«Схватка с ненавистью»

Лев Константинов Схватка с ненавистью

Совпадение имен и псевдонимов в повести с подлинными — только случайность.

В 194… году на тайной курьерской тропе, проложенной бандитским буржуазно-националистическим подпольем через Западную Украину к кордону, был задержан связной. Он не успел уничтожить донесение. Листик тоненькой папиросной бумаги — шифровку — доставили начальнику управления МГБ одной из областей полковнику Коломийцу.

«Всем боевкам, референтурам и проводам ОУН и УПА[1].

Надлежит разыскать:

Особо опасного для нашего движения агента НКВД, известного нашим людям под псевдо „Зоряна“, „Горлинка“, „Подолянка“, „Мавка“ и другими, которые использовались в зависимости от обстоятельств.

Фамилия:

Подлинная фамилия не установлена. Предъявляет документы на имя Марии Григорьевны Шевчук, Олеси Николаевны Чайки и другие.

Профессия:

По косвенным данным — педагог. Работала секретарем райкома комсомола, учительницей Зеленогайской школы.

Звание:

Советское — неизвестно.

В УПА — сотник, курьер центрального провода с особыми полномочиями.

Партийная принадлежность:

Советская: член ВКП(б) — предположительно.

В ОУН: член ОУН (бывший).

Национальность:

Украинка.

Возраст:

Точно неизвестен. Около 28 лет.

Место рождения:

Не установлено.

Рост:

166 см.

Телосложение:

Красивая, спортивного склада, иногда можно заметить военную выправку, походка свободная, властная.

Лицо:

Очень правильное, красивое. Лоб высокий, чистый. Кожа смуглая. Скулы, разрез глаз — восточного, но не ярко выраженного типа. Особых примет нет.

Волосы:

Цвета спелого жита. Не красит. В одних случаях ее видели с косами, в других — с короткой стрижкей.

Нос:

Средней ширины, ровный, без горбинки, ноздри прямые.

Уши:

Маленькие, круглые.

Подбородок:

Типичный для украинки.

Зубы:

Ровные, без изъянов.

Рот:

Небольшой, полные мягкие губы.

Речь:

Говорит на правильном украинском, иногда с западноукраинским (львовским) акцентом. Свободно владеет немецким, польским и русским. Речь человека, привыкшего отдавать приказы.

Обладающая этими приметами проникла к источникам высших тайн организации, систематически передавала информацию в НКВД. Участвовала в уничтожении боевых подразделений УПА. Неоднократно выдавала себя за курьера с особыми полномочиями, что позволило ей действовать очень эффективно и нанести серьезный ущерб.

Каждый член организации, который опознает эту чекистку, должен, не ожидая особых на то приказов, любым путем, даже ценою собственной жизни, ее уничтожить.

При акции соблюдать осторожность: вооружена, умело пользуется оружием, отличается личным мужеством, выдержкой и хладнокровием.

Глава I

В камере было душно. Казалось, ее голые, облупившиеся стены источают густой, прокаленный в жерле огромной печи воздух. Только сквозь маленькое окошко еле ощутимо тянулась свежая струйка воздуха. Окошко было открыто — сквозь решетку виднелся край синего неба. Небо было поделено прутьями решетки на ровные квадратики. Леся встала под окном, подставила лицо воздушному ручейку.

Их здесь было трое. У каждой — узкая откидная койка, жесткое солдатское одеяло, набитая спрессованным в камень сеном подушка. У каждой — своя тоска, только духота одна на всех. Привели их сюда разные дороги. Каждую — своя.

Леся вынула из косы шпильку, провела на стене черточку — закончились еще одни сутки. Черточек было много, они выстроились длинной шеренгой, нацарапанные неровно, но глубоко — твердой рукой.

Щелкнул «глазок» на двери, караульный бегло осмотрел камеру. Все как всегда: девушка на угловой койке спит, вторая лежит, уставившись в потолок, а эта, с длинной косой, пристроилась под окном.

— Спать! — равнодушно приказал солдат.

— Иди к черту! — так же беззлобно откликнулась Леся.

Караульный покачал головой: каждый вечер одно и то же. Никак не привыкнет дивчина, что не дома и не в гостях.

— Марш на койку! — уже строже прикрикнул солдат.

— Ложись, Леся, — присоветовала и девушка, бездумно смотревшая в серый, потрескавшийся потолок.

Сухо стукнула заслонка «глазка», солдат потопал к следующей камере.

— Боже, как душно! — Леся сбросила одежду, нырнула под одеяло. — А у нас дома сейчас сады цветут. И яблоньки стоят как невесты перед свадьбой. А на землю ложится розовый снег — яблоневый. И небо над головой звонкое, чистое. Когда-то снова увижу?

Никто не ответил ей. Впрочем, Леся и не ждала, что подруги по камере как-то откликнутся на ее слова. Она уже привыкла к тяжелому, угрюмому молчанию, как привыкла к тому, что каждый день их по очереди водили к следователям.

И сейчас она разговаривала только с собой. Ей казалось, что, когда в камере звучит живой голос, не так давит на сердце унылая тишина.

Чего-чего, а тишины здесь вдоволь…

За два месяца в камере перебывали и другие девушки, находившиеся под следствием по подозрению в связях с националистами. Потом некоторых из них освободили, других куда-то перевели. Леся осталась одна. Вначале обрадовалась, даже в шутку сказала следователю, что у нее теперь отдельный номер. Потом испугалась — одиночество выползло из притененных углов и подступило к ней неслышным, коварным шагом.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY