«Жил-был такс»

Елена Арифуллина

Жил-был такс

Жил-был такс.

И звали его Макс.

Он был маленький, ростом с тапок.

У него были братья и сестры. Когда они все вместе лежали на подстилке, то походили на пестрый коврик, черный с рыжим. Их звали: Крупный, Шкодина, Малявка, Задохлик и Задира. Макса называли Этот – потому что он постоянно вылезал из угла, где лежала подстилка, и отправлялся путешествовать. А когда путешественник величиной с тапок, то его трудно найти, если он заплутает.

— Где Этот? Куда Этот опять делся?

Но про себя Макс точно знал, что зовут его не Этот, а Макс. Однажды ему приснилось, что кто-то зовёт : «Макс, ко мне!» Он бросился на зов, добежал к какому-то большому, очень важному и нужному существу – и проснулся. А утром у него открылись глаза. Так он стал Настоящей Собакой и получил имя. Только об этом никто не знал, потому что время не пришло.

Маму звали Джильда. Она была рыжая, тёплая и вкусно пахла молоком.

А папу Макс никогда не видел – у собак это часто бывает. Хозяева говорили, что он Чемпион Породы. Макс не знал, что это значит. Ему было не до того. Мир оказался огромным, и его нужно было срочно попробовать на зуб — мелкий, но острый. Макс уже сгрыз три носка и кухонное полотенце. А про перчатку ещё никто не знал. Макс утащил её под кушетку и запихал между ножкой и плинтусом. Там никто не мешал грызть перчатку в своё удовольствие. Хозяева были слишком большие и под кушеткой не помещались. Малявка и Задохлик не отходили от мамы Джильды – боялись. Задира, Крупный и Шкодина то играли, то дрались – им было некогда. А Макс – хозяева называли его Этот — был смелый путешественник. Он уже побывал в Коридоре и на Кухне. Каждый раз хозяева брали его под брюшко и относили к маме Джильде.

— Опять Этот! Джильда, ты что за парнем не смотришь? Все завязки у фартука обгрыз!

Мама виновато виляла хвостом. «Ну разве за ним, за сорванцом, углядишь?» — говорила она взглядом, ушами и всей усталой мордочкой. Но Хозяева её не понимали. Они вообще были странные. Кто угодно сразу нашёл бы перчатку под кушеткой – по запаху. А они не могли. Только лазили по углам в Прихожей, искали — и ничего, конечно не нашли. Глупые они, но с этим ничего не поделаешь. Максу было не до них. Дел невпроворот: есть, спать, делать лужицы, грызть всё вокруг, играть с Крупным, покусывать за уши Малявку, драться с Задирой. А ещё где-то ждали Спальня, Гостиная и Балкон. Они даже снились Максу, и тогда во сне у него мелко подёргивались все четыре лапы. Как подумаешь, что где-то есть Гостиная, в которой можно грызть Ковёр, так сразу делается хорошо на душе. А пока можно грызть перчатку…

В дверь позвонили. Хозяева засуетились: вытащили маму Джильду за ошейник из комнаты и заперли в Спальне, а сами пошли в Прихожую. Малявка и Задохлик захныкали и прижались друг к дружке. Задира, Шкодина и Крупный вырывали друг у друга тряпку и ни на что не отвлекались. А любопытный Макс взял перчатку в пасть и вышел из-под кушетки.

Этих двоих Макс раньше не видел. Они походили на хозяев, но было в них что-то особенное… Макс покрепче закусил перчатку и принюхался. Пахло чем-то непонятным. Макс принюхался повнимательней и вдруг почувствовал, как хвост сам собой вильнул.

Это были они — настоящие Хозяева. От них пахло Домом и самостоятельной, взрослой собачьей жизнью. Макс бросился навстречу со всех лап, наступил на перчатку и шлёпнулся.

— Этот негодник! Вот куда перчатка делась!

— Ой, какой хорошенький!

— Таня, подожди. Давай всё делать как сказано.

Перед носом у Макса появилась связка ключей. Связка загремела. Сзади в два голоса заскулили Задохлик и Малявка. Макс выплюнул перчатку и заворчал.

— Так, молодец. Теперь дальше…

Хозяин с ключами отошел к кушетке, сел на корточки и похлопал в ладоши. Макс подбежал, сел рядом и стал принюхиваться изо всех сил. Нос говорил: «Всё правильно!»

— Правильно, — сказал Хозяин и погладил Макса по спине.

Макс прыгнул на него и попытался лизнуть в нос, но не достал – шлёпнулся на пол, пискнул и тут же замолк.

— Костя, давай Этого возьмём!

— Не мешай, Таня.

Хозяин встал и пошёл к двери. Макс бросился следом. Он спешил изо всех сил, но не догнал бы – лапы коротки – если бы тот не остановился.

Хозяин погладил его и неожиданно перевернул на спину. Какой уважающей себя собаке это понравится! Макс стал яростно выворачиваться из-под сильной руки. За дверью скреблась и лаяла мама Джильда. Малявка и Задохлик замолчали – устали, наверно. Максу было не до них. Он боролся, но укусить руку почему-то не мог. Когда на него сверху наваливались Крупный или Шкодина, зубы сами собой шли в ход, а вот сейчас пасть не открывалась, да и только…

Внезапно Макс повис над полом – точно на высоту своего роста в холке. Его держали под передние лапы, а он продолжал вырываться. Он не сдастся, он будет вертеться и изворачиваться, до тех пор, пока….

Тут его поставили на пол, погладили и сказали:

— Этого мы и возьмём.

— Да вы хоть других-то посмотрите!

Хозяин подошёл к подстилке. Задохлик с Малявкой полезли друг под дружку – прятаться. Задира и Крупный давно уже дрались и ничего вокруг не замечали. Шкодина упоённо грызла тряпку и только из вежливости вильнула хвостом. Сердчишко у Макса упало прямо в пятки – благо до них было совсем недалеко. Неужели возьмут кого-нибудь другого? Ведь это его Хозяева! Его собственные!

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY