«Хозяюшка»

Кирилл Ионин Хозяюшка

Давно это было, или минуло несколько лет, но все, о чем я расскажу вам, правда чистой воды. И по сей день люди говорят о том, что произошло в старом лесу. Они рассказывают эту историю детям, те передают ее своим внукам. И история эта стала сказкой.

Давным-давно, а может, и совсем недавно, в одной небольшой деревне жила семья. Отец семейства, старый фермер, сильно заболел, и хозяйство легло на плечи прекрасной любящей жены и матери двух детей.

Девочка Мэри была старшим ребенком: очень умна не по годам и отличалась тем, что во всем была помощницей матери. Днем она помогала ей по хозяйству, а по вечерам занималась воспитанием своего братца – сорванца Генри.

Отзывчивость дочери согревала сердце матери. Если надо было идти к реке полоскать белье – Мэри уже бежала с корзиной, помыть посуду или протереть столы – малышка тут как тут. За трудолюбие мама ласково называла дочь Хозяюшкой.

Генри, светловолосый негодник, был полной противоположностью сестры. Все, что он любил делать, так это кормить вместе с отцом свиней, и только потому, что они смешно чавкали и хрюкали, а папа их передразнивал. Это смешило Генри так сильно, что он падал на спину и начинал икать.

А когда отец слег в постель, мальчик потерял всякий интерес к домашней работе. Кормление скотины, в том числе и свиней, перестало быть забавной игрой, подмести в доме или вынести за собой ночной горшок он не мог ввиду малого возраста, а о колке дров и говорить нечего.

И с каждым последующим днем малыш Генри все сильнее и сильнее скучал, поскольку Хозяюшке некогда было читать ему сказки, а мама пропадала то на огороде, вспахивая землю, то в хлеву, занимаясь домашними животными.

Шли дни, уже не за горами была холодная зима, а отцу становилось только хуже. Мама понимала, что в скором времени ей придётся проститься с ним. От усталости у нее опускались руки, и ночами она тихо плакала возле кровати мужа, жалея детей и себя.

– Моя милая Хозяюшка, – говорила мама, поглаживая Мэри по ее черным кудрявым волосам. – Как же я благодарна тебе за помощь.

Генри совсем отбился от рук. Сказки, которые Мэри читала ему в редкие свободные вечера, больше не интересовали мальчика. Работу по дому он не делал, только разговаривал с папой, а когда тот засыпал от бессилия, выходил во двор и молча сидел на скамейке, рисуя палкой на песке.

– Генри, сынок, иди обедать! – тишина.

– Генри, братик, пойдем покормим корову! – в ответ молчание.

К счастью матери, в деревне были очень отзывчивые соседи. И в особенно тяжелое время все друг друга поддерживали. Так и сейчас, зная, что старого фермера поразила болезнь, жители деревни передавали его жене разные угощения или вещи. В начале каждой второй и третьей недели месяца Хозяюшка Мэри отправлялась через лес к дому охотника, чтобы принять от него мяса. Раз в неделю она бегала к рыбаку за вкусной рыбой, а по выходным добрый пекарь передавал семье пироги.

Иногда мама отправляла Генри вместе с дочкой, чтобы он погулял и пообщался с людьми, но тоска настолько захватила его, что никакого интереса к прогулкам мальчик не испытывал. Он молча ходил за сестрой и помогал ей носить корзину.

Под конец осени случилось неотвратимое. Лекарь вышел из родительских покоев, и, положив руку на плечо матери, сказал лишь одно:

– Я сожалею.

Вечером вдова собрала детей за скромным ужином и сообщила им страшную весть. Генри, отказавшись верить в это, убежал к себе в комнату, а Хозяюшка обняла маму, и, поцеловав ее в щеку, тихонько напела ей свою песенку:

Моя милая мама, я твой фонарик,

В сильную стужу и темную ночь -

Согрею тебя теплом своей свечки

И страшную тьму я оттолкну прочь.

Моя милая мама, я твой фонарик,

Огонек за стеклом я храню для тебя!

Ты держи меня крепко, храни меня рядом,

И будем мы вместе, обнявшись, любя.

Мама уснула, и малышка Мэри отправилась в свою комнату. Она села у окна и стала смотреть на освещенный луной лес. Пошел снег.

Зима выдалась необычайно тяжелой. Мама с Хозяюшкой трудились целыми днями, и даже Генри не смог сидеть в стороне. Он все так же молчал, но зато мог собрать хворост на опушке леса и растопить печь. Вместе с Мэри они продолжали ходить к соседям за продуктами, попутно катаясь на санях с горки. В эти редкие моменты Хозяюшка была уверена, что видела тень улыбки на его лице. Но это были мгновения.

С приходом весны природа начинала оживать, снежная пелена таяла с каждым днем и на поверхность пробивались первые синие цветочки. Хозяюшка смогла заинтересовать малыша Генри, собирая небольшие букеты.

– Генри, ты видишь, как мама улыбается, когда ты даришь ей цветы? – спрашивала Мэри у брата. – Давай сделаем так, чтобы она улыбалась каждый день.

– Мне нравится, когда она улыбается. – ответил Генри. Это было первое, что он сказал за долгое время.

Мальчику так понравилось радовать свою маму, что он начал собирать цветы каждый день. В саду, во дворе, во время прогулок по лесу или по пути к соседям. Хозяюшка всегда была с ним, и каждый раз она просила только об одном:

– Генри, пожалуйста, не отходи от меня далеко. Давай собирать цветы вместе.

Но младший брат не слушался и мог без спроса уйти из дома, чтобы собрать очередной букет для мамы.

В одно весеннее утро, собираясь к охотнику, Мэри взяла корзину, собрала узелок с яблоками, кувшин молока и позвала Генри.

Мама вышла на порог, чтобы в очередной раз дать важное напутствие дочери:

– Хозяюшка, я жду вас к ужину, пожалуйста, не задерживайтесь в гостях. И ни в коем случае не спускай глаз с Генри, особенно в лесу.

Она поцеловала детей и ушла в дом, а брат и сестра пошли в сторону леса.

К нему вела одна-единственная тропинка, так как дом фермера стоял на отшибе и кроме детей здесь никто не ходил.

Небо было затянуто плотной пеленой облаков, вот-вот должен был начаться дождь. Хозяюшка поторопила брата, спеша укрыться под кронами могучих деревьев.

Весенний лес преобразился. Снег уже полностью растаял, и земля под ногами была устелена ярким зеленым ковром. На деревьях распускались листья, птицы запели свои радостные песни. Усилившийся ветер ничуть не портил прогулку – напротив, воздух наполнился свежестью в предвкушении проливного дождика.

Тропинка петляла между могучих стволов, уводя брата и сестру вниз, к деревянному мостику через ручей.

– Мэри, смотри! Смотри, какие красивые цветы! – внезапно воскликнул Генри. И правда, вдоль тропинки распустились цветы необычайной красоты с разноцветными листьями и чудесным сладким ароматом. – Можно я соберу для мамы букет?

– Хорошо, братик, – согласилась Хозяюшка. – Но прошу тебя, не отходи далеко от тропы, я хочу видеть тебя.

– Не бойся, я буду рядом! – с этими словами брат бросил корзину и побежал собирать необычные цветы.

Мэри присела на мягкую траву, достала из узелка яблоко и принялась слушать пение птиц. Чем тщательнее она прислушивалась, тем более странным казались ей звуки вокруг. Спохватившись, она поняла, что привычная возня брата в кустах не слышна. Хозяюшка вскочила, и кинулась в ту сторону, куда ушел Генри, но не увидела его.

– Генри! Генри, братик! Где ты? – в сердцах закричала она, испугавшись за мальчика. Она свернула с тропинки в сторону полянки с цветами, и, увидев следы в примятой траве, пошла по ним.

Долго шла Хозяюшка, попутно окликая брата, и, не получив никакого ответа, брела дальше. Следы давным-давно потерялись, и все, что сестра могла делать, это звать Генри по имени.

Ветер усиливался, и скрип деревьев перекрыл собой все остальные звуки. Близился дождь, к тому же тучи так сильно затянули небо, что в густом лесу начинало смеркаться.

«Сколько же я иду? Куда мог подеваться Генри?» – думала Мэри. – «Почему этот сорванец не откликается? Что с ним могло случиться?»

Вечер наступил быстро и незаметно. Под кронами деревьев уже было темно и малышка Мэри совсем сбилась с ног. Ей было очень страшно от того, что Генри пропал, и еще страшнее от мысли, что мама не дождется их домой.

Пройдя еще немного, Хозяюшка услышала раскаты грома, и начался дождь. С каждой минутой он лил все сильней и сильней. Мэри шла вниз по склону, дождевая вода ручьями стекала следом, размывая грязь под ногами, замедляя девочку.

Хозяюшка не обращала внимания на холодную промокшую одежду, на ветки, царапающие ей лицо и руки. Она думала только о своем брате.

Спустя время девочка заметила, что деревья начинают расти плотнее, сжимаясь друг к другу, как строй непоколебимых солдат, охраняющих что-то. Пробираться через лес стало сложнее.

«Я не слышу птиц», – подумала Мэри. И правда, звуки в окружающем мире словно в миг пропали, и единственное, что осталось в лесу, это монотонный ритм, который капли дождя отбивали по листьям и земле.

Разобрать что-либо в темноте девочка не могла и брела наугад. Сил почти не осталось и даже ее голос, обычно звонкий и громкий, сдался.

«Генри! О, мой братец, Генри…» – тихо повторяла Хозяюшка, – «Пожалуйста, выйди ко мне, мама будет волноваться…Ай!» – Мэри не заметила толстый корень, торчавший из земли, и, споткнувшись, кубарем покатилась в овраг.

Перевернувшись через голову несколько раз, маленькая девочка упала на землю. Она разбила руки и ноги в кровь, и в сердцах заплакала. Испуганная, замерзшая и уставшая, она подползла к огромному дубу, возвышавшемуся посреди оврага в гордом одиночестве.

Будто великан, он раскинул свои ветви далеко в стороны, и под его могучими «руками» Хозяюшка смогла укрыться от дождя. Она прислонилась спиной к стволу, и плакала, пока не уснула от потери сил.

Хозяюшку разбудил крик ворона. Открыв глаза, она увидела огромную черную птицу, сидевшую на ветке.

– Кыш отсюда, не дождешься! – Мэри взяла палку и швырнула ею в незваного гостя. Затем она протерла опухшие от слез глаза и осмотрелась вокруг. Девочка смогла рассмотреть силуэты деревьев, а значит, скоро рассвет.

Дуб, под которым она укрылась от дождя, был поистине велик. Даже двадцать человек не смогли бы обхватить его, а корни дерева были столь могучи, что Хозяюшка сумела бы целиком спрятаться за ними.

Но больше всего внимание малышки привлекло другое. Кора дерева сплеталась в причудливые рисунки. Вот здесь угадывался дом, а рядом тропинка, ведущая к лесу. По соседству с ним девочка будто различила лицо, и глаза, наполненные такой тоской, что невольно захотелось обнять дуб, поделиться с ним своим теплом и утешить.

Разглядывая диковинные рисунки, взгляд Хозяюшки упал на нечто, от чего сердце ее внезапно сжалось и тут же попыталось выпрыгнуть из груди. В глубокой щели между корой и ветками Мэри увидела до боли знакомые ботиночки, принадлежащие ее брату.

– Генри, ты здесь? Отзовись! – девочка обежала вокруг дуба, безуспешно стараясь найти следы брата.

– Кар! Каррр!

Огромный ворон опять прилетел, и, усевшись на ветку, посмотрел Хозяюшке прямо в глаза.

– Уходи, противная птица, неужели ты не видишь, какое горе случилось? Мой брат бесследно пропал, потерялся по моей вине, и все, что я нашла, это его ботиночки, застрявшие в дереве! – закричала Мэри.

Девочка отшатнулась к дубу и сползла по нему на землю, когда ворон заговорил человеческим голосом:

– О нет, милая девочка, ты нашла своего брата, он совсем рядом.

– Как… Что… Где же он, не томи! Я не понимаю!

– К сожалению, ты опоздала, – ворон тяжело вздохнул, и подлетел ближе. – Дуб, под которым ты провела ночь, забрал твоего брата.

– Что за вздор? – не понимала Хозяюшка. – Неужели ты думаешь, что я поверю бредням старой птицы?

– О, милая девочка, я понимаю твою боль, но это не простой дуб. Внутри него живет дух Великой родительской скорби, и сейчас я расскажу тебе его историю. Давным-давно один вдовец отправился со своей дочерью в лес на охоту. Долго блуждали они среди деревьев, выслеживая оленя. К вечеру отец смог нагнать свою добычу и метким выстрелом сразил животное. Когда же вдовец приблизился к убитому оленю, из зарослей выглянул маленький олененок. Отец передал своей дочери лук и стрелу с золоченым наконечником. Но девочке стало жалко малыша, и она выстрелила мимо. Тогда же отец рассердился и приказал дочери найти стрелу.

– Он отправил ее в чащу одну? – удивилась Мэри.

– Все верно, моя дорогая, – ответил ворон. – И поверь, глубоко пожалел об этом. Когда девочка не вернулась, вдовец пошел искать ее, но не нашел ни следа. Долго блуждал он по чаще, зовя свою дочь и умоляя ее вернуться. Никто не отзывался. Часы превращались в дни, дни в недели, а недели в месяцы. Убитый горем отец не мог покинуть лес, и его горе не давало ему покоя. Он корил себя каждую минуту, пока наконец, не упал без сил. Скорбь убила его на этом самом месте, и из тела вдовца вырос дуб. С тех самых пор он забирает всех заблудившихся детей, будучи уверенным в том, что это его дочь.

– Что же делать мне, как вернуть своего брата домой? – спросила Хозяюшка.

– Только через прощение дух сможет обрести покой и освободить своих пленников. – Напоследок ворон громко каркнул и улетел прочь.

Собравшись с силами, девочка отправилась в путь на поиски ответов на свои вопросы. Она твердо решила во что бы то ни стало спасти Генри. Не зря же ее прозвали Хозяюшкой.

Долго шла девочка по лесу. Когда хотелось кушать, она собирала ягоды, а жажду утоляла дождевой водой. К концу следующего дня, уставшая, голодная, Мэри вышла на полянку, посредине которой стоял небольшой старый домик. Недолго думая, малышка постучалась в дверь. Та со скрипом отворилась, и из проема на Хозяюшку повеяло ароматом свежих пирогов.

Живот жалобно завыл, и девочка вошла внутрь.

– Добрый вечер! Здесь есть кто-нибудь? – спросила она.

– Проходи, дорогуша, садись к столу, – прозвучал из глубины комнаты голос, по звуку принадлежащий старой женщине.

Хозяюшка приняла приглашение и села за стол, скромно сжимая ручки в замке. В дальнем углу скрипнуло кресло, и послышались шаркающие шаги. Свет от камина осветил силуэт. Это была старушка с осунувшимся лицом и абсолютно белыми невидящими глазами.

– Что привело тебя ко мне, дорогуша? – спросила старушка.

И Мэри поведала ей свою печальную историю, умолчав только о дубе.

– Отведай пирога и ложись спать, дорогуша, – сказала хозяйка дома. – Утром мысли яснее, да и сил наберешься. А с утра ступай, разыщи брата своего непутевого.

Мэри была воспитанной девочкой. Съев небольшой кусочек, она прилегла на кровать и сразу же уснула.

Проснулась она рано, до восхода солнца, но за окном уже была светло. Встав с постели, девочка оглядела дом. В ночи она не заметила, какой он неухоженный и грязный, и решила отблагодарить старушку, которая куда-то ушла, за ее доброту. Не будем забывать, что Хозяюшкой ее прозвали не зря. Уже к обеду полы были подметены, столы протерты, окна блестели во всем доме, а посуда стала белоснежной.

Закончив уборку в доме, Хозяюшка собрала белье и вышла во двор, набрала воды из колодца, все прополоскала и повесила сушиться.

К вечеру, заготовив дрова и растопив печь, Мэри увидела в окне, как из леса идет хозяйка дома, бережно сжимая в ладонях маленький сверток.

Переступив порог дома, старушка на мгновение замерла, улыбнулась, и пошла к столу, положив на него сверток. Аккуратно раскрыв его, извлекла оттуда маленького соловья. Тело его совсем обмякло, и, казалось, было лишено жизни.

И удивительно было, какие чудеса начались. Дунула старушка под крыло соловью, и расправил он их. Нашептала слов незнакомых и запел соловей. Затем хозяйка дома подошла к окошку, растворила ставни и подняла руку с птичкой к небу. Тот подпрыгнул и улетел, радостно вереща.

– Вот так, дорогая моя. Однажды звери спасли меня от беды, не дали пропасть и сгинуть в чаще. И теперь я отплачиваю им тем же. Многие лета исцеляю их от хвори и выручаю из бед, устроенных человеком. Добро – оно всегда возвращается.

Старушка подошла к девочке, и взяла ее ладони в свои руки:

– Милая девочка, уж никак я не ожидала такой доброты, – сказала она. – Рассказали мне звери, как ты в доме прибралась. Напели птицы, как простыни выстирала. Встречные путники, нашедшие мой дом, объедаются пирогов так, что встать не могут, а на утра только их и видели. Ты же, не смотря на беду свою, проявила усердие. Самая настоящая Хозяюшка. Оставайся у меня еще на ночь, кушай и спи. А завтра я помогу тебе отыскать брата. У зверей-друзей моих глаз зоркий и лапы быстрые. Отыщем сорванца, так и знай, отыщем. Но утаила ты от меня что-то, дорогуша. Чувствую, что тревожит тебя это.

И тогда Хозяюшка рассказала то, о чем поведал ей ворон. Про Дуб Скорби, и ботиночки, одиноко торчащие из его коры.

В комнате воцарилась гнетущая тишина. Долго смотрела старушка на Мэри, и на лице ее читалась грусть. Медленно поднялась хозяйка дома и подошла к старому шкафу. Отворив скрипящие дверцы, она достала оттуда длинную деревянную шкатулку, и, сдув с нее пыль, открыла.

И обнаружила Хозяюшка в шкатулке обломок стрелы с золоченым наконечником.

Девочка посмотрела на старушку и увидела, как из ее невидящих глаз потекли слезы. И она все поняла.

– Больше ста лет таю я в себе обиду на моего отца. Думала я, что он бросил меня умирать в лесу, и в сердцах прокляла старика на вечные страдания. Теперь же, благодаря тебе, я узнала, что он погиб, разыскивая меня, – сказала старушка дрожащим голосом.

– Почему же звери не рассказали вам об этом? – удивилась Хозяюшка.

– Темное это место, и лесным жителям нет туда пути. Даже жучки-паучки обходят дубраву стороной. Настолько сильно мое проклятие. И старый ворон поплатился жизнью за свою помощь тебе.

Старушка и девочка сидели у печи, слушая, как потрескивают в огне поленья, и как дождик барабанит по окну.

– Видимо, пришло время простить отца, – сказала старушка. – Веди меня, девочка.

К рассвету добрались они к Скорбящему Дубу. Медленно шла старушка к нему, а за ней, опустив головы, шагали звери. Хозяюшка завороженно смотрела на то, как могучие ветви тянулись и покорно опускались к лесной знахарке. Глубоко внутри раздался скрип, похожий на стон, полный грусти и мольбы.

Старушка присела его к корням, и, прижавшись, сказала:

– Я прощаю тебя, папочка…

В тот же миг ветер поднял листья на дне оврага, вскружив их в неистовом танце, а высоко в небе прогремел гром.

– Мэри! – услышала девочка такой знакомый голос брата. – Мэри! Где ты?

– Генри! Братик! – слезы брызнули из глаз Хозяюшки, она обняла брата и крепко прижала его к себе. – Я думала, что потеряла тебя навсегда.

Брат и сестра, Хозяюшка Мэри и Генри, взялись за руки, и пошли домой.

Напоследок оглянувшись, девочка увидела прекрасную картину. Звери склонили головы в прощальном поклоне перед огромным деревом. А из его корней, переплетаясь своими ветвями с могучими руками Дуба, вытянулась тоненькая березка. Тучи над дубравой разомкнулись, и яркое солнце осветило лес.

И по сей день случайные путники могут встретить в лесу могучий Дуб и маленькую березку, замерших в вечных объятиях, как старый отец и его маленькая дочка.