«Тайная война. Во главе министерства госбезопасности ДНР»

Андрей Пинчук Тайная война. Во главе министерства госбезопасности ДНР

Был, кажется, какой-то негласный лимит на сообщения из России – показывать начинали не то с трех, не то с четырех танков, ста убитых и что-то там еще.

Мы постоянно пытаемся улучшить природу и приблизиться к идеалу, здесь и сейчас недоступному… Ощущая связь с такой необычной реальностью, мы утоляем глубинное свое желание. Это затрагивает потаенные струны, возносит нас за пределы себя, помогает обрести глубинный смысл жизни. Если мы не обретаем более такой опыт в церкви или храме, мы ищем его в искусстве, музыкальном концерте, сексе, наркотиках – или войне. На первый взгляд, странно, что война попадает в этот список. Но она – один из древнейших стимулов экстатического опыта.

Слуги пошли к хозяину дома и сказали: Господин! Разве не пшеницу ты сеял на поле своем? Откуда же появились плевелы?

Враг это сделал, – ответил он им. Тогда слуги сказали: Ты хочешь, чтобы мы пошли и выпололи их?

Нет, – он ответил, – чтобы, выпалывая плевелы, не вырвали вы заодно и пшеницу, пусть вместе они растут до жатвы. А во время жатвы я скажу жнецам: выберите сперва плевелы и свяжите их пучками, чтобы сжечь, а пшеницу соберите в мои закрома.

Предисловие

– Это точно можно публиковать?

– А почему нет?

Путь Донбасса

Восхождение

– Ты смотри, на вид приличный мужчина, а террорист!

Мелкий сухощавый ополченец лет сорока, щурясь редкозубой усмешкой, смотрел на будущего первого вице-премьера Донецкой Народной Республики Владимира Антюфеева1, в сумраке летнего вечера поправляющего автомат, съехавший с плеча безупречного пиджака на бегу от туалета придорожной заправки к одной из машин. В обычной жизни Владимир Юрьевич гордился тем, что он не берет в руки оружие, туманно намекая на некие обстоятельства прошлого, но вероятность засады противника или прямого боестолкновения быстро лечила от позерства. Колона отъезжала, и следовало поторапливаться.

Встречающих на границе было много. К Донецку нас сопровождали Равиль2 с прокурорскими, Захарченко3 с оплотовцами и Ходаковский4. Было несколько командиров поменьше. Все ждали Александра Бородая5, с которым мы приехали. Нас никто не представлял. Какие-то москвичи, и ладно.

В итоге машин не хватало, так как те, на которых мы прибыли, должны были вернуться, а мы пересаживались к местным. Суетящихся бойцов рассовывали в салоны по четыре человека на задние сиденья, и даже в багажники. Мы с Олегом, на правах гостей, на пассажирские задние подсадили только одного. Ополченец, разбирающийся в приличных людях, поправляя съезжающую каску и постоянно перекладывая с руки в руку старый АК-47, комментировал происходящее, сидя рядом с флегматичным пожилым водителем.

– Чего они там возятся! Копать окопы их отправить!

От него мы впервые услышали эту веселую фразу, которая в то время имела угрожающе-многозначительный оттенок. Копать окопы. Это было универсальное наказание. Провинившихся и нарушителей отправляли на передовую копать окопы. Мероприятие это сулило его участникам богатый и яркий, но не всегда длительный жизненный опыт.

Обладминистрация Донецка после захвата восставшими дончанами

Первые три ночи в Донецке, пока не переехали в «Столичную гостиницу» на пересечение центральных улиц Артема и Богдана Хмельницкого, спать пришлось в большом частном доме, который Саша Кофман арендовал у каких-то местных коммерсантов. До войны в доме располагался дорогой бордель, поэтому некоторым посетителям из нынешнего правительства ДНР и парламента Новороссии адрес был хорошо знаком. Дом был величав и неудобен для походного размещения.

К моменту нашего приезда туда же прибыл и Олег Царев. С учетом того, что Царев в то время числился Председателем Парламента Новороссии, а Кофман – его первым заместителем, то и ранжир был определен. Такое положение дел продлится недолго. С ними в доме жила их свита, поэтому места не хватало.

Так как мы еще не были официально назначены на свои должности и воспринимались как очередные московские туристы, приехавшие поглядеть на борьбу за Русский мир, то Антюфеева, имеющего все внешние признаки большого начальника, уложили в комнату повыше. Нам же с Олегом пришлось спать в сауне на старом узком диванчике и бильярдном столе. Время, когда сон, хоть и в душной и неудобной, но находящейся в подвале сауне был более спокойным, чем в большой комнате под крышей, только наступало. Постоянных массированных артобстрелов города еще не было.

На четвертый день нахождения в Донецке я пошел в храм. Свято-Преображенский собор, расположенный напротив отеля «Столичный», ставшего на долгое время резиденцией сначала Бородая, а потом и Александра Захарченко, был одной из изюминок Донецка. Красивый и строгий храм, украшенный внутри величественными иконостасами, являлся гордостью города. В дальнейшем я проведу много времени, прогуливаясь в парке вокруг него и беседуя с кандидатами на службу в министерство госбезопасности Донецкой Народной Республики.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY