«Одиссея блудного мужа»

Марина Белова ОДИССЕЯ БЛУДНОГО МУЖА

Глава 1

Яркое весеннее солнышко радовало и расслабляло. Хотелось под его ласковыми лучами как кошке растянуться на подоконнике и мурлыкать от ощущения счастья и умиротворения. На небе ни облачка, ветерок едва колыхал свежую листву. Ничто не предвещало перемену погоды. На душе было светло и легко, и сердце не щемило в предчувствии беды. Я сидела у окна и любовалась бурным нашествием весны.

Грохот хлопнувшей двери отвлек меня от миросозерцания. Алина фурией влетела в кабинет и с ходу приземлилась на диване. Трясущимися руками достала пачку сигарет и тут же за ненадобностью запустила сумку в дальний угол комнаты. Никогда прежде я не видела ее в таком состоянии, ничего подобного она себе не позволяла.

Отекшие веки, красные глаза и распухший нос. Что для женщины может быть более непривлекательным? И ко всему этому – полное отсутствие косметики. Вообще-то на Алину это совсем не похоже. Первое, что она делает с утра, почистив зубы, это красит губы и подводит глаза. А тут не лицо, а гипсовый слепок, причем с недавно усопшего.

Алина повертела в руках сигарету, смяла ее и отправила вслед за сумкой.

– Ты вроде бы не куришь? – осторожно спросила я.

– Не курю, и что? Я начинаю новую жизнь, полную одиночества, лишений и разочарований. Впрочем, я уже достаточно разочаровалась в жизни. Он ушел от меня!

– Кто?

– Вадим! Да! Не удивляйся, этот иуда, который прежде назывался моим мужем и был отцом моего ребенка, – она часто зашмыгала носом и потянулась в карман за носовым платком, – покинул меня ради юной мамзельки. Ненавижу, всех ненавижу!

Странно, Вадим – убедительный пример однолюба, не помню, чтобы Алина раньше жаловалась на мужнины измены. Я налила в стакан минеральной воды и протянула его подруге. Та с жадностью стала пить, а потом, не в силах более сдерживать свои эмоции, захлебнулась в рыданиях.

– Ну погоди! Не стоит так расстраиваться. Расскажи, что у вас произошло? Может, все не так трагично?

– Знаешь правило Фергюсона? Ситуация становится необратимой, когда уже нельзя сказать: «Давай все забудем!» Я ему такого оскорбления ни простить, ни забыть не смогу! Представь! Я пришла вчера домой, на столе записка: «Уехал на конференцию в Харьков». Я не волнуюсь. Харьков так Харьков. Он часто мотается по конференциям и симпозиумам. А утром, – Алина рухнула на стол и опять заплакала, – звонит Люська Коновалова и говорит, будто он не взял с собой доклад.

– Тоже мне, нашла над чем плакать, подъехала бы на вокзал да и передала бы с проводником этот чертов доклад своему забывчивому мужу. В чем трагедия? Не понимаю.

– Марина, ты действительно ничего не понимаешь, – протяжно завыла Алина. – Когда он ездил с Коноваловой, у меня и в мыслях ничего такого не было, а на этот раз Люська сказала, что он поехал с Семеновой. Вот оно, горюшко!

Поскольку я была в курсе семейных дел своей подруги, то могла с полной компетентностью заявить: Люсьена Коновалова – фигура весьма значимая в НИИ микробиологии, где числится профессором Алинин муж Вадим. Ее обожают все жены сотрудников, с коими она трудится. Этакий вариант симбиоза председателя женсовета и парторга. Она выступает в роли третейского судьи в семейных ссорах, может усовестить молоденькую лаборантку, подбивающую клинья к почтенному отцу семейства, напомнить о приеме таблеток забывчивому сотруднику, развести быстрорастворимый супчик для язвенника, сварить кофе просто так… да много чего она может. По большому счету Люсе Коноваловой в институте цены нет. Ее все ценят, любят, а временами просто обожают, особенно когда нужно занять в долг. Словом, Люся слывет безотказным человеком.

При этом ее невозможно приревновать ни к кому. Даже к неисправимому бабнику. Люсьена имеет рост чуть меньше двух метров и соответствующий вес в полтора центнера, периодически сбриваемый «пушок» над верхней губой, парочку заметных бородавок на лице и подорванный постоянным курением голос. Мысль о том, что муж изменяет с Коноваловой, могла прийти разве что в очень больную голову.

Другое дело – Ленка Семенова, молодая аспирантка, двадцати пяти лет от роду, с ногами от ушей и смазливой мордашкой, вечно скалившаяся при виде мало-мальски достойного объекта в штанах. Эта уж точно своего не упустит! С ее приходом на кафедру профессорские жены потеряли покой и сон. На двадцать шестом году Ленка вдруг пришла к мысли, что, кроме кандидатского минимума, ей как минимум нужен муж. Лучше если он будет с машиной и обязательно с квартирой. Голых и босых просят не беспокоиться.

– Алина, ну погоди так убиваться. Ну поехал на конференцию, дел-то! Разве можно с такими женскими достоинствами, как у тебя, бояться какой-то Ленки?

– Ага? А ты ее видела? У нее грудь, как у Памелы Андерсен!

– Ну и что? Твоя грудь не меньше! Прибавь еще к этому твой ум и эрудицию. Да тебе цены нет! – успокаивала я, как могла.

– А она еще и пирожки, испеченные матерью, за свои выдает! – не останавливаясь, всхлипывала Алина, по-бабьи сморкаясь и вытирая слезы и сопли одним платком.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY