«ДО-СЛОВ-НО. Lovestory без купюр»

Действующие лица

Елена Нардова- писательница

Андрей Вельяминов – полковник-связист

Настя Молодцова – младшая сестра Елены, редактор большого информационного агентства

Дмитрий Молодцов – муж Насти, строитель из Белоруссии

Михалыч – сторож СНТ «Мирное»

Иван Поленов – сосед Елены, дружит с Андреем

Татьяна Зайцева – подруга Елены, врач

Действия пьесы происходят, в основном, в старом дачном товариществе, одно действие в Москве на Чистых Прудах. Между первым и четвертым действием проходит год.

Действие первое

Сцена первая

Шестое мая. Дождь накрапывает. Вечер. Уже густые сумерки. Узкая полоса леса по периметру СНТ. Фонари только у поворотов с лесной полосы на улицы. По дороге вдоль лесной полосы идёт Елена. Андрей стоит на террасе своего дома и курит. Он видит Елену, а она его нет. Она идет медленно, и останавливается напротив ворот его участка. Вдруг закрывает лицо руками. То ли плачет? То ли что-то вспомнить пытается?

Вы меня о чём-то спросить хотите?

(С удивлением оглядывается по сторонам, никак не может понять, откуда раздаётся голос. Когда Андрей из глубины террасы выходит на передний план – она

наконец-то его видит.)

Простите, я вас даже не заметила. Я задумалась о своём. Я ищу нашего бывшего председателя. Он здесь сейчас, не знаете?..

Вчера был здесь, я его видел. Сегодня не знаю. А что спросить у него хотите? Может, у меня спросите?

(задумчиво) Может, и у вас спрошу.

Так заходите. Не заперто.

(входит в ворота и поднимается на террасу) Вас Сергеем зовут? Мы, кажется, когда то с вами в Правлении нашем вместе были…

Нет, я Андрей. Но я вас помню.

А, Андрей! А я Елена. (Оглядывается, терраса большая, вполне могла быть сценой маленького театра) Давайте уж тогда как следует познакомимся? Елена Нардова. Елена Александровна Нардова.

Андрей Вельяминов. Владимирович. И что вы нашего председателя спросить хотели? Вас Еленой Александровной дальше называть?

(улыбается) Можно просто Еленой. Мы хотим продать наш участок. И я его спросить хотела, что и как.

Продать участок? Почему?

Потому что нам нужно разделиться с сестрой. Жить вместе на одном участке невозможно. А так я, конечно, никогда бы дачу не продала. Я выросла здесь. Это моя родина.

Ну да, так и есть. Малая родина. Я тоже здесь вырос.

А на Вихорну вы ездили когда-нибудь? Здесь есть такая деревня старая, пять километров через большой лес, Вихорна.

Да знаю я! В прошлом году ездил туда. Может, мы перейдем на ты?

Ну ладно… давай.

Есть красное. Выпить не хочешь?

(задумчиво) Да я не пью… Разве только полбокала.

Ты чем-то расстроена?

Да опять поругались с родственниками из-за дачи. Я ушла в лес, часа два там гуляла. Дождь пошёл. Промокла. Ни ругаться, ни плакать сил уже нет. Вот я и пошла куда глаза глядят.

Хочешь дом мой посмотреть? Я сам построил.

Дом? Ты сам построил? Круто, что сам. Сейчас мало кто умеет руками что-то делать… Давай, посмотрю… твой дом. (Входят в дом, загораются одно за другим окна внутри дома) Через несколько минут оба выходят на террасу.

Я сначала его придумал, а потом склеил модель в масштабе.

Хороший у тебя дом. Соразмерный пространству. И терраса мне нравится. На сцену похожа. Или на палубу корабля.

С нее всех видно, кто мимо проходит. Вон Машка с собаками пошла.

С такой террасой и телевизор не нужен. Вышел – и вот она жизнь, сюжет за сюжетом.

Твоя фамилия Нардова, я правильно расслышал? Это как-то связано с нардами? Есть такая игра…

Про фамилию точно не знаю, предки играли в нарды, наверное. Бросали жребий, проигрывали, потом выигрывали. Я знаю только, что это игра для храбрых. Буквальный перевод. И существует она с каких-то совсем незапамятных времён. Что-то там …римляне, персы, Овидий…

И чем ты занимаешься? …после филфака – чем занимаешься? В нарды играешь?

Нет, я в игры не играю. Вообще ни в какие. Я так живу, как будто я играю. В разные азартные игры. И только на наличные. Я писатель. (Отпивает из бокала) Роман пишу. Сейчас пишу главу «Круче секса!». И никак она у меня не получается. А что, филфак так бросается в глаза?

Бросается. Значит, мы роман пишем?

(взглядывает на Андрея взглядом «сверху вниз») Вы – не знаю. А я пишу. А ты что делаешь?

Я полковник. Связист. А Вельяминов старинная дворянская фамилия.

А, ты хочешь сказать, что боярин Вельяминов, который выходил с Дмитрием Донским на Куликово поле – твой родственник? Мы когда на электричке в Мирное едем – станцию Вельяминово, бывшую его вотчину, проезжаем.

Я запрашивал происхождение своей фамилии. Мне даже грамоту родословную сделали. Вон, на стене висит! А ты откуда про то, что он на Куликово выходил, знаешь?

Это есть в моем романе.

Так ты же вроде про секс пишешь, как я понял.

Я пишу не про секс, а про то, что круче секса.

И что же круче секса, интересно узнать? (Жестом спрашивает, налить ещё вина? Лена кивает, что да. Андрей наливает полный бокал Лене. И себе.)

Что круче секса? Я думаю, что …встреча. Когда люди не закрываются друг от друга социальными ролями. Одна борщ варит, а другой полочки прибивает. И обоим всё равно, в общем-то, кто там с другой стороны. Главное, чтобы роль свою играл. Браки, конечно, разные бывают… Но у меня от своего осталось впечатление тюрьмы. Куда я добровольно заключилась. А когда захотела выйти, это расценили как побег и меня чуть не убили. Чтобы не встречаться со мной настоящей…

Так что от брака осталось чувство ужаса. А отношения как встреча… таких у меня не было… Но мне интересно, когда люди показывают себя такими, как они есть. Не врут. Не манипулируют. Не притворяются. Не прячут в себе свои страхи. И своё говно не прячут. Не боятся быть неприглядными. Доверяют себе. Ну – и друг другу.

Ты так пробовала? Показывать себя такой, какая ты есть?..

Я так сейчас пробую. Я сорок лет прожила в ролях и стереотипах. Очень старалась быть хорошей девочкой. Кругом одни пятёрки. Потому что верила, что за это мне будет счастье. Мне так мама-папа сказали. А я поверила. А когда проверила – поняла, что это вообще не про меня, такая жизнь. Пришлось развестись с мужем. Оставить свою правильную жизнь. Поставить всё на карту. Дрожащей рукой, но поставить.

Я тоже развёлся. Но по инициативе жены. Понимаешь, у меня, конечно, были бабы, но никто ничего не знал. И я бы никогда своих девчонок не бросил. А она, понимаешь, нашла себе мужика, да ещё на 10 лет старше меня. Наплел ей бог знает чего, и такой он, и сякой… И она меня выгнала!

И правильно выгнала! Зачем вместе жить, если ты по бабам ходишь, а она о другом думает?

Да я бы не ходил! Если бы мне секса с ней хватало! В браке важны три вещи: взаимопонимание, секс и деньги. А если она, извините, фригидная, то что мне, узлом, что ли, завязаться? И я всё делал по-тихому, никто ничего не знал. Это она, дура, всё разрушила. Знаешь, как говорят: прелесть какие дурочки превращаются со временем в ужас каких дур. Вот она и есть – ужас какая дура.

Чем же она дура, не понимаю? По-тихому он всё делал… Да ты мне покажи такую бабу, которая бы не догадывалась, что муж от нее гуляет. Нет такого левака, который прошел бы незамеченным. Всё считывается моментально, на уровне ощущений. И ум для этого не нужен.

А ты откуда знаешь? Тебе муж изменял? Или ты ему?

Ни то, ни другое. Я мужьям не изменяла. Как это: «Гаврила был примерным мужем, Гаврила женам верен был.» Я просто разводилась – и всё. А вот у моего папы был очень большой дон-жуанский список. И я видела, как легко мать считывает все его леваки.

Дон-жуанский список – это он что, всех своих баб записывал? И что значит – мужьям ты не изменяла? У тебя их сколько было-то?

Ну да. Фиксировал. А мужей было два.

(с явным любопытством смотрит на Елену)

Ты очень интересная. Я сначала подумал, что ты такая …правильная-правильная. Издалека когда увидел тебя, в длинной юбке и платке… А сейчас вижу, что нет.

(Елена смотрит на Андрея через бокал. Пауза.)

А зачем он это делал? Ну, фиксировал-то зачем?

(снимает платок и растрепывает волосы) В платке потому, что я под дождь попала и вымокла… Я думаю, что так он наблюдал за собой. И пытался себя понять. Пытался анализировать свои страсти. Они его, как я поняла, пугали.

Я вот тоже сначала сильно расстроился… из-за разбежки с женой. А потом понял, что мне и так хорошо. Что так мне даже лучше! Что я увидел бы, если бы жил так и жил всю жизнь с одной? Так бы и помер, ничего не попробовав. А денег у меня даже больше стало, как разошлись.

Ну–ууу. Увидеть можно много. Если умеешь смотреть. И если есть на кого.

(Пауза. Бокалы пусты. Андрей опять наливает вино. )

Давай выпьем на брудершафт! Такая симпатичная девушка…

(Подходит к Елене с бокалом)

(смотрит на Андрея с лёгкой усмешкой) Девушкой я перестала быть ещё в прошлом веке. Обойдёшься и без брудершафта. И без поцелуев с пьяных глаз. Даже не мечтай!

Ну хоть в щечку-то можно?

Начинается! В щёку, в руку, в диафрагму… Отвяжись, сказала. Я завязала с сексом и с мужиками.

Но почему?..

Потому, что это очень осложняет мою жизнь. И мешает писать роман.

Ну а роман-то… он ведь про кого-то? Значит, кто-то к тебе всё-таки подходил?

Тот, про кого роман, уже давно …перешёл на тренерскую работу. И с сексом он ко мне не приставал. (улыбается, как будто вспомнила что-то)

Давай тогда …потанцуем?

Потанцевать … можно. Найди только какую-нибудь музыку для танго. Мне нужно повторить одну фигуру, которую я никак не запомню.

(Андрей включает музыку, подходит к Елене, обнимает её и пытается поцеловать. Музыка: Milonga de mis amores.)

Я сказала же «Нет!». Лучше поставь правильно руки!

Так, так и так. На правой руке – танго-место, левая рука встречается с правой рукой партнерши… А не шарит по её талии и пытается схватить за задницу! (убирает руки Андрея) Руки поставь на место. Забудь про секс. И включи воображение! Если оно, конечно, у тебя есть.

Секса не будет, это я уже понял. Руки держу там, где ты сказала. Где разрешили – там и держу. Воображение включил! (и с этими словами целует Елену в губы)

(Пауза с долгим поцелуем. После этой паузы что-то меняется. Елена отбивается, но эта оборона – уже часть любовной игры)

Да ты маньяк, как я погляжу… С тобой невозможно вести отвлеченные … научные беседы…

Андрей снимает рубашку, майку. Когда Елена видит его голый торс, то она отстраняется, смотрит Андрею прямо в глаза и говорит

Трахаться с тобой я не буду, даже не мечтай!

(обнимает её и прижимает к себе)

Я и не мечтаю. Я тебя хочу!

(Играет танго. Milonga de mis amores. Целуются. Целуются. Целуются . Падают на пол, в стороны летят вещи. То ли дурачатся, то ли всерьез борются. Ничего не видно в сплетеньи тел, кто-там-где и только слышны голоса)

Я и подумать не мог… сегодня… утром, когда дрочил, что вечер… так закончится.

Буратина дрочила – и сгорела! А трахаться с тобой я не буду!

Иди ко мне!

(смеётся) Врёшь – не возьмёшь!

Иди ко мне!

Нет! Ни за что!

Иди ко мне! Еби меня! ААА ААААА!

ААААА! Нет, всё-таки, видно, я… дочь своего папы!!! Да что же это такое-то… ААААА!

Полвторого ночи. Елена и Андрей, уже одетые, стоят на террасе. Оба курят.

У тебя крестик на шее. Ты верующая?

Никогда бы не подумал, что набожная женщина может …такое.

Вот и не думай.

Но ведь религия – это так же, как и брак, это ведь правила. Разве нет?

(устало) Религия, как и брак… Для кого-то – правила. А для кого-то – возможность довоплотиться. Давай об этом как-нибудь потом… По-моему и брак, и религия – это про любовь, а не про правила. Только любить трудно. Правила проще.

(Пауза. Крякает в темноте коростель.)

А что такое любовь?

Ну, а сам-то ты как думаешь, что это такое?

Это когда человек так же чувствует и то же любит, что и ты.

И с кем-нибудь у тебя такое было?

Было, с Машкой. Её дом на 7-ой улице, на углу. Большой такой.

Я тоже на 7-ой живу. Тебе, видно, улицу нашу мёдом намазали. А, это такой ужасный дом-дворец у неё?

Почему ужасный? Может, она о таком с детства мечтала.

Лучше бы она мечтала о чём-то другом. Дом ее пространство не гармонизирует. Его можно было бы потерпеть на гектаре земли, но не на несчастных 8 сотках. Безвкусица – и полное отсутствие чувства меры.

Ты что, дизайнер?

Я писатель, если ты ещё помнишь. У меня просто есть глаза. (Зевает и ёжится от лёгкой ночной прохлады) Домой пора.

(Тихая влажная майская ночь. Бесконечный соловьиный щебет. Пахнет черемухой.)

Я провожу тебя. (Обнимает Елену и они в обнимку выходят за ворота) Мне… мне всё очень понравилось… ты делаешь всё. И у тебя очень красивая фигура, ты знаешь?

(смеется) Нет, до встречи с тобой и не догадывалась. (Целуются) Отвези меня на Вихорну. Я там двадцать лет не была…

Отвезу. Я не отказываюсь. А секс будет?

Опять секс! (Поцелуй) Я могу тебе дать гораздо больше. Если, конечно, у тебя есть воображение. (Поцелуй) Я останусь тут на два дня.

Я приеду. Хочешь, я к тебе приеду?

Сцена вторая

(Сцена выглядит как Сцена на балконе в Ромео и Джульетте. Герои переговариваются: Елена стоит на балконе, а Андрей с газонокосилкой на сцене под балконом. Но на самом деле это их разговоры по телефону и смски друг другу. Сцена заканчивается встречей героев у колодца в дачном саду Елены . Встреча у колодца – это уже в реальности. По периметру террасы расставлены чайные свечи. Елена зажигает их, когда спускается с балкона в сад.)

Как пишется роман? Сколько глав уже написано?

Роман пишется сам собой. Обычно я пишу по две главы сразу. Ты давно на дачу приехал?

В обед. Я тут наготовил всего. Себе любимому. Сазан жареный, индейка в кисло-сладком соусе с баклажанами, кабачки с черносливом, творожная запеканка с курагой и изюмом, индейка запечённая, к завтраку.

А что же сразу мне не позвонил?

Я думал, что вечером лучше.

Возможно вечером и лучше. Но только я уже уехала. На платформе стою. Послезавтра уезжаю в Кострому, за Кострому и дальше, 500 км от Москвы.

Но я надеюсь, ты вернёшься? И я тебя увижу?

Даже не надейся. (Пауза) Я просто приеду и всё.

А где ты сейчас едешь?

Сейчас я в Ярославле.

А я в электричке на дачу еду. Потные женщины прижимаются.

(свешиваясь с балкона, кричит вниз) Мне трудно понять твои чувства. Ко мне обычно прижимаются мужчины, пахнущие Шанель Блю.

Везёт Вам!

Ну, Вам тоже везет, иногда.

Да!!!! Внезапно возникают женщины с божественной фигурой!!!

А мы сейчас пальму покупаем.

(Фон сцены – Терем в Асташово. И кукушка кукует)

Андрей, у меня не получается вернуться через неделю, я ещё неделю проживу в Тереме. Когда вернусь, сыграешь мне на гитаре? Я у тебя гитару видела.

Я уже забыл, когда это было. Играл когда-то, но давно, ещё до женитьбы.

Тогда споём вместе. Я хочу услышать, как звучит твой голос.

Да мне медведь на ухо наступил!

Значит, будем танцевать.

Если мои телодвижения можно назвать танцами, то… не знаю. Как скажешь.

А мне кажется, ты хорошо двигаешься. И ты построил очень хороший дом.

Спасибо большое, но Вы явно льстите.

Я никогда не льщу. Тут плохо ловит инет и чтобы написать про твой дом, я специально добежала до того столба, под которым инет есть. Так что всё правда.

(Пауза со звуком дождя на фоне свежей зелени и распускающейся сирени.)

Ты на даче, Андрей?

Да, уже да. Обои клею и подрозетники ставлю.

А я только что вернулась в Москву. Приеду завтра, мне ещё перья надо почистить, добежать до маникюрного салона. Я приеду и мы наконец-то встретимся. Напиши мне ДА большими буквами.

ДА! Жду. Целую.

(Елена, прочитав сообщение, не может сдержать улыбки. Смеётся от радости, встряхнув головой, как будто говорит кому-то «Нет!». Включает музыку и быстро собирает вещи в красный рюкзак. Брызгается духами и вылетает из квартиры танго-шагами! Музыка в сцене: Libertango Reprise. )

Я приехала, приходи.

(Елена спускается с балкона и входит на террасу. Расставляет по всему периметру террасы чайные свечи, зажигает их. Потом берёт ведро и идет за водой. У колодца наливает воду в ведро, В это время в калитку входит Андрей и идёт прямо к Лене по тропинке. На нём рубашка в красно-белую мелкую клетку, которая на груди не сходится)

Что Вы здесь делаете? (Поцелуй)

Ты что, выпил? (Поцелуй)

Да, выпил красного для храбрости. (Поцелуй) Тебе помочь? (Поцелуй)

Что? (Поцелуй)

Ведро отнести? (Поцелуй)

Да. (Поцелуй) Отнеси. (Поцелуй) Почему у тебя такая рубашка?

Любимая моя рубашка когда-то была. Вот, надел, а она не застегивается на груди, в плечах стала мала. (Поцелуй)

Ты смешной. (Поцелуй)

Идут от колодца к веранде.

Вся веранда по периметру уставлена чайными свечками. Круглый стол накрыт старой газетой. На столе синяя ваза с сиренью.

Я думала, ты уже не придёшь. Что ты так долго?

Да представляешь, Овсеенко припёрся. Беседку он не достроил, решил теперь в баню воду проводить.

В баню? Воду? (Поцелуй) Поцелуй) Поцелуй) Поцелуй) Поцелуй)

Ну сколько уже можно целоваться? Пошли наверх!

Но ты же не зовёшь. И ты чай ещё пить хотела. (показывает на чайник и чашку на столе.)

Да какой там чай… (Поцелуй) Поцелуй) Поцелуй)

(Поднимаются по лестнице.

Целуются, раздевают друг друга и разбрасывают вещи. Что конкретно они там делают, не видно, но слышны голоса. И балкон должен трястись☺))

Ты просто читаешь мои мысли. Я так себе это и представлял. ААА! Жди меня!

Ну сколько же можно ждать! Щас тебе будет нечаянная радость.

Это тебе сейчас будет нечаянная радость. Лена, что ты делаешь? АААА! Еби меня так!

Что? Что ты сказал?

Я сказал: «Еби меня так!». АААА! Что ж ты делаешь-то? Я что-то не то сказал? Так говорить нельзя?

Говорить-то так можно… Но как жаль, что эту фразу нельзя вставить ни в один текст!

(На полную громкость включается музыка. Софи Лорен и Кларк Гейбл поют Американца)

Елена и Андрей спускаются вниз на террасу. Андрей падает в кресло на террасе. Оглядывается вокруг и достает сигареты. Кресло большое и с широкими подлокотниками. Елена садится на подлокотник кресла. Смеётся и дёргает Андрея за косичку. Он так стрижется, что на шее сзади остаётся косичка.

Как романтично! Почему ты стол газетой накрыла?

Так, красивый контраст с синей вазой. И газеты сейчас редко где увидишь. А что?

Да я как-то зимой ехал на дачу и захотелось мне устроить себе такой мужской пикник на газетке. С чёрным хлебом и селедкой. И если бы это не на газете было – это было бы не то, понимаешь? (Пауза) Что ты читаешь?

Чарльз Буковски, Женщины.

А, интересуешься, что мужик про баб понимает?

Не совсем. Скажем так, мне гораздо интереснее, как он переживает любовь.

«Всё хорошее, что было когда-то между нами, проснулось у меня внутри и, как крыса, выедало мне внутренности..». Чувак не врёт. Действительно страдал.

А картинки ты сама рисовала?

Нет, это Дюрер рисовал. Открытки хорошего качества, поэтому кажется, как будто акварелью нарисовано. А ты сам рисуешь? Или так просто спросил?

Я рисовал. Давно. Дюрер? Это тот, который Альбрехт?

Ну вот откуда я знаю, что он Альбрехт?

Да это носится в воздухе!

Это для вас носится, с вашим МГУ. А мы дети рабочих окраин. Даже если и читали Гаргантюа и Пантагрюэль. Куда нам до вас… с нашим МЭИ. Мы заземленные жёлто-зелёным проводом с сечением соответственно ГОСТу.

Что это Вы, принц Эндрю, так себя ммм… не цените?

Знаешь, а меня и правда в детстве Принцем дразнили. Мы когда в детстве здесь Золушку ставили, я должен был играть Принца, но отказался. Но меня потом так и дразнили Принцем.

Почему я тебя не помню? Я же тоже в этой пьесе участвовала, я была …

…Золушкой? Хотя нет, ты больше похожа на директрису!

(смеётся и показывает Андрею язык) Нет, я была Автором.

(смеётся в ответ) Дразнили когда-то Принцем. А потом вы все ходили и нос от меня воротили. А теперь уже всё, поздно – я старый.

(обнимает Андрея)

Кто это воротил? Я не воротила. Мы просто с тобой не встречались. И ты не старый.

Нет, старый. Отпусти меня, мне надо идти. (Пауза) Я … не хочу глубоких отношений. Привязываешься… к одной, к другой… А потом больно!

Глубоких не хочешь? А каких хочешь – мелких, что ли? Этого я не понимаю. Играть так играть. И ставить всё на карту. Иначе это не игра…. (Пауза) А что касается больно, то есть две хорошие новости: во-первых, всем больно, не только тебе. Во-вторых, раз больно – значит, ты живой. (Пауза) Иди. (Лена размыкает руки). Я тебя не держу.

(Андрей быстро уходит, как будто бы убегает. Лена смотрит ему вслед. В кустах сирени громко щелкает соловей.)

Сцена третья

Эротическая. Ремарок почти нет. Зрители (и актеры) могут представлять и делать всё, что угодно. Текст сцены воображения не ограничивает☺. Сцена происходит тёплым июньским вечером на террасе дома Андрея. Музыка в сцене Club des Belugas, Save A Little Love For Me. Музыка идёт с самого начала сцены постоянным фоном.

Ты видела, у меня на лестнице на окне тоже бутылки расставлены. Так же, как и у тебя?

И газетой у тебя стол на террасе накрыт…

И ещё.. говорят, что если не слышишь запах человека, то этот человек тебе подходит.

Ты слышишь мой запах?

И я твой – тоже нет.

(смеётся) Значит, играем на всех клавишах! И на белых, и на чёрных!

Поцелуй) Поцелуй) Поцелуй) Поцелуй) Поцелуй) Поцелуй)

Ты когда-нибудь занималась любовью на столе?

Нет, пока нет. На лестнице да. У плиты. Ещё на балконе. И ещё в кустах! А что тебе этот стол?

Я сам его сделал. И видишь, как хорошо я все рассчитал!

Кто-то мимо прошёл.

Михалыч, наверное. Уже темно, ничего не видно.

А из чего ты его сделал?

Из старых досок. В части, где я служу … (коротко взглядывает на Елену) прапорщиком… валялись доски, никому не нужные.

Постой, ты же говорил тогда… Ну ладно, прапорщиком так прапорщиком. Удивительно, что ты военный.

У меня оба дедушки были военными. И мне почему-то казалось, что все военные остались в моём детстве. И в современной жизни их рядом со мной быть не может.

И где они служили?

В разведке. Оба.

А я судебным дознавателем был.

Да? Щас мы до всего с тобой доразведываемся и дознаемся!

Я чувствую себя младенцем, который… Лена, вдруг кто-то увидит?

Который ещё не до конца родился?.. Уже темно.

Андрей Вельяминов

Не до конца родился, но уже сосет грудь. Ты очень сексуальная. Это ты меня делаешь таким.

Да я уже практически в импотента превратился. Бабы в части стали сплетничать, что Вельяминов импотент. И специально ко мне ходили.

Да? Проверить? И ты их разуверил, я надеюсь? Напрягся из последних сил и разуверил, да? Мне всегда нравилась фраза: «Офицеры созданы для того, чтобы умирать.» (смеётся)

(улыбается) Я не умер. Но как мог помог. Ты меня делаешь другим. Прямо открываешь мне второе дыхание. Жалко, ты не знала меня в молодости.

Хорошо, что не знала.

Почему хорошо?

Я не смогла бы тогда тебя оценить.

Мне кажется, что вокруг тебя всё время были тучи мужиков и ты всеми ими пренебрегала. Подожди, давай так. (Меняют позу) Мне всё равно, кто у тебя есть и сколько. Главное, что сейчас ты со мной.

А с чего это ты взял, что у меня кто-то есть?

Не может не быть. Расскажи мне про своих мужиков.

Мне нечего рассказывать. Я сплю только с тем, кого люблю. Люблю тебя и сплю с тобой.

Меня нельзя любить.

Почему это?

Я гадкий. Ты вот спишь по любви. А я спал просто из-за секса. С женой своего подчиненного.

Ишь ты! Ну и как?

Как-как. Большие сиськи. Что же, жизнь прожить и ничего не увидеть?

(смеётся) А я в среду в свингерский клуб ходила.

Куда-куда? Да ведь это куда трахаться ходят?

Именно так. Но я туда ходила не за этим.

Интересно, за чем же ты туда ходила?

У меня встреча там назначена была. С одной девушкой из приличной профессорской семьи. Которой надоел весь этот интеллигентский рафинад и решила она посмотреть на жизнь, зайдя, так сказать, не с головы, а с другой стороны. Она поставила эксперимент на себе. И на всех своих знакомых. Перетрахала всех. И все были, что характерно, не просто согласны, но даже счастливы.

Почему счастливы?

Счастливы, что наконец-то с ними заговорили на другом языке… А то всё «ипостась, ипостась!» Так и помереть можно.

И что в результате ..эксперимента было установлено?

Было установлено, что любовь никто не отменял. Все участники эксперимента отпали в процессе, стали Вике неинтересны. И остались сначала два. Потом один. Один, который был ей действительно нужен. В которого она влюбилась. И она начала страдать от того, от чего обычно все страдают.

Как обычно… И от чего же все страдают?

От того, можно ли так раскрываться и доверять. И она не вынесла этого страдания. Сбежала от всех мужиков и стала лесбиянкой. Вроде как с женщинами безопаснее. Я читала её тексты… она ведет дневник своих ммм… приключений. Она пишет как маленькая девочка, которая не знает, к кому прислониться. А вовсе не как роковая женщина.

Тебе в свингерском клубе понравилось?

Вот, Вика меня о том же спросила! Могу ли я себе представить, что я участвую в их тусовке?

Да! Я сказала, что ярко представляю себе, как вхожу в клуб на 10-сантиметровых каблуках, с чёрной пантерой на поводке, все БДСМ-щики падают передо мной на колени, а я занимаюсь любовью с тем, кого люблю.

(смеется) Ну ты даёшь! (падает перед Еленой на колени) Вот так?

(смеется) Дай мне сигаретку! И не говори про себя, что ты гадкий.

На. (Закуривает сигарету и протягивает Елене)

Каждого человека кто-то любит, кто-то жалеет. Гадкого тоже кто-то должен любить.

Какая смелая мысль! Ты… что ты делаешь? ты открываешь мне… второе дыхание.

Я тебе ещё и третий глаз открою. Главное, чтобы привычные два не закрылись.

Если всё это снять на камеру – будет лучший эротический фильм из всех, которые я видел. Повернись! Скажу честно – я бы на такое подрочил!

Смотри, колокольчики видно даже в темноте. Знаешь такие стихи… От боли сердце замереть готово и разум на пороге забытья…

Я не настолько пьян ещё, чтобы стихи читать.

Так выпей, любовь моя!

(пристально смотрит Елене в глаза) Я… завязал с этим словом.

(так же пристально глядя ему в глаза) Так развяжи! Какие у тебя глаза, я не вижу в темноте…

У меня серые. А у тебя голубые, я успел рассмотреть. А что для тебя в жизни главное?

Для меня? Свобода.

Свобода – это хорошо. А если ко мне будут ездить разные… гости? Тебе ведь это не понравится?

Что за гости? Бабы что ли? А зачем они будут ездить? С одной стороны, ты (смеётся) импотент. А с другой, с другой (задумывается и серьёзно смотрит на Андрея) у тебя есть я. А если у тебя есть я, тебе никто уже будет не нужен.

Ты очень красивая женщина. Я и мечтать не мог, что мне такая достанется. Посетительница свингерского клуба…

Мне нравятся твои руки. Красивые руки у тебя. И точные движения.

Вот спасибо! А то я уже не пойму, это астенический синдром или ранний Паркинсон? (показывает, как у него якобы трясутся руки)

(смеётся) Значит, ты мечтатель?

Я пофигист. Мне всё пофиг. Всё, чтобы ни случилось.

А я фантазёрка. Реальность всегда для меня – это или слишком скучно, или слишком больно. А я придумаю себе всё, что хочу – и пофиг мне на реальность.

А я больше всего люблю …конец лета, начало осени, тишина, запах прелой листвы и дым от костров.

Пойдём смотреть на звёзды. В мае тоже хорошо. Потому что зелень невероятная кругом и в каждом кусте соловьи щелкают и заливаются.

(Спускаются с террасы, Андрей оборачивается и подаёт Лене руку. Выглядит так, как будто они со сцены спускаются в зал.)

Что звёзды! Ты посмотри, какая луна, она реально огромная! (пауза) Ты придёшь ко мне в гости в Москве?

Если ты позовёшь меня – приду. Конечно, приду.

(При выходе из калитки на улицу встречают Ивана Поленова.)

Вельяминов, ты куда это и с кем (с любопытством смотрит на Елену) собрался?

Да я тебя про землю, которая у меня в колодце была, спросить хотел. Глинозем это или не глинозем? Сигареты есть? (закуривают и говорят про глинозем)

(слушает какое-то время про глинозем, но ей быстро надоедает, она дотрагивается до плеча Ивана и спрашивает)

Вы всё уже про глинозем обсудили?.

(слегка опешив) Да вроде всё.

Тогда, Иван, извините нас, мы лорда Байрона читать пойдём.

Байрона? А вас как зовут?

Елена меня зовут.

Учтите, Елена, Вельяминов – это хороший кадр. Вы знаете, что он при родителях не курит?

Вот как? А что он еще при родителях не делает?

(с раздражением и вызовом) Сексом ещё не занимается.

(Елена и Андрей уходят. Поленов остается и смотрит им вслед. Достает мобильник и быстро пишет смски. Слышно звук приходящих на телефон Андрея смсок. )

Байрона они читать пошли!.. Ишь ты…

Сцена четвертая

Вечер. Лена на террасе своего дома. Курит, смотрит на луну. Прислушивается к шорохам сада. И всё время смотрит на экран телефона. Видно, что она уже устала ждать. Бросает сигарету, берет телефон и быстро пишет сообщение. Свои сообщения Елена читает вслух. А сообщения Андрея читает голос за сценой.

Ну где же ты?

Ко мне родители приехали, оба сразу.

Мы сейчас ужинать будем.

То есть? Скажи им, что ты идёшь ко мне в гости и приходи.

Мама очень своеобразный человек, я уложу их и приду. После ужина.

Это что, шутка? Я жду тебя и так уже больше часа. (Смотрит на часы) Уже почти 2 часа! Я почти влюбилась в тебя. А ты сидишь там с родителями, тихо ссышь в уголку и не отвечаешь на мои звонки и смски.

Извини, не всегда есть возможность вербального общения. И в уголке я это не делаю. У меня туалет для этого есть.

Что? Возможность вербального общения у тебя не всегда есть? Во-первых, даже не пытайся подсунуть мне это дерьмо, годящее для других баб. Во-вторых, не свисти своим ребятам. А вот теперь – отвали! потому что я пиздец как разозлилась.

Круто! На филфак, что ли, поступить? Чтобы так излагать научили. Вот что значит – мастер художественного слова!

А ты мудак!

Я сейчас приду, подожди.

Мне надоело ждать. Обнимайся с гитарой, у неё хорошая фигура.

Меня твоя лучше возбуждает.

Значит, так! Если ты хотя бы ещё раз попробуешь играть со мной только по своим правилам и игнорировать мои, то за ужином с папой-мамой, на собрании или в грядке с огурцами – я найду тебя и оторву тебе всё, что только мне под руку попадётся.

С тобой прикольно переписываться. У меня даже настроение поднялось. Замечу, именно настроение.

Только переписываться прикольно?

Об остальном просто – нет слов! Давно не испытывал такого всплеска чувств и эмоций. Ты просто богиня!

А ты мудак!

Я сейчас приду!

(С этими словами запыхавшийся Андрей взбегает на крыльцо Лениного дома. Лена стоит, прислонившись к столбику крыльца, курит и смотрит на луну. )

А что, целоваться мы сегодня не будем?

(медленно поворачивает голову и говорит очень спокойным голосом, не обещающим ничего доброго)

Нет, почему же не будем? Будем.

(Андрей целует её, но она отстраняется.)

( с холодной иронией) Что ты так быстро пришёл?

(наивно) Но надо же было мамины котлетки съесть?.

(В этот момент у Андрея звонит телефон. Он сбрасывает звонок. Телефон звонит еще раз.)

(нажимает кнопку и отвечает) Да. Да, я гуляю. Скоро приду. (Смотрит на Лену с опаской и пытается шутить) Я ещё маленький.

(с невозмутимым лицом.)

Ну что же, давай… конструктивно разбираться. Садись. Коньяку хочешь?

Как угодно. Что хочу тебе сказать. Я восемь лет прожила одна, потому что меня задолбали отношения из ролей. И я ни с кем не хотела ни повторять ничего, ни начинать что-то новое.

Серьёзно? Восемь лет? Не может быть. А как же..?

А так же. И меня не испугаешь ни хуем, ни брахмачарьей.

(испуганно) Что такое брахмачарья?

Сознательное воздержание. Так вот, я восемь лет прожила одна, потому что устала жить по чужим правилам. Соответствовать родительским сценариям и представлениям социума обо мне. Мне до смерти надоела жизнь между «Надо» и «Нельзя». Я предпочитаю жить между «Хочу» и «Буду».

(Пауза) Что я хотела-то?.. Я сейчас просто в шоке от того, что ты врёшь и подлаживаешься под родителей… что они тебя ни во что не ставят, а ты считаешь это нормальным. (Пауза. Елена пристально смотрит на Андрея.)

Так вот, это – твоя жизнь, разумеется. И ты волен делать всё, что угодно. Но, поскольку мы сейчас с тобой связаны, я не готова включаться в ваши семейные игры и подлаживаться под твою маму. Если ты договорился со мной – значит, договорился. И приходишь! И не предлагаешь мне подождать, пока мама уснёт. И говоришь маме, что пошёл к бабе. Это, вообще-то, нормально в твоем-то возрасте.

Слушай, у меня мама очень своеобразный человек. Ей ничего сказать нельзя, сразу слёзы. Они с отцом прожили 50 лет… Она так его пилит сейчас, что он не выносит и просит меня отвезти его на станцию, когда ему уже невмоготу. И час там стоит поезда ждёт, просто чтобы ее не слышать. Живут как кошка с собакой. Она всё контролирует, кто куда пошел и зачем.

(с иронией) Я вам сочувствую, дяденька. Вообще-то тебе 54 года! Ты сам скоро дедушкой будешь. Это такое неуважение к тебе! Почему ты позволяешь так к себе относиться?

Они сейчас хотя бы в Москве перестали ко мне приезжать…

О, Господи!.. Я не знаю, к чему ты там привык со своими бабами… Может, они смирно ждут тебя, надев плюшевые штаны, у косящата окошка… пока мама отпустит тебя погулять. И еще пирог тебе пекут, пока ты там до них шкандыбаешь.

( с отчаянием)

Но неужели же ты не видишь, какая я? Что я – другая? Ты глаза-то раскрой и посмотри – кого на тебя нанесло! Со мной так не будет никогда! И лучше нам сразу расстаться. Чем полоскаться во всём этом вранье с мамой и котлетами.

(Пауза. Тоном ниже и с легким отчаянием)

Я считаю нашу встречу подарком для себя. И мне бы хотелось, Андрей, чтобы мы продолжили…

Но от компромиссов никому хорошо не будет. Это я знаю точно. Только потеряешь себя и ничего при этом не найдёшь.

Я должен подумать обо всём, что ты мне тут наговорила.

(Встает и медленно идёт к выходу.)

Ты куда это? Ах, ты вот так вот берешь и уходишь? Постой, я ещё не всё сказала.

(Андрей разворачивается и смотрит на Елену. Она размахивается и со всей силы влепляет ему пощёчину.)

А вот теперь – всё! Вали к своим буфетчицам в плюшевых штанах!

Андрей быстро уходит, голова втянута в плечи. Лена зажигает в доме все лампы. Поёт песни и танцует. Видно, что она очень довольна всем произошедшим. У неё будто камень с души свалился. С особым выражением Лена поёт куплет казацкой песни «Менэ с жинкой не возиться». Пропев эту песню, она наливает себе рюмку коньяка, выпивает и говорит вслух: «Вот так примерно мы их и будем бить!». На бутылке коньяка звезды и надпись «Трофейный».

Сцена пятая

Дом Насти Молодцовой. Старый дачный дом. Восемь соток, грядки, круглая беседка из девичьего винограда, умывальник на улице на столбе под навесом, колодец с воротом, накрытый «домиком». Веранда дачного дома со сплошным остеклением. На веранде или очень жарко, когда лето и солнце. Или очень холодно, когда весна и осень. Слева от входа на веранду стоит маленький красный мотоцикл. Лена входит на веранду дома. Настя сидит у круглого столика и красит ногти на руках ярко-красным лаком. Ногти на ногах уже накрашены. Ноги у Насти длинные.

Настя Молодцова

(Вытягивает ногу и показывает Елене) Как тебе?

Отлично. Я бы не прошла мимо таких ног!

Настя Молодцова

Как тебе дом? Хорошо, что мы его сняли. А то сколько уже мы с тобой ругаться будем. Хорошо, что ты пришла. Отметим мой отпуск. Дима, неси шампанское!

Да, дом хороший. Как из детства дом. Ты сказала, шампанское? С утра?

Настя Молодцова

Да какое же это утро? Это уже рабочий полдень. Как ты? Как твой новый мужик?

Вчера конструктивно поругалась с ним. И дала ему по морде.

Настя Молодцова

Даже по морде дала? Мама бы тебя не одобрила.

Да, Татьяна Георгиевна у нас – женщина интеллигентная. Ни матом не ругается, ни по морде никого не бьет. Только Цветаевой и Пастернаком неугодных отчитывает. Хотя… в отца она будильником с третьего этажа бросала. Не попала, правда.

Настя Молодцова

Что, правда?

Ещё бы не правда. И ложкой столовой бросала в него. А попала в меня. Видишь, даже шрам остался.

Настя Молодцова

Где, покажи!

Да вот, примерно там же, где твой. Когда ты в детстве танцевала и об угол радиолы ударилась.

Настя Молодцова

Господи, радиола, какой анахронизм! Я начинаю чувствовать себя каким-то артефактом. А мама – да, всё в себе подавляет. Это всё поколение их такое. А чтобы не задохнуться от чувств – они читали стихи.

(Входит Дмитрий Молодцов с бутылкой шампанского)

Дмитрий Молодцов

(оглядывает присутствующих на веранде) Вот так и живём!

А мы пьём шампанское с утра и бьём усатых по морде. Дима, ты будешь с нами?

Дмитрий Молодцов

Я докосить хочу. Докошу и к Михалычу зайду. С ним выпью.

Настя Молодцова

(с бокалом шампанского)

(Дмитрию) Иди, но не напивайся, прошу тебя. (Елене) А за что ты его, кстати? Вроде же всё хорошо было? Вон Дмитрия уже Михалыч даже спрашивал, что это Вельяминов с вашей Леной гуляет. А Димка ему, да, говорит, я и сам удивлён. И по улице нашей он ходит. Раньше не ходил, а теперь ходит.

Всё, отходился. Ходок! (поднимает бокал)

Настя Молодцова

Так за что ты его?

Да задолбал он меня своими родственниками! То папа с мамой к нему без предупреждения приехали и ко мне он прийти не может, пока они не уснут. Приходит ко мне, а они начинают ему по мобильнику звонить: «Андрей, ты где?» То дочь к нему приехала и он три часа серьёзные разговоры за жизнь с ней разговаривает. Не закрывай дверь, пишет мне, я приду. И припирается в полвторого ночи со словами «Ведь ты же сама мать! Можешь ты меня как мать понять?» А я сижу в шелковом платье с вооот таким вырезом на террасе – и как дура комаров кормлю и соловьёв слушаю. Пока он там в своём пионерском лагере котлет наестся и в окошко ко мне по-тихому сбежит. Чтобы мама не увидела и не заругала.

Настя Молодцова

Нет, это несерьезно. Детский сад какой-то! А сколько дочери-то лет?

Дочери? Да тридцатник ей уже.

Настя Молодцова

Ну, и сколько можно ее опекать? И папе с мамой сколько можно отчитываться?

Сколько можно? Да хоть до гроба! Младенцы, как показывает жизнь, бывают и пенсионного возраста. Представляешь, он при родителях не курит. И как они приезжают, он ждёт-не дождётся чтобы уехали. А курить-то хочется! А он злится на них – но не курит.

Настя Молодцова

Мама бы сказала: Вот как он родителей-то уважает! Молодец, не то что вы у меня.

А ты, Ленка, брось его. Брось и забудь. Не вариант. Хороших-то мужиков разбирают еще в детстве, щенками. И остаётся такая вот некондиция.

Ага, усы есть, а яиц-то и нету.

(Раздаётся звук охотничьего рожка) О, сообщение мне пришло!

Настя Молодцова

Ну-ка, ну-ка. Кто это там тебе написал?

(достаёт телефон и читает)

Наш усатый младенец написал сообщение. Да длинное какое. Пробрало его, видно, от вчерашнего.

Настя Молодцова

Давай уже, читай что пишет-то?

(читает про себя) Ах ты, гад! Ещё и неудовольствие своё мне выражает. Слушай: «Позвольте принести Вам (и Вам даже с большой буквы написал!) огромную благодарность за вчерашний вечер. Удалось почувствовать себя героем сериала а ля мыльная опера.»

(Настя смеется)

Ты чего смеёшься?

Настя Молодцова

Да я представила, как он вчера домой-то вернулся …несолоно хлебавши. К папе с мамой. Он их вчера поубивал, наверное, от полноты-то чувств.

(смеётся) Да, рвануло вчера в их Пенсионном фонде России, судя по всему, рвануло. А сегодня соскучился, видать, котлеты мамины кушать. Захотелось продолжения. Щас мы ему ответим. (Быстро пишет)

Настя Молодцова

Ты зачитай давай, интересно же!

Вот: «Папа-мама-дети-котлеты-газон -до самой смерти. И ещё 54-летний мужик, который самому себе боится признаться, что женщина ему важнее детей и родителей. Это и есть мыльная опера. Я тебя в этот жанр не приглашала. Я предлагала тебе роман-роман. А что ты выберешь – решай сам.» Как тебе?

Настя Молодцова

Отлично! Одобряю. Как редактор, одобряю. Пусть теперь сохнет, пока не высохнет.

(Пауза, пьют шампанское и смотрят в сад, в саду Дмитрий косит траву)

Мне вчера Зайцева звонила.

Настя Молодцова

Сюжетом с полковником интересовалась?

Да. Но не только им, она мне ещё и свою Санта-Барбару рассказывала.

Настя Молодцова

А что у неё?

Да всё как обычно. Ушла от мужа – вернулась к мужу. Опять ушла – опять вернулась.

Настя Молодцова

Да ничего, в том-то и дело. Она в разговоре спросила меня … что-то вроде того, что ей сделать, чтобы измениться…

Настя Молодцова

А она хочет измениться? А зачем ей меняться?

Да, хочет, но не может. А насчет зачем – я думаю, что ни за что бы она не менялась, если бы ей так тошно не было. Работа, квартира, машина, муж, ребёнок-вундеркинд. И почему-то рефреном к этому благополучию мысль «А не повеситься ли?»

Настя Молодцова

Понятно, обычная история. «Отрежем-отрежем Мересьеву ноги! Не надо-не надо, он будет летать!» И что ты ей сказала?

Я сказала… чтобы измениться, надо сделать то, что ты никогда не делал. Кто-то вроде Джеда Маккенны это сказал. И вот сейчас, Настька, я это вспомнила и задумалась. Уже про себя саму задумалась.

Настя Молодцова

Ну, и что ты хочешь сделать такое, чего никогда не делала?

Настя Молодцова

Ну разумеется. Если не честно, то не стоит и говорить.

Если честно, то я хочу… с Андреем помириться. Но не понимаю, как это сделать. И самое простое – пойти и сказать ему «Давай уж помиримся как-нибудь!» – кажется мне запредельно невыполнимым.

Настя Молодцова

Не понимаю, ты хочешь после всего с ним помириться?.. Да что тебе в нём?

Понимаешь, когда он говорит про закаты и деревья, про дожди и воду в канавах весной – то это просто мои тексты! Он переживает природу так же, как и я. И на деревьях так же, как я, помешан. Но даже не это главное.

Настя Молодцова

И что же главное, стесняюсь спросить? Безумный секс?

Безумный секс – это следствие главного. Главное, что с ним я могу быть собой. Безо всякого стыда. И ни о чём не думая.

Настя Молодцова

(разглядывает с удовольствием свой ярко-красный маникюр) Угу. Ну-ну. В этой истории, вижу, ещё рано ставить точку.

Насть, можно я возьму Димкин мотоцикл?

Настя Молодцова

Совсем сдурела, да? Поедешь к полковнику, опережая свою смску?

Просто я хочу попробовать сделать то, что никогда не делала. Так можно…мотоцикл можно?

Настя Молодцова

(с интересом и лёгкой иронией смотря на Елену)

Ехай! Вот Михалычу будет новое развлечение. Опять к Димке прибежит, рассказывать будет, как ты на красном мотоцикле к Вельяминову приехала. Он скоро телевизор смотреть перестанет, тока в окно глядеть будет, что сегодня на пятой и седьмой улицах передают.

Телевизор в нашем СНТ скоро все смотреть перестанут! Наступает Эра Водолея. А это значит – полная переоценка ценностей. Ворота подержи!

Настя Молодцова

Ты позвони потом! Эра… Водолея. Сдурела! Сдурела совсем.

Дмитрий Молодцов

(выходит из дома) Я к Михалычу пойду.

Настя Молодцова

Дима, прошу тебя – не напивайся! Выпей, но не напивайся! Ленка твой мотоцикл взяла… (Дмитрий кивает, что слышал, и молча, решительным шагом, уходит)

Сцена шестая

Елена на красном мотоцикле подъезжает к дому Андрея. Андрей стрижет кусты за воротами своего дома. Елена спрыгивает с мотоцикла и подходит к Андрею. В руках у неё эскимо.

(старательно стрижёт кусты, не глядя на Елену. Он только в шортах. На руках замшевые перчатки.)

Ты мне написал «Огромное спасибо за вчерашний вечер!». Спасибо оказалось таким огромным, что я… решила его с тобой разделить. Хочешь мороженого?

(Подходит совсем близко к Андрею.)

Давай помиримся?

Постой, ты наступила на спирею!

(Елена отходит в сторону. Андрей обходит спирею, затерявшуюся в траве и подходит совсем близко к Елене)

Вы очаровательны.

(Обнимает её и тянется поцеловать, потом слегка отстраняется и говорит с обидой) А не слишком это будет после вчерашнего?

Нет, не слишком, в самый раз.

Ты соблазняешь всех мужчин. Зачем ты так оделась?

Приходи ко мне сегодня. Помиримся в моей постели. Когда они уезжают?

(делает строгое лицо) Завтра. Вместе со мной.

Ты придёшь?

Нет, я занят сегодня вечером.

(с иронией) Боюсь спросить, чем. Слушай, я всего лишь сказала тебе вчера о том, что мне не нравится. Мы можем это обсудить. И не драматизировать простые вещи.

Простые? А что ты меня жизни учишь? Знаешь, у меня столько проблем, что если ещё и это будет проблемой, то лучше ничего не надо.

Мороженое хочешь? (Водит мороженым по груди Андрея)

Нет. Я не хочу сладкого.

Ну, нет значит нет.

(Лена засовывает эскимо Андрею в шорты, садится на мотоцикл, оборачивается и говорит)

По-моему, ты залупаешься! И по-моему, зря!

Включает газ и уезжает. Андрей смотрит ей вслед, достаёт эскимо, разворачивает обертку и откусывает мороженое сразу прямо до половины. С мрачным видом жует.

С террасы раздаётся пожилой уверенный женский голос: «Андрей, где ты? Обедать!»

(дожевывая мороженое)

Сейчас! Иду!

Действие второе

Лето в разгаре. Солнце, жара, всё кругом цветёт, пахнет и летает. Единственное место, где хорошо в такую жару – это дача. Поэтому опять всё происходит на даче. Между первым и вторым актом проходит 4 дня.

Сцена первая

Начало июня. Опять конструкция сцены из Ромео и Джульетты. Елена теперь внизу, а на балконе Андрей. На заднике сцены транслируется эпизод с пощечиной из «Укрощения строптивого».

(Лена пишет Андрею смску. Всё остальное – их переписка. Но разыгрывается как разговор.)

Это всё ведро виновато.

А я сегодня один дома. Но уже сплю.

Я не приеду в эти выходные на дачу. Много работы. Можем встретиться на неделе в Москве? Ты приглашал меня в гости. До того, правда, как мы поссорились.

Приходи. На какой день тебя записать?

У тебя что, запись что ли, как в поликлинике?

Да. У меня куча баб!.

Что? Какая такая куча?

Такая. Пять или шесть.

Да ты врёшь! Нет у тебя никаких баб. Ты просто злишься на меня и хочешь мне больно сделать! А я тебя ничем не обижала.

Не обижала? Да ты мне по морде дала, забыла, да?!

Потому что ты меня задолбал своими родственниками!. А теперь врешь про баб. Ты думаешь, я не знаю, что ты влюбился меня? Ты думаешь, что я не знаю, что нет в твоём окружении таких баб, которые хоть чем-то могли со мной сравниться?

Да, ты лучшая!. Лучше всех! Но другие бабы у меня всё равно есть.

Если у мужика много баб, то значит, ни одна из них никуда не годится. Если у тебя есть я и я лучше всех, как ты сейчас сказал, то зачем тебе тогда кто-то ещё?

Для потенции! Возраст, знаешь ли! Нужно поддерживать потенцию новыми впечатлениями!

Для какой ещё такой потенции? Да тебя на меня с трудом хватает!

Да, вот такой я добрый. Они приходят ко мне и я никому отказать не могу. Сам… почти импотент… но помогаю чем могу.

Да ты святой!.. великомученик прямо. Значит так, не надейся, чтобы я спасовала. Записывай меня.

Подожди, надо посмотреть расписание.

Не надо! Записывай меня на понедельник, вторник, среду и четверг. И пятницу! Но приду я только в четверг.

Записал. Что тебе приготовить? Мясо, рыбу, птицу?

Что хочешь. И больше не ври.

Я не вру. Я говорю правду. У меня есть другие женщины.

Опять, да? Хотелось бы их увидеть. Рассмотреть попристальнее, так сказать.

Они ездят ко мне зимой. И осенью.

Знаешь, что? до того, как они к тебе осенью и зимой ездить начнут – я тебя заебу! по совокупности всех твоих заслуг.

Интересное начинание!

Погоди, ты еще конца не видел. Адрес пришли мне.

Уже прислал. На МЦК поезжай. Я тебя встречу.

Сцена вторая

Август. День рождения Елены.

Елена едет в поезде на дачу и переписывается с Андреем. Видно, что у неё прекрасное, умиротворенное настроение. Синее платье, синие летние сапоги и красный рюкзак.

У меня прекрасное настроение сегодня! И я поняла, что хочу этот день провести с тобой. В мой день рождения я хочу быть с тобой. Может, сегодня или завтра удастся съездить на Вихорну?

Может, и удастся. Но ко мне родители сегодня с утра без предупреждения приехали.

Ну, что же с этим поделаешь. Приехали так приехали.

Главное, что подарок твой тебя ждёт.

Спасибо! Ты сможешь встретить меня на станции?

Не смогу. Я уже выпил, чтобы с ума тут с ними совсем не сойти.

Тогда напиши мне, до каких кустов мне брать такси.

Я буду там, где ты скажешь.

В восемь ровно жди меня у ворот 6-ой улицы.

(Такси подъезжает к воротам с надписью «6-ая линия». У кустов рядом с воротами стоит Андрей с пакетом Jo Malone в руках. Вид у него вполне несчастный. Елена выходит из такси, улыбается Андрею.)

Вот твои духи. Дикий голубой гиацинт. Вернее, они сказали мне в магазине, что это аналог того, что ты хотела. Твой гиацинт был из лимитированной серии.

Спасибо. (Кладёт руки Андрею на плечи) Поцелуй меня!

Подожди, таксист сейчас в канаву уедет, вон как выпялился на нас.

Ну и что, подумаешь. Пойдём гулять?

Видишь это дерево? Это ясень. Посмотри на него осенью, у него листья трёх цветов. Какие-то красные, какие-то жёлтые. И зелёные.

(Идут под берёзами вдоль заросшего поля, обнявшись.)

Я посмотрю, если не забуду. Лучше ты мне его осенью сам покажи.

Ты надолго приехала?

Я в понедельник уеду. Давай в воскресенье поедем на Вихорну?

Если родители уедут завтра, то в Вихорню обязательно. Я же тебе обещал. Хочешь в понедельник вернемся в Москву вместе? Только я рано поеду.

Нет, рано в понедельник я ещё буду спать. Приходи сегодня вечером, погуляем под звездами. Через полтора часа на углу нашей улицы, придёшь?

Сцена третья

На следующий день вечером. Дом Андрея. Уже совсем темно. Хлопает дверь машины. По дорожке к террасе дома идут друг за другом Андрей и Елена.

(оборачиваясь к Елене)

Я хотел бы, чтобы меня похоронили на Вихорне. Как ты думаешь, это возможно?

Думаю, что да. Я похороню тебя там, если ты меня попросишь. Спасибо, что отвез меня туда.

Папа обещал отвезти в зоопарк – папа отвез в зоопарк.

Знаешь, сегодняшний день я никогда не забуду. Умирать буду – не забуду.

Почему ты плакала? …там, у берёзы?

Почему? Я никогда не думала, что туда вернусь. Там что-то совсем изменилось, а что-то так и осталось, как 20 лет назад. Мы ходили туда давно, ещё когда были семьёй папа-мама-я-сестра. Это было такое богом забытое.. или богом сохраненное место. Где мы были настоящими… и много лучше, чем в обычной жизни. А сегодня… я плакала, что склоны и холмы с берёзами остались, а вот люди – нет. Конечно, я вспоминала отца… А почему ты ушёл?

Не хотел мешать тебе плакать. Но я рядом был. Когда ты кричала: «Андрей! Андрей!» – я удивлялся, что ты меня не видишь. Потом нашёл бражника и принёс тебе показать.

Бражник – это к несчастью?

(садится в кресло на террасе) Не знаю.

(прислоняется к опорной балке террасы)

Знаешь, в мой день рождения я люблю делать подарки. Необычные подарки. Вот сегодня я подарю тебе то, что знаю о тебе. Что я о тебе действительно думаю.

Может, не надо?

(слегка улыбается)

Может – всё-таки – надо? Во-первых, я тогда, когда мы с тобой познакомились весной, могла на самом деле никуда не уезжать. Но я так испугалась нашей встречи тогда и того, как всё быстро и близко, что сбежала почти за 600 км от Москвы. И сидела там, пока не пришла в себя.

Во-вторых, я обзвонила всех дачных знакомых с вопросом, что это за Вельяминов, с которым я так неожиданно переспала? А вдруг это местный Синяя Борода? И я попала в его коварные сети?

Ну да, он выслеживает женщин со своей террасы!

Да, и опаивает их до одури красным вином, а потом насмерть защекочивает усами!.. В общем, я на следующий день нашего знакомства вытрясла из Оксанки Овсеенко всё, что она о тебе знает.

И что она сказала?

Она спела тебе целый панегирик. И начала с того, что ты красавец! И что заметила ли я это?

Я красавец? Хорошо, что сейчас сумерки и тебе не видно, что я … я даже покраснел. Знаешь, меня мама до 14 лет звала уродом.

Тебя? Уродом? Да ты на Дюрера похож. И ты действительно красивый. Ты видел Автопортрет Дюрера в обнажённом виде? Я тебе пришлю.

И что она ещё обо мне сказала тебе? Я слышал, когда выходил на террасу покурить, в тот вечер, когда мы познакомились… Ты разговаривала с кем-то и сказала: «Да, хорошо, я буду осторожна.»

Ага, подслушивал! Нет, это не она была. А она сказала, что ты красавец, хороший мужик и эгоист. Вот такая вот исчерпывающая краткая характеристика. После этого я решила к тебе присмотреться.

Да что ко мне присматриваться? Я старый. Толстый, лысый и старый. Тебе достался старый импотент.

Да что ты так загрустил-то? (Подходит к Андрею, обнимает его и шепчет в самое ухо) Мне достался дурачок! Совсем дурачок, как я погляжу.

Сегодня был очень хороший вечер. А в следующий раз мы поедем с тобой в Прилуки, на высокий берег Оки. Согласна?

Да, поедем. Конечно, поедем.

Знаешь, только ты выводишь меня из себя. Я ни с кем не бываю таким, как с тобой. Ты что-то со мной делаешь… такое… Я выхожу из своего скафандра… и как будто бы лишаюсь всех сил. Может, ты энергетический вампир?

(смеясь) Несомненно. Я вампир. А ты Синяя Борода. (продолжает уже серьезно) Скорее всего, я выбиваю тебя из привычного для тебя плана. Тебя тянет туда, где тебе всё неизвестно. Это очень страшно. Но тянет от этого ещё больше. Мне хорошо знакомо это чувство. Я сама такой была 10 лет назад. До изменёнки. До того, как решила изменить свою жизнь. Я думала, что от страха умру. Но всё-таки ломанулась в эту неизвестность. Очень хотелось жить!

Наверное, ты права. Хочешь, я поставлю тебе музыку, которая мне нравится?

Чтобы ты наконец увидела, какой я пошлый и грубый. Насколько я отличаюсь от тебя?

А под нее можно танцевать?

Да, можно.

Тогда включай! Потанцуем!

Танцуем! Только тогда сегодня никакого секса! Только танцы.

(Музыка в сцене: Сектор Газа, Мы любим буги–плуги. Профессор Лебединский, Максим не знал, смеяться или плакать.

Танцуют оба. Андрей изображает бас-гитариста. Прыгают. Смеются. Похоже на дискотеку в пионерском лагере. Одним словом, детство в попе заиграло.)

Действие третье

Зима. Конец февраля – начало марта. Хоть и зима, но очень много солнечных дней. А когда пасмурно, то идёт снег.

Сцена первая

Комната Елены в Москве. Елена сидит по-турецки на кровати. На стене огромный постер с Юнион Джеком. Солнечный день. Елена разговаривает с Андреем по телефону. В этой сцене слышен только его голос. В сцене звучит песня Ingrid Olava – Back to Love

Такая погода прекрасная! Ты не возражаешь, если я приеду в выходные к тебе на дачу на денёк?

Давай лучше не в эти выходные. В понедельник встретимся.

А в выходные что такое? ты на даче что, с родителями будешь? Если с родителями, то ладно. А если нет – я категорически не согласна.

Меня в выходные на даче вообще не будет.

А где ты будешь?

Какая разница? Я тебе что, отчитываться должен?

Отчитываться ты мне не должен. Это был просто вопрос. И у меня есть право его задать. Прямо тебе говорю: я не потерплю никаких других женщин! Если ты со мной – то ты со мной.

А я тебе прямо говорю, что они были и будут. Потому что я добрый. И никого не бросаю. И честно тебе об этом говорю. Потому что надо быть честным.

Знаешь, у меня другое мнение на этот счёт. То, что ты называешь честностью и добротой – я считаю блядством и трусостью. Гордиться тебе здесь нечем. Боятся все. Все боятся быть отвергнутыми. Кто-то выдерживает это, а кто-то подстраховывается: тут Маша, тут Даша, тут Света. Конечно, все добрые бляди и честные давалки по-своему страдают. Но блядьми от этого быть не перестают.

Добрая блядь – замечательное высказывание! (пауза) Слушай, кто вообще знает, сколько мне осталось?

Ты что, болен?

Сколько мне ещё мужиком быть осталось?..

Боишься, что вставать не будет?.. И жизнь тогда кончится… Здесь судить не могу. Эти проблемы мне незнакомы. У меня свои печали. Но допускаю, что это очень важно для тебя. А для меня важно другое. Я хорошо знаю себя и понимаю, что подругой на час я быть не могу. И вряд ли выдержу ситуацию «много женщин». Как-то мне всё это … противно. Ты поэтому до понедельника подумай, что тебе важнее, со мной или без меня.

Я сам не знаю, может быть, что мне нужно.

Может и не знаешь. Но не чувствовать-то ты не можешь. И я не верю, что ты ничего ко мне не чувствуешь.

Может, и чувствую.

Тогда думай. До понедельника достаточно времени.

Можно у меня в понедельник, дочери дома не будет.

Хорошо, я в понедельник напишу.

(Разговор идёт очень спокойно. Буднично и без накала. Но когда он заканчивается, Елена долго сидит, смотря в одну точку. Потом смотрит на телефон, размахивается, вот-вот бросит телефон в стену. В последнее мгновение бессильно роняет руки , и тихо говорит)

Нет, всё, хватит. Я больше не могу. Есть такое слово: Достаточно.

(И включает песню Back to Love.)

Сцена вторая

Расставание на Чистых. Всё как полагается для романтического свидания: снег, заснеженные деревья бульвара, разноцветные лампочки над катком и звук коньков по льду. Герои сначала переговариваются – озвучивают свою переписку в ватсапе. Потом встречаются под часами у станции метро Чистые Пруды.

Я пока занята, раньше четырех быть у тебя не смогу.

У меня дома не получится. Дочь сегодня дома, я неправильно посчитал. Куда тогда ехать?

Встретимся тогда на Чистых. Я буду там к четырём. Или у метро жди меня, или иди купи билеты, в Ролане идет “Громкая связь” с твоим любимым квартетом И. “И” я не люблю, но “Громкая связь” – это ремейк очень хорошего итальянского фильма.

На “И” я давно хотел сходить. Умная ты! я вот не знал, что это ремейк. Кто я теперь рядом с тобой?

Судя по всему происходящему, это я – полная дура.

Не надо самокритики.

А что, самокритика это только твоя поляна?

Я уже освободился, а до четырёх ещё два часа.

Раньше быть я не смогу.

Тогда я буду пить коньяк.

Пей что хочешь. Только не шатайся, когда мы будем в кино заходить.

Я уже час стою у метро под часами. Согласен уже на ваши кафе, их тут куча.

Я буду через 10 минут.

(Елена выходит из метро. Андрей стоит под часами с пакетом, на котором написано BE FREE.)

Вот, книги твои принёс.

Расставаться собрался? Когда расстаются – всегда книги приносят. А это что? Духи?

Ты же хотела Jo Malone с лаврушкой. Я заехал сегодня в Европейский и купил.

(смотрят друг на друга. Потом целуются. Потом идут по Чистопрудному бульвару, сначала за руки держатся, потом уже в обнимку. Время от времени останавливаются и целуются.)

Я надеюсь, что ты моей лаврушкой не зажевывал свой коньяк?

(просматривает на ходу книги в пакете и ее осеняет)

Значит, ты всё-таки был в выходные на даче… Книги-то на даче у тебя были.

(отворачивается как кот в сторону) Я подумал, мало ли что, а потом ты будешь переживать из-за книг.

Из-за книг я переживать бы не стала. Переживать стоит только из-за живых людей и отношений с ними.

Я тебя боюсь. Боюсь, что ты дашь мне по морде, Скажешь “Вельяминов, ты подлец!”, обльёшь кофе в кафе, а потом ещё и вставишь в свой роман!

В романе места для тебя уже нет. Там другие герои. И вообще я про тебя писать ничего не хотела. Я хочу, чтобы всё это.. наша история.. осталась бы только для нас. Никому не хочу её рассказывать. (Пауза)

Про “боюсь тебя” – это взаимно. Я тебя тоже боюсь. Боюсь неизвестности. Боюсь, что я тебя не знаю и иногда совсем не понимаю. Боюсь, что ты меня обидишь. И больше всего боюсь тебя потерять.

Ая уже в воскресенье стал дёргаться, что будет в понедельник. Приготовил для тебя целую речь. Но вот увидел тебя – и всё забыл…

Про что речь?

Я сейчас уже не вспомню. Но главное, я хотел объяснить тебе, что я – одинокий мужчина и я привык быть свободным. Понимаешь?

Понимаю. А я хочу объяснить тебе свои чувства…

Не надо про чувства. Я боюсь этого. Я потому и завязал с любовью, что как только про это скажешь, так всё и рушится. Не надо, прошу тебя. Ну есть что-то – и ладно!

Ты меня не понял. Я хотела сказать тебе, объяснить… что говорю “люблю тебя” просто для того, чтобы меня не разорвало от чувств. Я очень сильно всё переживаю. Мои чувства, когда они есть, просто терзают меня.

Да, терзают. Когда летом… на даче я приезжала к тебе мириться, на мотоцикле, помнишь?..

Такое забудешь…

…а ты не захотел… то я сначала вроде как и не сильно расстроилась. (Неожиданно перебивает сама себя) А что ты, кстати , с мороженым сделал, которое я тебе тогда в шорты засунула, я так и не знаю. Что ты с ним сделал?

(смеётся) Сожрал!

Вот! Сожрал он… А я в три часа ночи проснулась и понимаю, что не могу дышать.. что думаю только о тебе.. что просто не понимаю, как доживу до утра.

Я прочитала все молитвы, какие только знаю, два часа их повторяла. Потом оделась, в пять утра добежала до станции и обратно, обежала весь наш посёлок кругом. Я не знала, что мне делать с собой и как себя успокоить.

Когда возвращалась обратно, уже машины начали ездить. И я боялась и хотела встретиться с твоей машиной. У тебя бы двигатель остановился от моего взгляда…

Господи… Я и подумать не мог… Знаешь, когда я разошелся с женой.. и у меня не было женщины… я мечтал тогда о такой, как ты.

(смеётся) Домечтался. Мечтать надо аккуратнее.

Я и не думал, что мне достанется такая красивая женщина. Мне бы,конечно, женщину попроще надо. Но это я так сказал. На самом деле, мне всё нравится. Я могу многому у тебя научиться…(пауза) Я купил билеты в кино. Но ещё больше часа до начала. Куда пойдем-то? В кафе?

(смотрит на него)

Научиться? У меня? Интересно, чему…

Ты очень смелый человек. Я это понял ещё в первый раз, когда пришёл к тебе домой. Ты всё делаешь, как ты видишь и как ты хочешь. А я вот всё чего-то боюсь. Смотрю на тебя и думаю: вот чего я всё боюсь?

(гладит его по щеке) Пойдем в кафе. Ангел мой, пойдём! (Видно, что про ангела она неожиданно для самой себя сказала) А ангелы усатые бывают?

Нет, ангелы – они с крыльями. Вот у тебя такое пальто, как будто у тебя крылья за спиной. (Обнимает Елену за плечи, смотрит на неё и с отчаянием говорит) Ты сведешь меня с ума!

(Обнимаются, идут в обнимку в кафе, останавливаясь на каждом шагу . И целуясь)

Давай уедем завтра на дачу?

(последние 2 реплики они говорят одновременно. Смеются. Прислоняются друг к другу лбами. Такой красивый жест – “голова к голове”)

Во сколько завтра?

Спишемся. Я вообще считаю, что жизнь – это экспромт. Синхронизируемся завтра, по ходу.

Согласна. Жизнь экспромт. Я люблю тебя.

На катке играет музыка. Abba, Happy New Year.

Сцена третья

На следующий день. Зима на даче. Елена выходит из машины. Она в серо-коричневой шубе, это афганский каракуль. В руках у неё маленький бумажный пакет.

Твоя шуба очень подходит к зиме. (Обнимает Лену)

Я купила её в 2000 году, когда умер отец. Сейчас понимаю, почему я её купила. Когда шубу гладишь, похоже на папины кудри.

(гладит рукав шубы) Ты очень любишь папу.

Да. Люблю. Мне очень его не хватает… Ты, кстати, чем-то на него похож.

(Входят в дом. Елена снимает шубу. Ставит пакет на стол. Андрей достаёт из холодильника большую кастрюлю и ставит её на плиту.)

Ну там кудри, плечи… И ещё я очень люблю, когда ты смеёшься. Когда мы прикалываемся и смеёмся с тобой вместе. (пауза) Мы, кстати, с тобой вчера так ничего и не обсудили, и не выяснили. Но так было хорошо… Как будто мне 15 лет и я в первый раз влюбилась…Что всё как-то стало лишним… Но потом я подумала, уже вечером…

Что подумала?..

Подумала, что если по-честному и по гамбургскому… Я два раза была замужем. И не один мужчина был во мне. И я сама-то себе ведь не противна из-за этого! И грязной себя я не считаю. Но … когда я слышу от тебя что-то про других женщин, то это… так меня бесит!!! И я говорю, что это противно, грязно, бесстыдно!. Если бы про меня так сказали, я бы возмутилась. Как же так, меня не поняли во всех моих извивах!..

Это, конечно, совсем несправедливо. Хотя объяснимо. Ведь про себя – про себя я знаю, значит это что-то или ничего не значит вообще. А про другого – знать нельзя… Даже если чип в него вживить и отслеживать каждый его шаг. Всё равно – узнать всю правду до конца нельзя. Потому что человек и сам про себя до конца – не знает. И это сводит с ума.

Хочешь, я расскажу тебе, где я был в выходные?

(с испугом) Где?

(серьёзно и грустно) Я был на кладбище. Два года назад умерла Светлана. Она была когда-то моей любовницей.

Тебя не смущает слово «любовница»? Ты согласен был бы, если бы тебя называли «мой любовник»?

Да, согласен. А что такого? Любовник – это тот, кого любят.

А я бы злилась, если бы меня кто-нибудь любовницей назвал бы. Я бы сразу сказала что-то вроде: «Да ты себя жопу сначала купи, а потом будешь меня любовницей называть!»

(Андрей достаёт бутылку красного вина и два бокала. Открывает бутылку и разливает вино по бокалам.)

Ну это ты. Ты же гордая красавишна. (Пауза) Это было давно. 20 лет назад. Я учился в институте на вечернем. Был женат уже, но с женой не ладилось, особенно в сексе. И поэтому у меня было много женщин. Я хотел убедиться, что со мной всё в порядке. Но переживал про себя, что я так делаю. Что я такой неправильный. А ты бы вот на моём месте что делала бы?

(слушает Андрея очень внимательно, можно сказать – пристально слушает.) Наверное, тоже хотела бы убедиться. Ну и, конечно, пыталась бы понять, почему я с человеком, с которым мне плохо, почему я с ним живу?.. (Пауза) Но Светлана-то, как я понимаю, была для тебя не одной из многих?.. Вы долго вместе были?

Четыре года. Такая девчонка была красивая!.. Ничего, что я сказал, что она красивая?

А что такого?

Женщины обычно очень не любят, когда при них про другую «красивая» говорят.

(улыбнувшись)

Наверное, я не женщина. Я люблю всё красивое – без различий. И мне нравится смотреть на красивых женщин. Или слушать про них. Про мужчин, разумеется, тоже.

(оживляется) Ты просто как я. Мне даже и порнуху если смотреть, то главное, чтобы красиво было. (Пауза)

Мужики в институте не верили: Неужели она твоя? Моя! – говорю. (По лицу Андрея видно, что он счастлив от воспоминаний) Она тоже была замужем, дочка у неё была. Представляешь, мы идём как-то по улице с ней и с её дочкой. Все на нас смотрят и думают, что мы семья… А мы любовники…

А тебе тогда не приходило в голову, что вы могли бы со Светланой жить вместе? Четыре года вместе – это очень много. Это серьёзно.

Может, и приходило. Но тогда получается, что я построил бы свое счастье на несчастье другого человека?

О, Господи!.. А ты, значит, не человек? И Светлана не человек? И на вас можно наплевать. Ради того, чтобы была счастлива твоя жена. И что, разве жена твоя была счастлива? По твоим рассказам – ни дня.

Ну, может, это я просто такой упёртый…

Ты точно упёртый. Но зато теперь я поняла, почему ты до сих пор злишься на бывшую жену. Ты расстался со Светланой, которую любил. Вернулся к жене. Сделал всё, как полагается. И думал, что тебя за это наградят. Звёздочку тебе выдадут. А жена тебе вернула твою историю и решилась сделать то, что ты в своё время не сделал!.. Ушла от тебя! Да, это жестко, конечно. (Пауза) А почему Светлана …умерла? И как ты узнал об этом?

Я звонил ей. Несколько раз. После того, как с женой разошлись. Предлагал встретиться, но она всё время отказывалась, под разными предлогами. А я настаивать не стал. А два года назад мне позвонила ее подруга и сказала, что Светлана умерла. От рака. Такая девчонка была красивая… (Плачет)

Снег пошёл.

(Елена подходит к телевизору и ищет музыкальные каналы. Включает радио Джаз. Ловит песню не с самого начала. Но это поют Poets of the Fall. Sleep sugar…)

(Долгая пауза с песней, снегом и слезами.

Андрей плачет. Елена смотрит на снег. Потом подходит к Андрею, Присаживается рядом с ним на корточки, чтобы лица их были на одном уровне и говорит)

Знаешь, я не могу промолчать. Твоя история растрогала меня. До слёз. Я должна сказать тебе, что … хорошая это история. (Дотрагивается до его колена рукой) Ты, по-моему, не делал ничего плохого. Ты просто был живым. Был верен себе, своему чувству прекрасного. Жалко, конечно, что ты не развёлся тогда… И Светлану жалко.

(Андрей делает тот же жест, что вчера, во время встречи на Чистых. Он притягивает голову Елены к своей голове. И какое-то время они сидят, соприкоснувшись головами.)

Пойдём …покурим.

Пойдём. Я курить не буду. Просто рядом постою.

(Выходят на террасу. Стоят рядом, облокотившись на перила. Андрей курит. Елена не смотрит на него, она задумалась, такой взгляд то ли вдаль, то ли в никуда. Повернувшись к ней, Андрей говорит)

Я хотел сказать тебе… Пожалуйста, не переноси автоматически то, что я рассказывал про нескольких женщин, разных баб… на сегодняшнюю ситуацию. Это было. Но это было давно. Двадцать лет назад.

Ладно. Не буду. (Пауза) Не перестаю удивляться, что ты как-то (не пойму, как тебе это удаётся) всегда попадаешь в то, что я пишу. Я как раз пишу сейчас главу «Мёртвые любовники». Или вдруг ты говоришь фразу из моего текста, который ты не читал. Не понимаю…

Не надо ничего понимать. Все потом сложится как пазл. (Пауза) Ты же не станешь меня меньше любить из-за того, что я спал когда-то с кем-то?

Нет, не стану. Я тебя люблю. (Пауза) Я вот что ещё тебя спросить хотела. Ты в первый раз, когда мы только познакомились, сказал, что ты полковник. А на второй или третьей встрече вдруг сказал, что прапорщик. Так ты кто?

Полковник, разумеется.

А что тогда про прапорщика плел? Да долго так держал этот сюжет… не сбивался. Для чего врал-то?

(как кот отворачивается в сторону и улыбается)

Ну, был же я когда-то прапорщиком… Почему врал? Просто хотел посмотреть, как ты отреагируешь. Смотрю, ничего, и на прапорщика согласна.

(смеется) Да я же примеряла твой мундир!.. я видела, сколько звёздочек на погонах. И наблюдала за тобой, в свою очередь. Думала, может ты врёшь для эротических забав? Или, думаю, меня проверяешь? Мне смешно было, что ты мог думать, что для меня важны звёздочки на погонах. Так, думаю, чувак явно не подозревает, что для женщин нет ни лакеев, ни великих людей. (Смеётся)

Давай что-нибудь съедим? Я борщ там сварил.

Давай! А я привезла ташкентские помидоры.

Да ладно? Настоящие ташкентские?

Попробуй, узнаешь!

(откусывает помидор) ААААА! Вот это да! Правда, настоящие. АААА!

(смеётся) Наконец-то я опять слышу это ААААА! И какая разница, какими средствами я этого оргазмического ААААА! добилась?

(смеётся, дожевывает помидор) Иди сюда!

Нет, ни за что! (смеётся) Никакого секса, даже не мечтай. Мы будем смотреть кино. «Король говорит!»

(обнимает Лену) Кино так кино. (Поцелуй) Я хочу только тебя! (Поцелуй)

Поцелуй)Поцелуй)Поцелуй)

(За окном серые сумерки. Идёт снег.)

Действие четвертое

Снова весна. Снова май. Снова дача. Кукует кукушка. Щелкают соловьи. Всё так же, как и год назад. Как понять, что год прошёл? В зеркало, что ли, посмотреться? Или лучше взглянуть на календарь? Водосбор выпустил цветочные стрелки, прямо такой же водосбор, как на акварели Дюрера 1506 года. Как же понять, как проходит время? Когда оно так нечувствительно проходит… Уже 16-ое мая следующего года.

Сцена первая

На террасу дома Андрея поднимаются Елена с красным рюкзаком и Андрей с пакетами из Ашана. Андрей открывает дверь дома и заносит пакеты в дом. Елена остаётся на террасе, ставит рюкзак на пол, оглядывается вокруг.

Слушай, год уже прошёл! Мы встретились с тобой год назад шестого мая. А сегодня 16-ое.

Ты что, запомнила число? Я запомнил вот, что ты хотела выпить полбокала, а выпили мы с тобой тогда три бутылки.

Да, смешно получилось. А число было нетрудно запомнить. Шестое мая – день святого праведного Георгия Победоносца. Я запомнила день, потому что у меня всё соединилось в одно: наша с тобой встреча и расписной архангельский короб, который я когда-то давно купила.

Короб? А короб-то тут при чём?

Лет десять назад я купила этот короб за бешеные деньги. Не смогла удержаться. Из-за темы Георгия Победоносца и из-за Льва, с которым я себя соотносила.

С кем ты себя соотносила? С Победоносцем? Или со Львом?

Со Львом. Там ещё и единороги по бокам, на коробе. Сегодня утром наткнулась на короб – и вспомнила, что мы с тобой встретились как раз в день Святого Георгия Победоносца. Потом стала думать, кто же из нас кто? Сначала я посмеялась, что я – громко рычащий и абсолютно нестрашный Лев, бежит Лев как дурачок на верёвочке за всадником… А ты-то на коне! (смеётся) А потом поняла, что мы с тобой постоянно меняемся местами. (пауза) А ещё потом – поняла, что это неважно, про места. Важно то, что мы встретились. Мне на любом месте с тобой хорошо.

Я понял, почему ты восемь лет прожила одна. Все просто боялись к тебе подойти. Я тебя тоже боялся… раньше. Сейчас уже не боюсь.

А что же ты подошёл-то, если боялся?

Я? Я просто смелый человек! (смеётся) А мне сегодня приснился длинный такой сон… Всё, что там было, под утро я забыл, только помню, что снился мне мой бывший сослуживец с накрашенными губами. Вот к чему такое снится?..

(Шутливо) Ну вот ты режь меня, не знаю, к чему это.

(Взглянув на Андрея, видит, что он серьёзно спросил. Подумав, говорит серьёзно) Это, наверное, к переменам.

К переменам? К каким? Скольких я уже похоронил…

Значит, и тебя кто-то похоронит, не расстраивайся! Я похороню тебя, как ты хотел, на Вихорне. А себя попрошу развеять над Окой. Не хочу привязываться к одному месту! (Обнимает Андрея и щекочет его) Давай жарить шашлык, есть хочется. С похоронами – чуть позже. Всех похороним, поверх земли никого не бросим!

Что за шутки у тебя?

А у тебя что за мысли?

Я часто про это думаю. Сколько мне ещё осталось?.. думаю. У меня дочь замуж выходит. И сейчас квартиру покупает. И она… будет теперь очень часто бывать на даче. Она скоро уйдёт в декрет. И мне нужно будет ей помогать.

(Елена смотрит на Андрея очень внимательно. И молчит. Андрей ловит её взгляд и немного испуганно говорит )

Что-то не так?

Я знаю. Ты уже говорил. Про квартиру. И про выходит замуж.

(Елена задумывается, смотрит на Андрея и решительно говорит)

Хочу сказать тебе сразу, что я прекрасно понимаю, что никогда не дождусь, чтобы ты перестал быть сыном и папой. И не возражаю, чтобы ты ими был. Но хочу убедиться, что ты не просто чей-то сын и папа, но и мой мужик!

И если ты отстегнёшь яйца, задвинешь меня на третий план и будешь то пионера-отличника для мамы, то доброго дедушку для дочери представлять – мне нечем будет радоваться …переменам в жизни твоей семьи. А вот злиться – злиться будет чем. И я буду очень сильно злиться!

Потому что ты мне нужен. Мне нужно твоё время, твоё внимание и твоя любовь! И я не хочу, чтобы наши отношения испортились. Потому что я вложила в них всё, что у меня есть. (пауза) Внеси это в протокол сегодняшнего собрания. И заложи в матрицу.

Да у неё есть свой мужик!.. Я только так.. на подхвате. Я, может, что-то не так сказал? Не обращай внимания, если что. Я сейчас курить бросаю и у меня бывают… перепады настроения.

(Елена смотрит уже не так сурово. Видно, что ей стало легче. Но она ещё не всё сказала. И собирается с силами, чтобы сказать)

А я вот последние две недели знаешь, про что думаю?

Про что же?

У меня задержка. Уже больше двух недель. И всё это время я себе ярко представляла варианты развития событий. Сначала представила себя с младенцем и подумала: какой ужас! Я не выдержу это в третий раз, два года не спать и кормить по требованию. Было так страшно, что я не могла найти в себе силы сходить в аптеку и купить тест.

Потом вспомнила свою подругу Зайцеву и её медицинский юмор. Она меня ещё в прошлом году троллила: Представь, говорит, себе Ленка, что ты спишь с мужиком, а он вдруг забеременел! Я говорю ей, ты спятила? Перегрелась на своей работе, что ли? А она мне: Нет, ты представь себе это! Я говорю, ну ладно, представила… А она тогда: Вот и не забывай! И предохраняйся!

(Лена, когда говорит, так увлечена рассказом, что не смотрит на Андрея) Вот, думаю, предупреждали меня умные люди, а я не послушала. И вот теперь…

И что теперь?

(взглядывает на Андрея и видит, что он, как говорят, изменился в лице)

А что теперь? Теперь придётся быть, как Лев Толстой! (смеётся) Вечно молодой и вечно пьяный. Седой и беззубый, но с младенцем на руках. Представь себе только – как это забавно! И потом, последней новостью, которая взволновала наше дачное Товарищество, была отставка нашего бывшего председателя. Сколько лет ничего интересного не было! А тут – такие будут новостЯ! Жизнь забурлит сразу! Все только это и будут обсуждать.

Да у меня все сперматозоиды уже дохлые!.. Да тебе самой сколько лет-то?.. Да когда мы с тобой в последний раз спали-то, полгода назад?!..

(не поняла всей серьёзности ситуации для него – продолжает смеяться)

Почему это полгода? Вот, в конце апреля, я в своем Молескине даже наклейку на этот день наклеила, с Лисом из Маленького Принца. И все дохлые быть не могут. И достаточно одного. И причём тут мой возраст? Ты же вечно волосы рвал, что я слишком молодая для тебя. И вообще, я уже купила один тест. И он ничего не показал. Пока не показал.

(сбавляет обороты) И чем ситуация закончилась?

Ситуация пока не закончилась. Через неделю всё будет окончательно ясно. Я просто дергалась две недели. Рассказала тебе, потому что хотела разделить это с тобой. Ты же делишься со мной. То про родителей. То про свою диспансеризацию. То про дочь.

(вынимает телефон и показывает Лене план квартиры)

Вот, смотри. Большая трёшка.

(рассматривает план) Большая квартира. Но мне не нравится, что кухня на отшибе. Лучше, когда кухню можно соединить с соседней комнатой и сделать большое общее пространство. Кухня – центральное место в доме. Вечно все приходят и сидят там.

Да, я так же думаю. Но подводка-то…

Можно перенести. Вот смотри! Это сюда, это так.

(Вместе рассматривают план.)

А про нынешнее лето – я тоже буду жить на даче с младшим сыном. Но мы же придумаем что-нибудь, чтобы встречаться?.. что-то другое?

Да, перед нами откроются новые горизонты. (Вдруг вспомнив) Мы про шашлык-то забыли! (смотрит на небо) Смотри, вон Ковш! Как всегда, на своём месте…

(Дальше обычный вечер. Жарят шашлык. Пьют вино. Разговаривают. Сидят в обнимку на террасе. Фигуры двигаются на освещенной террасе. А голосов не слышно.)

Сцена вторая

Вечер следующего дня. В саду и на террасе дома Елены. На террасе рядом с большим мягким креслом стоит винтовая табуретка от пианино, выкрашенная в цвет scarlet red. И посреди террасы валяется очень большой детский мяч. Мяч тоже ярко-красный.

(пишет смску) Приходи сегодня часов в семь.

(пишет смску) Хорошо. Сейчас пивка после работы выпью и приду.

(Елена ставит в вазу букет сирени, когда появляется Андрей. Она улыбается, подходит к Андрею и обнимает его. )

Как хорошо! Я только сейчас подумала: Как хорошо, что ты у меня есть! Ты любишь обниматься?

Раньше любил. По молодости. А сейчас как-то отвык.

(продолжает его обнимать и дурачиться, дёргает Андрея за косичку волос на шее)

А мне всегда нравилось – и раньше, и сейчас. Слушай, я хотела с тобой посоветоваться, два вопроса по саду, два в доме.

Да, я же обещал тебе сделать стол. Стол писателя. Трибуна, с которой ты можешь вещать, у тебя уже есть…

(Стоя на террасе, делает жест рукой, как будто вещает и жестикулирует. Помолчав) Слушай, я сегодня не останусь у тебя.

Да я тебе ещё и не приглашала вроде… А что с тобой такое? Я ещё погулять хотела сегодня. И выпить за наши потери. Потому что нельзя найти, если ты ничего не терял.

(с отстраненным лицом)

Потери? У меня в жизни не было никаких потерь, вот только бабушка в 2000 году умерла. (Пауза) Я не выспался. Почти не спал сегодня ночью. Я не высыпаюсь, когда с кем-то сплю.

(насторожившись и немного удивлённо глядя на Андрея, но пока не понимая, что происходит)

А кто это сегодня храпел? Ты храпел до шести утра. А я слушала тебя и спать не могла. А ты спал. Ведь когда храпят, точно спят. И почему ты говоришь: С кем-то? Неужели так трудно сказать: С тобой? Я не высыпаюсь, когда сплю с тобой?

Потому что я сплю не только с тобой.

(опешив, явно не ожидала такого разворота)

Слушай, это уже не смешно. И не грустно. Мы столько раз об этом говорили. Я считала, что эта тема уже закрыта. Навсегда. Зачем ты мне это говоришь? Ты что, расстаться хочешь?

(без пауз, сплошным текстом) Да, давай расстанемся. У меня серьезные отношения с другой женщиной. Её зовут тоже Елена Александровна. Она была ещё до тебя. Глубоких отношений с двумя одновременно быть не может. Поэтому я выбираю её. У меня же есть право выбора?

(оторопев) Право выбора у тебя, конечно, есть… Но… что ты несешь-то? Ты что, с ума спятил? Собачьей бесилы обтрескался? Какие такие ещё глубокие отношения? Я же не буду напоминать тебе, что и когда ты говорил. Ты говорил про многих баб и про то, что это был свист. И вдруг достаёшь из загашника какую-то Елену Александровну… (Пауза, видно, что Лена поражена до глубины души)

Я не говорил тебе, потому что не хотел тебя огорчать…

И что вдруг решил огорчить? И дальше бы не огорчал! Не нёс бы мне эту манлихеровину!

(Елена делает вдох и с силой берёт себя за волосы у висков, как будто сама себя за волосы из воды вытаскивает)

Фу, мне просто неудобно за мой теперешний текст. Твою мать! .. Как жена со сковородкой… уличаю своего неверного супруга. Я теряю стиль с тобой! Я тебе женой со сковородкой быть не собираюсь.

Елена Александровна, говоришь?.. А если они глубокие, значит, ты ей говорил обо мне?

Нет, она меня даже ни о чём не спрашивает. Она только говорит (изображает тоненьким и манерным голоском) «Ведь ты же мужчина!»

Харрошие у вас отношения, просто именины сердца… Один не говорит, другая не спрашивает… ( с сердцем) Мудак ты, а не мужчина! Какой же ты мудак… Что же ты делаешь?.. и со мной, и с собой…

Ты лучшая. Ты очень искренний человек. Ты даже – наилучшая. Но я выбираю не тебя. Знаешь, иногда нравятся пэтэушницы.. Ну вот нравятся, и всё!.. (Пауза)

Слушай, давай лучше про стол. Пойдём посмотрим твой стол. Я всё сделаю тебе, как обещал.

(Подумав) И мы можем общаться и дальше. Только спать больше вместе не будем. Я спать теперь буду только с Еленой Александровной.

Что? с ума сошёл? Продолжать общаться и спать с другой? Да ты засунь сначала свой хер себе в задницу, а потом будешь продолжать со мной общаться!

(Садится на стул и истуканом на нём сидит)

Да, её зовут так же, как и тебя. Знаешь, так бывает: собаку зовут так же, как и жену. Зовёшь собаку – приходит жена.

(Пауза) Я тебя понимаю, что тебе тяжело. Я тоже был в такой ситуации, когда мне сказали: Да, ты хороший, но я выбираю не тебя.

Вот ты два раза замужем была. Умные, наверное, образованные люди мужья твои были. Но ты же оставила их? Оставила же?.. Вот и я выбираю не тебя. Знаешь, бывает, что пэтэушницы нравятся.. (Пауза) Знаешь, как говорят: Одних любят, а на других женятся.

ПТУ уже давно закрыли, Вельяминов. Но пэтэушницы, видимо, остались… И пэтэушники. А про любят-женятся… ( с сарказмом) Тут ты с неудачной карты, Андрей Владимирович, зашёл. Тебе же сейчас придется сказать, кого ты любишь. И на ком женишься. Ну и что ты скажешь?

Ты слишком сложно всё воспринимаешь. А я, я же сболтну чего-нибудь как дурачок, а ты значение придаешь… Мы же не давали друг другу обетов любви и верности? У меня же есть право выбора?

Интересно, что изменилось бы сейчас, если бы мы их друг другу давали?.. Твои долбанные обеты?.. (Пауза. Лена садится на стул. Закрывает лицо руками.) Слова иногда ничего не значат. Вот мы сейчас что угодно можем наговорить, но это ничего не изменит. И не отменит.

(Пауза) Всё, что происходит в отношениях – это всё «езда в незнаемое». Никто ничего не знает. И про себя многое не знает, может, и вообще – ничего про себя не знает…

И я у тебя никаких обещаний не просила. И тебе сама ничего обещать не смогла бы, кроме как быть человеком. И не врать.

А ты зачем-то мне врёшь всё время. И подсовываешь мне это дерьмо…

Я не вру. Я пытаюсь тебе правду сказать. А женщинам нельзя говорить правду, они не верят.

(отнимает руки от лица, с возмущением)

Неужели? Женщинам нельзя говорить правду? А женщины, что, не люди? И какую правду ты мне пытался сказать? Да ты запутался в показаниях!.. Сам уже не знаешь, где ты врешь, где подвираешь, а где правду говоришь. Ты как агент под прикрытием, который забыл, где он сам, где его персонаж, как его зовут и на каком языке он говорит!.. Вот крыша-то у него и едет!

(Разозлясь не на шутку)

То ты полковник, то ты прапорщик, то опять полковник. То бабы стаями, то это было давно. То про Светлану плачешь – то у тебя никаких потерь в жизни не было. То я прочитал твой роман и был растроган до глубины души – то пэтэушницы ему нравятся. То фотографию станции Ситенка обещаешь прислать как иллюстрацию к роману – а присылаешь ещё и фотки Машки Боярской с тобой в обнимку! То я практически в импотента превратился – а то отношения с двумя одновременно!

Да я случайно тогда фотографию прислал! Говорю же – не увидел!

Слишком много случайно, не находишь? Тоже мне, слепой в бане! Не увидел он! А ты открой глаза – и смотри как следует! (Пауза) Ты задолбал меня своими бабами! Сколько можно уже самоутверждаться? Пока карачун в чужой койке не хватит? Да тебя на меня одну с трудом хватает!

Да, это ты сказала правду.

И что мне с того?

Ты очень искренний человек. Если бы всё это для тебя было бы только ради секса, то мне было бы всё равно. Но я не могу больше тебе врать. (Пауза)

Ты лучшая, правда, лучшая. Я бы даже сказал наилучшая.

Ага, хорошая баба. (Губы Елены кривятся усмешкой) Знаешь, как в народе говорят, что такое хорошая баба?

Нет. И что говорят в народе?

Хорошая баба, наши ебли, хвалили.

Фу, Лена, это пошло!

А то, что ты делаешь – вульгарно!

Ну прости меня! Ну хочешь, дай мне по морде? Ну не сердись!

Нет, я не хочу дать тебе по морде. И я тебя, Вельяминов, не прощаю. Запомни это. (пауза)

Знаешь, почему говорят, что любовь живёт три года?

(с опаской) Почему?

Потому что при встрече люди показывают свои лучшие стороны, сначала лучшие. Сначала по-другому и быть не может. А потом поневоле показывают всё остальное, что в них есть. Свои травмы, свои неприглядные стороны, страхи. Всё своё говно. И вот здесь-то начинается самое трудное..

… трудно принять говно другого, да?

Говно другого оказывается принять не так трудно, как своё говно. Оказывается, что самое сложное – это пережить и принять всю мерзость в себе. От этого и сбегают в другие отношения. Но.. если удаётся прожить этот ужас вместе – то можно дойти до таких глубей, где никогда прежде не бывал… Нырнуть – и как Кусто любоваться красотами невиданного морского мира…

Слушай, ты есть не хочешь? Давай поедим?

Есть я не хочу. Я сейчас хочу выпить. Единственное, что могу сейчас – это выпить.

У меня есть с собой бутылка кизлярки.

Давай. (Достает из буфета две рюмки) Наливай.

Сколько тебе налить?

( с горечью)

Не знаешь что такое всклень? Вровень с краем. Наливай.

(наливает) Тут еда какая-то у тебя была… Ты же картошку сварила? Закуси, давай я тебе положу?

(пристально смотрит на Андрея) Не имею такой глупой привычки, закусывать. (Одним махом опрокидывает рюмку. Ставит на стол перед собой) Наливай!

(наливает) Что, прям так сразу?

(выпивает) Наливай!

(наливает, смотрит на Лену… и вдруг начинает смеяться) Слушай, я тебя боюсь! Что ты делаешь?

Боишься, что я террасу заблюю потом? Не дрейфь. Этой привычки я тоже не имею. (выпивает) Наливай!

(наливает)

Прошу тебя, закуси!

Отвяжись, сказала! То с сексом ко мне приставал… Теперь с закуской. Отвяжись! И наливай давай!

(наливает) Прошу тебя, закуси! Ну пожалуйста!

Ладно. Закушу. Если встанешь передо мной на колени и попросишь меня – то закушу.

(становится перед Еленой на колени) Я прошу тебя. Пожалуйста!

(смотрит на Андрея, как будто силясь что-то вспомнить) Что я сказать тебе хотела… Попробую. Хотя кизлярка уже начинает действовать. За гремучую доблесть… Грядущих веков (останавливается, смотрит на Андрея) За высокое племя людей… Я лишился…Нет, не могу. Сил нет.(Поникает)

(смотрит на Елену)

Я не знаю этих стихов. (Пауза) Я в тебя действительно влюбился.

(закрывает лицо руками и на Андрея не смотрит) Без комментариев. Ты с кем-нибудь можешь разговаривать так же откровенно, как со мной?

Нет. Ни с кем.

Я тоже… Так, как с тобой – ни с кем… Что ж ты делаешь-то?.. Какой же ты мудак…

Вся моя жизнь подстроена под расписание моей дочери. А когда она станет самостоятельной, то мне уже ничего будет не нужно.

А вот это ты правду сказал. Так и есть. (Пауза) Кизлярка у тебя хорошая. А сам ты – предатель. Так и запишем.

(Пристально взглядывает на Андрея, как будто убить его взглядом хочет)

Вот поэтому Светлана с тобой встретиться и не захотела! Потому что она знала, что ты предатель.

(видно, что эта реплика его задела)

Нам надо было расстаться еще тогда, когда мы первый раз поссорились, прошлым летом. Я жалею, что мы тогда не расстались. А дальше, дальше было бы ещё хуже!

(убирает руки от лица и смотрит на Андрея сухими глазами)

Убирайся. Ты не дождешься, чтобы я делала вид, что мне всё равно. Что ты мне не был дорог. Мне не всё равно. И ты мне очень дорог. (Движение в лице) Но ты меня не победишь!.. И какой же ты мудак! Господи, какой же мудак!..

Я Вас недостоин! (пауза) Скажи мне, что я должен сделать?

Я не знаю. И ты не сделаешь, если я скажу. (Пауза) Человеком надо быть!

(Елена, сидя за столом, роняет лицо в руки. Андрей быстро выходит. Не оглянувшись.)

Сцена третья

Поздний вечер того же дня. Примерно начало одиннадцатого. Слышен шум подъезжающей машины, хлопают дверцы. Слышны голоса «Все сумки взяли? Наташку возьми!». На террасу входит Настя Молодцова и Дмитрий Молодцов с трехлетней дочкой на руках.

(обращаясь к Елене, без пауз) Ну, как ты? Жива? Что тут у вас произошло? «Надя, он что, ударил тебя?» Я получила твои сообщения и мы решили заехать к тебе. (Видит пустую бутылку из-под кизлярки на столе) Ты что, одна всю бутылку выпила?

Нет, мы ее выпили на двоих. С Вельяминовым. Он недавно только ушёл.

У тебя вид убитого ребёнка. Вот ведь гад! Глубокие бля у него отношения!!! Углубился прям по самые ботинки!.. И ты смотри, совестливый какой! Врать он больше не может! Сказал бы уж честно, что обосрался от страха и не лепил бы горбатого!

(держит сонного ребёнка на руках)

А что случилось-то, я не пойму?

Как говорит моя подруга Антонина, угу, пиздИ, пиздИ. Врёт всё – от первого до последнего слова.

Я не понял. Ты про кого?

(устало Дмитрию) Я тебе сейчас объясню коротко. Я сказала Вельяминову, что у меня задержка. А он сказал, что я не я, она не моя и что нам надо расстаться.

(улыбается, не поднимая глаз)

Очканул. Это он очканул! Бывает. Еще что сказал?

Сказал, что у него давно, ещё до меня, глубокие отношения с другой, которую зовут так же, как и меня. И что он выбирает её.

(так же улыбаясь, он доволен, что он-то Молодцов! не то, что другие козлы) Пиздит. А кого он выбирает?

Другую Елену Александровну он выбирает! Придумал бы уж лучше какую-нибудь Раису Захаровну, что ли! А то – тоже Елена Александровна! Альтер эго прям! Бля… ржу не могу. (Елене) Не вздумай из-за этого мудака с усами переживать!

Я буду крестным, если что. Я вас не оставлю. Чего он ещё говорил-то?

Он сказал, что не может мне больше врать. Про крёстного спасибо. Но надеюсь, что до этого не дойдёт.

Ага, не может, но продолжает! И не смог дальше именно в тот момент, как узнал про задержку. От ведь как его раскорячило!.. (Елене, заботливо) Ты купила тест, кобыла?..

Так. Надо сначала сделать тест. А потом мы ему позвоним. С чего он решил, что может моих родственников обижать? Щас мы с ним разберемся! Я ему морду за Вас набью, если что!

Может, не надо?

Надо. (Достаёт из одного из пакетов бутылку водки и открывает её) Будете?

Ты что? Мне Наташу уложить нужно. А Ленке уже хватит. И ты не напивайся!

Я выпью рюмку. А то я просто с ума сойду. Не понимаю ни-че-го. Дурдом какой-то. Насть, ведь просто дурдом?

И правда. Ведь всё же хорошо было… И вдруг! (Дмитрию) А ты и рад! Крёстный… (Елене) Нет, как вы с ним спелись-то! Родственники…

Иди Наташу уложи!

(Разливает водку по рюмкам. Настя с ребёнком уходит в другую комнату)

(впивает и закусывает колбасой) Хорошая колбаса. Я всегда Насте говорю: купляйте белорусское! (Жует колбасу) То-то я смотрю…осенью ещё заметил, сигареты у нас в доме на буфете лежат. А я такие не куру. Спрашиваю Настю, это кто к нам ходит? Она мне про Усатого-то и сказала. Что это он. Ага, думаю, повадился кот по сметану…

Он, правда, чем-то на кота похож. А я всегда котов любила… (плачет)

Знаешь, что? А давай-ка мы к нему сходим? Вот не люблю, когда женщин обижают!

Зачем сходим-то?

А поговорим!

(немного подумав)

А давай! Чтобы он не думал, что это только он может оттянуться – и оставить меня в недоумении. Я щас тоже оттянусь. И ликвидирую его головокружение от успехов и перегибы на местах. Идём!

(Дмитрий и Елена уходят. Минут двадцать слышен щебет соловья в ближайших кустах, какое-то отдаленное пение и смех. Смех становится громче и ближе. Елена и Дмитрий возвращаются. Дмитрий хохочет в голос.)

Я и не знал, что ты такая приколистка! Это на каком языке ты песню-то ему спела? На немецком? Или на украинском?

На украинском. Надо же, затаился, как мертвый. И не вышел. Вот ты бы вышел?

Я бы вышел. Раз зовут – надо выходить. (смеется) Нет, ну очень смешно! Я давно так не смеялся! С тобой прямо очень интересно. Я не знал, что ты такая … оторва.

Ага, обхохочешься.

Дай пять! Уважаю!

(жмут друг другу руки, потом Дмитрий говорит)

Слушай, я вот что хотел тебя спросить… А что это он без трусов ко мне вышел?

Ты бы его и спросил. Что меня-то спрашиваешь?

Ну, я думал, ты знаешь, что это он? он так всегда по дому-то ходит?

Ну и что… ходит. Проветривает, наверное.

Ой, да что там проветривать-то? Проветривает!.. Он бы лучше с линейкой ходил!.. (пауза)

А как он… вообще?..

Что вообще?..

Ну как мужик-то он как?

(смеется) Так я тебе и сказала!

Ну какой? Интересно же. Большой или маленький?

(слегка улыбнувшись) Огромный! Как штакетина у забора.

Что, правда, что ли?

А ты думал! А тебе-то что?

А по времени?..

Что… по времени?

Ну, сколько минут-то может? Три, пять?..

(видно, что она прикалывается, но Дмитрий воспринимает всё серьёзно)

Каких минут! Ты что! Часов, часов, а не минут. Хата тряслась всю ночь до утра.

Да ты что… Не может быть…

А ты позови его в баню! И сам всё увидишь и узнаешь!

Ну ладно, я пошёл. Давай, до завтра! Очень смешно было. И надо было ему если не шины у машины проколоть, то хотя бы на капот нассать! (подумав) А давай на машине немножко покатаемся?

Нет, кататься не будем. Да, было смешно. До завтра. Смешно! Не надо …шины!

(Дмитрий уходит в ту же дверь, куда ушла Настя с ребёнком. За дверью слышен приглушенный звук голоса Дмитрия, обрывки фраз и его смех.)

(оставшись одна на пустой террасе) Господи, что за дурдом! И ведь не вышел… Господи, за что мне такое…

Сцена четвертая

Вечер воскресенья. К дому Елены подъезжает Зайцева на огромном белом Вольво. Зайцева крупная и яркая. Но при этом ощущение, что это маленькая девочка, которая просто увеличилась до таких размеров. Зайцева выходит из машины. На голове у неё маскарадные заячьи ушки. Она хохочет. В ее репликах – почти в каждой – анекдоты и цитаты из комедий. Пока Зайцева не выключила мотор – в машине играет музыка. Она слушает Доктор Лебедянский, «Максим не знал, смеяться или плакать».

Ой, ну шо тут у вас, Ленка? «Сара, я очень стеснительный. Давайте вы мне просто по-быстрому дадите и я пойду?»

(улыбается, но как-то кисло; она пока не поняла, смеяться или плакать ей больше хочется)

Почти так. Я сказала Вельяминову про задержку. Даже не думая, что это произведет такое впечатление. Что-то пошутила про вечно молодого и пьяного Льва Толстого с младенцем на руках.

А он испугался и сбежал? Я читала твою смску. Жажду услышать подробности. Кладите мне всё!

Ты зачем с ушками?

Тебя хотела развеселить.

Ну, это вряд ли тебе удастся! Я сейчас в таком состоянии, что сама всех веселю. И уже устала. Мы вчера с Дмитрием ходили к Вельяминову.

Да ты что? Хороший у тебя родственник! (хохочет) «Тогда Мизандари В. К. схватил Папишвили и несколько раз макнул его головой в унитаз.» Морду набить, колеса проколоть и окна побить ходили? Ты дралась и покушалась на святое? Рассказывай скорее!

Ты угадала, почти всё так и было. Я вчера напилась с Дмитрием. Вернее, мы разговаривали и за разговором нечувствительно выпили бутылку водки на двоих. Дмитрий говорит: пошли к нему, поговорим. А пошли! говорю. Димка постучал в дверь, Андрей открыл. Без трусов. Я сплю уже, говорит. Димка говорит: выйди, тут к тебе пришли. Не вышел, захлопнул дверь, свет выключил. А окно открыто. Ну, я под окном и покричала ему: «Вельяминов, выходи!» Потом спела куплет из казацкой песни. Вся улица слышала.

(смеётся) Ну всё понятно! «Аркадий, как вы могли так поступить? – А шо такого? Ведь я же на мотороллере!»

Димка чуть не сдох от смеха. А Вельяминов затаился как мертвый.

А зайки больше всего боятся публичности и шума. Вот он и затаился.

Какие такие ещё зайки?

Да такие вот, как Вельяминов. И как я! Ну, как ты не понимаешь? (с выражением) Зайки!.. Бывают такие зайки, которые всю жизнь – как пионеры, всё правильно у них, снаружи только, конечно, правильно, внутри-то там лучше не разбираться, потому что не разберешься; все в заботах, в вечных, никому «нет» не говорят.

А бывают такие, как наши с тобой папаши. Или как ты. Или вот как Армен. Безбашенные. Что хочут – то и воротют. И думают, что другие могут так же, как и они. А другие – не могут!

Ага, Танька, я поняла!.. эти другие, то есть.. зайки – они как агенты под прикрытием. Всю жизнь – под прикрытием. Выполняют ответственное спецзадание – и настолько сживаются со своим «пионером», что потом не могут вспомнить, кто они сами и какие они. Не могут своего «пионера» в жопу послать! Вот и Вельяминов не знает, какой он сам. И всё время нуждается в прикрытиях. В этом вы с ним чем-то похожи. Поэтому ты и понимаешь его так хорошо.

Да, что-то есть… он для меня как открытая книга.

А я, как ты заметила, вообще по-другому устроена. И его, и тебя – я не понимаю. Две или три связи одновременно – этого я никогда не смогу понять.

Поэтому тебя так к нему и тянет!.. (Пауза)

Что я тебе скажу, Ленка. Я вот тоже придерживаю рядом с собой Зайцева, Димку и ещё немного Николашу. Потому что быть только с Арменом я боюсь. Армен – это серьёзно. Меня к нему очень тянет, но пугает его безбашенность ужасно. Я-то внутри пионерка и зайка. Как и твой Вельяминов. И никогда я за Арменом пойти до конца не смогу. А он думает, что смогу.

И… про бабу что он тебе говорил – не поймёшь, правда она есть или пиздит. Если и есть, то всё не так серьёзно, как он … говорит. (Пауза)

А ты, Ленка, звезда! Надо тебя познакомить с моим папашей. А зайки сплошь унылое говно.

(Снимает маскарадные ушки и вздыхает) Но я всё-таки не бросила бы тебя. А была бы счастлива, что задержка. Это ведь круто в таком возрасте. Но хуй с ним! Было же и хорошее.

Тань, мне тяжело в это вникать. Особенно сейчас. Другой быть я не могу. А если он для тебя открытая книга, то скажи мне, что ты в ней читаешь? Поделись с подругой, без купюр. И без всей твоей еврейской дипломатии.

А вижу я, что зайка напуган. И что с бабой – если что и было – было всё не так серьёзно, как он ммм…говорит. И он тоже, учти, другим быть не может. И не будет.

Это и мне понятно. (Пауза. Лена смотрит в сад.)

Танька, я страдаю… серьёзно страдаю. Пытаюсь избавиться от боли всеми способами. И больнее всего мне, когда вспоминаю что-то хорошее из этого года – а потом сразу его последний спич «Я сболтнул не подумав, как дурачок; ты восприняла всё слишком серьёзно, а ничего и не было»!

Типа мне всё показалось! А вот положить ему младенца на крыльцо, чтобы ему тоже что-то показалось, как он покурить выйдет!.. Пусть он будет отец-героин, а не я мать-героиня.

Ты тест-то купила?

(не отвечая на вопрос, продолжает о своём)

А ещё, Танька, я вспомнила, как ты мне говорила еще в начале нашего романа с Вельяминовым, что в нём ты уверена и с ним всё понятно, а вот во мне нет и не понятно про меня ничего. И что в результате вышло? Прав в результате оказался Федя Каторжный, сказавший: «Сложная вещь человек!»

А я продолжаю так думать! Всё в твоих руках! Ты хватку ослабь, он сам к тебе и прибежит. Только так тебе неинтересно.

Ага, ослабь хватку. Привяжи бантик! Стань сама Зайкой. Пионер, будь готов! Может, мне ещё высечь саму себя и удалить лобные доли?

Чушь это, Танька! Если любят – то любят. Как говорят в танго: Лучший партнёр это тот, который останется с тобой всегда. Танцевать можно со всеми. Но не все с тобой останутся. И не с каждым ты захочешь остаться. (Пауза)

Ты по-своему права. Но твоя правота из того плана, в котором я не живу. И он со мной не остался…

Поэтому я и говорю, что всё в твоих руках. Ты знаешь, что делать, но навстречу ему не пойдешь.

(разозлилась) На какую такую ещё встречу?!! Да я с ним год кохалась, как курица с яйцом! С его раздвоенным сознанием! То полковник он, то прапорщик! То бабы – то не бабы! То про Светлану плачет – то у меня в жизни не было никаких потерь!.. То я в тебя действительно влюбился, то я жалею, что с тобой познакомился!!! Уууу! Не могу больше!

А все эти его встанет – не встанет? А мамаша с котлетами? А неуверенность в себе? А неумеренное беспокойство о взрослой дочери? И вечные бессмысленные заботы не пойми о чём, лишь бы с собой не встречаться! Да задолбал просто!.

Какой ещё «навстречу!» ему надо было? С бабой его познакомиться и ее в шелка одеть? И в Третьяковскую галерею сводить. Она там явно не была.

Ему должно быть хорошо!.. Я не против. Но мне-то тоже должно быть хорошо!.. А мне, Танька, сейчас плохо. Очень! Я не знаю, что мне обо всём этом думать. У меня нет ни одной мысли. Все мои установки рухнули. И остались только чувства. Которые ни в какие установки не вписываются. Я чего-то не улавливаю… Не догоняю я чего-то…

Можно подумать, что у тебя не раздвоенное сознание!

(в запале) У меня – нет! У меня вообще – раЗ-троеное! Всегда раЗтроеное, а сейчас ещё и раССтроенное.

(улыбается) Ты сказала расстроенное – я вспомнила, что Кирилл начал брать уроки фортепиано. Папаша мой приходит и учит его. Смешно на них смотреть со стороны. Они похожи. А я всегда на папашу боялась быть похожей. Он же долбанутый!

Не надо про папашу!.. У меня тоже … такое чувство, что вся эта история с Вельяминовым – как-то и про моего отца.

Я так боялась быть похожей на отца, так не хотела его любить… Вот прямо как Вельяминова. Только не помогло. И папу любила, и этого дурака… наверное… люблю. Только меня тошнит сейчас от него. До смерти тошнит.

Мне надо уехать куда-нибудь… Свалить отсюда нахрен… Потому что алкоголь мне уже не помогает. Я каждый день что-то пью – и не помогает ни хрена.

Лена!! Не жирно ему? И тошнит и подыхаю… И свалю… Он стоит того? Ну он, конечно, может и стоит, но поступок его нет. Вульгарный поступок. Может, хуй с ним пока? Надо тебе как-то отвлечься.

Сделать вид, что ничего не было?.. Нет, я не могу. Было много хорошего. Но всё изгажено этим подлым враньем.

Лена, да все врут. В той или иной степени. А зайки больше всего не любят, когда кто-то, кто бы он ни был, пытается их поменять. Потому как сами никогда этого не делают. А если зайкам некомфортно, они ничего не делают, просто скачут на другую полянку, где их никто не трогает.

Детский сад какой-то!.. Зайки, полянки… Как говорит небезызвестный Лабковский: Младенцы бывают и пенсионного возраста.

Сегодня Маша, завтра Даша, а послезавтра … смерть придёт с косой! А он так и не проснулся! Зато деточку довёл до пенсии и все техосмотры прошёл!

(Пауза, Елена пытается ухватить какую-то мысль, которая никак не ухватывается; встряхнув головой, продолжает)

Чем тебе тогда твой нынешний супруг, с которым ты разводишься, не пряник? И не трогал он тебя, и не переделывал, и сейчас зовет «Танька, возвращайся к нам, у нас хорошо»? Чего тебе надо?

Почему не переделывал? Только этим и занимался. Всё мечтал, что жопа у меня другого фасона отрастет. Я потому и ушла от него, что у него целый список был, какой я должна по его разумению быть. А что мне надо, я и сама не знаю. Это честно. (пауза) И почему ты про смерть так любишь говорить? Причём смерть в этой-то истории?

(говорит, но видно, что не очень понимает себя)

Да смерть в любой истории причём. Потому что смерть инкрустирована в жизнь. Но не все это замечают… (пауза)

А ты, Зайцева, путаешься в показаниях. Ты же говорила, что это Армен на тебя наезжает. А что с мужем ты жила, как ты хотела. И что ты хочешь изменить? И зачем?

(говорит, но видно, что не очень понимает себя)

Человек меняется, когда он хочет об этом говорить. И сбегает, когда ему и так хорошо, а кто-то ему чешет там, где не чешется.

(рассердившись)

Вот тебе другой ракурс: не ЕМУ кто-то чешет, где не чешется, а ОН САМ подошел к этому человеку. И очень близко. Так что зачесалось всё и везде. Вопрос: ты зачем подошёл-то?

(тоже сердится, но всё ещё сохраняет вид улыбчивого благодушия)

Захотел… влюбился. Мужику крышу сорвало. Если бы не сорвало – вы бы еще прошлым летом расстались. Когда ты ему по морде дала.

(с отчаянием)

Да лучше бы мы еще прошлым летом расстались!

Ты что, совсем дура? Да это был прекрасный год! И прекрасная love story.

Прекрасный, да. Прекрасная, да. Только слишком много всего произошло… Хотя, с другой-то стороны, да хрен ли встречаться живым людям друг с другом, если НИЧЕГО НЕ ПРОИСХОДИТ при встрече?

(задумчиво) Вот твой муж заставил тебя – бессознательно, но заставил – проявлять свою женщину и защищать её. И Вельяминов меня тоже заставил… что, пока не пойму… но быть другой – точно заставил. По крайней мере, раньше я на мотоцикле на свидания не ездила и серенады ни под чьими окнами не исполняла.

А я бессознательно заставляла Вельяминова показать своего мужика.

(вдруг с раздражением) Дозаставлялась? Во как пробудился и показал!

( с возмущением) Я? Заставляла? Да нужен он мне!.. Да я просто была собой – и всё! И меня бесило это враньё! И попытки закрыться от любви и от смерти сигареткой, бабой или бокалом красного!

И сколько можно отстегивать свои яйца и притворяться пионером-дедушкой? Какой я – я и сам не знаю, зато со мной родственникам удобно. Значит, я хороший и имею право жить… (обрывает свой спич, закрывает лицо рукой и плачет).

Танька, неужели же ты видишь, как мне хреново!.. Господи, за что мне такое… (плачет навзрыд)

Ну, он имеет право таким быть. Если ему хорошо и он не хочет меняться. Ты можешь это принять или уйти в сторону.

(вытирает слёзы) Что-то мне надоело уже слушать про его права! Надеюсь, что право быть собой ты и за мной признаешь? Женщина должна уметь постоять за себя. И я себя предавать не собираюсь.

(грустно) Если Зайка поменяется – он, возможно, будет страдать. Что для одного хорошо, для другого смерть.

Ты про кого сейчас – про него или про себя? И между «привычно как обычно» и «хорошо как никогда» есть разница!

А зачем ему твое «как никогда»?. Он свой газон косит и хорошо ему.

Да он уже за свой забор вышел косить! Своего-то газона ему не хватает уже. Не тот приход, видно! Пришлось и улицу прихватить…

И тебе тоже приходится всё новых и новых мужиков в свою группу поддержки включать! С чего бы это? Всё никак «хорошо» не добьёшься? Чтобы оставаться на одном месте, Алисе приходилось бежать всё быстрее и быстрее?

Лен, ты тест купила? Ты мне так и не ответила.

(машет рукой) А Вельяминову хорошо только до тех пор косить, пока он меня не увидит. Как увидит – сразу ему плохо станет. Убежит за забор, запрется в домике. Жизнь коротка, потерпите немножко!

Немножко потерпите, немножко поблядуйте, немножко покосите. И сами не заметите, как всё уже кончится. И так всё мило, что можно было и рождаться!!! (пауза)

Ты меня просто бесишь своей маской Зайки и рассказами о том, что тебе всё пофиг.

Лен, мне и так хреново. Я приехала тебя повеселить и утешить. Не знала, что тебя это так цапанет. Прости.

(поникнув и очень тихо) Танька, понимаешь… мы всегда с Андреем доходили до слова НО.. и потом нам как-то удавалось идти дальше. А в этот раз – нет. Мы уперлись в это НО как в стену. И вот теперь…

(Входит Дмитрий. Он серьёзен и мрачен.)

Лена, я принёс Вам плохие новости. (Видит Зайцеву и осекается)

Это моя подруга Таня. Можешь говорить при ней.

(мрачно посмотрев на Зайцеву)

Мы сейчас у Михалыча встретились с Андреем и поговорили. Всё плохо.

У него не было никаких серьёзных планов в отношении Вас. Он жалеет, что встретился с Вами. Говорит, что все математики и писатели ненормальные, у них тараканы в голове. Спасибо, говорит, Дима, что ты её удерживал, а то бы она мне все окна камнями побила, а окна–то дорогие!, и «хуй» на машине написала. Хорошо, говорит, что родителей тогда не было… И еще, говорит, когда вы песни под окном у меня орали, я был с женщиной.

(усмехаясь) С Еленой Александровной, да?

Да. Только сейчас, говорит, отвез её на станцию. И ещё… ему твои сообщения приходят с задержкой. Он мне их показывал.

(с иронией) Ах, у него тоже задержка? (продолжает со сдержанным отчаянием) Ты чего вообще во всё это полез? Я тебя просила ему вопросы задавать?

Помирить вас хотел. А теперь вот не знаю, кому верить: ему или тебе?

Кому верить – не знаешь? Бывает. Ты слушай всех, а верь – себе.

(задумчиво) Получается, что вы ужасно ошиблись. Он просто вами пользовался – и всё.

Да? А по-моему, я взяла, что хотела. И он был согласен.

А он говорит, что ничего не хотел…

(засмеявшись) Да! Я взяла его силой! А как я привязывала его к спинке кровати и отрывала яйца наживую – это он тебе не рассказывал?

Что, правда, привязывала?… (пауза) Не поймешь вас… Я вот никогда не скажу, что жалею, что с Настей встретился… (пауза) Ещё я понял, Лена, что тебя он намного больше боится, чем родителей. (пауза) Пойду-ка я к Михалычу схожу…

(Дмитрий уходит, на лице недоумение так и осталось)

Вот, Зайцева, как тебе?

Ну, а что ты хочешь? Он сейчас всё будет обесценивать.

(Входит Михалыч. Доброжелательный и жизнерадостный.)

Лена, я зашёл посмотреть, а кто это на такой машине… фу ты ну ты… прям как крокодил машина… кто это к тебе приехал?

Фея ко мне из Москвы приехала! Зайцева, ты ушки-то надень!

Что это вы, девчонки? В какие-то игры играете, не пойму?

Это финал Игры престолов.

Михалыч, мы репетируем. Лирическую комедию в трех актах.

А Дмитрий где?

К тебе пошел.

А Андруха где?

Дома у себя Андруха заперся. Наверное. Уже совсем поздно. Лен, я поеду?

(немного растерянно) Пойду Андруху проведаю. Два дня уж не видно его нигде. Ишь ты, и ушки нацепили… Вот ведь девки… что творят…

(Совсем темно становится. Ухает сова. В небе видно одинокую звезду. Она стоит совсем низко.

Зайцева, не попрощавшись, идёт к машине. Неожиданно возвращается. Елена смотрит на неё с удивлением. Но молчит. )

Анекдот про Золушку. Я специально вернулась, чтобы рассказать. Золушка говорит Принцу, примеряя туфельку: «Туфелька мне подошла. Завтра женимся!» А Принц отвечает: «Это был полуфинал. Завтра лифчик примерять будем!..»

(Елена какое-то время молчит. Потом, не выдержав, начинает смеяться.)

Ладно, Танька, уговорила. Хватит трагедий. Завтра будем лифчик примерять!

(Хохочут обе.)

А если серьёзно… мы разговаривали с тобой, как будто бы требуя друг от друга однозначного ответа. Причём на такой вопрос, который никак не получается сформулировать. Ответ очень нужно получить… Однозначный!.. А его нет!

(пауза) Танька, раз ты вернулась… Можно я с тобой уеду? Не могу больше здесь. С души воротит.

(Елена садится в машину. Зайцева включает музыку. Под песню «Максим не знал, смеяться или плакать» уезжают. )

Сцена пятая

Происходит на сцене театра и в зале. Музыка в сцене: Robbie Williams, Supreme

Так, стоп, перерыв! Лёш, увереннее целуй героиню!. Ты же герой-любовник, работай руками, усами, всем… что у тебя есть – работай! Давай на боже мой соберись и молча обаяй ее так, чтобы весь партер млел!

Мне усы мешают.

А мне нравится, что усы!

Лёша, ты слышишь обратную связь от партнёрши? Ей нравится, что ты с усами.

Елена Александровна, а Вам как?

Я думаю, Петр Андреич, что реплика «Мне усы мешают» может стать ключом для роли Вельяминова. Ему же всегда что-то мешает.

Вы это серьёзно?

Абсолютно. AbSEXsolutely.

Ок, учтем. А что про героиню скажете? К ней есть ключ?

Конечно, есть. Причём такой же ключ, что и для героя. Им обоим мешает слово «Нельзя!». Герои держатся за моральные установки и правила, потому что он – боится быть счастливым, а она – боится быть писателем. Обоим не хватает веры в себя. Вернее, безрассудства…

Все слышали? Героям не хватает безрассудства и поэтому они страдают! Пройдём эту сцену еще раз. Начали!

На сцене герои пьесы. Сверху идёт снег. На заднике заснеженные деревья бульвара.

Я с воскресенья думаю про нашу встречу сегодня. Я боюсь тебя. Ты сведешь меня с ума. Я в воскресенье приготовил целую речь для тебя. Но – увидел тебя – и всё забыл.

Это взаимно. Я тоже боюсь тебя. (Пауза) Ангел мой, пойдём! Бывают же усатые ангелы?

Нет, ангелы – они с крыльями. Вот у тебя такие плечи на этом пальто – как крылья.

(Обнимает её. Стоят обнявшись. Прислонившись друг к другу головами.)

(Сверху медленно падает снег. Звучит Robbie Williams, Supreme.)

Отлично. Всем спасибо! Елена, что скажете?

Всё прекрасно. Дайте мне воды, пожалуйста. Всё прекрасно.

Кто-нибудь! Воды автору!

(Медленно опускается занавес. Музыка продолжает играть. Актёры смеются. Актёр Лёша отклеивает усы. Елена сидит в зале на стуле, держит в руках стакан воды. Она, видимо, не в силах поднести его ко рту и выпить.

Рядом с ней Режиссёр разговаривает по мобильному телефону: «Да, последний прогон. Да, предпоказ завтра. Премьера… премьера в четверг.»

Елена достаёт телефон, неожиданно …улыбается, как будто вспомнив что-то и пишет Зайцевой смску: «Танька, я только сейчас поняла: Он не козёл, а я не звезда. Просто мы оба чего-то не догоняем… Так что это был полуфинал!.»)

Асташово – Мирное,

01–16.06.2019