«На границе тучи ходят хмуро…»

Алексей Кулаков На границе тучи ходят хмуро…

Пролог

То, что охота не задалась, стало понятно почти сразу, мелкий дождик прямо-таки шептал – спать, спать… На следующий день ничего не изменилось, но всё же, немного подзаправившись "топливом", несгибаемые охотники выдвинулись на поиск какой-нибудь живности. Желательно косуль – на них даже и лицензия была. Под вечер все согласны были даже и на одинокого зайца, тогда хоть было бы чем оправдать целый день бессмысленных шатаний по лесам и полям необъятной родины. Увы! Пришлось (как и всегда) отвести душу на пустых пивных банках и берёзовых чурбачках. Точку в этих немудреных развлечениях поставила начавшаяся на закате летняя гроза – красивая, с полыханием разрядов на полнеба, громом, от которого закладывало уши, и косыми струями теплого ливня. Все охотники, весело перекрикиваясь, потрусили к палаткам, а один решил снять буйство стихий на "цифровик", для чего немного отошёл в поле, где и принялся периодически сверкать вспышкой. Последнее, что все запомнили отчетливо – двойная вспышка со стороны одинокого силуэта, слегка размытого в водяной пыли: маленькая из рук и большая, соединившая землю и небо толстым плазменным жгутом. Потом настало время запредельного ЗВУКА, раздирающего тело и сознание… Когда первые, кто очнулся, подбежали поближе, в поисках своего товарища, их почти сразу и дружно вывернуло – от густого запаха сгоревшего мяса. Тела никто так и не нашёл…

* * *

Всё, что я почувствовал – как вспыхнул призрачно белый свет вокруг, и вибрацию в теле, такую, что казалось – рассыпаюсь на части. Темнота. Мягкая и обволакивающая, она стремилась растворить в себе, размывая любые мысли и желания. С невозможным равнодушием, странной безразличностью… просто ждал, но ничего не происходило. Постепенно стало проявляться окружающее – стал виден поток черного… света, и отдельные мягкие струи в нём, мерцающие во множестве разноцветные искорки, иногда опутанные завораживающим и манящим серебристо-синим туманом. Одни искорки покалывали как-то… ласково, что ли? Другие воспринимались как перекрученный клубок стальной проволоки с зазубренными концами. Сколько так продолжалось, было неизвестно, может, двигался поток, а может он в нём, понять было сложно. Постепенно внимание всё больше и больше занимала "ласковая" искра, пробуждая лёгкий интерес и вслед за ним – эмоции. Вот она вспыхнула особенно ярко и тут же затлела тускло-тускло, заслоняя собой всё остальное, незаметно вырастая в размерах, наливаясь силой, маня к себе всё ближе и ближе. Вокруг окончательно всё погасло, уступая её настойчивому свету… вспышка, и сразу вслед – тьма…

Глава 1

Боль. Она жгучим огнём разорвала покой, даря ощущение жизни. Все пять чувств корчились от неё, вымывая из разума равнодушие – по капле, струйкой, полноводной рекой… После пришел черед Хлада, и от него трясло так, что оглушающие своей невозможностью вспышки света не сразу стали заметны, и очень не скоро стали ощущаться как… Пощёчины? С громыхающим скрежетом вернулся слух, но не зрение и из размыто-серой пелены сразу прошёлся напильником по нервам слегка "плавающий" голос:

– Юнкер? Вы меня слышите?? Гм…

– Агхкхха… Гэ а?

– О! Он пришёл в сознание, господин штабс-ротмистр!

– Благодарю вас, я это заметил…

Новый голос был гораздо глуше, но так же переливчат, как и первый

– Юнкер Агренев, вы слышите меня? Как вы себя чувствуете?

– Кхм, доктор, позвольте заметить – подпоручик Агренев!

– Для меня он, прежде всего пациент, а все прочее…

Голоса истончились, и мягко подступившая, ласковая темнота укутала собой сознание, унеся его в беспамятство…

Он пришел в себя, как будто всплыл из толщи воды, к солнцу и небу: плавно, мягко и немного растянуто по времени. Первое же что увидел – это потолок. Грубо побеленный, в мелких трещинках – и взгляд тут же зацепился за одну из них, помогая придти в себя. Постепенно пришло понимание: живой!!! Руки, ноги – всё на месте и цело! Тело, правда, ломает так, как будто вагон с углём разгрузил. Слабой, будто чужой рукой провёл по себе в поисках ожогов или ран… и… и… и хрипло каркнул:

– Похоже, крыша всё же улетела!!

* * *

Правду говорят: утро оказалось заметно лучше вечера. Чужая память, а вернее, обрывки и куски её, воспринималась теперь как собственная. К сожалению, инфы крайне не хватало – но лучше хоть что-то, чем совсем ничего… Итак, что мы имеем?

Вчера у юнкера Агренева был торжественный выпуск из Павловского военного училища и построение-парад, по случаю получения первого офицерского чина. Зачитали Высочайшее поздравление… Яркое солнце, звуки оркестра, нереально сочные цвета – и над всем этим гремит сильный голос голос… Ага, начальника? Хм, может, и нет, но бывший хозяин тела явно перед его обладателем трепетал.

– …ил обучение по первому разряду, с присвоением чина подпоручика…

– Поздравляю, князь!!

"Нормально, я ещё и аристократ, оказывается!"

– Благодарю вас, Ваше…

На этом фильм-воспоминание резко оборвался, напоследок одарив слабым отголоском головной боли. Посортировав то, что осталось, не смог даже определить, как его…мда! теперь звать-величать, то есть собственно имя и отчество. А когда-то звали Лёней-Леонидом…

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY