«Племянник с Рублевки 2. Милфа для жеребца»

– У вввввас скоро фффффинальный матч. Ребята наверно ввввволн-уются? – продолжала заикаться моя красивая разведена тетя.

– Волнуются, волнуются…

 Мне в голову пришла прикольная идея, чтобы поиздеваться над ней и прощупать её личные границы. Она так трепетала в моем присутствии, что мой молодой пытливый ум никак не мог отказать себе в удовольствии немного поживодёрствовать.

 Я положил синнабоны на переднюю панель мерса и туда же закинул свои ноги в пыльных кроссовках.

– Вы не против, если я сниму их? Так устал бегать в обуви…– стал притворяться жертвой я.

Я нарочно обращался к ней на «Вы» на людях и не дома, чтобы в нужный момент поставить эту суку на место.

 Тетя как обычно что-то замямлила, а я уже развязал шнурки и оставил свои загорелые спортивные ноги в одних только командных гетрах.

– Знаешь, я эээ… ну я ддддавно… хотела, я давно хотела с тобой пппппоговорить…

 Ловко управляясь пальцами на ногах я стащил сначала один носок. Потом второй. И оставил свои ступни абсолютно голыми.

 Мы ехали домой по нашему закрытому котеджному поселку в центре Москвы, и я решил сделать вид, что вырубился от усталости.

 Тетя схавала этот наглый игнор.

 Солнце напекало мои ноги, но еще сильнее обжигал взгляд моей тети. Гребанной фетишистки, которая места себе не находила от обнаженных мужских ступней, но боялась даже пискнуть.

 Сквозь зажмуренные глаза я наблюдал, как она с трудом удерживает свое внимание на дороге, что глаза неконтролируемо курсируют по маршруту «моя ширинка, мои ступни».

 Чтобы побаловать тетю своим вставшим хуем, я стал думать о Камилле Яхонтовой. Дерзкой капитанше команды синхронисток из нашего универа. Я любил вечерами вздрочнуть на ее откровенные тиктоки, да и недавно на сборах она нарочно подкалывала меня в учебной столовой. Явно пыталась найти способ ко мне подкатить, хоть и перешла в этом году на третий курс.

 Мне нравилась ее вздорная попка, длинные гетры и голубой ободочек, который она носит на пары и в тикток.

Эти воспоминания быстро заставили отвердеть все то, что едва скрывала тонкая ткань моих шорт.

 А еще мне нравилось, что тетя постоянно ревнует меня к ней.

 Я представлял, как эта заносчивая малышка, которая возомнила себя главным стендап комиком потока становится на колени и обслуживает меня ртом.