Я! Я твой рейтар, милая! Я никогда тебя не брошу! Мы еще полетаем!

«Ты мой рейтар?»

Крайнее удивление, и одновременно с этим я ощутила, как порция энергии была принята. Видимо любопытство одна из преобладающих черт этой особи, а значит можно давить на это.

— Я постараюсь, стать лучшим из рейтаров. Не обещаю стать истинным, не знаю как это. Но ведь ты мне поможешь? Флигенерде прекрасен, и я так хочу облететь все острова, увидеть все. Нсалию все чудеса! Представляешь, я ведь никогда не летала на драконе, — шептала я, утерев глаза плечами и с удовольствием отметив, что новая порция жнергии не пропала даром. — Только однажды с любимым вместе. С тех пор очень тоскую по полетам. Ты ведь тоже?

«И я тоскую… Не бывает! Так не бывает!»

И снова горечь и безнадега.

— Откуда тебе знать?

«Истинные рейтары — мужчины. Только они способны нас дополнить. Ты не мужчина».

— Послушай, я только вчера узнала, что у меня есть истинная пара. Мужчина, с которым мы идеально сочетаемся, чувствуем друг друга. Когда мы рядом, то точно всю жизнь были вместе. Но я столько лет и не подозревала о том, что так бывает и… Пока мы не можем быть вместе, но я не считаю, что нужно лечь и умереть.

Снова волна интереса и любопытства.

— Мне очень нужна помощь. Я пришла сюда, чтобы найти своего дракона. Пришла без спроса, нарушая закон… Флигенерде грозит опасность, и другим мирам тоже. Сейчас идет отбор невест для наследника, я не могу проиграть, но и победить — тоже. Представляешь? Ты мне поможешь? Пожалуйста! А после, если захочешь, я от тебя отстану.

Я открыла глаза и встретилась взглядом с золотыми глазами дракона. Мгновение мы смотрели друг на друга, а потом меня словно куда-то выдернуло. Замелькали стробоскопом картинки, сменяя одну другой. Одни из моей жизни, другие из чужой. Трещина в скорлупе и свет, песочница и неудавшийся куличик, первый полет, соревнования… воспоминания путались и неслись с такой скоростью, что я задохнулась, и лишь когда мельтешение сменилось картиной полета над столицей, вздохнула свободней, а затем из меня словно разом выдернули большую часть энергии. Темнота…

Шипение раздражало и одновременно напоминало о чем-то очень важном, но пошевелиться было сложно, одновременно слышалось «Уррр!» знакомое такое, только вот не помню откуда. Порция энергии оказалась такой щедрой, что я подскочила и села, едва не завалившись на спину, точно на меня вылили ведро воды. Кто-то осторожно поддержал, не давая упасть, а я наконец начала резкость и… Направив на меня магический посох, рядом стоялзнакомый уже гном.

— Диали Ферро?

Вежливость еще никому не вредила, даже в такой ситуации

— З-здравствуйте, Жрец-хранитель.

— Простите, мне не следовало сюда приходить, — сходу признала вину.

— Я тоже сначала так подумал, но теперь рад, что это случилось. Антрацитовая жива, а я ведь с ней почти попрощался. И все благодаря вам.

Опора позади шевельнулась и, оглянувшись, я увидела, что меня поддерживает кожистое крыло. Неловко изогнутое крыло черного дракона!

Я поспешно отодвинулась, и дракоша расправила крыло, одновременно вытянув шею так, чтобы заглянуть мне в глаза. В ее взгляде читалось настороженное ожидание, точно она ко мне присматривалась. Я осторожно положила руку на гладкое местечко пониже ноздрей, примерно там же, где губы у лошади. Дымок любит, когда его тут гладят, к счастью и Стелле понравилось.

— Стелла! Я буду звать тебя так.

— Хм, звучит похоже на Стеллар, — усмехнулся гном и поправил заплетенную в косы бороду

Согласное «Урр!» раздалось неожиданно, и на плечо мне уселся хрустальный дракончик. Морф и не подумал скрываться! Вот это прокол!

Сглотнув, я перевела мрачный взгляд на жреца.

— Можешь не переживать, — правильно расценил тот мою мимику. — Я никому ничего не скажу, а взамен вы продолжите делать то, что делаете.

— Что именно?

— Спасать безнадежных драконов конечно же! Когда этот парень объявился здесь в первый раз, я застал его за этим занятием. С тех пор он прилетает каждый день.

Морфик перепорхнул на выставленный гномом толстый палец, заставив почувствовать меня что-то вроде ревности.

— Вы знаете, что это за существо? — осторожно поинтересовалась я.

— А разве…

— Глупости это! — резко перебил меня жрец, не дав договорить. — Я еще помню времена, когда эти проказники были повсюду. Порхали себе, иногда шкодили… А потом, — он тяжко вздохнул и махнул рукой. — Лучше тебе и не знать.

Тут гном подозрительно прищурился и спросил:

— Кстати, откуда он взялся и почему привел сюда тебя?

Что-то подсказывало, не стоит врать жрецу-хранителю, и я без утайки рассказала обо всем, что тогда произошло у Дрейка в кабинете и о том, как у нас с Кляксой складывались взаимоотношения.

— Драон Абданкен до сих пор не знает, я должна сказать ему…

Кустистые брови жреца сошлись к переносице.

— Нет! Не теперь. Не говори об этом Дрейку, он сейчас себе не принадлежит.

Такой ответ мне совершенно не понравился.

— Что вы имеете ввиду? Если речь о ритуале, то он провел новый. Теперь он свободен от прошлых ошибок.

Неожиданно для себя почувствовала, что краснею под пристальным заинтересованным взглядом, будто жрец-хранитель в подробностях уже знал, как именно это было сделано.

— Хорошо, если так, — наконец отреагировал гном. — И все же, Хельга, не говори пока ничего Дрейку про морфа. Он одержим идеей спасти своих родителей настолько, что станет действовать вопреки здравому смыслу. Подожди, пока не закончится отбор невест для наследника.

Надо сказать, что этот момент меня мучил, не хотелось скрывать что-либо от Дрейка, но и выдать Кляксу я тоже не могла.

— Жду вас завтра в это же время, и не трать зря силы, используй арку перехода.

Я с удивлением осознала, что жрец говорит не со мной, а с морфиком.

— Идем, Хельга. Не стоит затягивать с первым полетом, я помогу подобрать экипировку.

С тихим щелчком шпоры вошли в специальные гнезда на сбруе, как бы подверждая, что назад дороги нет. Седло накренилось чуть вперед, вынуждая податься назад, когда моя дракоша вытянула шею, готовясь стартовать.

— Тише, тише… — шептала я, успокаивая по большей части себя.

Трудно было представить, что вот-вот мы покинем дорожку пирса, от осознания и предвкушения, все замирало и, что уж кривить душой, подкатывала тошнота. От страха даже намокли ладошки, прикрытые защитными перчатками, и я, стиснув рожок на специальном седле, лишь отдаленно напоминающем те, на которых доводилось ездить, напряглась. Поводья здесь предусмотрены не были, все управление коленями, да за счет возникшей связи. Я уже летала на драконе, но ведь теперь дело другое. Ох, как же страшно то, а! Кажется, что сердце не выдержит, когда под ногами дракона исчезнет опора…

Закрыла глаза и постаралась расслабиться. Жрец-хранитель сказал, не медлить с полетом, это важно для укрепления возникшей связи. В конце концов, Стелла не упадет, а меня на ее спине удержат шпоры. Гном припомнил старые времена, когда своего дракона требовалось найти и выследить, перелетая с острова на остров, это если не сумел заранее отыскать «свое» яйцо. В таком случае полет играл огромное значение, и никакой начинающему рейтару сбруи не полагалось, максимум ременная петля.

— Вперед! — шепнула я, боясь, что передумаю.

В тот же миг Стелла прыгнула вперед и вверх, шумно расправив черные крылья. Заработала ими, ловя потоки воздуха. Сперва мы провалились резко вниз, я вскрикнула, ощущая, как мучительно сосет под ложечкой. Качнулись влево-вправо, точно обретая равновесие, а затем стали набирать высоту. Летела дракоша неуверенно, точно ребенок, делающий первый шаги. То и дело проваливаясь в ямы, вихляя. Почувствовав это, я поборола панику и подбодрила мысленным посылом. Подумала и поделилась энергией, а Стелла приняла ее с благодарностью.

Так и летели. Дракоша махала крыльями, а я делилась энергией. Заложив неширокий круг, мы вернулись на небольшую захолустную пристань, куда нас проводил жрец-хранитель подальше от посторонних глаз. Стоило грузно приземлиться, как он встретил нас басовитым:

— Неплохо-неплохо. Учитывая ее состояние… М-да.

Бормоча, он ухватил Стеллу за выступы на морде, притянул голову, и принялся осматривать зрачки. Присел, проверил живот, оттянул по-очереди крылья и бесцеремонно открыл пасть и заглянул туда. Дракоша вывернулась и, раздраженно фыркнула ему в лицо едким дымом.

— Ничего-ничего, — совершенно не обиделся гном. — День-два и огонек появится. Железы в порядке. Сильная особь.

Он потрепал Стеллу по шее и прекратил осмотр.

— А как мне слезть? — поинтересовалась я в спину уходящему жрецу.

— Просто поверни стопы в противоположные стороны. И долго не сидите, отправляйтесь в путь как можно скорей. Стелла выдержит.

Больше ни слова не сказав, жрец-хранитель стукнул пяткой посоха по каменным плитам и исчез в открывшейся прямо перед ним арке перехода.

— Забавный дядька, но своеобразный, — констатировала я, обращаясь к драконихе. — Куда там и чего повернуть?

Несколько минут я прилежно сопела, двигая ногами и так, и эдак, но проклятые стремена никак не желали выходить из гнезд.

Наконец у меня получилось. Стоило натянуть носок правой ноги, словно жму на педаль велосипеда, и одновременно опустить пятку на левой, точно педалями же торможу.

— Зато в полете не отцепится. Вряд ли меня так будет болтать…

Звук шагов раздавались в утренней тишине особенно отчетливо. Над инсалем повисла туманная дымка, размывая цвета, придавая окружению особенный рисованный вид. Я намеренно не спешила, внутренне сдерживаясь, чтобы не прибавить ходу. Стоило выйти из большой арки, что разделяла внутренний двор замка и пристань, как увидела собравшихся у главного пирса людей. Ко мне мгновенно подлетели стрекозы, словно тактическая группа заняли свои места — слева, справа, а одна зависла перед лицом. Я приостановилась на миг, сохраняя на лице невозмутимое выражение и загадочную полуулыбку. Признаюсь, тренировалась перед зеркалом. Это я пересмотрела ту запись, после которой меня в местной желтой прессе прозвали Изгнанной королевой. Может и хотели задеть, но мне понравилось.

У пирса уже ждали готовые к старту невесты, в стороне потирал лапы стрекозел. Поджимала губы, лорнируя меня, деора Агенси. Но я едва мазнула по ним взглядом, ведь единственный, кто меня здесь волновал был Дрейк. Изгнанник стоял к нам спиной на самом окончании пирса, и его темный силуэт выделялся на фоне голубого неба. Я видела только плащ, скрывающий внушительную фигуру, от вида которой по телу пробежала сладкая дрожь — отголосок воспоминаний о той «ритуальной» ночи. Кстати, единственной, как ни прискорбно.

Я заняла отведенное мне место с краю. Орана стояла с другого конца, поэтому моей соседкой оказалась суккуб.

— Вырядилась точно рейтар.

Слова предназначались демонессе, но я их прекрасно разобрала. Стрекозы, пожалуй, тоже.

Словно почувствовав мое присутствие, драон Абданкен повернулся и направился к нам. Точнее прямо ко мне, и с каждым его шагом, у меня становилось все суше во рту, но тем выше поднимался мой подбородок. Я старалась ничем не выдать волнения. И дело было не только в нашей маленькой тайне, которая скорее всего откроется уже сегодня вечером. Ни он, ни я не питали надежды обмануть артефакт — и он, и я в тайне даже желали этого.

Дело было в неожиданной размолвке.

В тот вечер, когда мы со Стеллой совершили первый совместный полет, жрец-хранитель безжалостным образом отправил нас в свободный полет. Попросту выгнал, наказав лететь в Оплот Изгнанника своим ходом безо всяких там порталов, а роль навигатора поручил морфику. Надо сказать, мы справились. Правда, прилетели уже далеко заполночь. Стелла едва махала крыльями, Клякса и вовсе сидел у меня на плече и подсказывал направление, а я уж передавала это своей дракоше одним мысленным намерением. Приземлились без сил на соседний остров — тот самый, где проходило испытание, который видно из окна моих покоев. Место с избушкой не вышло найти, и мы заночевали прямо под открытым небом на какой-то поляне. Жрец порекомендовал не показывать никому Стеллу до испытаний, тогда-то мне и пришла в голову идея спрятать ее там. Утром восстановивший силы морф перенес меня в мои покои, а на выходе я столкнулась с Дрейком…

Сейчас он, как и в то утро, остановился напротив и буравил меня холодным взглядом, от которого заходилось сердце. Как и тогда я выдержала его. Лично мне нечего стыдиться, а вот что надумал себе он, другой вопрос.

— Ты опоздала.

— Прошу прощения.

Тягостная пауза, нарушаемая стрекотом стрекозиных крыльев.

— Дай руку.

Я нерешительно подала правую, не решив следует снять перчатки или нет.

Я поменяла руку, едва заметно вздрогнув, от прикосновения теплых пальцев. Дрейк, перетянул со своего запястья кожаный браслет с овальным оранжевым камнем, который очень удачно закрепился на тыльной части моей летной перчатки. Там даже был специальный крючок. Не выпуская моей ладони, пояснил:

— Это экстренный портал. Если поймешь, что дела плохи, просто ударь его обо что угодно.

Он дернул моей рукой, демонстрируя как именно это сделать.

— Тебя мгновенно переместит в безопасное место, но ощущения не слишком приятные.

— Спасибо.

— Можно начинать, — скомандовал Изгнанник, точно потеряв ко мне интерес.

Ревнует, дурашка. Эх… А что еще ему делать? Про морфа я не могла ему сказать, но то, что я была тогда во дворце не стала скрывать. Конечно же, главным подозреваемым, стал Лайонел. Дрейк решил, что я обратилась за помощью с гонками к нему.

Ничего, вечерком все ему объясню.

Разжала невольно стиснутый кулак, словно бы в попытке задержать ощущение, одновременно противно екнуло внутри, но я усилием воли отогнала дурное предчувствие. Ну уж нет! Никаких лишних мыслей перед соревнованиями.

Тем временем от группы людей, толпящихся на пирсе, отделился незамеченный мной ранее маг-распорядитель. Позади нас тотчас материализовались колбы для сбора энергии, выстроившись в том порядке, в котором мы должны будем вылетать. Сегодня они были наполнены примерно поровну, это значит — симпатии зрителей разделились, но как обычно лидировала Перфекта Левантер.

— Диали, рад вас приветствовать на финальном испытании. Уже сегодня вечером станет известно имя победительницы, остальных просим не расстраиваться. Уверен, каждой из вас уже на балу будет сделано выгодное предложение. Сейчас же проявите всю выдержку и с честью завершите отбор.

Он осмотрел нас так, точно лично убеждаясь, что мы все поняли.

— Диали, вы можете призвать свое ездовое животное или транспортное средство. Делать это следует только по моей команде во избежание коллизий. Дадим нашим стрекозкам рассмотреть, как следует, всех.

Орана первой свистом призвала свою виверну, а когда та подлетела, ловко накинула седло, не пришлось даже махать кулаком.

Следом за ней призвала своего дракона Перфекта Левантер. Откуда-то с небес к ней спустился белоснежный красавец-дракон, с ярко сияющими золотом рогами. Как всегда — идеальна во всем.

Флориана Миттернат вопреки ожиданиям призвала не дракона, а сову. Это была гигантская птица, едва ли уступающая размерами Стелле, с кустистыми бровями и необычного синего цвета перьями, которые ярко переливались на солнце. Она огласила пространство недовольным клекотом. Обалдеть!

Лайли Холо планировала лететь на гигантской летучей мыши, а вот ее подружка Анжезара Шарралин, как ни странно, на драконе. Красный ящер, приземлившись, пыхнул дымом и всячески принялся демонстрировать дурной нрав в рамках дозволенного.

— Слышала, ты летишь на планере, зачем тебе шпоры? — поинтересовалась у меня Дайана, пользуясь моментом, пока все внимание стрекоз сосредоточилось на других.

— Просто нравится одежда рейтаров. Стильно, модно, молодежно.

Суккуб презрительно скривила губы и отвернулась.

Эльфийка Иилима из дома Кавеларов тоже не была оригинальной, призвав дракона цвета осенней листвы, в меру страшненького и не слишком крупного. Сравнивая Стеллу с прочими, я сделала вывод, что по изяществу ей нет равных, пусть белый дракон Перфекты и красивее.

Дайана Фротт призвала грифона, видимо ей удалось найти общий язык с этим существом.

Настала моя очередь, и я мысленно потянулась к Стелле. Моя драконочка отделилась от скального выступа, на котором ждала команды, и мгновенно набрав скорость, понеслась в мою сторону, а следом за ней устремился другой дракон, в разы превосходящий ее по размеру. Он быстро нагнал мою малышку, и я по силуэту определила — это Дымок. Как-то не слишком сей факт меня успокоил. Неизвестно, что у него за намерения. Сделав петлю, драконы некоторое время летели бок о бок, а затем ящер Дрейка ушел в сторону. Фух!

Не выдержав, глянула на невест, с удовольствием отметив, как все уставилась на приближающегося дракона. Особенно разволновалась суккуб, сопровождающая Стеллу неверящим взглядом, даже губы шевельнулись, выплюнув ругательство, не иначе.

Моя дракоша приземлилась и потянулась ко мне за лаской, я обняла ее за шею, параллельно ответив улыбкой на одобрительный жест от Ораны. Поискала глазами Дрейка и испытала легкое разочарование. Не такой реакции я ждала — он попросту отвернулся и что-то тихо говорил Бальтазару, словно бы ничего такого и не произошло.

— Ну и ладно, — шепнула я драконице, ощутив сочувствие и понимание.

По команде мага-распорядителя я и остальные невесты вскочили в седла. Чувствуя наш азарт, полуразумные животные ярились и стремились показать удаль. Пожалуй, лишь дракон Перфекты сохранял ледяное спокойствие, как и сама девушка, которая сосредоточенно смотрела перед собой, не обращая ни на кого внимания. Перед взлетом, снова пришлось ловить световой шарик — так определили очередность взлета. Мне достался номер три. Дождавшись, когда Иилима и Миттернат превратятся в точки, я перестала сдерживать рвущуюся в небо Стеллу.

Девушки взлетали с гиканьем и криками, не постеснялась и я, по большей части выразив голосом восторг. Со времени нашего первого полета, мы со Стеллой сильно продвинулись. Настолько сильно, что я ощущала себя пилотом истребителя. И все благодаря жрецу. Ворчливый гном заставил нас ежедневно проделывать путь от Оплота Изгнанника до Драконьей башни и обратно.

Нет, на деле все было гораздо сложней. Сразу после завтрака я спешила в свои покои, где переодевалась в форму для полетов, Клякса портировал меня на соседний остров, где ждала Стелла. Оттуда мы летели на другой необитаемый остров, на окраине дворцового инсаля. Там нас встречал жрец-хранитель и переносил прямо в Драконью башню — это позволяло сохранить мое присутствие во дворце в тайне. Там мы помогали драконам, напитывая их энергией и поддерживая добрым словом. Сильно выручала Стелла, она точно доказывала на собственном примере, что бывает по-другому, и благодаря ей несколько особенно ослабших особей за эти несколько дней воспряли духом настолько, что совершили самостоятельный полет. Гном ликовал, и еще больше загружал нас работой. В первый же день я забыла про обед и опоздала на ужин, очнувшись, когда небо уже стало темнеть. А на завтраке пришлось объясняться с деорой Агенси. Сказала чистую правду: я много тренируюсь и учусь магии, и сейчас мне это важнее, чем чинные разговоры и вопросы репортеров. Не скажу, что старшей свахе пришлись мои слова по душе, но ей пришлось смириться.

Портировать нас домой ко времени жрец наотрез отказывался, и приходилось лететь указанным им маршрутом — он каждый раз выдавал нам новую карту, отражая ее прямо в моем «пеле». Да не просто карту, а с указанием маршрута с ключевыми точками. Именно поэтому я теперь знала, как добраться до столицы, и неплохо изучила окрестности вдоль всего пути.

— Спасибо тебе, жрец-хранитель, — прошептала я, узнав, что путь можно выбирать самостоятельно, но следует обязательно отметиться в трех ключевых точках, две из которых мне уже были знакомы, а вот третья несколько откланялась к востоку.

Интересно, эти точки у всех одинаковые или для каждой невесты свои?

Стелла, набрав высоту, мерно махала крыльями особо не медля, но и не разгоняясь, успеем еще, нужно как следует продумать маршрут. Летящую первой Иилиму уже не было видно, у соседнего инсаля она свернула налево, затерявшись, среди островов. Потрясающая волшебная сова Миттернат продолжала лететь впереди, заставив меня забыть обо всем и любоваться потрясающим зрелищем — вокруг птицы и ее всадницы девы ночи словно было темней, а позади оставался прямо-таки инверсионный след из искрящихся и мерцающих блесток. Хотела бы я увидеть это в темноте. Уверена, будет еще красивее.

Миновав соседний инсаль, мы со Стеллой поднялась выше, так чтобы окинуть взглядом местность и продумать дальнейший маршрут. Моя дракоша остановилась только когда холод сковал дыхание, и мой костюм для полетов, мягко замерцав, окутал меня защитным полем. Стелла же чувствовала себя нормально, не испытывая, похоже, никаких неудобств. Ее защищала магия, которой она вся была пропитана. Внизу маленькой точкой промелькнула летучая мышь, следом за ней — красный дракон. Кажется, демонессы нас даже не заметили. Н мудрено, внизу такая красота, что наверх редко кто смотрит в полете. Я задрала голову, понимая, что и сама такая же, в этот миг Стелла резко ухнула вниз.

«Слишком высоко, — пришла ее мысль. — Потеряем много энергии».

— Предлагаю держать такой эшелон, чтобы повыше прочих, но не напрягаясь, — ввернула я термин из авиации.

Дракоше было плевать на термины, она просто поняла, что именно я от нее хочу. Сейчас мы потерялись для прочих невест, и это было на руку. Я ни капельки не сомневалась, что на всем протяжении пути стоит ждать подвоха. Недаром ведь летят бок о бок демонессы? И, кстати, я так и не увидела Перфекту, а ведь она должна была вылетать четвертой. Кстати, магия! В правилах не было ни слова, что ее нельзя использовать во время испытаний. Тем больше резона ни с кем не сталкиваться, вряд ли я смогу вести воздушный магический бой.

Лететь было не близко, но за все время мы так больше никого и не увидели, и даже стрекозы встретились нам со Стеллой только у первой ключевой точки. Увидев ее, я не сразу поняла, что нужно делать. Над одиночным свободным островом зависло прямо в воздухе огромное световое кольцо переливающееся розово-фиолетовым, в такое пролетит и дракон, что Стелла и сделала не останавливаясь

Оказалось, ключевая точка еще и портал, мы вынырнули совершенно в другом месте и снова пришлось подниматься наверх и корректировать маршрут. Судя по окружающей местности и расположению близлежащих инсалей, на одном из которых виднелась приметная уже знакомая мне по тренировочным полетам постройка, нас отбросило к востоку, и вторую точку следовало искать на северо-западе по направлению к дворцу.

Честно говоря, открытие мне показалось неприятным. Сразу вспомнились рассказы Карли о том, что опытный маг вроде Перфекты может перенастроить портал. Что если то же самое можно сделать и с точкой? Брр! Почувствовав мое волнение, Стелла прибавила скорости. Тренировки не прошли зря, я держалась в седле довольно уверенно и больше не паниковала на виражах. Несмотря на то, что летели мы уже несколько часов, усталости пока не ощущалось, и я расслабленно наслаждалась пейзажами. Никогда не устану любоваться красотой Флигенерде.

Внизу проносились многочисленные острова, мелькали инсали, сияющие связующими магическими цепями. Горы, леса, водопады. Обжитые острова, с замками и деревушками, и дикие, удивляющие богатством природы и животного мира. Иногда мы проносились между расположенными на разной высоте громадинами, проскальзывая между искрящимися струями воды, что срывались с горных вершин одного острова и падали вниз, образуя на другом, расположенном ниже, озера с множеством радуг над ними.

На других островах нас молчаливо приветствовали гигантские неведомо кем и зачем поставленные прямо в лесу статуи. Махали руками местные жители, проплывающие мимо в утлых лодчонках с едва сияющим энергией парусом. Я вдыхала полной грудью напоенный ароматами зелени, мокрой коры и дождя воздух, подставляла лицо солнцу и ветру, забывая зачем мы здесь и просто наслаждаясь волшебством этого мира, который вдруг оказался расцвечен мерцающими облаками и потоками магии и не сразу осознала, что гляжу на него драконьими глазами.

Вздрогнув от неожиданности, я словно очнулась от волшебного сна, и теперь с колотящимся сердцем озиралась и хлопала глазами.

— Стелла, что это было?

«Мне… показалось, что мы сейчас станем одним целым. Но… я не знаю. Никогда раньше подобного не испытывала…»

Немного в шоке от случившегося, Стелла полетела медленнее, а вскоре показалась и вторая точка. Помня о возможных каверзах, мы притормозили и облетели портал вокруг несколько раз, внимательно осматривая местность.

— Кажется никого, давай пролетим сквозь него побыстрей, что-то у меня плохое предчувствие, — выразила я неожиданно охватившее меня волнение.

Когда проходили сквозь кольцо портала, я обернулась и успела увидеть какую-то тень. Это в равной степени могла быть и Лайли Холо на своем переростке-нетопыре, а мог быть и совершенно незнакомый мне всадник на драконе. Клонящееся к горизонту солнце и начавшаяся телепортация помешали мне как следует его разглядеть.

Вынырнули мы в совершенно неожиданном месте, вокруг со всех сторон нависали скальные острова, образуя трехмерный каменный лабиринт с тесными проходами, в которых Стелла едва могла нормально махать крыльями. Задев стену, мы едва не упали и кое-как удержались в воздухе. Усугубляли ситуацию спускающиеся сумерки, причудливые тени искажали восприятие и мешали определять расстояние. К тому же подняла голову моя паранойя, рисуя врагов за каждым углом. Инстинкты вопили, требуя убраться поскорее из неприветливого места.

— Интересно, так и было задумано, или мы попались?

Драконша ничего не ответила, но я чувствовала, что ей тут тоже совершенно не нравится. Мы спустились ниже и приземлились на маленький не больше десяти шагов в длину остров, или скорее осколок. Спешившись, я принялась осматриваться.

Место напоминало каменный колодец, и чтобы выбраться нужно было преодолеть узкое пространство между двумя небольшими, тесно расположенными островами, и подняться вертикально вверх, что мы и сделали почти ползком. Когда Стелла протиснулась сквозь эту щель, оказавшись в относительно свободном пространстве, я снова взобралась в седло и, услышав, как щелкнули в гнездах шпоры, облегченно выдохнула, чувствуя навалившуюся усталость — сказывалось и нервное напряжение последних дней, отдаваясь ломотой во всем теле.

— Летим, — негромко скомандовала я, стремясь побыстрее выбраться из этого каменного царства, радующего глаз лишь редкой бурой или сероватой растительностью, да причудливым нагромождением породы.

Здесь было мрачно и по-своему красиво, и при других обстоятельствах даже интересно, но сейчас, у меня зубы сводило от ощущения опасности и недобрых предчувствий. Стелла летела так быстро, насколько позволяли каменные джунгли лишь на миг мы взмыли вверх, решив, что так быстрее минуем острова, но, мгновенно среагировав, нырнули обратно.

— Кто это, мать их, такие?!

Перед глазами все еще стояли шестерка драконов с седоками, вооруженными длинными копьями или пиками с крюком на конце. Не надо быть военным экспертом или знатоком оружия, чтобы догадаться такими очень удобно выдергивать из седла всадников.

— Это что, блин, наемники? Неужто все так предсказуемо? Неужели можно вот так просто вывести невесту из игры?

И поняла — да запросто. Припугнуть как следует и вынудить использовать аварийный портал. Наверняка после такого уже не придется думать о победе. Победа… Я мотнула головой, отгоняя от себя нежеланные мысли, не время сейчас для них. Нужно подумать о собственной безопасности. Тем временем Стелла не стояла на месте, бесшумно паря и лавируя между каменных столбов и массивов то забирая вверх вертикально, то складывая крылья и камнем падая вниз. Внезапно она затормозила и резко свернула в сторону, приземлившись на небольшой островок. Охота началась, я тоже успела заметить трех всадников, рыщущих внутри лабиринта. К счастью, они нас не заметили.

Новая попытка взлететь над массивом ничего не дала, оставшаяся тройка поджидала сверху, патрулируя местность и высматривая жертв среди скал, и в этот раз они нас увидели и, не скрываясь, с гиканьем устремились следом, вынуждая нырнуть.

Во! Отчего мне в голову не пришло пролететь эти дебри снизу? Некоторое время мы стремительно спускались, стараясь удалиться от места, где нас видели последний раз, и одновременно не попасться на глаза охотникам. Идея оказалась не слишком удачной. Достигнув основания самого низкого острова, обнаружили, что оно теряется в непроглядном сером тумане, плотном даже на вид. Что под ним разглядеть не представлялось возможным, и я снова вспомнила испуг Карли по этому поводу. Нельзя падать с острова? Помню-помню. Если честно, мне и не хочется. Пожалуй, не стану проверять, что там на «дне» Флигенерде, ядро или местный ад? Мелькнула и пропала несвоевременная мысль о том, что я впервые задумалась, об устройстве планеты. Сейчас не до этого, совсем скоро солнце сядет, и мы проиграем.

Стремительно утекало сквозь пальцы драгоценное время, а мы едва слышно пробирались вперед, и черные крылья моей драконши едва не касались тумана внизу. Тут царило полное безмолвие, и мне казалось, что слишком громко стучит сердце. Не дай господь, еще кто-нибудь выпрыгнет и все, поминайте как звали. Я стиснула и разжала кулаки, заставляя расслабиться тело. Заговорила шепотом, лишь бы немного разрядить ситуацию.

— Кажется, мы заблудились. Рискнем осторожно подняться и осмотреться?

Стелла обрадовалась моему решению, и осторожничая и принюхиваясь принялась выбираться. Она перелетала из тени в тень, порой просто ползла по отвесной стене, цепляясь когтями за камень, умудряясь почти не шуметь.

И все же наверху нас ждали.

Охотники за головами свое дело знали, терпения им тоже было не занимать. Меня же до сего дня никто не преследовал, кроме парочки бывших, да и те ограничивались звонками и букетами.

Дракоша уже поняла, что дела плохи, и изо всех сил рванула навстречу ближайшему охотнику, явно готовясь дыхнуть огнем. Не ожидая атаки, тот замешкался. Видимо, ему было сказано, что жертва безопасна. Густо обдав его дымом, Стелла сложила крылья и, закрутившись сверлом, пронеслась в образовавшийся зазор, и вырвавшись из окружения стремительно набрала скорость. Я только подгоняла ее мысленно, и потихоньку вливала энергию — раньше это нам помогало успеть к полуночи в замок. Слева взлетели еще двое всадников и устремились нам наперерез. А вот и третий — он показался на миг и снова скрылся в каменном лабиринте, явно готовя мне какой-то сюрприз. Осознав, что добром это не кончится, их слишком много, я скомандовала.

— Стелла, вниз!

Мы на полной скорости влетели в ближайший просвет между скалами. Накренившись вниз левым боком, так что мне пришлось удерживаться горизонтально, моя драконица летела вдоль стены, скрываясь от преследователей сверху. Я, немного приспособившись к такому положению, принялась осматриваться.

— Туда! — указала я на соседний просвет.

Мы повернули еще несколько раз, прежде чем преследователи немного отстали. Нужно было успокоится и разработать план действий. К тому же, на этот раз я, как ни странно, успела осознать, в какую сторону нам нужно лететь. Осталось выгадать момент и попытаться снова.

Охотники нас опередили, появившись одновременно и сверху, и снизу. Двое перекрыли путь впред и назад, еще двоих не было видно. Новая встреча, грозила печально закончится.

«Активируй телепорт, тебя перенесет в безопасное место! — пришла паническая мысль от Стеллы. Дракоша очень огорчалась от того, что не в состоянии меня защитить.

Сбоку на выступе мелькнул силуэт. Девушка! От неведомо как забравшейся сюда фигурки во все стороны разлетелись темные сгустки неправильной формы, и каждый нашел себе жертву. Ни один охотник не успел увернуться или как-то закрыться. Стоило им безжизненно обвиснуть в седле, как их драконы потеряли к нам интерес и попросту улетели.

— Скорее сю…

Договорить она не успела, под левую ключицу ударило копье, пригвоздив нежданную пособницу к скале — это оставшийся охотник пришел на помощь товарищам.

Я бросилась к ней, а точнее подалась всем телом в седле, и Стелла подхватила мой порыв и мой гнев. Из горла драконицы вырвался рык, она врезалась грудью в дракона наемника, буквально впечатав того в скалу. Передние лапы удержали его шею, когда тот все же выпустил струю пламени, и одновременно рванула зубами крыло, вырвав из него приличный кусок. Дракон наемника закричал, и принялся скрести лапами по камню, пытаясь высвободиться. Только сейчас я отметила, что Стелла намного крупнее. Она подмяла его под себя, безжалостно орудуя зубами и лапами. Во время этой борьбы я оказалась неожиданно близко к растерявшемуся седоку, к подобному повороту он явно не был готов.

Неприметные махры скрывали под собой летный костюм, а голова была замотано точно у бедуина, и на меня глянули темные глаза из-под широкой моноброви. Тьфу! Не думая, ни секунды, я со всей силы врезала ему в челюсть. Удар получился что надо, даже рука под защитной перчаткой онемела. Голова наемника дернулась назад. Удалось ли мне ему навредить, понять не успела — мертвый дракон рухнул вниз, увлекая за собой всадника. Стелла, встав на крыло, победно оскалилась поверженному противнику вслед.

— Ну ты, зверь!

Мне даже стало бы не по себе, если бы не мгновенный ментальный отклик, который нес лишь желание меня защитить.

Стелла еще не успела приземлиться, а я уже освободила из гнезд шпоры, и спрыгнула на маленький уступ, где истекала кровью, как оказалось, знакомая мне девушка.

— Аспилата Орд?! Что ты здесь делаешь?

— Тебя спасаю, — хрипнула та, закашлявшись, и сплюнула кровью.

Я бросилась осматривать рану, раздумывая, как бы снять ведьму с копья.

— Помолчи, вдруг легкое задето.

— Просто язык прикусила, — опровергла подозрение рыжая, как по мне, скорее из вредности.

Оглядевшись в поисках чего-нибудь, чем можно перерубить древко, наткнулась взглядом на прислоненный к стене планер. Такой эфемерный на вид, неужели она на нем сюда долетела?!

— Спасибо, — поблагодарила с опозданием, но не смогла сдержаться от иронии: — Видимо, собственными руками убить желаешь?

Ведьма сделал несколько коротких, но натужных вдохов.

— Зачем мне это? Ты мне нужна для других целей.

А вот это уже новость! Ей удалось меня удивить. Но как бы не было любопытно, прежде всего нужно ей помочь.

— Ты совсем не умеешь держать язык за зубами? Без болтовни никак?

— Только, когда мне это выгодно.

Я попробовала осторожно потянуть древко, ведьма вскрикнула и поморщилась.

— Погоди… Я сама, сможешь залечить рану?

— Не знаю.

Вот тут-то я и вспомнила про автомобильную аптечку, пожалев, что драконам не полагается подобной.

— Но я постараюсь.

Орд кивнула и, с видимым усилием подняв руку, коснулась копья, которое тут же рассыпалось трухой. Освобожденная девушка едва не упала, но я успела ее подхватить и осторожно уложить наземь. Из раны толчками выливалась кровь.

— Там полно грязи! — посетовала я, затыкая подолом ее юбки рану.

— Ты справишься, я уверена, — невесело ухмыльнулась Аспилата.

Бледнокожая, теперь она была белее полотна, под глазами залегли синие тени, обескровленные губы мучительно сжались. Без промедления я принялась вливать в рану энергию, осторожно очищая, затворяя кровь и сращивая ткани, как учил драон Кикорос. Делаю я это в первый раз осознанно, но вроде даже получается. Да и ведьме Орд, похоже полегчало, она даже смогла тронуть меня за руку.

— Передохни, так не придется отдавать много сразу и восстановишься быстрей. Тебе энергия еще понадобится.

Я хотела поспорить, но для разнообразия решила послушаться. Тем более что и сама чувствовала себя неважно. Руки тряслись, против воли в глазах стояли слезы — настиг откат после погони и драки. Глоток бы Ораниной настойки сейчас для успокоения…

— Вот же я дура!

Ничего не объясняя, я обняла Аспилату за плечи и ударила по камням тыльной стороной руки.

— А казалось нормальной. Почти, — просипела та с запозданием.

— Достаточно ожила, чтобы ерничать?

Параллельно с пикировкой, я стукнула оранжевым камнем еще несколько раз. Ничего.

— Ты что задумала? — заволновалась ведьма.

— Нужно передать тебя квалифицированным лекарям.

— И ради этого ты готова пожертвовать победой?

— О чем ты? Я уже опоздала.

— Вовсе нет! Твоя последняя точка находится здесь неподалеку, я перенастроила ее, чтобы ты переместилась как можно ближе ко дворцу.

Я непонимающе уставилась на рыжую.

— Издеваешься, да? Зачем тебе мне помогать.

Аспилата приподнялась, морщась от боли.

— Все ради связей. Ты почувствуешь, что обязана и поможешь мне.

— А если серьезно?

— Послушай, не то, чтобы ты мне нравилась, но мне и правда нужна твоя помощь. Это касается Дрейка и Перфекты Левантер.

Вот тут я совсем напряглась.

— О чем это ты?

— Эта белобрысая сука Левантер провела один ритуал. Запрещенный, конечно. Вычитала что-то такое в своих книгах. Уж очень хотела привязать к себе посильней Дрейка Рейгеля. А как же? Наследник! До визга ей хотелось стать императрицей, но одна бы она не справилась. Ей понадобилась помощь, и тогда она сдружилась с моей сводной сестрой.

Аспилата шумно задышала, ей все еще было больно говорить, а я, напротив, затаила дыхание, опасаясь пропустить хоть словечко.

— Глупышка Вив радовалась возникшей дружбе как ребенок. Что ты! Сама дочка советника обратила на нее внимание! Она и слышать не хотела о том, что Левантер ее использует, даже со мной поссорилась. Я ведь ей не уставала повторять, что ничего доброго из этой дружбы не выйдет… Но она не пожелал слушать и погибла! Стала жертвой в том ритуале, а на нее спустили собак. Дело не предали огласке, но я знаю, что клану ее очернили, обвинив во всех грехах, а меня никто не стал слушать. Наоборот, запретили лесть в это дело. И тогда я решила принять участие в отборе, добраться до этой твари и отомстить ей за Вивиан.

— Ты планировала Перфекту убить?

— Скорее это был бы план Б, но я хотела забраться повыше, чтобы достало влияния раскрыть для всех ее тайну и покарать за содеянное, ведь она убила ведьму Орд и наложила на наследника узы. Из-за этого Дрейк Рейгель был вынужден стать Изгнанником, а Флигенерде остался без правителя. Лайонел хорош, но он еще слаб…

Выругавшись, я захлопнула рот.

— Почему я?

— Не спрашивай, я ведь ведьма. Сильная. Считай, что я поставила на тебя кругленькую сумму.

Я ударила камнем еще раз, но портала так и не сработал, а я уже достаточно передохнула, чтобы продолжить лечение.

— Он сломался или нужно сильнее?

Я продемонстрировала рыжей камень.

— Боюсь, что он испорчен, присмотрись повнимательнее, ты же это умеешь?

Зеленые глаза сузились.

— Мне дал его Дрейк.

— Я же говорю, он в ее власти.

— Нет! Мы провели ритуал и сняли проклятье.

— Не уверена. Для этого нужно умереть.

Разговор прервал драконий клекот, обернувшись, я увидела, как высоко над нами темное пятно, похожее на открывается портал. Раздался рядом совсем севший голос Аспилаты:

— О, нет! Бьосы! Убирайся отсюда немедленно!

Вот тут мне совсем поплохело. Слишком свежи еще были воспоминания о двуглавом песике, что пытался отхватить от меня кусочек.

— Убирайся! — взвизгнула рыжая.

Я увидела неподдельный ужас в ее расширенных на всю радужку зрачках. К тому же ее затрясло всем телом.

Впрочем, драконица и так уже была здесь. Едва ли чувствуя тяжесть, я заволокла ведьму Орд ей на спину, пристроив абы как перед седлом, не слишком заботясь о ране или комфорте. Главное не уронить в воздухе. Никогда я еще так быстро не попадала шпорами в гнезда, тихий щелчок раздался уже в воздухе, а Стелла сремительно набирала скорость. На темные тени, что появлялись из открывшегося бьосангрифского портала одна за другой, я старалась даже не смотреть. И без того страшно до потери пульса.

Стелла резко вильнула в сторону, и Аспилата соскользнула вниз, я стиснула пальцами ткань ее одежды на мгновение, но не удержала.

Моя дракоша, успела ее подхватить передними лапами и прислала мне успокаивающий импульс. Но я чувствовала, что ей лететь тяжело, чувствовала ее страх перед погоней и обернулась лишь раз.

— Мамочки!

Зажмурившись, я разом передала столько энергии, сколько смогла и, теряя сознание, ощутила, как резко возросла наша скорость.

В себя привел неожиданный мощный приток энергии, я подскочила глубоко вздохнув, точно вынырнула на поверхность из глубины. С тревожным писком у моего лица вился морфик, а я все еще находилась в седле. Справа догорал закат — еще немного и солнце полностью скроется за горизонтом. Поспешно обернувшись, увидела, как позади схлопывается и тает в воздухе розоватое кольцо портала. Стелла продолжала стрелой нестись вперед прямо к белокаменным башням дворцового инсаля, поблескивающего темным золотом крыш.

Успели! Выжили…

«Держу», — пришел ответ от моей дракоши.

— Клякса, откуда ты здесь?

Морф разразился тирадой «ур-ур-уррр!», из которой я поняла, что он сильно за меня волновался.

— Спасибо, что помог.

Сейчас я чувствовала себя совершенно нормально, даже усталость как рукой сняло, вместо нее пришла добрая доля злости на Дрейка. Сунул камушек и доволен! Кроме его темной фигуры в капюшоне, среди встречающих присутствовали принц Лайонел, деора Агенси и кучка незнакомых мне придворных. Не без доли злорадства я отметила, что невесты и их «транспорт» тоже здесь. Знать, не отпустили наводить красоту перед балом. Что ж, зато будем в равных условиях. Не видно было только осеннего дракона и самой дочери дома Кавеларов.

Стелла грузно приземлилась на задние ноги, осторожно поддерживая передними ведьму. Морфик уже замаскировался, привычно приняв вид эмблемы на рукаве летной куртки. Первым ко мне подскочил Дрейк в сопровождении двух лекарей судя по ауре, и помог выбраться из седла. Я кожей ощутила мрачную энергию, что от него исходит, казалось даже воздух вокруг бурлит.

— Аспилата Орд ранена! Нужна помощь.

— Что с ней?

На деле Дрейк явно хотел спросить что-то другое.

— Она спасла меня от наемников, а после пришлось удирать от бьосов, и я не слишком церемонилась.

— Так она сказала, я поверила на слово и не стала останавливаться и убеждаться в этом лично. Не было времени, — я указала на оранжевую полосу над горизонтом.

Солнце село, и теперь пристань освещали многочисленные золотые шары-одуванчики.

— Хельга, — драон Абданкен ухватил меня за локоть. — Почему ты подвергла себя такой опасности? Почему не использовала экстренный портал, что я тебе дал?

— Он не работает.

— Нужно было его просто разбить, — Дрейк словно бы меня не слышал.

Неожиданно разозлившись, я пошла на него, вынуждая отступить на шаг.

— Он. Не. Работает!

Не с первого раза совладав с крючками, содрав браслет и сунула ему в руки, зло отмахнувшись, от навязчивой стрекозы, так и норовящей сунуться в лицо. К нам уже спешил жрец-хранитель, он с такой тревогой смотрел на меня из-под кустистых бровей, что я едва подавила желание обнять гнома и просто расплакаться. В конце-концов в моем мире нет драконов и демонов, которые стремятся меня убить. Глубокий вдох, и мысль о демонах уже не казалась столь неоспоримой, если хорошо подумать.

Едва заметно кивнув мне, гном остановился.

— Диали, все в сборе?

— Не хватает Иилимы из дома Кавеларов ответил ему Дрейк. Отряд уже послан на поиски. И мне необходимо расспросить о произошедшем диали Хельгу Ферро.

— Все потом. Ррах’Атмин ждет.

— Это важно.

— Драон… Абданкен, вы не понимаете, — пророкотал жрец. — Такого еще не было, сколько себя помню!

Он взмахнул посохом, и прямо посреди пристани образовалась арка. Жрец сделал приглашающий жест:

Первой раздраженно впечатывая каблуки в камень с высоко поднятой головой туда направилась Перфекта Левантер, за ней потянулись остальные, кроме демонесс.

— Я волновалась, — подошла хмурая Орана.

— Спасибо, — я двинулась было следом за принцессой, но Дрейк снова меня придержал.

— Хельга, где были бьосы? Это очень важно.

— У третьей точки. Координаты не дам, извини.

Он кивнул и, выпустив меня, произнес:

Едва заметно вздрогнула шедшая впереди Орана, сбившись с шагу, но не обернулась. Я поравнялась с ней. В этот момент прямо в воздухе открылся портал, откуда появились два рейтара, один нес в седле Иилиму, эльфийка безудержно плакала, прикрыв лицо руками. Мимо бок о бок, игнорируя Дайану Фротт прошли демонессы, повинуясь нетерпеливому жесту гнома. Нам тоже не стоило задерживаться.

— Орана, как проходило твое испытание? — сощурившись, поинтересовалась я на ходу.

Принцесса вкратце рассказала. Оказалось, что перед последней точкой всех невест поджидал отряд из загонщиков.

— Это что же выходит?! Мы со Стеллой убили одного из них? — несколько растерялась я.

И правда, совершенно не пришло в голову, что охотники — это часть испытания. Орчиха пожала плечами и спросила:

— Кто такая Стелла?

— Мой дракон

Арка перенесла нас сразу в зал артефакта, тут и правда творилось что-то из ряда вон. Рр'ах Атмин пульсировал и переливался, а пол по колено был затоплен сиреневой дымкой. Пахло озоном и закладывало уши, а от разлившейся по пещере мощи шевелились волоски на теле. Я поежилась, надеясь, что нас не распылить ненароком. Мало ли. Я только что убедилась, что и магия порой дает сбои.

Последней на трясущихся ногах и с зареванным лицом в пещеру шагнула эльфийка, остановилась поодаль, обхватив себя руками, и уставилась в одну точку. Что-то меня дернуло, и я подошла к ней.

— Иилима, — я осторожно тронула ее за плечо. — Что с тобой случилось?

Она повернулась ко мне резко, точно загнанный зверек и тут же сморщилась, точно готовящийся заплакать ребенок.

— О…Они убили Алли, мою Алиану.

— Это твой дракон?

Она часто закивала и спрятала лицо в ладонях, беззвучные рыдания сотрясли ее тело. Нахмурившись, я приобняла ее за плечи и чисто интуитивно пожелала успокоиться, прибавив толику энергии. Иилима подняла глаза и удивленно посмотрела на меня. Она больше не плакала, хотя щеки все еще были мокрыми от слез.

— С-спасибо, Хельга. Так лучше.

— Ты использовала камень?

Я махнула перчаткой, где еще недавно крепился браслет.

— Нет, он не сработал. Я заблудилась, рейтары нашли меня недалеко от второй точки, но я не могла ее пройти без дракона.

Ободряюще сжав плечо эльфийки, я вернулась к принцессе.

— Орана, как думаешь, зачем было убивать дракона?

— Думаю, что-то тут не чисто, — нахмуриалсь орчиха.

Жрец запел и разговор пришлось отложить. От артефакта в стороны разошлись три луча, остановившись у ног демонесс и взрогнувшей эльфийки. Жрец прервался и объявил:

— Диали Анжезара Шарралин, диали Лайли Холо и диали Иилима из дома Кавеларов, вы не прошли испытание и можете быть свободны. Покиньте пещеру.

Воспользовавшись паузой, во время которой названные невесты шли к арке, я спросила у Ораны:

— А что не так с демонессами?

— Они обе вернулись экстренным порталом.

— Вот как?!

Выходит, у рогатых порталы сработали, что за несправедливость?!

Жрец снова завел песнопение, и сегодня оно у меня совершенно не ассоциировалось с частушками. По телу бежали мурашки, желудок панически сжался точно перед сложным экзаменом, к горлу подкатила дурнота. Нас осталось всего пятеро, и вот-вот станет известно, кто останется. На миг даже голова закружилась. Позабыв о претензиях к Дрейку, я вдруг испугалась, что больше не вернусь в его замок. Он ничего не обещал мне, а та ночь прошла и забылась точно сон. Ни разу с тех пор он не звал меня в свои покои…

Жрец-хранитель хмурился, глядя на нас, но упорно продолжал свою песню. Я на минуту прикрыла глаза, чтобы справиться с головокружением. Затем украдкой осмотрела невест, на лица которых бросал отблески магический свет. Перфекта напряженно смотрела на артефакт, Миттренат хмурилась, глядя себе под ноги, Дайана Фротт закусила губу и мне почудилось, что я вижу капельку крови. Лишь Орана была сама невозмутимость, и с видом вождя племени сиу смотрела перед собой. Я вопросительно взглянула на гнома.

— Кхм! — тот будто сбился. — Диали, это невероятно, но артефакт не готов принять решение прямо сейчас…

Я сам открыл портал в то место, откуда пришла Хельга.

Тюльпанчик, дракон Тиля перекрыл Дымку путь. Друг упрямо выдвинул челюсть.

— Я не пущу тебя первым.

Звенья разведчиков одно за другим исчезали в портале, за ними ушло первое звено тяжелых, повинуясь его сигналу.

— Теперь можно?

Не смог не подпустить желчи в голос, хотя и понимаю, друг прав. Я не имею права так бездумно рисковать собой, но как же я зол! Желание надрать кому-то зад непреодолимо, бьосы будут как нельзя кстати. И на этот раз им меня в врасплох не удастся застать, эта неделя не прошла зря, и теперь у меня есть защита от пустотной магии.

Мы крыло в крыло с Дертаном влетели в кольцо портала последними, и я его свернул, чтобы не тратить энергию. Уже совсем стемнело, но я все равно прекрасно видел благодаря единению, как и все истинные рейтары. У разведки и тяжелых имелись артефакты ночного зрения, и отряды тут же рассыпались по местности, разделившись на патрульные тройки.

— Скалистые острова. Кто придумал направить сюда невесту? — Тиль недоумевая поскреб перчаткой лысый череп.

— Размещение ключевых точек для каждой согласовывали жрец-хранитель с распорядителем и свахой. Кстати, а где все-таки «подсадной отряд»?

Тотчас к нам подскочил один из разведчиков.

— Драоны, найдено место, где вышли бьосы.

И тут же подскочил другой:

— Мы нашли тела «актеров».

Я посмотрел на Тиля, тот кивнул и, распорядившись искать демонов, проследовал вместе со мной за разведчиком. Тела людей, что должны были разыграть нападение, обнаружились случайно. И для этого пришлось спуститься под острова. Отравленная Великой Войной поверхность в темноте мягко светилась красным, отчего пустынный пейзаж выглядел зловеще. Мы окутали себя щитами и спешились. Дертан хмуро осмотрелся и брезгливо раздавил ногой огромного скорпиона.

— Смотри, теперь тут снова зарождается жизнь… — интонация с которой гигант это произнес, совершенно не вязалась с его действием.

— И тут пришел Тиль Дертан, — криво усмехнулся я, наблюдая, как он брезгливо трет подошву о кочку, поросшую чахлой травой.

— Они там, — указал сопровождающий нас рейтар на шестерку обнаруженных трупов. — Готовить их к подъему?

Я кивнул, нужно выяснить причину гибели, хотя, пожалуй, мне и так все уже ясно. Ближайший осмотр подтвердил мои подозрения. Они погибли точно так же, как и те пленники демонов.

— Бьосы. Тиль?

Друг с полуслова понял, о чем я прошу, и связался с оставшимися наверху разведчиками. Выслушав доклад по артефакту связи, передал его содержание мне:

— Пока никого не нашли, расширяют зону поисков.

— Давай-ка мы глянем здесь.

Найти нам ничего не удалось, пока не поступил новый доклад — нашли еще одно тело. Намного восточнее, почти в центре скопления Скалистых островов. А точнее под ним.

— Это дикий дракон.

Тиль тронул носком рейтарского сапога мертвого ящера, а затем подхватил крыло и оттянул, показывая вырванный зубами кусок перепонки.

— Здорово ему досталось.

— Можем узнать, кто всадник?

Тиль сдернул с головы трупа шемах, скрывавший лицо и скривился. На круглом одутловатом лице с набрякшими под глазами мешками и крупным мясистым носом особенно выделялись сросшиеся в одну линию брови. Одна щека была характерно оттопырена, а губа разбита — это, не считая, сломанной шеи.

— Повезло. Узнаю это рыло, — сказал Тиль и смачно сплюнул. — Бей Скороход — один из бандитов, что пакостят на границе. Находится в розыске. За деньги он готов на что угодно. Эта шлюха продается тому, кто больше платит. Так что может в равной степени работать по указке родни какой-нибудь невесты, или на Бьосангриф. Интересно, кто его так разукрасил?

— Лучше скажи, кто ему так ловко свернул шею?

— Уж точно не бьосы, не тот почерк. Последствия падения с большой высоты, его придавил собственный дракон, но кто убил самого дракона? Поднимемся.

Я согласно кивнул и подозвал Дымка. Вскоре поступил доклад от магов, детально изучавших все перемещения невест, и выстроилась примерная картина событий. Кто-то слегка перенаправил портал Хельги, и она перенеслась восточнее, чем следовало, очутившись прямо в лабиринте скал. Там ее поджидал отряд наемников, оснащенных всем необходимым, для поимки всадника. Их тела обнаружились позднее, иссушенные порчей — дело рук ведьмы Орд. Чтобы спастись Аспилата применила запретное искусство, за что едва не поплатилась жизнью. Вот что теперь с ней делать? Судить за нарушение закона, или награждать за спасение Хельги?

Сердце предательски йокнуло, стоило подумать о любимой, которую я едва обрел и чуть не потерял. Почему не сработал ее браслет? Я выудил его из кармана и принялся осматривать камень

— Защитные чары?! Формально артефакт целый, чары развеялись бы уже через сутки, но именно они не позволил Хельге его разбить.

— Напоминает заговор, — констатировал мое открытие Тиль.

— Но когда и как их наложили? Я ведь все сам проверял и с тех пор носил в кармане. И почему именно она и эльфийка?

— Демонессам тоже пришлось активироваь портал, другое дело, что у них он сработал.

— Не вижу связи.

Несколько часов мы тщетно искали пропавших без следа бьосангрифцев, но в конце концов решили оставить это занятие, они могут быть, где угодно.

— Как думаешь, кто из них? — задал вопрос Тиль, когда я погруженный в собственные мысли строил обратный портал.

— Ты о невестах?

— Ага. Кого выбрал артефакт?

— Не знаю, и не уверен, что хочу знать.

— Тоже боишься?

Я подумал и молча кивнул, признавая очевидное. От Тиля у меня мало секретов.

— Тоже? Ты-таки запал на принцессу?

— Я сделал ей предложение, — просто ответил Дертан.

— Нет предела твоей наглости! — искренне возмутился я, отчасти позавидовав другу.

— На что она Лайонелу? Они разные. А я ее люблю.

— И когда только успел втюхаться?

— А ты когда, — уел меня Тиль.

— Она моя истинная пара… — зачем-то признался я.

Дертан одарил тяжелым взглядом и покачал головой:

— Беда… — верно расценил он сложившуюся ситуацию.

Приготовления к балу прошли стремительно, но будто мимо меня. Чувствуя себя коллекционной куклой, я терпеливо сносила все процедуры, разумом находясь все еще на маршруте, точно кадры кинопленки прокручивая события в разном темпе, пытаясь различить новые детали, до того незамеченные. Аспилата не сомневалась, что нападение дело рук Перфекты Левантер, но где доказательства? Чей силуэт я видела у второй контрольной точки? Что случилось с Иилимой и почему так глупо выбыли из гонки демонессы? Да еще Дрейк, говорил со мной как с глупенькой. Одиночество сжало желудок спазмом, мне впервые так остро захотелось домой.

Изгнанник улетел еще до церемонии, и не присутствовал на ней. Лайонел выглядел разочарованным и, едва все закончилось, первым покинул пещеру, напутствовав, готовиться к балу. А я вдруг поняла, что так ждала окончания отбора, что нерешительность камня меня подкосила. Я устала. Боже, как я устала от всего этого!

Стилистки, что мной занимались собрались вокруг, охая и ахая.

— Диали Хельга, вы великолепны! Видишь, Мадин, диали к лицу черный цвет, — торжествующим тоном провозгласила Лалла, длинноносая женщина в годах, обладательница низкого голоса.

— Просто волшебно! — согласилась вторая, полная ее противоположность.

С ее круглого розовощекого лица с задранным вверх курносым носиком-картошкой не сползала улыбка независимо от того, кто и что бы не сказал.

— Диали, наденьте это.

Зверолюдка-лисица Гарриет, что была тут главной, вынула из бархатной коробочки и протянула мне украшенный знакомыми камушками браслет, широкий и массивный. Ее лицо-маска с самого начала казалась мне непроницаемой, храня неизменно вежливое выражение. Даже торчащий из-под формы хвост не выдавал эмоций, оставаясь неподвижным, точно ненастоящий. Какой разительный контраст с живой и трепетной Карли они бы составили!

— Я не уверена, что могу это принять, — хмурясь, я недоверчиво уставилась на украшение, старясь рассмотреть невидимое и не находя никакого подвоха.

— О! Зря переживаете, хотя я могу вас понять, после того, что произошло, — неожиданно разрушила облик мраморной статуи лисица.

Интересно, они уже в курсе всех подробностей?

— Диали, — вмешалась круглолицая Мади. — Вам не стоит бояться, никто здесь не желает вам вреда.

— Мы за вас болеем! — с неожиданной горячностью вторила ей зануда. — Вы бы знали. Как я рада, что не пришлось готовить Левантер.

Удостоившись строгого взгляда от Гарриет, она замолчала, но за нее продолжила Мадин:

— Ой, тяжелая она, дочка советника! Все не так и не эдак!

— А я что? Все-все, замолкаю.

— Все украшения предоставлены невестам из личной сокровищницы императрицы, — пояснила Гарриет. — Свои собственные драгоценности по-прежнему запрещены сами понимаете, почему именно.

Камням здесь придают большое значение и используют как самый ходовой материал для артефактов. Я со вздохом протянула руку, позволив застегнуть браслет из осколков Р’рах Атмин. Камни приятно стиснули запястье и меня вдруг осенила идея. Нужно срочно увидеться с Фло Миттернат! Я мельком окинула взглядом отражение в зеркале, если до этого момента мне почти что было плевать, как я выгляжу, то теперь я должна постараться, чтобы затмить остальных.

— Гарриет, вы можете мне немного помочь?

Мелькнувший на лице лисицы интерес снова нарушил невозмутимый облик главной стилистки, я с маниакальным вниманием отметила, что едва заметно, но двинулся белый кончик чернобурого хвоста. Есть!

Я придирчиво осмотрела пышный подол, состоящий из нескольких слоев разной по фактуре ткани. Гарриет лично подгоняла платье под меня магией, и на ходу немного изменила фасон, значит ее не затруднит сделать то, что прошу.

— Гарриет, укоротите подол спереди еще немного.

Край юбки пополз вверх, обнажая колени и бедра.

— Немного еще. Ага. Достаточно.

Решив, что мне нравится, я попросила поправить немного лиф, укоротила перчатки и поняла, что все равно, чего-то не хватает. Когда меня спрашивали о предпочтениях, я ответила в краткой манере Ораны — черное. Но теперь мне хотелось чего-то более праздничного.

— Гарриет, не знаю как это выразить… Хотелось бы добавить изюминку.

Я машинально покрутила браслет и, оставив руку, полюбовалась на игру света.

— Я поняла, — улыбнулась лисица и мягко взмахнула волшебной палочкой, что у нее была вроде ножниц портного.

— Да! То, что надо.

Платье мягко засияло, ненавязчиво мерцая и бликуя.

— Каблук? — тихо, точно боясь спугнуть, спросила Мадин.

— Повыше и, конечно же шпилька.

Одни классические лодочки сменили другие. Я обулась и критически себя осмотрела: надо же как фасон каблука меняет весь вид!

— Лалла, помаду можно подобрать чуть темнее?

В просторный салон нас выпускали по очереди, заранее объявляя имена, регалии, у кого они были и вкратце описывая результаты. Сюрпризом оказалось и то, что здесь присутствовали все невесты, даже те, что выбыли. Ожидая за кулисами в обустроенном для этого зале девушки выходили, по объявлению мага-распорядителя. К слову, начали как раз с них в порядке вылета, поэтому я сумела улучить момент и поговорить без свидетелей с Флорианой. Изложив деве ночи свою идею, я заручилась ее согласием помочь, осталось дело за малым. Отпросившись у деоры Агенси в уборную, я шепотом позвала морфика, который на всякий случай прятался где-то среди обстановки. Один из рожков магического подсвечника шевельнулся и превратившись в дракончика порхнул ко мне.

— Клякса, ты можешь принести мне браслет. Ну, тот самый? Только быстро. Очень надо.

— Урр! — кивнул морф и растворился в воздухе, прямо как Дрейк!

Я не успела даже начать нервничать, как он уже вернулся, держа в лапках сделанный девой ночи браслет.

— Спасибо, родной!

Я обняла дракончика и чмокнула в нос, и он неожиданно растрогался, смешно моргая и утирая мерцающие слезинки лапками.

— Ты чего! Ну-ну, успокойся и хорошенько спрячься. А лучше, отправляйся-ка к жрецу-хранителю и проверь, как там Стелла себя чувствует.

Морф послушался, а я надела браслет и весьма вовремя вышла из уборной.

— Диали Хельга! Ну что же вы, давайте скорее!

Деора Агенси бесцеремонно ухватив меня за руку потянула за собой ко входу в салон, кулисы разошлись в сторону, выпуская меня на узкий подиум, вызвавший ассоциацию с показом мод. По обе стороны длинного возвышения толпились многочисленные придворные, воздух гудел от стрекота стрекозиных крыльев. Быстро совладав с оторопью, я вздернула подбородок, нацепив ослепительную улыбку и шагом от бедра двинулась вперед.

С моим появлением закончилась официальная часть и после вступительной речи императора и поздравлений Лайонела, Марибэль Рейгель объявила время танцев. Лайонел открыл бал, пригласив Перфекту Левантер, Император танцевал с женой, остальные невесты тоже не остались без кавалеров.

— Позвольте, диали, — опередив какого-то хлыща с тонкими усиками, мне протянул руку драон Кикорос.

— Спасибо, с удовольствием, — искренне улыбнулась я пожилому учителю.

— Не думаю, что вам стоит принимать приглашение этого хм… Драона. Летучие твари умудрятся преподнести ваш танец с самого невыгодного ракурса.

Я приподняла бровь.

— Тогда вы только что спасли мою репутацию.

Мы вместе рассмеялись.

— Вы сумели меня удивить, диали Хельга. Я было немного обиделся, когда вы отменили все занятия, но сегодняшнее испытание показало, что вы действительно были заняты.

— Так и есть. Я училась летать на драконе.

— То, как вы держались в седле и как взаимодействуете со своим драконом и то, что дали ей имя, говорит о том, что вы не просто наездник.

— Волей случая я стала рейтаром. У нас со Стеллой возникла связь.

Я немного рассказала о том, как это произошло. Теперь не вижу нужды скрывать, что я бываю в драконьей башне и вожу дружбу со жрецом-хранителем, единственное я не упомянула морфика.

— Вы все время осматриваете зал, — сказал, понизив голос драон Кикорос. Драона Абданкена здесь нет, он еще не вернулся.

— Вы знаете, куда он подевался?

— Конечно, сейчас он расследует произошедшее с вами. Я уже дал несколько консультаций, когда со мной связался Тиль Дертан.

— Вон оно что. Но это может быть опасным!

Что-то я разволновалась.

— Не переживайте, он действует не один, к тому же он искусный воин и очень могущественный маг, это помимо единения. Даже не знаю, что может ему навредить, когда он становится драконом.

— Спасибо. Утешили.

Следующий танец принадлежал Лайонелу. Наследник показался мне несколько измученным, хотя по-прежнему источал мужское обаяние и во всю флиртовал, но не выходя за рамки приличий. Я вдруг поняла, что теперь на него реагирую как на простого мужчину, без прежнего сумасшествия, и даже заподозрила, что морфик со мной.

— Драон Рейгель, вы выглядите усталым.

— Зовите меня Лайонел Хельга, это не нарушит этикет. А я и правда устал.

— Плохо сплю, кошмары замучали, да еще этот отбор. Я так надеялся, что сегодня все кончится.

Я ощутила укол совести, но браслет был нужен мне самой, и я решила, что Фло с удовольствием ему поможет.

— Согласна, я тоже чувствую будто меня подвесили в неопределнности.

— Хм. Странно звучит, но весьма в точку, — согласился принц.

— А по-поводу кошмаров, я могу вам кое-что посоветовать, — я загадочно улыбнулась. Ха! К-коварство!

Лайонел сально глянул на меня, но мне вдруг стало ясно, что он делает это скорее по привычке поддерживать определенный образ и даже не обиделась.

— Вам стоит обратиться к Флориане Миттернат, — принц едва ощутимо напряг и расслабил мышцы под моей рукой. — К кому как не к деве ночи стоит обратиться с подобной проблемой?

Он подумал немного и вдруг выдал, серьезно так:

— А ведь эта мысль приходила мне в голову.

Наследник повернулся и посмотрел на танцующую с каким-то пожилым драоном Миттернат. Та, почувствовав взгляд, повернулась и мило зарделась.

— Может статься, что ваш выбор предопределен? Как и мой? — добила я его, шепнув на ухо почти томно, и спокойно встретила его удивленный взгляд, всем видом показывая, что у нас ничего не вышло бы.

Лайонел понял. Следующий его танец принадлежал деве ночи.

Улизнуть от очередного кавалера удалось, сославшись на то, что еще не отошла от испытания и мне просто необходимо перевести дух. Обойдя длинный стол у стены, я устроилась на скамеечке в эркере, потягивая минеральную воду, и посматривая на танцующих, надо улучить удобный момент, чтобы провернуть задуманное. Музыка отыграла последние такты, когда я поднялась со своего места и снова обошла стол, чтобы оказаться поближе. Кажется удача улыбнулась, Фло Миттернат и Перфекта Левантер оказались рядом. Их кавалеры раскланивались и целовали им руки, благодаря за танец. Я нарочно сделал вид, что засмотрелась на кого-то вдалеке, и весьма правдоподобно налетела на Флориану, опрокинув ей в декольте бокал. Та, приглушенно взвизгнув, привлекла внимание блондинки.

— Смотри, куда идешь, деревенщина! — зло прошипела Миттернат.

— Прости, Флориана, я нечаянно, — ответила я без грамма сожаления в голосе и достаточно громко.

— Прости? — возмутилась дева ночи. — Просто прости?! Ах да! Неумеха, ты же не в состоянии даже сотворить простое бытовое заклинание.

Она мгновенно высушила платье, благо никаких пятен от воды не осталось, и спросила:

— Открой секрет, как это тебе удается?

— Ты это о чем? — я подпустила толику превосходства в голос и боковым зрением отметила, как замедлила шаг Левантер, сделав вид, что интересуется исключительно фруктовым канапэ.

— Что это, Хельга? Почему тебе так везет? Лайонел мне все уши прожужжал о том, в каком он восторге от тебя. Это что, приворот? Заклятье? Запрещенный ритуал.

Перфекта медленно двинулась вдоль стола, чтобы оказаться поближе к месту нашего разговора. Есть! Попалась, гадина! Я подошла ближе на шаг к деве ночи, и пригнувшись тихонько сказала.

— Всего лишь амулет. Безделушка, с заговором на удачу сделанная неумехой-знахаркой на счастье. Ц-ц-ц, — я картинно поцокала и чуть громче выдала: — И ведь работает!

Плечи блондинки дрогнули, она явно еле сдержалась, чтобы не обернуться. Любопытно, да? Я внутренне ликовала, хотя еще и рано.

— Этот? — Миттернат крепко схватила меня за руку, демонстрируя браслет Лайонела. — Какая безвкусица!

— Как ты смогла его увидеть?! — испуг вышел искренним. — Его даже Р’рах Атмин не принял в расчет!

— Вот как? — довольно усмехнулась Фло. — Интересно, а без него ты чего-нибудь стоишь?

— Не твое дело! Хорошего вечера, диали Флориана, — я вежливо дала понять, что разговор закончен.

В это время Перфекта, не скрываясь, пялилась на нас с очаровательной улыбочкой. Отсалютовав ей пустым бокалом — чтоб тебе пусто было — поставила его на стол и нервно шагая направилась якобы в уборную. За дверью меня ждал драон Кикорос.

— Ну, что у вас за просьба, прелестная диали? Я заинтригован как никогда. Надеюсь, вы не собираетесь просить меня о тайном свидании, иначе мое старое сердце может и не выдержать, — он довольно рассмеялся сухим дробным смехом.

— Все намного прозаичнее, — улыбнулась я в ответ. — Но куда как более важно. Драон Кикорос, я знаю, Дрейк вам доверяет. Могу и я тоже попросить об одном одолжении? Дело государственной важности, я не преувеличиваю.

— Вы меня пугаете, диали Хельга.

Я сняла с запястья браслет, объяснила для чего он нужен и изложила учителю наш план. Проникшись серьезностью задачи, драон Кикорос вернулся в салон, а я действительно направилась в уборную, почему бы и нет? Заодно скоротаю время и выясню, со мной ли морфик. Когда я вернулась, у двери вновь встретила учителя.

— Вам удалось? — подскочила я к нему, ухватив за руку.

— Уверен, что да.

— Что вы ей сказали?

— Спросил не знает ли она кто потерял такую милую штучку. Почти немагический амулет с мощнейшим заговором на удачу, который умеет искусно маскироваться, что просто так и не увидишь. Посетовал, что владелец подобного чуда должно быть очень расстроен, ведь такие вещи следует носить не снимая, чтобы они настроились на владельца и был толк, — он хитро улыбнулся.

— И что Перфекта?

Я само нетерпение!

— Сказала, что знает, чей он и обещает передать владелице как можно скорее.

— Главное, чтобы надела, а не выбросила, — я от волнения почесала кончик носа.

— Не выбросит, — хитро усмехнулся драон Киокорос. — Я предупредил, чтобы не меряла, а то вся накопленная удача перейдет новому владельцу, — он подмигнул.

Я с сомнением кивнула, все же Дефекта маг-универсал, вдруг она разберется, что за вещица попала ей в руки? С другой стороны, браслет — детская поделка. Может, и сойдет за работу знахарки из захолустья? Ночь покажет, решила я и, поблагодарив учителя, вернулась в салон. Ко мне тут же подскочили сразу два ухажера и, едва ли не толкаясь локтями, принялись наперебой бронировать танец. Миттернат нигде не было видно. Левантер танцевала с высоким блондином. Дрейка оп прежнему не наблюдалось, зато нельзя было не заметить светлое платье Ораны, принцесса с печальным видом гипнотизировала клубничный десерт.

— Что-то случилось?

Мой вопрос не сразу вывел ее из оцепенения.

— Он здесь, — шепнула она, и пояснила для непонятливых: — Мой Раг Ши.

— Вот как? И почему ты тогда грустишь, вместо того чтобы выяснять отношения?

Орчиха изящным жестом указала на танцующих, и я едва не выругалась, увидев громадного клыкастого орка в щегольском фраке, который вытанцовывал с Экс, нежно придерживая эльфийку за талию. Ни о каком деликатном расстоянии между ними не было и речи, они вовсю прижимались друг к другу.

— Вот это… сюрприз!

Да я сама сдержанность, даже почти не выругалась!

— Орана, прости, если покажусь бестактной, но разве орки не враждуют с эльфами? В наших сказаниях и легендах, всегда именно так, но как обстоят дела в действительности?

— Ты права, мира между нами нет, — согласилась принцесса. — Но, порой, наши мужчины бывают так неразборчивы. Куда как проще казаться мужественнее рядом с тощей сукой, чем с нормальной женщиной.

Орана на миг напрягла бицепс, качнув могучим бюстом. Действительно, если поставить их рядом, то смотрелись бы вполне гармонично. Значит отдельные индивидуумы не прочь поразвлечься с эльфийками на нейтральной территории, а те и рады таким «большим» во всех смыслах мальчикам.

— А наоборот бывает? — спросила я из простого любопытства и, мягко говоря, не подумав.

Орана посмотрела на меня как на умалишенную, но сдержалась и ответила спокойно и веско:

— Мы их мужиков не каждый раз отличаем от баб.

— Шовинистка! — я рассмеялась.

— Что это значит?

— В моем мире — ничего хорошего, в твоем… — Я на мгновение задумалась. — В твоем, скорее норма жизни.

Вдруг в зале словно что-то изменилось, заставив Орану замолкнуть раньше, чем она произнесла хоть слово. И дело было даже не в том, как поворачиваются танцующи, как поднимаются головы госте и слуг. Я почувствовала это кожей. Сердце сорвалось в галоп, по спине побежали мурашки, точно от статического электричества, а новый выдох вырвался едва не со стоном. Щеки Ораны зарделись, изрядно покоричневев, а подбородок напротив вздернулся. Я медленно повернулась и замерла зачарованная зрелищем. К нам, точно нож сквозь масло, прямо через танцпол с кружащими парами шли Тиль Дертан и… Дрейк.

Люди расступались, многие мужчины кланялись, женщины исполняли реверансы, а я не могла оторвать глаз, словно бы мой взор приковала магнитом. Изгнанник был сегодня без привычного плаща и не скрывал лица. Он не изменил черному, но черный кафтан с серебряной отделкой был небрежно накинут на одно плечо, а черная же рубаха, заправленная в обтягивающие черные штаны, шелковисто отливала на изгибах, в расстегнутом на несколько пуговиц ворот виднелась грудь, покрытая темной порослью. Его пояс! Широкий с мощной пряжкой в виде драконьей морды — всего-то герб дома Рейгелей, но не он ли виноват в том, что я окрестила его мистером Рок Звезда? Точно! Он, да еще эти высокие сапоги со отвернутыми вверх, чтобы не мешать, шпорами, да собранные в хвост волосы, непокорные пряди, выбившиеся по бокам, покрытый извечной щетиной подбородок…

Дыши, Оля, дыши!

Я поняла, что теряю связь с реальностью, настолько завораживает меня этот взгляд, и усилием заставила себя посмотреть на Дертана. Вид этого великана кого угодно отрезвит. С ног до головы покрытый татуировками лысый мужик-гора мышц, по контрасту нацепил белую рубаху с потешными рюшами на рукавах. Похоже, он не заморачивается с формальностями. Эти двое разительно отличались от чопорных пижонов, собравшихся здесь, и отчего-то напомнили мне институтских хулиганов.

Несмотря на габариты, драон Дертан весьма грациозно поклонился, приветствуя нас:

— Добрый вечер, прекрасные диали. Диали Хельга. Орана, — поздоровались мужчины.

Тиль взял орчиху за руку, и ее ладошка буквально утонула в его ручище, принцесса вспыхнула, когда он коснулся ее ладони губами. Хм. Это что-то новенькое.

— Позволь пригласить тебя на танец, — прозвучало так волнующе, что я и сама вдруг покрылась мурашками.

Орана что-то невнятное промычала, и ее взгляд точно украдкой скользнул по танцполу. Там ее ненаглядный Раг Ши бессменно кружил с Экс. Правда теперь он хмуро уставился в нашу сторону, выпятив клыкастую челюсть. Что? Не нравится, дубина зеленая? Раньше было думать надо. Я привстала на цыпочки, подбираясь к уху подруги, и та немного нагнулась.

— Экскалиара знает про принцессу лягушек, делай выводы, как долго все это длится, — подлила я масла в костер.

Больше орчиха не сомневалась.

— Хельга, — начал было Дрейк.

— Тс-с! Может, просто потанцуем? — попросила, не справляясь с ураганом эмоций, что захлестывали меня, душили и требовали хоть какого-то выхода.

Что бы и не танец? Иначе я или разревусь, или начну нервно ржать, или сойду с ума…

Рука Дрейка уверенно легла мне на талию, чуть нажал, вынуждая сойти с места.

— Мне нравится твое платье. Такой простор для фантазии, — сказал он тихо, так чтобы слышала только я.

Я едва удержалась чтобы не сглотнуть и впервые за сегодня пожалела, что мои ноги так сильно открыты, Дрейк то и дело касался их своими танцуя. Мы танцевали разновидность вальса, во Флигенерде его называли альсэ и различали быстрый и медленный. Причем было принято его чередовать. Я прямо плавилась, от его близости, от теплого дыхания — одного на двоих, от ощущения крепких пальцев в своей ладони и на талии.

— Решил теперь пофлиртовать? — криво усмехнулась я, не желая показывать, какой властью он надо мной обладает.

Он не ответил, только приподнял брови, состроив такое типично мужское лицо, одновременно означающее «Я неотразим!» и «А я чо? Я ничо». От этого еще больше захотелось вернуть его, а заодно и себя с небес на землю. Пусть это будет контролируемый процесс.

— Ты уже знаешь, что артефакт не сделал выбор?

Его улыбка поблекла, точно рисунок на песке лизнуло волной.

— Нет, но я решил… — он бросил в сторону какое-то ругательство на незнакомом мне языке и совсем серьезно сказал: — Я видел Лайонела с Фло Миттернат, они выглядели довольными, проходя мимо нас. Я думал… Думал мы теперь свободны.

Дрейк прикрыл глаза и его лицо стало каменным. Наверное, пусть лучше так, чем… Чем…

— Почему тебя не было на церемонии?

— Я искал бьосов и наемников, что охотились за тобой.

— Первых нет, вторых — да. Ты была права, это не те люди, которые были наняты разыгрывать невест. Но они мертвы. Хелли, прости меня за амулет. Он и правда не работал, и я не знаю, как и когда это произошло. Так тошно оправдываться, но я хочу, чтобы ты знала, я их сам проверил и положил в карман. Я обязательно выясню, кто когда и как это мог сделать?

— Дрейк, я подозреваю Перфекту Левантер.

— Хельга, Перта, конечно, не так чиста, как хочет показаться, но связь с Бьосангрифом это слишком серьезное обвинение. Я не верю, что она могла на это пойти. По крайней мере пока у меня не будет доказательств.

Я вдохнула и выдохнула. Спокойно, Железнова! Крепись. Мужики они такие. Никогда за хорошенькой мордашкой дьявола не видят.

— Ты сказал, что положил браслеты в карман, что было потом?

— Я надел их невестам на руки, все.

— Хм, — я ненадолго задумалась. — Нас было восемь. В каком порядке ты это делал?

— Первая была Перфи, — он уставился на танцующую с каким-то пожилым мужчиной, Дефекту. — Перфекта Левантер, — поправился он, видя, как я поморщилась. — Затем Флориана Миттернат, принцесса Орана, Лайли Холо, Анжезара Шарралин, Дайана Фротт, Иилима из дома Кавеларов и ты.

— И никто не мог предположить, что я опоздаю, — размышляла я вслух. — Если бы у всех браслеты сломались, было бы легче, но не сработал только мой и Иилимы…

— Они не сломались. На ваших браслетах были простые защищающие от разрушения чары, которые спали бы в течении суток. Бытовое заклинание с минимальной энергозатратой.

— Тогда их точно наложили в последний момент! Но предугадать, кому какой достанется было невозможно, ведь так?

Дрейк пожал плечами.

— Можно сделать иначе, — предположил он, нахмурившись. — К примеру заклинание можно активировать по условию. Если хорошо подумать, то ты, Флориана и Иилима наиболее похожи. Демоницы, орчиха и суккуб существа иной расы. Миттернат не понадобилось прибегать к экстренной эвакуации, а у демонесс все прекрасно сработало.

— Только я и Иилима оказались в западне, но только ко мне пришли бьосы. Тем больше у меня резона подозревать Перфекту, она могла наложить чары на все браслеты, пока ты ей надевал один ей. В любом случае я уже завтра попробую доказать ее причастность. Показания девы ночи ведь будут засчитаны?

— При подобных обстоятельствах да. Но как? Флориана?! — Дрейк мгновенно вычислил мою сообщницу.

— Как вы это провернете без разрешения?

— При помощи другого браслета, того, что принадлежал Лайонелу. Кстати, неплохо бы проверить остальные. Если на них тоже защитные чары или что-то еще, то это будет лишним доказательством.

— Я распоряжусь.

Дрейк остановился на мгновение, не выпуская меня из рук, и прикрыл глаза. А после снова закружил по залу. Кажется, это был уже второй или третий наш танец подряд.

Впервые за этот вечер, я ощутил покой. Моя Хельга, моя пара, мое сокровище рядом, я осязаю ее тело, вдыхаю запах, согреваю душу теплом и будоражу чувства фантазиями о нашем счастье. Навязчивую точно демон-муха мысль о том, что еще ничего еще не закончилось: ни отбор, ни расследование, ни бьосы — гнал прочь, не желая, чтобы даже ее тень портила момент. Сегодня Хельга превзошла все ожидания, преображение из пропыленного измотанного и перепуганного рейтара в томную королеву бала вышло выше всяких похвал. Но оба образа для меня в высшей степени желанны и привлекательны. Стеллар, как она соблазнительно выглядит на своем драконе!

Если бы еще Р’рах Атмин принял решение…

— Почему ты не удивился?

Она пытливо смотрела на меня снизу вверх, вызывая жгучее желание впиться в ее темно-вишневые губы. Тело неудовлетворенно заныло, и я прижал ее чуть теснее. Альсэ давно сменился сансаррой. Я вел, задавая ритм шагов. Шаг. Чудесное платье! Моя нога скрывается где-то у нее под подолом, и я с удовлетворением отмечаю, как вздрагивает ее тело, когда ткань моих брюк ласкает кожу ее бедер. И главное с виду все чинно.

— Мне нравится твое платье.

— Ты уже это говорил.

Ей явно требуется усилие, чтобы держать себя в руках. Я вижу это по блеску ее глаз — она не отрываясь смотрит. Чувствую, как непроизвольно стискиваются ее пальцы на моих плечах.

— Ты не ответил. Так ты знал, что я полечу на драконе, да? Знал.

Я поймал губами разочарованный выдох.

— Я инсальер, Хелли. Мне мгновенно стало известно, что появился новый дракон на моих островах.

— Так почему ты тогда злился? Ревновал?

— Было дело. Я думал, что ты против правил попросила Лайонела помочь и он помог, в то время, когда я отказал… Оказалось мой брат ничего и не подозревал об этом. Вот он-то очень удивился.

— Наконец-то дошло!

Она снисходительно усмехнулась.

— С огнем играешь! — пригрозил я, раздумывая, не выкрасть ли ее прямо сейчас и не показать, кто тут главный.

— Хорошее, платье. Удобное. Я знаю уже как минимум четыре способа, как его применить…

Она и не собиралась останавливаться. Выполняя очередное па, ее ножка недвусмысленно проскользила по моей голени, и от развратных мыслей даже в голове помутилось. Я почти решился на перенос, как вдруг раздался не то вздох, не то всхлип. Даже музыка резко замолкла. Обернувшись, я увидел Тиля. Дертан, не стесняясь целовал орчиху, а та пыталась его оттолкнуть. Кажется он только заметил неладное и оторвался от растерянной принцессы, зеленая кожа которой покоричневела от бросившейся в лицо краски. Она прижала руку к губам и отступила на шаг, лицо закаменело и зеленокожая уставилась в пол, застыв изваянием.

Что-то прошептала Хельга. Осознав значение слова, я не мог не отметить какую краткую и емкую оценку происходящему она дала, хоть и не пристало диали так выражаться. Выпустив любимую, я двинулся к другу. Люди привычно расступались, давая мне дорогу.

— Дертан, отбор еще не закончился.

Лицо Тиля напомнило скалу. Только бы не устроил драку.

— Неуважение к дому Рейгелей! — взвизгнул кто-то, словно спустил тетиву.

Лавиной с горных вершин, посыпались обвинения. Жаль. Я напрягся, еще когда друг поцеловал орчихе ладошки. Но понадеялся, что никто не обратит внимания. Теперь же на него были направлены враждебные взгляды, и мне придется с этим разбираться. И, во-первых, прекратить это светопреставление. Того и гляди, кто-то плюнет, а Тиль оторвет ему голову голыми руками…

— Драон Тиль Дертан, вы арестованы за нанесение оскорбления правящему роду и предстанете перед судом.

Как же я себя ненавижу за эти слова. Лицемер бьосов! Он всего лишь поцеловал ее. Всего лишь поцеловал! Аррр! Идиота кусок! Не мог утащить ее в укромный угол, подальше от посторонних глаз? Как я зол на него! И на орчиху. Не могла предупредить, что отбор не закончен, или не допустить подобного? А теперь я теряю друга, с которым мы столько раз прикрывали друг другу зад, что давно сбились со счета, кто кому должен, ведь приговор один — смерть. Или ссылка под острова, что, по сути, одно и то же. Я бы мог попытаться что-то сделать, будь ситуация иной. Но отбор — это то, от чего зависит существование нашего мира и жизнь императорской четы.

Все время, пока мысли проносились в моей голове, мы молча мерялись взглядом. Наконец, Дертан кивнул и направился к выходу, больше не взглянув на принцессу, я был обязан оставить Хельгу и следовать за ним. Планы на вечер стремительно менялись. Мысль заснуть в объятиях любимой женщины уже не казалась такой прекрасной, как минимум буду чувствовать себя предателем по отношению к обоим…

— Тиль, — начал было я, когда мы остались одни.

— Сам дурак. Знаю. Но мне так этого захотелось… — Дертан махнул рукой. — Делай, что должен, Дрейк.

— Почему она не предупредила тебя?!

— Орана предупредила. Сразу, но все равно приняла Т’халл.

Он говорил так спокойно, точно не пытался заручиться согласием на серьезные отношения при помощи старинного обряда-согласия.

— Если поцелуй ладоней тебе бы простили, — такое и раньше бывало, то этот не простят.

— Я готов смыть позор кровью, — мрачно ухмыльнулся командир тяжелых, а мне захотелось завыть в голос.

Кажется, меня его положение удручает больше, чем его самого.

— Всегда подозревал, что твоя башка полностью состоит из кости!

Вернувшись, я обнаружил опустевший бальный зал. Гости ушли, вместо них суетились слуги, наводя порядок. Здесь же обнаружилась мама, ее безупречный лоб не пересекала ни одна складка, но тем не менее напряжение чувствовалось в воздухе.

— Я закрыла бал, дорогой.

Я кивнул, соглашаясь с ее решением.

— Что гости?

— Мне удалось их утихомирить, сославшись на то, что невесты устали, а завтра им предстоит еще одно испытание. Самые стойкие разбрелись по салонам, чтобы продолжить веселье в узком кругу, некоторые обосновались здесь во дворце, кому-то мы сняли заведения по нраву. Невесты в сопровождении деоры Агенси, отправились в Оплот Изгнанника. Кстати, Дерри, накинь плащ, довольно попирать традиции.

Изящным взмахом руки она материализовала его и передала мне в руки. Я не стал спорить.

— Стеллар Великий! Что вы делаете мальчики? — мать понизила голос и заговорила совсем другим тоном. — Отбор еще не закончился, а Лайонел пропадает куда-то с Фло Миттернат, Тилли при всем честном народе лезет целоваться к принцессе Оране, и ты тоже хорош! Отлупить бы вас прутом, как в детстве.

— Не сопи! Тебе поручено охранять невест, но ты не можешь отлепиться от диали Хельги. Не спорю она приятная девушка, но тебе не ровня. Ели же жаждешь развлечений, что ж… Но дождись хотя бы окончания отбора. Прояви хоть чуточку терпения. Представь, что будет, если артефакт выберет ее?

Поздно мама. Я уже натворил все, что можно было натворить. В оправдание могу сказать лишь что Хелли моя истинная пара, и сдержаться просто невозможно.

Но я промолчал.

В препоганейшем настроении я покинул дворец и ввалился в свои покои. Спать осталось так мало, что я не стал тратить время впустую, уснув сном мертвеца. Проснувшись, точно от толчка, сел на кровати и, не сразу осознал сколько уже времени. Оказалось, до подъема еще час, и спал я всего-ничего, но одна мысль не давала покоя. Перфекта! Нужно выяснить связана ли она с бьосами до завтрашнего испытания. Прямо сейчас. Если задавать правильные вопросы при правильном подходе, она себя выдаст, не сумеет сдержаться. Я вспомнил ревнивые взгляды, что Перта кидала на меня во время танцев. Как не пыталась она скрывать свои эмоции, она всего лишь юная девушка, пусть и искушенная в интригах. Вывести ее на чистую воду не составит труда.

Наскоро умывшись, я перенесся прямо в покои Перты и трижды стукнул по косяку спальни. Тотчас раздалась мелодия оповещателя, похожая на пение. От недосыпа я не сразу понял, почему, вообще, ее слышно, ведь я уже и так внутри…

Утро выдалось похмельным, и дело было вовсе не в выпитом игристом вине — я едва прикоснулась к бокалу. Слишком много вчера всего произошло. После такого как-то не выходит бодро вскочить с кровати и, радостно скалясь в пространство, сделать зарядку. Послав хмурый взгляд, занимающемуся в окне одинаково-солнечному дню, я недовольно пошаркала в ванную, зевая и нервно почесываясь. Бр! Как так выходит? Днем солнечно, ни тучи, а ночью ни звездочки на небе не видно?

Морф не отозвался, но я не слишком волновалась, ведь друг практически поселился в Драконьей башне под боком у жреца. Медленно погрузившись в горячую пенную воду, я наконец справилась с утренней дрожью. Как же спать хочется. Изверги! Прикрыв глаза, я вдыхала легкий цитрусовый аромат мыла — должно взбодрить, или придется прибегнуть к магии, когда придет Карли. Случившееся вчера не давало покоя, я переживала за Орану и ее могучего учителя. Вот кто точно всю ночь не спал. Полагаю, Дрейку не легче, раз он вчера даже не попрощался, а ведь я была уверена, что этой ночью мы уже не расстанемся… Интересно, что ему теперь грозит? Выговор? Нужно спросить у Фло, она наверняка неплохо знает местное право.

Пробкой я выскочила из ванной, на ходу стирая полотенцем пену. Мы же договорились встретиться в саду за полчаса до завтрака! В этот момент раздался сигнал оповещателя, и я впустила Карли.

— Как хорошо, что ты пришла пораньше! Помоги мне одеться. Что-нибудь легкое, кажется, сегодня будет жарко.

Я немного опоздала на условленное место, и Миттренат уже была там.

— Фло, удалось?

— И да, и нет, — дева ночи выглядела растерянной.

— Она надела его?

Мы условились не называть лишний раз имен.

— Да. Я танцевала в ее сне, только вот не уверена, что нам будет, что предъявить в качестве доказательств и… Хельга, я видела Дрейка.

Я сглотнула, чувствуя, дурной холодок в животе.

— Это всего лишь сон.

— Не совсем. Я проникаю глубже. Туда, где образы из реальности еще не облечены в обертку фантазии.

— Что ты видела Фло? Постарайся не упустить детали, это может оказаться важным.

Я приготовилась стерпеть любые гадости.

— Расскажу, как есть. Но не все, что я видела, сумела понять. Я шла по важным для нее вехам. По точкам, с наибольшим эмоциональным накалом. Первая: черный куб на каком-то заваленном бумагами столе и изображение незнакомого мне существа без четкой формы

Она описала морфа и куб-ловушку. Теперь я уверена, что тогда в кабинете была именно Перфекта, остается убедить жреца-хранителя в том, что пора познакомить Дрейка и морфика.

— Мускулистый демон и фиолетовый шар, летящий в него. — продолжала Флориана. — Знаешь, мне показалось, что она его и побаивается, и одновременно питает интерес, но какого рода не пойму.

— Испытание!

Мы уставились друг на дружку.

— Я видела запись, но уверена, что она его не убила.

— Никто не придал этому большого значения, ведь зрители уже знали, что все это лишь иллюзия. Наоборот, репортеры во все глотки воспевали хладнокровие и храбрость дочки советника.

— Да, это лишь подняло ее в рейтинге. Маловато фактов для того, чтобы это могло что-то дать нам против нее, — засомневалась дева ночи.

— Согласна. Нужно что-то совсем убойное. Про наемников что-нибудь видела?

— Нет. Но из убойного — стилет. Левантер передала его кому-то, я видела только руки с короткими ногтями, это была девушка.

— Флориана! Эстринда Ла… — я напряглась, вспоминая имя. — Ландерброк!

— Стеллар великий! Ее же убили бьосы!

— Нет, Фло. Она убила сама себя тем самым стилетом, о котором ты говоришь, но она нем не осталось никаких следов, кроме ее собственных. Даже магических.

— Откуда ты все это знаешь?

На меня с недоверием уставились поразительные, меняющие цвет глаза. Сейчас темно-фиолетовые.

— Это я обнаружила труп, Фло. Эстринда лежала в центре магического круга с этим стилетом в сердце. Я пыталась помочь, но появился демон из Бьосангрифа. Дрейк тогда меня спас.

На всякий случай я не стала упоминать Орану, и так слишком много рассказала, о чем было нельзя.

— Но как ты сумела перейти в ее галерею, она ведь в другом измерении.

— Этого я и сама не знаю, просто поспешила на крик и очутилась там.

— Кто ты такая? Откуда ты? Ты ведь не простая знахарка, так?

— Это не только моя тайна, Фло. Прости. Когда я смогу это рассказать, обязательно так и сделаю.

— Хорошо. Поэтому на тебя охотятся бьосы?

Вопрос был задан в точку, да и отрицать это бессмысленно. Во время полета со мной не было морфа, чтобы списать их интерес на его счет. Значит им нужна я.

— Подозреваю, да. Дрейк тоже так считает.

— Тогда тебе следует быть осторожнее, — дева ночи отвела глаза.

— Ты все мне рассказала? Может есть что-то еще?

— Я… — отчего-то она медлила.

— Я видела Дрейка. В цепях у стены, и в покоях у Перфекты, — она с жалостью взглянула на меня.

Ну и что! Я тоже видела его в цепях и в собственных покоях. Подумаешь! Заглушить желчный фонтан ревности мне удалось с трудом.

— Надо рассказать ему обо всем, что ты видела прямо сейчас.

— Тогда нужно спешить, а то опоздаем на завтрак. Деора Агенси снизит нам баллы, — усмехнулась Миттернат.

— Они еще кого-то интересуют?

— Как сказать, — вздохнула дева ночи.

— Прости, я не подумала. Кстати, как прошел вчерашний вечер?

— О! — Флориана порозовела, в том числе и ее радужки. — Мы много говорили с Лайонелом. Устроили вечер воспоминаний. Я сумела сказать о том, о чем не решилась много лет назад.

— Мы поцеловались.

Улыбнувшись, тут же вспомнила, чем закончился поцелуй для Ораны и Тиля.

— Фло, что грозит драону Тилю Дертану.

— Если все, как говорят, то смертная казнь.

Я даже воздухом поперхнулась.

— Смертная казнь?! За простой поцелуй? Дикость какая-то!

— Нет, Хельга. Такой поступок приравнивается к предательству. Это крайнее неуважение к правящем роду. О подобном нельзя и помыслить до окончания отбора. Но… — она задумалась, и радужки стремительно сменили цвет на синий. — Тиль Дертан здесь родился и вырос, он не мог не понимать, к чему это приведет. Очень странно. Просто невероятно. Как он мог так поступить? Ведь уже сегодня вечером он смог бы сделать Оране предложение. К чему такая спешка, ведь он уже не зеленый юнец?

— И правда как-то глупо. Орана вчера была не в себе. Я еще не видела ее такой растерянной. Она ведь сразу ему сказала, что отбор не закончился.

— Хорошо, что сказала. Но… Она приняла Т’халл. Может, радость по этому поводу затмила Дертану мозги? — Миттернат вздохнула. — Это тоже было неосторожно, но все же нет прямого заперта на то, чтобы заранее договариваться с невестой о помолвке. Почему бы и не таким способом?

— Ты сейчас о чем? — уточнила я, не совсем понимая.

— Он поцеловал ее ладони — это и есть Т’халл. Она не должна была этого позволить, если не согласна.

— Она могла и не знать ваших старинных обычаев.

— Это не мои проблемы, сказал бы любой из мужчин Флигенерде в подобной ситуации, — усмехнулась Флориана.

— Категорично.

Вдруг я вспомнила, как тогда в домике на острове Дрейк взял мои руки в свои и долго разглядывал ладошки, а затем просто прислонился к ним лбом. Интересно, а это тоже что-то означает? Спрашивать было некогда, так мы подошли к двери кабинета драона Абданкена.

Сколько мы не стучались никто нам не открыл. Не было его и в спальне. Удрученные мы поспешили обратно. В холле уже собрались остальные невесты во главе с императорской свахой. Спускаясь, я присматривалась к их лицам. Не выглядит ли Дефекта так, будто провела ночь с… мужчиной. Но нет. Левантер, как всегда была безупречна в очередном бессменно белом платье и, скучая, пялилась куда-то в сторону. Пожалуй, самое необычное что здесь случилось — так это Дайана Фротт в длинной юбке до середины колена. Увидев меня, она как обычно шевельнула уголками губ, словно пыталась побороть презрительную мину. Вот что я такого ей сделала? Орана выглядела бледной, но держалась невозмутимо.

— Доброе утро, деора Агенси, доброе утро диали! — поздоровались мы едва ли не хором.

Прозвучал нестройный ответ.

— Диали, раз все вы тут, сообщаю, сегодня мы завтракаем во дворце. Простите, что не предупредила, но вижу вы все одеты подобающим образом, а, значит, я могу вами гордиться, — она сдержанно улыбнулась.

— Как ты? — шепотом спросила я у орчихи.

— Ему грозит смертная казнь.

Одно время я старалась узнать, что за цвет такой — цвет бедра испуганной нимфы. Теперь я знаю, как выглядит цвет щек паникующей орчихи…

— Это все из-за меня. Я уйду вслед за ним, и заберу столько жизней, сколько смогу.

— Не пугай меня так. Уверена, что-то да можно сделать. Может, штраф или ссылка? Я поговорю с Дрейком, когда его найду.

Тем временем мы пересекли холл и подошли к арке, что вела во дворец. Перфекта шагнула в нее первой, за ней суккуба, Миттернат, Орана и я. За мной шла деора Агенси, поэтому я расслышала как благочестивая деора выдает себе под нос черное ругательство, как подтверждение того, что плохи наши дела…

— Где мы? Это очередное испытание?

Мой вопрос остался без ответа, а голос точно увяз в раскаленном до предела воздухе, заставив пожалеть о слишком легком утреннем платье. Я сказала — будет жарко? Тут пекло! Красный песок вперемешку с каменным крошевом точно сковорода жарил ступни через подошву тряпочных туфелек, голова закипала. Еще минута-другая, и кожа на руках и плечах пойдет волдырями, а прикрыться нечем. И это притом, что не видно не солнца, ни неба. Лишь багряное марево висит в воздухе, низкие тучи сверху, да барханы снизу тянутся во все стороны до самого горизонта.

Опомнившись после первого шока, все девушки воспроизвели несложный жест, и над ними замерцала пленка, тут же впитавшись в кожу.

Деора Агенси охнув, села на песок.

— Вам плохо?

— С-сердце, — натужно произнесла она.

— Если я просто подпитаю, станет легче?

— Не трать энергию, деточка… Я с-сама.

— Кто знает, что происходит? Где мы?

Я снова по очереди осмотрела невест в ожидании объяснений. Суккуб так и застыла с выражением удивления и обиды на лице. Орана, кажется, не слишком придала значения случившемуся, погруженное в собственные переживания. А, может, климат ее родного мира не слишком отличался от этого места? Одна Левантер выглядела спокойной. Миттернат казалась напуганной не меньше свахи, но подскочила к нам, поддерживая старушку за плечи.

— Мы под островами, Хельга. Но я не понимаю, как это могло получиться? Как мы сюда попали?!

Я зашипела от боли, и Флориана трясущимися пальцами повторила жест, в тот же миг меня окутала прохлада, а боль исчезла, а я снова почувствовала себя профаном. Не знаю простейших бытовых и защитных заклинаний.

— Спасибо.

Свахе на глазах легчало, и она даже сумела подняться на ноги с нашей помощью.

— Деора Агенси, вы объясните, что произошло? Мы же собирались на завтрак во дворец.

— Кто-то перенастроил арку, но…

Повисло тягостное молчание.

— Мало перенастроить арку, направить ее сюда требует колоссальных затрат энергии. Это приговор для Флигенерде! — Флориана воззрилась на сваху широко распахнутыми глазами.

Та обреченно опустив веки, тяжело вздохнула.

— Под острова можно попасть разными способами, зачем было использовать такой… дорогой?

— А выбраться?

Этот вопрос интересовал меня гораздо больше.

— Перфекта, ты можешь создать портал?

Блондинка снисходительно фыркнула, правда не понятно, потому что я задала глупый вопрос и она, конечно же может это сделать. Или, наоборот, не может? Наконец, она соизволила ответить.

— Только на драконе, Хельга, при условии, что сумеешь до него докричаться, — она снова усмехнулась.

Казалось, ее-то происходящее совершенно не тревожит. Я, наконец, поймала мысль, что назойливо вертелась в голове.

— А разве кто-то, кроме инсальера способен перенастроить портал? — высказала ее вслух.

Улыбка Перфекты стала шире:

— Ты совершенно права.

Она повернулась и пошла прочь, мы недоуменно переглянулись с Миттернат и Ораной. Отступив на десяток шагов, блондинка подняла голову к тяжелым тучам и заорала, что есть мочи:

— Дрейк Рейгель!

Тонкая изящная кисть взметнулась вверх, в то время как свободный рукав упал к плечу, обнажая локоть.

Секунды увесисто падали под ноги и терялись в песке, я уже было подумала, что у Дефекты крыша поехала, как вдруг среди тяжелой серости возникла какая-то тень. Пропала, а через мгновение совсем рядом материализовался огромный дракон. От взмаха его крыльев при приземлении, мы все повалились в раскаленный песок, хорошо, сбитые воздушной волной. Хорошо, что защита работает, не то не избежать ожогов. Я тут же поднялась на ноги, то и дело оступаясь, и, не веря, уставилась на знакомого мне дракона, покрытого бронированной чешуей цвета черненой стали. Отдаленно он напоминал Дымка, но был больше, мощнее.

Единение. Я уже видела его дважды, но так близко впервые.

Перфекта поманила его жестом, и дракон тотчас потянулся к ней.

Левантер погладила то самое чувствительное местечко промеж ноздрей. И душу обожгло ревностью. Если замурчит, не выдержу и придушу обоих! К счастью для всех, особенно для меня, Дрейк не издал ни звука, кроме шумного дыхания. Мне не нужно было никаких объяснений. Вот о каких узах говорил Дрейк. Ритуал не сработал. Уверена, это на его заставила! От обжигающего воздуха на глаза набежали слезы. Кому я вру? Защита все еще работает, я не чувствую жара, а реву из-за накатившего разочарования и безысходности. Я зло до боли прикусила губу, почувствовав солоноватый привкус.

Все еще бледная Дайана решительно направилась было к блондинке.

— Что ты задумала, эй?

Вышло не столь эффектно, как планировалось. Из-за зыбкой почвы походка получалась шаткой.

— Избавляюсь от соперницы, разве не видишь? — ответила ей Левантер, и поправилась: — От всех соперниц разом. И, заодно, от древней карги, которая достала всех своей моралью. Эй, Агенси, старая шлюха, ты пережила все допустимые нормы. Хватит.

Она расхохоталась точно безумица, а дракон, оскалившись, махнул крыльями, вынуждая нас отойти подальше.

— Одумайся! Ты еще пожалеешь об этом! — продолжала не то уговаривать, не то угрожать суккуб.

— Закрой свой поганый рот, Фротт! Больше ты никого не смутишь своими песенками!

Новая порция хохота, сделала Дефекту похожей на наркоманку. Раздался сухой треск — это Орана попыталась призвать молнию, но ничего не вышло. Смех резко оборвался:

— Не тратьте энергию попусту, она вам еще пригодиться, чтобы продлить агонию.

Фыркнув напоследок, Перфекта резко двинула рукой. Повинуясь жесту, из-под ее ног в воздух взлетели несколько камешков и устремились за ближайший бархан. Оттуда сразу послышались подозрительные шорохи и какой-то скрежет или треск, но их заглушил мощный хлопок, опять ударило воздушной волной — дракон взлетел.

— Падла ленивая! — заорала я, в очередной раз поднимаясь с земли и отчего-то негодуя, что она кидалась не руками.

Выплескивая всю ярость и боль, я запустила им вслед другим камнем и безо всякой магии. Хороший вышел бросок, как никогда и, что характерно, даже попала. Правда, импровизированный снаряд отскочил от драконьей ляжки, не причинив никому никакого вреда.

— Надо было в голову, — равнодушно откомментировала мое ребячество Орана.

Я согласно кивнула и тут же осознала, что подозрительный звук стал намного громче, мы все уставились на край бархана, а в следующий миг оттуда выплеснулось целое море тварей, весьма напоминающих скорпионов. Я не сдержала матерного выражения. Это место, вообще, весьма располагает к брани.

Не растерялась деора Агенси.

— Диали, — в ее руках материализовалась волшебная палочка, — поделитесь-ка энергией.

Фло первой положила ей на плечо руку и обернулась ко мне, я стиснула ее протянутую ладонь, другую сжала орчиха. Поколебавшись, суккуб присоединилась к нам.

— Сюда бы сейчас, Гюльнефли. Как думаешь, справилась бы? — вспомнила я способности девы бабочки, наблюдая как полчища отвратительных паукообразных штурмуют мерцающую пленку защитного купола, грозя погрести нас под своими телами.

Губы свахи беззвучно шевелились, точно она читала молитву, навершие палочки сияло — почти фея крестная, только без крылышек.

— Дайана, ты можешь что-нибудь сделать? — спросила Фло у суккуба.

— Нет! Мое пение здесь бесполезно! — казалось, девушка очень злиться, так резко прозвучал ее ответ.

— Не так я хотела умереть… — орчиха нахмурилась. — Деора Агенси, их можно убить без магии?

— Конечно! Только противные больно…

Сваха еще недоговорила, когда Орана вложила в мою руку ладонь суккубы и вышла за пределы купола. Никто не закричал «Нет!» только в груди все сжалось, но донесшийся боевой клич и рык оповестили нас о том, что принцесса жива и даже взбодрилась, судя по всему. Не дело и нам предаваться унынию, нужно срочно искать осюда выход.

— Деора Агенси, что имела ввиду Левантер, когда сказала дракона нужно дозваться?

— Для этого надо быть истинным рейтаром, Хельга. Или иметь иную связь, столь же крепкую… — рука с палочкой дрогнула.

Столь же крепкую, да?

Я закрыла глаза, вспомнив последний полет. Нет сомнений тогда я видела глазами Стеллы, а еще у нас была общая память — до сих пор, если сосредоточиться как следует, я могу припомнить скорлупу и все-то, чем поделилась она со мной, в тот день, когда поверила в мои обещания.

«Стелла, ты мне очень нужна!»

Мешала рука Дайаны, отвлекала рука Фло. Казалось, то, что я задумала, чересчур сокровенное. Настолько, что лишнее касание ощущается точно вмешательство в личную жизнь.

— Простите…

Чувствуя себя безумной, я в свою очередь вложила руку Фротт в ладонь девы ночи, и, зажмурившись, рванула прочь. Кажется, мне сказочно повезло, что наложенная Миттернат защита уберегла и от ядовитых жал тоже. Отбежав на десяток метров в сторону, я с удивлением обнаружила, что все скорпионы атакуют купол, и редко который обращает на Орану и меня внимание. Орчиха, набрав пригоршню камней покрупнее, с расстроенным видом методично плющила мерзких тварей.

— Они реагируют на магию, — пояснила она. — Только что дошло.

— Надо рассказать остальным!

Купол уменьшился, когда Фло и Дайана присоединились к нам. Редкие скорпионы проявляли интерес, продолжая атаковать сваху.

— Зачем вы вышли, глупые! — сердилась та. — Они вас не трогают, только потому что здесь источник посильней, но стоит мне погасить купол, как нападут на всех нас.

— Вы сможете продержаться еще немного? — спросила я.

— Да, но что это даст?

— Я кое-что попробую. Орана, пусть мне никто не мешает.

Я выбрала участок поровней, убедившись, что поблизости нет никаких членистоногих, и уселась в позу лотоса. Снова закрыла глаза, пытаясь вернуть то самое состояние.

«Стелла! Стелла, прости. Я не смогу выполнить свое обещание. Мне очень больно от мысли, что тебе снова придется пройти через потерю рейтара… Я тебя подвела…»

От резкой вспышки боли в груди, я вскрикнула, а следом пришел ее голос. Такой, каким я его обычно слышу, находясь рядом: «Хельга, где ты? Я чувствую неладное, но не могу тебя отыскать!»

«Я под островами»

Ответа не последовало, но наитие заставило меня встать на ноги и поднять вверх руку. Краем глаза я отметила, что наше положение ухудшилось. Миттернат снова подпитывает Агенси, а Орана и Фротт бегают вокруг, пытаясь перебить скорпионов. Но хуже то, что из-за бархана медленно появляются новые — с добрую лошадь размером каждый. Таких камешком не перешибешь, нет здесь таких камешков. Вдобавок кожу снова зажгло, пока еще слабо. Похоже, защита спадает…

Вдохнув поглубже, я вытянулась в струнку и заорала насколько хватило горла:

Все вокруг смазалось, от хлынувших из глаз слез, я вдруг осознала, что это последняя надежда на спасение.

Я потеряла Дрейка, все мои мечты об учебе и карьере лекаря пошли скорпионам под хвост. А вскоре потеряю и жизнь, если ничего не получится… Крепко зажмурившись и стиснув кулаки, я представляла как с небес спускается моя драконица. В груди потеплело, показалось будто к солнечному сплетению привязана нить, по которой приходит радость и покой. Глюки? Лицо обдало порывом горячего ветра, раздались удивленные возгласы, и я рискнула посмотреть.

— Ты здесь!

Я обняла изящную гибкую шею, совершенно не стесняясь собственных слез.

«Я нашла тебя! Я нашла!»

Стелла вдруг вырвалась из моих рук, и взлетев, испустила рычание, а затем выдохнула синее пламя, спалив большую часть скорпионов разом.

Здоровенных это не испугало, они медленно и осторожно приближались, точно обладали разумом. Вдруг один сделал стремительный рывок. Если бы не дракон, несдобровать бы Оране. Лишившись пары тонких ног, тварь, однако, выжила и теперь угрожающе клацала клешнями, на ядовитом жале поблескивала алая капля. Что-то подсказывало — от этих никакой купол не спасет. Поняла это и деора Агенси.

— Чего замерил, быстро наверх. Хельга! — она приложила руки к груди, в ее подслеповато глядящих глазах блестела влага. — Храни тебя Стеллар, Хельга! Всех вас.

Стелла выпустила еще несколько столбов пламени, пока мы думали, как будем рассаживаться.

— Скольких ты унесешь? — спростила я, понимая, что нас многовато для одной хрупкой драконицы.

— Может слетать дважды?

«Не хватит сил, чтобы пройти облака. Всех, но за раз»

Немного поспорив, мы решили, что Фло и Дайану Стелла понесет в лапах, а мы с Орчихой сядем на спину и прихватим деору Агенси. Та, к слову, не участвовала в обсуждении, а что-то вытворяла, размахивая свой фейской палочкой и умудряясь придержать скорпионов на расстоянии.

— Деора Агенси, сюда! Быстрей! — закричала я, но взбодрившаяся старушка лишь отмахнулась.

— Вернетесь, когда сможете. А нет, я и правда успела пожить. Буду учить местных этикету! — усмехнувшись, выкрикнула она и махнула рукой: — Храни вас Стеллар!

И вдруг растворилась в воздухе, а с десяток скорпионов взорвались, разлетаясь ошметками.

— Ого! — уважительно протянула принцесса Орана.

— Она использует последний резерв, — с грустью отозвалась Флориана. — Вряд ли нам будет за кем возвращаться, если выживем…

Все замолчали. Стелла, тяжело оттолкнувшись задними лапами раз-другой, подпрыгнула и замахала крыльями. Выходило плохо.

— Ты сможешь поднять такой вес?

— Стелла, уверена?

«Да! Я стала намного сильней. Подпитай, пожалуйста».

Она направилась к краю бархана, точнее побежала на задних лапах, то и дело взмахивая для равновесия крыльями. Чувствовалось, как ей тяжело. Край. Взгляд вниз, и у меня аж все зачесалось — далеко под ногами раскинулась долина, где ковром бурлили какие-то твари. Кое где торчали скорпионьи жала. Не приведи господь туда свалиться. Я опустила веки, крепче ухватившись за гребень, и принялась делиться энергией.

Вырвавшись из бесконечного серого марева, которое мешало дышать и затягивало в липкие объятия, мы взмыли над островами. Солнце приближалось к зениту, а неподалеку виднелись те самые скальные острова, мне печально знакомые. Это же сколько нам отсюда лететь? В прошлый раз мы добирались ко дворцу через портал.

— Хельга, садись! — крикнула мне Миттернат.

Стелла направилась к ближайшему острову и, грузно приземлившись, поставила девушек на землю.

— Пить! — высказала всеобщее желание Орана, и мы бросились искать ручей.

Вода щедро делилась влагой и восстанавливала наши силы. Отдыхая, решали, что будем дальше делать.

— В Оплот возвращаться нельзя, — разумно предположила Дайана. — Перфекта могла оставить там ловушку.

— Как она сумеет все обыграть, понятно ведь, что что-то не так?

— Ей не придется этого делать, Дрейку Рейгелю подвластны две третьих рейтаров. Это девять звеньев. Ему достаточно приказать…

— Переворот? — я недоверчиво посмотрела на нее.

Флориана только пожала плечами.

— Не все довольны тем, что он стал Изгнанником, большая часть поддержит его в борьбе за власть и в любом случае это приведет к кровопролитию.

— Так наша Перфи жаждет стать владычицей мира и выйти замуж за наследника, и неважно, за какого из них?

Помянув Дефекту недобрым словом, я поднялась:

— Надо лететь во дворец. Возможно, удастся, предотвратить беду. Стелла?

Флориана отошла в сторону и подняла руку вверх:

Из сгустившегося прямо в воздухе синего пятна выпорхнула сова, принеся с собой отголосок ночного сумрака и прохлады.

— Дайана, ты полетишь со мной, — Миттернат виновато улыбнулась. — Простите, смогу взять только самую легкую.

— Мы справимся, — ответила я, уверившись в транспортных способностях Стеллы.

И все же мы немного отстали, договорившись соблюдать осторожность и в случае, если обнаружим опасность, встретиться на одном из крайних островов дворцового инсаля. Еще на подлете стало ясно — происходит что-то ужасное. В небе над Драконей башней и вокруг кипело сражение. То и дело сверкали огненные вспышки — оранжевые, белые, синие. Красиво, если бы не так ужасно! Время от времени чья-то фигурка срывалась и падала вниз. Иногда отдельно, иногда вместе с погибшим драконом. Среди сражающихся хватало и других существ, дать название, которым я не в силах. Страшная догадка пробежала по спине холодком, осев металлическим привкусом на языке.

Бледная Флориана кивнула.

— Посмотри туда, — она указала пальцем на запад, но я уже и сама заметила разрастающееся чернильное пятно, и еще одно. И еще… Порталы из бьосангрифа ничем не напоминали «окна» Флигенерде, и из каждого сыпались демонические твари одна другой страшнее. Налетели рейтары, загасив проходы драконьим пламенем и принялись за пришельцев.

— Они засылают мелочь, Р’рах Атмин больше не справляется, — с тревогой в голосе пояснила дева ночи.

Те, что слева, погасли. Новое начало расплываться справа от башни, отблескивая фиолетовыми завихрениями. Оно становилось все больше и больше. К нему, сверкая броней в лучах закатного солнца, метнулся золотой дракон. Вылетев откуда-то снизу, ему наперерез бросился стальной, в котором я без труда опознала Дрейка.

— Не нравится мне это…

— Это конец! — прошептала Миттернат и, уронив голову в ладони, горько заплакала.

— Они что, сражаются?!

— Похоже на то, — кивнула орчиха, стиснув на миг мое плечо.

Во рту разом пересохло, ведь золотой дракон — Лайонел пытался уничтожить портал, а Дрейк ему не давал. Сглотнула, чувствуя в ногах слабость. Хотелось согнуться пополам от знакомой боли, что заворочалась у солнечного сплетения. Выпрямившись насильно задышала глубже. Нет! Что ему моя маленькая молния? Она не причинила вреда, даже когда он был человеком, а теперь и подавно. Только привлечем к себе внимание.

— Мы можем как-то помочь? — я тронула Миттернат за плечо.

Дева ночи подняла голову, в ее потемневших до черноты глазах больше не было слез, одно лишь отчаянное желание сделать все возможное.

— Не знаю. Если только подпитать артефакт… Видишь, нигде не видно императорской четы. Годрик и Марибэль у Р’рах Атмин без сомнений, но слишком много чуждой энергии, и все меньше нашей… Хельга, мы теряем наш мир! Флигенерде, — она сделала паузу, прежде чем произнести шепотом страшное, — конец…

Слушая ее, я наблюдала, как могучий демон без лица, но с обнаженным торсом, длинными рогами и посохом в руках размеренно машет крыльями. Его рука резко выстрелила вперед, и с навершия посоха сорвался сгусток тьмы, разросся в мутное облако и снес сразу трех рейтаров вместе с драконами. Те срезанными колосьями полетели вниз, а демон уже разворачивался в другую сторону.

— Господи, а это еще кто?

— Вликий Стеллар! Пустотник…

Ничго про них не знаю, но звучит жутко. Я с тоской вспомнила Землю. Как же там хорошо, никакой нечисти… Но тут же подумала, что такими темпами и землян ждет что-то подобное, если не решить проблему сейчас. Вот только что я могу сделать?

— Чего мы ждем? — неожиданно подала голос Дайана Фротт. — Нужно спешить туда!

— Зачем? — с подозрением уточнила Орана.

— Чтобы умереть красиво! — хищно усмехнулась суккуб.

Орчиха ответила ей клыкастой улыбкой.

— Давайте на пристань, — предложила орчиха. — Из холла как раз попадем в Драконью башню. Надеюсь, арки еще работают. — Доберемся до артефакта, в наших защитных кулонах приличный запас энергии, главное ее сберечь.

— А… А я развоплощу Силену… — Фло осеклась, не в силах договорить и уставилась на свою сову. — В ней… тоже накоплено много, — она дрожащей ладонью погладила синие перья.

Стоп! Дрейк собирался использовать морфа, чтобы подпитать артефакт и был уверен, что этого хватит. Может, время пришло? Клякса поймет, он добрый и сделает все, чтобы спасти свой мир, но отчего же так горько и тяжело на душе от такого решения? Мысль, о том, что, он и сам уже попытался, да не вышло, погнала прочь поганой метлой.

— Ындыкар! — прорычала принцесса орков, заставив меня вздрогнуть.

Честно говоря, я сомневалась, что виверна услышит, но вдруг рядом с нами открылась арка, откуда, недовольно шипя, появилась склочная зверюга. Орана показала ей кулак и недовольно поморщилась.

— Без седла.

— Как ты это сделала?

— Артефакт прикупила. Удобно, но есть ограничение по расстоянию.

Обнявшись на прощание, мы приготовились к полету. И это был самый сумасшедший поступок в моей жизни. Один в целой череде, с тех пор как я поставила ту злосчастную подпись…

До пристани было относительно недалеко, но на всем пространстве кипели бои. Мельтешили драконы, пыхая огнем. Ревели демоны, размахивая смертоубийственными штуками. Летали молнии и прочие прелести, на класификацию которых у меня не хватало знаний. Я не отличала своих и чужих. Как акцент этого светопреставления продолжали сражение два гигантских дракона у медленно разворачивающегося бьосангрифского портала. Дрейк побеждал, но я не могу этому радоваться, ведь он определенно на другой стороне. К тому же ему помогали бьосы, тучи какой-то мелочи мешали Лайонелу, время от времени проносился выстрел пустотника, хорошо, что это случалось редко. Первых золотой сжигал, от вторых успевал увернуться. Сердце тоскливо сжималось, неужели Дрейк предатель? Я старательно не желала об этом думать. Не сейчас.

«Не бойся, я справлюсь. — ободрила меня Стелла, почувствовав страх и смятение. — Я вернула способность сражаться, а уж быстрей меня здесь нет ни одного дракона».

— Спасибо, родная. Мне бы еще твою уверенность…

«Держись покрепче и… лучше, закрой глаза»

Драконица развернула крылья и, подняв голову, испустила неожиданно мелодичный звук, а затем подпрыгнула, и самоубийственный полет начался.

В ушах свистел ветер, его тугие струи леденили кожу и старались сорвать мое бренное тело со спины дракона, заставляли трепетать подол платья точно флаг. Полет без седла и обмундирования — то еще удовольствие. Стоило нам приблизиться, и бьосы нас заметили. В основном мелочь, видать не расценили как серьезную угрозу. Стелла легко уворачивалась или пыхала ярким голубым огоньком, не оставляя от демонов и пепла. Мне не надо было задавать вопросов — я уже знала, что только сегодня она восстановила эту способность.

Портал бьосов вблизи оказался просто огромным, в такой можно целую хрущевку протащить! В него со свистом уходил воздух, нарушая полет всех драконов. Ящерам приходилось затрачивать усилия, чтобы удерживать курс. Стало страшно настолько, что я последовала совету дракоши и крепко зажмурилась. Зря.

Точнее не зря, только вот страх перерос теперь в ужас. Я была настолько сосредоточена, что увидела невидимое — красный ошейник-змея обвивал горло стального дракона, а откуда-то снизу к нему тянулось множество нитей. От него самого по одной — к рейтарам, тем, что бились на стороне врага. Целая сеть! Кто-то ими управлял, они действовали не по собственной воле. Не скажу, что от новоприобретенного знания мне стало легче. Если этот кто-то настолько могущественен, что же с ним делать?

Не этот… Эта!

Конечно же, Перфекта Левантер во главе всего действа. Как же я ее ненавижу! Арр! Наплевав, на первоначальный план, я крикнула:

— Стелла, вниз!

Заметив наш маневр, выписала петлю и Миттернат, чудом разминувшись с каким-то рейтаром. За ней едва поспевала Ындыкар с воинственной орчихой на борту. Орана где-то успела раздобыть хлыст и, метко им щелкая, разила мелких бьосов, имевших неосторожность оказаться поблизости.

Основное сражение шло в воздухе, но и на пристани хватало демонов и трупов. А еще тут была Перфекта Левантер. Стояла под защитой прозрачного купола — вроде того, что создала деора Агенси, ее глаза полыхали белым, а сотни тонких красных нитей, ведущие высоко вверх, казались до предела натянутыми. На нас она не обратила никакого внимания.

— Вы это видите?

— Что именно? — поинтересовалась суккуб.

Девочки покачали головами. Понятно. Невидимое вижу только я.

— Пефекта управляет Дрейком и верными ему рейтарами, нужно их освободить, пока не поздно.

Несколько отвратного вида бьосов, вроде того двуглавого пса, бросили рвать свою добычу и потрусили в нашу сторону.

— Осторожно! Падальщики! — взвизгнула Дайана Фротт и затряслась.

Обхватив себя руками, она опустилась на пол. Судя по ее странным подвываниям, самообладание окончательно покинуло суккуба, а ее призыв «красиво умереть», был нелепой бравадой. Мы и сами, не считая принцессы, были недалеки от того же состояния. Слишком много испытаний для одного дня. Не задался отбор для наследника.

Принцесса-воин нехорошо осклабилась и выдернула топор из спины ближайшего мертвеца. Осмотрев его, недовольно поморщилась и с размаху запустила в дочку советника. Оружие, отскочив от щита, со звоном ударилось о каменный плиты.

— Думайте, как снять защиту. Я прикрою! — бросила она через плечо и скользящей походкой, набирая скорость двинулась навстречу собаковидным тварям, что уже приметили нас.

Эти были намного меньше, чем та, что гналась за мной в Оплоте. Увернувшись от грязных клыков, Орана голыми руками ухватила обоих за нижние челюсти. Упершись коленом по центру, зарычала и дернула в разные стороны. Раздался булькающий взвизг, и тварь, пошатываясь отсупила, пятная белые плиты зловонной кровью. Все. Не жилец. Второму недопсу она зарядила с вертушки, именно так я идентифицировала этот прием. Нагнувшись, она подобрала кривую саблю с широким лезвием, в другой руке заискрилась, зарождающаяся молния.

— Я… Я не знаю.

— Блин! Придется ее уговаривать прекратить непотребство?

Флориана кивнула.

— Я, вообще-то, шучу!

Кажется, у меня тоже сейчас начнется истерика.

— Возможно, нам так удастся ее отвлечь и сбить концентрацию. Дрейк Рейгель очень сильный. Уверена, он тоже борется.

Я посмотрела в небо, куда боялась поднять взгляд. С кем Дрейк боролся, так это был Лайонел, да верные короне Флигенердцы.

— Я пока справляюсь, но постарайтесь побыстрей, — предупредила Орчиха, пробегая мимо.

К нам приближались новые все новые твари. Но пока орчихе помогала виверна, им удавалась защищать нас.

— О’кей. Значит, будем разговаривать. Эй! Фротт, — окликнула я подвывающего суккуба, едва скрывая раздражение. А казалась-то такой крутой и самоуверенной… — Может, что-нибудь споешь, чтобы настали мир и любовь, как тогда на арене?

Та отрицательно замотала головой и ответила, перемежая слова всхлипами:

— Ничего не получится.

— Я попробую усыпить подчиненных рейтаров, — предложила Флориана. — Так мы выведем их из боя и одновременно сохраним жизнь. Они не ведают, что творят.

Она задрала к небу голову. Радужки ее глаз расширились, затопив тьмой белки, и атакующие Лайонела драконьи наездники мгновенно растеряли боевой порядок. Условно лишившись всадников, обмякших в своих седлах, драконы тотчас вышли из битвы. Одновременно дева ночи кулем упала на пол, а ее сова, испустив тревожный клекот, устремилась к Драконьей башне. Все произошло настолько быстро, что я едва ли успела моргнуть дважды.

Сглотнув вставший в горле комок, вытерла вспотевшие ладони о потрепанное и местами порванное платьице и, сделав несколько шагов к Перфекте, остановилась. Закричала, хватаясь за соломинку:

— Бальтазар! Бальтазар, где же ты?

Демон не явился на зов, как тогда, но в голове сию секунду раздался его вкрадчивый голос.

«Хееельга! — он радостно растягивал гласные. — Я уже думал не вспомнишь старика».

— Где ты, лысый черт, пропадаешь?! Тут такое!

«Фу, грубиянка! — по тону не было похоже, что он обиделся. — У меня небольшие затруднения. Помнишь, те кандалы?»

В душе я обрадовалась. Отчего-то насмешливо-раздраженный голос демонюки меня немного успокоил.

— Вовек не забуду!

«Дрейк под властью Перфекты Левантер. Я пытался его остановить, но он обманом меня заковал. Нужно разрушить узы… Понимаешь, о чем говорю?»

Я только кивнула, но, видимо, он это почувствовал.

— Бальтазар, почему ритуал не сработал?

«Сработал, но не до конца. Но дело не только в ритуале, вмешался Бьосангриф».

— Вижу. Перфекта стоит прямо передо мной и дергает за ниточки. Что делать? Как преодолеть ее защиту?

«С защитой все просто, как с той черной коробочкой. Это ведь ты взяла ее в руки, тем самым освободив морфа. Мы тут на досуге спорили с Дрейком, его ты тоже развоплотила или он умудрился сбежать?»

Я затаила дыхание, но решилась.

— Морф жив. Был до сегодняшнего дня.

Теперь на несколько секунд замолчал Бальтазар, затем рассмеялся:

— Отличная новость! Просто подойди к ней поближе, сосуд, и протяни свои шаловливые руки.

— Нихрена не понятно! — я даже не пыталась быть вежливой. — Эй!

Так я и думала, все такие загадочные, куда, блин, деваться!

Монстрюков вокруг становилось все больше и больше. Прикрывая с неба, над нами носились Стелла. Вокруг сеяла смерть Орана, но долго это не могло продолжаться. Приблизившись к куполу, я уже была зла как дракон, разве что огнем не дышала.

— Левантер, выходи! — гаркнула я. — Выходи, подлый трус!

Мое желание выколупать предательницу из купола и порвать голыми руками на тряпки было почти осязаемым. Я от души ударила по прозрачной стенке ладонями, и та мгновенно втянулась в них, от неожиданности я даже отступила на шаг. Свет в глазах блондинки погас, она, не веря, уставилась на меня. Спросила, севшим от удивления голосом:

— Но, как?!

— У меня тоже полно секретов!

Я ринулась к ней и ухватилась одной рукой за волосы, а другой за красный пучок нитей, что Перфекта сжимала в руках.

— Отдавай бразды правления, тварь! — прошипела сквозь зубы, дергая на каждое слово, и надеясь, что она меня не отоварит каким-нибудь смертельным заклятьем.

Вроде одно амулет отразит и… перенесет в безопасное место. Блин! Это будет полный провал. Я скосила глаза на кулон — тот был серым и, наверняка, пустым… Как же так? Дрейк ведь совсем недавно его заряжал. И тут картинка сложилась.

Сосуд, куб-ловушка для морфа, амулет и теперь этот купол. А еще прорва энергии, которой я делилась со Стеллой и другими драконами, когда это требовалось. Я могу отдавать, но и могу поглощать по собственному желанию и, как оказалось, иногда неосознанно. Этому меня никто не учил!

«Наконец-то дошло! — удовлетворенный голос Бальтазара у меня в голове раздался так неожиданно, что я едва Перфекту не выпустила, а демон продолжал ворчать: — Да не стой же столбом! Действуй! Освободи мужика для начала, он остальное поможет решить. И не сердись на него слишком сильно. Он тебя очень любит, Сокровище».

От последней фразы вдруг пришло осознание того, что для нас с Дрейком не все еще потеряно. Он никого не предавал, а сам оказался жертвой заговора, а как и почему произошло пленение сейчас не столь важно. Главное, сохранить наши жизни. Потом будем выяснять отношения. Преисполнившись энтузиазма, я принялась дергать вдвое сильней, мотая Перфекту точно овчарка тряпку. Откуда только силы взялись? В мои ладони всасывались нити, постепенно освобождая дракона Дрейка от уз. Блондинка, непривычная к такому обращению, верещала резаной свиньей, но отчего-то почти не сопротивлялась, направляя все силы на удержание уз.

— Отпусти его! Немедленно! Повыдираю все лохмы!

Я со всех сил запрокинула ей голову. Удар, похожий на электрический, последовал неожиданно. Отлетев метров на пять, я повалилась на спину. Обдирая плечи, проехалась по плитам, на поверку оказавшимся не такими уж и гладкими. С оханьем поднялась, отметив, что в кровь рассадила локоть, и еле успела прикрыться руками от направленного в мою сторону золотого луча.

— Да сдохни же ты, наконец! — орала Дефекта, не в силах заниматься двумя делами сразу.

Все произошло настолько быстро, что я даже не успела удивиться. Действуя на голых инстинктах, принялась поглощать энергию, и у меня получалось! Ничего не подозревающая блондинка делала меня все сильней и сильней, то и дело косясь в небо. Я тоже посмотрела наверх и нахмурилась. Кажется, Дрейк был дезориентирован. Он едва уклонялся от ударов Лайонела и мотал головой из стороны в сторону, точно пытаясь освободиться.

От этого зрелища отвлек приземлившийся неподалеку демон. Я с удивлением узнала того самого, что явился к Левантер на испытание. Здоровенный, мускулистый, со смазливой рожей, длинными рогами и сложенными за спиной темно-бурыми крыльями. Ну просто классика жанра! Но самое настораживающее было не это, а посох, что бьосангрифец держал в руках. Над острым навершием зарождалась тьма — пустотная магия. Левантер побледнела, враз растеряв свою надменность и стала похожа на юную перепуганную девочку.

— Как ты выжил?

Кажется у кого-то день разочарований, подумалось мне. Сначала я, а теперь еще и этот.

Демон расплылся в улыбке.

— Сладкая, думала, сможешь убить меня детскими игрушками? Я только получил удовольствие от твоего «смертельного удара». Впрочем, не такое, как когда-то с тобой.

Перфекта всхлипнула и задрожала, ухватив себя за горло, на котором вдруг отчетливо проступил ошейник-змея, в голубых глазах промелькнуло отчаяние. По бледности ее лицо спорило с плитами пристани. Она отрицательно замотала белокурой, растрепанной мною головкой. И мне вдруг стало нехорошо.

— Продолжай! — приказал ей демон, плотоядно облизнув клыки. — Я прослежу, чтобы тебе не мешали.

Вихрем налетевшая на него Орана, была тут же отброшена в сторону, но вскочила и, окружив себя клеткой из молний, принялась разить с такой скоростью, что демон несколько опешил. Перфекта вся как-то скрючилась, сдулась, ее плечи сотрясли бесшумные рыдания.

— Как ты могла! Это того стоило? — не выдержав, спросила я.

— Это высший! Он… он заставлял меня делать ужасные вещи. Хотел, чтобы я стала императрицей и родила от него для наследника, чтобы бьосангрифец по праву рождения правил Флигенерде в будущем.

— А ты и рада стараться, да?

Мне все же было ее немного жаль. Самую чуточку. Наверное. По крайней мере я по-человечески пыталась отыскать в душе сочувствие. Не все сильны духом.

— Я стремилась выйти за наследника, чтобы попросить о помощи.

— А никак без этого?

— За связь с бьосом полагается казнь, я не могла никому рассказать раньше, но императрицу хранит Р’рах Атмин! Я стала бы неприкосновенной.

— Какая расчетливая!

— Я попыталась бороться. Видишь, что из этого вышло?

Перфекта поморщилась и, указав наверх, с опаской уставилась на сражающихся демона и орчиху. Бьосангрифец уже полностью владел собой и просто забавлялся с орчихой, точно кот с мышью, а на кончике его посоха потихоньку зрела пустотная магия…

Надо срочно спасать Орану! Может получится его отвлечь, и он промахнется? Я панически осмотрелась в поисках чего-то подходящего. На глаза попались парные мечи, оброненные кем-то. Не уверена, что уроки фехтования тут могут помочь. Плеча коснулись дрожащие, ледяные пальчики.

— Скорее! Помоги мне это снять. Хельга! — Перфекта указала на ошейник.

— Ага, разбежалась!

— Ты не понимаешь, если портал в Бьосангриф откроется, Флигенерде конец! Их легионы ворвутся сюда и в твой мир, между прочим, тоже!

— Из-за тебя, кстати!

— Им нужны, такие как ты — сосуды, до краев наполненные энергией. Москвинии несдобровать, если там полно таких, как ты.

— Как ты догадалась, что я сосуд?!

— Много читаю и умею сопоставлять факты.

Перфекта уже престала плакать и вновь стала сосредоточенной, вот что значит многолетняя муштра, и привычка держать лицо в любой ситуации. Голубые глаза смотрели с горячностью.

— Если снимешь ошейник, высший не сможет меня больше заставить плясать под свою дудку, и я наложу печать на портал.

Она с жаром вокзальной гадалки, вцепилась в мою руку:

— Хельга, пожалуйста! Пока не поздно, позволь и мне сделать хоть что-то хорошее. Я выжгу себя, погибну, но помогу остановить их! Потребуется много энергии. Сейчас ее катастрофически мало, и она перемешана с бьосангрифской, но ты делаешь ее нейтральной просто пропуская через себя — будь со мной рядом. Р’рах Атмин так же работает.

— А что с артефактом? Он еще цел?

— Пока да. Жрец-хранитель и наши правители с ближним кругом будут защищать его до последней капли крови. Если Р’рах Атмин разрушить, драконы разучатся летать, мы перестанем быть магами, а острова со временем обрушатся вниз.

Отчего-то я ей поверила. С опаской коснулась стискивающей хрупкую шею змеи, но легко и просто ее нейтрализовала. Перфекта поднялась на ноги.

— Бежим скорее!

Мы рванули к пристани. Левантер остановилась на самом краю, ее глаза снова вспыхнули белым, и она громко нараспев принялась читать заклинание:

— Ааллэ-хаам-дара-мерит-кон!

Вскинула руки со скрюченными пальцами, словно собиралась кого-то испугать и ветер взметнул наши волосы. Кончики пальцев блондинки заискрились, покрываясь настоящим инеем. Левантер прикусила губу. По подбородку потекла струйка крови, особенно темная на белой как мел коже, делая ее похожей на вампира. В тот же миг посреди чернильного пятна, вращающегося в небе, нарисовался морозный узор. Движение утихло, рост портала замедлился и остановился.

— Теперь, дело за ними, — морщась, будто ей сложно говорить, пояснила она. — просто будь рядом.

Перфекта Левантер оказалась чудовищно сильным магом, но даже она не могла разрушить эту штуковину. К счастью, на помощь пришли драконы, во главе с золотым и стальным. Дрейк и Лайонел успели оценить ситуацию и собраться, даже после всего, что случилось. Дружное ревущее пламя разных цветов обрушилось на пятнающую багровое закатное небо бьосангрифскую «задницу».

— Я помогу, — утирая слезы к нам торопилась суккуб. — Сделаем круг силы! Хельга, подвинься!

Ну наконец-то пришла в себя и даже предлагает толковое. Недовольно на нее покосившись, я шагнула чуть в сторону, уступая место у левого плеча Перфекты и вздрогнула, когда вдруг на пальцах суккуба выросли длиннющие когти, пробив блондинке грудную клетку насквозь. Удивленно охнув, та плюнула кровью и осела, а затем завалилась на бок.

Я бросилась было к ней, желая как-то помочь, но острый коготь уткнулся мне в горло, вынуждая замереть на месте. Как жаль, что не знаю ни одного боевого заклинания, так хочется жахнуть по этой твари, да посильней, чтобы и ботинок не осталось.

— Не шевелись, сосуд и не пытайся звать дракона.

Я покосилась в небо, и обалдела — Стелла билась в сияющей зловещим багрянцем сети, а два совершенно отвратных демона, напоминающие пауков с мужским торсом и кожистыми крыльями, удерживали ее с двух сторон, постепенно стягивая свою ловушку. Я мысленно позвала ее, но бестолку.

— Неожиданно? — тем временем ликовала Фротт. Я не удивлена, тут все заняты только собой, любого обвести вокруг пальца ничего не стоит. А сколько страсти и желаний, так легко подтолкнуть в нужную сторону, внушить мысль и превратить ее в навязчивую идею. И вот уже ты сам стремишься к этому, будто к заветной уели. Даже тебе я однажды смогла навязать свою волю.

— Даже мне?

— Ты не слишком податлива на «уговоры». Это комплимент, если что, — пояснила она словно дурочке.

Дайана мягко отступила и убрала когти, но я все равно с опаской косилась на ее пальцы. Если уж Перфекта не успела ей ничего противопоставить…

— Бедняжке Перфи удалось меня удивить. Я не подозревала, что она пойдет на такое. Рискнуть всем и заставить Дрейка перенастроить арку под острова! Безжалостная. Она пожертвовала всеми, чтобы от меня избавиться. Одного не учла — с нами была ты.

— Повезло тебе. Знала бы, прежде скормила бы тебя скорпионам.

Я пыталась судорожно вспомнить хоть один свой странный поступок, но на ум приходил лишь последний поход к Дрейку.

— Скажи, когда это ты, погань, сумела настолько задурить мне голову?

Суккуб проигнорировала невежливое обращение и охо но ответила:

— Однажды ночью ты не поленилась вылезти из тепленькой кроватки и поспешить на помощь глупенькой невесте, решившей себя прикончить. Помнишь? Одна наша общая знакомая даже одолжила ей для этого стилет, — она носком туфли ткнула тело Перфекты и добавила с наигранным сожалением:.— Ныне мертвая.

Вот и шанс узнать, кто был нужен двуглавому псу.

— Зачем тебе потребовалось вызывать вонючую псину? Неужели все ради меня?

— Нужно было кое-кого найти, и наша подружка не справилась самостоятельно с этой задачей, пришлось призвать демона-ищейку ей на помощь, именно тогда мы и обнаружили тебя и твою маленькую тайну.

Она глянула наверх и расплылась в улыбке.

— Повелитель! Повелитель, я справилась! — ее глаза сияли так, точно сейчас ее сделают любимой женой.

К нам приближался высший, держа за горло мою подругу. Лицо Ораны приобрело синеватый оттенок, она отчаянно пыталась выкарабкаться. Поодаль безжизненной кучей валялась Ындыкар, а из портала показались первые отряды бьосов.

— Повелитель, я уничтожила непокорную, портал в Бьосангриф снова открыт, Легионы скоро будут здесь. Флигенерде падет к вашим ногам, а следом и все прочие миры!

Дайана Фротт бросилась к нему, раболепно заглядывая в бесстрастные, залитые чернотой глаза.

— Повелитель, я поймала ее. Она сосуд, полный энергии и не знает, куда ее деть, вы можете выпить ее и…

Демон даже не посмотрел на распинающуюся предательницу, просто коснулся макушки навершием посоха, и суккуб упала замертво так и не договорив, а он перевел взгляд на меня. Точно мешок рухнула на твердые плиты принцесса, отброшенная могучей рукой, и я услышала короткий вскрик. Свой собственный — это же я и кричу! Страшно до потери пульса! Этот молчаливый убийца воплощение всех религиозных страхов, которые вдруг ожили. Вокруг творился сущий ад, а он шел медленно, не спеша, будто знал, что никуда уже не денусь, и мне казалось, что сейчас случиться что-то ужасное. Такое, что смерть покажется счастьем. Я шагнула назад, судорожно вспоминая приличную молитву, но отчего-то в голове было пусто. Я почти решилась спрыгнуть с узкого пирса, такая участь и то пугала меньше. Точно раскусив мои намерения, бьос остановился, оскалившись в ухмылке.

— Дрейк! — взвизгнула я мгновением раньше, чем пустота сорвалась с кончика его посоха.

Что-то заставило меня обернуться, и я удивлением увидел соседку Перфекты — Дайану Фротт. Они делили одно измерение, да и были знакомы ранее, еще по академии Стеллариона.

— Не знал, что вы стали подругами.

Мелодия вдруг изменилась, стала давящей, и я вдруг понял — это же «Пение»! особая магия суккубов, для того чтобы ее использовать Дайане не обязательно открывать рот. Но это запрещенное воздействие, неужели она сознательно идет на нарушение?! На этой ноте Отбор для нее точно закончен!

Дайана, не прерываясь, улыбнулась, обнажив, острые клычки. И вдруг мою шею сдавило тисками, и одновременно волю. Тело мгновенно перестало слушаться, как тогда, когда в меня попал заряд пустотной магии. Я инстинктивно потянулся к инсалю, чтобы пополнить резерв, но не смог ничего сделать. Связи будто больше не было, а силы стремительно покидали меня. Я вцепился в каркас ошейника, собрав остатки магической энергии и напрягая волю. Зарычал, пытаясь сорвать артефакт и одновременно позвать Дымка или Дертана. Предупредить Хельгу об опасности. Ничего. Меня точно отрезало от магического поля.

Мечущийся взгляд зацепился за бледную Перфи, которая точно призрак возникла в дверном проеме спальни, уставившись на меня немигающим взглядом.

— П-п… — язык плохо слушался, да и в мыслях я не мог определиться, как же ее назвать, то ли по имени, то ли предательницей.

Позади дочери советника возникла другая фигура. Высокая и мощная, обнаженная до пояса с длинными тонкими рогами и знакомой рожей. Бьос, да еще и высший, здесь?! Демон подтолкнул Перту в спину, и та, едва не споткнувшись, подскочила ко мне. Ее пальцы заметно дрожали, когда она коснулась моей щеки.

— Дрейк, Дрейк… Прости… Они заставили меня открыть здесь портал…

Ее рука поднялась к горлу, изобразив полукруг — будто стирая мел с доски, она сняла маскирующие чары, и я увидел красную змейку на ее тонкой шее и… неприкрытую панику в глубине зрачков. Это так поразило меня, что я перестал сопротивляться. Одновременно давление ошейника ослабло, и думать стало легче. Ага! Так вот как бьос попал в закрытое измерение, на остальной территории замка его бы давно обнаружили.

Перфи обняла меня и заплакала, обильно орошая слезами шею.

— Я постараюсь все исправить, помоги! — шепнула она мне в самое ухо, ловко вклинив едва слышные слова промеж всхлипов.

Я бы и сам себе с радостью помог, только пока не знаю как именно. Лежу, на боку и не в состоянии ни встать и сражаться, ни управлять собственными мыслями, которые так и норовят окончательно провалиться в вязкий туман. Все мои защитные артефакты, словно не на мне, а посох канул в пустоту и не откликается на призыв. В голове невероятно мутно, мы так даже с Дертаном в студенчестве не напивались…

— Довольно! Встать! — скомандовал бьос.

Когтистая лапа оторвала Перфи от меня и не то что толкнула, забросила в спальню.

— Следи, чтобы он не освободился, — бросил он через плечо и скрылся следом.

Тут же раздался истошный визг:

— Нет! Нет! Не прикасайся ко мне! Нееет!

Рядом присела на корточки суккуб.

— Ты был у нее первый, но теперь она о тебе и не вспомнит. Повелитель знает, как раз и навсегда удовлетворить женщину, — она расхохоталась и дотронулась пальчиком до моей нижней губы и разочарованно протянула: — А я бы не прочь развлечься с тобой, но мне нельзя. Ты нам пока нужен, Изгнанник.

— З-зачем? — спросил я, сосредоточившись на том, чтобы не слушать звуки, что доносятся из спальни.

— Это секрет, — суккуб явно жаждала вопросов. — Хотя не сложно догадаться, что ты можешь многое сделать для Бьосангрифа.

— Вам не удастся мной управлять! Кишка тонка.

Снисходительная улыбка заставила напрячься, и я грязно выругался.

— Это ты? Ты заставила Тиля Дертана нарушить правила?

— Заставила? Да он же едва держался! — изобразила негодования Фротт. — Чуточку усилила его жажду обладания зеленокожей девкой, с остальным он прекрасно справился сам. Да и ты не подкачал, поборник правил и нравственности.

— Амулеты переноса? Тоже ты?

Я уже понял, Хельга ошиблась, подозревая Перту в зачаровании амулетов. Это Дайана Фротт постаралась, ведь именно после нее я надел их Иилиме и Хельге.

— Ага, — подтвердила суккуб. — Я усилила обиду Ферро на тебя и внушила ей мысль задержаться и заставить себя ждать.

— Чего тебе было надо от них? Хотела убить?

— Мне?! Я действую во славу и по приказу Повелителя. Ферро обладает уникальной особенностью, а эльфийка просто попала под раздачу случайно, но удачно отвлекла ваших рейтаров.

В комнате особенно горестно вскрикнула Перфи, зарычал демон. Я стиснул зубы и напряг последние крохи магических сил, что еще оставались, и тут же голову и тело прострелило болью. Соленый пот защипал глаза, зубы едва не выкрошились, так яростно я их стиснул и… ничего. Ошейник не снять просто так, он просто поглощает магию, обращая ее против меня же.

— Повелитель?! — просипел я. — Брось, суккуб! Это просто высший демон бьосов, не более. Один из многих. Я не считал, скольких уже уничтожил, и до этого еще доберусь…

— Но именно этот будет править Флигенерде вместо тебя, — промурлыкала она полушепотом, плотоядно покосившись в дверной проем.

— Дайана, — довольный голос позвал нараспев, и суккуб поднялась с пола.

— Он меня зовет.

Она подмигнула и облизнула губы, одновременно резкая и оглушительная мелодия ударила по мозгам, погасив мое сознание окончательно.

— Дрейк! Дрейк! Очнись! Скорее!

Меня трясли и хлестали по щекам. Я кое как разлепил веки, и белесое пятно постепенно оформилось в бледное личико Перфи, окруженное ореолом растрепанных волос. На нем особенно ярко выделялись припухшие от жестких поцелуев губы, и мне стало плохо. Использовать магию я по-прежнему не способен, зато вышло пошевелиться. Я смог сесть, но по-прежнему не мог никого защитить…

— Дрейк, пожалуйста! Мы должны вернуть связь, я не знала… Не думала… Узы, они пропали! Как так вышло? Если их вернуть, я смогу тайно делиться энергией, мы их сумеем обмануть… Ты убьешь… Убьешь его, после всего, что он со мной сделал?

Две слезинки скатились по перепачканным щекам и Перфекта затравлено обернулась.

— Они ушли, но это ненадолго. Высший все еще здесь во Флигенерде, Фротт ему помогает. Полагаю, не только она. Завтра утром на испытании они планируют разрушить Р’рах Атмин и открыть портал из Бьосангрифа с нашей помощью… Нам с тобой нельзя приближаться к артефакту! Она одурманила тебя песнями, ты не успел почувствовать высшего, и он надел тебе ошейник подчинения. Я не могла помешать — на мне такой же. Эта штука использует пустотную магию, и я не знаю, как ее снять. У меня не получилось, сколько я не пробовала! Наша связь — узы дракона и рейтара могли бы помочь. Ты бы вызвал Дымка… Но их больше нет Дрейк! Наших уз! Это была моя последняя надежда!

— Я избавился от них, Перфи. Нашел способ.

Дурнота подкатила к горлу, стоило подумать о Хельге и о том, что ей предстоит пережить, если демон доберется и до нее тоже. Хорошо, что он не может проникать в другие покои по собственной воле.

— Дрейк, нужно восстановить нашу связь, хотя бы на время. Ты согласен? Для ритуала требуется добровольное согласие.

Она вытащила откуда-то из складок юбки стилет, такой же, каким была убита Эстринда Ландерброк, и выжидательно уставилась мне в глаза. Взвесив, за и против, я решился:

Имея хоть толику энергии, я сумею что-нибудь придумать. Сейчас, когда рядом нет суккуба с «песнями» и высшего бьоса, намного легче думать, хотя я по-прежнему слаб, не чувствую связи с инсалем и не могу управлять магией Флигенерде.

Перфекта откинула коврик и, ползая на стесанных в кровь коленях, стремительно выводила на полу окружности и линии, то и дело озираясь в страхе. Я старался отвести взгляд от нее и не мог, чувствуя глубочайшую вину за произошедшее. Она выписала последнюю руну, и рисунок мягко замерцал, напомнив ту первую ночь. Я потом обнаружил на полу похожий.

— Готово! Протяни руки.

Сделал, как она просит, и тонкое лезвие вспороло кожу на ладонях. Искусанные губы Перфекты зашевелились, произнося слова заклинания. Не умолкая, она резанула и свои ладони тоже. Я примерно понимал, что происходит — это связь ненадолго, не больше суток, и никаких жертв, только толика крови. Похоже, она сумела модифицировать ритуал.

— Приложи сюда и сюда.

Я послушно обагрил кровью линии рисунка, и они вспыхнули ярче, Перфи проделала тоже самое, а затем мы сомкнули ладони.

— Войди в круг, — она потянула меня за руку, и села на колени напротив.

Синяки на ее бедрах, оставленные лапами высшего, показались еще темнее в синеватом свете. Что-то тяжелое и темное заворочалось у меня внутри. Мы взялись за руки, сомкнув их в замок — кровь к крови.

— Повторяй за мной.

Я произносил ритуальные слова, чувствуя, как тело наливается силой, как магическая энергия насыщает меня. Я словно не дышал все это время, а теперь сделал глоток воздуха.

— Довольно!

Перфекта побледнела еще больше, и приток энергии резко прекратился, точно закрыли шлюзы плотины.

— Ты так заберешь все, не спеши, — она виновато улыбнулась.

Поднявшись на ноги, Перта прикрыла ковриком затухающие линии ритуального круга.

— Надо торопиться, пока они не вернулись. Высшему пока ходу нет в мои покои, но он и Фротт могут управлять мной при помощи ошейника. Если прикажут, я впущу их в арку. Тобой они теперь тоже могут управлять. Нужно избавиться от суккуба, но так, чтобы высший этого не понял. Когда он придет на рассвете, ты сможешь объединиться с Дымком и убить его — мы будем свободны и сможем вместе предотвратить беду. Пойду приведу себя в порядок и провожу тебя.

Она скрылась в гардеробной, а я зачем-то пошел следом, точно теленок на короткой привязи. Там царил полный беспорядок, а посреди пола начерчен круг призыва, внутри которого лежал труп камеристки. Знакомый почерк. Вот так высший сюда и проник. Дайана заставила ее провести ритуал.

На сборы не ушло много времени. Перфекта, появившаяся из гардеробной, снова выглядела безупречно и привычно. Никаких синяков и ссадин на алебастровой коже, щеки мерцают нежным румянцем, губы мягкие и сочные, волосы уложены в строгую прическу, а легкий макияж и неизменно белый наряд подчеркивает ее чистоту и невинность.

Как легко, порой обмануться, я покосился на труп камеристки.

— Идем скорее, — она ухватила меня за руку и потащила прочь из покоев.

Ноги сами задвигались, и мне показалось, что я снова покорен чьей-то воле.

— Перта, что это значит?

Я остановился, и в голове на миг помутилось.

— Ты о чем, Дрейк, — она обернулась, глядя мне прямо в глаза.

— Мне нужно еще немного энергии, я плохо себя чувствую.

— Я обязательно с тобой поделюсь, но позже. Ритуал и это — она указала рукой на себя, отняли мои силы полностью, позволь мне немного восстановиться?

Я не ответил, но мне показалось, что дышать стало чуточку легче. В спешке миновав галерею, мы поднялись по лестнице, но у входа в мое крыло Перфекта остановилась.

— Мне там нечего делать. Тут подожду.

Чем дальше я отходил, от нее, тем сильнее мутился мой разум. Что это? Последствия ритуала или зависимость от ее магии?

— Дрейк, куда ты подевался?

У двери моей спальни мялся взволнованный Бальтазар.

— Мне кажется, или тут что-то происходит? Уверен, что арестовать Тиля было хорошей идеей?

— Тиль? — сознание со скрипом выдало все случившееся вечером. Теперь оно казалось чем-то далеким и совсем не важным. — Тиль нарушил правила, и теперь рисует руны, — выдал я странное и запнулся сам.

— Что? — демон непонимающе на меня глянул.

— Руны! — я ухватился за эту мысль, чувствуя, как в голове проясняется. — Руны могут защитить от пустотной магии. Недавно я сказал Тилю рисовать руны! Бальт, он ведь не просто так поцеловал принцессу!

Мысли снова путались. Внезапная ослепительная вспышка в голове, выбила разом их все и заставила остановиться на полушаге. Я будто заново увидел демона и понял, что во что бы то ни стало должен от него избавиться, он может помешать. Но нужно сделать это осторожно.

— Так что с Тилем, Дрейк? — заметил заминку Бальтазар. — Ты какой-то странный.

— Будешь тут странным. Ритуал не сработал, и меня снова тянет к этой девке Левантер. Как назло, твои кандалы больше не работают. Можешь починить?

— Хм. Я проверю.

Я вдруг снова все вспомнил, обежал глазами комнату, восстанавливая произошедшее и хотел было сказать ему, что мной управляют:

— Бальтазар…

Демон колдует над браслетами, я стою рядом, моргаю и не помню, как здесь оказался, ведь только что был в коридоре. Хорошо хоть помню, зачем.

— Вроде все в порядке, протянул демон мне цепь с закрепленным на ней магическим браслетом.

— Ну-ка, ну-ка…

Я взял и покрутил его в пальцах, рассматривая, а затем быстрым движением заковал Бальтазара. Браслет хищно щелкнул на его запястье.

— Что ты делаешь?!

Я не ответил, вместо меня это сделала Перфекта.

— Прости, мы не можем тебе доверять, Бальтазар. Дай-ка помогу тебе одеться Дрейк и… Ты слишком много болтаешь.

Судя по плащу с капюшоном, я оделся для похода во дворец. Мы с Перфекто у двери моих покоев, собираемся на испытание. Но… почему она здесь? — Дрейк, это нужно спрятать.

Перфекта провела ладонью по моему горлу, маскируя бьосангрифский пустотный ошейник — воспоминания вернулись точно удар кувалдой — все и разом. Я встретился глазами с прикованным к стене демоном.

— О! Неужели, кто-то есть дома? — саркастически спросил тот. — Наконец-то!

Холл, мы с Перфектой у большого портала. Тут еще никого нет, а напольные часы показывают, что до подъема еще полчаса. Тру глаза и морщусь от тупой боли в висках, пытаясь вспомнить что-то очень важное.

— Дрейк, нужно перенастроить арку перехода, — Перфекта собрана и серьезна, ее глаза горят мрачной решимостью.

— Зачем? Это главная арка, ее нельзя трогать.

— Теперь она должна вести под острова.

— Ты в своем уме?! Потребуется огромное количество энергии, это может ослабить не только защиту инсаля, но Р’рах Атмин! — выдаю ей прописные истины.

— Дрейк, это нужно сделать! — произносит она, четко разделяя слова. — Ты сможешь через меня работать с инсалем.

Мы с Пертой на пристани, тут никого нет, кроме стражников на стенах, но они не обращают на нас никакого внимания. Я чувствую, что еле держусь на ногах, магически тоже выжат до капли. А еще чувствую неприязнь. Не такую как раньше, а скорее желание убить

— Что происходит? Дай мне энергии, Перта!

Перфекта и сама выглядела замученно, румянец снова поблек.

— Не сейчас. Потерпи немного, Дрейк. Мне нужно восстановиться. Отправляйся пока на остров с дымком и жди моего сигнала. Я позову тебя. Уверена, у нас все получится.

— Как ты смеешь мне ука…

Душное марево чужой воли, ослабевало постепенно. Точно спадал жар у больного, который провел долгое время в горячке, и наконец выздоровел. Почуяв это, я принялся бороться изо всех сил, напрягаю волю, и вдруг словно вынырнул из темного омута, мгновенно окунувшись в пылающее пекло. Что имеем? Я многократно ранен, и от навалившейся раздирающей тело боли дурно. Представшая глазам картина оглушила и ошарашила еще больше, я едва не забыл, как махать крыльями. Стеллар Великий! Что я успел натворить, пока был в беспамятстве?! Последнее что помню, как мы расстались с Перфектой на пристани, а теперь мы едины с Дымком и вот это…

«Дрейк, наконец-то! Мы свободны! — ликовал мой дракон — Хельга снова разрушила узы и заодно помогла всем нам снять ошейник бьосов!»

Так значит, у Перты не получилось? Или, может, она в очередной раз меня обманула?

В этот миг на меня обрушился чудовищной силы удар, разом выбив весь дух и едва снова не отправив в темноту. Грудь словно освежевали, и лишь сумасшедшая драконья регенерация не позволила потерять сознание от шока. Кувыркнувшись в воздухе, я полетел вниз, совершенно не контролируя длинное тяжелое тело.

— Нел, ты рехнулся! — прорычал, наблюдая как брат делает новый заход, собираясь бить насмерть.

Золотой дракон в последний миг отвернул в сторону, а я наконец обрел равновесие. Чувствуя, как порванные крылья не дают прежней четкости движений.

— Не знаю, что было, но теперь это точно я.

Я сделал единственное, что могло заставить брата мне поверить — использовал, связь родной крови, полностью открыв ему сознание. Если я совру бы хоть чуть-чуть, Лайонел почувствует и сможет меня мгновенно убить.

— Я тебе не завидую, — выдал он. — Стеллар великий! Подумать только, одна из этих тварей могла стать мне невестой!

— Кто это сделал?! — я указал на гигантский бьосангрифский портал.

— Рано утром случился резкий скачок уровня магии Флигенерде, он понизился, и Р’рах Атмин не справился. Не учпел восполнить, защита мировой сферы ослабла, и бьосы смогли ее пробить. Сначала пришла мелочь, затеяла бойню, отвлекла рейтаров и войска. Жрец-хранитель, совет и отец с мамой у Артефакта. Создали круг силы и пытаются хоть что-то сделать и не дать бьосам разрушить его окончательно. Я командую армией, но ты меня сильно отвлекаешь.

— Прости. Я умудрился попасться в ловушку.

Разговор не отнял много времени, я развернулся и увидел далеко внизу бегущие по пирсу фигурку Перфекты, а рядом Хельга! Догоняет? Что происходит? При виде любимой, сердце дрогнуло и застучало сильнее. Кажется она догоняет ее или нет? От желания броситься к ним и разобраться в том, что происходит, отвлек Лайонел.

— Дрейк, нужно закрыть портал и остановить их Легионы! Немедленно!

Его тон не терпел возражений. Похоже, мой брат успел повзрослеть? Он прав, я колебался мгновение, ровно до тех пор, пока портал вдруг не остановил вращение. От его середины разошлось мерцающее блокирующее поле. Взгляд вниз подтвердил — это дело рук Перты! Хельга стояла рядом, бросая настороженные взгляды вокруг, пока Левантер перекачивала через себя чудовищные объемы энергии. Долго ей так не продержаться, магия уже сжигает ее изнутри, а значит не стоит медлить. Пусть ее жертва будет не напрасной. Я устремился вслед за братом, и выпустил столб огня. Драконье пламя удивительным образом действовало на порталы бьосов, сжигая, словно сухую листву и запечатывая навсегда. Но если остальные были листвой — этот сырой древесиной.

— Дертан! Ты закончил рисовать?

— Дрейк?! Что там у вас происходит? — отозвался громила.

— Как твои дела, брат?

Ком подкатил к драконьему горлу, и я выдохнул синее ревущее пламя, прежде чем продолжить мысленный разговор. Дертан в ответ послал меня так далеко, что я горько рассмеялся.

— Тиль, тут все намного хуже, ломай стены, вставай на крыло и не забудь свои каракули они еще пригодятся.

Я привычно рыкнул, беря звенья рейтаров под свою власть. Скомандорвал выход из боя, приоритетная задача — портал!

Силы Перфи закончились, когда ей удалось покрыть пломбой две третьи объема и остановить вращение. Взорвалось основание башни, где был заключен Дертан. Друг, не слишком церемонясь, призвал дракона в помещение. Величаво взмахивая крыльями, каменный гигант поднимался все выше и выше, и вдруг, сделав резкий разворот ушел в арку. Одновременно я услышал крик: «Дрейк». Сердце пропустило удар. Еще никогда так быстро я не концентрировал энергию, не создавал переход и не разрывал единства с дымком, чтобы подхватить ее на руки. А перед глазами все еще стояла ухмыляющаяся рожа Высшего и летяжщий в Хельгу мутный сгусток.

Ольга Железнова

Мир точно замедлился, звуки стали глуше и ниже, что-то упруго толкнуло в грудь, и сразу стало очень холодно. Конечности отказались повиноваться: повисли плетьми руки, отказали ноги. Подумалось, сейчас снова упаду и разобью тот же локоть… Хотя… Какой локоть? Я падаю с пирса вниз. В последний раз закрыла глаза, тоскуя по тем временам, когда каждое мое падение заканчивалось у Дрейка на руках.

— Дрейк… — прошептала снова одними губами, беззвучно. Прощаясь.

Надеюсь, у него получится спасти этот мир.

— Хелли, любимая?

Галлюцинация была такой реальной, что я ощущала его руки, его запах, чувствовала тепло его тела. Я простила ему все. На пороге смерти это совсем не важно и кажется мелочью. Жаль, что никогда уже не смогу его поцеловать…

Ощущение горячих слез в уголках глаз. Сознание стремительно гасло. Темнота.

В груди стремительно разрасталось тепло, возвращая чувствительность пальцам. По коже пробежало приятное покалывание. Что-то большое и сильное заворочалось внутри, требуя прийти в себя немедленно. Меня кто-то звал, настойчиво. Не терпя промедления.

«Хельга! Я не позволю тебе меня бросить! Вернись! Ты очень нужна мне Хельга! Всем нам!»

Не в сила поднять тяжелые веки, я плюнула на все и прежде использовала магию, чтобы себя взбодрить. Как ни странно, получилось просто. Я даже ощутила себя солнцем, от которого расходятся горячие ласковые волны, омывая мир вокруг. Я улыбнулась, чувствуя себя легкой пушинкой, когда теплый ветерок приподнял меня над гладкими плитами пристани.

Стоп! Какие еще плиты?!

Распахнула глаза и зажала себе рот, чтобы не вскрикнуть! Перед моим взором билась в магических сетях Стелла. Позади нее вдалеке вращалась черная воронка портала, из которой сплошным потоком шли бьосы. Мелькали в закатном небе драконы и вспышки их огней, вперемешку с темными силуэтами демонов, среди которых выделялся огромный золотой. Гудела драконья башня, от концентрированной в одном месте магии. Рвались магические цепи островов, распадались на отдельные осколки инсали. А рядом с мной на плитах многострадальной пристани и в воздухе кипел бой. Целый десяток высших, против принцессы и каменного дракона, светло-серые крылья которого были испещрены темными символами.

Орана жива и на ногах! От радости и тревоги я не сдержала слез. На голове орчихи сияла корона из молний, глаза источали голубой огонь в руках змеились два магических клинка. Она разила молниями, ветром и огнем, двигаясь с поразительной скоростью. Удивительно, что я способна, вообще, разглядеть. Глас Стихий! Она приняла и покорила боевую ипостась, представ перед врагами во все красе и мощи. Ей помогал каменный дракон — Тиль Дертан.

Сразу несколько мутных сгустков сорвались с наверший посохов бьосов. Орчиха замерла вместо того, чтобы увернуться, и тут же позади нее приземлился дракон, обнял своими крыльями, огнем вспыхнули руны, отразив страшный удар. Ревущее пламя вырвалось из пасти, описав полукруг. Два бьоса вспыхнули точно спички и исчезли, остальные тоже — но тут же возникли в воздухе, по другую сторону, и до меня дошло — они пытаются добраться до меня, а друзья не дают. Я не мертва и все еще нужна врагам.

Дрейк! Где он? Так мне не почудилось? Тень черно-стального дракона, пронеслась наперерез золотому, и я перестала дышать, испугавшись, что все началось заново. Но нет! Братья Рейгели сражались. Сражались с кем-то пострашней всех Высших вместе взятых. Нужно было видеть невидимое, чтобы его рассмотреть…

Гигантское чудовище, пыталось протиснуть могучие плечи, руками раздвигая ширь портала, попутно не щадя ни своих, ни чужих. Я вспомнила легенду, что рассказывал на уроке истории Флигенерде преподаватель-призрак Кадж. Однажды в цветущий и наполненный светлой магией мир Стелларборн явился Зерр'штол — демон-разрушитель миров. Ударом кулака он разбил его на части. Но создатель мира Звездный дракон Стеллар при помощи своего дыхания Р’рах Атмин изгнал демона-разрушителя и спас свое творение, не позволив осколкам разлететься. По-прежнему цветущие, они дрейфуют над безжизненной, населенной жуткими созданиями нижней стороной.

А сейчас этот гад вернулся, чтобы закончить начатое. И где же Стеллар?

Тепло в груди нарастало, а то, что я не прилагая усилий парю над поверхность меня не удивляло. И даже то, что вокруг меня золотистая сфера, сквозь которую не проникают удары пустотников, которых не успевают остановить Дертан и Орана. Краем глаза я уже засекла несколько, но сознание больше занимал бой у портала. Я потерела грудь и позвала:

Протянув руку, просто стерла с неба удерживавшую драконицу сеть. Это совсем не оставило труда. Освобожденная, она тут же пропала, а жжение в груди усилилось, мне казалось, еще чуть-чуть и что-то случится. Что-то чего я не понимаю.

Дыхание дракона — вот что нужно! Но как же артефакт, почему не помогает?

— Стеллар! Стеллар, ты нам нужен! — позвала я так же, как недавно звала меня Стелла. — Стеллар, твой мир погибает, помоги его защитить!

Передо мной вдруг материализовался морфик.

Я так обрадовалась, увидев друга, ведь считала, что он уже растворился в артефакте.

— Клякса, что нам делать? Я чувствую в себе магию, но не знаю, каки менно ее использовать.

Морф посмотрел мне в глаза, и в голове понеслись картины далекого прошлого, а может и будущего.

— Я согласна.

В тот же миг он с размаху влетел в мою грудь и словно тугая волна ударила снизу, тело выгнулось, принимая единство. Мир уменьшился, или я стала больше. Распростерла конечности — крылья, почувствовав под ними плотный воздух. С удовольствием вытянула гибкую шею, ощутив источник внутреннего огня в груди. Нескончаемый и смертоносный. Мы со Стеллой стали единым целым, одно на двоих тело, душа и сознание. Драконьи глаза видели больше, и теперь не пришлось напрягаться, чтобы разглядеть страшного пришельца.

Походя дыхнув на Высших, что терроризировали Орану и Дертана, не глядя, полетела дальше, чувствуя, как магия развоплощенных вливается в мою ауру. Очищается, становясь нейтральной и собирается где-то в районе источника драконьего пламени.

Я двигала крыльями все быстрей и быстрей, летела черно-синей молнией, оставляя золотой магический след, и чувствуя себя смертельным магическим снарядом, несущим сплошной мегатрындец для захватчика. Я не боялась. Дважды умирать не страшно.

— Смерти нет! — шепнула я сама себе и выдохнула золотое пламя прямо в морду изрядно уменьшившемуся Зерр'штолу.

Вцепившись в него когтями, продолжая двигаться на инерции, вытолкала его за грань портала и выпустила из себя всю накопленную магию. Последнее, что я увидела — космос, подмигивающий мне мириадами звезд, и четко обозначенное созвездие дракона.!!

Что-то случилось, и все мы оказались нечувствительными к пустотной магии. Мы отстояли наш мир и уничтожили Легионы бьосов до последнего демона, мало кому удалось скрыться от поисковых заклинаний, доброй стали и драконьего пламени. Ночь впервые выдалась звездной, будто сам Стеллар вспомнил о нас и осветил острова, не давая захватчикам скрыться. Я уверен теперь каждая будет такой же. Иначе и не может быть. Я верю, что оттуда на нас смотрят родители и… Хельга. Моя любовь, моя пара, моя жизнь. Еще немного и я не смогу удержаться от попытки уйти следом.

Утро выдалось совершенно не праздничным для Флигенерде. По всем инсалям на окнах вывесили черные флаги в знак траура. Императорская чета ушла за грань, растворившись в Р’рах Атмин. Нам с Лайонелом так и не удалось спасти родителей, они ушли с честью, до последней частицы магии и души защищая наш мир.

Говоря прощальное слово, постаревший и осунувшийся Жрец-хранитель не мог сдержать слез и периодически трубно сморкался в большой белоснежный платок, расшитый по краю синими цветочками. Одетые в черное придворные, безмолвно стояли вдоль стен. Мужчины — прижимая к груди головные уборы, женщины — кружевные платочки к глазам. Я не хотел здесь находиться, но Нел настоял. Следовало отдать честь погибшим и завершить Отбор. Императору все еще нужна невеста. Хотя здесь как раз все понятно. Лайонел не станет покушаться на женщину Тиля Дертана, да и с девой ночи у них уже отношения, это утро они встретили вместе. Брат как нашел ее едва живой, на пристани среди трупов бьосангрифских чудовищ, так и не отходили до утра. Сидел у кровати держа за руку, пока ее выхаживали лекари. Даже драон и деора Миттернат скромно ожидали за дверью и справлялись у докторов о ее состоянии не рискуя потревожить ошалевшего после битвы наследника.

Теперь Флориана Миттернат и Орана принцесса Орков стояли по левую руку от меня. Камеристки постарались, и ничего, кроме черных одежд, не напоминало в них о вчерашнем. Они, да изменившийся взгляд разом повзрослевших глаз. Я знал, черное — это не только в знак траура, но и в память моей любимой Хелли. От мысли, что моя пара пожертвовала собой хотелось рычать и сжечь себя в драконьем огне.

Я встретился взглядом с Лайонелом, жалея, что не могу набросить капюшон.

«Брат! Ты мне нужен. Я один не справлюсь. Не смей уходить!»

«Как прикажешь, дракон-император», — едва заметно поклонился я, чувствуя, как застывает камнем сердце.

Жрец-хранитель закончил речь и перешел к отбору. Простая формальность, никаких фанфар и гостей. Родственники невест уже были здесь, но ждали во дворце в большом зале. Сильно не хватало деоры Агенси, да и маг-распорядитель погиб вчера в бою среди многих других, нового человека вводить в курс дел было некогда. Жрец затеял свое пение, но артефакт остался безмолвным. Еще ночью кристалл превратился в яйцо. Прочное и непрозрачное.

Гном нахмурил седые брови и оглядел собравшихся и сделал знак Лайонелу, чтобы тот подошел. Брат встал рядом и приложил ладонь к голубоватой с чуть более темными разводами скорлупе.

Жрец подумал немного и спел снова, в этот раз в его словах чувствовалась настойчивость. Ничего. Понятно, ответа ждать больше не стоит. Теперь Р’рах Атмин — это нечто другое и следует учиться жить иначе. Лайонел женится на Миттернат, Тиль на принцессе — они отличная пара и в бою сработались…

Не выдержав, я набросил капюшон и направился к выходу. С меня довольно, нужно побыть одному.

— Дрейк! — окликнул меня брат. — Попробуй-ка ты.

— Зачем это еще?

— Хуже не будет.

— Не хочу.

Я даже вздрогнул, представив, что артефакт отзовется и укажет мне на одну из невест.

— Дрейк, это приказ, — тихо сказал брат, глядя исподлобья.

На нас уставились десятки глаз. Ослушаться — значит подорвать авторитет брата на заре его правления. Так нельзя.

— Как прикажешь, дракон-император, — мой голос прозвучал безжизненно.

Орана и Фло заволновались. Напрягся Тиль. Я подошел к артефакту и, не мигая, уставился на огромное драконье яйцо.

— Прикоснись.

— Положи на него руки, — настаивал Лайонел.

Я вдруг заметил, что он часто-часто дышит, а в глазах прячется надежда. Что происходит? Со вздохом я положил ладонь на округлый гладки бок. Вздрогнул и добавил вторую, закрывая для верности глаза. Теперь я увидел ее еще отчетливей. Обнаженная фигурка танцевала среди черно-синего ничто на звездной дорожке в окружении крылатых дракончиков-морфов. Но этого просто не может быть! Кулак, все это время стискивающий мое нутро разжался с тихим выдохом:

Она вдруг остановилась и принялась осматриваться вокруг. Безупречный лоб чуть нахмурился.

— Хелли! — неожиданно для себя я выкрикнул ее имя, прижав ладони еще крепче к скорлупе, всматриваясь сквозь закрытые веки в родные черты.

Имя пронеслось эхом под сводом пещеры. Ее губы беззвучно произнесли:

Какая-то сила мягко оттолкнула меня от артефакта, вынуждая отступить на три шага. Раздался громкий сухой звук и на скорлупе появилась трещина. Поползла, порождая новые одну за другой и развалилась. Изнутри вспорхнули прозрачные дракончики, разлетаясь по залу. Пространство наполнилось хоровым «Урр!»

Милые и потешные, они заставили улыбнуться даже хмурых невест. Один подлетел ко мне и больно вцепился зубами в палец, прокусив его до крови. Но так и не отпустил, а потянул за собой. Я тотчас скинул плащ и укутал лежащее на донышке яйца-артефакта обнаженное Сокровище. Поднял, не веря глазам, но веря сошедшему с ума сердцу и ощущениям легкого, упругого тела в руках.

— Дрейк, — Хельга открыла глаза с вертикальным зрачком.

На ее ключицах и шее проступила на миг серебристо-сиреневая драконья чешуя. Мелькнула и пропала, как и вертикальный зрачок. Я не сдержался и прикоснулся к ее губам.