«Лето радужных надежд»

– Когда попросила у меня деньги на поездку? Э-эх! Не доверяла?

– Это был запасной план, мой дорогой. Ты же знаешь, я люблю сама управлять своей судьбой.

– О да. Могучая ты моя.

«А ведь я уже нашел покупателя на «дээс»!..»

Что мать справилась без него – это было обидно. Но она справилась. Вот что было главное: она поедет в хорошую клинику. Отложен приговор. Поэтому Богдан потерзался десять секунд и прекратил.

– Когда ты… – «Когда ты уезжаешь?» – хотел он спросить, но в комнату вошел Степа. В одной руке у него была надкусанная баранка, в другой – половина фарфоровой вазы.

– Кокнули! Угу. Или я, или кто-то из грузчиков. Привет, пап.

«Привет, пап» – ну и ну! Ради этого стоило прикатить из Москвы.

– Привет, сын, – небрежно бросил Богдан.

– Я вчера узнал, что ба, что ба переезжает. А ты знал?

– Многие знания – многие печали, – уклонился от ответа Богдан. – А кстати, куда все это хозяйство денется?

– Оставь хозяйство всяк сюда входящий, – вздохнула мать. – В основном оно поедет к моей подруге на дачу. И немножко к Степе. А что? Ты хочешь что-то забрать? Пожалуйста!

Богдан даже не стал задумываться.

– Нет, мерси. Все свое ношу с собой. Мы, банкроты, может, и сами скоро переезжать будем.

– Возьми абажур, – мать указала вверх, где под потолком разместилось ветхое, светящееся десятками дырок чудо. – Тот самый, между прочим. С дачи Альберта Анатольевича, я его таки откопала.

– Этот?! Да… не щадит нас время, – Богдан посмотрел на абажурчик задумчиво. – М-м… Мы передадим его Степе. Именно!

– Чего? Куда, зачем мне? У меня есть, – забормотал Степа.

– Бери без разговоров, – скомандовал Богдан. – Это символично. Это связь поколений. Отрываю от сердца, потом благодарить будешь.

– Возьми, Степаш, – сказала Майя. – Потом разберешься, нужен он тебе или нет.

Степа повздыхал, но покорился и пошел за стремянкой – снимать абажур.

– Когда ты летишь в Израиль? – спросил Богдан.

– Через пять дней. В моем случае не стоит откладывать.

– Не спорю.